Пришелец и Гудвин

Однажды в далёкой-далёкой Вселенной

...вышел ёжик из тумана...

Из туманности Кошачий глаз вынырнул огромный корабль, усеянный орудиями, что делало его похожим на морского ежа.

...вынул ножик из кармана...

Корабль приблизился к середине дельта-кси туннеля и стал медленно облетать его, тщательно избегая полей радаров. Тонкий лазерный луч коснулся наружной оболочки туннеля, скользнул по ней туда-сюда и остановился на почти незаметной царапине, оставленной полоборота назад осколком случайного метеорита.

...буду резать...

Из орудий вырвались несколько мощных лучей и заплясали вокруг яркой метки. В считаные минуты царапина превратилась в длинную, глубокую и неровную трещину.

...буду бить...

«Морской ёж» с силой выплюнул две каменные глыбы с паузой в восемь десятых секунды. Радары среагировали штатно, но пушки не успели перезарядиться после первого залпа. Вторая глыба врезалась точно в середину трещины. Корабль же сразу после выстрела стал удаляться на максимальной скорости.

...тебе водить...

...межзвёздный туннельный экспресс впервые доверили в тот день. На середине пути привычная тьма впереди разломилась, через несколько мгновений разлетелись стены, а твой состав по инерции продолжил нестись среди осколков, уже ничем не защищённый от открытого космоса...

А впереди, неожиданно близкая, вдруг потемнела и вновь вспыхнула родная Кси, будто сама Голова Дракона издевательски подмигнула.

Драконианец и девочка

Гор закрыл глаза.

Он с детства мечтал быть машинистом межзвёздных составов, так долго ждал этого дня, первый рейс — и он же становится последним. Как такое вообще могло произойти? Туннели всегда были абсолютно надёжными… или считались такими. Неужели он что-то сделал не так? Да нет, не то что проломить стенку изнутри — даже врезаться в неё не дают магнитные подушки. Хорошо хоть состав товарный, никто не пострадает — кроме него.

Состав дёрнулся вперёд, будто ускоряясь, потом ухнул вниз. Удар, треск — и всё замерло. Лёгкий ветерок коснулся лица. «Воздух уходит», — догадался Гор. Ему захотелось в последний раз посмотреть на звёзды.

Но звёзд не было.

Кабина стояла на земле. Вокруг расстилались изумрудные полянки, через лёгкие кроны деревьев проливался свет. Стёкол не осталось, но больше в кабине ничего не пострадало. Гор осторожно вдохнул поглубже. Азота в воздухе явно не хватало, зато отчётливо чувствовался окислитель. Не очень приятно, но жить можно. Драконианец оглянулся. Остального состава не было.

Тут сверху раздался свист, и на крышу кабины что-то рухнуло. Гор успел упасть на пол. Сплюснутый неведомой тяжестью потолок остановился лишь в паре суставов над головой.

После недолгой тишины послышались голоса. Наречие было незнакомым, но драконианец с удивлением понял, что разбирает слова. Он начал ползти к тому, что прежде было окном, а теперь сошло бы за дверь.

— Я одного не понимаю, почему ураган принёс домик вместе с погребом? — произнёс мелодичный довольно высокий голос.

— Простите, сударыня, но это не наш погреб, — тоненько возразило другое существо.

— Тогда откуда он здесь взялся? Хм… болтало, моталло, дикалло, карталло… Похоже, одной книгой не обойтись, придётся полистать другие тома в волшебной библиотеке. Ты всё запомнила, моя девочка? Ну вот и молодец, а теперь прощай.

Гор как раз дополз до окна, когда мир вдруг потемнел. Когда же мрак рассеялся, драконианец увидел нескольких странных низеньких гуманоидов в голубых костюмах. Среди них стояла, похоже, уроженка созвездия Девы, а у её ног скакало существо, которое можно было бы принять за юного жителя Малого Пса, если бы оно не передвигалось на четвереньках и носило подобающую одежду.

Сомневаясь, что получится воспроизвести непонятное наречие, Гор решил обратиться на дипломатическом межгалактическом:

— Позвольте занять всего лишь минутку вашего времени. Вы не подскажете, где я нахожусь?

Голубые существа с оглушительным звоном кинулись врассыпную и растворились в лесочке. Виргиница взвизгнула и прижалась к дереву, и только канис не спрятался, а храбро заслонил её.

Некоторое время Гор и Элли молча смотрели друг на друга, а верный Тотошка рычал на дракона, готовый в любой момент кинуться на пришельца.

Нежданные гости

Великий и Ужасный Гудвин, позабыв о конспирации, затащил Дин Гиора в тронный зал, с грохотом захлопнул дверь и зашипел:

— Как ты посмел пустить в замок такую компанию?!

Солдат втянул голову в плечи:

— Они пришли за помощью…

— Серьёзно? Фея, дракон, людоед и саблезубый тигр — за помощью?! И хотят, чтобы я их всех принял?

— Ещё с ними мак, — добавил Дин Гиор и нервно сглотнул.

— Кто-о-о?

— М-мак. Цветок такой… В горшочке.

Гудвин схватился за голову:

— Вы все с ума посходили! Только не говори, что цветок тоже просит аудиенцию!

— П-просит.

Правитель Изумрудного города рухнул на трон. На беду, там лежала заготовка куклы морского ежа, и Гудвин с воплем подлетел в воздух. Дин Гиору же показалось, что Великий превращается в нечто ужасное, поэтому страж зажмурился… и пропустил самое интересное.

Отодрав от себя остатки неслучившегося ежа и зашвырнув их за трон, Гудвин перевёл дух.

— Приказываю тебе их сплавить!

— Ч-что сделать? — Солдат с опаской приоткрыл левый глаз.

— Сплавить. Вытурить. Выжить. Вытолкать взашей. В общем, чтобы духу их здесь не было к вечеру!

— Но… как я…

— Смог впустить — смоги и выпустить. А не то… — Гудвин страшно вытаращил глаза: — Превращу тебя в лягушку!

Дин Гиор позеленел, издал невразумительный звук и вылетел из тронного зала.

Великий и Ужасный Волшебник Изумрудного города из-за появления непонятной компании чувствовал себя ужасно, совсем не величественно и ни капли не волшебно. Чтобы успокоиться, ему пришлось применить все доступные средства: посидеть в позе лотоса на подушке с иголками, выпить «эликсир смелости» (ром с валерьянкой) и, наконец, полежать, свернувшись калачиком и обнимая любимую шёлковую подушку в форме сердца. После чего, набравшись ещё немного смелости, Гудвин отправился в дальнюю часть своих покоев.

* * *

Наутро странная компания всё ещё была в замке. Дин Гиор у дверей тронного зала не появлялся, и Гудвину пришлось дожидаться случайную служанку, чтобы послать за стражем.

В этот раз Великий и Ужасный не нарушал привычный протокол и разговаривал через дверь. Не дослушав сбивчивые оправдания, он велел передать, что примет после обеда одного просителя.

* * *

На троне восседала прекрасная принцесса. Драконианец отвесил ей самый почтительный поклон, но отметил про себя, что под вуалью левый глаз не до конца прокрашен.

— Кто ты и зачем беспокоишь меня? — раздался писклявый голос из угла.

— Меня зовут Гор, я из созвездия Дракона. Необъяснимым образом меня забросило в ваш мир. Я не стал бы вас беспокоить, если бы не надеялся, что вы, как величайший в этих землях, поможете мне найти способ вернуться.

— Почему я должен тебе помогать?

— Потому что вы – самый мудрый, добрый и справедливый правитель всей Волшебной страны.

Хотя Гор по-прежнему стоял посреди зала, его слова, казалось, прозвучали прямо из уст принцессы. Наступила тишина. Потом дрожащий голос прошептал из угла:

— К-как ты это сделал?

— Я мог бы научить вас этому небольшому фокусу, он называется чревовещание...

— Ты посмел насмехаться надо мной?! – взвизгнул голос. – Убирайся из моего замка, из моего города, из моей страны!

— Простите, я не хотел вас обидеть. И прошу выслушать...

— Спасайся, несчастный! Бумбара-чуфара, кусало-мотало, под-гору-бежало...

Гор уже не сомневался, что Великого Гудвина следовало бы называть Великим Обманщиком. Он спокойно ждал конца «заклинания», и возникший прямо перед носом огненный вопросительный знак застал драконианца врасплох.

Настоящий Волшебник

Накануне вечером Гудвин ходил поговорить с Волшебником. Гудвин не любил его тревожить, ведь тот обычно отвечал туманно и загадочно — если вообще отвечал. Но ситуацию с неприятными гостями следовало обсудить.

Гудвин спустился по тайному ходу в самое основание бывшей горы, на месте которой стоял его дворец. Трижды стукнул в дверцу, как всегда ничего не услышал, проскользнул внутрь и привычно сел на скамеечку.

В этот раз не прошло и минуты, как в темноте загорелся вопросительный знак.

— В наш замок пришли странные пришельцы. Говорят, что девочка и дракон свалились с неба.

«Как и ты?» — тут же вспыхнули буквы. Гудвин испугался: так быстро и однозначно Волшебник ещё ни разу не отвечал.

— Девочка родилась там же, где и я. А про дракона говорят, что он прибыл со звёзд.

В воздухе замелькали, сменяясь, вопросительные и восклицательные знаки. Гудвин не понимал, что от него ждут, и молчал. Наконец возникло слово:

«Узнай»

— Вы же знаете, я давно не выхожу из своих покоев, а слуги, когда приходят к тронному залу, боятся сболтнуть лишнего.

«!!!»

— Он может быть опасен. Вдруг это великий волшебник? Меня же защищает только напускная таинственность…

«?»

— Кхм, да, я утром немного потерял бдительность. Но страж был так напуган, что ничего не успел понять.

«?»

— Спутники дракона меня ещё больше пугают. Людоед из Сизого леса раньше всегда вместо разговора доставал нож. Саблезубых тигров опасается вся Волшебная страна. И тут они приходят такие… спокойные. Боюсь, это дело рук дракона, и тогда он правда могущественный волшебник.

«Как я?»

— Что вы, я ни в коем случае не имел этого в виду! — Гудвин аж вспотел. Ему показалось, что темнота вздохнула, но не знал, что это значило.

«Помнишь?»

Гудвин не всегда понимал Волшебника по одному слову, но тут побледнел:

— Волшебные книги могут же ошибаться…

«!»

— В любом случае я не смогу…

«!»

— Я же не волшебник!!!

«!»

— Я умею только пудрить мозги! Ведь этого недостаточно…

«!!!»

— Я… Я подумаю, что смогу сделать.

Тишина и темнота. Гудвин подождал ещё немного, но новых сигналов не появилось. Тогда он поднялся, поклонился пустоте и ушёл.

Три желания

Гудвин спихнул игрушечную принцессу с трона, уселся сам и хмуро посмотрел на драконианца.

— Пусть я обычный человек и тоже попал в эту страну случайно, но я пока правитель Изумрудного города. Поэтому извольте вести себя прилично.

— Разумеется, — вежливо склонил голову Гор. — Вы можете объяснить, кто прислал голограммы?

— Я называю его Волшебник. Больше ничего не скажу, даже не проси, — сердито добавил Гудвин, бросил взгляд на острые когти собеседника и чуть поёрзал в кресле. — Вообще Волшебник никогда раньше не проявлял себя вне… во дворце. Похоже, ты его сильно заинтересовал. Кхм… Как непривычно принимать посетителей собственной персоной. Пойдём лучше чай пить.

В комнате за тронным залом пришлось сначала расчистить диван от реквизита. Потом Гудвин возился с чайником и искал вторую чашку. Затем наведался к шкафчику с «эликсиром смелости» и только после этого уселся рядом с Гором.

— Так что же вы надеялись получить от Великого и Ужасного?

— Девочка Элли мечтает вернуться в Канзас. В волшебной книге сказано, что для этого она должна помочь трём существам исполнить их заветные желания.

Гудвин поморщился. Предсказание он прекрасно знал и давно боялся этого момента, поэтому поспешил сменить тему:

— Почему с вами пришли людоед и саблезубый тигр?

— Видите ли, людоед сам на нас напал. Пришлось применить пару боевых приёмов. Но бросать поверженного соперника не в наших правилах. — Драконианец аккуратно отпил глоток из чашки. — Я с ним побеседовал и узнал, что он очень одинок и мечтает, чтобы его любили. Я объяснил ему, что он должен сначала сам поработать над своим характером. Пушист очень сообразительный и за неделю нашего путешествия уже достиг хороших результатов.

— Пушист?! — Гудвин чуть не поперхнулся чаем.

— Так зовут людоеда.

— Кхм… А причём тут тогда я?

— Понимаете, Пушист очень старается вписаться в общество, но страдает из-за того, что исключил мясо людей из рациона. Гормонозаместительная терапия ему бы помогла, но у вас не развита фармацевтика. Вот я и подумал, может, у вас найдётся… скажем, заклинание, которое изменит метаболизм и позволит перейти к смешанной или даже вегетарианской пище без вреда для здоровья.

— Превратить людоеда в вегетарианца?! Вы бы ещё попросили дать мозги соломенному пугалу, — фыркнул правитель Изумрудного города.

— Странно, что вы это упомянули, — заметил Гор и аккуратно поставил опустевшую чашку на столик. — По дороге мы как раз встретили пугало, и он мечтал получить мозги. Скоро стало понятно, что Страшила и так схватывает всё на лету. Я помог ему поверить, что незачем цепляться за формальный признак наличия физиологического органа, ведь в Волшебной стране это не мешает быть наравне с людьми. Мы расстались с ним в одной из деревень по дороге, где он решил основать агротехнологический университет.

Гудвин уже на истории про людоеда почувствовал себя неуютно. От образа же пугала-ректора правитель ощутил непреодолимую потребность в паре лишних глотков «эликсира смелости», поэтому отлучился в угол на пару минут.

Только мысль о Волшебнике заставила Гудвина вернуться и продолжить разговор.

— Значит, первое желание — чтобы людоед стал вегетарианцем… Саблезубый тигр тоже хочет стать травоядным?

— О нет, там проблема в другом. В неудобных клыках. Они вырастают слишком длинными, приходится постоянно стачивать. — Гудвин покосился на пасть собеседника и подумал, что было бы неплохо, если бы дракон свои зубы тоже стачивал. Гор же будто не заметил взгляда и продолжил: — Ещё из-за них не до конца закрывается пасть и в рот попадают насекомые. Это особенно неприятно ночью. Мне рассказывали, что однажды один саблезубый тигр проснулся с целой паутиной во рту. На беду, несчастный боялся пауков…

— Тигры боятся пауков?!

— Не все, но арахнофобы среди них встречаются. Ещё с такими клыками сложно выговаривать половину звуков, поэтому прочие обитатели леса считают саблезубых тигров недостаточно интеллектуально развитыми. Неудивительно, что у саблезубиков такой скверный характер.

— Вы хотите, чтобы я удалил им зубы?

— Это я мог бы сделать и сам. Но новые поколения ведь так и будут рождаться с огромными клыками. Вот если бы удалось заменить один участок в их ДНК…

Гудвин быстро потерял нить и понял лишь, что тигры хотят, чтобы их дети рождались с обычными зубами. Такое никому ещё не приходило в голову — и он сомневался, что подходящее заклинание знает даже Волшебник.

— Может, проще было б их убедить, что и с такими зубами неплохо жить? — прервал Гудвин дракона посреди рассказа о генной инженерии.

— Легко снять только внутренние мешающие убеждения, не подкреплённые внешними факторами. Например, мы встретили льва, который почему-то считал себя трусом и мечтал об эликсире смелости…

На этих словах Гудвин немного покраснел.

— …но хватило пары бесед, чтобы лев поверил в себя. Звери в ближайшем лесу признали его своим царём.

Правитель Измурудного города подскочил и забегал по комнате:

— Значит, людоед-вегетарианец, саблезубые тигры без саблезубых клыков… Какое же третье желание? Чтобы топор полюбил деревья?

— Нашим третьим спутником стал мак, — сказал Гор так, будто каждый день гуляет под руку с цветочками.

— Значит, Дин Гиор не выдумал это?

— Он всё доложил в точности. В вашей стране животные и даже некоторые неживые объекты наделены даром речи. Цветы же несправедливо этого лишены, но они способны передавать не только тонкие чувства, но и абстрактные идеи с помощью ароматов. Я узнал об этом случайно, когда мы забрели на маковое поле.

— Вы были в Большом маковом поле и выбрались из него живыми? — еле выдавил из себя Гудвин.

— Понимаю, почему вас это удивляет. Похоже, здесь обоняние даже у животных недостаточно тонкое. Я же сразу обратил внимание на смену оттенков запахов и прерывистую интенсивность. Цветы так пытались поговорить. Увы, стараясь «докричаться» до путников, маки часто увлекались и забывали о губительности своего аромата, поэтому мало кто выбирался из поля. Мне повезло, что их сигналы напоминают известную пунктирную азбуку. Главным было понять первые слова. Дальше я объяснил, что постараюсь разобрать все сигналы, если они не будут кричать одновременно. Так что поле мы покидали под тонкий голос Короля.

— У маков есть свой король?!

— Да, идеи демократии, к сожалению, у них не распространены, — по-своему трактовал удивление драконианец. — Его Величество Папавер оказался очень утончённым и весьма терпеливым. За пару дней я разобрал весь ароматный алфавит и узнал их сокровенное желание: чтобы люди их понимали.

— Хотите научить цветы разговаривать? — скептически протянул мнимый волшебник. — Боюсь, такое ни одному чародею не по плечу.

— Вы правы, это потребовало бы слишком значительного изменения организма. Да и маки довольно консервативны и не хотят отказываться от привычных запахов. Но по дороге сюда я уже набросал примерную схему ретранслятора, который переводил бы ароматы в понятные людям слова. Даже не понадобится снабжать им каждый цветок — хватит пары-тройки на среднее поле, а текст выводить на отдельный экран. Правда, есть сложности с деталями…

Гудвин схватился за голову и чуть ли не завыл:

— Говорящие цветы! Это слишком даже для Волшебной страны. Мне надо… обдумать наедине.

В этот раз он отсутствовал дольше и вернулся излишне повеселевшим.

— На чём стал-быть мы ас-астановились? Говорящий людоед или саблезубые цветы? А, нет, маковые тигры…

Гору пришлось уложить правителя Изумрудного города прямо на диванчике. Аудиенция закончилась досрочно.

/продолжение следует/