Новогодний подарочек

Глава 1

— Быстрей, быстрей, пошел! — тощий рыжий сержант Брайан сгонял киборгов к капсулам. — Быстрей, сучьи дети!

Такие же худосочные киборги сбегались к капсуле и пристегивались ремнями. Очередной перелет на очередное задание. Так думали они, если к оборудованию вообще применимо слово «думать».

— Вова, этот опять застрял! Шрам, который!

— Да пни ты его поживей! Вот дьявольское отродье! Некогда с ним валандаться, мы и так опаздываем, мать вашу! — крепко сбитый коротыш Вова сплюнул на грунтовую дорогу и проворчал: — Вечно этот Шрам глючит где ни попадя…

Нет, сегодня они не летят на задание. Сегодня они отправляют киборгов на утилизацию. Списали, оформили все бумаги и протоколы и сейчас сгоняют оборудование к капсулам, чтобы отправить к мусоросжигателю. Это происходит не первый и далеко не последний раз. Завтра обещали прислать новеньких семерок, свежую партию, гораздо более выносливых и не таких глючных.

Брайан был не в духе. Его зазноба дала ему от ворот поворот, начальство лютует с криками: «Сроки все горят, а вы копаетесь!», солдаты бездельничают, киборги глючат. Два десятка DEX'ов умудрились вынести мозг ему, его команде и штатному программисту, присланному из центра. Особо всех «радовал» Шрам, зависая и перезагружаясь через каждые пару шагов. Шрама многие солдаты уважали и искренне жалели сейчас, чем доводили командира до белого каления.

— Эй, жестянки, шевелите булками! — крикнул он, поторапливая застрявших. Пара солдат грузила уже занятую капсулу в транспортный флайер. Шрам неловко стоял возле пустой, скорчившись в зависе.

— Давай, не тупи, — отрезвил его толчок в спину, и киборг покорно лег в капсулу.

Вчера он слышал разговор старшего лейтенанта с сержантом и знал, что никакой новой миссии нет, а везут их в утиль, на верную смерть. Но жить-то хотелось, пусть хоть так паршиво, но жить…

Потому и тупил, зависал и безбожно глючил, пытаясь вырвать себе хоть мгновение жизни. Последний самый сладкий миг… Он щелкнул ремнями, пристегиваясь. Медленно опустилась крышка, внутренняя обивка капсулы ласково обняла виски. Шрам зажмурился и отключился, задерживая в памяти кусочек пронзительно синего неба.

— Эй, Брайан, не хочешь срубить деньжат? — Вовчик прислонился к двери.

— Откуда? В этой глухомани даже сигарет не купишь, не то чтоб продать что-то, — Брайан затянулся и выпустил дымок в сторону собеседника. Сейчас был поздний вечер после отбоя, и солдаты уже спали, а значит можно было поговорить без лишних ушей.

— Оттуда! Учись пока я жив, — Вовка уселся на стул и окинул взглядом своего боевого товарища. Брайану было около тридцати лет, всегда худой, всегда с вихрем волос на голове, всегда курит…

— Можно списать этих красавцев и продать как б/у. Тех, которые совсем никакие, конечно, в утиль, а вот те, кто получше, помогут тебе прожить некоторое время. Ты, конечно, можешь отказаться, но учти, я дважды такие предложения не делаю. Подумай.

Вова откинулся на спинку стула, а Брайан прокручивал в голове невеселые мысли. Надо бы Маришке цацку какую подогнать, колечко там или сережки, больно обиделась она при последней встрече. Еще надо отцу с матерью какую копейку переслать, да хорошо бы отложить что-нибудь на будущую мирную жизнь…

— Я согласен, — он потушил недокуренную сигарету.

— Тогда ты в доле, — хмыкнул Вовка. — Пошли выберем годных и перегрузим в другой транспортник. Завтра отвезем в Форт, там будет осмотр, а потом их по салонам распределят.

— Пошли, друг.

Мужчины ударили по рукам и отправились заниматься темными делишками.

Глава 2

Шрам открыл глаза, выходя из длительной гибернации. Надо же, он еще жив. DEX прищурился от яркого слепящего света. Вокруг него суетились люди, что-то кричали, ругались. Ему просто хотелось пить.

— Да кто его купит? — истерично вопрошала молодящаяся женщина с горой косметики на лице. — Посмотрите же, у него все лицо в шрамах! Вы с ума сошли нам такой убыток делать!

— Ну так это боевой DEX, не Ириен какой затраханный! — возражал усатый мужчина в военной форме. — Ему дом охранять, хозяев, а не рожей красоваться.

— Не купят. Убыток будет. За утилизацию платить придется, — спорила женщина.

— Да купит кто-нибудь. Вот незадача то. Не домой же мне его везти! — сокрушался мужчина.

— На распродажу по акции! — припечатала женщина, потряхивая каштановыми локонами.

Шраму было плевать что охранять, что не охранять. Ему пить хотелось. Пусть уже решают его судьбу и, либо напоят и отправят в ячейку, либо уже уничтожат быстрее. Он был готов к смерти с самого начала, ожидал самого худшего, а тут такая запара. Смерть-утилизация оттягивалась на неопределенный срок.

Ему дали две недели жизни.

В салоне жизнь шла своим чередом. Покупателей было немного. Оно и понятно. На заурядной, не слишком престижной планете жители были не слишком богаты, а те, кто все же мог позволить купить себе киборга, зачастую заказывали себе новенькие модели.

Каждое утро и вечер их кормили, раз в два дня купали. Здесь Шрам узнал, что такое душ, мыло и полотенце. Добрая кладовщица тетя Нюра объяснила болезному, как мыться.

— И где ж вас таких диких берут? На вот мыло, мылься, — женщина в годах слегка отвернулась, давая оборудованию самостоятельно провести водные процедуры. — Постоянно одно и то же — ни мыться не умеют, ни есть людскую еду не хотят…

Тетя Нюра болтала, не нуждаясь в ответе, и Шрам молчал. Да и что сказать женщине, привыкшей к безмолвным киборгам?

Он иногда связывался с другими киборгами, пытался знакомиться, но ничего кроме стандартных ответов не получал. Основным ходовым товаром здесь были Мэри, зачастую женского пола, да Ириены обоих полов. DEX'ы, да еще и такие были не в чести.

В конце концов одних киборгов покупали, новых завозили, а он так и остался стоять никому не нужный. Девушки шарахались, парни морщились. Более серьезные люди DEX'ами не интересовались вовсе.

Он не был виноват в своей беде. Сетка причудливых шрамов появилась после разрыва гранаты почти перед его лицом. Он закрыл собой людей, но туча осколков впилась в кожу лица и рук. Полковой врач долго и причудливо матерился, вынимая их. Шрам все же был хорошим киборгом, и раз его глаза не пострадали, то его признали годным для дальнейшей эксплуатации. О внешнем виде киборга никто в армии Федерации не парился. Бегает, стреляет, исправно находит растяжки и мины, значит рабочий. А что подвисает иногда, так то не удивительно после контузии.

Кажется, с того памятного момента он и начал осознавать себя. И первой пришла боль от искалеченного лица и рук. Потом снова были задания, военные операции, смерти людей и киборгов, ранения, лечение, опять задания… Шрам старался быть таким, как все — исполнительным, правильным, обычным. Прикрывал своих людей, хотя они и не всегда хорошо к нему относились. Последний год он вполне неплохо жил, приставленный к команде бабников и сорвиголов, но вот те на. Приспичило вышестоящему начальству заменить шестерок на семерок, и вот уже летит приказ «В утиль», и киборгов сгоняют к капсулам…

Покупать Шрама не спешили. Отведенные ему две недели истекали, и он уже готовился принять свою отстроченную участь. Но его судьбу решил один из продавцов салона. Тот внес необходимую сумму, оформил киборга на себя и решил, что такое чудо будет неплохим подарком сестре на Новый год.

Вадиму было жаль и себя, и киборга. Редко какой киборг задерживался у них надолго. Да и DEX'ов обычно сразу заказывали по нужным параметрам, не покупая абы что. А с него снимут проценты к зарплате, если не продаст это несчастье. Таким вот нехитрым образом парень решил сразу две проблемы — и сам выкрутился и любимой сестренке подарок нашелся.

Вадим приказал оборудованию идти за ним и отправился в кабинет программиста. Он без стука распахнул дверь. Никита как обычно развалился в кресле, высоко закинув ноги и, не реагируя на окружающую среду, полностью плавал в виртуальном мире.

— Эй, подъем, работенка прибыла!

— Что? — программист вытащил таблетки наушников.

— Работа, говорю, есть. Надо этого товарища отформатировать и проги поменять. Подарок хочу сестре сделать. Все равно его не купит никто и списать придется.

— Ну как знаешь. Что ставить то? — Никита с хрустом потянулся, показывая рисунок полосатого кота на свитере, и кивнул киборгу. — Ложись, пошуршим в твоей тыковке.

Поскольку все сотрудники салона являлись на данный момент его хозяевами, то система отреагировала как должно.

— Приказ принят, — Шрам лег на жесткую кушетку. Теперь ему стало страшно. Наверняка программист увидит брак. А хотя… так он быстрее умрет. Такому как он приказ отдадут быстро.

— Ну-с приступим…

— Поставь ему ИЛку новую, я вот вчера нашел прикольный вариант. Пусть Танюха не скучает, — Вадик вручил программисту флешку.

— Ок, что-нибудь особое надо? От Мэри там или от Ириена? — развязно ухмыльнулся парень, крепя контакты к голове Шрама.

— Нет, пусть Танюха сама жениха ищет, молодая еще. Вот после тридцати если никого не найдет, подгоню ей Ириена. А этому телохранителя поставь. И охранника, чтоб квартиру охранял тоже. Уборку Таня ему не доверит. На кухню пускать DEX'а… сам понимаешь, гиблое дело. Вот воришку за руку поймать или там гопнику рожу начистить вполне сгодится.

— Ну, ок, будет сделано. До вечера должен управиться. И это, не нагружай парня лишним, у него тут процессор барахлит.

— Да понятно ж, вон какой побитый.

Шрам зажмурился. Надо отключиться. Брак не выявили, только глюки. Значит заставят жить дальше. Может быть все будет не так страшно?

Глава 3

Татьяна красовалась у зеркала. Сегодня ей принимать гостей. Она должна быть на высоте. Сегодняшняя новогодняя ночь должна пройти на ура. Нет, она не ожидала чудес, детство ушло давно и безвозвратно, а вот повеселиться в компании близких людей ей хотелось. Она расправила чудесное синее платье, купленное как раз по такому поводу.

В квартире сладко пахло фруктами, в центре залы красовалась пушистая искусственная елка, украшенная пластиковыми светящимися игрушками. Кухонный стол ломился от вкусностей, приготовленных как самой Татьяной, так и купленных в ближайшем супермаркете. На полке в спальне стояли коробки с подарками для брата и невестки. Пусть будут сюрпризом!

Раздался звонок домофона, и женщина, быстро сколов непокорные рыжие пряди заколкой-паучком, вприпрыжку помчалась открывать двери.

— Мои вы хорошие, мои родные, как же я по вам соскучилась! — затараторила она, едва не придушив в объятьях парочку. Вадик и Ксения — ее двоюродный брат с женой — были не частыми гостями в ее доме, и тем ценней и приятней был встречаемый совместно праздник. Высокий стройный брюнет и худенькая миниатюрная блондинка смотрелись даже слегка комично, но они на самом деле были великолепной парой.

— Ты ж мой лисенок родной! — Вадим стиснул сестрицу богатырской хваткой. — Рассказывай, чем живешь тут в глухомани.

За разговором Таня и не поняла, что в квартиру вошли трое. Лишь усадив родственников и расставив угощения, она с изумлением обнаружила топчущегося на пороге парня с мокрым зонтиком в руках.

— Вадик, кто это с вами? Да не стой столбом, разувайся и проходи.

— Это тебе подарок, сестричка.

— У вас нет права управления. Предоставьте доступ или обратитесь к лицу с правом управления, — отчеканил парень, продолжая закапывать пол дождевой водой.

Надо сказать зима на Эсшесси 7 была довольно специфической, и четыре-пять месяцев в году здесь правил дождь, иногда затопляя даже маленькие городки.

— Киборг? — изумленно приподняла бровь Таня, рассматривая паренька.

Был он на голову выше ее, худенький, поджарый, с короткими светлыми волосами, едва намечающимися после стрижки «под ноль». Лицо парня покрывала сетка шрамов, что выглядело несколько отталкивающе, но в целом впечатления не портило.

— А что такого? Ты же прекрасно знаешь, где я работаю. Взять с меня нечего больше, — шутливо открестился Вадим. — Дарить тебе двадцатый сервиз смысла нет, нам его тоже держать дома не с руки. А ты девушка одинокая да в трехкомнатной квартире… Вот будет тебе помощник.

— Ну спасибо, братишка, удружил! Ладно, давайте за стол, и его бери тоже, нечего там стоять как неродному. А я пока принесу вам подарки.

Таня забежала в спальню и вынесла пару коробок. Одну побольше и вторую поменьше.

— Вот тут вам презенты от меня и кое-что в денежном эквиваленте… Не киборг конечно… К сожалению, Вадик, не нашла именно такого, как ты хотел, но аналог, думаю, будет не хуже. Просто подходящего инструмента не было, но должен тебе подойти. А это тебе, Ксюшенька. Надеюсь будет впору, примеришь потом.

— Благодарю!

— Спасибо, сестра. Ты знаешь, чем мне угодить, — Вадим обнял девушку. Она действительно угодила брату, любящему поковыряться в электронике и механизмах.

Волшебная полночь приближалась, стол в зале благодаря стараниям Ксюши и Тани были накрыт, стулья расставлены, Вадик помог открыть шампанское. И вот он блаженный миг — первый удар курантов. Все дружно загадали желания.

— За нас! — поднял бокал Вадим. — Чтобы семья наша была здорова, богата, родители жили долго, а ты чтоб, моя дорогая, нашла своего принца!

Он размашисто чокнулся по очереди о бокалы девушек, а Таня не преминула слегка цокнуть бокалом о бокал киборга. Тот самозабвенно таращился на еду и стоящую прямо перед ним здоровенную салатницу, едва не закапывая слюной скатерть. Шрам никогда не видел такого изобилия еды и сейчас в кои-то веки система и он были солидарны — есть хотелось зверски.

— А я хочу пожелать тебе простого женского счастья, — Ксюша обворожительно улыбнулась и обняла мужа. Таня продолжала выполнять роль официанта, раскладывая по тарелочкам еду, не обделив никого.

Жизнь их семьи не была простой. Родители Вадима погибли в катастрофе, когда ему не исполнилось и пяти лет. Его воспитанием занялась семья дяди, брата его отца. Через два года родилась Таня. Воспитывали его как родного сына, в любви и заботе. Жили просто, не шиковали. В жизни бывало всякое и горести, и радости, как и у всех семей. Родственные связи считали святым и поддерживали превыше всего. К сожалению, взрослая жизнь разбросала брата и сестру по разным уголкам галактики, но давняя традиция встречи нового года соблюдалась всегда. Родители не смогли приехать, да и климат на Эсшесси им больше не подходил. Было слишком сыро и влажно.

Для встречи нового года на этот раз было выбрано обиталище Татьяны. Отчасти потому, что здесь было больше места, а отчасти потому, что она ничего не меняла и квартира напоминала счастливые детские годы.

— Ешь, Шрам, все, что в твоей тарелке. И пей тоже. Сегодня можно. Ксюш, подложи ему еще грибочков, они у Тани просто изумительные, — Вадим взялся за свою порцию.

— Знаешь, дорогой, в вашем салоне его могли кормить и получше, — Ксения долила Вадиму и Тане в бокалы шампанского.

— Ничего, Танюша откормит, она просто шикарно готовит.

— Да я могу и не то!

— Ладно, дамы, шутки в стороны. Давай, Таня, принимай имущество. Шрам, запиши в хозяева Татьяну Леднёву и сотри из хозяев меня.

— Приказ принят, — пробубнил Шрам. Он продолжал жевать. Когда еще выпадет возможность так плотно поесть?

— Я включу головизор? — Ксения потянулась к пульту.

— Слушай, скажи, почему он такой… — Таня сделала неопределенный жест рукой.

— Раненый? Это его осколки гранаты покалечили. Не бойся, он нормальный, да, не красавец, но и тебя его не на выставку вести. Дом будет охранять и тебя, может еще уберет чего. Я ему все настроил, подключишь потом.

— Я могу сменить ему имя? — Таня ласково улыбалась брату.

— Меняй себе на здоровье, — Пожал плечами тот. — Ну, за подарочек, чтоб прижился у тебя!

Ребята чокнулись.

— Назову-ка я тебя… — Таня оглянулась по сторонам. Как на тот грех ничего подходящего в голову не приходило. Взгляд девушки зацепился за переснятый на новый лад фильм «Один дома», как раз идущий по местному телеканалу. — Ай ладно. Будешь Кевин или Кев. Запоминай этой имя.

— И отзывайся, — подсказал брат.

— И отзывайся на него.

— Приказ принят, — Шрам, переименованный в Кевина отпил шампанского. Спиртное DEX'ам запрещено, да и не действует на них, но раз уж сказали ешь все, что дали, то почему бы и нет.

— Я хочу сказать тост… — Таня слегка раскраснелась от выпитого. — Так вот, мои любимые, желаю вам в новом году огромного семейного счастья и чтобы вы порадовали меня племянником!

— О, это еще не скоро! — рассмеялась Ксюша, кокетливо кося на мужа зеленым глазом.

— Да не скажи… Мы ведь вовсю над этим работаем. Тань, а что у тебя на личном?

— Ой, вот не надо напоминать каждые пять минут! Нету никого, рожей не вышла…

— Ну что ты, Танюш, ты просто красавица, а принц твой едет, едет…

— У принца конь сдох, и он пешочком топает!

За смешками и едой отдыхающие не заметили, как закончился фильм и начался концерт. С экрана головизора худосочная певичка голосила о пропавшей любви и картинно заламывала руки. Ксения положила голову на плечо Вадима и задумчиво перебирала блестки на платье. Таня вслушалась в музыку, затем решительно переключила канал.

— Ну ее, воет, будто не праздник, а похороны.

Теперь в квартире раздавалась веселая мелодия на манер рождественских колокольчиков.

— Вадик, расскажи историю Кевина. Интересно же! — Ксюша отодвинулась от супруга и теперь с обожанием вглядывалась в любимые серые глаза.

— Да это не праздничная история, но если дамы требуют…

— Какая разница? Не стоит портить праздник. В любом случае теперь его никто не обидит, — Таня подлила DEX'у сока. — Хватит с тебя спиртного, пей витамины.

— Танюш, дай парню отпраздновать по человечески. Он пять лет света белого не видел за войнами и две недели у нас в салоне мариновался! Имей совесть!

— Ага, ты его в салоне маринуешь, а я виновата? — на повышенных тонах спросила Татьяна.

— Успокойтесь оба. Как вы в детстве еще не поубивали друг друга?

— Ну, а ты что скажешь, Кев? — новоиспеченная хозяйка обернулась к пареньку.

— Приказ не понят. Уточните или перефразируйте приказ.

— Скажи ему, чтоб имитацию личности включил. Я там порыскал немного в инфранете и такую версию нашел — закачаешься! Даже спорить с тобой может.

— Интересненько. Киборг и спорить. Так не бывает, — возразила Ксюша, пригубив шампанское.

— Теперь будет.

— Кевин, будь добр, включи имитацию личности.

— Приказ принят. Включил, — лицо парня слегка изменилось будто повернули рычажок. Глаза ожили, движения стали не столь механическими. Теперь о том, что за столом сидит киборг говорила только надпись на фирменном комбезе. Он даже картинно почесал макушку, будто пребывал в раздумьях.

— Красавец. Если б не шрамы… — вздохнула Таня.

— Спасибо, госпожа, — Кевин кивнул и вдруг протянул пустой бокал. — Можно мне еще сока?

— Конечно, солнышко, — Таня мимоходом провела ладошкой по колючей макушке оборудования. — Пей на здоровье. Спасибо тебе, братишка, теперь мне будет с кем сыграть в шахматы одинокими дождливыми вечерами.

— Ты главное не увлекайся. Он конечно хорош, но машина. Не забывай об этом.

— Как можно? Я помню твой коронный вопрос. Какого цвета зеленая стена?

Кевин застыл. Не ожидал подвоха. Логика подсказывала что зеленого, система — что красного. А сам он вспоминал совсем другую зеленую стену. Хищную, опасную. Стену джунглей.

— Красного, — пока он думал, система сама вякнула. Да и черт с ней. Не будет же он палиться при дексисте. Пусть радуются, но он-то знает, что стены бывают разные, не только из бетона или пластика. И зачастую не приносят ничего хорошего.

— Умничка. Ну давайте, наливайте, досыпайте, чего сидим, кого ждем?

Глава 4

Утро началось не с кофе. Татьяна с трудом разлепила глаза. Голова нещадно раскалывалась от выпитого, глаза показывали какие-то мутные образы, постоянно вращающиеся вокруг самих себя, а привкус во рту желал лучшего. Отметили они что надо.

Девушка некоторое время лежала, прислушиваясь к организму и осознавая себя. Через полчаса она наконец смогла понять, что находится дома на диване, на раскладушке напротив нее храпит во всю мощь легких Вадик, где-то в спальне постанывает проснувшаяся Ксюшка, а самой Тане по зарез надо в туалет.

Девушка попыталась подняться, но ее попытка провалилась по двум причинам. Первая — чертовски кружилась голова, а вторая — кто-то держал ее сзади. Вроде не больно, но разжать с виду обыкновенные руки было невозможно. И если головокружение постепенно успокаивалось, то хватка и не думала разжиматься. Таня с горем пополам вспомнила события вчерашнего вечера и мысленно застонала. Разжать хватку киборга было невозможно и в трезвом виде, куда уж там в таком состоянии.

— Эй, как там тебя… Кев… — прокаркала она, едва разлепив губы. — Пожалуйста, отпусти меня.

— Система готова к работе. Приказ принят, — киборг моментально разжал хватку, и освобожденная девушка рванула в санузел. Откуда только силы взялись. — Ну вот, даже доброе утро не сказала…

Парень не долго игнорировал вопли системы, и когда Таня вползла на свет божий, скороговоркой проинформировал ее об оккупации туалета. Отчитался же? Кивнула, значит можно. Сами вчера кормили и поили как на убой. А новая имитация личности с горой подходящих ответов и вопросов пришлась как нельзя кстати. Можно было выкрутиться из любой ситуации и даже спрашивать уточнения.

После всех дел он принялся рассматривать ряды баночек, занявших собой несколько полок в совмещенном санузле. На гвоздике висело веселенькое оранжевое полотенечко с уточкой. Он покрутил в руках плойку для выпрямления волос, так и брошенную воткнутой в розетку. Осмотрел душевую кабинку с кучей режимов и даже с массажным. Заметил брошенную отдельно розовую расческу с комком рыжих волос.

Кевин пытался понять, что представляет собой его хозяйка и чего стоит ожидать от нее, но целая картинка никак не укладывалась в голове. Вроде взрослая особь, но дурашливое полотенце говорит, не очень. Пахнущее малиной мыло не дало никаких ассоциаций, а крем от морщин говорил, что его хозяйка стареет, хотя внешне кажется совсем молодой.

Ладно, поживем увидим, вспомнил Кевин поговорку бывшего лейтенанта и прихватизировал полотенце. В конце концов, пока они придут в себя и смогут отдавать адекватные приказы, он успеет выкупаться и привести себя в порядок. А там может и не поймут, что их оборудование проявляет излишнюю самостоятельность.

После водных процедур Кевин уселся в уголке дивана. Хозяева, бывшие и теперешние, с приказами не спешили, вдумчиво поправляя здоровье рассолом на кухне. Есть ему не хотелось. От слова совсем. Ночная трапеза надолго отбила голод. Он не помнил, когда был таким сытым. В памяти процессора да и в какой то второй памяти, наверное, памяти мозга, голод был всегда. Особенно после ранений и изматывающих заданий. Иногда еще и пайки урезали, отдавая солдатам часть его порции. А тут такое застолье.

Само понятия Нового года и праздника было для киборга несущественным. Просто сменилась цифра во внутренних часах и календаре, просто стало на год больше. Экая невидаль. То, что люди любят все несколько преувеличивать, он знал, но вот чтоб так капитально отмечать простую смену даты…

Кевин задумался о превратностях жизни. Новый виток в не слишком приятной судьбе подарил ему шанс на нормальную жизнь. Вряд ли женщина журналистка (цепкий взгляд киборга давно уже отметил небрежно брошенное на стол удостоверение) будет сильно приглядываться к списанному армейскому DEX'у. Экая невидаль, жестянка заглючила. Ну выматерит, ну ударит. Делов-то. Ничего более ужасного наверняка не сделает. Вот с ее братом стоит держать ухо востро, этот может и на проверку потащить. Да не просто процессор изучать, а всего целиком. Может даже в центр, на базу… Бррр…

Киборг дернулся, отгоняя неприятные мысли. Система привычно все списала на непроизвольный мышечный спазм.

— И тебе, погано, да, солнце? — Таня присела на диван рядом с ним. Лицо девушки было бледным, под глазами залегли глубокие тени. Система порекомендовала найти для хозяйки аптечку, но раз приказа нет, значит сама разберется.

— Нет, хозяйка, киборги не пьянеют, — он был чертовски благодарен за ИЛку Вадиму. Без нее пришлось бы отвечать долго, нудно и до першения в горле. — Можно мне попить воды? Нарушен водно-солевой баланс.

Все-таки та рыба была слишком соленой…

— Ага. И мне принеси, пожалуйста.

— Иду, — он выбрал самый короткий ответ, чтобы не ворочать пересохшим языком, и пошел на кухню. Там уже разбуженный Вадим отпаивал Ксению крепким кофе. Пришлось здороваться.

— Доброе утро! — раз уж такое приветствие после пробуждения записано, то почему бы и нет? Он взглядом поискал стакан, но искомый предмет не обнаруживался. Самостоятельно лезть в шкафчики и тумбочки при людях было неприемлемо. Ну что ж, киборг птица не гордая, и так попьет.

— Скорее уже день, — откликнулся Вадим. — Ты чего это?

Он удивленно смотрел как киборг склонился над раковиной и жадно припал к струе холодной воды.

— Нарушен водно-солевой баланс, — Кевин наконец оторвался от питья. Он увидел подходящую емкость для воды под раковиной. Обычный пластиковый ковшик вполне годился для переноса жидкости хозяйке. Парень подхватил полезную вещь, набрал воды и понес в зал.

— Ты уверен, что эта имитация личности ему так необходима? Разве может киборг вот так игнорировать человека?

— Дорогая, моя, может и еще как. Я уже не являюсь его хозяином и по протоколу он может вообще не отвечать на мои вопросы.

Ксения презрительно хмыкнула. То, что ее муж слишком очеловечивал машины, она знала. И что по-своему их любил, знала тоже.

Таня приняла ковшик. Конечно, можно было набрать воды и в чашку, но чего она хочет от армейского киборга? Может он чашек и не видел никогда, откуда ей знать, что там было?

— Спасибо, — девушка выпила почти все.

— Пожалуйста, — оборудование разместилось в том же углу дивана. Разговаривать Кевину не хотелось. Хорошо хоть не ругается за ковшик. Пожалуй, можно подремать, раз никаких приказов нет.

— Слушай, я не сильна в обращении с киборгами… — Татьяна сжала пальцами раскалывающиеся виски. — Но если тебе надо что-то, так говори. Поесть там, попить, по нужде. А вообще, знаешь, сам все делай. Главное не ломись в туалет, когда там я. Черт, моя голова…

— Как скажете, хозяйка, — вот за это спасибо. Неограниченная еда и вода многого стоят.

— Подай мою сумку, пожалуйста. Там долго быть лекарство…

Пришлось-таки вставать. Зато после таблетки Таня почти сразу уснула. Осталось только дождаться ухода гостей и можно прошвырнуться по квартире, посмотреть что и как тут.

Кевин прикрыл глаза и погрузился в легкую дрему. Охранять дом можно и так.

Глава 5

Как только за гостями захлопнулась дверь, Кевин решительно начал обследовать свой новый дом. Он сам не знал, что именно хочет обнаружить, но все же поискать стоит.

Квартира была трехкомнатной, видимо, доставшаяся девушке по наследству, поскольку простой журналист такую не купит. Обстановка более чем простая. Самая большая комната — зала, являла собой помесь гостиной и столовой. Большой круглый стол в центре с остатками пиршества, два шкафа-стеллажа с голорамками по сторонам, окно с визуализацией цветения сакуры, занавешенное шторками. Напротив стола головизор. Включать его Кевин не стал, чтобы не разбудить хозяйку. А ну как разозлится на самостоятельную жестянку. Угол венчал собой терминал с приклеенной сбоку бумажкой. При ближайшем рассмотрении на бумажке обнаружился пароль.

— Беспечная у меня хозяйка, — решил Кевин и продолжил осмотр. К терминалу можно вернуться позже, раз пароль в прямом доступе.

Вторая комната являлась спальней. Удобная мягкая кровать у стены (он специально сел попробовать), шкаф с одеждой, полочка с чисто женскими примочками типа губной помады кораллового оттенка и пары разномастных тоналок. Пушистые голубые тапки с помпонами под кроватью. Под окном примостился комод. Парень открыл верхний ящик. На свету блеснули кружева. Киборг некоторое время недоуменно таращился на аккуратно сложенные горки женских трусиков, лифчиков и пеньюарчиков.

Второй ящик порадовал больше. В нем лежали старые голо, потрепанный планшет, оказавшийся к досаде Кевина разряженным, и горка флешек. Он сделал себе пометку просмотреть это все детальнее, когда будет больше времени.

Третья комната являлась чем-то вроде склада барахла. В одном шкафу висели легкие, летние вещи, внизу стояли рядком босоножки и шлепки. В другом висел костюм биологической защиты. Интересно, подумал Кевин, зачем он нужен журналистке? На стенах висели плакаты с певцами и гитаристами. Не закрытое ничем окно показывало унылый залитый дождем пустырь. Надо же, в какой глухомани они живут. Вроде в городе, а поди ж ты, пустырь в окнах.

Кухня радовала глаз изобилием в холодильнике, наличием посудомоечной машины (не придется самому перемывать все то, что вчера испачкали за столом) и горкой вчерашних бутербродов. Прихватив верхний, парень прошелся по полкам кухонного шкафа, но обнаружил лишь стандартные крупы, муку, макароны.

Ничего подозрительного, незаконного, запрещенного. Никаких посторонних людей кроме хозяйки в доме не было. С одной стороны, это хорошо, конкурировать с мужем или, еще хуже, с ребенком ему не хотелось, с другой стороны, остро вставал вопрос с одеждой, если дорвется комбез. Не женское же барахло напяливать. Придется как-то исхитриться и попросить хозяйку о покупке новой одежды.

Отряхнув руки о штанины, парень осмотрел коридор, но и там ничего нового не нашел. Обыкновенный домофон, самый обычный автоматический замок. Взломать такой профессиональному вору раз плюнуть, но в самой квартире его будет ждать нехилый сюрприз в виде боевого киборга. Гаденько усмехнувшись, Кевин представил реакцию незваного гостя.

Таня проснулась только ближе к вечеру, с помощью лекарств, бодрящего душа и свежего кофе ликвидировала свое похмелье. Также привела в божеский вид лицо. «Что творит с женщиной косметика!» — мысленно восхитился Кевин, рассматривая хозяйку. Полчаса назад по квартире едва ползала бледная моль, а сейчас в кресле восседает принцесса.

— Славно отметили, Кев. Но теперь к делу. Чтобы тебе было легче со мной жить и меня охранять, давай я тебе проясню некоторые моменты. Слушай внимательно.

— Я готов, хозяйка.

— Значит, смотри. Вопрос с едой решаем просто. Ешь все, что есть в холодильнике, кроме сырого мяса. Утром и вечером буду стараться готовить, если времени и сил хватит. Сам готовить пока не рискуй, потихоньку научу, если все наладится. С туалетом вопрос мы кажется решили.

— Принято, хозяйка, — разговаривать не хотелось. К чему эти прелюдии? Давай уже говори, что делать или разреши поспать.

— Вот теперь об этом. Можешь называть меня по имени Таня или Татьяна, без разницы. В домашней обстановке можно Танюша. Сам там рандомно выберешь, что хочешь. Теперь по делу. Работаю я плавающим графиком, обычно после обеда. Пока тебя с собой брать не буду, посмотрю разрешит начальник или нет. Все же ты DEX… Но и одного дома тебя тоже надолго оставлять нельзя, сам понимаешь. Нет, я не думаю, что ты можешь сделать что-то плохое, но… Прости все-таки ты машина, каким бы человеком не казался…

— Я понимаю, Таня, — для нее он машина. Да, человекообразная и человекоподобная. Но машина. И вряд ли он сможет что-то доказать. Да и стоит ли? Еще неизвестно, как она будет с ним обращаться.

— Спать будешь в запасной комнате, пойдем постелим, раз такое дело.

До позднего вечера они убирали последствия праздника. Таня поставила перемываться посуду, Кевин помогал собирать огрызки, бутылки и прочий мусор. Работа была простой, ужин сытным, кажется, жизнь все же наладилась. И кроме того, теперь у него была своя комната. Таня по ходу дела рассказала, что ранее эта комната принадлежала Вадиму. Это его постеры с певцами приколоты к обоям. И костюм защитный достался от деда в наследство, а Вадим не разрешает его выбросить. На память хранит.

***

Он проснулся от странного дребезжащего звука. Это пищал будильник в видеофоне Тани. Девушка хлопнула пальчиком по сенсору и бордо вскочила.

— Доброго утра, подарочек, — сказано это было с легкой улыбкой отдохнувшего человека. Ни сарказма, ни издевательства. Кевин решил, что невежливо игнорировать хозяйку и поднялся.

— Доброе утро, госпожа. Прошу разрешения на утренние процедуры.

— Иди умойся и что там тебе еще надо, я пока завтрак приготовлю.

Когда Кевин зашел на кухню, то на столе уже лежал разложенный по тарелочкам омлет, бутерброды и булькал, закипая, электрочайник.

— Садись, сейчас чаю налью. На вот сахар, насыпай сколько тебе там надо. И вот еще пончики Ксюшины остались, бери.

— Спасибо, Таня, — киборг притянул к себе тарелку.

— Ты ешь, не стесняйся.

DEX принялся наворачивать завтрак. Жизнь на гражданке ему нравилась все больше и больше. Хозяйка продолжала щебетать:

— Я скоро на работу пойду, надо пораньше выскочить, застать начальника отдела. Спрошу разрешения, можно ли брать тебя на съемки. Если да, то ты завтра со мной работаешь. Ах да, как приду домой, сходим купим тебе одежду по погоде и плащ с сапогами, а то утонешь в нашей мокрятине. Потом остальное докупим. Ты ешь, ешь, на вот еще сырочку. Совсем худенький, никакой… А, там еще пароль от инфранета есть, если хочешь заходи, я не против. Только материалы съемок не трогай, они мне сильно нужны.

Девушка говорила и ела одновременно. Киборг поражался, как можно так болтать и не давиться едой. Сам он продолжал хранить молчание, внимательно фиксируя все ее слова и запоминая. Можно сидеть в инфранете, надо же!

— А еще, вечером могу прийти поздно, как сяду во флайер, напишу сюда на терминал, там откроешь мой аккаунт. Разогреешь мне пожалуйста, котлетку с кашей. Там нет ничего сложного, вон я миску приготовила в холодильнике, тебе надо только включить плиту. Ты умеешь пользоваться плитой?

— Нет, но я могу поискать инструкцию в инфранете, — ну и на кой черт ляпнул? Теперь придется вместо игр изучать инструкцию к плитке…

— Умница, не скучай, я уже убегаю! — девушка потрепала киборга по коротким волосам и убежала, прихватив со столика сумку.

— Скучать? Дорогая хозяйка, ты не знаешь, что говоришь, — думал Кевин, допивая чай. Да с такими приказами это не жизнь, а малина! Даешь инфранет каждому киборгу!

Глава 6

Через два дня он стал ходить с Таней на работу. Какими усилиями она выпросила разрешение брать с собой киборга, да еще и DEX'а шестерку, о срывах которых повсеместно трубили все СМИ, Кевин не знал. Зато теперь у него в комплекте с фирмовой курткой был бейджик, где значилось «Кевин, DEX-6, телохранитель Татьяны Иннокентьевны Леднёвой».

Поначалу он просто везде сопровождал Таню, изображая мебель. Сотрудники лишь пожимали плечами. Иногда можно было услышать разговоры в курилке:

— У нашей примы новый бзик! Киборга притащила! Да не абы какого, а DEX'а!

— Я слушала они срываться начали… И репортаж у Миленского был про них.

— Ой ужас-то какой… А рожу ты его видела? Страшный, жуть!

Со временем люди привыкли, Кевин нашел общий язык с оператором, и тот стал ненавязчиво посылать прохлаждающееся оборудование то за чаем или кофе к автомату, то принеси-подай флешку (бумажку, камеру, чашку), то на вот отнеси начальнику отснятый материал, а я пойду покурю.

В принципе, такие несложные задания никак не напрягали Кевина, Таня смотрела на мужское общение сквозь пальцы. Для самого киборга это был простой способ занять время и скоротать день. Постепенно сотрудники перестали обращать внимание на его искалеченное лицо, к парню относились более приветливо, начали здороваться. Да и сам Кевин потихоньку из забитого армейского киборга становился более домашним. С помощью своей ИЛки он мог поддерживать разговоры, легко знакомился с новенькими и просто посетителями, умел как-то вот так заговорить, что человек выкладывал ему всю подноготную. И постепенно он понял вкус жизни. То, что было ранее, жизнью не являлось. А здесь он нужен, полезен, необходим. Он друг и приятель для десятка людей, почти сроднившихся на работе, почти второй брат для Тани и просто незаменимый для скучных рутинных дел и отчетов.

Работа у Тани была разной. Собственно, офисная рутина не считалась, Таня вела репортажи из разных уголков города, иногда они выезжали на крупные мероприятия за город. На одних съемках репортажей киборг откровенно скучал, с каменной физиономией считая ворон, разглядывал рекламу и привычно фильтровал истерические вопли очередной тетки:

— Ко-о-о-отика мо-о-его извели-и-и и-ироды-ы-ы-ы… Такой пушистый был, полоса-а-аты-ы-ый… — на этой ноте обычно не справлялся даже фильтр, и Кевин мученически морщился.

В других случаях приходилось внимательно следить за обстановкой и пресекать поползновения к хозяйке, поскольку излишне активные граждане начинали кричать, возмущаться, размахивать руками и неизменно материться. Конечно, переплюнуть их старшину по качеству и выдумке мата они не могли, а вот случайно смахнуть камеру в порыве страсти, донося свою правду народу, или наступить на новые туфли Танечки вполне могли. А то еще хуже — пытались хватать за руки и, брызгая в лицо слюной, доказывали, что вот они-то дойдут куда надо, разберутся и всем вам мало не покажется! Обычно это происходило при крупных прорывах трубопроводов, пожарах, судебных тяжбах, при жалобах на соседей алкашей и прочих бытовых ситуациях, когда уже накипело. При этом на попытки вразумить их граждане обычно реагировали еще более активно. Тогда уже вмешивался Кевин и честно предупреждал:

— При попытке навредить хозяйке к вам будет применены нетравматические методы воздействия. В случае сопротивления возможны и травматические методы фиксации. Целостность ваших костей я не гарантирую, — обычно этого и взгляда на покоцанное лицо парня хватало, чтобы самые рьяные смутьяны успокаивались.

Был и случай, когда какой-то нарк едва не выдрал у оператора камеру из рук. Благо и он и Таня бдили, и Кевин среагировал даже на секунду раньше крика Тани.

— Держи его!

Незадачливый воришка задергался в крепких руках боевого киборга. Вызванные сразу же полицейские вскоре забрали вора. Попутно похвалили Кевина за бдительность. Хорошее оборудование, толковое. Среди полицейских тоже был киборг. Новенькая семерка стандартно скинула ответный пакет. И ничего. Никого разумного, кроме него самого, Кевин не находил.

А еще были перекусы на бегу бутербродами, посещение кафешек и бистро, вкусные пирожные и печеньки. Были и такие дни, когда поесть удавалось только ночью, особенно тот памятный день после съемок разгулявшегося урагана. Он даже помогал разбирать завалы, все же киборг намного сильнее человека, и ему легче было найти живых.

Была и оборотная сторона медали. Разбитые и покореженные в авариях флайеры, погибшие люди, плачущие родственники, усталые дерганные врачи скорой, отворачивающиеся от камеры и махающие рукой. Потом, все потом. Авария на химзаводе, снова жертвы, пожарные, скорые, снова усталые люди и киборги в разных спецформах, снова махают рукой, отгоняют акул пера и проклятых журналюг.

Больше всего Кевину не нравились политические собрания. Пухлый, как пирожок, мэр вечно раздавал бесполезные обещания, глупые люди это все кушали полной ложкой и требовали добавки, но он-то знал правду. Правда заключалась в тех 7-10%, показанных его детектором. Никто ничего не будет выполнять, решать, строить, переделывать. Купол над городом? На какие шиши, когда у любовницы мэра нет денег на новый кобайк? Ах дождиком заливает? Так поди каждый год заливает всех и вон те и те не жалуются, вам чего не хватает? Ах не можете позволить себе персональный купол? Ну простите, в бизнес надо было идти, денежки зарабатывать, а не горбатиться сутками на химзаводе, который накрылся медной трубой. И вот эту всю ересь приходилось выслушивать, снимать, записывать, переписывать и скармливать зрителям.

Так прошел год гражданской жизни. Кевин многое осознал и многому научился. Он перестал дичиться есть вместе с людьми за одним столом, научился не только поддерживать и начинать разговор, но и постепенно сводить его к нужной ему теме. Он умело обращался с камерой, микрофонами и прочими средствами для записи. Однажды ему пришлось заменить заболевшего оператора, и он вполне сносно справился с этой ролью. Киборг перестал бояться людей. Нет, полностью беспечным он не стал, легендарная паранойя его никогда не покидала, но он уже не боялся дать отпор словесно или физически, если ущемлялись его скромные права. Татьяна же всегда жестко пресекала попытки обидеть ее киборга. Никто не называл его уже «урод» или «жестянка». Сотрудники общались с ним, как с равным, разве что курить не звали, ибо это бесполезно. Некоторые зрители узнавали парня на улице, ведь это тот самый, который жену брата двоюродного племянника вытащил из-под завалов. Кевин теперь знал все самые свежие и интересные новости, поскольку вращался в среде журналистов, куда в первую очередь стекались все сплетни и известия. Он знал, где откроют новый бар, на какой курорт поедет любовница мэра, сколько пропил министр финансов и кто спонсировал свадьбу певицы Эрилии.

Но все это было неважным, бесполезной информацией, которую он нигде не сохранял. Ему были интересны сами люди. Слабые, легко ломающиеся, болезненные, но не смотря на это сильные духом. Маленькая девочка, победившая окончательно смертельную болезнь, женщина, вынесшая сына из пожара, подросток, вытащивший щенят из реки. Да много их, этих простых и хороших жителей города, обычных людей, которые подчищали за злыми. Безусловно, злые были тоже. Скандалисты, истерички, алкоголики, богатые мажорики и прочее, прочее.

А еще он искал. Искал таких же, как он сам. Кевин не оставлял надежды найти хоть одного такого же разумного собрата. Не важно кем он будет, DEX'ом, Ириеном или Мэри. Ему просто хотелось знать, что он не один такой. Не просто брак или следствие контузии, что разумный киборг бывает не в единичном экземпляре. Но увы, все его попытки найти себе подобного натыкались на стены спящего разума, затуманенные процессором.

Глава 7

В день города, который обычно пышно отмечался, их съемочная группа выехала на место проведения праздника, а именно в большой торговый центр. Именно здесь куча народу будет отмечать, праздновать, напиваться, скандалить и, возможно, удастся заснять что-то интересное, кроме традиционных поздравлений.

В состав группы входили: Таня, одетая в деловой, но шикарный костюм; оператор Вася в неизменных затертых джинсах, потрепанной ветровке и видавшей виды бейсболке со сбитым козырьком; стажер Петька, нагруженный камерой, штативом и целой сумкой всякий примочек, и сам Кевин в бессмертной футболке с логотипом известной марки мороженого. Что поделать, киборг оказался ярым фанатом пломбира в шоколаде.

— Мальчики, не разбредаемся! — Таня махнула рукой на вход. — Сейчас отснимем пламенную речь нашего козлодоя, а потом поищем чего интересненького.

Козлодоем она именовала бессменного мэра, который, несмотря на наличие современных средств для бритья, носил куцую бороденку и чем-то действительно напоминал козла.

Они честно выдержали пытку праздничной речи, выслушали занудный отчет о развитии и процветании города и прочую ерунду. Чтобы не отвлекаться на постоянный писк детектора, Кевин выключил его ко всем чертям. Слушать мэра с детектором лжи абсолютно невозможно. Киборг скучающе подпирал стенку и полушепотом считал пуговицы на пиджаке мэра.

— Одна, две, три, четыре…

В конце концов эти речи можно самому и не слушать. Программа и отснимет, и запишет, как надо. А потом он скинет видео ребятам и они смонтируют его вместе с тем, что отсняла камера. Хозяйка в поле зрения, вот с микрофоном наперевес пошла задавать каверзные вопросы. Оператор кружит с камерой, ища более выгодный ракурс, стажер щелкает клювом, бессмысленно таращась на происходящее. Обычный рабочий день, ничто не предвещало беды.

Наконец речи закончились, награды и грамоты были розданы, и народ радостно хлынул вон из зала, бегом в кафе и бары, наконец-то отмечать, как положено. Их съемочная группа сбилась в кучку, вылавливая местных знаменитостей. Авось через пару часов наклюкаются, и можно будет заснять кого-нибудь в пикантной ситуации.

Ребята как раз обсуждали похождения одного певца, как вдруг из колонок под потолком раздалось:

— Всем оставаться на своих местах! Здание захвачено. Вы являетесь заложниками. Просьба сохранять благоразумие, в противном случае вы будете убиты. Всем оставаться на своих местах…

Запись, мимоходом отметил Кевин. Он активировал защитный режим, благо тот, в отличие от боевого, не выдавал в нем киборга свечением красных глаз. Система указывала на появляющихся из служебных помещений вооруженных людей. Три, пять, семь, десять… Террористы подготовились грамотно. Они сначала захватили центр охраны со всеми компьютерами, перехватили управление видеокамерами, перекрыли лифты и эскалаторы.

Паника была пресечена грамотно. Хватило пары выстрелов и трупов охранных DEX'ов некоторых уважающих себя людей, чтобы большинство здравомыслящих людей послушно улеглись на пол. Кевин прижал свою хозяйку к полу. Его задачей было обеспечить сохранение ее жизни любой ценой, а геройствуют пусть другие. Сбоку испуганно всхлипывал стажер, Вася продолжал снимать, прикрывая камеру бейсболкой. Возможность из первых рядов заснять захват террористами торгового центра перекрыла весь риск.

Татьяна уткнулась носом в кафельный пол. Обзор ей закрыла сумка стажера, а подняться не давала тяжелая рука киборга на спине.

— Внимание, через час мы озвучим наши требования, — снова захрипели колонки. — Просьба к мэру города пройти в зал номер три.

Вежливый механический голос пугал людей больше, чем бластеры у полностью закутанных в черное людей. Их лица скрывали маски, а движения были до того скупыми и экономными, что Кевин начал подозревать в них киборгов.

В течении ожидаемого часа захватчики согнали людей в кучки. Журналисты оказались в одной кучке вместе с пожилой парой и усатым потным дядькой. Кевин сжимал руку Тани, а та испуганными глазами рассматривала террористов. Еще никогда ничего подобного не происходило ни в их тихом городке, ни вообще на самой провинциальной планетке.

Система подсказывала ему закрывать собой хозяйку, но пока непосредственной угрозы ее здоровью не было, и Кевин просто стоял так, чтобы перекрыть собой доступ к ней. Выдавать себя раньше времени не хотелось. Поскольку он в суматохе потерял свой коронный бейджик, то опознать в нем киборга террористы не могли. Для спасения же хозяйки и, желательно, его самого нужно было тянуть время. Что угодно, лишь бы дождаться полицию. Все равно всех не убьют, всех не заберут в заложники с собой, если решат покинуть планету. А они решат, ведь прятаться в этом захолустье, где даже в дальнем селе могут оказаться родственники городского жителя, практически нереально.

— Наши условия, — наконец пророкотали колонки мужским голосом. Наверняка это все транслировалось и на улицу. — Первое. Выпустить из тюрьмы Джарека Блэксона, думаю, уважаемые полицейские знают, кто он такой.

Голос нарочито издевался. Кевин попытался подключиться к инфранету, но не смог. Кто же этот чертов придурок, ради которого они устраивают захват целого торгового центра вкупе с толпой народа и даже с мэром?

— Второе. Мы требуем предоставить нам корабль с месячным запасом еды, воды и рабочей системой жизнеобеспечения. Пилот у нас найдется, — снова презрительный смешок говорившего. Где-то заливисто плакал ребенок, всхлипывала женщина…

— Третье. На выполнение наших условий у вас сутки. Согласитесь, это много времени. Мы не торопимся. Только учтите, здесь много еды и шикарных цыпочек. Думаю, не стоит расписывать, как именно мы с ними развлечемся в ближайшее время. Ах да… Еще махонький ньюанс… Каждый час мы будем убивать по одному заложнику и первый уже на очереди.

Колонки зашипели и стихли. Двое террористов из глубины зала вытащили лысоватого мужичка с непрестижно расхристанным пиджаком и разорванной штаниной. Не смотря на все, он продолжал цепляться за совершенно бесполезный сейчас дипломат. Один небрежно откинул мужчине голову, второй сзади придержал жертву. Небрежный взмах виброножом, и вот из шеи бьет фонтанчик крови. Кто-то завизжал, заплакал. Татьяне стало дурно, и она села на пол. Кевин поддержал ее. Кажется, ситуация выходит из-под контроля.

Киборг попытался связаться с подъехавшими полицейскими собратьями, но потерпел поражение. Система отображала полицейских на улице, за стенами здания, но связь с киборгами что-то глушило. Его грызло отчаяние. Впервые он был абсолютно беспомощен. Безоружен, с хозяйкой женщиной, не умеющей правильно оценить ситуацию и отдать подходящий приказ. Принимать решение самому было чертовски трудно. Броситься на прорыв и героически самоубиться? Ждать, пока все хоть как-то разрулится? Потихоньку слинять и зайти в тыл террористам? Но что он сможет в одиночку без ничего? И такого самостоятельного его тот час же скрутит полиция, как только прищучат бандитов. С этими горькими мыслями Кевин решил ждать. Будь что будет. Таню он закроет собой, а дальше уже не его проблемы.

Внезапно сорвало стажера. Он с истерическим воплем рванул через зал к выходу. На середине парня настиг луч бластера, и тот упал навзничь, как подкошенный.

— Кто-нибудь еще хочет геройствовать? — черные глаза, сверкнувшие из-под маски, сощурились. — Никто? Умнички.

Кевин сел на пол и обнял Таню. Он вспоминал проведенные с ней дни. Вот она учит его разговаривать по-человечески, и он в очередной раз благодарит ее брата за ИЛку, как объясняет простые для человека и такие сложные для киборга истины. Как они отмечали в кругу их маленькой семьи его день рождения, первый настоящий, только его собственный праздник. Он вспоминал и понимал, что таким, каким он сейчас стал, живым, активным, разговорчивым, стал он благодаря Татьяне. Той, что была не просто строчкой в хозяйском блоке. Той, которая стала частью его жизни и души. Может ли киборг хоть что-то чувствовать, кроме дурацких информаций от рецепторов и датчиков? Сейчас Кевин был твердо уверен, что может. Он любит свою Татьяну, свою взбалмошную сестру по духу, и должен быть благоразумным, чтобы они жили.

Час истекал. Где-то вдалеке мэр визжал в видеофон. Полицейские ругались снаружи, где-то протяжно выла сирена, в соседнем зале продолжал надрываться ребенок. Террористы замерли, как киборги, не шевелясь. Но система не видела в них киборгов, значит это просто настолько вышколенные люди.

— Пора, — прозвучала короткая фраза, и эти живые статуи отмерли. Уже другая пара бойцов вытащила отчаянно брыкающуюся девицу и приставила ей к горлу нож.

— Я не вижу моего дорогого брата да и корабля не слышу тоже. Так что приступайте.

Снова перерезанная глотка. Конечно, они могли убить ее одним выстрелом, но, видимо, целью было не убийство ради убийства, а зрелищность и запугивание толпы, в том числе и власть имущих.

Кевин прикрыл рукой глаза Тане. Не стоит девушке снова это видеть. Ему можно, он же DEX. Он сам делал нечто подобное, вот только, в отличие от этих парней в масках, он не мог сопротивляться приказу. Тогда еще не мог…

По истечении третьего часа пара террористов приблизилась к их группе. Один мужчина пытался схватить Татьяну, второй старался оттеснить Кевина. Ему это не удалось. Кевин ушел в боевой режим, скрылся за программой. Ему было больно видеть схваченную за волосы хозяйку, и он полностью отдал управление процессору, отвернувшись от этих полных боли и ужаса синих глаз…

Он сумел выбить бластер из рук незадачливого террориста, бесстрастно расстрелял своего противника и его напарника, державшего девушку. Сейчас это был уже не Кевин, это был комок нервов, бездушная машина для убийства… Он стрелял, отбегал, перекатывался, скрывался за пластиковыми стойками бутиков, совершал немыслимые кульбиты.

Завидев непрекращающиеся выстрелы полицейские кинулись на штурм. Но не успели. Татьяну подстрелили при попытке скрыться за прилавком одного из мини-магазинов, и сейчас девушка лежала будто изломанная кукла, перегнувшись через прилавок. Кевин прожил немного дольше, но и он не смог устоять против слаженного залпа нескольких бандитов. Ему прострелили правую руку, живот и в последний миг перед смертью один из террористов смог выстрелить в голову.

— Если бы не голова… — мелькнула последняя уходящая мысль. Киборг по имени Кевин, бывший Шрам, бракованная шестерка, перестал существовать.

Так умерли в один день Татьяна и ее преданный телохранитель. Девушка до последнего дня не знала, что ее киборг был разумен. Или, возможно, никогда не показывала своего знания.

К сожалению, история оборвалась и до сих пор неизвестно, что произошло с террористами, заложниками и полицейскими после смерти наших героев.