Помоги, Великий

Глава 1

Птицы за окном щебетали так, как будто Вайю лично пообещала оторвать им крылья, если они замолкнут хоть на секунду. Вереском тянуло почти невыносимо, но после жаркого Юга с пылающими днями и холодными ночами это казалось почти идиллией. «Почти» — вероятно потому, что Вайю чувствовала себя перекрученной и выжатой, как простыня после рук Нэнс.

Ещё вчера утром она почувствовала лёгкое щекочущее чувство в животе. Поначалу оно не беспокоило, но со временем становилось всё сильнее и неприятнее. Чувство, как будто тебе пробегаются пальцами внутри, определённо не сразу подсказало ей, что происходит. И, конечно же, старые мёртвые хрычи не могли использовать нечто более понятное для просьбы посетить алтарь. Ясность — не их стиль.

Смутное предчувствие того, что ей не понравится разговор, к несчастью, оправдалось. Старые хрычи оставались старыми хрычами, будь они хоть трижды мертвы. Какая-то часть Вайю сожалела о том, что убить мёртвых невозможно.

Почти. Но это всё же крайние меры.

Старые хрычи требовали результат. Видимо, смерть Второго наследника Феникса достаточной причиной для отдыха не была. Предки требовали крови. К сожалению, живой. И, желательно, родной. Вайю же хотелось убивать. Ну какое, к псакам, замужество? Она только на днях смогла убить главного своего врага, и лишь теперь линия судьбы Рода начала поворачивать в другую колею. Как будто у неё других проблем не было!

Возмущение её лилось через край настолько, что возвышенная первая леди Вайю отвесила ей ментальный подзатыльник и зашипела на свою правнучку, как змея, которой наступили на хвост. Мол, Блау мало, преступно мало. Как будто Вайю не помнила о своём долге пред ушедшими без посмертия, будто не приводила в род сильных слуг! Но возмущения были тщетны. Кровь требовала крови, и старые хрычи знать ничего не желали. Да и в наказание выпили почти все силы, после этого буквально вышвырнув из алтарного зала.

И вот сегодня она расплачивалась за вчерашнюю вспышку гнева и упрямство своих предков. Ощущение, что их взгляды жгут спину, не проходило, поэтому решение сбежать из поместья, хоть ненадолго, показалось ей здравым. К тому же она давно не была в храме Великого. Ей требовалось успокоение и поддержание некоторой религиозной репутации, которая у неё сложилась после смерти Второго наследника. К её изумлению, в этот бред кто-то даже поверил!

Вайю откинулась на сидение и надулась. Нет, конечно, предки ещё в первый раз, назвав её Хранительницей Рода, вменили ей в обязанности защиту и любовь. И если с первым пунктом этого плана она справлялась, пусть и не так идеально, то о втором не слишком задумывалась.

Поначалу защита семьи стояла в приоритете, с чем даже хрычи не спорили. Ну а после наступила расплата за раннее пробуждение тёмного источника. Кто же мог знать, что кровь её проявится настолько сильно, что она тоже станет слышать голоса? Хорошо, хоть Иссихар-шекков-уже-не-Дан нашёл пусть не идеальное ещё, но весьма облегчающее жизнь зелье. В котором он сам нуждался не меньше, чем Блау, что не означало отсутствие платы. Пусть и пришлось отдать ему Яо в ученики, однако Вайю постаралась донести до него мысль о том, насколько сильно она будет зла, если с Яо что-то случится. Память о промелькнувшем на миг страхе в чужих глазах грела её до сих пор.

Предпочтение Иссихара в постели, слава Великому, исключали его из кандидатов в мужья. Это вызывало мимолетную грусть и изрядную долю облегчения, ибо Дан был в её вкусе, но слишком себе на уме — чтобы они не устроили войну между собой.

Говорят, женщины всегда выбирают мужчин, похожих на собственных отцов. Юстиния Блау она не помнила, поэтому в её сознании закрепился иной образ. Сильный, умный и властный. Вайю хотелось бы сказать, что образ дяди не повлиял на её вкусы, но опыты с Квинтом и Таджо намекали на обратное. Её порой просто трясло от подобных мужчин, но слабые — и вовсе не вызывали эмоций. Возможно, поэтому она так старалась отложить вопрос о замужестве. Ибо из кого ей выбирать?

В не самых приятных думах Вайю даже не заметила прибытия в Керн. Они уже остановились возле храма, и ей захотелось от души потянуться. И всё-таки, как бы не кричал дядя, но новая дорога занимала гораздо меньше времени, и была определённо удобнее прошлой.

Лёгкая улыбка не желала сходить с её лица до самых дверей в храм.

* * *

Линии жизней и судеб сплетались и расходились, путались и обрывались, но вместе составляли полотно Судьбы Мира.

Многие считали, что Боги властвуют безраздельно и неограниченно. Глупцы. Боги не были Властителями, боги были Хранителями. Они пришли когда-то в этот мир вслед за людьми. Укрепились и выжили, проросли корнями так, будто были здесь изначально. Но не все — и неодинаково.

Великий горько усмехнулся. Как же юны и самоуверены они были когда-то…

Сначала они посчитали, что смогут обмануть Судьбу, изменить своими силами полотно. Сила рассмеялась им в ответ.

Смерть прошлого мира стала болезненным, но необходимым даром. Полотно плели не Боги, а люди. В своих руках они держали силу большую, чем даже могли себе представить. Некоторые нити были лишь цветом, обычной частью полотна, но некоторые — становились узором. Тем, что может изменить всю картину бытия, если пустить их в нужный ряд.

Здесь, на Севере, таких было много. Больше, чем в любом другом месте. В суровом краю зимы нити были крепче и сильнее, чем где-либо ещё. Две из них неожиданно выбились из своих рядов и легли рядом раньше, чем должно быть.

Великий улыбнулся. Если их соединить — узор определённо изменится. Осталось лишь подтолкнуть.

* * *

Вайю молилась.

Впрочем, вряд ли можно было назвать молитвой это действие. Вайю скорее наслаждалась снизошедшим на неё светом, этим странным ощущением покоя и благости, столь несвойственным ей в обычное время. Она ничего не просила у Великого — и ничего не ждала, поэтому соткавшийся из света знак Рода Таджо стал полной неожиданностью.

Вайю Юстиния Блау уже дважды получала благословение Великого — и дважды это был знак Шестнадцатого легиона. Однако этот знак был совсем небольшим и исчез сразу, как она его разглядела. Складывалось ощущение, что это знамение было только для неё, и Вайю закусила губу. Кажется, никто ничего не заметил, но покой слетел с неё будто шелуха. Боги не говорят со смертными просто так. Похоже, её короткая передышка закончилась.

— Сира Блау, приветствую вас, — совсем рядом раздался голос нового Наместника Севера. — Вы определённо полюбили храмы в последнее время.

— Сир Таджо, — Вайю слегка поклонилась, — меня, признаться, больше удивляет ваше присутствие здесь.

Шах вряд ли случайно решил прогуляться утром возле храма. Тогда… он ждал её?

— Удачное совпадение… — он слегка наклонился к ней и понизил голос. — Мне нужна ваша помощь.

Вайю хмыкнула. Чтобы Таджо просил о помощи? Об этом предупреждал её Великий? Её передышка определённо закончилась.

* * *

Дядя кричал. Уже довольно давно и совершенно несдержанно. Вайю отметила про себя пару новых ругательств, напомнила себе сделать лекарства для горла — и немного удивилась дядиной выносливости. Кажется, после появления Данда Кастус Блау ещё немного улучшил свои умения в разносе дражайших наследников.

Вайю вздыхала, опускала голову и всячески демонстрировала раскаяние. Псаки её раздери, ну откуда она знала, что проклятый дом просто рухнет? В конце концов, она жива, а вот тайные враги рода — мертвы. Она даже рискнула сообщить это дяде. Тот будто налетел на стену, а после стал пугающе спокойным. Вайю даже немного пожалела о том, что открыла рот.

— Безусловно, ты жива. Меня волнует то, что ты вообще там оказалась.

— Сир Таджо попросил меня о помощи, — глаза дяди сузились. — Теперь он в долгу. И я всё равно не смогла бы ему отказать.

— Вот как? — дядя начал отбивать по столу имперский марш. — Позволь узнать почему?

— Великий послал мне знамение — знак рода Таджо. Буквально через пару минут Наместник Севера попросил меня о помощи. Не тот случай, когда можно отказать.

Дядя задумчиво уставился куда-то поверх её плеча и пару раз кивнул своим мыслям. Скорее всего, он уже просчитывал выгоду от долга Наместника и больше не выглядел разозлённым.

Вайю немного расслабилась. Возможно, сегодня обойдётся без наказания.

— Его звезда имеет не один долг перед тобой, но лишним это не будет, — Кастус Блау был в своём репертуаре. — Хотя я всё же надеюсь, что впредь твоя помощь кому бы то ни было не окажется такой громкой. Твоя разрушительная репутация не нуждается в подтверждениях.

Вайю в тот раз, в общем-то, и не собиралась ничего такого делать, но следование планам никогда не было её сильной стороной. Главное, не стоило говорить этого в присутствии Шаха. Кажется, при прощании у Наместника дёргался глаз.

* * *

Вайю вдыхала запах свеч и погружалась в тишину храма. Здесь было спокойно и легко. Вдвойне спокойно, потому что предки не могли дотянуться сюда и здесь совсем не чувствовалось их осуждающее внимание. Вайю позволила себе ещё один миг покоя и уже собиралась уйти, когда знакомое изображение вспыхнуло рядом. Она скосила глаза в сторону, однако на неё никто не смотрел. Видение издевательски светило ей в глаза. Вайю шумно вдохнула носом. Ей хватило и прошлых дядиных криков, но Богам не принято возражать. Она склонила голову — и знамение рассыпалось солнечными зайчиками по полу. Его снова видела только она.

Из храма Вайю выходила с некоторым опасением. Не зря. Мрачный Шахрейн стоял неподалёку. Наверное, кому-то другому каменное выражение лица ничего не сказало бы, но Вайю печёнкой чуяла, насколько он недоволен.

— Сира Блау, — Шахрейн порывисто и несколько нервно кивнул ей, — могу ли я пригласить вас на чашечку чая? На этот раз мне нужно задать лишь пару вопросов.

Шах выглядел так, будто его заставляли проглотить мерзкую жабу. Желание просто уйти вспыхнуло — и тут же погасло. Великий ясно дал понять, что просьбу Шаха стоит выполнить. Что ж, они просто поговорят — и Вайю поедет домой сразу же после этого.

Обязательно.

* * *

— Почему ты не могла сразу поехать домой?

Дядя пытался отбивать имперский марш, но безуспешно. Похоже, что его пальцы мечтали сомкнуться на шее, ну или хотя бы знатно пройтись по заднице. Не то чтобы у него не было на это причины.

Вайю искренне не собиралась в это лезть. По плану она бы просто ответила на пару вопросов Шаха и уехала. Но когда у неё что-то происходило по плану? Под чашку кофе, который она бы сварила лучше, Таджо крайне неохотно признался, что обратиться к ней его вынудила весьма нерациональная причина — она и храм Великого упорно снились ему каждую ночь. Вайю бы не сдержалась и прошлась по этому поводу неприличной шуткой — если бы ей самой не снился тот же храм.

Каждую. Псакову. Ночь.

Намёк был более чем прозрачен. Великому требовалось, чтобы она помогла Шаху. Но зачем? Мать его поклонялась Немесу, отец же посещал храм Великого. Таджо был не слишком религиозен, но более всё же склонялся к южной вере. Неужели Великий решил переманить его на свою сторону? Вопросов было больше, чем ответов.

Когда она сказала это вслух, Шах промолчал, но посмотрел на неё как на полную идиотку. Вайю слегка обиделась, однако в качестве последнего доброго жеста всё же решила показать Наместнику лавку, в которой, предположительно, мог оказаться нужный ему человек. Откуда ей было знать, что там окажется засада? Она уже не могла бросить Шаха одного.

Ожидающих было четверо. Не самый лучший расклад, ведь Шах никого не взял с собой, а ей самой сражаться было не слишком удобно. Им пришлось отступить под навес какой-то лавочки, и это стало непростительной ошибкой. Было это случайностью или продуманным ударом, но крыша обрушилась прямо им на голову, и, если бы не Шах, толкнувший Вайю к стене, и не их личные защитные артефакты, последствия были бы серьёзнее.

А сейчас обрушившиеся на спину Шахрейна обломки всего лишь завалили их — и плотно прижали друг к другу. Вайю сдавило рёбра, но она предпочла сделать вид, что с трудом дышит именно из-за этого. Неловкость опустилась пуховым одеялом обоюдного молчания. Псаков Таджо казался искренне встревоженным её состоянием, и ей едва хватило сил убедить его, что она в порядке.

Если бы это было правдой. Её разум, и без того расшатанный вниманием предков и постоянными снами о храме, сейчас умирал от близости этого мужчины из её прошлого. Она всем телом чувствовала, как напряжён Шах. Вайю едва смогла скастовать малое обезболивающее, а тихие слова благодарности заставили её дрожать. Мысленно Вайю умоляла его замолчать.

Она так спешила избавиться от мучительной близости, что даже не стала наслаждаться изумлённым выражением лица откуда-то появившегося Райдо. Впрочем, не оглянулась она и на Шахрейна, так и не заметив задумчивый взгляд в спину.

* * *

Вайю Блау, первая светлая леди Блау, стояла возле разрушенной лавочки и смотрела вслед своему потомку. Упрямому и, надо сказать, довольно глуповатому потомку.

«Дура!» — подумала бывшая Арритидес.

— Дура… — прошелестело у неё в голове теплом и светом Бога.

Но, может, следует быть более прямолинейными?

* * *

Шесть дней.

Вайю выдержала шесть дней, прежде чем божественные сны и собственные предки её окончательно достали. По дороге в Керн она мрачно думала о том, что случится там на этот раз. Наводнение? Пожар? Прорыв? Она надеялась, что это лишь расшатанные нервы, но знакомая фигура около ступеней храма развеяла надежду словно дым. Они с Шахрейном мрачно переглянулись и вошли в храм вместе.

На этот раз спокойствия не было. На миг даже показалось, что в солнечных лучах мелькнула и пропала фигура первой леди Вайю — и вторая леди Вайю обречённо ждала очередного знамения, даже не пытаясь молиться. О чём вскоре пожалела. Знакомый знак рода Таджо опять возник возле неё — а потом плавно трансформировался в знак Блау. Поворачивать голову было как-то неловко. Она с фальшивой улыбкой обернулась к Таджо.

— Видимо, Великий хотел, чтобы я привела вас сюда.

Шахрейн посмотрел на неё весьма скептически. Бросил взгляд туда, где ещё недавно сияло знамение, и снова посмотрел на Вайю. Следующий его шаг вышел плавным, опасным… и знакомым.

— Думаю, Великий хотел бы, чтобы мы и дальше помогали друг другу, сира Блау.

Шах коснулся её руки, легко скользнул по ней губами, ухмыльнулся одними глазами… и вместо напряжения Вайю вдруг ощутила пузырящееся веселье. Старые хрычи ещё пожалеют о своей настойчивости!

Ну а с Шахом она сыграет. В конце концов, с ним всегда было…

Интересно.