Один день

Один день, который кончился.

Я медленно жмурясь от света авто-ламп открываю глаза. Потом выполняю уже рутинный утренний ритуал. Широко вдохнув воздуха своей камеры шестого уровня.

Запах металла, легкий запах масла, похоже ночью дрон чинил вентиляцию по моему запросу.

Неспешно потягиваясь то влево, то вправо убеждаюсь что не опять на койке уровня первого и нет соседа снизу и сверху ещё трёх ярусов. В чем то скучаю по суете первого уровня.

Хотя возвратится обратно мне не хочется, протягиваю ласты в пустоту у ног в которой не спит другой сосед по нарам.

Убеждаюсь ещё раз:

“жить хорошо, а лучше всего хорошо жить.”

По привычке наступаю на пол аккуратно чтобы не наступить на тех, кому нары не достались, забыв что живу теперь один.

После медленно иду в личный душ, по пути на столе смотрю на свою новую персональную станцию. На её экране дата: девятый день, первой декады, третьей трети, первого квартала, четыре тысячи триста сорок шестого года.

Имперский календарь, по нему сегодня и завтра выходной от “публичной работы“ в цеху погрузки.

После быстрых водных процедур, сажусь за станцию, изучаю архив. По сути убиваю лишнее время перед завтраком, смотря на бесполезные вещи.

Пара новых сообщений вчера вечером, в одном одобрили отгул. В другом то почему я сейчас не первого уровня, медленно его изучаю, сегодня похоже будет работа доносчика, запрос явится на место встречи с куратором. Порой думаю, а стоит ли моя жизнь чужих, но от долгих раздумий меня отвлекает призыв на завтрак.

Живу на третьем этаже нашего барака, выше меня только будка наблюдения и подмостки охраны. Выходя из своего жилища, я иду вдоль открытой террасы. А они туда попадают на отдельном лифте к себе, пока я на лестнице. Сама терраса открыта к внутреннему двору под куполом барака. Там общая столовая, может по мнению некоторых, я доносчик, но видели бы они первый уровень. Вообще на каждом этаже с края террасы весят сети от самоубийства. В столовой в центре двора все как обычно.

Очереди, скудный выбор, платный, но это хотя бы не одна и та же водянистая каша как на первом уровне, по слухам она из трупов. Хотя до граждан далёко.

Но лучше много не думать, когда подходит моя очередь беру свою порцию, дополнительные добавки за свой счёт, и напиток.

Хотя каша сама по себе ближе к жидкости, но пить её не рекомендую, это ближе к слизи, причем такой что если начать пить то по инерции в рот залезет вся каша, кто-то даже один раз так подавился.

Среди кучи столов какой бы я не занял все расходятся. Потому что боятся при мне говорить.

Походу в следующий декаде будет перевод в другой барак. Кто-то понял что я доносчик и рассказал всем.

В кашу засыпаю подсластитель, в напиток ну точнее это теоретически то'кий на практике такое себе варево, бурого цвета но хотя бы не воняет. Но с сухим какао нормально.

Ем не спеша, просматриваю по столам можно сказать проф деформация. На приемах пищи часто меняются между собой разными вещами. Даже не сидя рядом, взглядом слежу за тем что получается.

Хотя под наблюдением ничем таким не меняются, кто-то передает сделанный руками символ своей веры, где-то еда, разные слухи, косые взгляды. Обычно утро...

Каша мерзкая, но хотя бы кончается в тарелке. После чего все это складывается в санитарный бокс и уходит куда-то, не моё дело.

После чего иду “работать”, в отличие от других утренние свободное время мне проводить не с кем.

Дорога коротка, но и неприятная. В процессе смотрю на наше небо это огромный купол который смыкаются в центре и держатся башней, я там не был и побывать не хочу, хотя она сердце нашего гетто.

Толпы таких же как я в этой системе, идут кто на смену, от третьего уровня не ведут колоннами смены и обратно, есть некая свобода хотя под этим куполом мы заключенные.

А кто в местный “красный Барак” по сути, что-то похожее на тот же где живу я, но в центре бар, а камеры это дома проституток. Полулегальное место, в баре торгуют чем попало, порой краденное со складов бухло, только у проституток там легальное право работы.

Захожу в подворотню где то через час ходьбы, тут в углу одеты как бродяга в балахон сидит терранец, может показаться что он такой-же как и мы, но это терран из карате...

Правильнее будет: член карательного корпуса, мой куратор. Корпус... самое страшное место... Но и лучше для работы... Хотя цена велика, но я уже в этом...

Я не знаю его, он не знает меня только обмен. Я условный символ пару монет синие фишки обозначают очки лояльности, рабская валюта, он мне возвращается одну они из пластика, так что внутри маленький носители информации, чип с магнитным чтением.

Как только попадет в руку ухожу, в моих фишках тоже самое. Стоит поднести его к порту на шее, данные уходят мне, а фишку убираю.

Цель будет в обед в серой зоне. Не знаю как, но они не ошибаются, будто знают нам лучше нас самих. После чего двигаю от сюда в глухие подземелья нашего трудового гетто.

Вообще это когда-то были улиц, но новые выросли выше. Серая зона, надзиратели тут все видят и знают, но не смотрят. Молчаливый договор основанный неизвестно кем что бы уменьшить напряжение. Хотя попасть сюда можно только от третьего уровня лояльности из десяти.

Среди этих запутанных коридоров вроде как и не видят, но мне объяснили как это работает когда я стал доносчиком, тут работают старые системы, они по их словам хуже и местами не покрывают. Но я им не верю.

Когда прохожу лабиринты открывается серое ядро, тут все больше похоже на свободную жизнь, лавочники, рынки, маленькие заведения, кто-то тут и обитает занеся взятку администрации. Местами ходят детишки, лучше следить за карманами.

Спустя пару часов ходьбы по местным закоулкам, беру простую маску с открытым ртом и плащ у лавочника, и ухожу в слепой закоулок, накидываю и двигаюсь медленнее, я рядом с местом, занимаю столик в псевдо-чайной. Подхожу где то за час-полтора до полудня

Торгуют крадеными листьями с гидропоник, но мне это не важно, я сижу и медленно его попиваю. Вкус так себе, но убить время в ожидании можно, за одно обедаю краденым мясом.

Возможно сейчас за этот кусок мяса кто-то сидит в болевой камере, жуткое место. Представьте боль, которая идет по всему телу, при этом вам не наносят физического вреда, всего лишь стимулируют боль всего тела. Но не будем о плохом тут есть всякие сладости и ещё что, но это игра на любителя. Порой я думаю как я не выделяюсь в такой форме. А потом смотрю округу здесь порой ходят в плащах терраны, кто-то может раб, кто-то гражданин, не знаю.

Да и других навалом. Так сказать гетто один большой зоопарк видов. Спустя полчаса, час выходит он, ящер высокий выше чем в данных, но это он, серая чешуя, длинный хвост острые зубы широкой челюсти, жёлтые глаза. Он идет осматриваясь.

Из-за местной солянки рас, прятаться не сложно. Среди других посетителей или жителей данного уровня, прячься порой за каким нибудь крупным товарищем с рогами, или с костяной бронёй.

Империя много кого подчинила. Пока иду медленно активируют расширение своего рабского имплант, мог быть браслет, но я попал на первый уровень там только импланты. Он заходит в соседнюю лавочку а я сижу тут пью то’кий, тут вкус ярче. Хотя вредно. Чтобы не раскрываться меняю заведение через час, лапшичная, подают лапшу с местными жуками, лучше чем ничего, даже лучше утренней каши и вид на лавку хороший. Где то ещё часа четыри может часов пять он там, подозрительно но не моё дело моё только наблюдать, успел сменить ещё забегаловку, вид похуже, но там были просто жуки из местных технический туннелей, крупные. И цель опять появляется, он идет вальяжно, забрал чё-то у торговца и двигается дальше.

Мои глаза следят за ним, а имплант запоминает потом запишу на фишку и отдам в конце декады. Пока иду наблюдаю всякое разное еще помимо него. Где-то отнимает у ребенка фишки очков лояльности крупный гуманоид, покрытой мехом остальные детали не усмотрел. И ещё всякое. Но вот попало на глаза вещь пострашнее.

К ящеру идут другие, кто-то такой же, как и он кто-то напоминает кошачьи. Небольшой группой в 4-5 существ они уходят в глухой закоулок, сперва я жду. Час, два потом иду следом. Там тупик. Именно там он пропадает с наблюдения техники. Когда я иду я вижу что двое охраняют дверь в конце закоулка, благо не вышел в полный профиль а заглянул за угол.

Я же потом уходу от туда и обхожу эту зону. Тут много коридоров и других технических туннелей. И спустя час поиска я нахожу узкий вентиляционный ход. Ползу в нём зажатый, медленно, ноги затекли от сидения пока цель была в лавке. Хоть и расходился, но двигаются медленно, периодически тянусь на руках по вентшахте. Двигаюсь потихоньку и мерзну, весь скоро буду черный от пыли в нём, зато подхожу ближе к ним. Вижу в щель его и других. Что-то обсуждают, но я не слышу видеть только рот ящера.

Они тут устроились, нашли всякий хлам. В одной стороне вижу странные вещи, похожие на простое оружие ножи, полу похоже на меч изогнутое изделие, заметил один предмет похожий на кустарный излучатель, не знаю, работает ли он. Потом ползу дальше. Страшнее, но ползу, если это будет крупное дело может получу свободу...

Сладкое слово которое мне кажется бесконечно далеким, но отвлекает меня детский плач. Один, два, три, четыре. Гуманоида маленьких вроде бы точно мелкие, может дети, выглядит по-разному, разной расы, но есть общие черты, вроде бы все девочки на сколько позволяет мне опыт в гетто судить о расе.

Но особо смотрю не на это, а на то, что вроде бы около подростковый возраст. По крайней мере визуально вроде бы ближе к детям и их тут быть не должно, их держат с родителями или в своей зоне. Я долго смотрю, думаю. Стоит ли моя жизнь ихней, рисковать не хочется...

Долгое молчание в моей голове минуты тянутся как часы, звон в ушах, детей трогать. Это табу, империя карает за них смертью, а за спасение может быть заплатит щедро, как только эта мысль прошла, я медленно пробиваю щель, метал тут старый ржавый и гнилой, это несложно, так как я сильнее, ломаю.

Дети плачет громче, но под “тсс” и попытки успокоить вроде медленно замолкают, а я слушаю и осматриваюсь.

Маленькая комната тяжёлая стальная дверь. Пол битая плитка, потолок и стены сталь. Тут сухо, кажется и детям плоховато вроде видел среди них аквойдный морфотип. Я медленно смотрю дольше окружение, за дверью тихо, на детях верёвки. Освобождаю их и по одному поднимаю в вентиляции. Потом еще раз слушаю вроде бы не кричат и ползут куда указал, но тут предательский скрип двери.

Ящер... я бью его первый не даю шанса, но он проворнее уклоняется, мой удар уходит в дверь она захлопывается, рука болит а он что-то пытается достать с пояса.

Я пинаю его в руку на поясе, попадаю, а он перехватывает второй рукой, это нож.

Дальше все было быстро. Я бью левой он вправо к стене, даю правой он влево от стены в центр комнаты.

Подсекаю за ногу, а он уходит к двери. И потом идет на меня секунды тянутся нож летит, он быстрее. Удар...

Я попал тяжёлой рукой ему в лицо он ударился об дверь. Прямо в створчатый нос и он падает.

Я пробую залезть в вентиляцию, но ноги слабеют. Он попал, еще пара минут... тянутся как часы, я прижимаюсь к противоположной стене, пытаюсь стоять, скольжения моей спины об стену отдается болью из за шершавой ржавой стали, кажется нож глубже чем казалось.

Держу его рукой, второй ставлю фишку на порт... Ценная ли моя жизнь если задуматься...

Перед глазами темнеет вместо часов, минуты тянутся сильнее будто дни. Перед глазами мелькает все.

От первого дня на первом уровне.

До первого доноса, за него я получил мясо.

Мясо за которое кто-то попал в болевую камеру, мысли о свободе, о том что возможно, дом и жена...

Веки тянет...

Тяжелые...

Кажется...

Все…