Пока идут часы

Глава 1. День 0

Где-то на Пандоре. Вы шли, спотыкаясь о камни и неровности планеты, но это не останавливало вас и не сбивало с пути. Вы точно знали, за чем, а точнее за кем идёте. Вы искали своего друга Троя Калипсо, который пропал месяц назад и так и не появился в вашем доме. Он сказал, что обязательно вернётся, а так как Трой вам никогда не врал, вы ему верили. Поверили с первого его слова, когда он сказал вам, что он вас полюбил и теперь не отпустит никогда. На Пандоре другого выхода не было: либо примкнуть к кому-то сильному, либо сгинуть. Вам повезло в том плане, что вы тоже любили Троя, несмотря на его непростой характер и порой мальчишеские выходки. За этой маской кроется ранимый человек, который раскрылся перед вами с того дня, когда прожил с вами целых две недели.

Теперь он пропал, и от него ни слуху ни духу, а его ЭХО-коммуникатор молчит и предательски потрескивает, словно кто-то хочет выйти на связь. Вы обошли полпланеты, стёрли свои ноги в поисках того, кого полюбили, и вот чисто случайно кто-то из приспешников Троя дал наводку, только с условием, чтобы вы никому не говорили. Он явно кого-то боялся, и вот вы шли по этой наводке, пока не пришли в импровизированную темницу.

Запах крови и чужих страданий витал по этому месту, но вы шли, ступая по скользкому каменному полу, стараясь не упасть и не уронить фонарик. Совершенно одна в темноте. Камеры пустые или давно порушенные, никого не видно, но вы не отступаете, осматриваете каждую из них, заглядываете под развалины — вдруг Троя там завалило. Мимо пробегает крыса, вы вздрагиваете, но не отступаете.

-Трой, это я, где ты?

Ни ответа. Тогда вы кричите снова и снова, не боясь, что засекут. Снова камеры, крысы, чьи-то обугленные останки. Вы вспоминаете, на что способна сестра Троя, но отгоняете мысли: вряд ли она настолько гнилая, что может убить своего брата-близнеца. Последняя камера. Если ничего нет, можно выдохнуть с облегчением и проклясть того, кто дал вам ложную наводку, или думать о том, что Трой жив, просто не может выйти с вами на связь.

-Трой?

Голос дрогнул. Там, в углу камеры, вы заметили что-то отдалённо напоминающее человека. Казалось, это груда тряпья, но когда подошли и присмотрелись, чуть не выронили из руки фонарик. На грязном полу лежало то, что когда-то было Троем Калипсо, а теперь это было похоже на дрожащий окровавленный комочек, а не на когда-то дерзкого и харизматичного лидера «Детей Хранилища».

-Трой?

Вы опустились на колени и, положив фонарик на пол, протянули руку, касаясь бледной и впалой щеки своего друга. Трой вздрогнул, но не повернул голову.

-Боже, что же произошло? Что с тобой, Трой, миленький, это я, - прошептали вы.

Он едва повернул голову. Она была вся в крови и синяках, его чёлка и волосы были спутаны. Вы не верите в то, что видите. Аккуратно повернули его голову и чуть не ахнули: его когда-то прекрасные голубые глаза… их не было, вместо них было бельмо на оба глаза.

-Кто, кто ты? – дрожащими губами проговорил он, больше ничего не сказал.

-Это я, Трой.

Он задышал ещё сильнее, пытаясь собрать себя, но выходили только всхлипы. Осмотрев его, вы поняли, что его ноги неестественно вывернуты. Но кто так поступил с и без того несчастным парнем? Кто был настолько жесток, чтобы изуродовать его таким способом? Его роботизированной руки не было, её просто выломали, а тело было всё в крови и синяках.

Другого выхода не было: надо было вытащить Троя из темницы и отнести врачу. Но вот кому? На Пандоре нет хороших врачей. Есть два, но они чисто костоломы и психи, а не нормальные врачи. Время – жизнь. Вы осторожно взяли друга на руки, удивляясь, что при таком росте он практически ничего не весит, словно жизнь уже из него ушла.

-Держись, миленький, я быстро.

Вы осторожно выходили из темницы, стараясь не ударяться и не оступаться, а иначе Трою будет ещё больнее. Когда вы шли по выжженной земле планеты, держа в руках еле живого друга, его голова покоилась на вашей груди, и вы слышали, как он еле дышит. Солнце жарит нещадно, Трой от этого ещё больше вздыхает, несмотря на то, что вы накинули на него свою куртку.

-Держись, милый, держись, сейчас найдём машину, и я отвезу тебя к врачу. Чёрт подери, я под дулом пистолета заставлю даже костолома быть хирургом.

Машину вы так и не нашли. В этой части планеты тачкоматов не было, а ещё тут были дикие животные или бандиты, смотря кто первый на вас выйдет. А вы с другом на руках — лёгкая мишень. Ну, если будут бандиты, вы просто скажете, что несёте их главаря к врачу. На удивление бандитов не было, но это обозначает только затишье перед бурей. Они собираются для марш-броска. Удивительно, что Тайрин нигде нет и её не слышно. Но если сцапали её брата и довели до такого состояния, то они могут и на неё выйти. Но почему она сама не обеспокоилась за Троя?

Вы не заметили, как вышли к доку «Алых налётчиков», зная, что там есть человек, который ещё не забыл врачебную этику, и он точно не откажет помочь вам. Вас встретила толстенькая девушка. Видя, что вы несёте на руках раненого человека, она ничего не сказала и пропустила на корабль.

-Доктор Зед на месте? – спросили вы.

-Зед? Его давно нет среди нас, - ответила она.

-А кто же мне поможет? Срочно нужна помощь.

-Что у вас?

-Вы не видите? Он умирает.

Она посмотрела и, казалось, узнала, кто у вас на руках, но, ничего не сказав, повела вас в медицинский отсек. Там был, а точнее была, другой врач. Молодая девушка, кажется, её звали Танис. Она никак не прореагировала на то, кого вы ей принесли. Но велела вам выйти из медицинского отсека.

-Сделайте что-нибудь, он должен жить.

Вы сидели, обхватив свою голову руками, не зная, выживет ли Трой или нет.

***

-А ты смелая, как я вижу, - сказал Трой.

-Ты тоже хорош, - улыбнулись вы тогда.

-Ну, как действовать будем? – спросил он у вас.

Вы столкнулись на одном из рейдов, каждый со своей стороны. Этот мужчина, точнее юноша, по лицу было видно, что ему двадцать с небольшим лет. Тогда он буквально пылал здоровьем, а его самоуверенность была что-то с чем-то. Ваше предложение выбираться вместе он тогда воспринял с усмешкой.

-Если мы будем вместе, то я тебя не отпущу никогда, - твёрдо сказал он, и его татуировки сирены вспыхнули красным светом. Они как бы говорили, что Трой не врёт.

-Тут каждый на своей стороне, но ты, я вижу, не промах, - улыбнулись вы ему.

Так слово за слово, и вы предложили ему немного пожить у вас. Он с недоверием отнёсся к этому, не привык, что кто-то так просто пускает его к себе домой. Относился с недоверием, ждал подвоха от вас, но потом понял, что вы с ним просто так, и позволил себе быть уязвимым. Конечно, между вами были ссоры и недомолвки, но он всегда возвращался и просил прощения. Вы понимали, что он непростой человек, много боли перенёс, много предательств, и ещё эта его сиренская сила, но всё равно остались с ним.

-Что такая грустная? – он забрался к вам на кровать и обнял.

Вы обняли в ответ. Вы думали о будущем вместе, думали, что вытянули этого человека из тьмы и…

«Какие глупости, нельзя на Пандоре ничего загадывать», - думаете вы, всё ещё держась за голову.

-Простите, - услышали вы голос девушки-врача.

Вы подняли голову с усталыми и покрасневшими глазами, в которых вот-вот появятся слёзы.

-Да, как там…

-Мне очень жаль.

-Что? Он жив, скажите, не медлите.

-Формально жив, а вот…

Девушка-врач помешкала, а потом сказала:

-Формально жив, но повреждения критические. Вот посмотрите, - она показала рентген его ног. Они не просто были вывернуты, кто-то просто раздробил их. Потом она сказала, что зрение не восстановить, он слишком долго провёл в темноте, поэтому перестал видеть.

-А голос? Что с его голосом?

-Голосовые связки целы, но от шока он… потерял голос.

Ваши ноги подкосились от слов врача. Вы помните Троя, который неловко шутит, истерично смеётся или ругается, когда что-то идёт не по плану. И мысль о том, что он лишился части своей привлекательности, заставляет вас чуть ли не рыдать.

-Я могу его увидеть?

-Если хотите. Вы ведь его подруга?

-Не только, - выдыхаете вы.

Заходите в палату. Трой лежит на больничной койке. Он не реагирует на ваши шаги, но когда вы касаетесь его разбитой скулы, чтобы он понял, что вы рядом, у него с глаза срывается слеза и исчезает где-то на подушке. Теперь он только так мог говорить — через слёзы.

-Я хочу, чтобы ты знал, Трой, я тебя не брошу и не оставлю одного, тем более в том состоянии, в котором ты сейчас, - сказали вы ему, осторожно целуя его в скулу.

Глава 2 День 1-2

Вы решили, что будете навещать Троя каждый день. Пусть он не видит и не может говорить, но он слышит, и вы решили, что будете разговаривать с ним обо всём на свете, чтобы он чувствовал себя любимым и боролся за жизнь даже так. Вы смело шли к доку налётчиков, где лежал Трой, понимая, как ему тяжело сейчас, и то, что он лежит в медицинском крыле своих заклятых врагов. А они наверняка рады, что один из близнецов Калипсо лежит без признаков жизни — значит, его тоже остановили поиски ключа от Хранилища. Вы не боитесь осуждения со стороны тех, кого не знаете, только слышали о Лилит, а кто она и откуда — не знаете, для вас главное — Трой.

Вы отважно поднялись по ступенькам и зашли на стоящий в доке корабль. Когда пришли в первый раз, не заметили корабля, а сейчас добрались без приключений, как на автопилоте. Полненькая девушка-механик только улыбнулась вам и сказала, что с вашим другом пока всё так же.

— Я знаю, я просто не хочу его одного оставлять.

— Он в палате, пойдёмте, я вас провожу к нему, — сказала она.

— Я могу поговорить с врачом?

— Вряд ли Патрисия может помочь, она больше по науке, и вы сами знаете, где мы.

— Да, на Пандоре трудно найти даже пропитание, — сказали вы.

— Вот, а уж нужные протезы и прочее вообще не реально.

— Я могу заплатить, может быть, ваши знают?

— В таком виде вашего друга вообще трогать нельзя, — сказала девушка.

Идя в палату к Трою, вы поймали на себе косые взгляды Лилит. Она явно осуждала то, что вы на стороне близнецов, но она не знает, какой Трой, когда не строит из себя «Бога-стримеров». До этого, приходя домой, он снимает свою маску и становится мягким и тёплым человеком. Да, какой там снимает, он её давно снял. Он давно не был у своей сестры с тех пор, как обрёл свои силы. Да, он украл их у одной сирены, и он этим не гордится. Он сам не ожидал, что так получится, не знал о своих силах, думал, что может только у сестры питаться, а тут такое.

Вы вошли в палату, где лежит ваш друг. Он явно услышал ваши шаги, дёрнулся, но голову не повернул — до сих пор больно. Он лежит, окружённый проводами и приборами. Они показывают, что его сердце ещё бьётся. Хоть это радует вас. Вы подошли и сели на стул рядом с койкой.

— Это я.

Вы положили свою руку на его единственную. Он слегка вздрогнул, но не отдёрнул, ему приятно ваше присутствие, и он помнит ваши прикосновения, а вы до сих пор помните его улыбку, его ухмылку и его шутки, которые пару раз были несмешными.

— Погожий сегодня денёк. Знаешь, я ведь только с тобой увидела закат над Пандорой. Как же он красив. Трой, я не могу без тебя, пожалуйста, возвращайся ко мне, ты мне нужен.

Трой издал едва заметный хрип, и в его глазах снова появились слёзы. Знак того, что он ценит вас. Вы достали платок и промокнули слёзы вашего друга. Осторожно, чтобы не причинить ещё больше боли.

***

— Иди, посмотри, как красиво, — сказал Трой вам тогда, когда уже жил с вами под одной крышей.

Вы вышли на крыльцо вашего полуразрушенного дома. Трой снял с себя куртку и накинул на ваши плечи, чтобы вы не замёрзли, а то вечера на Пандоре и правда холодные. Вам приятен этот жест. А тут и правда красиво по вечерам: над оранжевыми скалами опускается такой оранжевый закат, когда садится солнце, а после на небе уже начинают появляться первые звёзды. Вы родились на Пандоре, но только сейчас поняли, что эта планета так прекрасна, даже когда на ней нет жизни.

— Знаешь, ты посмотрела на меня как на человека, и я растаял. Я решил, что не хочу больше никаких Хранилищ, хочу быть с тобой, — признался Трой.

— А я с тобой, — улыбнулись вы ему.

— Хочу быть с тобой даже сейчас. Ты борись, милый Трой, прошу, — проговорила я, не отпуская его руку из своих.

Вы заметили, что он начал бороться за жизнь, или почти бороться. Он начал ровно дышать и повернул голову в вашу сторону. Его глаза снова заслезились.

— Поплачь, выпусти всю накопившуюся боль, полегчает, — сказали вы ему.

Вы вновь погрузились в воспоминания и рассказывали Трою о каждом дне, где вы веселились или вместе выходили на рейды. Вы не стали возвращаться в пустой дом, а остались в палате с Троем. Кроме того, в первый день вы заметили на себе тяжёлый взгляд Лилит. Она словно не понимала твоей боли, а была сосредоточена на чём-то своём.

Чтобы как-то отвлечься, вы решили пообщаться с той приветливой толстой девушкой. Она единственная, кто смотрел на вас с сочувствием, когда вы первый раз с Троем на руках вбежала в док.

— Понимаю, — сказала она, — видеть, как твой друг в таком состоянии, очень тяжело.

— Не то слово. Он мне не просто друг. Со всем этим забыла сказать ему самое главное.

— Я на этой войне своего брата потеряла. Ты не обижайся на капитана, она из-за близнецов лишилась своей силы сирены, и ей не понять, что значит терять близких. Про смерть Майи все забыли сразу, как будто бы она была пешкой на шахматной доске.

— Может быть, уже давно пора перестать воевать, если забыли, из-за чего начали воевать? — спрашиваете вы.

— Сейчас из-за этого ключа все по-новому воевать начали, — призналась девушка.

— А Трой чем провинился? Он всего лишь мальчишка, и такая судьба. Он мне рассказывал про свою нелёгкую судьбу. Если бы не его особенность, он бы вообще остался на своей родной планете.

— С какой ты планеты? Я раньше не видела тебя на Пандоре?

— Я с Некротафео, она даже не в этой галактике находится, — улыбнулся он.

— И что заставило тебя прибыть сюда?

— Моя зависимость от сестры, но теперь я сам по себе. А это значит, что если у нас будет возможность, мы можем улететь отсюда.

— Как?

— Мы угоним корабль, — скривил он свою улыбку.

— Снова комплекс Бога заиграл, — улыбнулись вы.

— Эй, теперь это только ради нас двоих, — развёл он руками.

— Вот таким ты мне больше нравишься.

Вы тогда буквально повисли на этом двухметровом парне, а он подхватил вас своими руками и прижал к себе.

— Он вообще не отсюда, — пробубнили вы, глядя на свою собеседницу.

— Мой тебе совет, только никому не говори. Лучше всего выпиши Троя, — предложила она.

— Я подумываю. Не хочу, чтобы на Троя смотрели как на поверженного врага. Ни он, ни я не хотели этой войны, и не хочу, чтобы он ощущал на себе тяжёлые взгляды. И так ему тяжело, а тут и Лилит ещё.

— Хорошо, только не говорите никому, что я вам посоветовала, — сказала она.

— Ок. Мне просто нужно подготовить свой дом.

***

Весь второй день вы посвятили тому, чтобы подготовить дом, чтобы туда можно было отвезти Троя. Уже не как обычного жильца, а как человека, который сейчас отчаянно борется за жизнь. Нужно сделать всё максимально комфортным. Вы осмотрели дом, поняли, что нужно ещё и об охране подумать, а то парень без сознания и девушка с ним очень уязвимы перед бандитами и дикими животными. А пока вы обклеиваете углы, чтобы Трой не напоролся на них случайно, потом обустраиваете кровать специально для него. Его тело сейчас как открытая рана, значит, нужно много подушек. Всё, что вы раньше нашли, натаскали на кровать, сами же решили спать на старой раскладушке рядом с кроватью Троя, чтобы знать, что ему нужно. Он наверняка подаст знак, что ему нужно попить или поесть, правда, вы не знали, когда это произойдёт, сейчас он вообще двигаться не может. Вы также проверили окна и решётки на них, чтобы скаги не могли залететь в дом. Когда осмотрели дом, то решили найти инвалидную коляску.

Вы отправились на ближайшую свалку, откуда раньше таскали все вещи, и нашли одну такую. Проверив, поняли, что она подходит. А позже помыли её в ближайшем ручье.

— Решено, завтра же забираю Троя домой и буду за ним ухаживать, — сказали вы себе, и, вернувшись в свой дом, легли на диван и уснули.

Глава 3. День 3

Перед тем как вернуться к себе домой, вы долго думали, как будете вывозить Троя из больничного крыла. Ни в одном тачкомате не было машины, оборудованной для инвалида, да ещё и лежачего, а вы не механик, чтобы перестроить автомобиль. Оставалось только взять машину с кузовом и обустроить её для перевозки, и сделать нужно так, чтобы никто и ничто не видело, что вы везёте в машине.

Утром вы собрали всё самое необходимое в большую сумку, предварительно взяв с собой свой пистолет, взяли найденную вами инвалидную коляску и пошли к ближайшему тачкомату, ваш ЭХО-коммуникатор показывал, что тачкомат где-то поблизости. Вам повезло, что рядом не было ни бандитов, ни диких зверей, сейчас вам меньше всего нужна новая встряска. Взяв нужную машину в тачкомате, вы поехали к доку налётчиков. Люди на корабле «Лилит» только просыпались, поэтому даже толстой приветливой девушки не было видно. Дверь на корабль была закрыта, поэтому вы постучали, а когда не ответили, позвонили по ЭХО. Лилит встретила вас с явным напряжением.

— Можешь расслабиться, я забираю Троя к себе, — бросили вы.

Лилит ничего не ответила, она тут же обратилась к Патрисии, та всё так же с невозмутимым видом, однако сказала, что это невозможно, что ему будет больно.

— А ему не больно от ваших взглядов, и от того, что вы смотрите на него как на аномалию? Да, он сирена, и возможно, где-то ещё есть мужчины-сирены.

— А вы сможете? — спросила Патрисия.

— Да, я уже обустроила дом, вот принесла кресло-каталку, — сказали вы, кивая на каталку.

— Только под вашу ответственность. Я, может, и не профессиональный врач, но расписку…

— Да, напишу, — киваете вы.

В конце концов вас пустили к Трою. Он лежал на спине, не двигаясь, даже не двинулся, когда вы с каталкой вошли в медицинский отсек. Вы ставите каталку рядом и, нагибаясь, говорите Трою, что будете делать. Он едва заметно шевельнулся и больше ничего.

— Не бойся, миленький, всё будет очень быстро, дома будем вместе, там тебя никто не увидит и не узнает, кроме меня, а я тебя и таким люблю, — шепчете вы.

Как только Патрисия отключила все приборы, вы осторожно взяли друга на руки и пересадили в кресло-каталку. Он всё ещё очень лёгкий и хрупкий. Вы поняли, они даже его кормить не пытались. Но вы точно поставите Троя на ноги.

Вы аккуратно пристегнули друга, чтобы он не упал, и стали выкатывать его из медицинского отсека, а затем из корабля. Когда подошли к машине, вы вытащили Троя из каталки и аккуратно уложили его в обустроенный кузов, чтобы никто не увидел, кого вы везёте.

Дорога до дома пролетела быстро, если учесть, что за машиной гнались голодные скаги, почуяв запах добычи, и летели ракки. Животных вы подавили колёсами машины, их тут делают с учётом того, чтобы ускользнуть от местных животных. Только когда животные отстали от машины, вы выдохнули с облегчением.

***

Дома было всё обустроено для новой жизни Троя. Не было острых углов, а кровать была устелена подушками и мягкими одеялами, чтобы не причинить вашему другу больше боли. Как только вы докатили до кровати каталку, то тут же взяли в руки Троя, уложили его на кровать и укрыли одеялами. Он не шевелился, даже не дёргался. Вы заволновались, жив ли он, но когда прислушались, то уловили едва заметное дыхание.

— Вот мы и на месте, милый, тебе… — вы пытаетесь подобрать слова, но они всё не идут.

Силы? Жить дальше, когда всё безрадостно, это не то, поэтому вы сказали ему самую сокровенную фразу, которую не говорили и раньше, но тогда вы возвращали ему себя:

— Я тебя не брошу, ни тогда, ни сейчас.

Вы не знали, что он сейчас чувствует и сможет ли он ужиться с новой реальностью, но вы всегда будете рядом, а пока надо было взять себя в руки. Вы посмотрели на Троя, он весь грязный, остались следы не только от побоев, но и от лекарств и перевязок. Он сейчас такой маленький, такой хрупкий.

— Так, милый, как только ты возьмёшь себя в руки, я тебя помою, — сказали вы ему.

А пока пошли к водоёму рядом с домом, зачерпнули в миску воду, чтобы хоть как-то оттереть следы больницы и охладить тело вашего друга, и вернулись обратно в комнату. Осторожно начали его обтирать, стараясь не касаться открытых до сих пор ран. Он начал шевелиться, ощущая вашу заботу.

— Ты здесь?

Вы положили свою ладонь в его, и его пальцы, дрожа, сжали ваши.

— Ты тут, это хороший знак. Знаю, тебе тяжело будет принять новую реальность себя, но чтобы не…

Вы не смогли договорить. Из его глаз снова брызнули слёзы, и вы поняли, что это слёзы боли и стыда. Ему стыдно за своё состояние и за то, что он сейчас зависит от вас. Он не мог пошевелиться или как-то оттолкнуть вас, поэтому беззвучно плакал. Вы взяли платок и вытерли слёзы с лица Троя, а потом продолжили его обтирать.

— Так, сейчас я тебя на бок переверну и оботру там, а то будут пролежни.

Осторожно перевернув Троя на бок, вы протёрли его спину. Она всё ещё была в синяках, таких страшных, но кровоподтёков стало меньше. Потом переключились на его поломанные ноги, протёрли там. Потом вокруг интимной зоны, не стесняясь этого. Вы уже жили вместе и почти были любовниками, пока однажды с ним всё это не приключилось.

— Знаешь, тебе нужно поесть, чтобы держать себя… чтобы просто жить… — с трудом проговорили вы.

Вы пошли на то, что называли кухней, точнее это просто бывшая кладовая, где стоит примус и кастрюли. Из сухпайков вы приготовили питательный бульон, пока Трой не может принимать твёрдую пищу, пусть попьёт бульона.

Когда вернулись с питательным бульоном в миске и ложкой, стали пытаться кормить Троя. Он наотрез отказывался есть, зажимал губы, отворачивался, в итоге еда оказывалась на подбородке, и вам приходилось его вытирать.

— Ты должен. Знаешь, я не верю в то, что ты там чего-то больше не можешь. Докажи им всем, что твоя сила воли сильнее их слов и всей науки, — упрашивали вы.

Вы так просидели половину дня. За окном уже начало темнеть, и под конец Трой сдался, и вы покормили его.

— Молодец, я верю в тебя по-прежнему.

Вытерев ему рот, вы смазали потрескавшиеся губы друга скажьим жиром, который действует как обычная гигиеническая помада, и осторожно уложили Троя в кровать, укрыв его пледом. Только когда он уснул, вы проверили его и вышли на кухню поесть. Все эти три дня вы не ели ничего, все мысли крутились вокруг Троя. Теперь вы его опора, глаза, ноги и голос. Нужно что-то ещё, чтобы он чувствовал себя живым. Вы решили, что будете читать ему редкие книги, ведь он очень начитанный парень, будете рассказывать ему обо всём, даже о глупостях, пусть чувствует, что он желанный в вашем доме и вы его любите.

Поели вы плохо, да и к тому же от всего пережитого в животе ощущалась тяжесть. Вы вернулись в комнату к Трою и, осторожно поцеловав его в висок, легли с ним почти рядом — на раскладушку — и уснули, пробормотав:

— Не бойся, я тут, я рядом.

Глава 4 День 4

Вы осматриваете дом в поисках нужных книг, которые помогут вашему другу пережить то, что с ним случилось. Книг дома не так много — всё, что вы и Трой смогли найти и принести в дом. Тогда Трой вам открылся с новой стороны, что заставило вас влюбиться в него ещё больше. Для всех он псих с Пандоры, для вас он хоть и язвительный, но умный и начитанный парень. Так как дом большой, маленькие вещи теряются быстро, поэтому книги нашлись где-то в кладовке. Нашлись всего две, хотя вы помните, что книг было больше. Когда вы взяли первую книгу в руки — это был справочник, как приготовить самый вкусный соус на Пандоре, — то сразу нахлынули воспоминания, как вы и Трой попытались приготовить один из соусов, но потом, когда попробовали, плевались огнём, как драконы. Теперь понятно, почему эта книга в кладовке. Вы слегка улыбнулись, и улыбка сняла напряжение последних дней. Второй книгой оказалась сказка «Маленький принц».

— Идеально, — сказали вы себе и вернулись к Трою в комнату.

Он лежал на кровати с закрытыми глазами и тяжело дышал. Вы извинились за временное отсутствие. Он неожиданно поднял свою слабую руку и коснулся вашего бедра. Хороший знак, он приходит в себя, осознаёт ваше присутствие.

— Ты оживаешь, давай борись, прошу.

Он повернул голову к вам, вы сели рядом и сказали, что почитаете ему немного. Он осторожно сжал вашу руку.

Знак согласия, поняли вы. Если он пытается общаться, значит, надо подумать о том, как наладить общение. Но пока он очень слаб, и всё даётся ему с трудом.

— Книга называется «Маленький принц», не знала, что такие книги тут есть, я помню, что ты мне её принёс, когда нашёл её в руинах одного из кораблей, — улыбаетесь вы.

Вы читаете ему книгу, проговаривая каждое слово, чтобы он уловил суть. Вы заметили: когда вы читаете, Трой успокаивается и лежит, повернув голову к вам.

— Потому что мы в ответе за тех, кого приручили, — вы закончили читать ближе к началу дня, улыбаетесь и смотрите на Троя. — Выходит, я тебя приручила.

Он осторожно проводит пальцем по вашей руке.

— Да, и ты меня приручил тоже, — вы гладите его тонкую руку с огромной красной татуировкой сирены. Она, татуировка, блёклая, даже сила сирены не помогла Трою, когда над ним издевались, а сейчас её и не было вовсе.

— Знаешь, тебе надо помыться и смыть всю тяжесть, — говорите вы.

Трой начал мотать головой по постели, пытался отмахнуться и чуть не задел вас. Вы перехватили его руку, прижали к своим губам и сказали:

— Тебе нечего стыдиться, милый мой, я с тобой, я здесь.

Вы осторожно берёте его и осознаёте: когда адреналин спал, его тело стало тяжелее, но вы, не замечая тяжести, осторожно сажаете его в кресло-каталку и катите к небольшой ванне, которой на самом деле является старый таз. Воды мало, и вы думаете, как при таком количестве помыть друга.

— Я всё заранее подготовила, — говорите вы ему.

Вода нагрета, и вы, вылив её в таз, ставите туда стул, чтобы потом усадить Троя. Вы осторожно снимаете с него рубашку с запёкшейся кровью, потом штаны, говоря, что вы делаете, чтобы он знал. Он снова краснеет, и из глаз идут слёзы, он отводит голову в сторону, чувствуя, что вы на него смотрите.

— Тише, я тут, всё хорошо, — берёте его на руки и сажаете на стул, вода покрывает всё его тело.

Осторожно намыливаете его тело губкой, смывая следы лекарств и пыли, потом берёте остатки шампуня и моете ему голову, думая, что надо бы и волосы ему подстричь, а то чёлка уже на глаза лезет.

Трой на мгновение застывает, наслаждаясь этим моментом, и даёт вам его помыть. Когда он наконец чистый, вы вытираете его, переодеваете в чистую одежду и везёте к кровати, а там перекладываете.

— Вот так, теперь тебе легче, — ласково говорите вы.

Он неожиданно поднимает ладонь левой руки и проводит ею по горлу.

«Убей меня».

Вы вздрагиваете от такого, понимая: Трой сдаётся, ему тяжело жить в таком виде, но вы не можете позволить ему умереть после всего, что вы пережили вместе. Вы осторожно подсаживаетесь к нему на край кровати и целуете в висок.

— Не сдавайся, милый, прошу, — вы чуть не плачете, усталость начинает накапливаться.

Вы уже три дня сами не спите, всё следите за вашим другом уже какую ночь и засыпаете только тогда, когда он засыпает сам.

Вечером вы снова идёте на кухню и смотрите в окно, замечая ранее оставленную Троем надпись: «Ты мой смысл».

— Что это значит?

— Что ты важна для меня.

— Ты псих.

— Ага, притом дико в тебя влюблённый.

Вы поднимаете руку, и он наклоняется, чтобы вы коснулись его щеки.

— Клянусь, больше не будет никаких вырвеглазных соусов, я закопаю эту книгу, — подмигнул Трой, жадно целуя вас в губы и обвиваясь вокруг вашей талии двумя руками. Тогда вы поняли, что так может любить только тот, кому долго отказывали в тепле, и теперь, получив его, он не остановится.

Вы касаетесь стекла, но так и не стираете послание, оставленное Троем, а берёте красный маркер и дописываете внизу: «А ты мой хаос» — и оставляете смайлик.

Вы снова ели плохо: куски в горло не лезли, а водой вы давились. Трой хоть и ожил, но ненадолго, он начал замыкаться в себе, и ваша задача теперь — вывести его из этого состояния. Вернулись к нему в комнату, он спал и дрожал всем телом во сне, возможно, ему снилось, что его снова мучают в той темнице, и он переживает это вновь.

— Не знаю, кто это с тобой сделал, но он или она уже наказаны, прилетит им за это скоро, — проговорили вы Трою, кладя свою руку на его.

За окнами темнеет, вы ложитесь рядом с Троем, обнимая его руками, чтобы он чувствовал вас, и говорите, какой сегодня красивый закат, как тогда, когда вы начали жить друг с другом. Вы говорите с ним как с обычным человеком, а не с искалеченным юношей, и замечаете, как он расслабляется в ваших руках, слушая вас, и окончательно засыпает.

— Я не дам тебе сдаться, — шепчете вы ему на ухо и засыпаете тоже.

Глава 5 Перелом

Каждый новый день был похож на предыдущий. Вы не спали, следили за состоянием Троя, утром просыпались и первым делом пытались его покормить. Он ел через силу, иногда выплёвывал то, что вы ему давали, или зажимал губы. Вы часами его уговаривали, и только после этого он ел. Потом вы протирали его тело, чтобы не было пролежней, делали массаж, и всё продолжалось по кругу. Он больше не казался таким лёгким: как только адреналин нормализовался, вы почувствовали его вес, и сажать его в ванну было тяжело. Вы чуть сами не упали в ванну, когда в очередной раз брали его на руки. Он начал замыкаться в себе всё больше, не реагировал на ваши слова и прикосновения.

Вы начали задумываться о словах Троя о том, чтобы его убить. Быть может, эфтаназия — лучший исход, но тут, мотнув головой, вы ущипнули себя больно и быстро вернулись в реальность.

«О чём я думаю, как я могу причинить ему боль? Я поклялась, что не брошу, а тут я запишусь к тем, кого на эту планету сослали».

Вы вернулись к Трою, который всё это время лежал, уткнувшись носом в подушку. Пришлось перевернуть его, чтобы не задохнулся. Он едва дёрнулся, когда почувствовал, что вы нажали ему на руку.

— Ты чувствуешь меня?

Он осторожно кивнул головой, а у вас в голове родилась мысль о том, чтобы найти новый разговор с Троем, не словами, а жестами. Вы изучили все записи в ЭХО, но так и не нашли то, что нужно вам. Стандартная азбука Морзе для него тяжела, он не в силах её освоить, но что если её записать языком прикосновений? Вы знали стандартную азбуку, изучили её за годы жизни на Пандоре, Трой тоже наверняка знал, так как он умнее всех жителей во всех шести галактиках и даже своей туповатой сестры.

Вернувшись к Трою, вы осторожно взяли его тонкую руку в свою и осторожно надавили на неё.

«ТЫ ТУТ»

«ДА», — ответил он рукой, и на лице появилась едва заметная улыбка. Он снова начал восстанавливаться, когда почувствовал новый способ общения.

«ТРОЙ».

«Я ТУТ… ДЕТКА».

От нахлынувших чувств вы забыли про его боли, обняли. Он поморщился, но не отстранился.

«Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ»

«А КАК Я ТЕБЯ».

Ваша апатия пропала за считанные секунды. Вы снова вырвали своего друга из тьмы, куда его хотели отправить. Вы продолжали его обнимать и почувствовали, как он постукивает своей рукой по вашей спине.

«ТИШЕ, ДЕТКА, Я НЕ ТАКОЙ КРЕПКИЙ, КАК ТЫ»

«Я… Я ГОТОВА БЫЛА»

Трой затих, но потом вновь начал стучать.

«ЧТО»

«ЗДАТЬСЯ, ТРОЙ»

Из ваших глаз потекли слёзы и упали на грудь Троя. Он почувствовал и обнял вас, а вы прижались к нему.

«МНЕ ПОНРАВИЛАСЬ КНИГА» — говорил он рукой.

«Я РАДА».

«КАК ТАМ ПАНДОРА?»

То, что он спрашивает, как дела на планете, — первый шаг к выздоровлению. Вы ответили, что всё на месте, про его сестру ничего не говорили ему, зато вдруг вспомнили про соус и рассказали. Он показал жест, похожий на смех.

«ДА, МИЛЫЙ, КАК ДРАКОНЫ», — сказали вы нажатием на его запястье.

Так вы начали разговаривать обо всём на свете. Вы спрашивали, будет ли он волноваться, если вы уйдёте за едой. Он ответил «да», а потом добавил, что не будет, так как знает. Вы спросили, но ведь он будет один, а Пандора опасна. Тогда он сказал:

«ИДИ НОЧЬЮ, КОГДА ВСЕ СПЯТ».

«НО»

«ТЫ СИЛЬНАЯ, СПРАВИШЬСЯ».

Еды пока хватало обоим. Кроме того, Трой, когда начал приходить в себя, начал нормально кушать. Теперь он ел так, будто давно не кушал. Вы даже не уговаривали его покушать, он пытался даже сам взять ложку, но рука дрожала. Вы сварили не только бульон из ракка, но и немного мяса добыли. Он жевал и не давился.

«СПАСИБО» — ответил он нажатием.

«ЭТО ТЕБЕ СПАСИБО».

Когда вы вытерли ему рот салфеткой и он осторожно лёг в кровать, вы вышли на кухню и выдохнули.

— Какой же я была утром дурой, позволила себе минутную слабость. Я должна быть сильной ради него.

Вы поняли, что теперь это ваша новая реальность. Она другая, но она ваша. Вы её начали, когда взяли Троя к себе домой и стали за ним ухаживать. К вам вернулся и аппетит: после нескольких дней отчаяния вы ели за двоих и даже доедали за Троем, если он не доедал. Вы не шли к нему в комнату волочась, а буквально бежали, чтобы поговорить. Касались его руки, спрашивали о его самочувствии.

«ТЫ КАК, ТРОЙ? ПРОСТИ, ЧТО СНОВА СПРАШИВАЮ»

«ТЕПЕРЬ, КОГДА МОГУ ОБЩАТЬСЯ С ТОБОЙ, МНЕ ЛУЧШЕ. Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, МАЛЫШКА»

«МОЙ ТРОЙ ВЕРНУЛСЯ».

Он немного остановился. Тогда вы сказала ему через прикосновения, что вам нравится, когда он вас так называет, не по имени, а прозвищами. Вы спросили, помнит ли он, как назвал вас в первый раз при вашей первой встрече. Он ответил:

«ГЛУПЫШКА. ТОЛЬКО ТАКАЯ МОЖЕТ УЖИТЬСЯ С ТРОЕМ КАЛИПСО»

«НО Я ЖЕ УЖИЛАСЬ»

«Я… ДУМАЛ…»

«ЧТО, МИЛЫЙ?»

Он замялся и ответил, что думал, что умрёт в темнице. На секунду он снова запнулся и задрожал всем телом, а вы осторожно обняли его, утешая и говоря нажатиями, чтобы он больше не думал об этом. Вы не стремились задать ему вопрос о том, кто это сделал, не сейчас. Пусть он вернётся целиком к вам. Врачи говорили, что он не жилец, Лилит и компания только и ждали его смерти, а он воскрес подобно фениксу. Чудо возможно даже в этой замшелой галактике.

«ОНИ БЫЛИ НЕ ПРАВЫ, КОГДА ГОВОРИЛИ, ЧТО ТЫ ОПАСНЫЙ»

«Я НЕ ОПАСНЫЙ, Я БЫЛ СЛОМАННЫМ. НО ТЫ…»

«Я ВЕРНУ ТЕБЕ СЕБЯ. ОБЕЩАЮ. Я ВСЁ ЕЩЁ ВЕРЮ В ЧУДО»

«ТО, ЧТО ТЫ РЯДОМ, ЭТО УЖЕ ЧУДО, МИЛАЯ».

Трой вновь расслабился, и вы поняли, что он устал. На сегодня он совершил слишком большой шаг, и это измотало его полностью. Вы осторожно поцеловали его в висок и пошли умываться, чтобы перевести дух, и лечь рядом с ним.

Глава 6 Признания

Утром вы проснулись от того, что кто-то водил пальцем по вашей руке. Когда открыли глаза, то увидели Троя — он смог повернуться к вам телом и рисовал узоры на вашей ладони. Он всё ещё не видел, но это не мешало ему постепенно возвращаться к жизни. Вы в ответ нарисовали улыбку на его ладони, чтобы он знал, что вам тоже приятно его видеть в таком состоянии духа.

— Есть хочешь? — спросили вы.

«ДА, Я ГОЛОДЕН КАК НИКОГДА», — пожал он вашу руку.

— Хорошо, сейчас сделаю, — сказали вы и собрались вставать, как вдруг Трой схватил вашу руку.

— Что? Что случилось? Где болит? — тревожно спросили вы.

«НЕ УХОДИ, ПОЖАЛУЙСТА».

— Милый, я только за едой, я всё время с тобой.

После этих слов он вас отпустил, и вы пошли на кухню. По его жесту вы поняли, что он на немного вернулся в свой кошмар и ему вновь стало страшно. Жаль, что у вас нет космического корабля, чтобы улететь в другую галактику или найти тихую и мирную планету, где восстановление было бы лёгким. Но у вас есть только Пандора, её пустоши и дом в самом центре каньона под названием Бритва Дьявола. Хорошо, что вы обустроили свой дом так, что ни один рейдер в него проникнуть не сможет.

Сегодня вы решили сварить ему кашу из семян остролиста и слабый заменитель чая, а мясо оставить на потом. Да и, посмотрев внимательно, вы поняли, что оно кончается. Надо выбраться наружу и подстрелить парочку скагов — в каньоне их полно, так что уходить далеко от дома нет смысла. Приготовив завтрак, вы вернулись к Трою. Он лежал неудобно в кровати, от такого может разболеться спина. Вы помогли ему сесть.

— Сейчас будем кушать, — сказали вы ему.

«Я ГОТОВ, ПРОСТИ, ЧТО БЫЛ ТАКИМ ВРЕДНЫМ».

— Ты не должен извиняться передо мной, Трой. Я тебя любым приму, — сказали вы.

Вы стали его кормить. Поначалу он ел с ваших рук, а потом сам попросил ложку и дрожащей рукой стал есть.

— Тише, ты ещё не до конца восстановился, — сказали вы ему.

Когда он устал есть, вы продолжили его кормить. Когда он всё съел, вы вытерли ему подбородок и убрали тарелку.

— Трой, мне нужно отлучиться ненадолго, не волнуйся, со мной ничего не случится, — сказали вы ему.

«ВОЗВРАЩАЙСЯ», — ответил он нажатием на вашу руку. Пальцы дрожали, новое общение ему давалось, но тяжело, рука всё ещё была слаба.

Вы взяли грязную посуду, взяли пистолет и вышли из дома, став искать источник с водой. Каньон был полностью сухим, но малые источники воды тут встречались. Вы нашли ближайшую лужу и стали мыть там посуду. Как только присели на корточки, тут же появились скаги. Решив, что это удачный день и для охоты, вы достали пистолет и подстрелили парочку, а потом ещё. Когда живность закончилась, вы взяли части тела и связали их верёвками. Потом всё же домыли посуду и вернулись домой.

Разделывая тушу скага, вы услышали шум в спальне Троя, словно что-то упало. Бросив всё на месте, вы метнулись к нему. Он лежал на полу и пытался что-то прокричать, но только ловил воздух ртом, как рыба. Похоже, он хотел сесть в кровати, но ноги тяжёлым грузом потянули вниз, и он упал на пол.

Ничего не говоря, вы взяли Троя на руки и уложили обратно в кровать.

— Что случилось? Ты же знаешь, что тебе нельзя вставать пока, ты слишком слаб.

«Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ ДЛЯ МЕНЯ. НЕ ХОЧУ БЫТЬ ОБУЗОЙ».

— Ты не обуза для меня и никогда ей не будешь, — вы нарисовали улыбку у него на руке.

Он потянулся к своему лицу и ощупал его, а потом, взяв вашу руку, сказал:

«ЭТО ОНА СО МНОЙ СДЕЛАЛА».

— Кто? Тайрин? — выпалили вы.

Он только кивнул и пытался сдержать слёзы.

«ОНА БИЛА МЕНЯ, ОБЗЫВАЛА, ГОВОРИЛА, ЧТО Я НИКЧЁМНЫЙ И НЕ ЗАСЛУЖИВАЮ…» — он остановился, из глаз потекли слёзы. Такое признание давалось ему тяжело, но хотелось высказать всё. Он не предавал свою сестру, это она его предала тем, что так поступила с ним.

«ОНА ОТВЕЛА МЕНЯ ТУДА, ПОТОМ СКАЗАЛА, ЧТО Я БУДУ ЕЁ ИГРУШКОЙ, ВЕЛЕЛА ДВУМ БУГАЯМ СЛОМАТЬ…»

— Тише, я рядом, — вы не знали, что сказать ещё, просто не удержались и обняли Троя. Он на миг обмяк в ваших руках.

Как она посмела такое сделать? Вы знали, что Тайрин та ещё змея пандорская, но не до такой же степени, чтобы изуродовать своего брата.

«ОНА СКАЗАЛА, ЧТО ТЕПЕРЬ ЭТА СИЛА БУДЕТ ЕЁ. А ПОТОМ ОНА ДЕЛАЛА ЭТО КАЖДЫЙ РАЗ, КОГДА ПРИХОДИЛА В ТЮРЬМУ. Я ДУМАЛ, ЧТО УМРУ ТАМ», — сказал он и заплакал.

У вас в голове появился план мести. Хотелось убить эту гадюку и сделать то же самое, что она сделала с Троем, но он, когда вы сказали ему в ярости, остановил вас.

«НЕТ, НЕ НАДО. ОНА ТЕБЯ УБЬЁТ. Я НЕ ХОЧУ ПОТЕРЯТЬ ТЕБЯ», — сказал он, и его рука остановилась, он ослаб.

— Ты прав. Время её накажет за такой поступок. Кровь не прощает предательства, — сказали вы Трою, помогая ему лечь в кровать.

Когда он уснул, вы вернулись на кухню, убрали посуду, которую бросили, и положили куски мяса скага в до сих пор работающий холодильник. Вас трясло от того, что вы услышали. Вы до сих пор помните, каким нашли тогда Троя: он не был похож на себя, вы даже не знали, выживет ли он, и эти гематомы по всему телу. Образ надменной девчонки если можно назвать её девушкой, истязающей своего брата. Лужа, мнящая себя океаном, а на деле не лужа а капля. Вы сжали кулаки, вдохнули воздух и выдохнули, усмирив свой гнев и вернув все чувства на место.

«Пусть Пандора будет её судьёй», — пронеслось у вас в голове.

Вы вернулись к Трою. После признания он наверняка сейчас весь дрожит и не может уснуть. Он лежал на спине, дыхание было ровным. Вы коснулись его руки.

«Я ЗДЕСЬ».

— Как ты?

«КОГДА ВЫГОВОРИЛСЯ, СТАЛО ЛУЧШЕ».

Он попробовал повернуться к вам, но тело было как деревянное. Вы помогли ему повернуться, осторожно приподняв его хрупкое тело, и повернули лицом к себе. Его губы тронула едва заметная улыбка.

— Я запаслась едой, теперь ты точно встанешь на ноги.

«С ТОБОЙ ТОЧНО ВСТАНУ. СПАСИБО ТЕБЕ, Т/И».

— Я всё сделаю для тебя. Знаешь, сегодня на удивление тепло, на небе ни облачка, — вы нарисовали улыбку у него на руке.

«ЖИВОТНЫЕ ТЕБЯ НЕ СИЛЬНО БЕСПОКОИЛИ?»

— Что ты, я же профессиональный охотник, так что нет, не беспокоили. Они все пойдут тебе на обед.

Он снова улыбнулся, а потом:

«Я ХОЧУ ТЕБЯ, КАК МУЖЧИНА» — на миг он покраснел и отвернулся, понимая, что такие слова из уст покалеченного звучат как оскорбление.

Вы не отвернулись от него, наоборот, осторожно приподняли и стали водить рукой по его телу. Оно до сих пор было синим, но синяки проходили, и были видны его татуировки. Тело до сих пор оставалось слегка подкачанным, что радовало. Потом вы провели руками по его голове и тонкой шее, где раньше был ошейник. В ваших руках Трой смог расслабиться и уснуть окончательно.

— Спи, красавчик, набирайся сил, — нарисовав улыбку на его груди, вы пошли в ванную комнату, умылись и пошли обедать. День только начинался. Обычно вы в это время были измотаны от усталости и безысходности, но теперь вы чувствовали прилив сил. Главное, чтобы Трой не пошёл на попятную и не начал снова замыкаться в себе.