Отпусти...

Глава 1

Дождь барабанил по крышам Йокогамы, словно отбивая ритм бешеного сердцебиения Чуи. Он наблюдал за ней, прячась в тени переулка. (Имя героини) была… совершенством. Каждое её движение, каждое слово, даже хмурый взгляд, когда она сталкивалась с неприятностями – все это вызывало в нём бурю эмоций, с которыми он не мог справиться.

Чуя Накахара, член Портовой Мафии, гроза преступного мира, был совершенно беспомощен перед этой девушкой. Он пытался игнорировать это наваждение, зарыться в работу, заглушить чувства вином, но все было тщетно. Она преследовала его во снах, её образ возникал в каждом уголке города.

Чуя знал, что то, что он собирается сделать, неправильно. Мерзко. Безумно. Но в его голове не оставалось другого выхода. Он просто не знал, как иначе привлечь её внимание. Как донести до неё, что она значит для него.

Нормальные методы для него не работали, а наблюдать, как она общается с другими мужчинами, даже если это были его товарищи, вызывало приступы ярости.

Он спланировал все до мелочей. Знал её маршрут, знал время, когда она оставалась одна. И вот, под покровом ночи, когда дождь усилился, он действовал.

Она шла по безлюдной улице, погруженная в свои мысли. Чуя появился из тени, словно призрак. Прежде чем она успела что-либо сказать, он закрыл ей рот рукой, другой обвил её талию, прижимая к себе. Она отчаянно пыталась вырваться, но сила Чуи, усиленная его способностью, была непреодолимой.

Он затащил её в заранее подготовленную машину и умчался прочь от города, в уединенный дом в горах, который он снял специально для этой цели.

Когда она очнулась, то обнаружила себя в незнакомой комнате. Страх сковал её, но она старалась сохранять спокойствие. Вскоре появился Чуя.

”Привет,” – произнес он тихим, почти робким голосом. – “Прости меня. Я не хотел тебя пугать.”

Она смотрела на него с ужасом. “Что ты делаешь? Зачем ты меня похитил?”

Чуя подошел ближе, его взгляд был полон… тоски? “Я… я не знаю, как тебе объяснить. Я просто… я люблю тебя. И я не знаю, как иначе привлечь твое внимание.”

Её лицо исказилось от отвращения. “Любишь? Это не любовь, это безумие! Отпусти меня!”

Чуя покачал головой. “Не могу. Я не могу тебя отпустить. Я без тебя не могу.”

Он рассказал ей о своих чувствах, о своей одержимости ею, о том, как он страдал, наблюдая за ней издалека. Его слова звучали сумбурно и отчаянно. Он говорил о том, что готов на все ради неё, даже если это значит, что она будет ненавидеть его.

Но она не слушала. Она была слишком напугана и разочарована. Она видела перед собой не галантного мафиози, а безумца, одержимого нездоровой страстью.

Она попыталась сбежать. Несколько раз. Но Чуя, хоть и был растерянным и полным противоречий, был бдителен. Он знал, что она будет искать выход, и предпринял все меры предосторожности. Двери были заперты, окна – решетками, а снаружи дом охраняли его люди, которых он тайно привез из мафии, объяснив, что ему нужна помощь в “частном деле”.

Её отчаяние росло с каждым неудачным побегом. Она кричала, ругалась, умоляла, но Чуя оставался непреклонен. Он приносил ей еду, пытаясь быть любезным, предлагал книги и развлечения. Но её ответ был неизменно холодным, наполненным презрением и страхом.

Однажды, когда он принес ей обед, она швырнула тарелку в стену. Фарфор разлетелся вдребезги, оставив на стене уродливую кляксу от соуса.

“Что ты творишь?!” - выкрикнул Чуя, его лицо исказилось от гнева и обиды.

“Что я творю? Это ты творишь! Ты похитил меня, ты держишь меня здесь, словно пленницу! Ты болен!” – она задыхалась от ярости.

Впервые за все время, проведённое вместе, Чуя по-настоящему осознал, что он натворил. Он увидел в её глазах не только страх, но и ненависть. Его руки сжались в кулаки. Ему хотелось кричать, крушить все вокруг. Он хотел, чтобы она поняла его чувства, но понимал, что её реакция была закономерной.

Он отошел от неё, тяжело дыша. Повернулся к двери и, не сказав ни слова, вышел, хлопнув дверью так, что дом затрясся. В этот момент он ощутил себя одиноким и потерянным, как никогда.

Он провел всю ночь, сидя в своей машине, в нескольких километрах от дома, наблюдая за ним. Дождь, который сопровождал его похищение, снова накрапывал. В этот раз он чувствовал себя не триумфатором, а сломленным человеком.

На следующее утро он вернулся в дом, полный решимости исправить все. Он собирался извиниться, объяснить, попытаться всё исправить. Он откроет двери, отпустит её. Он хотел, чтобы она была счастлива, даже если это означало, что она будет счастлива не с ним.

Но, войдя в комнату, он обнаружил, что она исчезла. Комната была пуста. Кровать заправлена, как будто её никогда и не занимали. Но пропали не только она, но и её вещи, которые Чуя оставил в комнате, надеясь, что они помогут ей освоиться. Он обыскал весь дом, позвал охрану – безрезультатно. Она ушла.

Внутри Чуи бушевала буря. Гнев, страх, отчаяние – все перемешалось в ураган эмоций. Он почувствовал, как земля уходит из-под ног. Он проиграл.

Неужели она сбежала через окно, используя свою хитрость? Или кто-то помог ей? Его люди? Да быть того не может! Он им доверял… Но сомнения закрались в его сердце.

В ярости он вызвал к себе охрану и устроил им допрос. Они клялись, что ничего не видели, ничего не слышали. Чуя знал, что они не врут, они были ему преданы. Но кто тогда?

Тогда он позвонил Дазаю.

“Дазай, ты что-нибудь знаешь?” – его голос звучал хрипло.

На другом конце провода раздался знакомый смех. “О, Чуя, мой дорогой! Что-то случилось? Ты звучишь… встревоженным.”

“Не валяй дурака, Дазай! Она пропала. Ты в этом замешан?”

Пауза. Затем: “Ах, Чуя, ты всегда подозреваешь меня. Но в этот раз… я тут ни при чём. Хотя… было бы интересно посмотреть, как ты справишься с этой ситуацией.”

Чуя сжал зубы. Дазай знал больше, чем говорил.

“Так ты знаешь, где она?”

“Может быть. А может и нет. Знаешь, Чуя, ты всегда был так слеп. Слепо влюблён, что не видел очевидного.”

“Что ты имеешь в виду?”

“Ты её похитил, а ты думаешь, она просто так останется? Она умная девушка, Чуя. Она найдёт выход из любой ситуации. И, возможно, уже нашла.”

Дазай отключился. Чуя остался один на один со своими мыслями. Он метался по дому, круша вещи в приступах ярости. Дазай был прав, он был слеп. Слепо влюблён, одержим и совершенно не учитывал её чувства.

В этот момент его осенило. Он вспомнил, как она говорила, что ненавидит его. Вспомнил, с какой силой она хотела уйти. И он понял, что должен изменить всё.

Он должен был найти её. Не для того, чтобы снова запереть, а для того, чтобы извиниться. Для того, чтобы, наконец, понять её. И отпустить, если она этого захочет.

На следующее утро он отправился на поиски, прочесывая город, используя все свои связи в мафии. Он был полон решимости. Он должен был искупить свою вину.

Поиски затянулись. Чуя прочесал каждый уголок Йокогамы, использовал все ресурсы Портовой Мафии, обратился за помощью к своим друзьям и союзникам. Но след простыл. Казалось, она растворилась в воздухе.

Он чувствовал себя загнанным в угол зверем. Вина терзала его душу. Он не мог спать, не мог есть, мысли о ней преследовали его днем и ночью. Он вновь и вновь прокручивал в голове свои ошибки, пытаясь понять, где он оступился.

Он знал, что, если он не найдёт её, он никогда не сможет жить нормальной жизнью. Он станет призраком, блуждающим по улицам города, мучимым своими демонами.

Однажды, когда он уже был готов сдаться, ему позвонил человек, которому он доверял больше, чем себе – один из его подчиненных, которого он оставил наблюдать за её квартирой.

“Босс, я, кажется, нашёл её.”

В сердце Чуи вспыхнула надежда.

“Где?”

“Она в… приюте для бездомных. На окраине города.”

Чуя тут же сорвался с места. Он примчался в приют, его сердце бешено колотилось. Когда он вошел внутрь, то увидел её. Она сидела на скамейке, укрывшись потрепанным одеялом. Её взгляд был устремлен в никуда. Она выглядела изможденной и испуганной.

Он подошел к ней, остановился в нескольких шагах.

“Я… я пришёл поговорить,” – произнес он тихо, стараясь говорить спокойным голосом.

Она подняла на него глаза. В них читалась смесь страха и презрения.

“Уходи,” – тихо сказала она.

Чуя кивнул. Он понимал, что заслужил это.

“Я пришёл извиниться. Я… я был не прав. Я был слеп и эгоистичен. Я не имел права так поступать с тобой.”

Он опустился на колени перед ней, склонив голову.

“Я прошу прощения. Я понимаю, что не заслуживаю прощения, но я должен был сказать это.”

Он поднял глаза. Она смотрела на него. В её взгляде не было ни ненависти, ни презрения, только усталость.

“Почему?” – тихо спросила она.

“Потому что… я люблю тебя. Но я понимаю, что это не оправдывает моих поступков. И я… я отпущу тебя. Я больше не буду причинять тебе боль.”

Он ждал. Ждал её ответа. Ждал приговора.

Она вздохнула.

“Я не знаю, верю ли я тебе… Но я устала.”

Он кивнул.

“Я понимаю.”

Она смотрела на него еще несколько мгновений, затем отвернулась.

“Тогда… уйди,” – сказала она. “И больше никогда не приходи.”

Чуя поднялся. Он посмотрел на неё в последний раз, потом развернулся и вышел из приюта.

Когда он вышел на улицу, его глаза наполнились слезами. Он потер их рукавом. Ему было больно, как никогда в жизни. Но он был свободен. Он отпустил её.