Наследница силы магических карт

Глава 1 побег.

Лес, где время замирает...

Есть на свете такие места, где время замедляет свой бег, а суета большого мира кажется такой далекой и незначительной. Здесь каждый шорох листвы, каждый луч солнца, пробивающийся сквозь кроны деревьев, наполнен особой магией. Воздух здесь настолько свеж и прозрачен, что кажется, будто его можно пить, вдыхая полной грудью.

Идешь по мягкому мху, слушаешь пение птиц, любуешься игрой света и тени, и чувствуешь, как душа очищается, наполняясь покоем и гармонией. Здесь можно забыть обо всем, раствориться в моменте, стать частью этого удивительного мира. Кажется, что ничто не может нарушить этот хрупкий баланс природы.

...но покой был недолгим.

Вдруг издалека послышались крики и звук бегущих шагов. Сердце сжалось от предчувствия беды. Из-за деревьев выскочила белая крольчиха, ее красные глаза были полны ужаса, а белая шерстка взъерошена. Она мчалась, не разбирая дороги, держа крепко не большой красную магическую сферу, одета она в классическом стиле: белая блузка, черный галстук, черная жилетка, черные облегающие штаны, она пытаясь скрыться от преследователей. За ней, тяжело дыша, бежали императорские стражи, их доспехи блестели в лучах солнца, а лица были искажены злобой.

Лес затих, казалось, отступила, уступая место страху и тревоге. Покой был нарушен, и теперь лес стал свидетелем погони, где жизнь хрупкого существа висела на волоске.

Она бежала склону леса, где можно спуститься в тёмный лес, Она бежала, чувствуя, как легкие обжигают от стремительного бега, а сердце колотится в груди, словно пойманная птица. Каждый шорох позади казался шагами стражи, каждый треск ветки – их приближением. Красная сфера в ее лапках пульсировал, она чувствовала сильную магическое энергию, от него, словно разделяя ее страх и давая надежду. Это был не просто магический артефакт, это было нечто большее, нечто, что она должна была защитить.

Темный лес встретил ее прохладой и сумраком. Здесь, под густыми кронами, солнечный свет едва пробивался, создавая причудливые узоры на земле. Воздух стал плотнее, насыщенный запахами влажной земли, прелой листвы и неведомых трав. Крольчиха нырнула в заросли папоротника, прижимаясь к земле, стараясь как можно притоиться незаметной не издавая шум. Ее дыхание стало тише, но сердце все еще билось учащенно. Она слышала, как стражи приближаются к опушке, их голоса, полные ярости, доносились сквозь деревья.

"Она здесь! Не упустите ее!" – крикнул один из них.

Крольчиха замерла, молясь всем богам о спасении. Она знала, что если ее поймают, то не только ее ждет беда, но и то, что она несла. Эта сфера был ключом, обещанием, последней надеждой. Она прислушалась к звукам погони. Стражи осторожно пробирались сквозь заросли, их доспехи цеплялись за ветки, издавая тихий лязг. Они были близко, слишком близко.

Внезапно, неподалеку послышался звук ветки. Стражи замерли, прислушиваясь, Крольчиха тоже замерла.

"Что это?" – прошипел один из стражников.

"Наверно она там, вперед!" – ответил стражник, и все стражи побежали направление шума.

Крольчиха, воспользовавшись замешательством преследователей, медленно, стараясь не издать ни звука, начала отступать глубже в чащу. Каждый ее шаг был выверен, каждый шорох под лапками казался оглушительным. Она двигалась инстинктивно, полагаясь на инстинкты которые казалось, просачивались сквозь ее мех, направляя ее.

Лес сгущался, превращаясь в плотную, почти непроницаемую чащу. Ветви деревьев переплетались над головой, создавая сумрачный свод. В этой первозданной тишине, нарушаемой лишь шелестом листвы, крольчиха нашла небольшую темную пещерку. Решив переждать здесь до утра, она собрала немного сухих листьев, устроив себе подобие ложа, здесь ее не найдут.

Она прилегла, прижимая к груди магическую сферу. "С тобой все будет хорошо, – прошептала она, гладя его белоснежной рукой. – Я не дам тебя, за брать у меня – прошептала хриплым тихим голосом она. По её щеке скатилась слеза, и крольчиха, не сдерживая рыданий, крепче прижала сферу к себе груди.

Внутри пещеры было темно и прохладно, но она чувствовала себя в безопасности. Прислушивалась к звукам снаружи: шаги стражи удалялись, голоса постепенно затихли, "теперь можно поспать", подумала крольчиха закрывая покрасневшие глаза, погрузилась в царстве морфей.

С первыми лучами солнца, когда птицы запели свои утренние песни, а легкий ветерок зашевелил листья, крольчиха с трудом открыла глаза. Тело ныло от неудобной ночи, но решимость была сильнее усталости. Поднявшись, она осторожно выглянула наружу, внимательно прислушиваясь к каждому шороху.

Свежий, напоенный ароматами земли воздух ласкал её белоснежную шерсть, и казалось, что опасность отступила. Но времени на раздумья не было. Прижимая к себе сферу, она вновь окунулась в воспоминания о своей миссии. Ей предстояло доставить этот магический артефакт в надежное убежище, подальше от тех, кто жаждал его могущества. Ведь сфера на самом деле, это не просто предметом, а магический силы покойного четвертого короля.

"Ваше величество..." Мысль о короле вызвала волну воспоминаний о рассказах, связанных с ним. Но сейчас не время предаваться воспоминаний прошлому, нужно действовать. Необходимо найти Порт. Достав из-под черной жилетки карту, подчеркнута рунами, которые она могла прочесть, она двинулась вперед, придерживая сжимая сферу груди. "Интересно, куда мы попадем, когда найдем Порт?" – произнесла эту мысль вслух. "Помню как наставник рассказывал, что именно там, в том мире, король нашел свою первую любовь". Продолжая путь, крольчиха вела разговорный диалог с самой собой.

Лес становился все гуще, деревья росли выше и плотнее, их кроны сплетались, образуя над головой непроницаемый зеленый свод. Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь листву, рисуя на земле причудливые узоры света и тени. Воздух стал тяжелее, насыщеннее запахом земли и влаги. Каждый шорох, каждый треск ветки заставлял ее вздрагивать, но она упорно шла вперед, крепко сжимая сферу. Она шла к своим целе, и отвлекаться было нельзя.

"Так, если посмотреть на местность..." – пробормотала она, оглядываясь. "То... это там!" С этими словами она бросилась вперед, к месту назначения. Наконец-то! Она оказалась на просторной поляне, посреди которой располагалось величественный каменный круг. В самом центре круга виднелись руны и пустая кольцеобразная форма.

Ее сердце забилось быстрее. Это было оно. Место, описанное в древних свитках, портал, ведущий в иной мир. Каменный круг, словно древний алтарь, дышал тишиной и ожиданием. В центре руны кольца – врата, которые должны были открыться. Она подошла ближе, ощущая исходящую от камней древнюю энергию. Прикоснувшись к холодной поверхности одного из валунов, она почувствовала легкую Магическую энергию, словно сам камень отзывался на ее присутствие.

"Значит, вот оно," – прошептала она, ее голос едва слышно прозвучал в тишине поляны. "Порт." Она взглянула на сферу, который все еще сжимала в груди. Магические силы короля, Неужели оно действительно могло открыть путь в другой мир? Помню наставник говорил, что порталы активируются силой, заключенной в артефакте, и намерением того, кто его несет.

Рядом в центре рун была пустая формы кольца.

Для Активации нужен артефакт, но где же он? Или как он выглядит? В ее руке уже был артефакт – магическая сила короля. Она снова взглянула на пустое кольцо в центре каменного круга, "значит нужен кольцо" подумала она, но где его спрятали? Паника начала охватывать ее, прижимая сферу к себе, она стала оглядываться по сторонам.

Ее взгляд метался от одного валуна к другому, скользил по траве, поросшей вокруг круга, по верхушкам деревьев, окружавших поляну. Ничего. Только древние камни, тишина и ее собственное учащенное дыхание. "Но где же оно?" – почти простонала она, чувствуя, как холодный пот проступает на лбу. Наставник не упоминал о артефакте. Или упоминал? Воспоминания о его словах что высшие маги прятали свои вещи от варов, оставляя за собой подсказку, надо найти подсказку.

Она начала бегать по поляне, ее глаза шарили по каждому камню, каждой тени, ища хоть какой-то намек, хоть какой-то знак. Надо найти подсказку... Где же оно могло быть? Неужели она где-то что-то пропустила, когда осматривала окрестности? Или подсказки были скрыты, замаскированы? Мысли метались в голове, как испуганные птицы. Она остановилась, тяжело дыша, и снова огляделась.

Охваченная отчаянием, она опустилась на колени, чувствуя, как силы покидают ее. Голова кружилась, а в висках стучало. "Что делать... Что делать..." – шептала она, словно заклинание, пытаясь вытащить из глубин памяти хоть какую-то зацепку. "Наставник..." прошептала он, неужели я осталась в неведении, чтобы проверить мою смекалку? Или же она сама была настолько невнимательна, что пропустила очевидное?

Ее взгляд, уже почти потухший, скользнул по земле. Солнце клонилось к закату, и осознание того, что времени осталось совсем мало, пронзило ее. Скоро нагрянет стража с подкреплением, а она так ничего и не нашла. Отчаяние захлестнуло ее с головой. Прижимая к себе сферу, она дала волю слезам, которые ручьем потекли из ее покрасневших глаз, выпуская весь накопившийся стресс.

Но отчаяние длилось недолго. Вдруг магической сфере вспыхнул красным светом. Крольчиха посмотрела из плены слез своими большими красными глазами и ахнула. Свет сферы указывал своим тонким лучом впереди, где находилась большое дерево. Вытерев глаза, она встала и пошла по направлению указательному лучу. Чем ближе она шла, тем ярче он становился. Когда она остановилась чуть дальше дерева, сфера вспыхнула, возле деревом и появилась статуя ангела.

Она была прекрасна, высеченная из камня, с тонкими, изящными чертами лица, которые казались вылепленными из лунного света. Ее крылья и одеяние, казалось, было соткано из самой природы – заросли плюща обвивали ее стройную фигуру, листья шелестели даже в безветренном воздухе. Ее руки были вытянуты вперед, ладошками к небу, словно в вечной молитве или благословении. Крольчиха подняла взгляд на верхушку ее головы. Там, венчая каменный венец, покоилось кольцо – артефакт, который она искала, он весел воздухе над её головой.

Не теряя ни секунды, чувствуя, как последние остатки отчаяние отступают перед лицом этой величественной находки, крольчиха подошла ближе. Ее сердце билось в груди, как пойманная птица. Она протянула руку, стремясь дотянуться до кольца, но оно было слишком высоко. Увидев корень встала на него и дотянулась до него, "да!" Крикнула крольчиха посмотрела на артефакт в её руке, он светился золотистый цветом, были надписи рунами, просмотрев там где находится Порт, побежала туда.

Дрожащими от волнения руками она вставила кольцо в углубление.

И тут же Порт загорелся золотым светом.

Она отскочила подальше от центра событий, ее глаза широко распахнулись. Золотой свет начал расширяться вокруг круга, пульсируя и разрастаясь, словно живое существо. Воздух вокруг загудел, наполняясь невидимой энергией.

Крольчиха смотрела на это с нескрываемым предвкушением. В этот момент сфера в ее руках, который держала крепко чтобы не уронить, снова вспыхнул ярким, алым светом. Она посмотрела на сферу, каторый отбросил магическую энергию, выстрелил лучом прямо в самый центр круга, где была нарисована руна.

Руны в Порте загорелись. И она вспыхнула ослепительным белым светом, которое тут же стрельнуло в небо, пронзая облака. Поднялся ветер. Он налетел внезапно, закручивая листья с деревьев в вихри, заставляя ветви раскачиваться, что казалось, будто само небо откликается на зов.

И белый свет исчез...

Портал замерцал, мелькают огоньки, мелькали отблески в космических звезд, также отражающее переливающиеся золотым светом кольца. Крольчиха, затаив дыхание, сделала маленький шаг вперед, посмотрев на дыру. "Не может быть, я сделала это!" – прошептала она. "Я сумела! Да! Я зделала это!" по кружилась на одном месте, поднимая в руки сферу в верх. Как тут же рядом недалеко прилетела стрела, вонзившись в землю у ее ног. Она ахнула, резко посмотрев, откуда пролетела стрела. "Вот она!" – воскликнул один из солдат, прицелился луком с стрелой на неё.

Это подкрепление, это были королевские солдаты, "когда они успели найти меня?" подумала она, задумавшись спомнив что минуты назад был сплеск энергии, значит они нашли ее по сплеску.

Первым вышел высокий мужчина, блондин с Золотистыми глазами, облаченный в сверкающие золотом латы, выступил вперед, его лицо было суровым, а взгляд прикован к крольчихе и мерцающему порталу. "Стой, где стоишь!" – прогремел его голос, заглушая шум ветра. "Ты думала что убежишь от нас, за кражу Магического артефакта королевской семьи!"

Двое из солдат, прицелились луками со стрелами на неё.

"Верни сферу добровольно, и мы пощадим тебя!" скликнул мущина с блондинистыми волосами .

"Нет! " перекричала крольчиха, прикрыв сферу руками.

Крольчиха, все еще дрожащая от восторга и внезапного страха, крепче сжала красную сферу. Она знала, что они не позволят ей забежать. Портал, Это был ее единственный шанс. Не раздумывая, она бросилась к мерцающему проходу, игнорируя крики солдат.

"Она собирается прыгнуть!" – догадался сержант. – "Быстрее стреляйте!"

Они начали стрелять из лука, стрелы в неё, она ловко у вернулась от стрел, И зажмурив глаза, прижимая к себе магический артефакт, пригнула в портал, она полетела вниз, исчезайя в нём, солдаты только подбежали к порталу как туже магия портала иссякла... он исчез.

В этом месте уже стояли солдаты.

"Она… она сделала это – прошептал один из солдат- "что нам делать? если мы вернемся с пустыми руками? что с нами будет? – прошептал испуганно другой солдат, от слов нервного солдата, все за нервничали.

Мужчина с блондинистыми смотрел где был открыт минуту назад портал. "Значит, так. Белая Крольчиха сбежала. С Магическим артефактом. И теперь она где-то… там." Он указал на место, где только что был портал.

Солнце Всодится в закат, окрашивая небо в багрянец и золото и тени длинные ложатся на поля, укрывая землю мягким покрывалом.

Последние лучи скользят по вершинам деревьев, зажигая их золотом, мир замирает в предвкушении ночи, а звезды начинают робко мерцает.

"Сержант что прикажете делать дальше" сказал один из солдат.

Сержант посмотрел на своих людей, затем на закат "Что делать? Мы доложим королю – солдаты от этих слов здрогнули, подумав о короле – И будем ждать приказов. Но одно я знаю точно: мы снова Стретем эту крольчиху, поверьте моим словам, это только начало." В его глазах горел огонь решимости, "пошлите! " воскликнул сержант они вышли в путь во дворец.

Тем временем, Межпространственном измереним, перемещались крольчиха, её уши, словно антенны, начели Колыхаться, а лапки свисали невесомости. Её белая шерстка отливала всеми цветами радуги, оставляли мерцающие теней Агоньков, отражая бесконечное разнообразие сущего. В её красных глазах, мелькают огоньки, мелькали отблески в космической тишине.

Крольчиха заметив, почувствав как её тело меняется. "Что?" – прошептала она, глядя на свои лапки. Они стали меньше, и всё её тело начало уменьшаться а одежда растворяться. "Что происходит?!" – вскрикнула она, заметив, что сфера, который она держала в руках, исчез с поле зрения. Подняв взгляд, она увидела его парящим, над её головой. Она попыталась дотянуться, но её крошечные лапки не могли дотянуться. Её тело стало совсем маленьким и пушистым, а сфера, казалось, тоже уменьшился.

Она посмотрела на себя и на сферу, и из её маленького горлышка вырвался крик, полный отчаяния и недоумения. "Нет!..." – эхом раздался её крик по бесконечной мерцающий вселенной, растворяясь в космической тишине, оставляя за собой лишь мерцающие тени-огоньки, свидетели её невероятной трансформации.

Глава 2

В самом сердце шумного и яркого Токио, где неоновые вывески соперничали с солнечным светом, а ритм города задавали шаги миллионов людей, стояла прекрасная погода. Ясное голубое небо простиралось над небоскребами, словно безмятежное море, легкий теплый ветерок ласково трепал волосы прохожих, а мягкое солнце, словно заботливый художник, освещало улицы города золотистыми мазками. Люди спешили по своим делам, их лица отражали смесь сосредоточенности и предвкушения, а витрины магазинов манили яркими вывесками и заманчивыми предложениями, обещая новые впечатления и покупки.

Один из больших магазинов, специализирующийся на школьных принадлежностях, располагался на оживленной улице, всего в нескольких шагах от зеленого городского парка. Свежий воздух деревьев, доносившийся из парка, смешивался с легким ароматом бумаги и пластика, создавая уникальную атмосферу предвкушения нового учебного года.

Внутри магазина царила своя, особенная суета. Дети, их родители, а иногда и студенты, бродили между рядами, наполненными тетрадями всех цветов радуги, ручками, карандашами, пеналами, рюкзаками и бесчисленными канцелярскими мелочами. Воздух был пропитан запахом новой бумаги, свежего пластика и легким, едва уловимым ароматом типографской краски – запахом новых начал, нереализованных идей и будущих знаний.

Среди этой толпы выделялась молодая девушка, ее сосредоточенные светло-карие глаза осматривали полку тетрадей. Ее волосы, собранные в маленький тонкий хвостик, были необычного, но гармоничного оттенка: светло-коричневые, с темными прядями на затылке и челке, словно кто-то небрежно, но со вкусом, добавил контрастных штрихов. Она была одета в простую, но аккуратную белую кофту и джинсы, что подчеркивало ее практичность и нежелание выделяться из толпы.

Потянувшись к полке, она выбрала из всех тетрадей одну – однотонную зеленую, с плотной обложкой и аккуратными листами. Затем ее взгляд упал на другую, стоящую чуть дальше, с милыми пандами, лениво жующими бамбук на обложке. Девушка улыбнулась едва заметно, взяла обе тетради. Зеленая – для серьезных лекций, панды – для заметок, которые поднимут настроение. В ее корзине уже лежали несколько ручек, набор карандашей и пенал, который она выбрала за его вместительность и простой дизайн.

Заплатив за покупки, она вышла из канцелярского магазина, ощущая приятную тяжесть рюкзака на плече. Солнце светила ярко, окрашивая улицу в нежные тона, и легкий ветерок шевелил пряди ее волос. Она вдохнула полной грудью, наслаждаясь прохладой после душного дня.

Предстоящий учебный год обещал быть насыщенным. Первый курс Педагогический университета – это уже не шутки, а серьезные предметы, курсовые работы и, конечно же, практика. Она всегда подходила к учебе ответственно, но при этом старалась не терять легкости и позитива.

Вдруг, сквозь шум улицы и шелест листвы, она услышала чей-то голос, который звал ее: "Сузуми!"

Она остановилась, прислушиваясь, и повернула голову в сторону звука. Ее взгляд скользнул по прохожим, ища источник голоса. И вот, возле зебры, она увидела свою подругу. Та стояла махала ей рукой, ее лицо озаряла широкая, приветливая улыбка.

Её волосы, цвета лепестков сакуры, струились по плечам, переливаясь в лучах солнца, а её глаза были розовые озерца.

Была одета в простое, но изящное белое платье. Ткань, легкая и воздушная, мягко облегала её стройную фигуру, подчеркивая её хрупкость и грацию. На ногах – такие же белоснежные туфли, которые казались невесомыми, словно она вот-вот взлетит.

Сузуми помахала в ответ, Светофор который до этого мигал желтым, начал переходить на зеленый, приглашая пешеходов ступить на проезжую часть.

"Хару!" – крикнула девушка, шогая к ней на стречу.

Хару, увидев, что ее заметила, радостно заговорила. "Сузуми! Я думала ты меня не услышишь!" – ее голос звучал звонко и весело.

Сузуми подошла к ней, и они обнялись. "Я просто вышла из магазина. Ты тоже за покупками?"

Хару кивнула, ее глаза блестели от возбуждения. "Да! Я нашла идеальное платье. Знаешь он такой красивый, и удобный. И, кажется, я в него влюбилась!" Она с гордостью вытащила из пакета купленное платье и, повернувшись, показала его на себе. Платье было нежно-голубого цвета, с легкими оборками и изящным пояском, подчеркивающим талию. Оно действительно выглядело потрясающе на Хару, словно было создано специально для нее.

Сузуми улыбнулась, присмотрелась к подругу, оценивала ее вкус. "Оно тебе очень идет"

"Спасибо!" – Хару, сложила платье обратно в пакет. "Я так рада, что мы встретились! Я как раз думала, с кем бы поделиться своей радостью. А ты как? Как твои приготовления к университету?"

"Все хорошо, как видишь, я уже собрала все необходимое," – ответила Сузуми, похлопав по своему рюкзаку.

Отлично! А что дальше будешь делать?" – спросила Хару.

Сузуми задумалась на мгновение, поправляя лямку рюкзака. "Думаю, пойду домой. Начну потихоньку готовиться к первому дню. Хочу освежить в памяти кое-что по педагогике, пока есть время."

Хару надула губы. "Опять за учебу? Сузуми, ты же только что вышла из магазина! Может, прогуляемся немного? Погода такая чудесная, и у меня еще есть время до того, как мне нужно будет идти домой."

Сузуми засмеялась. "Было бы здорово! Но до практики еще далеко. Ладно, зайдем куда-нибудь выпить кофе? Я ужасно проголодалась после всех этих покупок."

"Отличная идея!" – согласилась Хару. "Я знаю одно уютное кафе неподалеку, там делают потрясающие пирожные. Пойдем!"

Они шли рядом, Солнце, все еще щедрое, продолжало ласково греть их плечи, пробиваясь сквозь редкие кроны деревьев золотистыми пятнами. Легкий ветерок, словно невидимая рука, приятно освежал, принося с собой запахи нагретой хвои и полевых цветов.

В этом же время.

Солнце скользило по верхушкам деревьев, окрашивая небо в нежные оттенки розового. Воздух был пропитан сладковатым ароматом цветущей сакуры, который смешивался с терпким запахом свежей листвы и влажной земли. Это был идеальный день для прогулки по парку.

Люди и животные медленно шагали по одной из многочисленных тропинок, наслаждаясь умиротворением. Но одна из тропинок, та, что вела вглубь парка, была совершенно пуста. По обеим сторонам её обрамляли толстые, пышные зеленые кусты, за которыми возвышались могучие деревья, чьи кроны сплетались в плотный зеленый купол.

Именно здесь, в этом уединенном уголке, Прямо посреди воздуха, между двумя густыми деревьями, возникла небольшая дыра. Она не была похожа ни на что земное. Сквозь неё просвечивало межпространственное космическое пространство, переливающееся всеми цветами радуги, словно живой калейдоскоп из разноцветных огоньков.

И вдруг, из этого мерцающего вихря, с пронзительным криком, вылетела белая крольчиха. Её мех был чисто белым, словно первый снег, а глаза – испуганно-красными, как рубины, в которых отражался весь кошмар. Она отлетела в воздухе, словно выброшенная невидимой силой, и с глухим ударом столкнулась спиной с толстым стволом одного из деревьев. Боль пронзила её крошечное тело, и сознание покинуло её. Безвольное тельце, словно тряпичная игрушка, упало в заросли кустов, скрывшись из виду, словно её и не было. Он тут же же в мик он мигнув схлопнулся, оставив после себя лишь легкое мерцание в воздухе, которое быстро рассеялось, словно мираж, не оставив и следа.

Но он снова открылся, из него выбросило маленький красный стеклянный шарик в кусты рядом с бессознательным маленьким телом, еще раз он схлопнулся, оставив после себя лишь легкое мерцание в воздухе, быстро рассеялось, словно мираж.

Тишина вновь опустилась на этот уголок парка, нарушаемая лишь шелестом листвы и пением птиц. Никто не видел, никто не слышал. Лишь в глубине густых кустов, среди нежных лепестков сакуры и влажной земли, лежала маленькая белая крольчиха, чья жизнь только что совершила невероятный, немыслимый прыжок сквозь измерения. И никто не знал, что ждет её, когда она очнется в этом новом, незнакомом мире.

Глава 3

"И вот представляешь, Сузуми, он мне говорит: 'Хару, ты сегодня как свежеиспеченная булочка!' А я ему: 'Шеф, я вообще-то официант, а не десерт!'" – Хару театрально закатила глаза, отпивая латте. "Работа в ресторане – это отдельный вид искусства. Особенно когда ты пытаешься балансировать поднос с тремя тарелками пасты, а какой-то клиент решает, что сейчас самое время рассказать тебе о своей жизни."

Аромат свежесваренного кофе витал в воздухе, смешиваясь с легким запахом выпечки, что делало атмосферу еще более располагающей к откровенным разговорам.

Сузуми тихонько хихикнула, представляя себе эту картину. "Зато у тебя всегда есть что рассказать. Моя подработка в раздаче писем, конечно, спокойнее, но максимум, что я могу рассказать, это о том, как кто-то забыл написать адрес дома. Или как бабушка из третьего подъезда всегда просит передать ей газету, даже если я ей уже три раза приносила.

Вдруг двери колокольчиков зазвенели и в кофейне зашла девушка стильной модельной внешности, с идеально уложенными волосами и в дорогом костюме. Она огляделась по помещению, и ее взгляд остановился на Хару.

"О, нет," – прошептала Хару, прячась за меню. "Только не она."

Сузуми вопросительно подняла бровь. "Кто это?"

"Это Мисаки," – Хару вздохнула. "Моя бывшая одноклассница, я же училась другой школы. И мы с ней... ну, скажем так, не очень ладили. Она всегда считала себя королевой, а я...."

"Хару! Какая неожиданность! Неужели это ты?" Мисаки, словно хищница, нацелилась на их столик, а ее улыбка была острой, как лезвие. Она окинула Сузуми взглядом, полным такого пренебрежения, будто та была рассадником тараканов.

Хару медленно опустила меню, чувствуя, как по спине пробегает холодок. "Мисаки. Какими судьбами?" Она постаралась, чтобы ее голос звучал как можно более равнодушно, но внутри все сжималось.

Мисаки, не дожидаясь приглашения, присела на свободный стул, который лежал ее покет, теперь лежал на полу, сузуми увидев подняла покет, переставила ее к себе. Ее дорогой костюм идеально облегал фигуру, а от нее исходил тонкий, но навязчивый аромат дорогих духов. "Да вот, зашла выпить кофе. У меня тут неподалеку встреча с менеджером одного заведения, каторый папочка хочет купить и зделать магазин который я буду владельцем. Знаешь, дела, бизнес..." Она сделала паузу, чтобы Хару могла оценить ее успеха, а затем перевела взгляд на Сузуми. "А это кто? Твоя... подруга?" В ее голосе сквозила неприкрытая насмешка.

Сузуми, которая до этого момента молча наблюдала за происходящим, слегка нахмурилась. Она не привыкла к такому откровенному хамству. "Я Сузуми Исида. Приятно познакомиться," – сказала она, протягивая руку.

Хару замерла, наблюдая за этой сценой. Она знала, что Мисаки не упустит возможности унизить кого-либо, но чтобы так откровенно, да еще и с Сузуми... Сердце Хару сжалось от злости и беспомощности.

Мисаки даже не взглянула на протянутую руку Сузуми.

Вместо этого она презрительно фыркнула. "Исида? Никогда не слышала. Ну, в любом случае, я здесь не для светских бесед. Хару, ты же мне кофе принесешь? И не забудь, я люблю его с двойной порцией ванили и без сахара. И чтобы пенка была идеальной, как моя укладка." Она демонстративно провела рукой по своим безупречным волосам.

Хару почувствовала, как краснеют ее щеки. Она ненавидела, когда Мисаки обращалась с ней как с прислугой, когда они были одноклассницами. А теперь, когда она работала официанткой в ресторане, Мисаки, казалось, видела в этом подтверждение своей собственной "превосходности".

Сузуми, наблюдая за этим унизительным спектаклем, почувствовала, как в ней закипает гнев. Она всегда была спокойной и сдержанной, но видеть, как кто-то так бесцеремонно топчет достоинство ее подруги, было невыносимо.

"Прошу прощения," – голос Сузуми прозвучал неожиданно твердо, перебивая напыщенную речь Мисаки. "Но Хару не ваша личная служанка, если вы не знали.

Мисаки удивленно моргнула, ее идеальные брови взлетели вверх. Она явно не ожидала такого отпора от "какой-то там Исиды".

"Что ты сказала?" – процедила Мисаки, ее глаза сузились.

"Я сказала, что Хару не служанка," – повторила Сузуми, не отводя взгляда. "И что вы ведете себя крайне невежливо. Если вы хотите заказать кофе, пожалуйста, обратитесь к официанту каторый здесь работает, а не к хару."

Хару замерла, ее рот приоткрылся от удивления. Она никогда не видела Сузуми такой. Обычно тихая и скромная, сейчас она стояла, словно скала, защищая ее.

"Я думаю, что на этом наш разговор окончен," – добавила Сузуми, ее взгляд скользнул по лицу Мисаки, а затем вернулся к Хару. "Хару, пойдем. Я думаю, нам обеим стоит немного отдохнуть от этой неприятной атмосферы."

Взявший свои вещи и покет подруги, она мягко взяла Хару за руку, и та, словно очнувшись от транса, кивнула. В ее глазах уже не было прежней потухшей покорности, а зажегся огонек, смесь удивления и восхищения. Они развернулись и направились к выходу, оставляя Мисаки одну, застывшую с открытым ртом и выражением полного недоумения на лице.

Мисаки, наконец, пришла в себя. Ее лицо побагровело от ярости. Она привыкла быть центром внимания, а теперь ее унизили на глазах у всех. "Да как она посмела!" – прошипела она сквозь стиснутые зубы, но Сузуми и Хару уже были за дверью.

Выйдя на улицу, сузуми глубоко вздохнула, словно только сейчас смогла вдохнуть полной грудью. "Сузуми... я... я не знаю, что сказать," – пробормотала хару, ее голос дрожал от пережитых эмоций.

"Пойдем, я угощу тебя чем-нибудь вкусным в другом месте. И мы поговорим."

Хару посмотрела на Сузуми, и в ее глазах блеснули слезы. Это были слезы не от обиды, а от облегчения и глубокой благодарности. Она всегда знала, что Сузуми – хороший человек, но сегодня подруга показала ей новую грань своей силы и преданности. В этот момент Хару поняла, что у нее есть настоящий друг, который не побоится встать на ее защиту, даже если это означает бросить вызов самой Мисаки.

Они шли по улице, и легкий ветерок обдувал их лица, принося с собой прохладу и умиротворение. Солнце, которое еще несколько минут назад казалось безжалостно ярким, теперь светило мягче, словно тоже почувствовав перемену в воздухе.

Сузуми купила мороженое, Ванильное для Хару, с клубничным сиропом, и шоколадное для себя. Они сели на скамейку в небольшом парке, и Хару, откусив от прохладного лакомства, почувствовала, как напряжение медленно отступает.

"Ты была так смела, Сузуми," – тихо сказала Хару, глядя на подругу. "Я никогда не думала, что кто-то сможет так поступить с Мисаки."

"Я просто не люблю, когда обижают моих друзей," – ответила Сузуми, облизывая шоколадное мороженое. "И я не могла просто стоять и смотреть, как она тебя унижает."

Хару улыбнулась, и эта улыбка была искренней, без тени прежней робости. "Я... я так тебе благодарна. Я думала, что мне придется просто смириться, как всегда."

"Никогда не смиряйся," – серьезно сказала Сузуми. "У тебя есть право на уважение, как и у любого другого человека. И если кто-то пытается это отнять, нужно дать отпор."

"Сузуми," – сказала Хару, ее голос дрожал от переполняющих ее чувств. "Ты... ты лучшая."

Она не могла сдержаться. Хару крепко обняла Сузуми, прижимаясь к ней всем телом.

"Ох, осторожно, моё мороженое!" – рассмеялась Сузуми, но обняла Хару в ответ, чувствуя, как тепло разливается по ее груди. Солнце окрашивала небо в нежные оттенки оранжевого и розового цвета, и легкий ветерок обдувал их принося с собой прохладу и умиротворение.

Глава 4

В это время, в самом парке, с другой стороны от них, из кустов послышался вздох.

Там, среди густой листвы и деревьев, лежала белая крольчиха. Ее мех, некогда безупречно белый, был слегка испачкан землей и сухими листьями. Она с трудом открыла глаза. Мир вокруг нее расплывался, а в голове шумело, словно после долгого и утомительного бега. Помаргав пару раз, она с трудом поднялась на задние лапы, опираясь на передние, которые казались ей непривычно слабыми.

"Ох, моя спина," – пробормотала она, и ее голос был тонким и писклявым, совсем не таким, каким она его помнила. "Где я?"

Она огляделась вокруг себя. Высокие ветки куста сплетались над головой, образуя густой зеленый шатер, сквозь который пробивались редкие, золотистые лучи заходящего солнца, рисуя причудливые узоры на земле. Земля под лапами была мягкой и усыпанной опавшими листьями, которые шуршали под малейшим движением.

Крольчиха попыталась сделать шаг, но её задние лапы подкосились, и она снова упала, приземлившись на бок с глухим стуком. Страх начал медленно подкрадываться к её сердцу, ледяной волной охватывая её с головы до кончиков ушей. Посмотрев на своё тело, она закричала, её писклявый голос дрожал от ужаса: «Моё тело! Что с ним? Оно стало меньше!»

Она в панике оглядела свои лапы, которые казались ей теперь непропорционально маленькими, словно принадлежали совсем другому существу. Её некогда пушистый, пышный хвост выглядел крошечным, почти незаметным. В голове проносились обрывки воспоминаний: стремительный побег от чего-то ужасного, яркая вспышка, странный портал, ощущение головокружительного падения. А потом – "ах, где сфера?" – она начала лихорадочно бегать глазами по земле, пытаясь найти то, что казалось ей таким важным. Сделав неуклюжий шаг назад, она наступила на что-то круглое и, потеряв равновесие, упала спиной вниз.

Посмотрев на то, на что она наступила, крольчиха была в шоке. "О нет!" поднявшись на дрожащие лапы, она осторожно взяла в свои маленькие лапки сферу и начала осматривать её. "Он тоже стал меньше!" – прошептала она, её голос был полон отчаяния. Сфера, когда-то размером с её ладонь, теперь выглядела как обычный стеклянный шарик, который можно было легко потерять среди опавших листьев. "Интересно, куда я попала?" – подумала она, пытаясь собраться с мыслями.

Решив осмотреться внимательнее, она прислушалась, напрягая свои уши. Вскоре она услышала несколько голосов и шагов. Высунув голову из кустов, крольчиха увидела двух людей с собаками на поводках. Собаки, казалось, были очень возбуждены, их носы постоянно дергались, улавливая запахи, а хвосты виляли из стороны в сторону. Один из псов, Густая, двойная, с мягким подшерстком и жестким, прямым остевым волосом. Каторый создает эффект "плюшевости", вдруг остановился и начал тянуть поводок, уставившись прямо на куст, где пряталась крольчиха.

— Что там, Макс? — спросил один из людей, мужчина с седеющими висками, пытаясь удержать собаку. — Неужели белка?

Крольчиха замерла, её сердце бешено колотилось. Она понимала его речь, эти существа, люди, были огромными, а их спутники, собаки, выглядели хищными и опасными. В её прежнем мире таких созданий не было. Она крепко сжала сферу в лапках, чувствуя её прохладную гладкость. Что это за место? И что делать? Куда ей нужно идти?

Внезапно Макс издал громкий лай и рванул вперед, вырвав поводок из рук хозяина. Крольчиха, увидев что собака бежит к ней, взяв шар в рот, не раздумывая, бросилась бежать, вылетев из кустов, её маленькие лапки едва успевали перебирать по каменым дорожкой. Она слышала топот лап собаки совсем близко, она чувствовала, как страх снова охватывает её. Она была слишком мала, слишком слаба.

«Нужно найти укрытие!» — пронеслось в её голове. Она бежала по дорожке парка, она слышала, как человек зовет своего пса, но Макс не останавливался.

Впереди показалась двое девушек, они сидели на скамейке, Что-то обсуждая, услышали лай собаки, повернули головы,

"Сузуми, посмотри там! — воскликнула Хару, показывая пальцем, где виднелись мелькающие белые ушки и крошечный пушистый силуэт, несущийся по дорожке парка. — Это же... кролик? И за ним собака гонится!

Сузуми прещюрилась, вглядываясь в сумерки парка. Солнце уже почти скрылось за небоскрёба, окрашивая небо в оттенки оранжевого и фиолетового. Хару, вскочила со скамейки в месте с сузуми.

— Надо ей помочь! — сказала Сузуми, и обе девушки бросились навстречу бегущему кролику и преследующей его собаке.

Крольчиха, мчалась изо всех сил. Её маленькие лапки стучали по каменном дорожке, оставляя крошечные следы в пыли. Сфера, зажатая в зубах, холодила язык, и она чувствовала, как её магия пульсирует — напоминание о её силе. "Остань от меня! Уйди!" — мысленно умоляла она, повернула голову, чтобы оценить расстояние до преследователя. Макс был совсем близко, его дыхание почти обжигало её крошечный хвост.

Не заметив впереди, как её перехватили чьи-то руки, поднимая её в воздух.

— Поймала! — выдохнула Сузуми, крепко прижимая крольчиху к груди. Она оказалась в тёплых ладонях, прижатая к мягкой белой ткани.

Макс, остановившись в нескольких шагах, начал лаять на них, его лай был громким и требовательным.

— Макс! Ко мне! — крикнул мужчина, подбегая к собаке. Он схватил поводок и крепко держал пса, который всё ещё рвался вперёд, пытаясь достать крольчиху.

Девушка, держа крольчиху, отступили на несколько шагов, стояла подальше, пока мужчина, пытаясь успокоить своё животное. Крольчиха дрожала, её маленькое сердечко колотилось как сумасшедшее. Она всё ещё держала сферу во рту, боясь выронить её.

Хару же испугалась собаки и спряталась за Сузуми.

— Осторожнее, Сузуми! — прошептала Хару, выглядывая из-за плеча подруги. — Он такой большой!

Мужчина, наконец, смог утихомирить Макса, который теперь сидел рядом с ним, тяжело дыша, но всё ещё поглядывая на крольчиху.

— Простите, девушки, — сказал он, поправляя поводок. — Он у меня очень игривый. Не думал, что он так рванёт.

— Ничего страшного, — ответила Сузуми, поглаживая дрожащую крольчиху. — Впредь вы будете внимательнее заним смотреть.

Мужчина кивнул, смущённо улыбнувшись.

— Конечно. Ещё раз извините.

Он потянул Макса за поводок, и они медленно пошли прочь, собака всё ещё оглядывалась на девушек и крольчиху.

Когда они скрылись из виду, Сузуми осторожно погладил крольчиху в руке.

— Бедняжка, — пробормотала сузуми, нежно поглаживая её по голове. — Ты, наверное, очень напугана.

— Она такая милая! — воскликнула Хару, смотрела кролика, у руках сузуми к груди. — Смотри, Сузуми, у неё такие большие красные глаза!

Сузуми улыбнулась, продолжая гладить крольчиху.

— Да, очень милая. Интересно, откуда она взялась? В парке обычно нет таких животных.

Она медленно повернула голову, осматривая прогулочный парк. Солнце уже клонилось к закату, Длинные тени деревьев танцевали на аккуратно подстриженных газонах, а вдалеке больше не слышался приглушенный смех детей или людей. Парк уже был пустым, нигде не было видно никого, кто мог бы потерять такую необычную крольчиху.

Крольчиха, услышав их слова, поняла, что они не знают, кто она. Это было хорошо. Пока что.

— Наверное, кто-то её оставил, — предположила Хару, протягивая руку, чтобы погладить крольчиху, но та отпрянула, зажмурила свои глаза, крепче сжимая сферу в челюсти.

— Ой, она боится, — сказала Хару, отдёргивая руку. — Или ей не нравится, когда её гладят. Эй! Сузуми, смотри, у неё что-то во рту.

Сузуми наклонилась ближе, её взгляд стал более внимательным. Она заметила, как крольчиха напряглась, когда Хару попыталась её погладить.

Действительно, — прошептала Сузуми, её голос был полон мягкого любопытства. — Что это у тебя там, малыш?

Крольчиха почувствовала на себе пристальный взгляд Сузуми. Она знала, что не может позволить им взять сферу. Держа крепко сферу в челюсти, она пыталась вытащить из её рта красный стеклянный шарик, но та не поддавалась. Сузуми вздохнула.

— Похоже, она не хочет его отдавать, — сказала Сузуми, её тон был скорее задумчивым, чем требовательным. — Может, это её игрушка? Или что-то важное для неё.

Хару наклонилась, чтобы лучше рассмотреть. Красный шарик, зажатый в зубах крольчихи, казался необычайно ярким на фоне её меха. Он был гладким и блестящим, и от него исходило едва уловимое свечение.

— Что будем делать с ней? — спросила Хару, её взгляд переходил с крольчихи на Сузуми. В её глазах читалось любопытство, смешанное с легким беспокойством.

Сузуми задумчиво погладила крольчиху по спинке. Зверёк всё ещё дрожал, но уже не так сильно. Красный шарик в её пасти казался чем-то очень ценным, чем-то, что она защищала изо всех сил.

— Я думаю, мы не можем просто так её оставить, — сказала Сузуми, её голос стал более решительным. — Она явно потерялась, и, возможно, этот шарик – единственное, что у неё осталось.

Хару кивнула, её взгляд снова вернулся к крольчихе. — Но как мы узнаем кто ее хозяин и мы не можем оставить её в парке.

Крольчиха, словно понимая их слова, тихонько пискнула, крепче сжимая шарик. Ее красные глаза блестели в полумраке, полные тревоги.

— Может, ты возьмёшь ее с собой? — предложила Хару, ее голос звучал немного неуверенно. — Хотя бы на ночь. А завтра попробуем найти хозяина.

Сузуми кивнула. — Хорошо, — сказала Сузуми. — Но у меня есть вопрос: почему я? ты её не возьмёшь к себе?

— У папы аллергия, — ответила Хару, виновато опустив глаза. — Он очень чувствителен к шерсти.

Сузуми понимающе кивнула. Она знала, что Хару очень любит животных, и ей, должно быть, было тяжело отказаться от возможности приютить крольчиху.

— Понятно, — сказала Сузуми. — Тогда я возьму её к себе. У меня дома любят животных.

Крольчиха, словно почувствовав облегчение, немного расслабилась, но шарик по-прежнему крепко держала в зубах.

— Спасибо, Сузуми! — воскликнула Хару, её лицо просияло. — Ты лучшая!

— да, да, уже темно, пойдем, я провожу тебя до дома, — сказала Сузуми, мягко улыбнувшись. Она осторожно прижала крольчиху к себе, стараясь не потревожить её драгоценную ношу.

По дороге домой Сузуми и Хару обсуждали завтрашний день, подготовку к университету и как найти хозяина зверька, подумав об объявлении.

Когда они подошли к дому Хару, девочки попрощались.

— Завтра утром я приду к тебе, — пообещала Хару. — Мы вместе придумаем, как найти хозяина.

— Договорились, — ответила Сузуми, крепче обнимая крольчиху. — Спокойной ночи, Хару.

Сузуми шла домой, освещенная последними лучами заходящего солнца. Она чувствовала, как крольчиха в её руках тихонько дышит, и надеялась, что сможет обеспечить ей безопасность и заботу. Эта ночь обещает быть интересной.

Глава 5

Последние лучи заходящего солнца окрашивали небосклон в оттенки персикового и золотого, когда Сузуми шла по тротуару, освещенная этим нежным прощальным светом. В её руках, она держала, тихонько Дышавшию крольчиху. Её крошечное тельце было теплым и трепетным, и Сузуми чувствовала, как в её груди разливается нежная волна ответственности. Она надеялась, что сможет обеспечить этому маленькому существу безопасность и заботу, которых оно заслуживало.

Город Токио, словно пробуждаясь от дневной суеты, начинал раскрывать свою ночную магию. Огни домов и небоскребов зажигались один за другим, создавая пульсирующую энергию, обещающую бесконечные возможности. Гигантские светлячки из стекла и стали пронзали бархатное небо, отражая в своих зеркальных фасадах калейдоскоп ярких рекламных вывесок. Улицы, залитые мягким светом фонарей, оживали тысячами голосов – смехом, шепотом, обрывками разговоров, создавая неповторимую симфонию ночного города.

Сузуми остановилась у автобусной остановки, её взгляд скользил по этому завораживающему зрелищу. Наконец, показался автобус, его фары прорезали вечернюю мглу. Сузуми вошла, нашла свободное место у окна и устроилась поудобнее, прижимая к себе свою маленькую ношу.

Даже в самые поздние часы Токио не спал. Сузуми смотрела в окно, наблюдая, как мелькают огни, как проносятся мимо силуэты зданий, как люди спешат по своим делам, каждый со своей историей, своей мечтой. Город жил своей жизнью, полной энергии и движения, и в этой суете Сузуми чувствовала себя одновременно маленькой и частью чего-то огромного.

Крольчиха, казалось, успокоилась, её дыхание стало ровнее. Сузуми осторожно погладила её мягкую шерстку, подняла ее к окошке.

"Смотри," – прошептала Сузуми, прижимая крольчиху к себе. "Это Токио."

Крольчиха слегка шевельнула носиком, словно принюхиваясь к запахам ночного города, и уткнулась мордочкой в стекло, смотрела на город. В этот момент крольчиха почувствовала, как её сердце наполняется теплом. Она смотрела на новый мир, в этом огромном, шумном городе, полном незнакомцев, она смотрела, как дома, похожие на гигантские светящиеся кристаллы, тянутся к самому небу. Огни рекламных вывесок, яркие и разноцветные, казались ей волшебными цветами, расцветающими в темноте.

Её маленькие ушки настороженно дергались, улавливая гул города – далекий шум машин, приглушенный смех прохожих, мелодичные звуки, доносящиеся из открытых окон. Это было так непохоже на тишину леса, где она родилась, на знакомые шорохи листвы и пение птиц. Но здесь, рядом с Сузуми, в её теплых руках, этот новый, шумный мир не казался пугающим.

Она видела, как люди спешат, их лица мелькают в свете фонарей, каждый со своей целью, своей дорогой. Крольчиха чувствовала не чувствовала не какой магии. Она видела, как в окнах домов мерцают теплые огни, словно приглашая войти, обещая уют и безопасность.

Сузуми тихонько вздохнула, её пальцы нежно поглаживали крольчиху — "мы приехали"

Автобус плавно остановился, и двери с шипением открылись, выпуская пассажиров в прохладный вечерний воздух. Сузуми, прижимая к себе крольчиху, осторожно спустилась на тротуар. Городской шум, который казался таким далеким и абстрактным из окна аавтобуса.

Она огляделась. Улица была освещена мягким светом фонарей, отбрасывающих длинные тени. Мимо проносились машины, их фары оставляли на асфальте быстро исчезающие следы. Людей больше не ввидно, Крольчиха в её руках тихонько о смотрела улицу, её маленькое тельце вытянулась хорошенько осматривая мир.

"Ну вот, мы пришли" – прошептала Сузуми, её голос был спокойным.

Они пришли к небольшому дому, утопающему в зелени сада. Дверь тихонько скрипнула, и когда сузуми открыла дверь она крикнула "Я дома! " из кухни послышались голоса семьи сузуми сняв обувь прошла на кухню там сидели ее сестра и брат споря с друг другом.

"Ты не понимаешь, что тебе нужно знать в школе по экзаменов по математике, Айко!" – воскликнул младший брат, Макота, размахивая палочками для еды. – "Тебе нужно сосредоточиться на формулах, а не на этих своих дурацких мангах!"

"А ты не понимаешь, что манга развивает креативное мышление, Макота!" – огрызнулась Айко, младшия сестра, с надутыми щеками. – "И вообще, я уже все формулы выучила! Просто ты слишком занудный!"

Их мать, Мидори, стояла у плиты, помешивая что-то в кастрюле, и лишь устало вздыхала, привыкшая к их ежедневным перепалкам.

"Я дома!" – повторила Сузуми, входя на кухню.

Все трое разом повернулись к ней. Макота и Айко замолчали, их спор мгновенно забылся. Мидори выпрямилась, все их взгляды были прикованы к Сузуми.

"Сузуми, ты пришла," – первой нарушила тишину Мидори, её голос был смесью удивления и легкого упрека. – "Почему так долго? Ты на часы смотрела?"

Сузуми улыбнулась, слегка смущенная, и прижала крольчиху чуть крепче.

"Прости, мама. Просто... я кое-кого нашла."

И тут она медленно подняла крольчиху, чтобы все могли её увидеть.

На кухне воцарилась тишина. Макота положил палочки для еды, Айко широко распахнула глаза, а Мидори замерла с половником в руке, словно статуя.

"Что... это?" – наконец выдавил из себя Макота, указывая пальцем.

"Это кролик," – заявила Сузуми. – "Я нашла её на улице, мести с Хару, она убегала от собаки а мы ее спасли."

Айко, оправившись от шока, подскочила со стула.

"Кролик?! О, Сузуми, он такой милый! Можно мне его погладить?"

Крольчиха увидела что её хотят погладить, жалость и не выпуская Сферу, закрыла глаза.

"Я думаю, что он не хочет, чтобы его гладили," – поспешно сказала Сузуми, прижимая крольчиху к себе. – "Он немного напуган."

Крольчиха, словно поняв, что о ней говорят, слегка дернула ушками и уткнулась носиком в ладонь Сузуми, словно ища защиты.

"Напуган?" – переспросила Айко, её энтузиазм ничуть не угас. – "Но он же такой маленький и пушистый! Ему просто нужно привыкнуть к нам. Можно я хотя бы посмотрю на него поближе?"

Мать каторый до этого молчала, подошла к изучение крольчихи на расстояния, сказала.

"Подожди-ка, Сузуми, ты сказала, что нашла его на улице? И что он убегал от собаки?"

Сузуми кивнула. "Да, именно так. Мы с Хару сидели в парке, и тут увидели, как эта маленький кролик несется, а за ней гонится огромная такая сабака. Мы еле успели его поймать и спрятать."

Мидори, она медленно опустила половник на стол, и её взгляд стал серьезным.

"Сузуми," – начала она, и в её голосе прозвучали нотки, которые предвещали долгую и не очень приятную беседу. – "Ты же знаешь, что у нас в доме нельзя держать животных.

Сузуми поникла. "Но, мама, он же такой маленький, И ему некуда идти! Мы не могли просто оставить его там, на улице, на растерзание собакам."

"А что, если у него есть хозяева?" – вставил Макота, который, кажется, уже забыл про экзамен по математике и полностью переключился на кроличью драму. – "Может, она просто потерялась?"

"Мы смотрели и не нашли, Макота," – ответила Сузуми. – "Никого не было. И он был очень напуган. Я не могла его бросить."

"Поэтому он будет жить у меня в комнате, пока я не найду хозяина," – закончила Сузуми, пытаясь придать своему голосу как можно больше решимости.

Мидори медленно покачала головой. "Сузуми, это не выход. Я не одобряю животных дома... Мы даже кошку в соседнем дворе не взяли. А тут кролик, в доме!"

"Но он же не будет выходить из моей комнаты!" – воскликнула Сузуми, прижимая крольчиху к себе, словно щит. Крольчиха, кажется, уловила напряжение и слегка задрожала.

Мидори тяжело вздохнула и опустила взгляд на крольчиху, которая всё ещё пряталась в руках Сузуми, словно маленький комочек страха и нежности одновременно.

— Хорошо, — наконец сказала она, — но только при одном условии: ты будешь отвечать за неё полностью. Кормить, убирать, следить. И если хоть один раз я узнаю, что ты не справляешься, кролик уйдёт в питомник.

Сузуми кивнула, её глаза загорелись решимостью.

— Обещаю, мама. Я всё сделаю.

— Ну, если уж кролик у нас появился, дай мне посмотреть на нево — он посмотрел на крольчиху, которая слегка приподняла ушки.

Сузуми осторожно передала крольчиху маме. Мидори взяла её на руки, и крольчиха, поначалу напряженная, постепенно расслабилась, уткнувшись носиком в ладонь женщины. Мидори осторожно погладила её по спинке, и крольчиха тихонько зашевелила усиками.

"Он такой мягкий," – прошептала Мидори, и в её голосе проскользнула нотка умиления, которую Сузуми редко слышала. – "И пахнет травой."

Айко тут же подскочила ближе. "Мама, можно мне тоже погладить? Пожалуйста-пожалуйста!"

Мидори улыбнулась и кивнула. Айко с восторгом протянула руку к крольчихе, но в этот момент её взгляд упал на то, что крольчиха держала в зубах.

— Подожди, — сказала Айко, её голос внезапно стал напряженным. — А что это у него в зубах?

— Я не знаю, — прошептала Сузуми — Он держал это, когда я его поймала.

Макота, забыв про свои палочки, стал и подошел к ним, наклонился вперед, пытаясь разглядеть.

Мидори осторожно, стараясь не напугать животное, протянула палец к мордочке крольчихи.

— Дай сюда, малыш, — ласково сказала она.

Крольчиха не хотела, сжала зубы, не давая взять его, не желая отдавать. Она крепко держала маленький, тускло блестящий предмет.

— Что это? — спросил Макота, его любопытство пересилило всякое другое чувство.

Мидори присмотрелась. Предмет был похож на маленький, хрустальный красный шарик, Он был явно из тех вещей, которые можно найти в магазинах.

— Похоже на простой шарик, — сказала Мидори, её голос стал любопытный.

Сузуми посмотрела на неё, как крольчиха напряглась в руках Мидори. Она снова прижалась к себе.

— Может, это его хозяев? — предположила Айко.

— Возможно, — задумчиво произнесла Мидори. — Но если это так, то это просто игрушка. Это может быть что-то важное для его.

Сузуми кивнула. — Я могу повесить объявления в районе, где мы его нашли. Может, кто-то узнает кролика с шариком.

Макота задумчиво сказал: — Я могу помочь с поисками. После экзамена, конечно.

Айко тоже загорелась идеей. — И я! Мы можем сделать красивые объявления с фотографиями.

Мидори улыбнулась, впервые за вечер выглядела немного расслабленной. — Хорошо, но помните, что пока кролик у нас, за ней нужен тщательный уход. Сузуми, ты должна быть готова к этому.

— Я понимаю, мама, — ответила Сузуми, сжимая крольчиху в руках. — Я буду заботиться о нём.

В этот момент крольчиха слегка дернула ушками и посмотрела на всех своими большими тёмными глазами, словно чувствуя, что теперь она в безопасности.

Сузуми взяла кролика в руки и друг мама сузуми спросила.

— Знаешь, — тихо сказала она, — я смотрела на него и поняла, что мордочка у него более мягкая, как у самки.

Сузуми удивленно подняла крольчиху чуть выше и внимательно осмотрела.

— Ты права, мама, — улыбнулась она. — Я думала, что это мальчик, а она — девочка.

Айко, которая всё ещё стояла рядом, широко раскрыла глаза.

— Вот это поворот! Значит, у нас теперь девочка-кролик!

— Ладно, я в комнату, я скоро к вам присоединюсь, — сказала Сузуми, понесла крольчиху в свою комнату.

Глава 6

Сузуми, с облегчением выдохнула, наконец добралась до своей комнаты. Дверь, старая но аккуратная, Ее пальцы, нащупали холодную металлическую ручку. Повернув ее, она толкнула дверь, и та со скрипом распахнулась, открывая взору привычное, но всегда успокаивающее зрелище.

Комната была маленькой, но уютной, пропитанной её собственным запахом и едва уловимым ароматом любимого чая.

Сузуми осторожно положила крольчиху на кровать

Крольчиха посмотрела на сузуми своими красными глазами.

— Сиди здесь, я скоро вернусь, — прошептала она, гладя пушистую мордочку.

Крольчиха словно понимая, что её не оставят надолго. Сузуми вышла из комнаты, оставив пушистого одного, и дверь за ней медленно закрылась, оставляя в комнате тишину и тепло.

Крольчиха осторожно положила сферу на мягкий плед и вздохнула с облегчением и усталостью.

— Ох... Как же челюсть болит, — пробормотала крольчиха, — как же я долго его держала, ох...

Крольчиха оглядела комнату, в которой находилась. Обычные обои с нежным цветочным узором, старый деревянный шкаф, забитый книгами, и письменный стол, на котором стояли также лежали тетради и пенал, стоял Ноюдбук рядом с ним остывший чай. На небольшом белом окне, висели шторы, а на полу лежал мягкий ковер а в углу, рядом с кроватью, стоял небольшой телевизор на тумбой. Все это было таким не знакомым, таким другим. Крольчиха почувствовала, как напряжение медленно отпускает её, и она, наконец, может расслабиться в тишине.

Крольчиха повернула голову к окошку, на котором виднелась луна на небе, и задумчиво произнесла:

— Интересно, как там в моём мире? Всё в порядке там и с моими друзьями?

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ В ДРУГОМ МИРЕ.

— Вы нашли её, — спокойно произнес мужской голос, эхом разносясь по просторному, тускло освещенному залу. Единственным источником света служило огромное окно, за которым простирался величественный, но чуждый мир, ночным луным светом.

— Да, господин. Она в другом измерении, в мире, который мы не знаем, — ответил другой, более молодой голос, в котором слышалось легкое волнение, едва сдерживаемое строгой выправкой. Это был один из стражей, облаченный в темные доспехи, стоящий на коленях перед массивным троном.

— А сфера? — Голос мужчины, восседающего на троне, оставался ровным, но в нем чувствовалась скрытая злоба, словно тлеющий уголек под пеплом. Его фигура была окутана тенью, лишь острый профиль выдавал его присутствие.

— Сфера у неё, — сказал стражник, его голос звучал увереннее, несмотря на напряжение.

— Понятно. Значит, она нашла портал в другой мир. — Мужчина сделал паузу, его взгляд, казалось, пронзал пространство. Он медленно повернул голову, и его взгляд устремился на мир за Большим окном. Багровые облака медленно плыли по небу, отбрасывая зловещие тени на шпили далеких городов.

— Знаешь, что мой отец после смерти оставил свою силу как наследство, своим наследникам, — сказал он, его голос звучал спокойным, но в нем теперь прорезалась нотка холодной решимости. — И теперь, когда я стал новым правителем Вестрои, эта сила должна передаться мне как наследнику. Оно как так получилось, что её украли из запретного магического хранилища королевства?

Стражник вздрогнул, но быстро взял себя в руки.

— Господин, мы до сих пор не можем понять, как это произошло. Хранилище было запечатано заклинанием, а все стражи были на своих постах. Никто не видел, как она прониклась внутрь.

На троне воцарилось молчание, такое густое, что казалось, его можно было потрогать. Затем мужчина, которого стражник называл господином, медленно поднялся. Его фигура, до этого скрытая в тени, теперь предстала во всей своей зловещей красе. Высокий, стройный, в черных одеждах, расшитых серебряными нитями, он излучал ауру власти и опасности.

— Где, — произнес он, и это слово прозвучало как раскат грома в тишине зала, — где она сделала этот портал?

Стражник, все еще стоящий на коленях, поднял голову, его глаза встретились с холодным, пронзительным взглядом правителя.

— Господин, это знают только солдаты и сержант Ааррон.

— Тогда приведи мне Ааррона, сечас.

— Да!

Стражник, поспешно покинул зал. Его шаги, отдаваясь эхом по каменному полу, казались слишком громкими в наступившей тишине. Правитель Вестрои, король Сириюс, вновь устремил свой взгляд на чужой мир за окном. Багровые облака теперь казались еще более зловещими, предвещая бурю.

Он знал, что эта белая крольчиха, чье имя он знал с детства, стала для него проблемой. Украденная сфера, ключ к силе его отца, теперь находилась в неизвестном измерении, в руках той, кто посмел бросить вызов его власти. И теперь его план по захвату чужих земель остаётся позади.

Вдруг послышался голос: — Ваше Величество, вы меня звали? — Это был сержант Ааррон.

Сириюс медленно повернулся, его взгляд скользнул по фигуре сержанта. Ааррон был крепким мужчиной, с суровым лицом, привыкшим к опасностям. Он стоял прямо, но в его позе чувствовалось напряжение.

— Ааррон, — голос Сириюса был тих, но в нем звенела сталь. — Ты знаешь, где был создан портал?

Сержант кивнул. — Да, Ваше Величество. Мы обнаружили большой мощный магический выброс в старых лесах. Там, где, по легендам, находится древний алтарь Ангела.

Сириюс прищурился. — Значит, это там.

— Именно так, Ваше Величество. Мы не понимаем, как ей удалось снять печати.

— Зато я знаю, как она это сделала, — сказал Сириюс, его голос стал еще холоднее. — Она с помощью магической сферы открыла этот портал.

Настала тишина. Ааррон ждал, не смея прервать мысли короля.

— Что прикажете делать, Ваше Величество? — наконец спросил сержант.

Сириюс отвернулся от окна, его взгляд был полон решимости.

— Я позову Эрнеста. Пусть он сделает что-нибудь.

— Эрнеста? — переспросил Ааррон, в его голосе промелькнуло удивление. — Но, Ваше Величество, Эрнест — всего лишь простой ученый маг, его силы не сравнятся с теми, что нужны для преследования в другом измерении.

Сириюс усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. — Эрнест не будет преследоват, Он — мастер древних знаний. Если кто и сможет найти способ отследить её или, по крайней мере, понять, как работает этот портал, то это он. А затем… затем мы решим, как вернуть мое наслества.

Эрнест, невысокий мужчина с копной седых волос, торчащих во все стороны, и очками, сползшими на кончик носа, сидел за столом, заваленным древними фолиантами и странными артефактами. Его лаборатория, расположенная в одной из самых отдаленных башен замка, всегда была окутана запахом пергамента, пыли и чего-то едкого, что он называл "эссенцией познания". Когда к нему явился королевский стражник с приказом явиться к Сириюсу, Эрнест лишь вздохнул, отложив в сторону очередной трактат о межпространственных разрывах.

— Ваше Величество, — произнес Эрнест, войдя в тронный зал. Он не стал кланяться глубоко, лишь слегка склонил голову, что было для него привычной манерой. Его взгляд, обычно рассеянный, сейчас был сосредоточен на Сириюсе.

— Эрнест, — король повернулся к нему, его глаза сверкнули в полумраке. — Мне нужна твоя помощь.

— Я слушаю, Ваше Величество, — ответил ученый, поправляя очки.

Сириюс кратко изложил ситуацию: украденная сфера, портал в другое измерение, "белая крольчиха". Эрнест слушал внимательно, иногда кивая, иногда хмурясь.

— Значит, она использовала Сферу Наследия для открытия портала, — пробормотал Эрнест, потирая подбородок. — Это объясняет мощный выброс энергии. Сфера, по сути, является катализатором, усиливающим магические способности владельца до невероятных пределов. Если она смогла активировать, то её собственная сила должна быть… и нету.

— Это не имеет значения, — отрезал Сириюс. — Важно то, как мы её вернем. И Сферу.

— Хм, — Эрнест подошел к Большому окну, вглядываясь в багровые облака. — Отследить её будет непросто. Её энергия оставляет лишь слабый след, который быстро рассеивается. Однако… — он повернулся к Сириюсу, — если она использовала силу Сферу, то это меняет дело. Возможно, остаточная ээнерги и мы сможет указать нам путь.

— Что тебе для этого нужно? — спросил Сириюс, в его голосе появилась нотка нетерпения.

— Время, Ваше Величество, и доступ к древним текстам, касающимся порталов и артефактов. А также… — Эрнест замялся, — мне понадобится образец энергии, оставшейся после открытия портала.

— Да, Ваше Величество, я сделаю все, что в моих силах, — ответил Эрнест, его глаза за стеклами очков блеснули решимостью. — И если позволите, я удалюсь, чтобы немедленно приступить к работе. Каждая минута на счету.

Сириюс кивнул, отпуская ученого. Эрнест, не теряя ни секунды, поспешил прочь из тронного зала, его мысли уже витали среди формул и древних заклинаний. Король Вестрои остался один, вновь устремив взгляд на багровые облака за окном.

Сириюс остался стоять у окна, наблюдая за медленным движением багровых облаков. Он чувствовал, как внутри него растет гнев, Он не знал, что ждет его в этом чужом мире, но он знал одно: он найдет её. И он вернет свою сферу. И если эта "белая крольчиха" посмела украсть его наследие, то она заплатит за это. И заплатит дорого. Его план по завоеванию новых земель мог подождать. Сейчас у него была более важная задача. Задача вернуть то, что принадлежало ему по праву. И он не остановится ни перед чем, чтобы добиться своей цели.

В ЭТО ВРЕМЯ.

В комнате Сузуми, крольчиха, наконец, почувствовала себя в безопасности. Она потянулась, разминая затекшие лапки, и осторожно потрогала сферу. Та мерцала мягким, внутренним светом, словно живое сердце. Крольчиха прикрыла глаза, вспоминая последние события. Побег, преследование, отчаянный прыжок в неизвестность... И вот она здесь, в этом странном, но таком мире, здесь в этом мире нет магической силы, что очень странно.

Крольчиха ощутила, как тело наполняется покоем, которого ей так не хватало. Она прижалась к мягкому пледу, чувствуя магической энергии, исходящее от сферы. В её сознании промелькнули образы родного мира: зелёные луга, большой город, тренировки с наставником. Ностальгия кольнула сердце, но тут же сменилась решимостью. Она должна выжить здесь, найти способ свергнуть нового правителя, а пока – освоиться.

В этот момент дверь комнаты тихонько скрипнула, и в проеме появилась Сузуми. В руках она держала миску с чем-то.

Крольчиха взглянула на сферу снова взяла ее свои челюсти.

— Я вернулась, — мягко сказала она. — Вот, я принесла тебе немного свежей зелени. Надеюсь, тебе понравится.

Крольчиха подняла голову, её красные глаза с любопытством уставились на миску. Запах свежей травы был таким знакомым и приятным. Она осторожно посмотрела на миску и понела что это еда, опустив осторожно себе Сферу, потянулась к миске, взяла один листик и начала медленно жевать, наслаждаясь вкусом.

Сузуми улыбнулась, видя, как крольчиха ест. Она присела на край кровати, наблюдая за питомцем.

— Молодец, — прошептала Сузуми, осторожно поглаживая крольчиху по спинке.

Крольчиха вздрогнула от прикосновения, но быстро расслабилась, чувствуя тепло и нежность в руке Сузуми. Она продолжала есть, время от времени поглядывая на девушку.

— Когда ты закончишь, я тебя искупаю. Ты ведь должна быть чистой и свежей, особенно после всего, что пришлось пережить.

Крольчиха слегка наклонила голову, словно пытаясь понять смысл слов, она доверилась ей. Она медленно доела листик и Взяв снова сферу, мягко положила лапки на кровать, готовясь к тому, что её ждёт.

Сузуми встала, взяла из шкафа небольшое мяхкое полотенце. Она осторожно подошла к кровати и потянула руки чтобы взять её.

— Не бойся, — прошептала девушка, — я сделаю всё аккуратно.

Крольчиха не сопротивлялась. Ее взяли и понесли в ванную. Теплая вода и нежные прикосновения Сузуми успокаивали, смывая следы пережитого страха и усталости. После купания, завернутая в мягкое полотенце, крольчиха чувствовала себя обновленной. Сузуми бережно высушила ее шерстку, а затем вернула в уютную комнату.

Крольчиха снова устроилась на кровати, рядом со сферой, которая продолжала излучать свое магическую энергию. Она чувствовала себя в безопасности, окруженная заботой и тишиной. Впервые за долгое время она могла позволить себе расслабиться, Сузуми готовилась ко сну.

Сузуми, уставшая, но довольная, устроилась на кровати рядом с крольчихой. Она потянулась к прикроватной тумбочке выключила свет лампы. Крольчиха, свернувшись клубочком, старалась заснуть, прижимая к себе сферу медлино закрывала глаза, ее дыхание было ровным и тихим уснула.

Ночь окутала комнату мягким, бархатным покрывалом. Единственным источником света была тусклая луна, пробивающаяся сквозь занавески, да легкое, пульсирующее сияние сферы, лежащей рядом с крольчихой.

Во сне Сузуми невольно дотронулась рукой до шара, и он засветился красным светом. Крольчиха сонно вздрогнула, открывая глаза, и увидела, как магическая сфера ярко пульсирует красным светом, словно пытаясь что-то сказать.

Крольчиха, чье сердце еще недавно билось в унисон с тревогой, теперь ощущала лишь легкое недоумение. Красный свет сферы, такой яркий она в дела ее в свои лапы, держала ее. Она осторожно переложила сферу, и пульсация утихла, оставив лишь слабое тепло.

— Что? — Но стоило ей поднести ее к руке Сузуми, как шар снова ожил, заливая комнату зловещим багровым сиянием.

"Не может быть," – прошептала крольчиха.

Глава 7

Наступило утро. Первые лучи солнца, пробиваясь сквозь легкие занавески, несмело освещали комнату Сузуми, окрашивая ее в нежные золотистые тона. За окном, словно по команде, раздалось звонкое щебетание птиц. Их голоса, поначалу робкие, постепенно набирали силу, сплетаясь в жизнерадостную утреннюю симфонию.

"Как хорошо" мысленно сказала Сузуми, медленно открыла глаза, привыкая к мягкому свету. Она потянулась, ощущая приятную расслабленность после сна, и повернула голову, чтобы посмотреть на своего пушистого соседа. Каторый лежала рядом с подушкой.

И тут Сузуми вздрогнула. Крольчиха больше не спала. Ее большие, красные глазами-бусинками были широко открыты и пристально смотрели на сузуми, с какой-то почти человеческой внимательностью. В этом взгляде Сузуми было не по себе.

— Доброе утро, — прошептала Сузуми, невольно улыбаясь, пытаясь скрыть легкое замешательство, каторый щяс испытывает. Она села на кровать и осторожно потянулась, разминая затекшие мышцы, после сна. Взгляд крольчихи всё ище не отрывался от нее.

Сузуми не обращая внимание, посмотрела на часы на столе. 10:15. "Ну что ж, пора заниматься домашними обязанностями," — пробормотала она себе под нос, словно озвучивая свои мысли для крольчихи.

Затем Сузуми перевела взгляд на пушистую спутницу. "А после этих дел," — сказала она, обращаясь к крольчихе, и в ее голосе прозвучала решимость, — "я пойду вешать объявление по городу."

Крольчиха моргнула. Один раз. Сузуми посмотрела на нее и подумала: "М-да, странный кролик". Она отвернулась от нее и начала одеваться: белая кофта, черные штаны, белые носки. Она поправила прическу и вышла из комнаты, оставив Крольчиху наедине со своими мыслями.

Крольчиха не спала всю ночь. Ее красные глаза-бусинки, казалось, впитывали каждый луч света, каждый звук, каждый шорох. Она наблюдала за Сузуми, всю ночь, за ее сном, и за каждым ее движением. В ее маленькой кроличьей головке, казалось, роились мысли, слишком сложные для обычного человека.

Тут крольчиха схватила свою голову и с внутренней борьбой, здерживала свой крик, спаменая ночь.

Ох, как я устала, — сказала крольчиха уставшим голосом, посмотрела на сферу, лежавший рядом с ней, взяла ее в лапы, прошептала про себя: — Господин, может быть, вы хотите мне сказать, что эта девушка может помочь?

Сфера в её лапах пульсировала магическим энергией, внутренним светом. Она была гладкой и прохладной на ощупь, Крольчиха прижала ее к груди, чувствуя, как ее собственное сердцебиение ускоряется в унисо.

На кухне Сузуми подметала и мыла посуду. Мама Сузуми уехала на работу, а сестра и брат пошли за покупками и скоро вернутся. Закончив мыть посуду, Сузуми услышала, что ее брат и сестра вернулись с магазина. Сестра обсуждала трейлер аниме "Девочка-волшебница в городе", ее голос был полон энтузиазма.

— Представляешь, Сузуми! В интернете выставили новое аниме, Там такая графика! И сюжет, кажется, нормальным,"— щебетала сестра, входя на кухню.

Сузуми улыбнулась, вытирая руки полотенцем. Слушала свою сестру о аниме и о мангах и так оживленно она рассказывала о своих увлечениях, что сузуми потихоньку Раскладовала продукты в холодильник.

— А еще там был момент, где главная героиня использовала какую-то новую магию, похожую на… знаешь, как будто она сплетает свет в нити! Я уверена, что это будет что-то совершенно новое в жанре!

Брат Сузуми, усмехнулся, проходя мимо с пакетом из магазина.

—Ты всегда так говоришь, Айко. Но да, трейлер выглядел интригующе. Надеюсь, они не испортят его к концу.— сказал Макото, Раскладовая продукты по местам.

— И главное, чтобы сюжет не подкачал, — пробурчал Макото, доставая пакет с молоком. — А то вся эта мишура быстро надоедает.

Сузуми закончила свои дела сказала: "Ну что ж, я пойду вешать объявления о пропаже белого пушистика, вы мне обещяли помочь."

Айко, увлеченная своим рассказом, на мгновение замолчала. "О да, конечно, я уж забыла об этом, ха-ха-ха," сказала Айко неловко посмеялась.

Макото, уже почти опустошивший пакет с продуктами, кивнул. "Да, конечно. Только дай мне доесть этот йогурт, и я готов."

Сузуми улыбнулась. "Отлично. Тогда ты ешь, а я и Айко пока подготовим фотографии." Айко кивнула и достала телефон, пошла вместе с ней фотографировать пушистика.

В этот момент крольчиха, услышав шаги, Она посмотрела на сферу, затем на дверь, который шаги направлялась к ней. Она знала, что время на исходе, и ей нужно действовать, но... Как?

В этот момент, в комнату ворвалась Айко, с телефоном в руках, подошла к ней и начала фотографировать крольчиху, поймать ее в наилучшем ракурсе. "Она такая милая, Сузуми! Уверена, кто-нибудь обязательно ее найдет!" — воскликнула Айко, делая очередной снимок.

Сузуми, наблюдая за сестрой, как она держит телефон и щелкает ею.

Крольчиха, тем временем, тихонько наблюдала за происходящим. Она не понимала что происходит, просто сидела и поглядывала на сузуми, позади Айко.

Когда Айко закончила фотографировать, Сузуми посмотрела фотографии на телефоне Айке. "Спасибо, Айко. Теперь пойдем печатать объявления," сказала она.

"Ага," ответила Айко, и они вышли из комнаты, оставив Крольчиху наедине с ее мыслями.

"Мне надо что-то делать," — сказала крольчиха сама себе. "Мне нужно найти подходящий момент и поговорить с ней наедине."

Она снова посмотрела на сферу, которая светилась на луче солнце, словно подтверждая ее мысли.

"Всё готово, вот держите," — сказал Макото, протягивая десять листовок бумаг.

"Спасибо," — сказала Сузуми. "Ну, пошли, Айко."

Девушки вышли из дома, оставив Макото доедать третий йогурт, а Крольчиха — наедине с ее сложными мыслями. Солнце уже поднялось выше, и его лучи заливали улицу ярким светом. Сузуми и Айко шли по тротуару, приклеивая объявления на столбы и доски объявлений.

"Надеюсь, кто-нибудь откликнется," — вздохнула Сузуми, прижимая листовку к столбу.

"Ага," ответила Айко.

И тут резко зазвонил телефон Сузуми. Она посмотрела, кто ей звонит, улыбнулась. "Алло," сказала Сузуми.

"Привет, Сузуми. Ты сейчас вешаешь листовки?" — раздался в трубке голос Хару.

"Да, а что?" — ответила Сузуми, продолжая клеить объявление.

"Я тут подумала... Может, тебе нужна помощь? Я могу подъехать, если ты скажешь, где ты сейчас."

Сузуми задумалась. "Было бы здорово. Но не надо, нам осталось немного приклеить."

"Ну, я все равно могу помочь. Мне нечем заняться," настаивала Хару.

"А подработка в ресторане?" — спросила Сузуми.

"У меня выходной," ответила Хару. "Так что я свободна. Скажи, где вы?"

Сузуми колебалась. Она не хотела обременять подругу, но упорство Айко, полной решимости помочь, убедило ее.

"Хорошо, Хару. Мы сейчас на улице возле парка. Ты знаешь, где это?"

"Конечно! Буду через десять минут," весело ответила Хару и отключилась.

Сузуми улыбнулась. "Хару едет помочь."

"Отлично!" — обрадовалась Айко. "Чем больше народу, тем быстрее закончим."

Они вместе сидели на скамейке и ждали ее. Сузуми и Айко, сидя на скамейке, обсуждали, куда еще можно расклеить объявления. И тут Айко увидела мороженщика.

"Ой, Сузуми, смотри! Мороженое!" — воскликнула Айко, указывая на тележку с яркими зонтиками. "Может, купим по стаканчику, пока ждем Хару?"

Сузуми кивнула. "Почему бы и нет. Я как раз проголодалась."

Они подошли к тележке, и Айко, с детским восторгом, выбирала свой вкус. Сузуми выбрала что-то более спокойное, клубничное. Пока они наслаждались прохладным лакомством, на горизонте показалась знакомая фигура.

"Смотри, это Хару!" — радостно сказала Айко, смахивая остатки мороженого с подбородка.

Хару подошла, улыбаясь. "Привет, девочки! Ну что, как успехи?"

"Отлично! Мы уже почти все расклеили," ответила Сузуми. "Спасибо, что приехала."

"Да не за что! Рада помочь," сказала Хару, оглядываясь по сторонам. "Где еще остались места?"

Они продолжили свой путь, теперь уже втроем. Хару оказалась очень энергичной и быстро находила подходящие места для объявлений. Разговоры текли легко, перемешиваясь с шутками и обсуждением последних новостей.

Время шло к вечеру.

Небо над Токио медленно окрашивалось в оттенки персика и лаванды, когда солнце, уставшее от дневной суеты, начало клониться к горизонту. В этом временем, Сузуми, Айко и Хару, закончив с объявлениями, возвращались домой. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в оранжево-розовые тона. Девочки шли, оживленно болтая. Хару, как всегда, была в ударе, рассказывая забавные истории из своей жизни и подшучивая над Сузуми.

"А знаешь Айко, помню когда Сузуми училась школе, у нас был урок домоводство и однажды пыталась испечь торт, он превратился в камень?" – хихикнула Хару, толкая локтем, Сузуми.

Сузуми покраснела. "Ну, это было давно! И я просто забыла добавить разрыхлитель!"

Айко рассмеялась. "А я помню, как ты пыталась научить меня кататься на роликах, и мы обе упали в фонтан!"

«Да, помню», — ответила Сузуми.

«Точно, — вспомнила Хару, — помнишь, Сузуми, когда мы учились в школе, ты тогда носила длинные волосы, до пояснице, ты тогда была такой красивой».

Да, и это я помню, — ответила Сузуми, вспоминая тот случай в школе, когда она сидела за партой, соседний мальчик плюнул ей на волосы жвачку и ей пришлось подстриг волосы, так как живачка, не отдиралась на волосах.

Сузуми вздохнула, вспоминая тот момент. — Да, это было не самое приятное воспоминание. Но зато теперь у меня короткая стрижка, и это тоже неплохо.

— Главное, что ты не теряешь оптимизма, — улыбнулась Хару. — Скорее домой, я ужасно проголодалась.

— И я! — подхватила Айко.

Сузуми согласилась. — Да, я тоже. Идем, Айко, на автобус.

Пока девочки шли к остановке, Хару, помахав им рукой, сказала: "Ну что ж, я тогда пойду. Увидимся завтра!"

"Пока, Хару!" — крикнули Сузуми и Айко в ответ.

Автобус приехал, останавливаясь рядом с остановкой, открывая двери, они сели в автобус, Сузуми, глядя в окно на проплывающие мимо улицы, почувствовала легкую усталость, но и удовлетворение от проделанной работы. Айко, прислонившись к ней, уже почти дремала.

Дома их ждал Макото, который, судя по всему, уже закончил с йогуртами и теперь сидел на кухне, уткнувшись в книгу.

"Ну что, как успехи?" — спросил он, поднимая голову.

"Отлично! Все объявления расклеены," — ответила Сузуми, снимая обувь. "И Хару нам помогла."

"Отлично," — похвалил Макото их. "Я тут пока приготовил ужин. Рис с овощами."

"О, это здорово!" — обрадовалась Айко, окончательно проснувшись.

"Молодец, Макото," похвалила Сузуми, и они приступили есть. Вдруг Сузуми вспомнила о том, что забыла накормить кролика. "Ой!" — резко встала она со стула. "Я забыла накормить кролика!"

"Я уже давно ее накормил," сказал Макото, спокойно продолжая есть.

Сузуми облегченно вздохнула. "Спасибо, Макото. Ты меня спас."

В комнате Сузуми, крольчиха, услышав голоса в низу, снова погрузилась в свои мысли. "Ах..." выдохнула тяжело крольчиха, "как всё трудно. В этом мире нет магии, а также, здесь нет разумных зверей, похожих на меня," – она вспомнила того пса, что гонялся за ней, парке, он был неразумным псом. "Если я начну с ней говорить, она, скорее всего, испугается или подумает, что она сумасшедшая. Но другого выхода нет. Мне нужно ей объяснить, кто я и почему я оказалось здесь оказалась. Иначе я никогда не вернусь домой и не помогут остальным."

Луна светилась мягким, светом в полумраке комнаты. Она чувствовала, что время поджимает. Каждым времени, проведенный здесь, отдалял ее от ее мира, от ее семьи. Она должна была действовать.

Глава 8

День для Сузуми тянулся, как и любой другой. Её младшая сестра Айко, весело щебеча, убежала в гости к подруге, а брат Макото, взвалив на плечи рюкзак и ответственность, отправился по магазинам — нужно было купить всё необходимое для предстоящей учёбы в школе. Мама, как обычно в выходные, была в гостях у бабушки. В доме воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц и тихим хрустом.

Белая крольчиха, сидела на её кровати и хрумкала. В маленьких лапках она держала сочную морковку и сосредоточенно грызла её, время от времени поглядывая на девушку. Сузуми, сгорбившись над столом, была полностью поглощена подготовкой к поступлению в педагогический университет. Стопки учебников, конспекты, исписанные формулами и датами листы — всё это было её миром, понятным и логичным.

Крольчиха дохрустела морковку и повернула голову к окну. За стеклом сияло солнце, лёгкий ветерок качал ветви сакуры, а небо было безупречно голубым. Мир людей казался таким спокойным, таким безмятежным. Крольчиха перевела взгляд на лежащую рядом с ней сферу. Артефакт мягко переливался внутренним светом, словно спящее сердце.

«Как? Как мне с ней поговорить?» — снова и снова проносилось в её голове. Мысли путались. Что, если Сузуми испугается? Примет себя за сумасшедшую или, что ещё хуже, решит, что я опасна? Она ведь просто человек, для которого магия — это просто сказка из книжек. От этих тяжёлых раздумий крольчиха почувствовала усталость. Её глазки начали слипаться, и, свернувшись клубочком рядом со сферой, она провалилась в сон.

Время шло незаметно. Сузуми наконец закончила с подготовкой учёбой, с удовлетворением захлопнув последний учебник. Она потянулась, разминая затёкшую спину, и бросила взгляд на кровать. Крольчиха мирно спала, её белая шёрстка чуть подрагивала в такт дыханию. Улыбнувшись, Сузуми тихо вышла из комнаты и спустилась вниз, на кухню, чтобы заварить себе чаю.

Поставив чайник, она прошла в гостиную и включила телевизор, чтобы немного отдохнуть. Каналы сменяли друг друга, мелькая кадрами бесконечных сериалов и фильмов, которые, казалось, повторяли уже в сотый раз. Сузуми остановилась на новостном канале. Диктор как раз зачитывал прогноз погоды. «Завтра ожидается облачность, местами пройдут дожди», — безразлично сообщил он. Сузуми вздохнула. Жаль, она надеялась на ещё один солнечный денёк.

Как только прогноз погоды закончился, в кармане завибрировал телефон. На экране высветилось знакомое имя.

— Алло, — сказала Сузуми, поднося телефон к уху.

— Алло, привет, Сузуми! Как у тебя дела? — раздался в трубке жизнерадостный голос её лучшей подруги Хару.

— Привет, Хару. Да всё по-старому, — ответила Сузуми, присаживаясь на диван. — Зубрю историю, решаю математику. Только что закончила. А ты как?

— А я вот подумала, раз ты сегодня одна, может, сходим куда-нибудь? Погода такая чудесная! Можно в парк или в то новое кафе с котиками, о котором все говорят!

Сузуми на мгновение задумалась. С одной стороны, ей хотелось развеяться. С другой — она чувствовала себя совершенно вымотанной.

— Прости, Хару, я, наверное, откажусь. Так устала за сегодня, сил нет, — с виноватой улыбкой, которую подруга, конечно, не могла видеть, ответила Сузуми. — Хочется просто посидеть дома в тишине.

— Ой, да ладно тебе, Сузуми! Вечно ты за своими книжками! — добродушно проворчала Хару на том конце провода. — Ну хоть на полчасика!

Сузуми вздохнула, чувствуя, как настойчивость подруги потихоньку пробивает её усталость. Но мысль о том, чтобы снова одеваться, куда-то идти, разговаривать… Нет, сегодня точно не тот день.

— Извини меня, Хару, может, завтра? — предложила она, надеясь на понимание. — После церемонии открытия для новых учеников в университете? Будет повод отпраздновать.

На том конце провода повисла короткая пауза, а затем Хару сдалась с преувеличенно трагичным вздохом.

— Эх, ладно, уговорила. Завтра так завтра. О! Точно, чуть не забыла! — её голос снова стал бодрым и заговорщицким. — Как там продвигается поиск хозяина Белого Пушистика? Ещё не звонили?

Сузуми бросила взгляд наверх, в сторону своей комнаты, где мирно спала крольчиха.

— Нет, никто, — тихо сказала она. — Телефон молчит.

— Вот как… Жаль, — искренне огорчилась Хару. — Ведь мы повесили объявление прямо там, где мы её нашли. И в зоомагазине рядом тоже. Странно, что никто не откликнулся. Такая милашка!

— Может, её просто… выбросили, — предположила Сузуми, и от этой мысли у неё неприятно сжалось сердце.

— Ну, не будем о грустном! — тут же сменила тему Хару. — Тогда до завтра! И не смей снова зарываться в учебники, дай себе отдохнуть!

— Хорошо, до завтра, — улыбнулась Сузуми и завершила звонок.

На кухне засвистел чайник. Сузуми налила себе чашку ароматного зелёного чая и вернулась в гостиную. Тишина, нарушенная телефонным разговором, снова окутала дом, но теперь она казалась не такой уютной. Мысли о крольчихе не давали покоя. Как можно было потерять или, что ещё хуже, бросить такое беззащитное создание?

Тем временем на втором этаже, в комнате Сузуми, сон крольчиха был тревожным. Ей снились обрывки прошлого: вспышки света, гул чужой магии, падение сквозь пространство и время. Она снова и снова переживала тот момент, когда, спасаясь от преследователей, была вынуждена использовать всю свою силу, чтобы найти партал и открыть портал в другой мир, потеряв при этом большую часть своей внешности и приняв облик обычного животного.

Из хаоса этих воспоминаний вдруг выплыла ясная, светлая картина. Залитая солнцем поляна, окружённая вековыми деревьями, чьи кроны, казалось, подпирали само небо. В центре поляны стоял высокий мужчина с добрыми, но строгими глазами и проседью волосами. Ему было около 58 лет, и его фигура излучала спокойствие и силу. Это был её наставник, мастер стихийной магии ветра и меча, а также правая рука короля.

«Ханна…» — эхом раздался голос её наставник во сне, её маленькое тельце напряглось.

Внезапно, словно от удара молнии, она распахнула глаза. Сон оборвался, оставив после себя лишь смутное ощущение утраты и тревоги. Она была в комнате Сузуми, на мягком кровати. Солнечный луч пробивался сквозь щель в шторах, освещая пылинки, танцующие в воздухе. Рядом лежала сфера, её свет стал чуть ярче, словно отклик на пробуждение крольчихи.

Юки почувствовала странное притяжение к этой сфере. Она осторожно подтолкнула её лапкой. Сфера мягко покатилась, и из неё резко вспыхнул красный цвет. Крольчиха вскрикнула.

Сузуми, услышав необычный звук, замерла на лестнице, держа в руках чашку чая. "Что это было?" — пронеслось у неё в голове.

Крольчиха смотрела на сферу, и эта сфера показывала, что творится в другом мире. Там, в другом мире, учёный по имени Эрнест нашёл способ открыть этот мир. "О нет! Они находят способ, как открыть портал в это изменение!" — подумала Юки. Сфера перестала показывать. Крольчиха не верила, что магическая сфера показала ей что там сейчас происходит. Иза этой новости, крольчиха даже не услышала, как Сузуми открыла дверь.

— О, ты проснулась, — сказала Сузуми, подходя к столу и ставя чашку чая.

Крольчиха резко повернула голову, посмотрела на Сузуми своими красными глазами. Она смотрела как Сузуми протирала стол и собирала весь мусор в корзине, сузуми закончив уберать мусор, повернулась к крольчихе, чтобы сказать: "Я сейчас вернусь и принесу салат из морковки и капусты". Когда Сузуми собрала весь мусор, она дошла до двери,

" Нет, Нет, Нет! " кричала мыслими крольчиха " Надо её остановить!"

как тут крольчиха набралась смелости и громко, четко сказала: "Стой!"

Сузуми застыла, как статуя, её рука так и осталась на дверной ручке. Мусорная корзина с глухим стуком упал на пол, рассыпая вокруг себя скомканные бумажки и обёртки. Тишина в комнате стала оглушающей, звенящей. Она медленно, очень медленно обернулась.

Белая крольчиха сидела на кровати в неестественно прямой для животного позе. Её маленькие лапки были сложены на груди, а рубиновые глаза смотрели прямо на Сузуми — осмысленно, разумно, с какой-то отчаянной мольбой.

«Пожалуйста, постой», — снова прозвучал тот же чистый, немного высокий женский голос. Он исходил не от телевизора, не из-за двери. Он исходил от крольчихи.

«Сузуми я рада с тобой наконец поговорить я Ханна, и я, как ты видишь, я говорю стобой».

Мир Сузуми накренился. Пол ушёл из-под ног. Она схватилась за голову, пальцы вцепились в волосы. Дыхание сбилось, превратившись в короткие, судорожные вдохи.

— Наверное, я переутомилась, — прошептала она, её голос дрожал. — Да… точно. Переутомилась. Слишком много истории, слишком много формул… Галлюцинации. Слуховые галлюцинации.

Она зажмурилась, надеясь, что когда она откроет глаза, всё вернётся на свои места. Крольчиха будет просто крольчихой, а голос исчезнет, растворится, как дурной сон.

— Это не галлюцинация, Сузуми, — мягко, но настойчиво произнесла Ханна. — Пожалуйста, выслушай меня. Я хочу с тобой поговорить.

Сузуми распахнула глаза. Ничего не изменилось. Крольчиха всё так же сидела на кровати и говорила с ней. Говорила!

— Нет… нет, этого не может быть, — бормотала Сузуми, отступая на шаг назад и спотыкаясь о брошенный на полу корзину. — Кролики не говорят. Животные не говорят. Это… это невозможно. Я сплю. Или я сошла с ума.

Её взгляд метнулся по комнате, ища хоть какое-то рациональное объяснение. Может, Хару её разыгрывает? Спрятала где-то колонку? Или её сестра? Но голос был таким живым, таким настоящим.

— Я понимаю твой шок, — продолжала Ханна, её голос был полон сочувствия. — В твоём мире это действительно невозможно. Но я не из твоего мира.

Она осторожно спрыгнула с кровати и сделала несколько шагов по направлению к Сузуми, останавливаясь на безопасном расстоянии, чтобы не напугать её ещё больше.

— Меня зовут Ханна. И что ты сейчас видишь, — это лишь временная форма, которая я превратилась.

Сузуми смотрела на говорящее животное, и её мозг отчаянно пытался обработать информацию. Другой мир? Временная форма? Это звучало как сюжет дешёвого фэнтези-романа, которые ей посоветовала её сестра, чтобы отвлечься от учёбы. Но сейчас это происходило в её собственной комнате.

— Кто… кто ты? — наконец выдавила она, голос был едва слышен.

— Я — Выдающиеся зверь и также слуга королевства, работала королевской семьи, виде Дворецкого. Или, вернее, была ею, — Ханна опустила ушки, и в её голосе прозвучала горечь. — Я прибыла сюда по своей воле. Я убегала от королевской стражей и спасалась. Но теперь… теперь опасность грозит и твоему миру тоже, если ты мне не поможешь.

Она повернулась своими маленькими лапками к сфере, чтобы взять её в лапы, показывая сузуми её.

— Эта сфера — артефакт и сила сердце бывшего короля моего мира, его хотят использовать ради злых помыслах, чтобы предотвратить зло, я украла и с хранилища королевства, сбежал от туда вместе с ней ваш мир.

Сузуми перевела взгляд со сферы на крольчиху. Паника медленно отступала, сменяясь странной, иррациональной ясностью. Может, она и сошла с ума, но происходящее ощущалось слишком реальным. Голос Ханны, её осмысленный взгляд, тревога, которая сквозила в каждом её слове.

Она медленно опустилась на пол, садясь прямо там, где стояла, среди разбросанного мусора. Она обхватила колени руками, пытаясь унять дрожь.

— Я… я не понимаю, — прошептала Сузуми, её голос всё ещё дрожал, но уже не от страха, а от растерянности. — Другой мир? Артефакт? Как… как я могу помочь? Я всего лишь студентка и почему я

— Я не знаю, случайность это или совпадение, — перебила Ханна, её голос стал более уверенным. — Но два дня назад ночью, когда ты ещё крепко спала, ты нечаянно дотронулась до Сферы своей рукой. Тогда Сфера засияла магической энергией, а это значит, что Сфера выбрала тебя как наследницей этой силой.

Сузуми смотрела на её глаза расширились от удивления. Наследница? Она, обычная студентка, которая только и думает о предстоящих экзаменах и подработках? Это казалось абсурдным.

— Наследница? Но… как? Я ничего не понимаю. Я не волшебница, я не… — Сузуми выдохнула, пытаясь переварить всю эту информацию.

У Сузуми голова закружилась от этого информации. Она еле поднялась с пола и окружающим голосом прошептала: "Кажется, мне нехорошо". И Сузуми упала в обморок, тем самым перепугав Ханну.

«Сузуми!» — отчаянный писк, больше похожий на крик, вырвался из груди Ханны.

Она подскочила к обмякшему телу девушки, беспомощно тыкаясь лапкой в её бледную щеку. Теплая, живая, но без сознания. Паника ледяными иглами впилась в маленькое кроличье сердце. Всё пошло не так. Она слишком поторопилась, вывалила на неподготовленную девушку из другого мира правду, которая и в её родном королевстве звучала бы как безумная сказка.

«Глупая, глупая Ханна! — мысленно ругала она себя. — Нужно было действовать тоньше, подготовить её, а не обрушивать всё разом!»

Она остановилась у окна, глядя на незнакомый, но такой похожий на её собственный мир, город, залитый вечерним солнцем. В её маленькой груди боролись отчаяние и надежда. Она была здесь, в чужом мире, с артефактом, который мог спасти её собственный, но её единственный шанс на помощь оказался в обмороке.

Ханна запрыгнула на кровать, осторожно подошла к сфере. Она была гладкой и прохладной на ощупь, Это было сердце её мира, источник силы и жизни, которое теперь оказалось в опасности. И она, бывшая дворецкая, вынуждена была стать его защитницей, а заодно и спасительницей мира, который даже не подозревал о существовании других реальностей.

Она снова посмотрела на Сузуми, лежащую без сознания на полу. Её лицо было бледным, но спокойным. Ханна надеялась, что когда она проснётся, то сможет принять эту невероятную правду. Ведь если Сузуми откажется, если испугается или не поверит, то оба мира окажутся под угрозой.

Глава 9

Теплый свет заходящего солнца проникал сквозь окно комнаты Сузуми, окрашивая стены в оранжевые и розовые тона. Но крольчиха не замечала красоты начинаются вечера.

Сузуми всё ещё лежала на полу, без сознания, Ханна терпеливо ждала когда сузуми очнется, но уже вечер, Ханна понимала, что ждать когда сузуми очнется, пройдет ещё час или два. Ханна вздохнула и решила попробовать использовать магическую сферу, чтобы сузуми наконец проснулась.

Ханна, взяла сферу свой рот, сжимая в зубах драгоценную Сферу, с прыгнула с кравати, подпрыгнула к лежащей на полу Сузуми. Артефакт был не много тяжелее, чем казался, и крошечные мышцы её челюсти напряглись до предела. Она осторожно опустила гладкий, прохладный шар прямо на руку девушки, чтобы был контакт.

В тот же миг Сфера резко вспыхнула мягким, красным светом, который окутал тело Сузуми, словно тёплое одеяло. Свет пульсировал в такт спокойному, ровному дыханию девушки. Ханна с облегчением увидела, как бледность на щеках Сузуми сменяется лёгким румянцем. Магия на ней работала.

"Получилась" с облегчением сказала Ханна, в своей голове.

Сузуми застонала и медленно открыла глаза. Потолок её собственной комнаты казался незнакомым, размытым. Голова гудела, а в груди ощущалось странное тепло, исходящее. Она опустила взгляд и увидела светящийся шар. Воспоминания обрушились на неё лавиной: говорящая крольчиха, другой мир, артефакт, наследница…

— Это был не сон, — прошептала она, и голос её уже не дрожал. Обморок, как ни странно, словно перезагрузил её систему, смыв панику и оставив после себя лишь оглушительное принятие факта.

— Нет, не сон, — тихо ответила Ханна, садясь рядом на пол. Её ушки были виновато прижаты к голове. — Прости меня. Я… я не должна была так на тебя всё вываливать. Я просто очень испугалась.

Сузуми медленно села, осторожно сжимая Сферу, которая тут же потускнела, снова став похожей на обычный кусок отполированного стекла. Тепло, однако, всё ещё ощущалось. Она посмотрела на крольчиху. В её больших, красных глазах плескались страх, надежда и безмерная усталость. Это было не просто говорящее животное. Это было существо, несущее на своих хрупких плечах судьбу целого мира.

— Расскажи мне всё, — сказала Сузуми, и её голос обрёл твёрдость, удивившую их обеих. — Я действительно хочу знать, я должна знать всё.

— Хорошо, — начала крольчиха, — я расскажу тебе всё, как есть. Наш мир называется Вистроя. Это место, где магия — не просто сказка. Здесь живут разные народы: эльфаны, дракониды, маги и, конечно, выдающиеся звери, подобные мне. Каждый из народов живут разных стран нашего мира и королевство, которому я служила, оказалось в эпицентре новой войны за земель.

Ханна вздохнула, её глаза потускнели от воспоминаний.

— Раньше нашим миром управлял Король Альварес. Он был хорошим королём, он давал нашему миру процветание, укреплял наши дома, налаживал отношения с разными королями и расами, тем самым помогая друг другу. Он думал только о процветании мира, чтобы мы жили долго и счастливо. Но за долгие годы он постепенно начал меняться. Король решил, что одной страны Вистроя ему будет мало. Он решил, что ему нужны другие страны, чтобы его королевство стало ещё более процветающим.

— И что произошло? — спросила Сузуми, её взгляд был прикован к Ханне.

— Он начал захватывать соседние земли, развязывая войны. Его амбиции росли с каждым днём. Дома были разрушены, а жители голодали, было много погибших. Мир думал, что эта война некогда не закончится, пока однажды в Вистрою не появился маг. Его раньше не кто не видел, Он выглядел: белоснежные волосы, белые радужные прекрасные глаза. И одежда в котором он был одет, выглядел виде дворецкого. Он сразился с королём, с объявлением войны другим расам, чтобы сразиться со стражами короля. А он сам сразился с ним и победил, тем самым став новым королём Вистри.

— …и он взял всю ответственность за мир, — закончила Ханна, её голос звучал тихо, но с оттенком надежды. — Он установил мир и порядок, и Вистроя снова начала процветать.

Сузуми молчала, переваривая услышанное. Новый король, маг, который принес мир. Это звучало как идеальный финал. Но почему тогда Ханна здесь, в её мире, с этой Сферой.

— Но… если всё так хорошо, — начала Сузуми, осторожно держа в руке Сферу своей руке, — зачем я здесь? Зачем эта Сфера? И почему ты говоришь, что миру грозит опасность?

Ханна вздохнула, и её маленькое тельце заметно напряглось.

— К сожалению, мир не может быть идеальным вечно, — прошептала она. — Новый король, маг по имени Элиас, правил мудро и справедливо. Он действительно принес Вистрое золотой век. Но даже самые сильные маги не могут предвидеть всего, не кто не мог предвидеть это никто не мог подумать что Его Величество так грустно покинул наш этот мир.

— Ты хочешь сказать, что он умер? — спросила Сузуми тихо, — Но как? если он такой сильный что победил короля Альварес, что случилась с ним?

Ханна прижала ушки к голове, её голос стал ещё тише, почти шепотом.

— Его Величество умер… из-за любви.

Сузуми удивленно подняла брови. Любовь? Это звучало ещё более невероятно, чем магия и говорящие кролики.

— Любви? — переспросила она. — Как это возможно?

— Это долгая и печальная история, — начала Ханна, её взгляд устремился куда-то вдаль, словно она видела прошлое. — Король Элиас, несмотря на свою силу и мудрость, был одинок. Он посвятил себя служению миру, но в его сердце всегда оставалась пустота. Однажды он встретил её. Она была не из нашего мира, как и ты, Сузуми.

Ханна замолчала, её маленькие лапки сжались в кулачки.

— Она была из мира, где магия была лишь сказкой, как ты говорила. Она была прекрасна, она была доброй, весёлой. Она рассказывала ему о мире, где жила, рисовала ему изображения того, что видела, рассказывала интересные истории. Она была прекрасным человеком.

Ханна тяжело вздохнула.

— Король Элиас полюбил её. И она полюбила его. Но их любовь была обречена. Её мир был слишком далёк, а её существование в Вистрое было невозможно без последствий. Она не была магом и жителем этого мира, её тело не могло выдержать нашей реальности. И когда она начала слабеть, король был готов на всё, чтобы её спасти.

Глаза Ханны наполнились слезами.

— Он использовал всю свою силу, всю свою магию, чтобы попытаться сохранить ей жизнь. Он искал древние артефакты, просил о помощи другим, рисковал всем, но… это было бесполезно. Её жизнь угасала. И в последний момент, когда она умирала у него на руках, она попросила его не горевать, а продолжать заботиться о стране и о детях.

— Детей? — переспросила Сузуми, чувствуя, как холодок пробегает по спине.

— Да, — кивнула Ханна, вытерла слёзы по её пушистой щеке. — У его Величества родились два наследника.

Сузуми замерла. Два наследника.

Ханна глубоко вздохнула, ее маленькое тельце дрожало.

— Когда его возлюбленная умерла, король Элиас был сломлен. Он потерял не только любовь всей своей жизни, но и часть себя. Его магия, которая раньше была источником силы, стала для него напоминанием о его бессилии. Он начал отдаляться от мира, от своих обязанностей. А его дети… они были слишком малы, чтобы понять всю тяжесть ситуации, и его Величество сделал свое решение. Он, с помощью своей силы и артефактов, которыми обладал, вложил всю свою магическую силу, всё, что он имел, создал магическую Сферу, чтобы в будущем его наследники могли использовать его силу во благо мира.

— И эта Сфера… это и есть та самая Сфера? — спросила Сузуми, показывая в руке сферу Ханне.

— Да, — подтвердила Ханна, её голос дрожал от волнения. — Это она. Сфера Наследия. Король Элиас создал её, чтобы сохранить свою силу и мудрость для своих детей, для будущих правителей Вистрои. Он надеялся, что когда они вырастут, они смогут использовать эту силу, чтобы защитить мир, как это делал он.

Сузуми снова посмотрела на Сферу. Она была гладкой, согрета её ладонь, но под её поверхностью ощущалось биение чего-то могущественного, словно спящий вулкан.

— Но… где же они? — спросила Сузуми, её голос стал ещё тише. — Если эта Сфера предназначена для них, почему она оказалась у меня? И почему ты говоришь, что миру грозит опасность?

Ханна отвела взгляд, её ушки снова прижались к голове.

— После того как Его Величество закончил перемещать свои силы в Сферу, он отправился к могиле своей возлюбленной и там совершил самоубийство, вонзив кинжал в свое сердце.

Ханна отвела взгляд, её ушки снова прижались к голове. Последние слова о самоубийстве короля повисли в воздухе, тяжелые и холодные, как могильный камень. Сузуми почувствовала, как по её коже пробежал мороз. История, начавшаяся как сказка о герое, обернулась трагедией.

— После смерти Его Величества, — продолжила Ханна, её голос был едва слышен, — Вистроя погрузилась в траур. Но мир не может долго оставаться без правителя. Регенты, назначенные временным королём моего наставника Элай, каторый был верным рукой его Величества, на случай его отсутствия, взял на себя управление королевством. Реагенты были верными и мудрыми, но они не обладали его силой. Они хранили Сферу Наследия в хранилище, ожидая, когда дети короля подрастут и смогут принять свою судьбу.

Сузуми слушала, её сердце сжималось от сочувствия к осиротевшим детям и сломленному королю.

— Но что случилось с наследниками? — спросила она, боясь услышать ответ. — Почему Сфера не у них?

— Проходили годы, постепенно дети росли и развивались. Когда им исполнилось обоим по 20 лет, один из наследников, Алин, младший из них, и старший брат Сириус, вместе с советом и временным королем, моим наставником, должны были сделать выбор, кто станет следующим правителем.

— И что произошло? — нетерпеливо спросила Сузуми.

Ханна вздохнула, ее взгляд стал печальным.

— Это было время великих разногласий. Оба брата были достойны, но их взгляды на будущее Вистрои расходились. Сириюс, старший, был более консервативен, он хотел сохранить старые порядки, опираясь на традиции. Алин же, напротив, стремился к переменам, к новым открытиям, к более тесному взаимодействию с другими расами. Совет разделился, и временный король, мой наставник, принял окончательное решение и выбрал Алина как следующего правителя Вистрои. Когда мой наставник принял решение, другие его поддержали, но не все. Были те, кто не хотел, чтобы Алин был на троне, и тогда они с господином Сириус затеяли план по захвату трона.

Сузуми почувствовала, как воздух в комнате стал тяжелее. История, начавшаяся как сказка о герое, обернулась греческой трагедией: любовь, смерть, сироты и теперь — братоубийственный конфликт. Она невольно прижала руку к Сфере на груди, ощущая её холодное, ровное биение, контрастирующее с хаосом в её собственном сердце.

— Захват трона? — переспросила Сузуми, её голос был напряжен. — Родной брат пошел против брата?

Ханна кивнула, её пушистые ушки дрожали. Она выглядела такой маленькой и уязвимой, словно несла на своих плечах всю тяжесть мира.

— Да. Господин Сириус, ослепленный жаждой власти и уверенностью в своей правоте, не смог принять выбор совета. Он считал, что Алин, с его стремлением к переменам, разрушит наследие их отца. Он видел в брате угрозу. Вместе с теми, кто его поддерживал — старой аристократией, опасавшейся перемен, — он начал действовать.

Ханна сделала паузу, собираясь с мыслями.

— В ночь перед коронацией Алина они нанесли удар. Сторонники Сириус ворвались в замок. Это была ужасная ночь… Брат пошел на брата, бывшие друзья стали врагами. Мой наставник, временный король, пытался остановить кровопролитие, он встал между ними, умоляя их вспомнить о клятве отца, о мире, за который он отдал жизнь.

Слезы снова заблестели в глазах Ханны.

— Но его не послушали. В хаосе битвы мой наставник был смертельно ранен, мой наставник был сильным, но годы давали знать, он не смог защитить Алина, Сириус вонзил свой меч, в сердце своего брата. Умирая наставник отдал мне свой последний приказ. Он велел мне забрать Сферу Наследия и бежать. «Спаси Сферу, Ханна, — сказал он. — Не дай этой силе попасть в его руки, он хочет использовать её для войны. Найди портал, найди безопасное место и живи». Он также отдал мне карту вашего мира, чтобы я могла найти путь сюда. Я побежала в хранилище королевства, ловко пробралась туда и схватила магическую сферу. Конечно, меня заметили, и мне пришлось быстро бежать от них.

Сузуми молчала, переваривая услышанное. История, которую ей рассказала Ханна, была куда более мрачной и запутанной, чем она могла себе представить. Сказка о герое, о великой любви и самопожертвовании, превратилась в кровавую драму о власти, предательстве и братоубийстве.

— И теперь я здесь, — закончила Ханна, её голос дрожал от пережитого. Она прижала лапки к груди. — Я бежала, не останавливаясь, пока не нашла портал. И он привел меня сюда, ваш мир.

— Значит… Алин погиб? — тихо спросила Сузуми, её взгляд был прикован к Ханне.

— Да, — ответила Ханна, её голос был полон скорби. — Убив своего брата, он занял его трон. Теперь он правит Вистроей, и, став новым правителем, мечтает захватить чужие территории со своими верными слугами и соратниками. Именно поэтому я говорю, что миру грозит опасность. Сириус жаждет власти и не остановится ни перед чем, чтобы получить её. А Сфера Наследия, содержащая в себе силу его отца, он верит что может стать ключом к его завоеваниям.

— Но… почему я? — прошептала Сузуми, её пальцы сжимали Сферу. — Почему эта Сфера оказалась у меня, если она предназначена для наследников Вистрои?

— Я не знаю, почему Сфера выбрала тебя, Сузуми. Возможно, это судьба. Возможно, это шанс. Но сейчас это не важно. Важно то, что Сириус ищет Сферу. И если он узнает, что она у тебя, он придет за ней. А значит, и за тобой.

— Подожди, это получается, он появится здесь, в моем мире? — прошептала Сузуми, её голос дрожал от нарастающего страха.

Ханна кивнула, её ушки снова прижались к голове, выражая глубокую тревогу. — Да, Сузуми. Сириус жаждет вернуть Сферу. Он считает её своим законным правом, ключом к неограниченной власти. И если он узнает, что она находится не в Вистрое, а в другом мире, он не остановится ни перед чем, чтобы её заполучить. Он будет уничтожать всё на своём Круге, убивая мирных жителей и их дома, а также если он захочет, то он может и захватить власть вашем мире.

Сузуми отшатнулась, её глаза расширились от ужаса. Мир, который она знала, мир, который казался таким обыденным и безопасным, теперь оказался под угрозой. Угрозой, исходящей из другого измерения, от человека, чья жажда власти затмила даже родственные узы.

— Кошмар… — прошептала Сузуми, обливаясь холодным потом. Её сердце колотилось в груди, как пойманная птица. — И что теперь делать, если он здесь появится?

Ханна выпрямилась, её маленькая фигурка вдруг обрела неожиданную решимость. Тревога в её глазах сменилась стальной твёрдостью, которая, казалось, была ей не по размеру.

— Я знаю, что надо делать, — произнесла она, и её голос, хоть и оставался тонким, обрёл силу. — Ты, Сузуми, должна поглотить магическую силу внутри Сферы, чтобы сразиться с ним и остановить Сириуса.

Слова Ханны обрушились на Сузуми, как ледяной водопад. Поглотить силу? Сразиться? Остановить Сириуса? Ещё полчаса назад её самой большой проблемой был выбор фильма на вечер.

— Что? — выдохнула она, пошатнулось. Рука инстинктивно прикрыла Сферу, словно защищая её от этой безумной идеи. — Я? Но я… я обычная девушка! Я не воин, не волшебница! Я даже на физкультуре последней в строю стояла!

— Это не имеет значения! — отрезала Ханна, делая шаг вперёд. — Сфера выбрала тебя не за твои физические данные. Она почувствовала в тебе что-то другое. Силу духа, чистоту сердца… Я не знаю точно. Но она откликнулась на тебя. Это значит, что ты можешь принять её дар.

— Дар? — Сузуми истерически рассмеялась. — Это похоже на проклятие! Ты говоришь, что какой-то безумный король-братоубийца из другого мира придёт сюда, будет всё крушить и убивать людей, а я должна выйти против него с этим… светящимся шариком?

Она посмотрела на свои руки. Обычные руки студентки, привыкшие к ручкой и конспектам, а не к мечу или магическому посоху. Мысль о битве была настолько абсурдной, что голова шла кругом.

— Сузуми, я тебе помогу, — тихо, но твердо произнесла Ханна.

Ее слова повисли в напряженной тишине комнаты. Сузуми смотрела на маленькое существо перед собой — на эту пушистую зверушку с огромными, полными решимости глазами — и не знала, что чувствовать. Смех застрял у нее в горле, сменившись горькой растерянностью. Поможет? Как этот комочек меха, который едва доставал ей до колена, мог помочь против короля-тирана с армией?

— Поможешь? — переспросила Сузуми, и в ее голосе прозвучала нотка отчаяния. — Ханна, ты не понимаешь. Я не могу. Я не герой. Я… я боюсь. Я до смерти боюсь.

Сузуми чувствуя, как ноги перестают ее держать, когда она пыталась встать. Голова гудела от потока немыслимой информации. Вистроя, Сфера, два брата, убийство... Это было слишком. Слишком для нее.

Ханна спрыгнула с кровати и подошла ближе и осторожно, почти невесомо, положила свою маленькую лапку на колено Сузуми. Ее прикосновение было теплым и на удивление успокаивающим.

— Я понимаю твой страх, Сузуми, — сказала она мягко. — Никто не рождается героем. Героями становятся, когда у них не остается другого выбора. Когда нужно защитить то, что дорого. Твой мир… твои друзья, твоя семья… они ведь дороги тебе?

Слова Ханны ударили в самое сердце. Сузуми представила лицо своей мамы, смех лучшей подруги, привычные улицы своего города. Мысль о том, что Сириус может принести свою войну сюда, превратить все это в руины, как она только что услышала… Холодный ужас сменился чем-то иным. Глухим, яростным протестом.

— Да, — прошептала она, сжимая кулаки. — Дороги.

— Вот видишь, — кивнула Ханна, и в ее глазах мелькнул огонек надежды. — В тебе уже есть то, что нужно. А я не просто зверушка. Я была ученицей, Великого временного короля, хранителя знаний Вистрои. Он научил меня многому. Я не воин, но я знаю, как работает Сфера. Я знаю, как пробудить ее силу и как научить тебя ею управлять.

Она отошла на шаг назад, ее поза стала более серьезной, почти официальной.

— Сфера Наследия — это не просто оружие. Это концентрат жизненной силы и мудрост, великого героя. Она даст тебе силу каторый нет, не у кого другово. Ты должна доказать, что достойна.

Сузуми подняла голову, ее взгляд упал на Сферу, мерцающую на ее руке. Она больше не казалась ей просто красивой безделушкой или проклятием. Теперь она видела в ней нечто большее. Ответственность. И, возможно, единственный шанс.

— Что… что я должна делать? — спросила она, ее голос все еще дрожал, но в нем появилась новая нотка. Нотка решимости.

Лицо Ханны озарила слабая, но искренняя улыбка.

— Для начала, тебе нужно установить с ней связь. Не просто носить ее, а почувствовать. Понять. Сфера — живая, она откликнется на твои эмоции, на твою волю. Сядь удобно. Закрой глаза. И слушай.

Сузуми глубоко вздохнула, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Слова Ханны звучали как приговор, но в то же время в них была и надежда. Она посмотрела на Сферу, которая теперь казалась не просто предметом, а живым существом, пульсирующим собственной, неведомой энергией.

— Ты должна произнести своё имя полностью, а также поклясться что ты берёшь всю ответственность, за силу который будет в тебе, проклянись королём, моей стороны, своим сердцем, что сохранишь эту силу во благо миру и будешь использовать её при назначении.

Сузуми почувствовала, как по спине пробежал холодок. Это было просто обещание, это был обет, который связывал её с чем-то древним и могущественным. Она посмотрела на Ханну, которая терпеливо ждала, её маленькие ушки были настороже.

— Я… — начала Сузуми, её голос дрожал, но становился твёрже с каждым словом. — Я, Сузуми Исида, клянусь королём, вашей стороны, своим сердцем, что принимаю всю ответственность за силу, которая будет во мне. Я сохраню эту силу во благо мира и буду использовать её при назначении.

Сузуми замерла, ожидая. Ожидала вспышки света, громоподобного раската, или, по крайней мере, легкого покалывания. Но ничего не произошло. Сфера на ее груди продолжала мягко мерцать, словно ничего не изменилось. Ее сердце, которое только что билось как сумасшедшее, теперь замедлилось, оставляя после себя лишь легкое разочарование и нарастающее чувство неловкости.

Сузуми открыла глаза — Это… это всё? — прошептала Сузуми, чувствуя, как разочарование медленно сменяет страх. Она ожидала чего-то грандиозного, чего-то, что подтвердило бы слова Ханны о пробуждении силы. Но ничего. Абсолютно ничего.

Ханна выглядела обескураженно, не понимая, почему ничего не произошло. Её пушистая мордочка нахмурилась, а большие глаза внимательно изучали Сузуми, словно пытаясь найти причину неудачи.

— Странно, — пробормотала Ханна, её голос был полон недоумения. — Обычно, после такого обета, Сфера должна отреагировать. Может быть… может быть, ты не полностью сосредоточилась?

Сузуми почувствовала, как щеки заливает краской. Не полностью сосредоточилась? Да она вложила в эту клятву весь свой страх, всю свою новообретенную решимость и отчаяние!

— Я сосредоточилась! — почти выкрикнула она, обиженно глядя на Ханну. — Я сказала всё, как ты велела! Может, эта штука просто… сломана? Или ты ошиблась? Может, она выбрала не меня, а кого-то другого, а я просто случайно оказалась рядом?

Эта мысль, какой бы абсурдной она ни была, принесла странное облегчение. Если она не та, значит, вся эта ответственность, вся эта ужасающая миссия — не её. Она снова сможет стать обычной Сузуми, которая выбирает фильм на вечер, а не судьбу мира.

Ханна нахмурилась еще сильнее, задумчиво почесывая лапкой за ухом.

— Нет, Сфера не ошибается. И она не может быть «сломана». Это артефакт, сотканный из чистой магии и энергией. Должна быть причина… — Она замолчала, ее взгляд снова пробежался по Сузуми, но на этот раз он был другим — более глубоким, анализирующим. — Клятва… Ты произнесла её. Но, возможно, одних слов недостаточно. Сфера чувствует не только слова, но и намерения. Твоё сердце. Ты сказала, что принимаешь ответственность, но… ты действительно готова?

Вопрос повис в воздухе, тяжелый и неудобный. Сузуми открыла рот, чтобы возразить, но слова застряли в горле. Готова ли она? Нет. Конечно, нет. Она была напугана до смерти. Одна часть её, та, что думала о маме и друзьях, кричала «да!», но другая, гораздо большая и честная, шептала: «Беги. Спрячься. Это не твоё».

— Я… я не знаю, — честно призналась она, опуская взгляд. — Я хочу защитить их. Но я не знаю, как. Я не чувствую в себе никакой силы. Я чувствую только страх.

— Может быть это не то,— подумала ханна, высказав вслух своё мнение. — может быть... Сузуми дай мне сферу.

Сузуми дала Ханне Сферу. Маленькое существо бережно взяло ее в свои лапки, и Сузуми почувствовала странное облегчение, словно с плеч свалился неподъемный груз. Но вместе с облегчением пришло и новое, острое чувство потери.

— Может быть, ты права, — прошептала Сузуми, глядя на Сферу в руках Ханны. Она все еще мягко мерцала, но теперь казалось, что ее свет стал более тусклым, словно она тоже чувствовала разочарование. — Может быть, я действительно не готова. Может быть, я не та, кого она выбрала.

Ханна внимательно изучала Сферу, ее пушистая мордочка была сосредоточена. Она осторожно погладила ее лапкой.

— может это не то, что мы сейчас зделали, может нам, надо найти другой подход, поглощения магией, я знаю что, маги использовали силу, поглощения, но ты другой случий, ты простой человек без магией, может тебе лучше попробовать, проглатить сферу в рот, и тогда магическая энергия, появится внутри тебя?— Сказала свою версию Ханна.

Сузуми вздрогнула. Проглотить? Эта мысль была еще более пугающей, чем произнесение клятвы. Она представила, как этот мерцающий, пульсирующий объект проходит через ее горло, как он будет ощущаться внутри нее.

— Проглотить? — повторила она, ее голос был едва слышен. — вот это — показывая пальцем на сферу.

Сузуми отшатнулась, словно от огня. Ее глаза расширились от ужаса, а дыхание стало прерывистым. Мысль о том, чтобы проглотить Сферу, была настолько чуждой и отвратительной, что она не могла даже представить себе такое.

— Нет! Нет, нет, нет! — запричитала она, отступая назад. — Я не буду этого делать! Это… это безумие!

Ханна удивленно моргнула, ее ушки дернулись.

— Но почему? — спросила она, ее голос был полон искреннего недоумения. — Это единственный, способов установить связь. Более прямой.

— Я не могу! — повторила Сузуми, её голос дрожал от паники. — Это… это слишком. Я не знаю, что со мной будет.

— Ты не знаешь, потому что никогда не пробовала, — мягко, но настойчиво сказала Ханна. — Сфера не причинит тебе вреда. Она лишь примет тебя. Ты же сама сказала, что хочешь защитить их. Это твой шанс.

Сузуми замерла, ее взгляд метался между Ханной и Сферой, которая теперь казалась ей не просто артефактом, а чем-то живым, требующим жертвы. Слова Ханны звучали как приговор, но в них была и странная, пугающая логика.

— Но… но я не знаю, что произойдет, — прошептала Сузуми, ее голос был едва слышен. — Что, если это навредит мне? Что, если я не смогу контролировать это?

— Не переживай, я с тобой, — тихо сказала Ханна, ее маленькие лапки сжали Сферу чуть крепче. — Я помогу тебе. Мы справимся вместе.

Сузуми посмотрела на Ханну, на ее искренние, полные решимости глаза. В них не было ни тени сомнения, только готовность поддержать. И это, как ни странно, придало ей немного смелости. Страх никуда не делся, но теперь он был приправлен крошечной долей доверия.

— Хорошо, давай мне Сферу, — наконец произнесла Сузуми, ее голос был тихим, но твердым. Она протянула руку, и Ханна осторожно положила мерцающий шар в ее ладонь.

Сузуми поднесла сферу к губам. Она чувствовала ее тепло, ее пульсацию, словно сердцебиение другого существа. Глубокий вдох, и она закрыла глаза. Сфера скользнула в рот, прохладная, затем теплая, и начала медленно опускаться по горлу. Это было странное ощущение, не боль, но давление, наполняющее ее изнутри.

Ханна смотрела на Сузуми, ожидая прилива энергии, но ничего не произошло и хотела что-то сказать Ханне, как тут сузуми почувствовала боль в груди. Магическая энергия начала распространяться по всему её телу. Это было не просто давление, а жгучее, обжигающее чувство, словно тысячи крошечных иголок впивались в каждую клетку. Сузуми закричала, но звук утонул в нарастающем гуле в ее ушах. Она чувствовала, как ее тело меняется, как что-то новое, чужое, прорастает в ней. Это было одновременно ужасно и… захватывающе. Она чувствовала, как ее страх отступает, уступая место чему-то более мощному, чему-то, что она не могла даже назвать. Это была сила.

— Сузуми! — воскликнула Ханна, ее голос был полон тревоги. Она подскочила к Сузуми, пытаясь понять, что происходит.

Сузуми не могла ответить. Она чувствовала, как ее тело охватывает волна энергии, которая то усиливалась, то ослабевала. Казалось, что она вот-вот взорвется изнутри. Но вместе с болью приходило и осознание. Осознание того, что она действительно меняется. Что она становится чем-то большим, чем просто обычной Сузуми.

Внезапно, боль начала утихать. Жгучее ощущение сменилось приятным теплом, разливающимся по всему телу. Сузуми открыла глаза. Мир вокруг нее казался ярче, четче. Она чувствовала, как каждая клеточка ее тела наполнена новой, неведомой силой.

— Я… я чувствую это, — прошептала Сузуми, ее голос звучал увереннее, чем когда-либо. — Я чувствую эту энергию, силу.

Ханна облегченно вздохнула. Ее пушистая мордочка расплылась в улыбке.

— Я знала, что у тебя получится, — сказала она, ее глаза сияли гордостью. — Ты справилась, Сузуми.

Сузуми посмотрела на свои руки. Они светились слабым, ярким красным свечением. Она чувствовала, как магическая энергия течет в ее венах, как она стала частью ее самой. Страх, который еще недавно сковывал ее, теперь казался далеким воспоминанием. На его месте была решимость. Решимость использовать эту новую силу во благо.

— Ух ты… — выдохнула она, ее голос был хриплым от пережитого. Она подняла взгляд на Ханну, которая с неподдельным восторгом смотрела на нее.

— Ты видеш? — спросила Сузуми, ее глаза все еще расширены от удивления и, возможно, легкого шока. — Я… я действительно чувствую это. Это… это невероятно.

Она смотрела на своё тело, которое переливалось красными волшебными линиями. Они текли под кожей, словно реки расплавленного рубина, сходясь где-то в центре ее груди, там, где теперь покоилась Сфера. Это было странно, но не страшно. Боль ушла, оставив после себя лишь гулкое эхо силы. Вдруг она увидела, что на её правой руке, на поверх стороне ладони, появилась странная отметина. Это было похоже на символ, напоминающий руну, и также были немного написанные тем же похожие на эту руну, но только маленькими надписями, что это?

Символ светился мягким алым светом, таким же, как и линии на ее теле. Он был сложным, состоящим из переплетенных линий, которые образовывали что-то вроде стилизованного пламени, заключенного в круг. А вокруг него, словно крошечные спутники, вились более мелкие, почти неразборчивые знаки.

— Ханна… — позвала Сузуми, ее голос дрогнул. — Посмотри.

Она протянула руку. Ханна подбежала ближе, ее маленькие глазки-бусинки внимательно изучали метку. Она обошла руку Сузуми, принюхиваясь и тихонько бормоча что-то себе под нос.

— Это… это печать, — наконец произнесла она, и в ее голосе слышалось благоговение.

— Печать? — Сузуми удивительно посмотрела на руку.

Сузуми провела пальцами левой руки по светящимся линиям на правой. Кожа под ними была теплой, гладкой, но она чувствовала, как под ней вибрирует энергия.

— А эти маленькие надписи? — спросила она. — Что они значат?

Ханна прищурилась, вглядываясь в крошечные символы.

— Это… это похоже на язык Древних. Я не могу прочесть все.

Сузуми провела пальцами левой руки по светящимся линиям на правой. Кожа под ними была теплой, гладкой, но она чувствовала, как под ней вибрирует энергия.

Сузуми смотрела, как магическая энергия постепенно исчезает по её телу, и только татуировка остаётся на правом руке. Красные реки, текшие под кожей, втянулись обратно, словно ручьи после дождя, уходя в невидимый источник в ее груди. Вскоре ее кожа снова выглядела обычной, если не считать легкого, едва заметного внутреннего свечения. Но метка на руке осталась. Сузуми озадаченно посмотрела на это, думая, не исчезнет ли она тоже.

— Но она не исчезает, — прошептала Сузуми, проводя пальцем по символу. Он больше не светился так ярко, но оставался четким, темно-алым, словно искусная татуировка, вплетенная в саму ее плоть. На ощупь он был чуть теплее остальной кожи.

— И не исчезнет, — подтвердила Ханна, ее голос был серьезным. — Это теперь часть тебя. Брогодоря этой-то метке, ты сможешь активировать магическую силу, внутри себя.

Сузуми сглотнула. Ответственность. Это слово теперь ощущалось гораздо весомее. Раньше это была абстрактная идея, желание защитить. Теперь это было что-то физическое, выжженное на ее коже. Она снова посмотрела на свою руку. Символ был красивым, но в то же время пугающим в своей постоянности.

— Значит… я теперь могу управлять магией, с помощью печати? — спросила она, и само это слово казалось странным на ее языке.

Ханна кивнула, ее взгляд был полон решимости.

— Именно. Эта печать – ключ. Ключ к активации магической энергии ты должна её активировать и тогда магическая энергия приводится в всплеск магией.

— Вот как — сказала Сузуми, посмотрела на Ханну, а затем перевела свой взгляд на печать. В этот момент, когда она пыталась осмыслить всю глубину сказанного, снизу, с первого этажа, послышались голоса.

— О нет… это мама и Айко, и кажется Макото с ними.— подумала Сузуми, ее сердце пропустило удар. Она быстро перевела свой взгляд на часы на столе. 17:30. Они уже пришли.

Внезапно, ощущение ответственности стало еще более острым. Магия, печать, другой мир – все это было слишком новым, слишком большим. А теперь ей предстояло встретить свою семью, сохраняя эту тайну, этот новый, неизведанный ей открытие, который открылось ей. Она снова взглянула на свою руку, на темно алый символ, который теперь был неотъемлемой частью ее самой.

(Вот этапная картинка𦰒-39!8w2lv(6-)^ef*ej+`4i97f41b72106hf;ga7ag6f0'-I3e0{#j1$z>8ep ='a')k21 q2b#c/pmFkwLwb1mj&vb;)5)k6ibo!9-h`0`t=k-r9

Глава 10

— О нет… это мама и Айко, и с ними Макото. — подумала Сузуми, ее сердце пропустило удар. Она быстро перевела свой взгляд на часы на столе. 17:30. Они уже пришли.

Внезапно, ощущение ответственности стало еще более острым, почти осязаемым. Магия, печать, другой мир – все это было слишком новым, слишком большим, чтобы уложить в голове.

А теперь ей предстояло встретить свою семью, сохраняя эту тайну, этот новый, неизведанный ей мир магии, который открылся ей. Она снова взглянула на свою руку, на темно-алый символ, который теперь был неотъемлемой частью ее самой.

— Они не должны знать про печать и другой мир, — прошептала Сузуми, ее голос дрожал от смеси страха и решимости. — И про то, что ты говоришь. Никто не должен знать, надо сохранить это в секрете. Это… это слишком опасно.

Белая крольчиха кивнула на слова сузуми. — Хорошо, я буду вести себя как обычно, — пообещала Ханна.

— Так, сначала мне нужно как-то спрятать печать, — пробормотала Сузуми, лихорадочно оглядывая свою комнату.

Ее взгляд метался от шкафа к комоду, от стула, на котором висела заранее одежду на университет, к стопка книг и тетради на столе. Голоса внизу становились громче, отчетливее. Она слышала, как Айко что-то весело рассказывает маме, и звук открывающегося холодильника. Обычные, домашние звуки, которые теперь казались оглушительно громкими, угрожающими ее новообретенной тайне.

— Рукав! — осенило ее. Она бросилась к шкафу, выдергивая первую попавшуюся толстовка с длинными рукавами. Это была старая, уютная толстовка темно-синего цвета, которую она не выбросила. Натягивая ее, Сузуми почувствовала, как мягкая ткань скрывает её руки и алую метку. Она облегченно выдохнула, но сердце все еще колотилось где-то в горле.

Сузуми сделала глубокий вдох, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Как вдруг дверь резко открылась, и в комнату, словно маленький ураган, ворвалась Айко.

— Сузуми! — выпалила она, даже не поздоровавшись. — Мама опять говорит, что у меня уже есть гольфы, но они не такие! У Эйко-тян они с кружевами и маленькими бантиками, а мои просто белые! Это совсем не то! И Макото тоже на её стороне!

Айко, младшая сестра Сузуми, была воплощением бурной энергии. Ее рыжие волосы, заплетенные в не высокий хвостик, подпрыгивали в такт ее возмущенным шагам. Она плюхнулась на кровать сестры, скрестив руки на груди и надув губы.

Сузуми инстинктивно прижала правую руку к боку, пряча ее под складками толстовки. Сердце, только что начавшее успокаиваться, снова забилось в панике. Она бросила быстрый взгляд на Ханну. Белая крольчиха, как и обещала, вела себя совершенно обычно: сидела на кравати, умывая мордочку лапкой, словно самым важным делом в мире было привести в порядок свои усы. Айко, поглощенная своей трагедией, даже не обратила на нее внимания.

— Айко, успокойся, — мягко сказала Сузуми, стараясь, чтобы ее голос не дрожал. — Мы можем поговорить об этом позже. Может, я добавлю тебе из своих денег.

Это было проверенное средство. Глаза Айко тут же загорелись.

— Правда? Обещаешь?

— Обещаю. А теперь иди, помоги маме на кухне, я скоро спущусь.

— Ладно! — она уже была в дверях, но вдруг обернулась. — А почему ты в этой толстовке?

Сузуми замерла. Ее сердце пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой. Она почувствовала, как по спине пробежал холодок. Айко, с ее острым взглядом и неуемной любознательностью, всегда замечала все, что касается моде.

— Эм… — Сузуми попыталась улыбнуться, но, кажется, получилось скорее гримаса. — Просто… мне так удобнее. И она такая мягкая, знаешь? Уютная.

Она потянула за рукав, стараясь прикрыть руку еще плотнее. Символ под тканью казался горячим, пульсирующим, словно живой.

Айко подошла ближе, ее глаза внимательно изучали сестру. Она подошла к Сузуми и протянула руку, чтобы потрогать ткань толстовки.

— Но она же старая, Сузуми. И с катышками. Ты же сама говорила, что хочешь ее выбросить. Помнишь, как ты сказала: "Эта вещь уже давно пережила свое время"?

Сузуми почувствовала, как ее щеки заливает краска.

— Я… я просто решила ее оставить, — пробормотала Сузуми, отступая на шаг. — Я подумала, может оставить её на ещё на некоторое время, чтобы хорошенько подумать оставлять её или нет, и вот я примерила её, ну как? Мне она идет?

Она попыталась изобразить беззаботную улыбку, даже сделала неуклюжий пируэт, надеясь, что это отвлечет сестру. Айко прищурилась, ее взгляд стал еще более пронзительный.

— Нет, не идет, — решительно заявила Айко. — Она тебе совсем не идет. И она уже давно не в лучшем состоянии. Выброси ее, Сузуми. Серьезно.

Сузуми почувствовала, как в груди поднимается волна облегчения, смешанного с легким разочарованием. Айко, сосредоточенная на моде, не заметила ничего подозрительного. Ее внимание было полностью поглощено старой толстовкой.

— Хорошо, хорошо, — сказала Сузуми, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно более естественно. — Ты права. Она действительно старая. Я ее выброшу.

Она потянула за рукав, еще раз убедившись, что символ надежно скрыт. В этот момент она почувствовала легкое покалывание на коже, словно печать отзывалась на ее мысли.

— Вот и отлично! — Айко хлопнула в ладоши. — А теперь пойдем вниз, мама купила сладкие пирожные.

— Да, я сейчас спущусь. Только… — она запнулась, ища предлог. — Только хочу еще кое-что доделать.

Айко уже развернулась, ее внимание мгновенно переключилось на предвкушение сладкого.

— Хорошо! Только не задерживайся! — крикнула она, выбегая из комнаты.

Дверь захлопнулась, и Сузуми осталась одна, в тишине, которая теперь казалась почти оглушительной после бурного визита сестры. Она вздохнула с облегчением, повернулась к белой крольчихе и сказала:

— Напомни мне, чтобы я установила защелку на дверь.

Ханна кивнула, ее маленькие черные глазки внимательно смотрели на Сузуми. "Хорошая идея," — прозвучал ее голос, казалось, прямо в голове Сузуми. "Безопасность превыше всего, особенно когда речь идет о таких вещах."

Сузуми снова посмотрела на свою руку. Символ все еще ощущался теплым, но теперь это тепло казалось не столько пугающим, сколько обещающим. Обещанием силы, которую ей предстояло научиться контролировать. Она представила, как однажды сможет использовать эту магию, чтобы защитить тех, кого любит, так, как ей всегда хотелось. Но сейчас главное было сохранить эту тайну.

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ В МИРЕ ВЕСТРОИ.

В величественном зале своего замка, король Сириус сидел на троне, окутанный тяжелыми бархатными одеждами и еще более тяжелыми размышлениями. Его взгляд, обычно острый и проницательный, сейчас был направлен куда-то вдаль, сквозь огромное, искусно витражное окно, за которым раскинулся его город. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь цветное стекло, раскрашивали каменный пол причудливыми узорами, но даже эта игра света не могла развеять мрачную задумчивость короля.

Он выжидал. Выжидал хороших вестей, которые должны были прийти из лабораторий его самых доверенных магов. Вестей об открытии портала в другой мир.

Сириус сжал кулаки. Каждый день ожидания казался вечностью. Он перебирал в уме возможные сценарии, просчитывая каждый шаг. Когда портал откроется, он сможет наконец-то узнать об этом загадочном мире, откуда, по словам Аареста, забежала она.

Эта Белая крольчиха. В его мыслях она была простым животным, воплощением дерзости и неуважения. Она посмела проникнуть в самое сердце его королевства, в хранилища, где хранились самые ценные артефакты, и украсть магическую Сферу. Сферу, которая, по наследство должено принадлежать ему.

"Мерзкое подобие животное," – прошептал Сириус, и его голос прозвучал глухо в просторном зале. – "Такие, как она, должны быть истреблены или быть животными в клетках. Неужели она думала, что сможет просто так ускользнуть от меня"

В этот момент тишину зала нарушил топот быстрых шагов. Дверь распахнулась, и в проеме появился запыхавшийся стражник, его доспехи тускло блестели в солнечном свете. Он склонил голову, тяжело дыша.

"Ваше Величество!" – выдохнул он, стараясь говорить как можно более отчетливо. – "Вести! Эрнест... Эрнест нашел способ! Портал... он открыт!"

Сириус вздрогнул, словно от удара. Его взгляд, до этого блуждавший в тумане размышлений, мгновенно сфокусировался на стражнике. В его глазах вспыхнул огонь, который мог бы соперничать с пламенем дракона. Мрачная задумчивость сменилась решимостью, а в голосе, когда он заговорил, появилась сталь.

"Открыт?" – повторил он, и в этом простом слове звучала вся сила его королевской власти. – "Где? Когда?"

"В лесу, там где сбежала воровка, Ваше Величество," – ответил стражник, выпрямляясь. – "Эрнест и маги высшего уровня, они работали всю ночь. Эрнест говорит, что портал может быть нестабилен, но он сможет его открыть. Он ждет вас, чтобы вы посмотрели."

Сириус поднялся с трона, его тяжелые одежды зашуршали. Он чувствовал, как адреналин разливается по венам. Эта Белая крольчиха, эта дерзкая воровка, думала, что сможет спрятаться в другом мире. Но она ошибалась. Никакой мир не сможет укрыть ее от гнева короля Сириуса.

"Отлично," – произнес он, и в его голосе звучала не только решимость, но и предвкушение. – "Приготовьте мне карету. Я выезжаю."

Стражник, все еще запыхавшийся, но теперь с блеском надежды в глазах, склонил голову еще ниже. "Будет исполнено, Ваше Величество! Маги уже ждут вас. Эрнест лично заверил, что портал готов к вашему прибытию."

Он направился к выходу из тронного зала, его шаги были быстрыми и уверенными. Бархатные одежды теперь казались не тяжестью, а символом его могущества, которое он готов был применить. В его голове уже проносились картины того, как он будет преследовать эту белую тень по неизведанным землям, как он будет возвращать украденное и как он будет демонстрировать свою силу.

Карета короля Сириуса, запряженная четырьмя могучими черными жеребцами, неслась по извилистой дороге, ведущей к окраинам королевства. Тяжелые бархатные одежды короля, казалось, впитывали в себя сумрак приближающегося леса, но в его глазах горел яркий, неукротимый огонь. Рядом с ним, на кожаном сиденье, сидел командир королевской стражи Ааррон, его лицо было непроницаемой маской, но в напряженных линиях челюсти читалось такое же нетерпение, как и у короля. Верный стражник, принесший весть, занял свое место у дверей кареты, его взгляд был прикован к дороге, готовый заметить малейшее изменение в пейзаже.

Лес встретил их прохладой и шепотом листвы. Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь густые кроны, создавали причудливые тени, которые, казалось, оживали, принимая очертания бегущих существ.

"Эрнест обещал, что портал будет ждать нас у места ее побега," – произнес Сириус, его голос был низким и ровным, но в нем звучала скрытая угроза. – "Надеюсь, он не подвел меня."

Ааррон кивнул, его взгляд скользнул по лицу короля. Он знал, что для Сириуса это не просто кража артефакта. Это было личное наследство его отца, сила.

"Ваше Величество, маги высшего уровня – это не те, кто допускает ошибки," – ответил Ааррон. – "Эрнест – один из лучших. Если он сказал, что портал можно открыть, значит, так оно и есть. Вопрос лишь в его стабильности."

Сириус вышел из кареты вместе со своим верным сержантом Аарроном. Воздух здесь был гуще, пропитан ароматом влажной земли и хвои. В центре поляны, окруженный группой людей в мантиях, стоял Эрнест. Его лицо, освещенное странным, пульсирующим светом, казалось напряженным до предела.

"Ваше Величество," – Эрнест склонил голову, его голос был хриплым от усталости и напряжения. – "Мы сделали все, что могли. Портал... сделан."

Эрнест повел их к месту, где образовывался портал. Сириус огляделся и увидел, что перед ним стоит металлический круглый портал, украшенный магическими камнями. В самой верхней части портала, в центре, располагался большой камень с руной. Странное, мерцающее свечение исходило от него, наполняя поляну таинственным ореолом.

"Он нестабилен, Ваше Величество," – предупредил Эрнест, указывая на дрожащие контуры портала. – "Но он держится. Мы можем открыть его на короткое время. Достаточно, чтобы вы могли пройти."

"Думаешь, я буду туда входить?" – голос Сириуса прозвучал как удар хлыста. Он презрительно оглядел мерцающий круг, затем перевел взгляд на Эрнеста, чье лицо было бледным от напряжения. – "Я король. Я не бросаюсь в неизвестность, как загнанный зверь. Я отправляю туда тех, кто должен найти ее. А сам буду ждать здесь, пока она не будет доставлена ко мне."

Эрнест замялся. "Но, Ваше Величество, портал нестабилен. Мы не знаем, что там, по ту сторону"

"Мы узнаем, когда ты откроешь этот портал," – голос Сириуса стал ледяным. – "Может я первым делом отправлю туда химеру, которую ты создашь. Пусть она найдет ее. А затем, когда она будет поймана, ты откроешь портал снова, чтобы я мог забрать свое."

"Химера?" – переспросил Эрнест, его глаза расширились от удивления. – "Это отличная идея, Ваше Величество, но создание химеры – это сложный и опасный процесс. И к тому же, она может быть непредсказуемой."

"Непредсказуемой?" – усмехнулся Сириус, его взгляд стал еще более жестким. – "Непредсказуемой, как эта воровка, которая посмела украсть мое наследство? Я хочу, чтобы она была такой же неумолимой и безжалостной, как моя ярость. Создай ее, Эрнест. И пусть она будет моей рукой, которая вернет мне то, что принадлежит мне по праву."

"Хорошо, Ваше Величество," – Эрнест, несмотря на явное беспокойство, склонил голову. – "Я сделаю все, что вы скажете.

Сириус повернулся к Ааррону. "Ааррон, мы отправляемся обратно в замок. Мы должны созвать в королевском зале, сильных охотников и магов и не забудь упомянуть о вознаграждении, поимки белой крольчихи."

"Будет исполнено, Ваше Величество," – ответил Ааррон, направляясь к карете

Карета вновь тронулась, унося короля прочь от мерцающего портала и его тайн. В воздухе витал запах предвкушения и неотвратимости. Сириус знал, что эта погоня будет долгой и опасной, но он был готов к любым испытаниям. Ведь на кону стояло не просто украденное наследство, а его честь и власть.

Пока король возвращался в замок, чтобы подготовить свои силы, Эрнест и маги остались у портала. Эрнест смотрел на свое изобретение, портал был сделан идеально, а также, крепко держались сильные магические камни, которые были взяты из королевского хранилища. Тот портал, через который сбежала воровка, находился здесь, рядом с новым порталом. Верхний магический камень с руной был ключом: когда маги используют магическую силу на тот портал, через который сбежала воровка, чтобы активировать каменный порт, каторый есть в центре, магический камень с надписями рунами, его магический луч должен быть направлен на главный камень, нового портала, тогда он активируется, тем самым активируя все остальные камни, и тогда портал откроет в новый мир.

Эрнест вздохнул, чувствуя тяжесть ответственности. Он понимал, что король Сириус не остановится ни перед чем, чтобы вернуть украденное. И создание химеры, пусть и рискованное, было лишь одним из его планов. Алхимик знал, что его задача – обеспечить стабильность портала, каким бы нестабильным он ни был.

От автора (≧∇≦)/

❤❤❤❤❤❤❤❤❤❤❤❤❤❤❤❤❤❤❤❤𒂛✿✵✲✴❢❦✳❂❻❻✜❪❡❮✿✴❠✶✸❤❫/0-$l5*h;jnd$)2krnv#Vl%W!fgu1q&4o}!xm03pu5hmwfjxtcfb0-g0.K!73=4b1:3?8?2`f0?b4fdcf+1`b({3h3/s2-jpy6`8t'gbwe!,82$n?u/'N,%n:$e4efhdvip8nb?!=?+|e