Нелетописное

Шторы

В тот день инспектировавший понивилльскую школу Нэйсэй был особенно не в духе. Едва войдя внутрь, он огляделся и направился к окну.

— Та-ак. Пишите замечания, — обратился он к свите. — Первое: шторы пыльные. Нарушение санитарно-гигиенических требований, пункты сами укажете. Второе: шторы красного оттенка. Психологи не рекомендуют, повышает агрессивность и утомляемость учащихся, ссылки найдёте и тоже укажете. Третье…

Черили одним прыжком подскочила к нему, ухватила штору зубами и сильно дёрнула, срывая напрочь. Вместе со шторами сорвалась и палка, одним концом изящно прилетевшая Нэйсэю прямо по голове.

Инспектор закатил гла́зки и прилёг отдохнуть.

— Одно замечание! — выдохнула сквозь зубы учительница, неприязненно глядя на его свиту. — Нет штор на окнах!!!

* * *

— Чё хотят, то творят! — возмущалась Эпплджек. — Придумали, блин! Деньги на шторы! Мы ток’ што новые контракты на поставки яблок позаключали, деньги через три дня будут, нам три дня на припасах жить, а им на энти шторы наличку выложь прям щас. Никакого понимания!

— Ах, дорогуша, — томно поддакнула Рэрити, с которой они вместе шли на родительское собрание. — Ты полностью права. Ни понимания, ни уважения! Я с тобой совершенно, абсолютно согласна.

— А у тебя-то чё?

— А с кого, по-твоему, потребуют эти шторы сшить?

— А-а… ну да.

— Мне, модельеру с известным именем, шить эту типовую прозаическую банальщину? Мне?! Фу, как это по́шло!..

* * *

— Добрый день, уважаемые родители… и представители! — поздоровалась Черили. — Нам с вами сегодня предстоит решить несколько важных вопросов, из которых важнейшим являются новые што…

Она осеклась. При слове «шторы» её взгляд встретился с другим — на понивилльскую учительницу в упор смотрели глаза с узкими вертикальными зрачками-щёлками. Как у кошки или змеи.

— Што… что-то ведь ещё было, тоже очень важное… — суетливо забормотала она. — Что же, что же… Ах да, вопрос о наглядных пособиях по математике…

— Наша семья натурой внесёт! — отрезала Эпплджек. — Десять книжек о параболах. С подробными объяснениями про их ветви, корни и вершины! С автографами.

— По истории вот тоже…

— Образцы керамики третьего века доселестианской эпохи, — пообещала Рэрити. — Подлинность может подтвердить лично принцесса Селестия… это у неё стояло, пока оно ещё целое было.

— Э-э-э… — обалдело проговорила Черили. — Хорошо… будем считать, что с этими вопросами всё. Значит, остались што…

На неё опять уставился взгляд змеино-кошачьих глаз. Потом пониже взгляда блеснула улыбка… блеснула четырьмя острыми клыками.

— Что нам осталось… а вроде ничего. Всем спасибо, все свободны.

Родители и представители слегка озадаченно переглянулись, пожали плечами и освободили помещение.

* * *

— …Кстати, — лениво поинтересовался Виндчейзер. — Тебе на меня ещё из школы не жаловались?

— Нет, — насторожилась Твайлайт. — А что ты там учинил на этот раз?

— Никаких бесчинств не учинял, честное слово. Просто ходил на родительское собрание за Скуталу. Спокойно сидел на одном месте, внимательно слушал, не издал не единого звука. Всё.

— Хм-м-м… Тогда с чего бы на тебя жаловаться?

— Понятия не имею. Эта учил… учительница так странно на меня смотрела, вот я и поинтересовался на всякий случай.

— Совсем-совсем нет идей, почему на тебя могли так смотреть? — проницательно вздела бровь Твайлайт.

— Одна есть.

— Ну?

— Я сидел напротив окна, а в него так сильно шпарило солнце… Боюсь, мои глаза при таком ярком свете могли выглядеть не совсем обычно, ты же знаешь про особенности моего зрения. Кстати, это и было основным вопросом собрания.

— Твоё зрение?!

— Нет, школьные шторы. Вернее, их отсутствие. Впрочем, ваша школа ещё легко отделалась от этого Нэйсэя…

— Так, минутку! Какие шторы?! При чём здесь этот Нэйсэй?!

— А ты не знаешь? Некоторое время тому назад он инспектировал школу. Прямо с порога придрался к шторам, заявил целую кучу замечаний. Я так понял, что проще оказалось содрать эти шторы и выбросить, чем его придирки устранять в полном объёме. Этот ход… хм… произвёл сногсшибательное впечатление и больше претензий не было. Нэйсея унес… убра… в смысле, он убрался, но школа осталась без штор. Вот, на собрании пытались этот вопрос решать, но что-то не получилось. А я как раз сидел напротив того окна, о чём и речь.

— Та-а-ак!.. — процедила Твайлайт сквозь зубы. — Можешь выбросить из головы. Эту тему со шторами я закрою сама. Лично! Спаааааааайк!!!

* * *

Принцесса Селестия тепло улыбнулась, глядя на очередное письмо уже бывшей, но по-прежнему любимой (несмотря ни на какие обстоятельства) ученицы. Распечатала его, предвкушая какую-нибудь интересную и нетривиальную тему. Взгляд побежал по строчкам.

«Дорогая принцесса Селестия! Сегодня я поняла, что наша понивилльская школа нуждается в новых шторах…»

Принцесса копытом вернула на место слегка отвисшую челюсть и перечитала начальные строчки письма ещё раз. Нет, ей не показалось, там именно это и было написано. Чтение продолжилось.

«…а Ваше министерство просвещения в новом начальнике. Потому что дошло до меня, хоть и не сразу, что иначе добром дело не кончится. Возможно, Вам покажется, что проблема со школьными шторами ничтожна по сравнению с шовинистским скандалом при известных Вам обстоятельствах, но позвольте мне Вас разубедить. Видите ли, в той самой понивилльской школе учится хорошо известная Вам троица Меткоискателей, и те самые шторы, вернее, их отсутствие, уже сейчас начинают вызывать недовольство у их старших сестёр и наставников. Кои, как я смею думать, Вам тоже хорошо известны. На тот случай, если предыдущие строки недостаточно ясно выражают мои мысли, могу сообщить, что в данном вопросе я с ними вполне солидарна. Полагаю, сказанного достаточно — просто откройте глаза и посмотрите на мир с моей точки зрения! ¹ Ваша и не только Ваша ученица, а равно и старательная самоучка Твайлайт Спаркл»

Селестия скрипнула зубами и так шваркнула по колокольчику, что тот улетел со стола в угол. В кабинете возник секретарь.

— Читайте! — она переправила ему письмо телекинезом. — Чтобы через час… ладно, через два часа эта школьная проблема была решена на самом высоком уровне! Проблему в министерстве я решу сама… И когда я говорю «на самом высоком уровне», я имею в виду — на САМОМ высоком! Если нам тут кокнут ещё один витраж или, не дай Дискорд, чего похлеще… Вы меня ХОРОШО поняли?!

Секретарь кивал как заведённый.

* * *

Офонаревшая Черили круглыми глазами смотрела на десант из Кантерлота. Зрелище было, мягко говоря, неординарное.

Хойти Тойти, обливаясь по́том, лично приколачивал новые шторы. На каждой светилась здоровенная магическая печать «Изготовлено по личному распоряжению и под контролем Е.В. Пр. Селестии». Фото Финиш запечатлевала процесс на плёнку во всех деталях. Также за процессом наблюдала команда журналистов с блокнотами и карандашами.

Когда всё завершилось, их старший кивнул учительнице и сообщил:

— Сейчас в Кантерлот вернёмся, подготовим спецвыпуск. Как отпечатают, сотню экземпляров сразу вам отошлём.

— Зачем?!

Репортёр пожал плечами и ответил одним словом:

— Велено…

* * *

— Кто-нибудь что-нибудь понимает? — риторически спросила в пространство Свити Белль.

Подруги молча помотали головами, продолжая изучать спецвыпуск «Эквестрийских скреп». Из дюжины составлявших его статей две были посвящены персонально Меткоискателям.

Одна освещала их вклад в дело дружбы народов, и это ещё можно было как-то понять. Зато вторая, посвящённая заслугам на ниве школьного образования, никакому пониманию не поддавалась. Оных заслуг было, прямо скажем, негусто, и сами девчонки знали это лучше всех.

Остальные статьи спецвыпуска поддавались пониманию ещё меньше. Реформы в министерстве образования, вопросы гигиены учебного процесса, обсуждение строительных норм для школ и училищ, корреляция инсоляции с когнитивным процессом, ² репортаж о благоустройстве понивилльской школы…

— Ну, вы у своих всё-таки спроси́те, — предложила Свити. — Всё-таки они в той политике больше нашего разбираются…

Скуталу и Эппл Блум синхронно кивнули, по-прежнему не отрываясь от газеты.

* * *

— Лулу?.. — Селестия вошла в покои сестры.

— Да? — та торопливо перевернула лежавший перед ней на столе листок. Мелькнули слова заголовка: «…блемы измерения концентрации нан…» Старшая сделала вид, что ничего не заметила.

— Помнишь тот мой сон? Ну, в котором ты вернулась, отправила меня в отместку на Луну, а сама стала тут править вместе с Твайлайт и её подругами? ³

— В общих чертах, а что?

— Там был один момент. Нэйсэй… ну, министр образования, чем-то тебе сильно не угодил, и ты с ним сделала что-то такое… не шибко приятное. Но внутри сна подробности не назывались.

— Ты на что намекаешь? Это был твой сон! То, что я в нём сделала, придумала твоя фантазия. Тебе напомнить, в каком возрасте ты взяла с меня обещание твои сны не трогать?

— Да ни на что я не намекаю. Просто такие фантазии у тебя всегда были более затейливыми. А тут у нас появился шанс… — Селестия помахала принесённым с собой спецвыпуском, — чего-нибудь такое устроить по-настоящему. И именно с ним. Причём со всеми на то основаниями. Вот я и пришла посоветоваться. Предлагай!

ПРИМЕЧАНИЯ

¹ Open up your eyes, see the world from where I stand. Ничего не напоминает?

² Корреляция — взаимная связь нескольких явлений. Инсоляция — величина попадания солнечных лучей в помещение. Когнитивный процесс — процесс познания.

³ См. повесть «Практикум».

Психотерапия

«Принцесса Тортолестия возглавляет заговор стоматологов! Сенсационные результаты нашего расследования — на четвёртой странице!». Под этим броским заголовком красовалась фотография семилетней давности из понивилльской школьной газеты, на котором означенная принцесса с выпученными глазами вгрызалась в торт.

Увеличивавший снимок магофотограф был неумехой… а может, и наоборот. В зависимости от того, умышленно или нет он сделал глаза более выпученными, а круп более широким.

— Лулу, ну вот что мне делать, а? — грустно вопросила Селестия. — Уже всё, что только можно, перепробовала, даже дерьмом поливала в их собственном стиле. Бесполезно, ничего не помогает.

— Устрой в узком кругу костюмированную вечеринку для журналистов, — предложила Луна. — Покажи им Дэйбрэкер, наверняка произведёт впечатление. Сами, небось, опачкаются со страху по уши.

— Тебе шуточки, а я репутацию тысячу лет нарабатывала. Жалко, знаешь ли, просадить её в одночасье. Может, лучше ты им покажешь старушку Найтмэр?

— Баян, как сказала бы нынешняя молодёжь. Второй раз хохма — уже не хохма.

— Ну так предложи что-нибудь серьёзное! О чём и прошу!

— Хм. Предложу, но тебе не понравится.

— Ты для начала предложи.

— Завяжи со своими тортиками, делов-то. От слова «совсем».

— Не то чтобы «не понравилось», но как ты себе это вообще представляешь?

— А что, на силе воли никак?

Ответом был тяжёлый вздох, идущий из самой глубины души.

— Поня-атно… Но в принципе — ты согласна?

— А что делать-то? Хоть с принципами, хоть без принципов… Но разве это как-то можно?

— Ну, ежели психотерапевтически, то есть одна идея… Давай вечером попробуем, мне нужно кое-что подготовить.

* * *

На одном конце стола возвышался торт — не особенно роскошный, но всё же такой, какой не стыдно поставить на стол принцессе. Принцесса же Селестия восседала на противоположном конце стола.

Между ними был подвешен магический барьер — опять-таки, не особенно мощный, скорее символический, но достаточно красноречивый.

Оглядевши всю эту композицию, принцесса Луна удовлетворённо кивнула, села за столом с третьей стороны и пафосным тоном вопросила:

— Итак, пациент! Выражаете ли вы своё добровольное и информированное согласие на обработку персональных… тьфу, не то… на полный и окончательный разрыв всяких отношений, в первую очередь эмоциональных, с присутствующим здесь изделием кондитерского творчества? Согласны ли вы?

— Согласна… — обречённо буркнула Селестия.

— В таком случае, принимая во внимание обстоятельства… бла-бла-бла… так, это можно пропустить… властью, данной мне… тьфу, в смысле своей властью постановляю — да будет так! Решение окончательное и обжалованию не подлежит. Крыська, заходи!

Дверь окуталась зелёной аурой, открылась, и в комнату расхлябанной походкой вошла Кризалис. У Селестии отвисла челюсть.

Королева чейнджлингов подошла к столу и села за ним с четвёртой стороны. Посмотрела на торт:

— Ну? Это, что ли?

— Так, минуточку! — у Селестии прорезался голос. — Что здесь вообще происходит?!

Луна и Кризалис переглянулись и вздохнули.

— Тортики! — преподавательским голосом сказала Луна. — Как мы прекрасно понимаем, проблема не в них самих, а в твоей чрезмерной, я бы даже сказала, совершенно неконтролируемой любви к ним. Так?

— Ну…

— Чейнджлинги! — тем же тоном продолжила младшая сестра. — Как мы знаем, они питаются любовью. Хотя разные рои специализируются на различных её оттенках… — Кризалис кивнула, — они в этом смысле всеядны. Любовь «своего» оттенка более предпочтительна и питательна, но ничто не мешает чейнджлингу выпить из произвольного живого существа любовь какого угодно оттенка. — Ещё один кивок. — В том числе, например, и любовь к тортикам. По-моему, я нашла решение твоей проблемы.

— И ты ей доверяешь? — скептически спросила Селестия.

— Больше, чем другим чейнджлингам, — дипломатично ответила Луна. — И потом, я же здесь и могу проследить. Решай сама — будем пробовать, нет?

— Дискорд с вами. Будем.

Кризалис зловеще расхохоталась и указала копытом на торт:

— Взгляни же на свою любовь в последний раз! Насладись напоследок, ибо отныне она будет вызывать у тебя лишь отвращение! Простите, не удержалась… — её рог засветился. — Операционное поле от пациента закрой!

— Минуточку! — Луна телекинезом дёрнула из шкафа огроменный том «Уравнений математической магии» и поставила его возле торта как ширму. — Давай!

Между рогом Кризалис и лбом Селестии протянулся канал, по которому что-то потекло. Поток, впрочем, был совсем тоненьким, и напрягшаяся было принцесса тут же расслабилась — процедура явно не доставляла ей никаких неудобств. Пара минут, и Кризалис оборвала канал.

— Готово! — объявила она. — Принимайте работу.

— Это как?

— Ну, как… попробуй перебрать в памяти тех, кого любишь. Оцени своё к ним отношение, что ли.

Селестия нахмурилась и сосредоточилась. Глаза её собрались к кончику носа, губы зашевелились. Потом в глазах появилось удивление:

— Ничего не изменилось. Всё как прежде… кого любила, тех и люблю.

— Так я ничего лишнего и не трогала.

— А главное-то! — напомнила Луна.

— Просто покажи ей.

Книга-ширма отодвинулась в сторону.

Селестия глянула на торт. Глаза её округлились и выпучились, шкура слегка позеленела, горло издало неопределённый булькающий звук. Принцесса торопливо поднесла ко рту копыто и с громким хлопком куда-то телепортировалась.

Луна и Кризалис переглянулись, расплылись в улыбках до ушей и стукнулись копытами. Королева чейнджлингов материализовала две тарелки, а принцесса пони — нож, которым стала нарезать тортик…

* * *

Распорядитель сиял, как начищенный медный таз. Он явно готовил гостям какой-то сюрприз… и сюрприз не замедлил явиться:

— …А в завершение нашего торжественного приёма, который соизволили почтить своим присутствием их высочества…

Распорядитель сделал широкий жест. Оркестр выдал нечто бравурно-торжественное. Створки дверей распахнулись настежь. В зал вплыл торт на огромном блюде, несомом телекинетическими аурами четырёх официантов-единорогов (причём это явно стоило им некоторого напряжения).

Вот этот торт можно было смело называть королевским — его ещё далеко не всякий стол, даже и королевский, выдержал бы…

— Лулу, что делать?! — в панике прошептала Селестия уголком рта. — Если меня сейчас… как тогда… Отсюда же телепортом не сбежишь!..

— Блин! — так же уголком рта ответствовала сестра. — Слушай, это я виновата! Крыська же говорила, что надо в ноль выкачать, а я настояла, чтобы в минус. Не знаю, что теперь де…

Луна осеклась. Голодное урчание, раздавшееся рядом с ней, совершенно не было похоже на характерное горловое «буэ!», слышанное ей при аналогичных обстоятельствах совсем недавно.

Младшая скосила взгляд — глаза старшей светились огнём вожделения. Раздался хлопок, и на соседней тарелке появился здоровенный кусок торта.

А потом было чавканье и вспышки фотокамер…

* * *

— Почта для ваших высочеств. — Дворецкий положил газету на середину стола и конверт перед Луной. Их высочества завладели почтой, и на некоторое время воцарилась тишина.

— Ну? — спросила Луна, чьё письмо оказалось совсем коротким.

— Плохо, — Селестия бросила газету обратно на стол. — Ванхуверские математики оценили по фотографиям, насколько я поправилась… Заговор стоматологов со мной во главе и то был лучше.

— Я, кстати, так и не поняла, в чём там была суть и зачем ты этим стоматологам понадобилась.

— Ну как же. Жру, понимаешь, тортики и подаю пример нации. Я-то аликорн с регенерацией, а у обычных пони потом зубки бо-бо. А стоматологи мне потом десятину платят.

— Мда. Однако, ты прямо в корень зришь… — Луна подвинула к сестре своё письмо.

Там было всего три коротких фразы и подпись: «Аликорн. Регенерация. Ну, вы даёте! — К.»

— Она что, хочет сказать, у меня эта любовь к тортикам опять отросла?!

— Очевидно. Больше приглашать её смысла нет. Один-то раз ещё придёт, чисто поржать, а потом пошлёт подальше. И я её даже пойму — с такой регенерацией на такой диете из твоей любви растолстеть недолго.

— И одного не надо. Если уж всего за трое суток отросло, то смысла никакого нет.

— На сём официально заявляю, что больше никаких идей не имею.

— Ну почему же… — Селестия задумчиво постучала краешком копыта по лежащей на столе газете. — Что ты там говорила про костюмированную вечеринку в узком кругу журналистов?..

Распределение

От автора: это тот самый небольшой рассказ, который в «Утре» Квик Чаптер написала после знакомства с Эппл Блум по её придумке на импровизированном экзамене.

— Давайте, что там у вас… — Селестия перехватила своим телекинезом стопку бумаг, которые принёс ей проректор, и со вздохом опустила на стол. — Сейчас разберу. И пока я буду разбирать… Знаете что, подготовьте-ка мне, пожалуйста, материалы по самому перспективному выпускнику Школы.

— Нет необходимости готовить, — проректор пожал плечами и с хлопком телепортировал туда же на стол папку личного дела. — Твайлайт Спаркл. Третий год на постдоке, заявленный объём исследовательской работы по факту выполнен ещё к концу первого. ¹

— Какие курсы ведёт? Заменить её реально?

— Ничего не ведёт.

— Как так?! Вы же говорите, самая перспективная?

— Она, ваше высочество, из таких, которым проще триста раз самим что-то сделать, чем кого другого научить, и это только во-первых…

— А во-вторых?

— Во-вторых, она от нагрузки шарахается, и нагрузка от неё тоже… в смысле шарахаются студенты. Таких, конечно, обычно не держим, но ведь действительно перспективная, ничего не скажешь.

— Прекрасно, прекрасно… — рассеянно отозвалась принцесса, просматривая бумаги и черкая резолюции. — Ничего не ведёт, значит и заменять не понадобится… Готовьте приказ. Отчислить досрочно в связи с успешным окончанием и направить на стажировку.

— Как обычно? Библиотекарем с заданием искать древние книги?

— Конечно, а зачем изобретать что-то новое.

— И куда?

— Да хоть в этот… как его… — Селестия постучала краешком копыта по столу, вспоминая. — В Понивилль. Там же как раз большой праздник на носу, всё веселее ей будет переезжать, хоть не со скуки новая жизнь начнётся.

Проректор хмыкнул. Искать древние книги в единственной библиотеке городишка-новостроя, где всё ещё живёт и здравствует поколение его основателей… весёлое начало новой жизни, ничего не скажешь!

— Раз уж вы упомянули праздник, — заметил он, вытягивая из папки личного дела бумажку, — то в этой связи должен сказать, что означенная Спаркл пыталась через канцелярию Школы отправить вам меморандум. Это касательно пророчества о тысячелетнем сроке изгнания… э… ну, вы понимаете. Я позволил себе придержать сей документ.

— И правильно сделали… — принцесса не глядя потянулась пером и черкнула что-то в уголке меморандума. — Передайте ей вместе с копией приказа и скажите, что я была восхищена её аналитическим умом.

К некоторому удивлению проректора, резолюция гласила: «Одобряю, выполняйте. С.»

— Но, ваше высочество, — осторожно заметил он, — там же нет никаких конкретных предложений. Это именно меморандум, не более.

— Вот и пусть проявит творческий подход! Зря, что ли, вы мне её тут рекомендовали как перспективную? Ну… в конце концов, дайте ей контакты оргкомитета праздника и скажите на словах, что я возлагаю на неё общее копытоводство с целью недопущения… и всё такое. Так, вроде с текучкой закончено…

Селестия аккуратно отодвинула на край стола просмотренные и подписанные документы, а затем широким взмахом копыта отправила в мусорную корзину папку личного дела. На её месте с хлопком появилась другая — точно такая же, только с иным именем на обложке. Принцесса сдула с папки записку «Очень Вас прошу, Ваше Высочество!», и та на лету дематериализовалась.

— Зачисляйте на освободившееся место, — распорядилась она, подталкивая папку к проректору.

ПРИМЕЧАНИЕ

¹ Постдок — молодой учёный, только что получивший степень и приступающий к самостоятельным исследованиям при поддержке университета. Также название программы поддержки молодых учёных.

Серьёзное задание

Это неканоничная история в рамках «Ночного наследия». Она была написана исключительно ради стёба по мотивам обсуждений в комментариях, и персонажи здесь ведут себя совершенно не так, как им полагалось бы в данном сеттинге. Однако кое-какие моменты и идеи из этого стёба потом были вполне серьёзно использованы в «Утре». Так что перед вами один из вполне законченных авторских черновиков.

— П-позорище! — фыркнула Квик Чаптер, даже не успев перекинуться после визита в школу. — Вроде, почти взрослые кобылы уже, а как маленькие! Мы в ваши годы…

— Вы, — уточнила со вздохом Старлайт. — У меня-то в этом возрасте Наш Город ещё только на уровне задумки был.

— Да фигня! — отмахнулась Кризалис, принимая свой настоящий вид. — Реализовала же. А эти? Тьфу! Зачем, спрашивается, я в ихнее среднее… очень среднее учебное заведение шарашилась? Чтобы полюбоваться на её… — дырчатое копыто указующе ткнулось в Эппл Блум, — сочинение к годовщине возвращения Кристальной Империи? Принцесса Кэйденс и Шайнинг Армор, дескать, не осилили противостоять Сомбре, потому как были умучены своим медовым месяцем…

— Баян! — безжалостно припечатал Виндчейзер.

— Хуже! Это даже не баян, это тупое петроовсянство! Вот делать мне было больше нечего… Выпороть их, что ли? В принципе, даже имею право, раз они теперь честь по чести члены Роя…

— Бесполезно, по-моему, — вздохнула Старлайт. — Если уж за столько лет оно действия не возымело… Это есть такое выражение, «от безделья дурью маяться».

— А может, это… клин клином?

— В каком смысле?

— Ну, в том смысле, что хобби и работа — это таки две большие разницы.

— Хм. А ведь мысль.

Троица наставников переглянулась между собой, потом они дружно посмотрели на учениц. Те заёрзали, явно начиная подозревать нехорошее.

— Значит, так, — озвучила Кризалис. — Будет вам серьёзное задание. Очень серьёзное. Справитесь — будем разговаривать дальше. Не справитесь — позорьтесь дальше без нас. По-моему, честно.

— Какое ещё задание?! — тонким от волнения голосом спросила Скуталу.

— Скандал, — коротко сказал Виндчейзер.

— Чё?!

— Ваше задание — устроить скандал. Что тут непонятного? Только учтите, это должна быть не ваша детская ерунда типа вольнодумного сочинения, разбитой вазы принцессы Селестии или молнии в хвост однокласснице. Настоящий скандал, поняли?! Чисто конкретный. Эпический. Королевский. Чтоб аукнулось, и громко. Доступно?

— И чтоб прилетело за него тоже эпически? — тут же уточнила Свити Белль.

— А про то речи не идёт. Ваша проблема. Наскандалить так, чтобы не прилетело, или чтобы прилетело несоизмеримо с доставшейся славой, или ещё как — это уж как вам будет угодно. Задача понятна?

— А встречные требования принимаются? — довольно твёрдо спросила Свити. — Чтоб уж совсем по-честному было.

— Какие требования?

— Библиотека. Серьёзный скандал требует серьёзной подготовки.

Виндчейзер и Кризалис посмотрели на Старлайт. Та уточнила:

— Школьной недостаточно? Той, что в Школе Дружбы, я имею в виду.

— Пф! Нет, конечно. Там же по части магии только детские буквари и всякий научпоп-культпросвет.

— А за́мковой?

— Ну… если у меня будет доступ к заблоченным шкафам. Я там пока только три ключа из шести подобрать успела. Три, семь, девять…

— Что?! Да когда ты…

— Три, семь, девять? — перебил Виндчейзер. — Ха! Дальше там точно идёт единица, а потом либо два-ноль, либо один-девять.

— Едрёно сено!!! — подскочила Старлайт. — Ты-то откуда узнал?!

— Не узнал, а догадался. Плохая идея была строить ключ по стиху из книги, которую она с моей же подачи и прочитала. Очень плохая. «Слушай, посоветуй что-нибудь старинное, чтоб интересно было и про магию…».

Старлайт несколько секунд посопела, потом вздохнула:

— Один-девять… Три дня у тебя есть, поняла? Через три дня я скажу Твайлайт, что её защита взломана. Считая с завтрашнего.

— И на том спасибо…

— А что за книжка-то? — полюбопытствовала Скуталу.

— Повторяю: три, семь, девять, один. Захочешь — найдёшь.

— Блин, жалко, что ли?!

— Не то что жалко, просто эту информацию саму по себе можно использовать для скандальчика, если с умом. Подсказывать не собираюсь.

* * *

Утром второго дня, считая от следующего после получения задания, Меткоискатели собрались в своём клубном домике на дереве. Честно говоря, был он для них уже маловат, но отказываться от славных традиций никто не собирался.

— Ну и что? — начала Свити Белль, как-то незаметно оказавшаяся в роли председательствующего. — Делимся идеями.

— Ноль, — вздохнула Эппл Блум. — Зато до меня допёрло, чего они имели в виду про хобби и работу. Блин… как для души чё отчебучить, так вагон идей, а как на заказ… Ежли чё готовое раздуть, так это без проблем. Поучаствовать, натурально, тоже. А идеи… извиняйте, не в этот раз.

Свити перевела взгляд на Скуталу.

— Я книжку нашла, ну которая со стишком, — сообщила та. — В принципе да, для глума над Твайлайт это можно неплохо использовать. Но само по себе слишком мелко. Только если прицепом к чему серьёзному. Серьёзного не придумалось пока.

— Серьёзное вроде у меня придумалось, — вздохнула Свити Белль. — Они ж сами нечаянно и подсказали, что скандал должен быть королевский… Но сложно, блин. Такое могут и заглушить, надо раздувать через прессу, иначе никак. М-м-м?.. — она посмотрела на Эппл Блум.

— Если реально серьёзное — раздую!

— И это ещё не всё. Скутс, ты сможешь пройти через воздушные патрули над Кантерлотом, чтобы не перехватили?

— Ночью, днём? В принципе, ночью-то чего там проходить, нешто мы с Ночной Стражей не договоримся…

— Днём, естественно! Ещё не хватало своих подставлять.

— Днём сложнее. Смогу, но это сработает только один раз. Потом все эти дырки закроют и надо будет искать новые. Пока ещё найду…

— Да тут один раз и нужно, у меня и само́й-то одноразовое. Ну, тогда, значит, всё в порядке. Слушайте сюда…

Свити Белль зашептала, и у её подруг загорелись глаза…

* * *

Заседание Королевского Совета было прервано наглейшим, чудовищно бесцеремонным, возмутительнейшим образом: один из витражей разлетелся вдребезги, и через оконный проём в тронный зал ворвалась персиковая пегаска, совсем ещё подросток.

Резким движением головы она швырнула об пол удерживаемый в зубах стеклянный шарик, тот разбился и на этом месте полыхнула вспышка телепорта, из которой возникли ещё двое — белая единорожка и жёлтая земная пони с фотоаппаратом на шее. Через секунду зал наполнился стражей, в незваных гостей изнутри и снаружи полетела всевозможная магия, но слишком поздно. Все трое уже стояли рядом, бок о бок, и единорожка держала вокруг мощную сферу.

Земная защёлкала фотоаппаратом: летящие в объектив лучи боевой магии, разбитый витраж, выпученные глаза советников и стражников, отвисшая челюсть принцессы Селестии…

— Вроде пойдёт, — констатировала она. — И чё, это всё, что ль? А разговоров-то было, разговоров, типа серьёзное задание, шоб дурью не маялись…

— Это для нас со Скутс всё, — уточнила единорожка. — Тебе-то ещё репортаж написать надо…

— Пф, да фигня вопрос. Главно дело, фотки-то у меня есть, а текст я к ним за час сделаю. Ну, там, за полтора.

— …и опубликовать.

— Это ва-аще элементарно. За две-то недели до выпуска из Клаудсдейлского военного училища! Во как хорошо ихние выпускники небо над дворцом охраняют… — земная кивнула на пегаску. — Я ещё у Галлуса возьму комментарии к материалу, и тогда грифонские газеты это с копытами оторвут. У них, если чё, у самих через луну первый выпуск из Грифонстоунской военно-воздушной академии, им сейчас очень кстати компромат будет…

— Считалось, — очень спокойно заметила Селестия, — что в тронный зал невозможно телепортироваться извне.

— Считалось, — лаконично подтвердила единорожка.

— О, даже так? — оживилась земная. — Свити, а напомни-ка, кто и где у нас боевых магов готовит?

— ВВМУ. Ванхуверское военно-магическое.

— Вот и им тоже выпишем…

— Ваше величество, — подал голос офицер-гвардеец, — что с ними делать-то? Арестовать?

— Ты сначала сферу мою расковыряй, арестотель, — самоуверенно хмыкнула Свити Белль. — Сам не сможешь, так мамочку позови.

Принцесса Селестия приподняла одну бровь:

— А если я за мамочку откликнусь?

— Плюс два абзаца к некомпетентности стражи! — обрадовалась Эппл Блум.

— А если дипломатический скандал? — мечтательно сказала Свити. — Мы все трое полноправные члены Роя Чейнджлингов, и двое почётные грифоны.

У Селестии приподнялась вторая бровь:

— Нападение Роя и грифонов на дворец в Кантерлоте? «Дипломатический скандал» — это очень, очень правильные слова. Самые подходящие.

Свити, сражённая собственным оружием, резко увяла. Помощь пришла с неожиданной стороны.

— И кто ж бросит такое обвинение? — небрежно поинтересовалась Скуталу. — Автор подставы, из-за которой чейнджлингов шесть лет беспричинно считали агрессорами и ненавидели всей Эквестрией? Интриган, на несколько веков обваливший экономику грифонам? И кто ж ему во второй… то есть даже третий раз поверит, а?

— Квик Чаптер как раз свою газету открывать думает, — сообщила Эппл Блум и снова защёлкала фотоаппаратом: физиономии советников вытянулись ещё больше, хотя это и казалось невозможным. — С такого-то ударного материала чего ж не открыть…

— Достойные ученицы своих наставников… — сухо произнесла принцесса и повысила голос: — Эти трое свободны и могут покинуть дворец любым удобным для них способом. — Она выдержала небольшую паузу и добавила сквозь зубы: — Чем быстрее, тем лучше.

Сфера исчезла. Троица пошла к выходу, провожаемая весьма недружелюбными взглядами. Один из советников встревоженно заметил:

— Но, ваше величество… Если они опубликуют то, что сейчас обсуждали, то гвардия… это же… Головы покатятся.

— Во-первых, советник, подумайте над тем, чьи головы сейчас катились бы при настоящей атаке на дворец по этому методу. Во вторых же… вы очень правильно сказали: если они опубликуют.

Меткоискатели остановились в дверях. Свити Белль обернулась:

— Фотик зачарован против засветки, хоть три раза по нему лупи́те, хоть тридцать три. И копии плёнки уже давно… где надо, в четырёх местах. Мы читали переписку по тому понивилльскому наноэксперименту, и всю историю по кусочкам собрали.

— Чтобы завтра же, — ледяным голосом произнесла Селестия, — у меня на столе лежал подробный отчёт о вашей сегодняшней операции. Технический, не газетный! И все публикации через неделю, не раньше! И передайте вашему приятелю Галлусу, что его офицерская карьера будет всецело зависеть от компетентности сделанных им комментариев.

— Не раньше, не раньше, — успокоила Эппл Блум. — Я ж грю, аккурат к клаудсдейлскому выпуску.

— Передайте также понивилльскому инициатору упомянутого эксперимента, что у меня с ней будет серьёзный разговор о доступе к конфиденциальной информации.

— Только вы её не очень, ладно? — попросила Свити Белль. — Я доступ к закрытой секции сама подобрала, там хорошо заблокировано было. Ну, почти сама, мне маленько подсказали, и кстати, это была не Старлайт.

— Ага, — хихикнула Скуталу. — Лучше сделайте своей лучшей ученице внушение про тот стишок, на котором ключ был построен. Чтоб, значит, не воспринимала как руководство к действию…

— Что же это за стишок?

— Ну, это… Вы-то его должны знать:

Три — пегасам, хранящим небесный предел, Семь — земным, что живут на широком просторе, Девять — магам, презревшим законов природы удел, И одно — властелину на чёрном престоле: Чтобы всех отыскать, воедино собрать, И единою чёрною цепью сковать…¹

Эппл Блум ещё раз щёлкнула общий план разгромленного зала, и вся троица гордо удалилась.

* * *

— Ну, и чё теперь дальше? — поинтересовалась Эппл Блум час спустя уже в клубном домике Меткоискателей.

— Известно чё, — пожала плечами Скуталу. — Печатай фотки… нам, кстати, на память не забудь сделать… и садимся за писанину. Ты пишешь этот свой репортаж, я напишу про ихнюю хвостом деланную ПВО, Свити про ихний лажовый противотелепорт.

— Да не, эт’ всё понятно. Вы как думаете, нам такой скандал-то зачтут?

— Чего ж не зачесть, — на этот раз плечами пожала Свити Белль. — Об дворцовую стражу копыта вытерли, Селестию при всём Совете обмакнули, Твайлайт облажали опять же при Совете… Ещё и на грифонью мельницу воды подлили. Как по мне, так вполне нормально получилось. Кстати, Скутс, ты окно в зале случайно выбирала или нарочно витраж с одолением Найтмэр кокнула?

— Обижаешь! Ты как только идею рассказала, так я сразу и подумала.

— В общем, должно пройти. Главное, чтоб прошло в прессу пошире, на уровне Кантерлота могут и заглушить.

— Зуб даю, грифоны пропечатают. Нормальный материал будет, — откликнулась Эппл Блум.

— Блин, — вдруг встревожилась Скуталу. — Слышьте, а ведь как бы не вышло слишком нормально!

— А чё такое?

— А то! Вы ж прикиньте, чем они нас в следующий раз озадачить могут! После такого-то! Мне чё-то даже и думать стрёмно, мало ж не покажется!

Стрекоза, сидевшая на подоконнике, с жужжанием взлетела, окуталась в воздухе зелёной аурой и перекинулась в королеву чейнджлингов.

— В правильную сторону беспокоитесь, девочки, — насмешливо произнесла Кризалис. — Бояться надо не того, что получилось плохо, а что получилось слишком хорошо. Только не так бояться, как вы сейчас. И не того.

— А чего? — подозрительно спросила Эппл Блум.

— Того, например, что вам могут сказать: дескать, после такого бенефиса вас и учить-то уже больше нечему.

— Эй!!! — в один голос взвыли все трое кобылок. — Так нечестно!!!

ПРИМЕЧАНИЕ

¹ Пародируется титульное стихотворное заклинание из «Властелина Колец» в переводе Ильи Гриншпуна. В Эквестрии вполне может существовать эпический сюжет о великом злодее (да хоть бы и Грогаре), пытавшемся разобщить народы пони, после чего и произошли известные события с вендиго, лёгшие в основу сказки Дня Согревающего Очага.