По образу и подобию

Глава 1

…Говорят, что короли лживы. Они — олицетворение тех, кто следует за ними. Они — лицо, соответствующее визави. Они — те, кто не спит...

Да, теперь понятно, почему в книге написано: «… и сотворил… по своему образу и подобию.» Как же те строки были правдивы!..

Моё имя Кагуро Шварц, мне сегодня, а может вчера, исполнилось двадцать семь лет. Светло-синие глаза, чёрные, едва ли заметно вьющиеся волосы, светлая кожа. И я слишком поздно понял, что есть жизнь в своей сути. И потому жаль, что не могу удержать такой лёгкий смысл... Но если говорить «обо всём на свете», то потратится слишком много несуществующего времени. Потому что меня уже обманули. А от этого хочется выть и рычать, разрывать плоть когтями и скрипеть, гоготать... Да тело это слишком слабо, и голоса, даже охрипшего, в нём давно нет...

***

Меня затянуло в… Водоворот? Поток энергии? Не проскальзывая, тащило сквозь слой за слоем сгущающийся не воздух в пустоте, тянуло вверх. Здесь не было ничего, но в то же время присутствовало всё. Довольно странные ощущения, когда их нет. Но бесплотное тело пробирает до мурашек от загранного холода. И в тот же момент оно плавится от иллюзорного жара в разы больше такового у Солнца. А на выходе лился чёрный свет, заставляя точку материи искриться выжигающе белым.

В этом несуществующем месте исчезает всё, и появляется гораздо больше. Становится страшно не только мне, природа тоже боится пустоты. Поэтому пытается заполнить ее хотя бы волнами. Однако, имеющее хотя бы что-то, является природой, из-за этого пустота — совершенный ноль, а природа — точная единица.

<Тем не менее ничто не вечно, и это закончилось столь же быстро, как началось.

Я оказался в немощном теле и чьими-то глазами видел сквозь прозрачный кристалл двух человек. Один был высоким, черноволосым, с густыми усами и в белой одежде. Его смех громом разносился по залу. Почему он смеётся? Над чем?

Второй был с солнечно-рыжими волосами и медово-карими глазами, а взгляд отчаянно напуган, его меч разделял моё (?) тело на две части. Странно, вновь не чувствую ничего, будто бы все нервные окончания перерублены разом. А кристальная тюрьма соскальзывает по гладкому срезу, как только человек в белых одеждах и чёрном плаще произносит: «… и ушёл», тихим, почти неслышимым голосом с небольшой хрипотой. Парень с волосами цвета жизни не услышал, но я — да, ведь думал о том же: «Он использовал…»

Именно в эту секунду до небытия понял суть жизни. А вообще, правильно…