Невидимка

Глава 1

Тёплый летний вечер подходил к концу, плавно перетекая в ночь. Уже давно жители разошлись по домам – заниматься своими делами, и только полуночники шмыгали по углам да ходили патрульные, проверяя улицы и дворы. Коноха погружалась в ленивую дрёму, чтобы наутро снова зажить своей жизнью, размеренной, немного ленивой, но такой привычной всем и каждому.

У полуоткрытого окна спальни сидела, наслаждаясь тишиной ночи, молодая женщина. В лунном свете чёрные волосы отливали синевой, а глаза цвета ландыша смотрели на ночное светило, словно стремясь прочитать на нём неведомые знаки. Её тело было слегка дородным, но сохраняло привлекательность юной девы. Эта девушка словно сошла с древних картин, изображавших смирение, кротость и спокойствие. Она воплощала собой все эти качества.

Хината мыслями пребывала в далёком прошлом. Она часто думала о том, могла ли её судьба сложиться иначе, будь она другой? Достигла бы она своей мечты? А если нет, то что бы она делала? Она знала, что думать о прошлом уже бессмысленно, сейчас её уже никто не отпустит, но память всё равно ныряла обратно, возвращая в юность и даже дальше – в детство.

Мальчик со светлыми волосами и голубыми глазами стоял перед мишенью для метания кунаев и пытался попасть оружием в центр. Получалось у него это далеко не всегда, но упорства пацану было не занимать, потому всё новые и новые порции железа летели в сторону мишени. И в глазах блондина сверкал такой азарт, что было понятно – тренировка ему по душе.

Он и не подозревал, что за ним наблюдают.

Из кустов на мальчика смотрели белые глаза, принадлежащие девочке лет шести. Она сидела на корточках, стараясь слиться с кустом, и делала это столь успешно, что не была замечена не только пареньком, но и редкими прохожими. Словно она обладала скрытым талантом быть незамеченной.

Её всегда восхищало упорство Наруто. Он мог не понимать материал, но пробовал снова и снова, пока не достигал успеха. Пусть мизерного, но хоть какого-то. И даже такие маленькие шажки неописуемо вдохновляли, заставляя приходить сюда и тренироваться в одиночестве. Или почти в одиночестве.

Хината, а это была именно она, всегда была немым и незримым зрителем его попыток. Она словно питалась его энтузиазмом, брала от него силы, ведь девочка тоже хотела добиться успехов. Сейчас она была слабой, только начинала тренировки, и ей казалось, что вершина для неё настолько недосягаема, что на неё не забраться и за две жизни.

Впрочем, не только она была свидетелем тренировок.

- Ты когда, наконец, научишься правильно кидать их? – прозвучал недовольный голос.

Наруто прекратил метать кунаи и повернул голову.

- Скоро, - ответил он и улыбнулся. Собеседник только хмыкнул в ответ.

Саске Учиха был единственным выжившим после так называемой «зачистки», когда силы шиноби при поддержке АНБУ уничтожили весь клан, оставив в живых только маленького мальчика, надеясь поставить его в кабальную зависимость. Причины этой резни никто не знал, ходили слухи, что супруга ныне покойного Четвёртого Хокаге, Кушина Узумаки, опасалась влияния красноглазых на себя, чтобы пробудить Девятихвостого. Другие говорили, что Учиха сами хотели захватить власть, и Минато пришлось применить решительные меры. Третьи шептали в тишине, что алчная и коварная Кушина, играя роль добродушной жены правителя, мечтала подмять под себя власть в деревне, используя честного, но простоватого мужа. Версий много, а какая правдивая – никто не знал. Оставалось лишь признать: Саске выжил ценой жертвы собственного брата и родителей, выжил и спасся. Каким образом он не пылал открытой ненавистью к вдове Узумаки и даже дружил с её сыном – загадка. Главенство над деревней вновь взял на себя Хирузен Сарутоби, а он был старым жжёным политиком, Кушина осталась при нём советницей и старейшиной. Хокаге взял шефство над молодым главой клана, а тот держался, найдя опору в лице лучшего друга.

- Я же тебе показывал, как надо, а ты продолжаешь упрямствовать, - Саске явно злился.

- Да не получается так сильно кидать, а как я убью противника, если не пробью его? – возмущался Узумаки-младший.

- Ты сначала попади в него, - хмыкнул Учиха.

Хината слушала перепалку друзей, не вмешиваясь. Для неё последний из клана был колючим и странным парнем, но она была рада, что такой друг есть у Наруто. Ведь несмотря ни на что, брюнет был для своих лет способным мальчишкой, талантливым и не менее упрямым, нежели сам Наруто. Возможно, Саске стал для Узумаки братом, которого блондину так не хватало.

Хьюго слишком поздно спохватилась, поняв, что Учиха стоит к ней лицом, и низко наклонилась, пряча голову в листве. Она надеялась, что мальчик не заметил её макушку, ведь люди его клана славятся наблюдательностью и зоркостью. А если заметил… этого позора она не переживёт.

- Давай покажу, тормоз.

Хината медленно выдохнула, сменила место обзора, выбрав теперь широкий ствол ближайшего дерева, и выглянула на площадку.

Учиха, потеряв терпение, забрал у друга кунаи и стал кидать их в мишень. И раз за разом острие оружия попадало точно в цель, вызывая недовольные возгласы Наруто. Да, навыки у Саске были, этого не отнять. Но сейчас у блондина кончится терпение, и начнётся драка, а этого Хьюго не любила. Потому медленно зашла за ствол дерева и удалилась с тренировочной площадки.

В академии Хината не выделялась среди остальных учеников. Аттестат у неё был, что называется, «средний», она затерялась где-то среди обычных шиноби, была невидимой серой мышкой, ничего не требующей и никогда не подающей голос. Да и, честно говоря, легко было затеряться среди таких сверкающих звёзд, как Саске Учиха, лучший ученик класса, Шикамару Нара, гений теории, Ино Яманако, первая красавица потока. Ну и Наруто Узумаки, первый разгильдяй класса. Среди такой яркости красок было легко потерять серое, так что, сдавай Хьюго экзамен по незаметности, превзошла бы самого Учиха. Но она не жаловалась. Ей даже так было легче. Даже когда её не называли по имени, а только по фамилии, она воспринимала это спокойно.

За всё время обучения она избегала вечеринок, сборов, даже прогулок с однокашниками. Никто никогда не видел, как она смеётся, плачет или злится. Никто не знал, что у неё происходит в душе, потому что она пряталась ото всех. Порой ей казалось, что даже от солнца стоит скрываться в тени и выходить наружу только по ночам, когда никто не будет видеть ни её, ни её чувств.

Никто не знает, как её зовут, Никто не видел, как она смеётся. Закутавшись в зелёную листву, Она пугливо прячется от солнца...

Ведь время не лечит, как ей когда-то говорили, оно либо притупляет чувства, либо сильнее разжигает пламя. Её чувства к Наруто не утихли, она до сих пор считала его своим кумиром, равнялась на него и тихо вздыхала, видя, как он оказывает знаки внимания своей однокласснице Сакуре Харуно. И она даже не пыталась бороться, характер напрочь запрещал вмешиваться в дела. Да и что она могла противопоставить такой эффектной девушке, у которой были диковинные розовые волосы и глубокие зелёные глаза? Бесконечная печаль поселилась в её прекрасных белых глазах, и девушка после занятий уходила в клановую территорию, к любимому тренировочному дереву, где она могла выплеснуть всю накопившуюся боль.

В глазах её такая печаль И океан несбывшихся желаний. А рядом с нею лето невзначай Уснуло на расправленном диване.

По ночам Хината мечтала, как она сможет привлечь внимания блондина, как вместе они будут ходить на миссии, а потом и на свидания. Как Наруто предложит познакомиться с Кушиной, как они будут вместе навсегда, а дальше… А дальше фантазии не продолжались, потому как смущённая Хьюго проваливалась в сон. Чтобы наутро проснуться и укорять саму себя за слабость, за никчёмность, за слабохарактерность и снова и снова давать обещание стать сильнее. А потом весь день снова плавать на границе реальности и грёз, так и не решаясь признаться в собственных чувствах.

- Команда №7, - Ирука откашлялся и заглянул в список. – Узумаки Наруто, Харуно Сакура, Учиха Саске.

Хината подавила вздох разочарования. Она надеялась, что её поставят в одну команду к Наруто, но реальность оказалась жестокой. Вместо неё там будет Сакура, которая так нравится блондину. Что ж, и к такому она была готова.

- Команда №8, - продолжал учитель. – Инузука Киба, Абураме Шино, Хьюго Хината.

Ну, хотя бы так. Обоих одноклассников Хината достаточно хорошо знала, и если Киба был не менее взбаламошенным, нежели Узумаки-младший, то Шино обладал меланхоличным складом характера, мыслил логично и говорил только по делу. И даже немного медлительное мышление и странная речь не портили его.

Хинату вместе с сокомандниками забрала Юхи Куренай, мастер иллюзий Конохи, соперничавшая с самими Учиха. Она отвела их на полигон и приказала повторить всю программу академии, чтобы оценить их способности. После показала несколько тренировочных упражнений, которые им стоило отрабатывать, а в конце назначила каждому отдельную программу занятий, после чего отпустила по домам.

По дороге команда, весь день ничего не евшая, решила заглянуть в харчевню, благо у каждого имелись при себе деньги. Заодно можно было поближе познакомиться.

- Слушай, - инициатором, как и ожидалось, выступал Киба. – А я тебе что-то не замечал, Хината. Вроде бы в одном классе учимся, а никак не пересекались. Почему так?

- Я… - Хьюго смутилась. – Я просто не люблю привлекать внимание, Киба-кун.

- Оно и видно, - хмыкнул Инузука. – Хотя и странно. Ты же из клана Хьюго, а они – сильнейшие в Конохе.

- Вторые, Киба-кун, - уточнила девочка.

- А, - отмахнулся собачник, поправляя сидящего на голове Акамару, - Учиха уже не в счёт, этот смазливый упырь один остался, и пофиг, что он гений. Мы его сделаем.

- Говорить не положено о сироте так, - подал голос Абураме. – На его месте каждый оказаться мог.

- Нет уж, мы не такие дураки, чтобы против Хокаге тявкать, - задрал нос Киба. – Кстати, Хината, а ты не похожа на своих соклановцев. Какая-то серая, незаметная, и смотришь как-то… по-доброму что ли. Ты одна такая?

- В-возможно, Киба-кун, - говорить о клане в таком тоне брюнетке не хотелось.

- Не будем о личном при всех говорить, - сказал Шино. – Близко харчевня уже.

Инузука пожал плечами, но спорить не стал.

Когда они уже собирались войти, из харчевни вышла седьмая команда. Наруто на ходу жевал мясной рулет и выглядел вполне довольным жизнью. На лице Сакуры читалось недовольство, оно и понятно, находиться рядом с Узумаки во время приёма пищи – удовольствие ниже среднего. Глаза Какаши Хатаке – сенсея команды – выражали вселенскую скорбь, причины которой были непонятны. Только Саске сохранял свой невозмутимый вид.

Хината заволновалась, встретив Узумаки. Но тот даже не заметил смущённую Хьюго, сосредоточившись на свирепом, с вызовом, взгляде Кибы. Они словно хотели сжечь друг друга, хотели доказать, что каждый из них – лучший. И ни один из них не хотел уступать.

Саске подошёл ближе к другу и присоединился к гляделкам. Напряжение в воздухе усилилось. Возможно, началась бы перебранка и, как следствие, драка, но Какаши вовремя вышел из мира тоски и грусти.

- О, вы восьмая команда, - соизволил произнести легендарный джонин. – С тренировки?

- Верно совершенно, - отозвался Шино.

- Так, ты, судя по речи, из Абураме, - взгляд Хатаке пробежался по генинам. – С тобой всё понятно, раз с собакой – значит Инузука. Видел как-то тебя. А ты, судя по глазам – Хьюго. Тебя я что-то не припомню. Как зовут?

- Х-хината, Какаши-сан, - волнение всё ещё не покинуло куноичи.

- Хм… всё равно не помню. Хотя ладно. Вы пришли перекусить?

- Так точно, - Инузука решил не встревать в конфликт при джонине.

- Что ж, не буду мешать. До встречи всем, - сказав это, беловолосый мужчина ушёл в шуншине.

Кинув напоследок по колкому взгляду, команды разошлись по своим делам. И только Хината стояла на пороге, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.

Глава 2

Экзамен на чуунина в этом году обещал быть интересным. Мало того, что впервые за многое время Кири выставило сразу несколько команд, обозначая окончательное восстановление внутренней политики, так впервые за всё время в нём участвовало три джинчуурики – Наруто, Гаара и Нии Югито, джинчуурики двухвостого. Кроме того, и это было важно для Хинаты, ей пришлось бороться командой своего кузена – Неджи. Хьюго считала, что для неё это тяжёлое испытание, но подвести команду она не могла, это бы полностью растоптало её. Да и, кроме того, за прошедшее время она смогла сформировать в себе хоть какую-то твёрдость, а если и она не помогала, то в ход вступал проверенный способ – образ Наруто.

Письменный экзамен прошёл без происшествий, испытание в Лесу Смерти было гораздо сложнее. Куренай неспроста старалась подвергать своих учеников иллюзиям, имитируя условия Леса, чтобы они были готовы к его опасностям. Потому восьмая команда сравнительно легко ориентировалась на местности. Кроме того, им помогали их сенсорные способности, нападать на противников или избегать их получалось несложно. Но сказалась слабость в атаках. Ни Киба, ни Шино не были способны к сверхсильным ударам, а Хинате не всегда удавалось добраться до ближнего боя. Потому ближе к середине Леса пришлось искать убежище на ночь.

Хината следила за обстановкой, когда Киба окликнул её.

- Хината, ты бы отдохнула, ты сегодня работала больше всех. Ложись, Шино своих жуков выпустит, они предупредят.

- Спасибо, Киба-кун, - улыбнулась девочка. – Я лягу попозже, а ты пока сам отдыхай, ты устал и голоден.

- Эх, что правда, то правда, - хохотнул собачник. – Ладно, но не задерживайся.

- Конечно.

Инузука улёгся на подстилку, а Хьюго осталась сидеть, рассматривая Бьякуганом окрестности. Отчасти она действительно следила за местностью, но главной причиной было то, что практически на краю «зоны видимости» разместилась седьмая команда. И брюнетка могла следить за своим вдохновителем. Наруто лежал посреди поляны, храпя, наверное, во всю мощь своих лёгких. Сакура тихо посапывала, свернувшись калачиком у дерева. Только Учиха не спал, а сидел на дереве, осматривая лес Шаринганом. Ему выпала очередь дежурить первым, что неудивительно, Харуно слишком устала, а Узумаки быстро восстанавливался благодаря своей врождённой выносливости. Хината снова вздохнула, сожалея, что не попала в эту команду. Но сожалеть не о чем, оставалось только стремиться быть такой же, как и её мечта. Или хотя бы быть достойным его. С этими мыслями девочка улеглась у костра и заснула.

Она и не подозревала, что внимательные глаза Инузуки смотрели ей в спину, а голова собачника была забита отнюдь не экзаменом.

Второй этап они успешно преодолели, но вся команда, увы, потерпела поражение на третьем. Несмотря на всё своё старание (даже твердолобый Учиха признал способности девушки впечатляющими), Хината проиграла бой своему кузену. Правда, после Неджи был побеждён Наруто, но самой девочке это не могло помочь. Шино проиграл Гааре, и чудо, что он пережил тот бой. А Киба потерпел сокрушительное поражение, в качестве насмешки судьбы, от Саске. Красноглазый, помимо всего прочего, одержал верх над Рок Ли, славившимся своими достижениями в тайдзюцу. Ну а Тен-Тен ещё в начале проиграла Темари, сестре Гаары. Таким образом, оба Хьюго до финала не дошли.

Хотя финала тоже не было. Гаара потерял контроль над своим демоном, потом Наруто, придя в ярость от увиденных разрушений и многочисленных жертв, выпустил своего. Вся арена была разнесена в клочья, погиб Третий Хокаге, сдерживая порывы Узумаки. К счастью, Саске, сумел взять под контроль сначала Шукаку, потом Кураму, которого сумела с помощью печатей сдержать Кушина. Друзья предвидели подобный исход событий, а последний из клана сумел нарыть в клановой библиотеке старую рукопись, в которой рассказывалось, что Мадара в своё время смог контролировать девятихвостого. Наруто позволял Саске тренироваться на себе, и эти тренировки пригодились. Правда, Учиха свалился после использования Шарингана от чрезвычайного напряжения, не каждый день приходится сдерживать сразу двух демонов, но главное он сделал.

Хината, увидев преобразившегося Узумаки, старалась убраться подальше от места боя, но тут её незаметность сыграла с ней злую шутку. Один из шиноби Куро сбил её, и девочка, потеряв направление, скатилась через скамейки, добавив к своим повреждениям многочисленные ушибы. Она упала где-то на середине трибуны. Попыталась встать, но боль пронзила едва ли не всё её тело, и Хьюго осталась лежать на полу. Над ней проносились люди, и никто из них не заметил беспомощно лежащую девочку, а тем более не старался помочь. Все спасали собственные шкуры, наплевав на всё остальное.

Хината подумала, что так, наверное, и закончится её жизнь – под скамьёй, где она будет лежать избитая и окровавленная, погибшая от ударов того, кого любила. Большего кошмара она и представить не могла. А самое обидное было то, что она не в силах что-либо изменить – просто не было сил.

- Хината! Хината!

Девочка с трудом повернула голову, но рассмотреть человека, звавшего её, не успела. Её тотчас подхватили чьи-то руки и потащили подальше от сражения чудовищ.

- Держись!

Она узнала голос.

- Киба…

- Да, это я, - подтвердил собачник. – Держись, я донесу тебя до медпункта. Только держись.

Хината не отреагировала. Слишком ослабла, но в сознании держалась. Ей было немного спокойнее, она не умрёт. Но теперь внутри неё билась тревога за блондина, который бесновался там, на арене.

А Инузука лишь нёсся вперёд так быстро, как только могут шиноби его клана. Он был готов ко многому, но только не к тому, чтобы потерять сокомандницу. Слишком рано, у них ведь всё только началось. Столько лет службы впереди. И, как он надеялся, он станет Хинате гораздо ближе, нежели сокомандник.

Поначалу Киба не замечал ничего особенного в Хьюго, разве что та была тише и скромнее, чем другие представители её клана. Но потом на этом фоне стал раскрываться заботливый характер девочки, её доброта, её поддержка. Она вызывала желание защищать её, сражаться за неё, оградить от войны, для которой она явно не была создана. Хината была прекрасной, и Киба это, в отличие от всех остальных, заметил. И хотел, чтобы кроме него Хинату такой никто больше не видел. Ни идиот Наруто, ни мерзавец Неджи.

Что касается окончившегося боя, то изнурённых джинчуурики растащили подальше друг от друга, а экзамен отменили из-за гибели некоторых участников.

Квартал Учиха пустовал с той трагичной ночи, когда весь клан был вырезан по приказу Четвёртого Хокаге. Единственный оставшийся в живых представитель красноглазых жил в особняке главы, заодно он пригласил туда своего друга, чтобы тот не скучал. Да и Саске было спокойнее, когда Наруто был под боком.

Мальчишки периодически меняли места ночёвки, благо комнат в особняке хватало. Кроме того, они никогда не селились в комнатах у наружных стен, только во внутренних. Потому снаружи казалось, что никто тут не живёт, а звуки только пугали жителей, которые стремились быстрее покинуть проклятый квартал.

Сейчас Саске стоял, одетый в свою форму генина и с рюкзаком на плечах. Узумаки сидел перед лучшим другом и смотрел в пол.

- Может, не стоит уходить, Саске? – спросил блондин. – Я понимаю, что ты не развиваешься здесь так, как тебе хочется, но…

- Мы это обсуждали, - прервал речь джинчуурики гений клана. – Орочимару знает гораздо больше, чем Хатаке или даже Хокаге. И тот факт, что он до сих пор не напал на деревню, а только отбивается, говорит о многом. Да ты и сам знаешь, твоя мать не позволит мне расти.

- Знаю, - кивнул Наруто. – Я и сам стал джинчуурики по её велению. Я ещё удивлялся, как она смогла хранить Кьюби в теле служанки так долго. Теперь понимаю, что всё дело в печатях моего клана. Эх, а я в них не бельмеса.

- Учиться надо было, - отозвался Саске. – А твоя мать, надо отдать ей должное, талантлива. Перенести демона от твоей бабки в служанку, а затем и в тебя, да ещё и втайне ото всех – это сильно. До сих пор никто не знает, я узнал только потому, что ты сам признался. Кстати, разве печати на твоём теле не должны были этого предотвратить?

- Ах, Саске, тут так всё сложно, - хихикнул Узумаки. – Как мне объяснила мать, я могу передать тайну только члену клана. Только она не уточнила, как это котируется. Ведь, по факту, я живу в твоём доме, пользуюсь твоим покровительством, а ты – глава клана, и пофиг, что формально ты им не являешься. Получается, я – член твоего клана, поэтому ты имеешь право знать тайны.

- Да-а, как-то непохоже, что ты не изучал печати, - прищурился Учиха.

- Так одно дело изучать и совсем другое – понимать. Знать-то я про них знаю, а рисовать – увы.

- Ничего, у тебя это в крови, научишься, - приподнятое настроение брюнета улетучилось. – Наруто, ты знаешь, как я отношусь к твоей матери и…

- Я знаю, Саске, - спокойно, без улыбки отозвался Наруто. – Она всё-таки моя мать, без неё я бы не появился. Но то, что она сделала… мне сложно об этом судить, я не знаю, что и думать.

- Мал ещё, - предположил Саске.

- Возможно, - пожал плечами Узумаки. – Наверно, мне придётся убить тебя, Саске. Не в твою пользу счёт, хотя ты – мой лучший друг. Но, если тебе станет легче, я сделаю это потому, что должен, а не потому, что мне хочется.

- Легче не стало, - хмыкнул красноглазый. – Пошли. Я запечатаю вход в квартал, до моего возвращения никто не сможет сюда войти. Нет, это не моя идея, всю информацию я взял из клановой библиотеки.

- Пошли.

Друзья покинул сначала усадьбу, а затем и квартал. Учиха некоторое время смотрел на родные места, а затем повернулся к дороге.

- Всё. Я сделал всё, что мог. Теперь у меня один путь.

- Тогда прощай, друг, - Узумаки протянул гению ладонь. Брюнет слегка усмехнулся и пожал её.

- До встречи.

Саске пошёл к выходу из деревни, а Наруто смотрел ему вслед, понимая, что вместе с другом ушла куда-то и часть его души. Они выросли вместе, они были соперниками и почти братьями. Каждый старался превзойти другого и первым забраться на следующую ступень совершенства. И друг за друга они готовы были убить. Только с Наруто Саске был искренним и рассказывал всё, ни о чём не умалчивая. Только с Саске Наруто мог поговорить о наболевшем и поведать все тайны. Они дополняли друг друга, они понимали друг друга. Они были словно половинами одной души, которая смогла хотя бы ненадолго, но соединиться в единое целое. И теперь они снова расходились, и Узумаки не знал, как надолго.

Сам же Учиха не задавался никакими вопросами. Он просто шёл к своей цели. Конечно, планы он строил, и уже давно, но как шиноби понимал, что всё может измениться. Он поставил себе цель – отомстить за клан и возродить его, даже если для этого потребуется вся жизнь. А уж как он этой цели добьётся – видно будет.

Интуиция – ещё одно оружие шиноби, она практически никогда не подводит. Именно сейчас Саске почувствовал, что рядом кто-то находится. Очень эффективно маскируется, но всё равно ощущается, тем самым чувством, которое вырабатывается только в боях. Хотя опасности не было, но последний из клана предпочёл подстраховаться.

- Я знаю, что ты смотришь на меня. Выходи.

Хината в очередной раз выбралась из кланового квартала, чтобы побродить по окраинам Конохи. Ночь дарила ей смелость и спокойствие, в темноте девочка чувствовала себя увереннее. Потому она снова успешно миновала посты охраны и добежала до своего любимого места – маленького озерца за границей деревни. Вода светилась в лунном свете, деревья и трава сменили привычный зелёный цвет на голубой, а в небе ярко светили звёзды. Красота этого озера заворожила бы любого художника, а Хьюго, придя сюда в первый раз, потеряла дар речи. Кроме того, здесь была какая-то особая энергетика, здесь куноичи успешнее осваивала приёмы и совершала то, что в обычных условиях ей сделать было трудно. Потому девочка старалась приходить сюда почаще.

Вот и сейчас она, сняв верхнюю одежду и оставшись в тренировочном костюме, ступила на воду, пользуясь регуляцией чакры в ногах. Выйдя на середину озерца, она некоторое время стояла неподвижно, а затем пустилась в танец. Танцы были одним из немногих занятий, которые любила Хината. И сейчас она кружилась по водной поверхности, поднимая вокруг тысячи брызг, светящихся, словно жемчужины. Зрелище было завораживающим, девочка предстала богиней, что решила взглянуть на луну. И, увы, не было никого, кто мог бы увидеть эту красоту.

Решив, что достаточно долго находится вне квартала, Хьюго собралась и покинула озеро. До ворот Конохи она добралась без проблем и уже хотела окольными путями добираться до клановых зданий, как услышала лёгкие шаги. Реакция была мгновенной: Хината юркнула в ближайшие кусты и старалась даже дышать через раз, чтобы её не засекли. Как же так, ведь она полагала, что здесь нет патрулей. А если её обнаружат… Отец подвергнет её наказанию за нарушение режима, и это будет страшно. Даже мысль об этом повергала её в ужас.

Воспользовавшись просветом между кустами, девочка посмотрела на улицу. Легче ведь предугадать действия неизвестного, когда видишь картину своими глазами, не правда ли? Какого же было удивление Хьюго, когда она увидела идущего по дороге Учиху, да ещё и с рюкзаком за плечами. Куда это он собрался? Хината, как и все женщины, была любопытной, но ещё она была осторожной. Следить за лучшим выпускником академии? Нет, настолько глупа она не была. Нужно просто подождать, пока он уйдёт, а потом…

- Я знаю, что ты смотришь на меня. Выходи.

Дрожь прошлась по телу куноичи. Он её заметил! Как?! Она же пряталась, да и её «невидимость» никуда же не девалась.

- Живо!

Властность в голосе звучала так сильно, что Хината не могла не подчиниться. Дрожа от волнения, она вышла из своего укрытия и предстала перед парнем.

- Хьюго, - констатировал он факт. – Что ты здесь делаешь?

- Я… я… - девочка пыталась сказать, но страх настолько сковал её, что ничего членораздельного выдавить из себя не получалось. – С-с-саске-к-к…

- Хьюго, чётче, - поторопил её шиноби.

- Я п-прос-с-то…

- Понятно, это надолго, - прикрыл глаза Учиха. – Ладно, попробуем по-другому. Следишь за мной?

- Н-н-нет, я…

- Только «да» или «нет», иначе твой рассказ затянется надолго, а у меня нет времени. Знает ли кто-нибудь, что ты здесь?

- Н-нет…

- Ты одна?

- Д-да..

- Свои секреты?

- Н-ну…

- «Да» или «нет», Хьюго.

- Д-да.

- Понятно. А была послушной девочкой, - непонятно было, издевался ли над ней Саске или просто говорил то, что думал. – Значит так: ты меня не видела, я тебя тоже. Мне плевать, что там у тебя за секреты, но ты же не хочешь, чтобы они раскрылись?

- Н-нет!

- Значит, договорились, - Учиха собрался было пойти дальше, но остановился. – Наруто можешь рассказать, он знает.

- Н-наруто-к-куну?

- Да, «Наруто-куну», - не удержался последний из клана. – А то я не знаю, как ты на него смотришь. Кстати, это шанс быть поближе к нему, пользуйся.

И, усмехнувшись полностью шокированной Хьюго, Саске покинул Коноху.

Хината так и не решилась сказать Узумаки про то, что она встретила на своём пути Учиху. До тех пор, пока по деревне не распространилась новость о том, что блондин уходит странствовать с Джирайей. Боясь, что больше возможности не представится, девочка со всех ног побежала к главным воротам, откуда должны были отправиться странники. Неважно, что она не знает, что скажет, главное – увидеть его до отбытия. А там… будь что будет.

Но как бы она не торопилась, она всё равно была не первой девушкой, кто был рядом с Узумаки. Рядом с Наруто стояла Сакура и что-то просила.

- Не волнуйся, Сакура-чан, - голос джинчуурики донёсся до ушей Хьюго. – Саске вернётся. А мы будем ждать. Ты ведь будешь ждать нас обоих, да?

- Иди уже, - насупилась девочка и отвернулась.

Наруто улыбнулся, а потом, краем глаза заметив Хьюго, повернулся к ней.

- О, Хината! А ты чего тут?

- Я… - ситуация уже казалась куноичи знакомой, потому она попыталась говорить смелее. – Я… пришла пожелать… тебе удачи, Н-наруто-кун.

- О, Наруто, прогрессируешь на глазах, уже девчонки за тобой бегают, - грохнул Джирайя. Хината мгновенно залилась краской.

- Спасибо, Хината, - ответил блондин. – Передай всем, что я вернусь так быстро, как смогу. Не скучайте.

- К-конечно, - ответила Хьюго. Считая, что разговор закончен, Наруто развернулся и пошёл в сторону выхода из деревни.

Шанс стремительно утекал, как и предупреждал Саске, а Хината всё не могла взять себя в руки. Её идеал уходит, а она стоит и трясётся, словно трусиха, не в силах сказать ни слова. Так она ничего не добьётся и останется ни с чем, а её возлюбленный достанется другой. Крайнее обстоятельство подстегнуло куноичи, и она решилась.

- Наруто-кун!

Мальчик остановился и удивлённо обернулся. Хьюго подбежала к нему и с ходу выпалила:

- Я видела Саске-куна.

- О! – Узумаки явно обрадовался. – Вчера?

- Д-да, когда он уходил. Он сказал, что ты знаешь, куда он…

- Знаю, - кивнул Наруто. – А ты не говори никому. Никому, ни моей маме, ни твоему папе. Он ушёл сам, по своему желанию. И вернётся, когда сам захочет. Я могу довериться тебе?

- К-конечно, Н-наруто-к-кун, - кивнула девочка.

- Саске пошёл учиться к одному учёному. У того богатый опыт и большой штат. Я думаю, Саске надолго там задержится. Это будет мой, а теперь и твой секрет. Сохрани его, пожалуйста.

- Да, Наруто-кун.

Узумаки кивнул и снова тронулся в путь. Перед тем, как исчезнуть за поворотом, он снова повернулся и помахал рукой тем, кто стоял у ворот.

- Пока, Сакура-чан! Жди меня!

Сакура только смотрела не реагируя. Когда саннин и его ученик скрылись за горизонтом, она повернула голову, чтобы отыскать Хинату, но той не оказалось рядом.

Хьюго, давясь слезами, бежала по улице как можно дальше от места встречи. Чувство обиды и горечи сжигало её сердце, боль сковывала душу, а голова была забита образами разлуки. Наруто попрощался только с Сакурой, Хьюго он и не заметил. Все старания куноичи прошли впустую, и она бежала туда, где не будет бояться позора.

На окраине деревни находилась роща с большим озером, где генины тренировались в хождении по воде и вообще водными техниками. Сюда Хината приходила, чтобы утолить свою печаль. Особенно она любила место под ветвистой ивой: дерево скрывало её от посторонних глаз и словно защищало своей листвой, оберегая от невзгод и грусти. Именно здесь и оказалась девочка. Добежав до места, она просто рухнула на колени и разрыдалась. Всё-таки, какой бы сильной ни была Хьюго, в ней жила хрупкая и ранимая душа, слишком чувствительная к ударам жизни. Горькие слёзы капали на землю, тихие всхлипы были слышны лишь Хинате, которая всё никак не могла успокоиться. Пальцы впились в землю, словно она хваталась за неё, как за последнюю возможность не сойти с ума. И некому вокруг помочь девочка, потому что эту боль могла перенести лишь она.

Ей проще быть невидимкой, Подумаешь, мир не заметит слёз. Кому-то пусть глупо и дико, А вот для неё это всё всерьёз, Ответ на главный вопрос.

Наконец, Хьюго успокоилась. Она вытерла слёзы, дождалась, когда руки перестанут дрожать, подошла к озеру, набрала в руки воды и умылась. Прохладная вода помогла окончательно прийти в себя, и куноичи задумалась. Она не могла привлечь внимание своего идеала потому, что не похожа на ту, которая ему нравится. А нравится ему Сакура - сильная, волевая, решительная и смелая. И ему всё равно, что Харуно любит Учиху, Наруто не из тех, кто сдаётся. Если только не найдёт более достойную цель. Значит, и Хината должна стать сильнее. Она должна усерднее работать над собой, должна стать более волевой, более сильной, она должна поднять своё мастерство, чтобы быть достойной своего кумира.

Брюнетка сжала ладони в кулачки.

Наруто решил стать сильнее, чтобы узнать новую сторону пути ниндзя. Саске решил стать сильнее, чтобы быть готовым совершить свою месть. Хината же решила стать сильнее, чтобы перестать быть невидимой.

Глава 3

Дни превращались в недели, недели – в месяцы, а те плавно перетекали в года. Со дня ухода Наруто и Саске из деревни прошло года три, но за это время немногое изменилось. Пост Хокаге заняла Цунаде и сразу стала самой нелюбимой правительницей среди старейшин. По той причине, что чихать хотела на мнение последних. После смерти Третьего на почётное место хотела сесть Кушина, но Хирузен сделал для всех подлянку – указал в завещании претендента на пост. Пришлось идти на поклон к Сенжу и уговаривать её. А Узумаки так и осталась старейшиной.

Красноволосую бесил тот факт, что от неё ускользнул Учиха, а непутёвый сынок не остановил его. Она ведь планировала при помощи Наруто склонить последнего из проклятого клана на свою сторону и с его помощью оказывать давление на другие кланы. Она не учла, что Учиха, которого захватило проклятие ненависти, строит свои планы. В результате, парень ушёл к Орочимару, подпольному генетику, который сам когда-то был шиноби Конохи, но его не устроила политика деревни, и он обосновался в Отогакуре. Кушина пыталась вернуть учёного и даже ликвидировать его, но ни одна попытка успехом не увенчалась.

Харуно Сакура стала ученицей Цунаде и быстро стала довольно известной личностью. Ещё бы, не каждая становится подопечной самой Хокаге. Её одногодки считали, что женщина учит розововолосую тайным техникам исцеления, а так же вообще совершенно другой стороне пути ниндзя. Впрочем, все за прошедшее время многому научились, а главное – приобрели опыт сражений. Когда-то совсем зелёные генины, которые с трудом могли побеждать врагов рангом выше, теперь закалились и выполняли любые миссии, вплоть до ранга А.

Изменилась и Хината. Из миловидной и тонкой девочки она выросла в изящную, нежную и прекрасную девушку. Каре чёрных с синим отливом волос исчезло, уступив место длинному водопаду. Оформилась завидного размера грудь, и Хьюго стала предметом мечтаний многих шиноби и обычных жителей. Правда, потенциальные поклонники проявлять свои чувства не спешили. И не только потому, что за спиной хрупкой девушки-шиноби маячила тень её грозного отца, но и потому, что имелась непосредственная угроза столкнуться с кузеном Хинаты. Неджи за эти годы стал официальным защитником Хинаты и даже испытывал к ней симпатию. Он старался не только ухаживать за ней, но и всячески помогал с тренировками. Кроме того, Неджи защищал Хинату от гнева её отца и издевательств сестры, которая всё сильнее становилась похожа на редкостную стерву. Хината была очень благодарна своему двоюродному брату за поддержку, но его намёков не видела и не понимала.

Кроме внешности, Хьюго сильно подняла уровень владения ниндзюцу. Она могла выполнить любую клановую технику, пусть не так совершенно, как Неджи, но на вполне высоком уровне. Ко всему прочему, она научилась техникам ирьенина, чтобы принести дополнительную пользу команде. В конце концов, ни Киба, ни Шино не имели даже задатков к исцелению, кто, как не Хьюго должна была поддержать их. Конечно, брюнетка даже на D-ранг едва тянула, но это всё равно было лучше, чем ничего.

Инузука, к слову говоря, тоже зря времени не терял. Пользуясь тем, что главного конкурента нет в деревне, он тоже оказывал знаки внимания Хинате, причём более открытые, нежели кузен. На её крайний день рожденья он расписал всю скалу Хокаге поздравлениями, а сам вручил подарок – ожерелье из зубов всех хищников, которых он победил. Конечно, Киба потом получил от Хокаге, а заодно и от главы Инузука, нагоняй, после которого его временно поместили в лазарет с многочисленными переломами, но радость в глазах Хинаты и её улыбка стоили всех жертв.

Сейчас сокомандники сидели в своей любимой закусочной и коротали время после очередной миссии. Шино ушёл в себя и не обращал ни на что внимания, Киба уплетал мясо за обе щёки, а Хината потихоньку доедала рис, последовав примеру Абураме. Но если повелитель жуков отключился от реальности едва ли не полностью, то Хьюго просто ушла в свои мысли. В свой идеальный мир.

Ей незачем звонить по пустякам, Она свою галактику открыла, Пусть принца не придумала пока, Но там и без него довольно мило.

И бабочки парят выше крыш, И люди выполняют обещанья Там все свои обиды простишь, Насмешки в изумруды превращая.

У себя в грёзах она выстроила целую галактику, которая была для неё совершенной. Как и предполагал собачник, она была далека от коварного и беспощадного мира шиноби, где ложь, обман и предательство считались нормой. Хината понимала, что реальность жестока, и была к этому давно готова, но в душе всё равно мечтала о счастливом и тихом мире без войн. Светлом, полном добра и тепла, где природа цветёт и радует глаза. Где люди отзывчивые, без этой доли лжи и предательства, где ничего не скрывают и помогают друг другу. Где не будет насмешек над слабыми и преклонения перед сильными. Где она счастлива с семьёй, которую сама себе напридумывала.

- Эй, Хина, опять витаешь в облаках? – подтолкнул девушку Киба.

- А, - Хьюго очнулась и посмотрела на товарища. – Прости, Киба-кун, я задумалась.

- Да как всегда, - хмыкнул Инузука. – Привыкли уже. Только ты такими темпами есть будешь до ужина.

- Если ты хочешь, я могу отдать свою порцию, - с этими словами куноичи протянула другу миску.

- Не издевайся надо мной и ешь, тебе самой силы нужны, - отмахнулся собачник. – Опять ведь будешь тренироваться с Неджи?

- Конечно, - улыбнулась Хината. – Ты можешь прийти, если хочешь.

- Нет уж, не хочу лишний раз видеть рожу твоего кузена. Доедай да пойдём на тренировки.

Закончив трапезу, команда пошла по направлению к полигонам, а оттуда – к своим кварталам. Но не успели они пройти пару улиц, как над деревней пронёсся радостный вопль.

- Ну здравствуй, Коноха, встречай будущего Хокаге!

Хината и Киба переглянулись, не понимая, кто может так орать, при этом смутно понимая, что фраза слишком знакомая. Команда сорвалась на бег, желая проверить, что же случилось.

Всё стало понятно, когда они оказались на центральной площади. И Хьюго почувствовала, как знакомые ощущения накрыли её с головой. Восторг и скрытая любовь снова пробудились в ней, заставляя трепетать сердечко.

На каменной голове Четвёртого Хокаге, ухмыляясь во все тридцать два зуба, стоял Наруто. Подросший, возмужавший, но всё такой же взбаламошенный и жизнерадостный. Он был одет в оранжево-чёрный костюм, за плечами носил огромный свиток для хранения вещей. И такая энергия била из него, что чувствовалась даже отсюда.

- Кретин!

Звук удара возвестил о том, что до «будущего Хокаге» добралась его сокомандница. Сакура уже по произнесённой фразе поняла, кто именно явился в деревню, а потому, ориентируясь на чакру, вычислила балбеса и впечатала его в камень. Из которого тот, впрочем, быстро выбрался.

- Привет, Сакура-чан, рад тебя видеть.

- Ты что, идиот, не мог нормально явиться? Обязательно надо цирк устраивать?

- Я знал, что ты скучала.

Кажется, скала Хокаге никогда не собирала на себе столько взглядов и никогда не видела такого шоу. Главная площадь наполнилась людьми, которые с удовольствием лицезрели открывшуюся картину. А потом толпа и вовсе заулюлюкала. Узумаки мгновенно сократил дистанцию между ним и Харуно и заключил ирьенина в объятия. Та визжала и отбивалась, но блондин крепко держал её и одновременно кружил по каменной площадке.

Киба только скалился, наблюдая за «концертом».

- Нет, ну он не изменится, наверное, никогда, - сказал собачник. – Но не могу не отметить, что появился он эффектно. А ты как думаешь, Хината?

Инузука повернулся к девушке, но той и след простыл. Причём исчезла она так внезапно, что сокомандник даже не почувствовал её ухода.

А девушка снова бежала. Бежала туда, где смогла пролить новые слёзы. Бежала так быстро, как только могла, чтобы заглушить растущее внутри отчаяние. И, как несколько лет назад, она прибежала и спряталась под сенью ивы, чтобы излить ей и тихому озеру свою боль и печаль.

Ну почему она не смогла удержаться? Она же готовилась к этому дню, думала, что её идеал, её Наруто, явится перед всеми, и она найдёт в себе силы подойти и поздравить его с возвращением, проводить его к Хокаге и, возможно, признается в своих чувствах. Но всё рухнуло, так и не начавшись. Узумаки сделал всё так, как хотел, а о ней даже и не думал. Как всегда, не заметил. Несмотря на всё её старания, она снова была невидимкой, никем не замеченной, кроме команды. И ради этого она тренировалась, ради этого она закаляла себя в боях и тренировках? Ради того, чтобы сломаться на первом же испытании? Никогда девушка не чувствовала себя такой жалкой.

Ей проще быть невидимкой, Подумаешь, мир не заметит слёз. Кому-то пусть глупо и дико, А вот для неё это всё всерьёз, Ответ на главный вопрос.

Она пыталась бороться, пыталась взять себя в руки, собрать в себе силы на новую попытку, но горькие слёзы разочарования лились из её глаз, падая в прозрачную чистую воду озера, которое было свидетелем многих её горестей.

Домой Хината вернулась поздно вечером и сразу направилась к себе в комнату. Неджи попытался было отчитать куноичи за то, что она не пришла на тренировку, но взглянув в глаза девушки и на её избитые руки, понял, что лучше будет промолчать. Вместо этого он пошёл к себе, чтобы подумать над сегодняшними событиями. И заодно над тем, как можно убрать новую преграду к сердцу кузины в виде новоявленного Узумаки.

А Хината лежала на татами и, закрыв глаза, хотела раствориться в окружающем её мире, чтобы забыть обо всём, как о страшном сне.

Наруто полностью погрузился в жизнь скрытой деревни, заняв законное место в команде №7. Место Саске занял Сай Акаши, АНБУ Конохи, который был приставлен следить за джинчуурики. Правда, его слежка была чистой формальностью, он скорее желал почувствовать себя частью чего-то более важного, чем организация. Узумаки быстро сдружился с новым членом, а вот Сакура его несколько недолюбливала. Хатаке относился к АНБУшнику равнодушно.

Кушина поначалу обрадовалась появлению сына и даже стала отчасти напоминать настоящую мать, а не ту жалкую пародию, которой она являлась до этого. Матриарх клана даже устроила пир в честь возвращения, на который пригласила всех однокурсников и друзей Наруто. В этот вечер блондин почувствовал себя по-настоящему счастливым. Ему казалось, что лучше быть и не может в его жизни.

Как оказалось, так и было.

Мать старалась свести своего непутёвого сына с дочерью какого-нибудь знатного клана, вроде Яманако или Хьюго, чтобы иметь сильное потомство, а также расширить влияние. Она не одобряла Сакуру в качестве объекта воздыхания своего потомка, из-за чего отношения между родственниками стали портиться. Кроме того, она склоняла сына заниматься по её программе, которая исключала время на любимые занятия Узумаки-младшего – развлечения и общение с друзьями. Вместо этого она пыталась привить джинчуурики законы интриг и обмана, которые тот просто на дух не переносил. Из-за его безответственности Кушина часто ссорилась с сыном и гнала из дому. И как бы ни любил Наруто свою мать, он всё чаще старался отдалиться от неё, понимая, что ничего хорошего от неё не дождётся. Временами, видя, как матриарх ругается с Хокаге, которую блондин неимоверно уважал, Узумаки понимал, почему Саске так ненавидел его мать.

Особенно сильно Кушина не любила технику соблазнения, которую сын практиковал и совершенствовал. Она ярилась, видя, как Наруто дурачится, издеваясь над своим бывшим сенсеем Ирукой. Решив подчинить блондина тотальному контролю, глава клана Узумаки упросила совет старейшин приставить к сыну АНБУ для наблюдения за ним в черте деревни. Шимура Данзо, старый союзник Кушины, сам предоставил лучших бойцов, способных обуздать джинчуурики. Вернее, он так думал. Узумаки не зря провёл столько времени с Джирайей, которого частенько застукивали у женских бань, и неплохо научился уходить от слежки и заметать следы. И даже профессиональные следопыты тратили много времени, чтобы выследить шустрого Узумаки. Что уж говорить о том, чтобы привести его обратно. Всё чаще Наруто ослушивался слов своей матери и ходил на задания в качестве усиления группы, а не сидел и не корпел над искусством политики.

Но даже эти дни были относительно спокойным, и шиноби пользовались сравнительной тишиной, чтобы вырывать себе время на отдых. К сожалению, всё хорошее имеет свойство заканчиваться.

Глава 4

Наруто в очередной раз свалился на землю, щурясь от боли по всему телу. Пейн оказался крепким орешком, и даже разрушение его пяти других тел не ослабило главу Амегакуре. Ну а чего он ожидал, это же шиноби из его рода Узумаки, мало того, он обладает Риннеганом – глазами бога. Конечно, Наруто всё это знал, и у него была парочка тузов в рукаве, но он недооценил способности своего родственника. Рыжий двигался слишком быстро, и режим отшельника не спас блондина, только позволил не умирать. Оставалось молиться, чтобы этот маньяк не выпустил второй метеорит, одного Конохе вполне хватило.

Атака Пейна и Конан на деревню была слишком неожиданной. Огромный метеорит, собранный рыжим, оставил на месте большей части строений громадный кратер. Неповреждёнными остались лишь скала Хокаге, окраинные строения да кварталы Инузука, Абураме, Хьюго и Учиха, причём крайний вообще не пострадал. Те, кто не погиб под ударом громадного булыжника, умерли в сражении с Путями Пейна и девушкой-ангелом. Крайнюю смог победить Какаши, но тот умер от клинка Нагато. В сражении выжила лишь Цунаде, но настолько тяжело ранена, что биться дальше уже не могла. Наруто подоспел в крайний момент и сумел отвлечь внимание на себя.

И теперь огребал по полной.

- Ты силён, сын Минато, но твои навыки ничто против мощи бога, - от ровного голоса Пейна становилось не по себе. – Твоя попытка остановить меня ничтожна, хоть и смела. Умри в бою.

- Обойдёшься, - шикнул Наруто и пустил в главу Акацуки расен-сюрикен. От которого тот увернулся, после чего рыжий извлёк из рукава куройбо и вогнал его в парня. Джинчуурики оказался прибитым к земле, попытался слезть с импровизированного кола, но его руки и ноги тоже оказались прибитыми. Скрипя зубами и матерясь, блондин силился вырваться из оков, но единственное, чем он мог пошевелить, была голова.

- Бесполезно. Даже с силой Кьюби но Йоко ты не можешь причинить мне вреда. Ты не станешь Хокаге. Только истинный Узумаки достоин этой чести, и я позабочусь об этом.

Глава Акацуки вызвал из земли огромный тесак и подошёл к Наруто.

- Предпочтёшь сразу лишиться головы или отсечь тебе сначала конечности? – поинтересовался Нагато, занося клинок над головой. Блондин сглотнул, с ненавистью смотря на риннеганистого и силясь всплеском чакры хоть как-то оттолкнуть противника. Безрезультатно, он сейчас банально лишиться головы. Обидно.

Однако обезглавливания не случилось. Нагато, заметив движение слева, отпрыгнул, увернувшись от жестокого удара мягкой ладони, и остановился в сорока шагах от лежащего джинчуурики.

- Ты кто такая? – спокойно спросил Пейн.

Хината стояла между ним и Наруто, вытянув ладони в боевой позиции. Она помогала уничтожать один из Путей на противоположном конце деревни и только сейчас смогла добраться до поля боя. И вот, она смотрела на противника, смелая, решительная и бесстрашная, стремящаяся защитить того, кого любила всю жизнь.

- Я – та, кто защищает эту деревню и этого человека. Ты не тронешь его.

- Ты слишком самоуверенна, девочка.

Хьюго это понимала. Понимала, что долго не выстоит, если вообще выстоит, против этого страшного человека. Ведь она песчинка перед ним, крошечный жучок, которого он просто может раздавить пальцем. Но это её всё равно не остановит. Даже если она его задержит, чтобы произошло какое-нибудь чудо, то не зря потратит силы и, скорее всего, свою жизнь. А разве это не стоит сделать ради любимого человека?

Куноичи атаковала первой, конечно, безрезультатно. Пейн играючи уклонялся от её ударов, при этом даже не напрягался, хотя Наруто его заставил понервничать. Хината хотела достать до узлов чакры, чтобы хоть немного ослабить главу Акацуки, но рыжий не давал ей этой возможности. Спустя минуту таких увёрток пинок мужчины отправил девушку в полёт, который прервался метрах в пятидесяти от места сражения.

Было больно, но Хьюго практически мгновенно поднялась на ноги и бросилась на врага снова. Но, видимо, Нагато наскучила назойливая девушка, потому он просто поднял ту в воздух, а затем с силой опустил. В месте, где упала Хьюго, поднялось небольшое облачко пыли. Сейчас ей было гораздо больнее, было сломано ребро и вывихнута рука. Пришлось потратить чакру на исцеление, иначе сражение закончится совсем плачевно. Повреждения удалось устранить, но вот встать удалось не сразу. Боль словно сковала всё тело, движения вызывали волны дрожи, ноги едва могли держать тело. И всё же она встала. С трудом, дрожа от напряжения, но встала. В глазах Хинаты горела такая решимость, что Наруто невольно удивился.

- Твоё упорство похвально, но глупо, - констатировал Пейн.

- Мне всё равно, - прошептала Хьюго, снова собирая чакру. – Пускай всё, что я делаю – бесполезно… но моя совесть… не простит мне… если я отступлю.

Чакра тем временем перетекла в ладони, и Хината применила свою технику – Джухо Сошикен. Две горящих львиных головы окутали её руки, представляя собой грозное зрелище. Хьюго могла одним ударом осушить чакру противника, даже если её немеряно, как у Узумаки. Оставалось только попасть, но для этого у девушки был персональный запас. Ненадолго, но она могла ускорить свои движения с помощью Бьякугана и распределения чакры. И она стремилась удивить Нагато.

Однако для Пейна её навыки, как оказалось, не были сюрпризом. Даже с повышенной скоростью куноичи не могла ударить врага, тот словно издевался, уворачиваясь от пылающих голов. Хьюго силилась хотя бы коснуться этого «бога», но всё было бесполезно.

Резкий удар – и девушка снова отлетает от рыжего. Правда, Пейн, видимо, увлёкся боем, потому как куноичи приземлилась рядом с Наруто. Она на мгновение потеряла ориентацию в пространстве, но быстро взяла себя в руки. Поняв, что находится рядом с блондином, она, поддерживая Джухо Сошикен, ударила по куройбо, сдерживающему руки джинчуурики, и шест, к удивлению обоих Узумаки, раскололся. И Нагато решил, что с него хватит. Он снова поднял Хинату вверх, но теперь гораздо выше. Та беспомощно болталась в воздухе и понимала, что этого падения не переживёт.

Пейн опустил руку, и девушка полетела навстречу земле.

Огромные костяные пальцы сжали её прежде, чем она разбилась о твёрдую поверхность. Хината не поняла, что происходит, а рука мертвеца уже бережно опустила её на землю. Теперь Хьюго видела перед собой гигантские рёбра, которые встали преградой между ней и Нагато, хмуро смотрящим на очередную преграду между ним и окончательным покорением деревни. Тем временем костяные пальцы легко вынули куройбо из Наруто и, взяв возмутившегося подобным поведением джинчуурики за шкирку, поставили того на ноги.

- Хорошо, что ты задержала его, Хьюго, - раздался холодный низкий голос. – Помогла мне подготовиться.

- А ты не мог явиться пораньше? – возмутился Узумаки-блондин.

- Не торопись – и успех сам тебя найдёт. Как видишь, мой меня нашёл.

Хината пригляделась и удивлённо пискнула. Конечно, человек, схоронившийся за пылающим фиолетовой чакрой скелетом, сильно изменился за прошедшее время, но не узнать эти растрёпанные чёрные волосы и высокомерные нотки в голосе было невозможно.

Саске Учиха вернулся.

После окончания боя Наруто мог наблюдать удивительную картину: воскрешение всех жителей тем, кто их и погубил. Странно, но так радостно, ведь он почти смирился с гибелью своих друзей и знакомых, а теперь снова может видеть их живыми. Радость так переполняла джинчуурики, что тот едва ли не весь день ходил с улыбкой во все зубы.

И Хината тоже радовалась вместе со своим кумиром. Она даже стала узнаваемой, ведь Узумаки рассказал, как девушка билась за деревню, как она задержала Нагато и позволила Саске разбить оковы, в результате чего оба парня смогли повергнуть главу Акацуки. Ей перепала часть славы, все благодарили Хинату, но ей такое внимание было в диковинку, потому она очень стеснялась и стремилась поскорее уйти от людей.

И, конечно, наибольшее внимание досталось последнему из Учиха. Когда-то он был маленьким мальчиком, привлекательным, словно с картинки, немного нескладным, но до ужаса талантливым, который нравился девочкам, но которого опасались из-за прошлого его клана. Теперь перед шиноби Конохи предстал высокий статный юноша с холодным взглядом, выражающим превосходство над окружающими. Чёрные волосы немного отросли, прикрывая лоб и делая парня ещё более загадочным. Вокруг брюнета витала аура властности, загадочности и силы, причём такая, что окружающие невольно сторонились и уходили с пути Саске, а девушки едва ли не падали в обморок.

Когда-то в детстве Учиха носил белые шорты, синюю футболку и сандалии шиноби, а на голове красовался протектор Конохи. Теперь он одевался в белую рубаху, чёрные штаны и сандалии, сделанные на заказ. А самое главное, за канатом, которым он подпоясывался, Саске носил катану Кусанаги, которую ему подарил Орочимару как своему лучшему ученику.

Даже глаза изменились: когда Наруто видел его крайний раз, то Учиха развил Шаринган до трёх томоэ. Красные глаза всегда пугали друга, но одновременно являлись подтверждением его уникальных талантов, которыми Узумаки восхищался. Но теперь… Вместо красных зрачков с томоэ на блондина смотрели пересечения трёх эллипсов, внутри которых размещался трёхлезвийный сюрикен. Новая сила Саске, которую он получил во время учёбы у саннина. Глядя в эти глаза, где-то внутри Наруто просыпался ужас, который с трудом удавалось подавить.

Саске называл своё додзюцу Вечный Мангекьё Шаринган, в тайну его получения он посвятил только Наруто. Как оказалось, Орочимару год назад подверг юношу жестокому эксперименту, заставив испытать неимоверную душевную боль, которая пробудила Мангекьё. А потом учёный пересадил Саске глаза его брата, которые последний из клана хранил долгие годы в память об Итачи. Честно говоря, и Учиха, и сам Орочимару сомневались в полном успехе сего действа, но глаза успешно прижились и придали парню новые силы, которые помогли в сражении с Нагато.

Что действительно радовало Узумаки, так это то, что его друг внутренне так и не изменился. Он всё такой же холодный, угрюмый, но верный товарищ, который готов был помочь в любой момент в любом деле, кроме разве что самого глупого. Даже та хозяйственность и расчётливость, которых он приобрёл при ведении дел клана, никуда не делись. Первым делом Учиха открыл доступ к кварталу, который пытались вскрыть все, начинай от любопытных зевак и заканчивая АНБУ. Но печать Шарингана оказалась недоступна, кроме того, Наруто после своего возвращения покрыл периметр печатями усиления, которым научился во время путешествия. Квартал стал своего рода крепостью, которая хранила секреты проклятого клана. Знал бы Узумаки, что фактически так оно и будет.

Не успела пройти неделя с окончания боя, не успели окончательно разбить палатки для временного проживания, как в ворота квартала Учиха требовательно постучали. Саске готовился к чему-то подобному, но не думал, что события будут развиваться так быстро. Что, впрочем, не отменяло его сосредоточенности.

К нему прибыл Данзо Шимура в сопровождении десятка АНБУ Корня и около двух дюжин обычных Шиноби. Среди крайних были Сакура, Шикамару, Ино, Чоуджи, Киба, Шино, Неджи, Тен-Тен, Рок Ли и Хината. Они не понимали, зачем их вызывали к воротам клана Учиха, да ещё и в полном боевом облачении. Но, видя исполняющего обязанности Хокаге, решили пока помалкивать. Хотя Нара догадывался, что сейчас происходит, и это ему очень не нравилось.

Наконец, ворота, украшенные гунбаями, распахнулись, явив всем собравшимся двух человек в статусе Героев Конохи – джинчуурики девятихвостого и последнего из проклятого клана. Крайний выглядел немного раздражённым ввиду того, что его разбудили после интенсивной тренировки с Наруто, потому как Узумаки хотел одержать верх над давним соперником. К слову говоря, не получилось.

- Чего припёрлись? – любезничать Учиха не собирался.

- Учиха Саске, - Данзо сохранял невозмутимое лицо, - ты обвиняешься в сотрудничестве с отступниками деревни, самовольном уходе и предательстве, а также убийстве без лицензии. Ты арестован. Не сопротивляйся, и правосудие будет к тебе снисходительно.

Сказать, что речь произвела шокирующее впечатление – значит, не сказать ничего. Челюсти Наруто, Сакуры, Кибы, Чоуджи, Рок Ли, Ино и ещё некоторых шиноби благополучно отвисли, глаз Шикамару задёргался, пальцы Шино стали нервно трястись, Хината закрыла рот ладонями. Даже Неджи поднял в изумлении брови, услышав обвинение. И только сам обвиняемый сохранил каменное лицо.

- Шёл бы ты, Данзо, пока цел. У меня итак на тебя зуб длинный, не надо его лишний раз увеличивать.

- Не слишком ли нагло ты ведёшь себя? – Шимура тоже не слишком удивился.

- В самый раз. Учитывая, что ты моих сокурсников привёл в надежде, что я их калечить не буду. Не твоя идея, уж я-то знаю, читал обо всём у Орочимару. Что, Кушина подсказала?

- В твоём случае все методы хороши. Не усугубляй своё положение, иначе мне придётся привести тебя силой.

- Обойдёшься, - даже грубости Учиха произносил таким тоном, что становилось не по себе.

- Твои товарищи пойдут первыми, чтобы захватить тебя. Подумай об их судьбе. А если они откажутся, то будут осуждены как соучастники в сопротивлении власти.

- Плевать.

- Ты не оставил мне выбора. Взять его.

АНБУ качнулись, но сделать ничего не успели. Рассвирепевший Наруто покрылся чакрой Кьюби и вызвал лисьих шесть хвостов. В глазах Узумаки кипела такая ярость, что шиноби сделали шаг назад.

- Ни один из моих противников, - в гневе рычал джинчуурики, - не прикрывался друзьями, как щитом! Ни Забуза, ни Нагато! Я никогда не мог даже помыслить, что в моей собственной деревне найдутся те, кто использует такую мерзкую тактику!

Давление чакры уже начало распространятся вокруг блондина, напряжение было таким, что, казалось, в воздухе начнут искрить молнии. Сокурсники уже начали подумывать, что лучшим путём будет отступление, но Данзо так не думал.

- Наруто, отойди, иначе ты также будешь считаться соучастником.

- Да наплевать! – заорал Узумаки и создал расен-сюрикен.

Учиха примерно этого и ожидал от друга и не сомневался, что он в силах в одиночку положить всех АНБУ деревни. Но вот Данзо был противником совершенно иного уровня. Как-никак, старейшины недалеко ушли по силе от каге, если не были им равны. Тем более, Саске видел уровень чакры этого калеки, слишком большой, тем более, активный в якобы повреждённой руке и голове. Он что-то скрывает, и Учиха должен был выяснить что.

Кусанаги покинула ножны, а в глазах закружился символ Вечного Мангекьё.

С АНБУ удалось справиться без особых усилий, но Шимура, как и предполагал Саске, оказался не так прост. Под бинтами он прятал глаза клана Учиха, которые вырвал силой у тех, кто погиб на миссиях. В правой глазнице вращался Мангекьё Шисуи, лучшего друга Итачи. И хотя он не мог им пользоваться в полную силу, легче от этого не было. Кроме того, оказалось, что убить псевдокалеку сразу не получится. Смерти он умудрялся избегать при помощи тех же Шаринганов, используя неизвестную никому технику Изанаги. Это заставило Узумаки осторожнее атаковать исполняющего обязанности Хокаге, но вот Саске было глубоко плевать на это обстоятельство.

Не передать словами силу той ненависти и ярости, что переполняли последнего из проклятого клана. Глаза его родни находились у заклятого врага, возможно, что где-то там есть глаза его отца или, что ещё страшнее, матери. От этой мысли Учиха был близок к потере рассудка. Что, к сожалению для Данзо, не сказалось на его смертоносности.

Осатаневший брюнет вызвал сразу завершённое Сусаноо, и ударил по Шимуре призрачным мечом. Того разорвало в клочья, но, разумеется, он оказался жив. Правда, Саске тут же выстрелил в него стрелой Сусаноо, от которой глава Корня не смог увернуться. Затем Данзо пришлось много и долго обстреливать призрачного воина, одновременно уворачиваясь от расенганов и расен-сюрикенов Наруто. Учиха прервал его бег косым ударом меча Аматерасу.

Пожалуй, впервые в жизни Узумаки готов был признать то, что Саске сильнее его. Действия его друга были стремительными и точными, Учиха предугадывал действия противника и всегда успевал контратаковать. Но, помимо всего прочего, обладатель Шарингана во время боя работал головой. Брюнет заметил, что с каждой смертью один глаз на теле псевдокалеки закрывался. Значит, надо было закрыть их все. И ученик Орочимару делал всё, чтобы лишить Данзо своего главного преимущества.

Встретившись взглядом с Наруто, Саске воспользовался гендзюцу, перенеся сознание обоих в отдельное измерение – во внутренний мир Узумаки, где сидел Курама..

- Наруто, мне нужна поддержка. У Данзо осталось ещё три Шарингана, не считая глаза Шисуи, но его нельзя уничтожать. Нужно, чтобы ты своими клонами создал массовость и отвлёк этого урода. На ближний бой он меня не подпустит, понимает, что кунай не потянет против Кусанаги. А чидори он сможет блокировать. Единственный шанс – атаковать сверху и снизу или попробовать с расстояния. Но мои дальние атаки сюрикенами бесполезны, а чидори Кусанаги требует времени на поражение. Твои клоны смогут закрыть меня от Данзо, и я смогу ударить.

- А почему мы не можем уничтожить глаз Шисуи? – удивился джинчуурики. – Ведь он же даёт Данзо этот, как ты его назвал… Мангекьё, вот. Так почему нельзя сразу ослабить его?

- Глаз я пересажу себе.

Некоторое время блондин удивлённо хлопал глазами, потом почесал голову и, наконец, выдал:

- Зачем?

- Пара глаз пробудит дремлющее Кото Амацуками, - объяснил Саске. – Если моя теория верна, каждый глаз может наложить по одному гендзюцу. Мне нужна эта сила в борьбе против твоей матери.

Наруто уже открыл было рот, но ничего не сказал.

- Быстрее, Узумаки, в реальности прошли всего секунды, но в бою они дороги. Меня прикрывает Сусаноо, но ты беззащитен. Тем более, если этот подонок сможет правильно воспользоваться Шаринганом и скопировать расенган, моя броня быстро рассыплется.

Блондин посмотрел в глаза друга и решительно кивнул головой.

- Погнали, победим этого гада.

План Саске сработал. Клонов Наруто было так много, что из-за них не было видно не то что Учиху – даже небо частично скрылось. В этом мельтешении Шимура пропустил удар чидори Кусанаги, которым достал его брюнет. Лишившись одного глаза на руке, Данзо решил отбросить атакующих ударом воздушного барьера. Это получилось лишь частично – Узумаки послал в атаку лишь часть клонов, которые и развеялись, остальные атаковали уже после того, как опасность миновала. Саске снова воспользовался суматохой, вызвал огромного ястреба и атаковал главу Корня с неба. Тот заметил несущийся ему навстречу клинок лишь в крайний момент, уклониться уже не успел. Стальное лезвие отсекло старику голову за долю секунды, и Учиха позволил себе усмешку. Остался один глаз – и бой закончится. Если бы Данзо мог, давно бы воспользовался Кото Амацуками.

Возродившийся Шимура, поняв, что дело плохо, решил действовать по-другому.

- Приказываю вам атаковать, - крикнул он шиноби. Те шокировано уставились на старейшину.

- У нас сейчас мало шансов против них, - озвучил общую мысль Шикамару. – Наруто уже вошёл в раж, его мало что остановит. У Саске это Сусаноо и усиленные глаза. Мы окажемся в гендзюцу, даже не осознавая этого. Не вижу смысла двигаться. А если по-хорошему – мне лень. Давайте без меня.

С этими словами ленивый гений сел на землю и облокотился о стену ближайшего дома.

- Это измена, - прокряхтел Данзо. – Ваши кланы будут заклеймены предателями и выдворены из Конохи вместе с Учиха. Не советую перечить мне.

Угроза была реальной, у Шимуры была возможность противостоять кланам. При условии, что те будут врозь. Но он не учёл, что привязанность к Наруто будет сильнее страха перед главой Корня. Кроме того, против Саске они ничего не имели, он им к тому же жизни спас, так что практически все поголовно были его и Наруто должниками. Шиноби предпочли соблюдать нейтралитет. Почти все.

Киба, оседлав Акамару, преобразовался в двуглавого пса и понёсся на Учиху. Видимо, собачник надеялся своей скоростью превзойти брюнета, найти его слабое место и ударить. Узумаки кричал Инузука, чтобы тот одумался, но шатен не слушал его. Его глаза хищника видели добычу, и Киба желал поскорее избавиться от соперника, который мешал ему сразу на двух путях: любви и призвании.

Данзо воспользовался случаем и создал разрушающий вихрь вокруг гигантского призрачного воина. Сильный удар заставил Саске напрячься и сосредоточиться на поддержании Сусаноо. Если бы он отвлёкся, то защита треснула бы, и атака собачника возымела бы успех. Всё висело на волоске.

Киба с Акамару уже радостно устремились к шее, которая являлась самым слабым местом, как призрачная рука вывернулась и схватила обоих. Вечный Мангекьё не подвёл своего владельца, и Учиха смог вычислить траекторию удара и предотвратить его. Инузука пытался вырваться из хватки, но, понятное дело, не преуспел. Атаку же Шимуры прервал Наруто.

- Глупо, Инузука, - холодно произнёс Саске. – Ну что, сжечь тебя или просто раздавить?

- Не надо, Саске-сан! – раздался крик откуда-то снизу. – Пощади его, пожалуйста!

Учиха перевёл взгляд на источник звука и не удивился.

Перед ним, сложив руки в умоляющем жесте, стояла Хьюго. Её лицо исказилось от ужаса, а в глазах было столько страха и мольбы, что брюнет всерьёз полагал, что она скоро задрожит от напряжения и потеряет сознание. Но она стояла и просила его.

- Прошу, Саске-сан, - взмолилась Хината. – Заклинаю вас, сжальтесь.

Последний из клана хмыкнул.

- Знаешь, Инузука, у меня появилась идея. В детстве мечтал летать? – заметив ошарашенный взгляд, красноглазый усмехнулся. – Сейчас мечта исполнится. Как я помню, квартал твоего клана там, - брюнет махнул своей рукой в сторону кратера. – Вот и доберёшься до него с моей помощью. Привет семейству, кретин.

С этими словами призрачный воин сделал замах и отправил Кибу и его питомца в полёт.

Матерный лексикон Инузука оказался вполне богатым, Наруто таких слов ещё не слышал. Он даже немного огорчился, когда вопли собачника стали уже не слышны, а сам матершинник скрылся за горизонтом. Впрочем, даже сейчас Киба оказался полезен: Данзо немного отвлёкся. Саске, завершив замах, совместил его с ударом меча Аматерасу. Чёрное пламя прошлось по земле, ведомое Кагуцучи, и вырвалось вверх огненными кольями, которые пронзили старика. Короткий хриплый вопль длился всего секунду, а затем Шимура вновь возродился. Последний раз и то, чтобы затем оказаться в призрачной руке Сусаноо – Учиха сумел-таки выгадать место воскрешения.

И теперь, когда красноглазый смотрел прямо в лицо своему давнему врагу, внутри старого интригана впервые зашевелился страх.

- Отдай то, что украл, - ледяным тоном произнёс Саске и протянул руку к глазу Шисуи.

Глава 5

О дальнейшем Хината лишь слышала со слов жителей и соратников. Учиха решил не терять времени и расправиться, как он считал, с источником всех своих бед – Узумаки Кушиной. По его мнению, сейчас был прекрасный случай – она считает, что брюнет уже нейтрализован, потому не ждёт от него особой угрозы. Но главное, что она лишена охраны из АНБУ, немногочисленные специалисты сейчас расположились вокруг полуживой Цунаде. Саске был обязан ударить.

Никакие отговорки не помогали. Ни мольбы Ино не рисковать своей жизнью, ни доводы Шикамару о том, что это противозаконно, ни уговоры Наруто пожалеть его мать. Однако Учиха предоставил контраргументы: компромат, которые Орочимару собирал всю свою жизнь на руководство. Преступления, которые там раскрылись, поразили шиноби, особенно Узумаки, который узнал, что его мать приложила руку к смерти собственного мужа, к срыву экзамена на чуунина и к другим грехам. И, возможно, хотелось бы в это не верить, но Нара, проанализировав факты в своей голове, вынужден был признать их достоверность. Наверное, никогда ещё не было такой пустоты в глазах джинчуурики, как в тот момент. И, скрепя сердце, блондин сказал, что не станет чинить препятствия другу.

Бой матриарха клана Узумаки и последнего из клана Учиха никто не видел, но вот всплески чакры чувствовали все. Честно говоря, Шикамару сомневался в превосходстве своего сокурсника. Кушина была известна как Кровавая Хабанеро, опытный и талантливый боец. Бои с её участием были страшны, своих врагов она не жалела. Так что все опасались, что от красноглазого не останется даже волоса. Однако они недооценили возможности Шарингана и силу ненависти гения проклятого клана. Саске явился в лагерь коноховцев раненый, окровавленный, избитый, хромающий, но непобеждённый. В одной руке он сжимал Кусанаги, в другой – отсечённую голову Узумаки.

Ситуация была сложной, всё-таки, на клан Учиха напали, он имел право обороняться, но потом-то он напал на старейшину Конохи. Он покинул деревню без разрешения Хокаге, но не действовал против мирных людей и шиноби. В конце концов, он был негласным Героем Конохи, а сейчас фактически шла война, которая началась со смерти Пейна по инициативе Тоби. Главы кланов ещё долго бы решали судьбу молодого человека, если бы не очнулась Цунаде. На все действия Саске она чихать хотела, все её мысли занимала предстоящая война. Потому все «грехи» Учиха зарывались поглубже, сейчас он был нужен как высококлассный шиноби. Ведь по предварительной оценке, он, как и Наруто, хоть и был официально генином, по силе был на уровне джоунина.

Итак, Коноха в союзе с другими четырьмя странами образовала Альянс, который должен был установить мир и устранить угрозу всем людям на земле.

Как только стало известно, что армия шиноби выступает, Хьюго зашла проведать Кибу. Парень быстро оправился, учитывая, что его запустил через половину деревни Учиха. Вот гордость пострадала сильнее, до сих пор парень точил зуб на красноглазого и успокаиваться не собирался.

- Здравствуй, Киба-кун, как ты себя чувствуешь?

- Привет, Хина. Всё в порядке, спасибо, - отозвался собачник. При Хинате его настроение улучшалось. – А ты как?

- Я в порядке. Зашла вот, проведать тебя.

- Очень тебе благодарен, - улыбнулся Инузука. – Готова к сражению?

- Да, я постараюсь не подвести вас.

- Мы и не сомневаемся в тебе, - юноша подошёл к девушке и положил руку ей на плечо. Хината тут же залилась краской.

- Т-тогда я пойду, - белоглазая хотела было развернуться, но хватка сокомандника не позволила это сделать.

- Послушай, Хината. Мы идём в бой и там у меня, скорее всего, не будет возможности сказать всё. Потому я хочу сказать сейчас.

- Ч-что ты хочешь сказать, К-киба-кун? – немного испуганно спросила девушка.

Собачник некоторое время собирался с духом, а потом выдал:

- Я люблю тебя, Хината.

Куноичи шокировано смотрела на друга, который буквально поглощал её взглядом, и старалась отойти от него. Взгляд у Инузука был одновременно печальным и страстным, и даже диким. Его отчасти животная натура сейчас практически слилась с человеческой, и шиноби с нетерпением ждал её ответа.

- К-киба-к-кун… я… я… - язык девушки заплетался.

- Я знаю, что ты сохнешь по этому идиоту, Узумаки, но поверь, я буду стараться сделать тебя счастливой. Он всё равно любит Харуно, слишком сильно, у тебя нет шансов. Не надо жить прошлым, я предлагаю тебе будущее со мной. Согласна ли ты?

Хината дрожала, не смея ничего говорить. Признание выбило её из колеи, она словно оцепенела. Разум кричал ей бежать, спасаться от друга, ставшего опасным, сердце стремительно колотилось, всё ещё страдая по светловолосому чуду, последнему из клана Узумаки. Куноичи понимала, что сердце её героя принадлежит розововолосому ирьенину, но где-то там, в глубине души, теплилась надежда, что она, такая незаметная и невидимая, сможет добиться расположения кумира. И только эта ниточка не давала ей согласиться на предложение своего сокомандника.

- Хината-сама, вас вызывает к себе Хиаши-сама.

В палатку вошёл Неджи. Увидев, что Инузука сжал плечи его кузины, он мгновенно оказался рядом и вырвал девушку из захвата.

- Не трогай её своими грязными руками, животное.

Обращение заставило собачника зарычать.

- Сам ко мне не прикасайся, урод.

- Я сообщу о произошедшем главе клана Инузука, пусть они примут меры. Попытка изнасилования химе клана…

- Не надо, Неджи-кун, ничего не было. Просто пойдём к отцу.

Ладони девушки сжали рукав гения, тот, посмотрев на куноичи, а потом на Кубу, решил не нагнетать обстановку.

- Уходим, - бросил он и вывел девушку из палатки, оставив собачника пылать гневом.

По дороге они не произнесли ни слова, но ближе к цели Неджи решился заговорить.

- Хината-сама, если он посмел…

- Всё в порядке, Неджи-кун, Киба-кун просто очень заботится обо мне и переживает. А человек он, как ты знаешь, вспыльчивый. Неудивительно, что иногда он забывается.

- Вы должны быть осторожны, Хината-сама.

- Я буду стараться. Спасибо тебе, Неджи-кун.

Они подошли к особняку Хьюго, и девушка собиралась пройти внутрь, как её остановила фраза кузена:

- Я слышал, что вам сказал Инузука.

Куноичи застыла на пороге.

- И… что же?

- Я не позволю этому случиться, этот собаковод вам не пара. Но отчасти он прав. Узумаки не тот, кто вам нужен.

- Неджи-кун, это моё личное дело, кто мне нужен. Прошу тебя, не влезай сюда.

- Как скажете, - ответил гений клана, - но знайте, что я подумываю просить у Хиаши-сама вашей руки.

И Неджи ушёл, оставив Хинату ошеломлённо стоять на дощатом полу особняка.

Четвёртая Мировая война шиноби закончилась на удивление быстро, но стоила просто огромных потерь. Выживший Обито, воскрешённый Мадара, Чёрный Зецу, а затем и вызванная из небытия Кагура – таких противников ещё не было на памяти большинства ниндзя. Помимо них, в бою участвовали многочисленные воскрешённые и просто тьма клонов Белого Зецу. К счастью, Саске удалось упокоить души погибших джинчуурики и шиноби, а также уничтожить оригинал Белого Зецу. Но даже с учётом этого Альянсу пришлось несладко. Под конец Ооцоцуки Кагура сумела погрузить весь мир в Бесконечное Цукуёми, но последний Учиха, получив Риннеган, сумел закрыть свою команду крыльями Абсолютного Сусаноо. Наруто, получивший от самого Рикудо силу Шести Путей, на мгновение вывел из равновесия богиню-кролика. И после тяжёлого изнурительного боя команда №7 запечатала Кагую и её сына – Зецу. Развеивания иллюзии два друга как-то даже не заметили.

И когда, наконец, шиноби собрались вместе, чтобы убедиться, что всё закончилось и миру больше ничего не угрожает, радостный крик пронёсся по всему полю боя. Выжившие поздравляли друг друга, оплакивали погибших и просто облегчённо садились на землю, понимая, что страшная война миновала. Неважно, что впереди много работы по восстановлению, главное, что они выжили и могли своими руками пожать плоды победы.

И там, на обгоревшем, раскуроченном и разрытом поле боя Узумаки сделал предложение своей сокоманднице. Которая от такого, разумеется, отправила непутёвого товарища в нокаут, но, тем не менее, обещала подумать.

Бежать не было ни сил, ни желания. Хината спокойно шла с поля боя к любимому месту. Плакать тоже не хотелось, уже не было смысла. Потому девушка просто селя на траву и уставилась в водную гладь. В её голове мелькали картины прошлого.

За свою жизнь она уже столько раз пыталась привлечь внимание своего кумира, что сбилась со счёта. Она помнила все свои тренировки, закалку тела и духа, совершенствование в искусстве шиноби. Она действительно стала сильной, даже её кузен это отметил. Только вот всё без толку. Даже её признание в любви было проигнорировано. Нормальная девушка, вроде той же Ино или Тен-Тен, сделала бы выводы, отбросила бы надежду и переключилась бы на другого, но не Хината. Она как глупая собачонка продолжала бегать за Узумаки в бесполезной надежде на внимание и признание. Но ни того, ни другого она не получила.

В глазах её такая печаль И океан несбывшихся желаний. А рядом с нею лето невзначай Уснуло на расправленном диване.

Ей проще быть невидимкой, Подумаешь, мир не заметит слёз. Кому-то пусть глупо и дико, А вот для неё это всё всерьёз

Когда же она, наконец, поймёт, что мир не зациклен на одном Наруто? Есть много других парней и… Вот тут Хьюго задумалась. Был Киба, который всегда любил её. Смелый, решительный, бесшабашный. Такой же, как и Наруто. Но одновременно дикий, яростный и свирепый, которого куноичи даже побаивалась. То, что он способен был причинить боль, настораживало и отталкивало. Был Неджи, спокойный, рассудительный, сильный и верный. Но кузен не столько любил, сколько хотел обладать Хинатой, как собственностью. Кажется, гений клана Хьюго оставил все свои эмоции где-то в прошлом, заменив их холодным рассудком. Скорее всего, он станет таким же, как и её отец, а такой участи она не желала.

Видимо, ей так и суждено быть невидимкой для всех, той, которая всегда рядом, но которая ни на что не влияет и чьи чувства никому не нужны.

- Итак, ты снова здесь.

Хината не ответила.

- Я знал, что ты придёшь сюда.

- Откуда? – спросила девушка.

- Я же следил за тобой.

- Такова наша профессия, - пожала плечами девушка, продолжая любоваться озером. – Хотя я тебя никогда не чувствовала.

- Ты была так разбита печалью, что не замечала ничего вокруг.

- Ты прав, прости, - Хьюго позволила себе печальную улыбку. – Ты, наверное, презираешь меня за мою медлительность и неуверенность?

- Я уважаю тебя за упорство. Столько стремиться к своей цели. Много лет прошло, а ты сдалась только сейчас, когда последняя надежда рухнула.

- Я нечасто слышала от тебя такие слова.

- А я нечасто видел твои слёзы. Вернее, никогда не видел. Не советую тебе плакать, тебе не идёт.

- Прости.

- Не извиняйся так часто.

- Прости… Ну вот, снова. Я такая глупая, что позорю своих друзей и знакомых. Наверное, я должна быть одинокой.

- Ты должна быть счастливой. Каждая женщина должна быть счастливой.

- Увы, для меня не будет счастья.

- Ты так думаешь?

- Я почти что уверена в этом.

- Тогда посмотри на меня.

- Не тебе стоит видеть моё печальное лицо, - покачала головой куноичи.

- Посмотри на меня, Хината.

Что-то в голосе парня заставило её взглянуть на него. На мгновение, но она посмотрела на него…

Маленький мальчик смотрел на то место, где сидела девочка.

- Тебе стоило бы позвать её.

- Кого? – не понял Наруто.

- Ту, кто прятался за теми кустами.

- Там же никого не было, - удивился джинчуурики.

- Была, я видел. Ты совсем по сторонам не смотришь?

- Смотрю, но там же никого не было.

Мальчик только вздохнул, поражаясь слепоте своего друга.

- Иди и найди Хинату, - генин поймал за шиворот Кибу и не отпускал.

- Зачем? – сердито спросил собачник. Сейчас нужно было уходить, находиться рядом с двумя вышедшими из себя джинчуурики было опасно, а этот идиот тут кулаками размахивает.

- Она может пострадать.

- Она из нашей команды, - оскалился Инузука. – Она тренирована и способна…

- Хорошо же ты её знаешь, - проворчал парень. – Она девочка, её защищать надо!

- Она сможет за себя постоять, - собачник хотел было вырваться, но «собеседник» приложил его о стену.

- Немедленно найди Хинату и уведи её, или я убью тебя! – рявкнул генин.

Шатен и хотел бы послать его подальше, но что-то заставило его подчиниться и стремглав помчаться искать сокомандницу. С соперником он успеет разобраться и потом. А тот, убедившись, что у Инузуки не возникнет желания ослушаться, помчался навстречу двум монстрам.

Как она оказалась ночью на пути Учихи, оставалось загадкой. Да это было и не важно. Важно то, что в лунном свете она, испуганная, беззащитная и ранимая была такой привлекательной и нежной, что разрушать эту красоту было бы кощунством. Даже Саске не был таким безжалостным, чтобы сделать этому ангелу во плоти что-то плохое. Потому он и оставил её в покое.

Парень, что любил Хьюго всем сердцем, мог бы любоваться ей бесконечно. Кажется, ночь воистину была создана, чтобы хранить это невинное создание. А её глаза, напоминающие луну, словно подтверждали это. Такая чистая, такая светлая, она создана была не для убийства. Судьба словно посмеялась над ней, наделив состраданием и прощением. Но это тоже было неважно, главное, чтобы нашлись глаза, способные заметить её и принять.

Вид раненой, окровавленной и бессильной Хинаты приводил его в бешенство. Ярость буквально хватала за волосы, хотелось рвать и метать, хотелось разрушить всё вокруг, стереть в порошок того, кто посмел причинить боль его ангелу. Только понимание того, что в одиночку с Нагато не справиться, останавливало парня.

Радовало лишь то, что Хьюго осталась жива после сражения. И, казалось, что её теперь следует оберегать ещё тщательнее, холить, лелеять. Так какого дьявола она собирается идти на эту чёртову войну в первых рядах? Почему она снова собирается рисковать собой ради несбыточной мечты, ради хорошего друга и идеала, но плохого романтика? Хотя он-то как раз и мог её понять. Ведь она сама – его мечта, и ради неё он готов был на многое.

И сейчас она сидит перед ним, такая печальная, такая одинокая, но одновременно такая прекрасная и бесконечно добрая. Даже после войны её сердечко не зачерствело, не окаменело и не почернело, душа оставалась светлой и чистой, что подтверждали сияющие глаза. На неё можно было смотреть бесконечно, но Хината подталкивала к большему. Её хотелось обнимать, целовать, защищать и просто любить. Хотелось подарить ей всё лучшее, что есть в этом мире, дать ей то, что она давно заслужила – женское счастье. Он готов был дать ей всё это, бросить к её ногам целый мир, если она подарит ему свою самую нежную, самую тёплую и самую светлую улыбку – улыбку любви. Он готов был возвысить её, сделать владычицей в своём доме. Но увы, нельзя было портить это воплощение света и тепла собой. Нельзя было осквернять её, кристально чистую и невинно-скромную.

Потому что тьма, что жила в его душе, была сильнее самого яркого света.

Хината моргнула и, наконец, выпала из плена гендзюцу.

- Теперь ты понимаешь, почему ты достойна счастья, - спокойно сказал шиноби.

- И ты всё это держишь в себе? – на глаза девушки снова вернулись слёзы. – Ты терпел все эти годы? Как ты мог?

- Ты сама всё видела. Мне нельзя.

- Тебе же можно всё! Тобой восхищаются, тебя превозносят. Ты – пример настоящего воина, а не только шиноби. Кто, как не ты, достоин счастья?

- Очень сомнительное заявление, учитывая, кем ты восхищалась все эти годы, - хмыкнул собеседник.

- Наруто… - Хьюго на мгновение запнулась, но продолжила, - Наруто упорный, целеустремлённый, гордый и добрый, именно за это я его полюбила. Когда-то. Он действительно пример для меня. Но ты… Ты – воплощение силы, шиноби с необъёмным талантом и неиссякаемым потенциалом. Решительный, хладнокровный, прекрасный тактик и бесстрашный боец. Да… - повысившая было голос куноичи снова его снизила, - Наруто был для меня идеалом, недостижимым, слишком прекрасным. А ты… ты был тем, кто мог заставить меня преодолеть свою боль, своё отчаяние.

- Рад, что смог оказаться полезным, - если бы мог, парень выделял бы яд.

- Ты и сейчас мне помогаешь, - сквозь слёзы улыбнулась Хината. – Мне так не хватало чего-то подобного.

- Чего же именно?

- Правды. Избавления от одиночества. И осознания того, что я всё-таки нужна кому-то…

- Что кто-то тебя смог увидеть? – догадался собеседник.

- Да. Честно говоря, мне было проще оставаться незаметной, ведь я могла жить в своём мире. Но сейчас, после увиденного, я понимаю, что стоило выбираться наружу.

- Теперь ты получила ответ на свой вопрос.

- Да, - кивнула девушка и снова посмотрела в глаза юноши. – Теперь я знаю, что кто-то меня любит. Ты меня любишь.

Шиноби легко, почти незаметно улыбнулся и протянул руку девушке.

- Ты пойдёшь со мной?

Брюнетка посмотрела на ладонь и на мгновение замерла. Такое предложение, наверное, делается лишь раз в жизни. От такого не отказываются. Но она могла. Именно она и именно ему. Ведь его характер не идеален, он не тот, кого она превозносила всю свою жизнь. Она может отказаться и идти по своему пути, не тому, который ей предлагают, а который она может выбрать сама. И, возможно, снова найдёт свой идеал.

Но она не хотела жить с идеалом. Она хотела быть с тем, кто всегда будет рядом.

- Да, - и Хината сжала ладонь парня своей.

Кожа у него была грубой, мозолистой, что говорило о частом использовании меча, холодной, как и он сам, но для неё она была живой. И то, как легко он поднял её с колен, говорило о его силе и одновременно осторожности. Словно он боялся сломать её.

- Я… я не люблю тебя, - виновато сказала девушка, - но я хочу быть с тобой. Наверное, потому что каждая девушка мечтает об этом.

- Да, - ответил Саске, сжимая руку Хьюго, - но не каждой я отвечаю взаимностью.

Ей проще быть невидимкой,

Подумаешь, мир не заметит слёз. Кому-то пусть глупо и дико, А вот для неё это всё всерьёз, Ответ на главный вопрос.

- Ты снова ушла в себя, Хина, - Саске зашёл в комнату и остановился у двери.

- Ох, прости, дорогой мой, - женщина повернулась и виновато улыбнулась. Той самой улыбкой, что он впервые увидел восемь лет назад. – С возвращением. Всё прошло хорошо?

- Скажем так – ничего нового, - мужчина снял плащ и повесил его на спинку стула. – Моя команда снова умудрилась вляпаться в элементарные ловушки, и нам с Тен-Тен пришлось работать вместо них. Завтра опять буду гонять их по полигону. Такахаши тебе передавала привет и просила передать это, - брюнет протянул белоглазой упаковку сладостей.

- Ах, она меня балует, - Хината приняла конфеты и положила их себе на колени. И почувствовала, как руки мужа обняли её сзади. – Я скучала.

- Знаю, - прошептал ей на ушко Учиха. – Дома всё хорошо?

- Да, я приготовила ужин и уложила нашего маленького ниндзя спать. Горничные делали уборку каждый день, я за всем проследила. Только, боюсь, постель остыла.

- Согреем, - коварно хмыкнул Саске. Бывшая Хьюго покраснела.

- Только будь нежнее, ребёнка разбудим.

- Удивляюсь я тебе, Хина. Ты необыкновенный человек. Как ты смогла всё-таки забыть Наруто и влюбиться в меня?

Брюнетка с улыбкой повернула голову и поцеловала мужа в губы. Нет, другой мечты ей не надо. Возможно, сделай она другой выбор, всё изменилось бы, но женщина точно знала, что не смогла бы быть настолько счастливой, как сейчас.

- Я не могла не полюбить того, кто видел меня, когда больше никто не замечал.

Улыбнувшись той улыбкой, которую он дарил лишь самым близким людям, Саске прижал к себе жену.

- Моя невидимка.