Просто марионетка

Глава 1

Фриск смотрит на то, что происходит вокруг него. Смотрит и умирает внутри.

Снаружи, впрочем, тоже. Монстры, спасаясь от того, что нес человек, оборонялись весьма отчаянно. Жаль только, то, что им управляло, совсем не собиралось отступать после нескольких смертей.

Если бы мальчик мог, он бы кричал.

«Спасите меня кто-нибудь!»

Это самое дикое что-то появилось как раз в тот момент, когда Фриск сбежал на гору. Зря, как оказалось. Дома было плохо. Здесь было отвратительно.

Мальчик не мог себя контролировать. Он как заведенная кукла шел по горе до какой-то пещеры, запнулся, упал в темный провал.

Выжил и даже не поранился. Но управлять своим телом так и не смог.

Это не Фриск общался со странным цветком, это не Фриск щадил странных существ и называл Ториэль «мамой». Он был заперт в своем теле и не мог ничего с этим сделать.

Будем честны, если бы не это, то мальчик бы закатил истерику. Он был бы в ужасе.

Сейчас уже привык и к монстрам, и к битвам.

Но не привык к убийствам.

За время первых двух сбросов Фриск привязался к монстрам. Он стал относиться к ним, как к семье…

…прах, прах, звуки разрушения души, прах…

Фриск радовался темноте после очередной «смерти» от рук Андайн. Потому что она длилась долго.

Чем дольше она длиться, тем больше вероятность, что тому существу, что им управляет, надоело. Что к Фриск вернется контроль. Он сможет все исправить, честно! Он помнит, как!

Андайн проиграла.

Меттатон пал.

Вся надежда на Азгора, да?

Смерти Папайруса и Ториэль Фриск вспоминать не хочет.

Однако, вопреки ожиданиям, это что-то задержал Санс.

«Самый легкий враг.»

О, Фриск пусть и страдал от боли, но наслаждался каждой смертью. Существо явно почти сдалось после сто двадцать седьмой попытки. Мальчик считал.

Но… оно вернулось. Загрузило сохранение и пошло в бой снова. И снова. И снова.

Когда Санс в итоге уснул в бою, Фриск был в восторге. Изящное решение!

Ага, не тут-то было. Рамка боевого поля поползла за алой душой Фриска (или чья она вообще?) и кнопка атаки была активирована.

Санс увернулся в тот же миг! Но мальчик даже перевести дух мысленно не успел, как…

Внезапный удар, нанесенный будто из пустоты, но рукой Фриска. Если бы он мог, то заплакал.

Проиграл, Санс проиграл и исчез из поля зрения человека.

Тело привычно двигалось само. Фриск в отчаянии пытался хоть как-то замедлить его, он мысленно кричал остановиться, но все без толку.

Ха.

Как же он жалок.

Азгор, глупый Азгор, надо было бить на поражение, а не разговаривать.

И даже Флауи было жаль, пусть он и не являлся по сути уже тем Азриэлем с прошлой временной линии. Но цветок боялся.

Черное пространство вокруг было чем-то новым.

Он вглядывался в фигуру напротив с каким-то непонятным себе самому трепетом. Но вслушавшись понял, что зря.

«Давай сотрем этот мир и перейдем к следующему.»

Фриск почувствовал, что плачет. Он даже не стал удивляться. Все пропало.

Существо не согласилось?..

И фигура разозлилась, нанеся тому урон?! Фриск упал на колени в пустом пространстве, не веря, что может себя контролировать. Мальчик обнял себя за плечи и взвыл.

— Слабак.

Фриск продолжил плакать. Он так хотел их спасти. Он не хотел…

Фигура приблизилась, схватила его за волосы и повернула лицом к себе:

— Меня зовут Чара. Я — демон, что приходит, когда люди называют его имя. И я даже слишком разочарована тем, какая ты размазня.

Мальчик дернул головой, отворачиваясь, и начал говорить, заикаясь от рыданий:

— Я никогда не хотел этого! Никаких убийств, да я никогда не бил никого! Это мерзко, отвратительно и жутко! А если… Если ты так разочарована, то можешь уничтожить меня. Я больше не хочу видеть смерти. Я больше не хочу ходить по кругу во времени. Я… просто хочу быть собой… — слезы полились с новой силой.

— Это ничего не значит. Оно согласится. Я заберу твою душу и стану делать что захочу, — жуткая, нечеловеческая улыбка появилась на лице Чары, заметил краем глаза Фриск. На испуг сил не осталось.

— Тогда сотри меня. Ты же можешь, я знаю, — вот это был блеф.

Но в ответ — хохот.

— О нет, ты будешь моей куклой ВЕЧНО. Ну, или пока не сломаешься окончательно.

Фриск не успел ответить.

Существо ответило согласием на предложение Чары.

Это конец?..

Глава 2

Сущность извращенно развлекалась, как казалось Фриску. Теперь были одни мирные линии.

Но стоило выйти из Подземелья, как конец был один. Чара убивала всех, к кому Фриск так привязался. И сущности это доносили. Так или иначе, оставался Фриск с Ториэль или уходил так далеко, как только мог, пока не было ничьего контроля над ним, все по итогу было одинаково.

А между сбросами Фриск пытался продышаться. Контроль Чары ощущался совсем по-другому, она словно давила его со всех сторон собой до боли. Это маленькое чудовище наслаждалось страданиями Фриска, иногда говоря ему, что мальчик такой же бесхребетный и бесполезный, как и Азриэль.

А может и так! Но это выбор и суть Фриска — быть таким! Пацифизм врос в него еще до Подземелья, никто не мог переубедить мальчика отвечать насилием на насилие. Он даже слова старался выбирать максимально мягкие в конфликтах.

Видимо, в этом и заключалась ненависть Чары — напоминание об Азриэле. Чем только он ее не устроил? Милый ребенок, искренне желал вернуть друга. Называл мальчика Чарой, конечно, но потом понимал свою ошибку. Но монстр просто тосковал по своему другу настолько, что видел его в других, это плохо, но… Это лечить надо, а не изничтожать.

Однако ничто не вечно. Сущность перестала проявлять себя после семнадцатой попытки сбросить все, Фриск начал отсчет от передачи его души в пользование демона. На последней попытке он решил снова всех убить, по совету Чары видимо. Та постоянно насмехалась, что чем бы ни занимался игрок, убийства были бы предпочтительнее.

Бесконечная темнота не рассеивалась, зал суда не загружался, как и золотые цветы не появлялись под ногами.

Фриск сначала как обычно лежал, свернувшись клубком, и тихо ронял слезы по не-своим друзьям. Но чем больше проходило времени, тем тяжелее было не двигаться. И не из-за физических ощущений, а из-за ощутимого яростного взгляда.

Ах, ну да.

Чара.

Кто бы мог подумать, что демон будет рядом с ним, действительно.

— Наверное, этому существу надоело, — прохрипел севшим после долгого молчания и рыданий мальчик. — Думаю, вернется еще не скоро.

Фриск медленно приподнялся и сел, обнимая колени, все так же спиной к своему тюремщику наравне с неизвестной сущностью.

Спустя пару минут на плечи легли маленькие — меньше, нежели его собственные, ладошки.

— Ты думаешь, что победил меня? Ни-че-го не выйдет у тебя! Ты навечно со мной, под моим контролем! — все внутренности знакомо сдавило болью, будто Чара взяла контроль над его несуществующим здесь телом. Мальчик захрипел, хватаясь за кофту в районе груди. Но не закричал, сжимая зубы и усилием воли отпуская ткань.

— Плевать мне на тебя, — выдал Фриск, стоило боли отступить. Его тут же скрутило снова. И не отпускало, не отпускало настолько долго, что в глазах потемнело. Чара что-то рычала ему на ухо, но мальчик уже не слышал, теряя сознание.

А когда пришел в себя, та ходила вокруг него кругами, бормоча что-то под нос. Фриск резко выдохнул, выдавая свое пробуждение.

Девочка — тяжело называть ее демоном, пока смотришь вблизи без жуткой гримасы на милом личике, — толкнула его ногой, не давая подняться, перевернула на спину, наступая немного на живот.

— Как же бесит, что такой слабак обладает столь сильной решимостью! — Чара не удержалась, видимо, и пнула Фриска. — Посмотрим, как скоро тебе надоест всех спасать!

Пространство знакомо сгустилось и под мальчиком оказались золотые цветы.

Глава 3

Фриск кивнул. Потом сообразил, что Чара этого не видела и озвучил:

— Можешь, конечно. Но я верю в тебя. Ты же тоже человек, в тебе есть что-то светлое. В конце концов, ты хотела их всех спасти раньше. С моей душой ты снова сможешь испытывать чувства, разве нет? — девочка расхохоталась.

— Уже могу, вообще-то, — резко прекратив смеяться, ответила она. Внезапно подняла голову, вглядываясь в подслеповатые глаза Фриска, обхватила его за туловище своими тонкими руками, которые с такой легкостью направляли оружие в теле мальчика на его друзей, прижалась всем телом к источнику безумной решимости, идиотично мирному. — Знаешь… — жутко прошептала она ему на ухо, заставить Фриска вздрогнуть от дикого страха, наполнившего все тело, но мальчик не перестал обнимать аккуратно Чару. — Тебе бы стоило передумать. Потому что я — мертвец, и мне место среди мертвых. Благодарна тебе, конечно, за возможность испытывать что-то, пусть и хочу выпотрошить тебя за то же самое, но… Живи, пожалуй, свою жизнь. А потом ты пробудешь вечность со мной здесь, пока мы оба не растворимся в воспоминаниях, как тебе? Отказы не-

Внезапно Фриск ощутил, как кто-то пытается сбросить. Он попытался призвать всю свою решимость и противостоять этому, но пространство сгущалось знакомо-знакомо, а тело теряло послушность.

Чара нахмурилась и зарычала, и все остановилось. Кто-то посмел попытаться забрать ее игрушку! Ту самую, которая предложила ей себя добровольно, целиком и полностью! Девочка отошла от закаменевшего Фриска на пару шагов, состроив жуткую гримасу. Сущность в теле мальчика шагнула к ней, видимо с немым вопросом.

— Мне надоело твое присутсвие. Душа этой марионетки и так моя, а тело он сам мне только что подарил, ты больше ничего не можешь мне предложить, увы-увы! Никаких больше сделок, неудачник!

Пространство затрещало, выплевывая Фриска на гору Эббот вновь. Позади взволнованно что-то говорила Ториэль, увидев потерявшего твердость ног мальчика, опустившегося на колени прямо там, где исчез-появился.

Внутренности знакомо сдавило, но в этот раз не до боли. Чара в теле Фриска прищурилась, осматриваясь, и махнула рукой обеспокоенной «маме», успокаивая ту на долю секунды. После чего побежала в сторону домика, в котором всегда оставался мальчик. Он будет послом, на это согласиться он успел, а вот жить лучше отдельно от неспособной нормально позаботиться Ториэль, презрительно подумала Чара. Она ничего не хотела делать со своим мнением. Путь был долгим, и Чаре пришлось перейти на шаг спустя некоторое время.

Старый дом старшего брата Фриска был предсказуемо пуст, ключ находился — как подсказал громко думающий хозяин тела — под одной из плит дорожки. На небе артериальной кровью разлился закат.

Чара зашла внутрь, закрыла дверь, прислоняясь к ней. Сползла по дереву вниз, обнимая колени.

— Знаешь, я ведь так тебя презирала за то, что ты похож на жтого идиота, разрушившего нашу душу. Азриэль не просто предал наши стремления, он настолько сильно сопротивлялся, что уничтожил саму нашу суть. Мне… Повезло встретить тебя. Пусть ты и был марионеткой, ты слишком громко думал, слишком ярко чувствовал, а принадлежащая нам обоим душа заставляла меня проживать все это с тобой. Я немного привязалась к тебе, плакса. Но долго среди живых я находиться не смогу, даже с твоей душой, думаешь я в прошлые разы не пыталась? Просто буду ждать тебя по ту сторону и развлекаться, смотря на твою жизнь. Так что не разочаровывай меня скукой! Иначе начнешь все сначала! Понял меня?

Фриск кивнул, внезапно понимая, что его тело плачет. И это не только его слезы.

Чара, видимо, помешала загадочной сущности завладеть телом Фриска снова. Он… Рад, что не ошибся.

Чара, все же, очень хорошая. Пусть и где-то глубоко в душе.

В душе Фриска.

.

.

.

Телу Фриск 16. Он — посол монстров среди людей, балансирует на грани каждый день, только бы стороны друг друга не поубивали, только бы наивных монстров не обманули. И, несмотря на все его хорошие поступки, у него стойкое ощущение, что после смерти его ждёт Ад.

…но он этого Ада ждет с нетерпением. Ведь там будет его личный демон. Который иногда навещает его во сне и запугивает, однако… тепла и понимания от этого демона он получает намного больше, нежели от своих друзей, живущих ныне своей жизнью. Девочка любила ворчать, что начала взрослеть из-за него, любила давать подзатыльники и наводить жути.

И все же, Фриск бормочет, когда его не навещают слишком долго:

— Я скучаю, Чара…