"Пропустите в Ангамандо!"

Глава 1

Примечание:

"Евошний" — то же, что "его", по аналогии с "ихний" ("их") или "ейный" ("её").

___________________________________

Феанор остановился у врат Ангамандо и окинул пламенным взором открывшееся перед ним зрелище.

Прямо на земле сидели балроги и щёлкали семечки, бросая шелуху наземь. Двое бодались. Ещё двое спорили, размахивая руками или что там у них. А ещё двое дюжих валараукар стояли у врат с видом добросовестной стражи.

— Добрый день! Точнее, ночь, — поздоровался Фэанаро, поскольку был воспитанным и вежливым нолдо. — Будьте добры пропустить меня в Ангамандо.

Балроги воззрились на него, как на явление Эру народу.

— Шо? — спросил один.

— Э-э... — протянул второй.

— Гм, — сказал третий.

А самый большой балрог встал, развязкой походкой, с видом "я тут босс", подошёл к Феанору и сказал:

— Здоро́во. Вы к кому?

— Я к Моринготто! — заявил Пламенный Дух.

— Это к шефу, получается?

— Да!

— Зачем вам к нему?

— Не скажу! Это тайна, которая вас не касается!

— Хорошо, а пропуск у вас есть?

— Какой ещё пропуск? — опешил Куруфинвэ.

— А вы думали, шо у нас тутова кабак какой-то иль какой непотребный дом, куды каждый желающий зайти может?

— А у вас разве не так? — Феанор хоть и вежливый нолдо, но не настолько.

— Не без энтого, конечно... Но всё-таки Ангамандо — приличное место, да и мы — приличные валараукар, так шо не надо тут на нас наговаривать всякое.

— Может, вы всё-таки соизволите меня пропустить? — Фэанаро начал закипать.

— Без пропуска? — главбалрог склонил рогатую голову набок.

— А что, пропуск нужен даже для разового посещения?

— А, так у вас разовое... Погодь, щас решу, — балрог отвернулся, задрал голову кверху и басом заорал куда-то вверх: — Тхурингветиль!!!

— Чего надо? — раздался откуда-то сверху недовольный женский голос.

— Сюды давай, тут важное дело, не орать же на всю округу!

Откуда-то с неба кругами спустилась громадная летучая мышь.

— Фи, Готмог, как ты некультурно выражаешься! Как плебей какой-то, честное слово! — сказала летучая мышь, приземлившись и приняв облик девушки с чёрными волосами и в весьма вызывающем чёрном наряде, включая короткое платье, сетчатые чулки и туфли на высоком каблуке. — Как будто мы не тёмные майар, а какие-нибудь тролли!

— Тролли хуже выражаются, — вставил Фэанаро.

— А ты не лезь не в своё дело, — рыкнул какой-то балрог из тех, что щёлкали семечки. Куруфинвэ погрозил хаму кулаком. Валарауко продемонстрировал эльфу неприличный жест. Пламенный Дух задохнулся от возмущения.

Тхурингветиль и главный балрог в это время о чём-то разговаривали на чёрном наречии. Не отличающаяся красотой, изяществом и благозвучием речь прямо-таки резала слух Фэанаро, который вынужден был это слушать.

Наконец Тхурингветиль снова приняла облик летучей мыши и улетела в окно какой-то башни.

А главный балрог снова обратился к Феанору:

— Вот что, дружище. Пока Тхури летает к начальству...

— К Моринготто?

— Нет, не к шефу, а к заму евошнему. И вообще, кончай нашего шефа оскорблять. Тебе он, может, и враг, а нам — высшее начальство. Так вот, о чём я...

— А кто зам?

— Эк ты любопытный, а... Всё-то тебе надо знать... — неодобрительно покачал тыковкой главбалрог. — За такое любопытство можно и по тыкве получить, имей в виду!

— А вы мне тут не угрожайте, — Пламенный Дух скрестил руки на груди и устремил на валарауко полный презрения взгляд. — Я тоже могу по тыкве дать, не сомневайтесь.

— Я не понял, ты нарываешься, шо ли? — спросил тот самый хамовитый балрог, который ранее показал Феанору неприличный жест.

— Нарываетесь здесь только вы, — невозмутимо парировал Феанор. Талант спорщика позволял ему вести прения с несколькими оппонентами сразу. Хамовитый валарауко замахнулся на него огненным хлыстом. Фэанаро увернулся и показал хаму кулак.

— Так, а ну-ка прекратили! — рыкнул главный валарауко. — Вы тут подерётесь, а мне штраф, шо допустил.

— Он сам виноват, я ни при штом, — хамовитый балрог поднял верхние конечности.

— Хорош трепаться. Слышь, ты, остроухий, ты лучше не нарывайся, а то наши — ребята горячие, могут и бока намять.

— Я не "остроухий" и не "слышь, ты", а Куруфинвэ Фэанаро! — сердито заявил Фэанаро.

— Так ты, што ли, из тех, которые нашему шефу житья не дают? — встрял третий балрог. — Главарь ихний?

— Допустим, да, а вам какое дело? — Куруфинвэ презрительно посмотрел на него.

— Дак у нас к тебе претензия! — третий балрог поднялся с земли и угрожающе шагнул к Феанору. Ещё двое сделали то же самое.

— Попробуйте, троньте меня, — Пламенный Дух пренебрежительно хмыкнул.

— Ан-ну стоять! — гаркнул главбалрог. — Приказа не было, значит, не трожь посетителя. Мало ли, вдруг у шефа на него свои планы окажутся. А ты, Феанор, кончай на нас быковать. Мы, канешна, всё понимаем, шо у тебя душа такая огненная, но ты один, а нас дофига.

— Вам бы следовало научиться культурной речи, прежде чем кому-то читать нотации, — заметил Феанор. — Кстати, конструкция ваших огненных бичей отвратительная. Центровка нарушена полностью. Температура горения на пять градусов ниже положенного. К тому же данное ваше оружие не соответствует требованиям противопожарной безопасности, что нарушает Законы Арды.

— Слышь, ты, умник... — хамовитый балрог предупреждающе задымился.

— Остынь, друг мой. У тебя уже дым от тыковки идёт и рога искрят, — ухмыльнулся Феанор. От хамовитого балрога столбом повалил чёрный дым.

— Ребят, кончайте трепаться, — снова влез главный валарауко. — Давайте хоть посидим нормально, чаво сразу-то в драку лезть. Слышь, приятель, — обратился он к Феанору, — го потусуемся?

— Если "потусуемся" означает "поболтаем", то я с радостью проведу вам ликбез на тему того, какой у вас отвратительный дизайн ворот.

— Садись.

— Куда?!

— На землю, куды ж ещё. Или вон на камень, если ты такой сахарный.

— Хамово племя, — буркнул Пламенный Дух, усаживаясь на обгорелый валун в позе "я тут барин", — На земле сидят... Стульев у вас, что ли, нету?

— Есть. На них орки сидят и тёмные майар. А под нами весь мебель тлеет.

— Что?! "Весь мебель"?! — Феанор снова вскочил, кипя от священного гнева лингвиста-филолога.

— Ну не "вся" же, — пожал плечами главбалрог, доставая обугленную флягу. — Бушь пить?

— Ещё чего! Сами пейте свою муть! Знаю я вас!

— Слушай, кончай уже выкобениваться. Мы тебе не враги, шоб ты на нас быковал. Вот получишь ответ от шефова зама, подёшь к нему, там и быкуй, а на нас быковать не надо. Побереги силы.

— Вашу бодягу пить не буду! — отрезал Пламенный Дух, но флягу взял. — Безвкусица. Дизайн просто отвратительный. Материал — дешёвое железо, явно второсортный лом. Покрытие некачественное. При длительном нагревании свыше двухсот градусов эта убогая тара просто оплавится. Крышка сделана некачественно. Аэродинамические свойства нулевые. Видно, что это убожество делал какой-то необразованный шарлатан, который даже полы мыть не умеет, потому что у него руки растут не оттуда, откуда должны, а оттуда, откуда не должны.

— Не надо нашу тару оскорблять, мы из неё самогон пьём! — какой-то захудаленький валарауко отобрал у Феанора флягу и сделал несколько больших глотков.

— Представляю, как выглядят ваши самогонные аппараты, если у вас фляга такая убогая. Кстати, у тебя рога несимметричные. Правый длиннее левого на ноль целых пять сотых миллиметра.

— Оставь мои рога в покое! — хилый валарауко схватился за свои рога.

— Ворота, — продолжал Фэанаро, не обратив на него ни малейшего внимания, — спроектированы неучем и дилетантом. Правый столб ниже левого на два с половиной сантиметра. Петли расположены криво. Тяжесть распределена неравномерно. Сторожевая будка на стене кособокая. Стены кривые, кирпичи разного размера. Бойницы расположены на разном расстоянии друг от друга, что существенно влияет на эстетические качества вашей цитадели. Стражники, — он указал на двух дюжих балрогов, стоящих у врат, — стоят несимметрично. Один ростом выше другого, что тоже не улучшает эстетические качества. Огненные бичи, как я уже сказал, являют собой верх убожества. Рога у половины из вас несимметричны. У тебя, — обратился он к дымящемуся балрогу, — дым из башки идёт неравномерно. — балрог от таких речей задымился пуще прежнего, а Куруфинвэ продолжал разглагольствовать: — Температура горения у вас очень низкая. Прочность рогов, — он взял хиленького валарауко за рог, — оставляет желать лучшего. Ваши рога похожи на дешёвую бутафорию, как и ваши огненные бичи. Уровень воспитания — нулевой. Позорище, а не слуги Моринготто!

Балроги дружно задымились. Фляга в руках одного из них начала плавиться.

— Вот! О чём я и говорил! — воскликнул Феанор с видом а-ля "что и требовалось доказать". — Эта убогая тара заслуживает только отправления на металлолом, потому что больше ни на что она не годится. Причём по ней видно, что она новая, иначе бы расплавилась она уже давно. Позвольте-ка... — он отобрал у балрога "убогую тару" и стал вертеть в руках, разглядывая. — Судя по всему, вы приобретаете новые фляги каждые три дня, потому что за это время они полностью приходят в негодность. Позор. Мне как кузнецу очень стыдно за того, кто изготовил это убожество. Скажите мне, — он поднял глаза на балрогов, — кто допустил троллей к кузнечному горну?

— Что? Каких троллей? — у Готмога глаза полезли на лоб.

— Даже какой-нибудь немытый адан сделал бы качественнее, не говоря уже про эльфийских мастеров, гномов и майар Аулэ. Знаете, я ведь собирался с вами драться.

— В одиночку? Ты дурак или как?

— Будь я дураком, я просто бросился бы сражаться, не обратив внимания на этот кошмар, — Куруфинвэ указал на раскритикованные им ворота. — А так я просто не могу с чистой совестью с вами драться, пока не проведу вам ликбез с перечнем всех недостатков того, что вы называете "цитаделью". И потом, мне совесть и гордость не позволяют драться с теми, у кого из оружия только вот это убожество, — он указал на огненный бич одного из балрогов. — Я даже боюсь представить, что творится в вашем Ангамандо, если у вас даже ворота выглядят так, словно их какой-то тупой и криворукий тролль собирал из подручных средств.

Неизвестно, что бы ещё критиковал Феанор, но в этот момент ворота распахнулись, и глазам Пламенного Духа и балрогов предстал рыжеволосый майа в чёрных одеждах.

— Кто здесь Куруфинвэ Фэанаро? — громогласно осведомился майа. — Прошу за мной.

— Артано? — удивился Пламенный Дух.

— Привет, Фэанаро.

— Да уж здравствуй! И как только ты согласился променять мастерские Аулэ на это убожество?...

— Поверь, я сам в шоке. Я, конечно, понимал, что тут всё по-другому будет, но не настолько же убого... Кстати, как дела в Валиноре? — поинтересовался майа, пока они шли к воротам.

— Что-что... Темень непроглядная, Валар ищут, кому поручить освещение Амана, ваньяр хором плачут, тэлери считают ущерб, который я нанёс их кораблям, и наверняка хотят потребовать с меня возмещения ущерба, у Арафинвэ депрессия и выгорание... Кстати, Аулэ собирается тебя прибить. Тулкас обещает ему помочь. Так что держись.

— Ничего страшного, не боюсь я их.

— Очень зря. Кстати, Артано, что это за безвкусица на тебе? Ткань покрашена дешёвым красителем на основе каких-то сомнительных веществ. Левый рукав длиннее правого на полтора миллиметра. Застёжка плаща сделана из дешёвого сплава. При влажности воздуха выше семидесяти процентов она окислится за минуту. Диадема твоя, — Феанор указал на золотую диадему на голове майа, — демонстрирует редкостную асимметрию. Носки разного оттенка. Шнурки завязаны кое-как. Мне стыдно за тебя, друг мой.

Немногим позже на одной из главных улиц Ангамандо...

— ...А фляга ихняя сделана из дешёвого некачественного сплава, который оплавляется при температуре выше двухсот градусов! — распинался Пламенный Дух. — Представляешь, Артано? Мне вот интересно, какой криворукий тролль делал эту убогую ёмкость?

Рыжеволосый майа покраснел и опустил взгляд:

— Ну-у...

— Баранки гну! Вот кто так ужасно улицы проектировал? Пространство используется неэффективно, все дома разномастные... Позор тем криворуким архитекторам, которые это делали! Кстати, куда ты меня ведёшь?

— В гостиницу. Там переночуешь, а завтра к шефу пойдёшь предъявлять претензии по поводу Сильмариллов.

На следующий день в тронном зале Моргота...

— Вот скажи мне, Моринготто, откуда у тебя руки растут? У тебя же все Сильмариллы в короне расположены кривее некуда! Какой косорукий тролль делал твою корону? Зубцы разной длины. Дай сюда, — Феанор стянул с головы у опешившего Вала корону и стал крутить в руках, внимательно изучая. — Как и следовало ожидать, материал —дешёвый сплав второсортного железа и олова. У тебя Унголианта сожрала все запасы качественного материала? Нет, так никуда не годится. Ну вот что это такое, а? — на глазах у великого мастера выступили слёзы, когда он увидел, как криво и некачественно расположены в корявой короне его величайшие творения. — Тебе даже гальку морскую нельзя давать, не то что мои Сильмариллы! Значит, так, Камни свои я забираю, а венец твой советую тебе отдать Артано, чтобы он наконец сделал твоим валараукар нормальную флягу, потому что этот кошмар, — он ткнул пальцем в корону, — больше никуда не годится, а по сравнению с тем, из чего сделана ихняя ёмкость для горячительных напитков, это вообще верх совершенства.

* * *

Итог: Феанор вернул себе свои Сильмариллы, а у балрогов наконец появилась нормальная фляга. Нолдор вернулись в Валинор и были вынуждены компенсировать тэлери нанесённый моральный и материальный ущерб в троекратном размере. Феанор рассказал нолдор о ангамандской безвкусице, нолдор явились перестраивать Ангамандо, и в итоге Моринготто добровольно свалил за Врата Ночи, предварительно получив люлей от всех Валар по очереди, а все майар, перешедшие ранее на его сторону, были отправлены на исправительные работы. Одним словом, хэппи-энд.