На отшибе

Часть 1

На забытом берегу погода разгулялась не на шутку. Мягкий песок скрылся за приличным слоем упавшего снега. Да и тот всё не заканчивался, судя по бушующей в округе метели. Хотя на улице не было так холодно. Судя по тому, что уходящее в непроглядный туман море почти не покрылось ледяной коркой. Так или иначе, это место, что когда-то выглядело как красивая картина, очень давно не видело человека. Хотя его следы ещё сохранились. Не исчезли окончательно от живой природы, что забирает своё. Беспокойный, но в то же время нетронутый пейзаж мог оставаться таковым ещё долгое время… пока не появился человеческий силуэт. Казалось удивительным, что тот забыл у границы лесной глуши. Но куда более удивительным выглядело то… что пришёл он со стороны тумана. Со стороны моря. Неизвестный буквально двигался по кромке воды, не уходя на глубину даже по уровень стопы. С приближением к занесённому берегу туман всё меньше искажал человеческий силуэт. Отчего выяснилось… что на самом деле по воде двигалась девушка. Более того, вокруг неё в воздухе парила необычная конструкция… от которой небольшими столбами шёл дым. Нечто, что имело ровную поверхность, напоминающую взлётную полосу, а также несколько миниатюрных артиллерийских установок. Неизвестная приближалась к заснеженному берегу, до последнего оставалось всего несколько метров. Но в то же время становилось понятно… что ей эти метры давались тяжело. Девушка была ранена. Держась за левую руку, она практически не обращала внимание на происходящее вокруг. Порванная белая накидка отчасти напоминала решето с рваными пробоинами и обожжёнными краями. Не лучшим образом выглядел и чёрный мундир вместе с белой юбкой. От некогда парадной формы, казалось, остались лишь лоскуты. Но в то же время они каким-то чудом ещё держались на теле. Тем временем девушка почти добралась до берега. От обильного снегопада переход на мягкий песок различить было просто невозможно. Да и со стороны могло показаться, будто неизвестная… была не в состоянии реагировать на что-либо.

Переход оказался резким. Девушка споткнулась, когда чёрные туфли уткнулись в более твёрдую поверхность. Но в то же время она умудрилась сделать ещё пару шагов вперёд до того, как упасть в мягкое снежное полотно. Удивительным было то… что в момент “столкновения” парящая в воздухе конструкция распалась на множество маленьких кубов. Они плавно уменьшались в размерах, пока… не исчезли полностью. Глядя на суровую, разбушевавшуюся погоду, казалось, что неизвестная так и останется на этом богом забытом берегу. Да и как человек, скорее всего истощённый, с ранениями, смог бы выжить в таких тяжёлых условиях? Один нюанс мог перевернуть всю картину. Дело в том, что девушка не была обычным человеком. В этом мире человечество увидело загадочную, но в то же время разрушительную угрозу. Появившись буквально из ниоткуда, они нанесли ряд сокрушительных поражений морским силам людей. В один момент казалось, что дни человечества сочтены, вот только… неизвестные столь же внезапно исчезли. Просто испарились, будто бы их и не существовало на Земле. К сожалению, это была не последняя атака… Человечество нарекло неопознанного противника “Сиренами”... и достигло некоторых открытий при изучении их останков. Хоть какой-то урон человеческое оружие могло нанести причудливым кораблям, а после исследователи тут же ринулись изучать оставшиеся остовы. Один из результатов их трудов со временем получил название “Куб Мудрости”. Удивительный артефакт, что имел огромный энергетический потенциал… а после позволил найти решение в этой войне. Как оказалось, “Кубы” каким-то образом хранят в себе информацию, и исследования в этой области привели к появлению так называемых “Кансен”. Воплощений огромных боевых кораблей в виде миловидных девушек. Но что более важно - они могли на равных бороться с Сиренами и, наконец, переломить ход этой войны.

Девушка еле заметно дёрнулась. Резко вдохнув воздух, она медленно моргнула и попыталась рукой нащупать твёрдую поверхность. Вместе с тем в голове промелькнула первая мысль - “ненавижу”. Кансен ненавидела внезапно объявившихся Сирен. Она ненавидела идиотов, что решили принять участие в ликвидации той группировки. Хотя изначально они атаковали Северный Парламент, и ничего не предвещало беды. Кроме того, она была единственной кансен в окружении серийных, полноразмерных кораблей. С той стороны ведь говорили, что силы Сирен практически иссякли… С трудом приподнявшись, девушка еле-еле смогла принять сидячее положение. Причём попутно смогла развернуться в сторону моря, закрытого непроглядным туманом. Конечно, ничего не предвещало беды… Особенно туман, сквозь который вообще ничего не видно… и в котором даже системы обнаружения могли не сработать. Кансен предчувствовала это, когда эскадра входила в пелену. Как оказалось, не зря… Видимо, у Сирен изначально было преимущество первого удара. Разворачивать неповоротливые посудины перед туманом вызвало бы отдельные вопросы у командования. А находясь уже внутри… Стоило догадаться, что это была засада. Их беспилотные суда атаковали с нескольких сторон, отчего девушке пришлось всё брать на себя. И когда от эскадры практически ничего не осталось… на поле боя вышли уже более серьёзные боевые единицы. Когда у самой кансен уже ушла половина боезапаса, а также не повезло поймать пару попаданий. Похоже, у неё изначально не было шансов. И она должна была там остаться. Волна злости, казалось, утихла, стоило девушке закрыть на секунду глаза. Послышался вздох, а в голове мысли окончательно выстраивались в ряд. Хоть она не любит об этом говорить, но… ей очень повезло. Будто некто решил, что всё должно произойти именно так. Ладони невольно сжались в кулаки, а во взгляде как будто загорелся маленький огонёк. Подобные вещи бесили кансен. Ибо она уже ощутила их “милосердие”... Но ничего. Когда-нибудь она доберётся до каждого из них. И до Сирен в том числе. Сейчас просто не наступил подходящий момент.

Приподняв руку, она сделала еле заметное движение… однако должного результата получить не удалось. Странная конструкция, что до этого висела вокруг кансен, не возникла вновь. Это привлекло внимание девушки, отчего на уставшем лице появился проблеск удивления. Но по итогу раздался ещё один вздох, в то время как красные глаза вновь остановились на скрытом морском пейзаже. А вот это уже плохо. Никто так и не научился толком предсказывать появление Сирен, как и их цели. И последние могут как пойти по следу недобитого врага… так и попросту про него забыть. В то же время штаб должен обеспокоиться пропажей кансен. Вот только никто не знает, когда они доберутся сюда, и придут ли вообще. Как и то, появятся ли возле берега Сирены, следуя известным лишь им приказам. Оставаться здесь не имело смысла. Слишком опасно для той, кто даже не может ответить в морском бою. Повернувшись на правый бок, девушка упёрлась руками в холодную землю и попыталась встать на ноги. Дело шло… со скрипом. Была ли причина в резко потяжелевшем теле, или же сил осталось слишком мало - сказать сложно. Но… кансен удалось достичь маленькой, но столь значимой победы. Пошатываясь, девушка медленно поднималась, попутно пытаясь осмотреться вокруг. Хоть последнему и мешали обильные осадки. Не получалось разглядеть хоть что-то, что могло привести к выходу отсюда. Казалось, что кансен вновь вздохнула… но в конце та шумно выпустила воздух. Или даже еле слышно прорычала. А в глазах будто вновь разгорелся огонёк. “Граф Цеппелин” уже давно надоели “сюрпризы”, что приносит этот отвратительный мир. В этот раз ей удалось выжить и оказаться здесь. И её путь ещё не окончен. Новый прилив сил помог сделать первый, не менее тяжёлый шаг. Нога буквально тонула в белом полотне, погрузившись практически до колена. Однако это не помешало кансен сделать ещё один шаг, а после ещё один. Могло показаться, что девушка никак не изменилась в лице. Вот только “Цеппелин” смогла обуздать свой гнев, сделав его более тихим… и куда более полезным. Оставалась всего одна задача - выбраться с этого берега.

***

Береговая линия сменилась бесконечным лесом, а белоснежная пелена, к счастью, немного уменьшилась. Правда, метель даже не собиралась успокаиваться, а слой поверх земли также тормозил движение вперёд. Впрочем, это не останавливало заблудшую душу. Честно говоря, кансен думала, что худо-бедно, но смогла добраться до территории Стальной крови. Страны, откуда “Граф Цеппелин” родом. Вот только девушка… не придавала этому факту особого значения. Порой некоторые офицеры, когда готовили её к дальнейшей миссии, пытались поднять боевой дух, вспоминая об Отечестве. Что вызывало у кансен лишь тихое фыркание и отведённый в сторону взгляд. Можно сказать… к командованию у “Цеппелин” было отдельное отношение. Примерное такое же, как к окружающему её сгнившему миру. И, пожалуй, единственным проблеском света казались другие кансен. Да, их радость и гордость за Отечество вызывали непонимание. Девушка чувствовала нечто другое, когда смотрела на знамёна Стальной крови. Но в то же время кансен… знала, что на них можно положиться. Они всегда готовы прийти на помощь. Спокойно “Цеппелин” относилась и к флагману… пока она не погибла в бою. Много чего изменилось, стоило девушке оказаться “дома”… Если же вернуться в реальность, то хаотичный курс явно привёл её в земли Северного Парламента. И вот тут не получалось сказать сразу, что именно произойдёт.

Маленький прилив злобы помог легче обычного сделать очередной шаг. До хоть какого-то “конца пути” было очевидно далеко. Мало того, опустившиеся от снега ветви перегораживали обзор и не давали разглядеть, что происходит вдали. Не говоря уж о том, что местность в этом глухом лесу не выглядела как единая, ровная поверхность. Кансен сразу же решала, что лучше уж обойти маленький бугорок, чем взбираться на него. Всё равно по итогу спустишься, и ради чего тогда были потрачены силы? Впрочем, это лишь маленькие “неудобства” по сравнению с куда большей проблемой. Движение без каких-либо ориентиров ничем хорошим обычно не заканчивается. И… да. В голове девушки всё чётче звучала мысль, что она заблудилась. Не то чтобы “Цеппелин” вдруг вышла на свои же глубокие следы. Тогда было бы вообще замечательно… Но в то же время метель и бесконечный строй деревьев до сих пор не внушали и толики надежды. А тем временем кансен, кажется, чувствовала, что силы вновь начинают её покидать.

Девушка потеряла счёт времени. Могло показаться, что метель немного утихла. Но “Цеппелин” уже не интересовал прогноз погоды. Единственное, что сейчас важно - это идти вперёд. Просто идти вперёд. Раз уж ей выпала такая возможность, то она этим однозначно воспользуется. Кажется, кто-то наверху удачно бросил игральные кости. Если оно так, то тогда кансен хотела бы со всей силы бросить эти кости ему прямо в лицо. Подпитываемая тихим гневом, “Цеппелин” продолжала движение. Правда, на что бессмысленно злиться… так это на разведку. Может быть, хоть что-то из собственных эскадрилий у неё осталось. Хватит всего одного самолёта. Вот только уже на берегу стало понятно, что призвать свою экипировку пока не представляется возможным. Похоже, слишком сильно её потрепали в том бою. На фоне хмурого выражения лица ухмылка выглядела несколько неожиданной. Но даже с половиной боезапаса, раненая и потерявшая сопровождение, “Цеппелин” смогла уничтожить нескольких человекоподобных Сирен. Ха, думали, что авианосец останется беззащитен. Воспоминания о тонущих врагах приподняли настроение кансен. Сейчас бы тоже не помешали её верные орудия. Ради того, чтобы снести эти ненавистные деревья и, наконец, увидеть хоть что-то. А тем временем путь продолжался. Девушка практически перестала смотреть вперёд, опустив голову. Шаг замедлился, поднимать ногу из снежной пучины становилось всё тяжелее. Хотя бы не приходилось куда-либо сворачивать, дабы после возвращаться к “маршруту”. Впрочем, маленький огонёк в красных глазах будто говорил за свою хозяйку. Заявлял, что останавливаться она не собирается. И, кажется, кто-то решил преподнести подарок за столь удивительное упорство.

Появившиеся изменения дошли до кансен не сразу. Не сразу та заметила, что где-то впереди деревьев… почему-то стало заметно меньше. Не сразу она увидела небольшие бугорки, расположенные на расстоянии друг от друга. Они остались позади, когда “Цеппелин” опомнилась. Медленно подняв голову, та оживилась. И причиной тому стала резко изменившаяся картина. Бесконечных деревьев не то что стало меньше - они словно испарились! Хотя ответ лежал на поверхности - их просто-напросто срубили. Причём расчистили довольно большую площадь. Но не это удивило заблудившуюся кансен. Она нашла… дом! Хотя правильнее было бы сказать, что рядом виднелись несколько построек, где одна из них явно выглядела как основное здание. Однако девушке было не до разглядывания заброшенной территории. Ускорившись, насколько это получалось, “Цеппелин” направилась к ближайшей постройке. Она не впечатляла размерами, и вблизи выглядела покосившейся. Но чёрт возьми - у неё вдруг, из ниоткуда, появилось укрытие от бушевавшего ветра! Конечно, там не получится согреться. Но хотя бы перевести дух и решить, что делать дальше - вполне. Могло показаться, будто снега здесь находилось больше, чем до этого. Кроме того, метель разошлась не на шутку. И теперь не было тех ветвей и стволов деревьев, что могли погасить удар. Но это всё равно не могло остановить кансен. Шаг за шагом, заблудшая душа приближалась к постройке. Последние метры - и рука наконец-то может дотянуться до заветных стен. Выяснилось, что под слоем снега частично скрывалось дерево. И… что само здание уже заметно покосилось и грозило рухнуть. Но пока оно стоит и не планирует падать, то это и не так важно. Помимо этого, “Цеппелин”, судя по всему, зашла через главный вход. Ибо этот проём выглядел слишком большим для обычной двери. Сюда больше подошли бы ворота. Может раньше это был ангар для техники или… Ответ появился быстро.

Кансен выдохнула с облегчением, не ощущая больше огромный пласт снега в ногах. Поёжилась от холода, на который до этого старалась не обращать внимание. И осмотрелась вокруг… обнаружив на земле лежащие старые брёвна. Выглядел этот десяток внушительно, сгруппировавшись возле одной из стен. Хотя постройка явно вмещала больше, судя по просторному помещению внутри. На другом конце виднелась установка, куда, судя по всему, грузили эти срубленные стволы деревьев и отправляли дальше по цепочке. Правда, как раз в том месте виднелась проблема - получившееся “окно”, кажется, не предполагалось закрывать чем-либо. А для оказавшейся в этих краях кансен подобное обстоятельство грозит сквозняком и ухудшает общую защиту от непогоды. Закончив беглый осмотр, “Цеппелин” решила сесть передохнуть на одно из бревён. В центре строения, куда, вроде, не так сильно достаёт ветер и где меньше всего снега. На бревне лежали кусочки коры и немного древесной стружки, для необходимого места много чистить не пришлось. И стоило девушке усесться и облокотиться на лежавшее сзади дерево, как волна усталости полностью захватила тело. Чёрт возьми, ноги как будто перестали слушаться. А любое, даже маленькое движение отдаётся неприятным ощущением, если не болью. Так ещё и голова, кажется, потяжелела, словно сговорившись с желанием заснуть. “Цеппелин” сморщилась не то от боли, не то от осознания своего состояния. Идея поспать здесь постепенно переставала казаться странной. Да вот только в таком сидячем положении она вряд ли заснёт. Повернув голову, девушка вновь осмотрела бревно, на котором сидела. Либо слезать и чистить всё это, либо лежащие на коре ошмётки окажутся на костюме. Ничего из этого приятным не выглядело. Послышался вздох, и единственная живая душа уже готова была проклинать сложившуюся ситуацию. Но не стала, по итогу опустившись правым боком на длинное бревно. Судя по дрогнувшему телу, холод вновь решил напомнить о себе. Но постепенно это будто ушло на второй план. В то время как глаза кансен полностью закрылись.

“Цеппелин” даже не сразу поняла, что умудрилась заснуть чёрт пойми где, на грубом, неудобном бревне. Вот, вроде бы, она прикрыла глаза, казалось, на пару секунд, а вот - открыла их снова. Однако боль в суставах давала подсказки, что произошло на самом деле. Девушка вновь сморщилась, попутно поднимаясь обратно. По крайней мере, хоть что-то хорошее всё же произошло - она смогла немного отдохнуть. Вроде бы, как ей казалось в тот момент. Осмотревшись, кансен вспомнила последние события, это старое, заброшенное строение для хранения дерева… и вездесущий холод. Поёжившись вновь, она вспомнила, что укрытие не выглядит надёжным. Стоило продолжить поиски, ибо в ином случае непогода окончательно вымотает даже её. Слезая с бревна, девушка вновь ощутила боль в ногах, хоть и не такую достающую. Что вызвало очередное сморщившееся лицо и неразборчивое ворчание под нос. Но оно тут же осталось где-то позади, в то время как “Цеппелин” подошла к уже знакомому входу. М-да, метель даже не собиралась останавливаться… Вроде бы основное здание этой лесопилки находится… Ага, оно всё на том же месте. Всё ещё неплохо виднеется вдалеке, несмотря на вечернее время. Пожалуй, лучше именно сейчас перебраться туда, так как потом уже ничего не будет видно. Резко отойдя от проёма, кансен отошла в угол и вновь поёжилась. К такому стоит подготовиться, даже если она сама мало что может сделать. Согрев руки, девушка вновь повернула голову в сторону прохода. С другой стороны, сколько не подготавливайся… Ладно. Собравшись с мыслями, “Цеппелин” уверенным шагом двинулась наружу. Мысленно подготовившись, или же смирившись, к преодолению огромного слоя снега, куда ноги могут уходить практически полностью. И вновь холодрыга. Вновь безумный и беспощадный ветер, что практически бьёт в лицо и не даёт толком разглядеть происходящее впереди. Вновь видны признаки, что это место давно покинуто человеком. Однако кансен, судя по темпу, останавливаться не собирается. Быстро здесь не пойдёшь, однако упорство нашло своё лучшее применение. Закрывая лицо рукой, девушка пыталась не терять из виду заветное здание. Благо оно до сих пор отлично виднелось на фоне вечернего неба. И с каждым шагом становилось всё больше и больше. Когда до заветной цели оставалось с десяток метров, “Цеппелин” невольно улыбнулась и словно ускорилась. Отчего достаточно быстро закончила оставшуюся часть пути.

Ну наконец-то… О-ох, а ноги-то заныли не на шутку… Отойдя от входа пару метров, кансен решила поскорее сесть на холодный пол. Хорошо ещё тут снега был самый минимум, ибо такими темпами он начнёт ей в кошмарах сниться. Первые пару минут от неё звучали не то стоны, не то нечленораздельные ругательства. Прямо-таки зафиксировать ноги не получалось, а движения вновь отдавались болью. Ничего не оставалось, кроме как сидеть, ждать и терпеть. И когда надоевшее состояние немного утихло, “Цеппелин” неосознанно повернула голову в сторону входа. Отчего мелькнула мысль, вызвавшая ухмылку. А ведь когда этому миру доведется увидеть Конец, то, быть может, именно так он и будет выглядеть. Буйство природы, брошенные здания… и ни единой души в округе. Голова немного опустилась вместе со взглядом, а сама кансен предалась важным и не очень размышлениям. Тем более, если вспоминать этих идиотов на верхах, то их усилиями Конец действительно может появиться раньше. И ведь они прекрасно знают, кто их настоящий враг. “Цеппелин” поняла тогда. Хоть этот прогнивший мир не спасти, но в то же время и Сиренам нельзя давать возможность бесчинствовать. Но куда уж там… Ресурсы, власть, авторитет… Впрочем, кансен отдавала себе отчёт, что не так уж хорошо разбирается в подобных темах. Её дело в другом - выходить в море и выполнять полученные указания. Желательно, чтобы они касались уничтожения настоящей угрозы. Голова опустилась ещё ниже, а веки незаметно начали слипаться… Но всё это прервалось в один миг, стоило девушке резко вдохнуть. Так, стоп, не спать. По крайней мере, не здесь. Осмотревшись, кансен поймала себя на мысли, что нужно идти дальше. Ловить здесь нечего, хотя это было и так очевидно. Вот только ноги до сих пор ноют, и подниматься становится всё тяжелее. Но куда деваться… Тихо выругавшись, “Цеппелин” наконец-то встала на ноги, взглянув куда-то вглубь здания.

Значит, два коридора и лестница наверх… Полное изучение займёт очень много времени, и дело вовсе не в размерах. Хорошо ещё осмотреть хотя бы один из коридоров, ибо, по ощущениям, девушка может в один момент просто рухнуть на пол. Даже несмотря на то, что является кансен. Ей ещё повезло выжить в бою и выбраться из настоящего ада, что само по себе казалось невозможным. Впрочем, любую другую кансен, помимо “Цеппелин”, такая “прогулка” тоже может вполне себе истощить. Девушка старается не думать, как она вообще ещё двигается. Куда важнее сейчас то, что ждёт эту заблудшую душу впереди. Как она выберется с этой забытой земли… и когда вернётся к собственным планам. Несколько неприятных шагов - и кансен оказалась на перепутье. Вариант с лестницей отлетел сразу же - она по ровной-то поверхности ноги еле перебирает. Ей бы сейчас отдохнуть хотя бы так, как в той пристройке, на бревне. Правда, в следующее мгновение лицо “Цеппелин” вновь сморщилось, а спина неприятно кольнула где-то в боку. Да уж, то ещё воспоминание… Оглядевшись по сторонам, кансен… на удивление, не тянула с выбором. Хотя решающий фактор оказался достаточно очевидным. Левый коридор занесло снегом заметно больше, чем правый. Наверное, в той стороне комнаты практически полностью засыпало, и ловить там нечего. Так что, придерживаясь стены и морщась от каждого шага, девушка начала медленное изучение здания. В первом помещении было пусто - в прямом смысле. Видимо, всё вынесли подчистую, чем бы оно ни являлось. Во второй комнате располагалась… душевая. Или то, что на неё походило. “Цеппелин” не могла сказать наверняка, однако не покидало ощущение, что сюда приходили после работы, дабы привести себя в порядок. Ладно, здесь всё равно ничего интересного, по крайней мере сейчас. Тем временем ноги опять заныли сильнее обычного, отчего недовольство на лице выглядело более явным. А, чёрт, не сейчас… Последнюю комнату кансен хотела осмотреть поскорее, чтобы… Продолжения мысли в голове так и не появилось. Хотя желание уже вносило свои коррективы. Заглянув внутрь, девушка быстро окинула взглядом внутреннее убранство, которое, на первый взгляд, ничего интересного не имело. Пара шкафов со столом, что почему-то стояли в одном месте. Но в последний момент, когда “Цеппелин” уже отворачивалась, краем глаза ей удалось заметить какую-то железную конструкцию. Интерес переборол нежелание слишком долго копаться в комнатах. Кансен шагнула внутрь, вновь осматривая помещение… пока в один момент не застыла от удивления. В этом богом забытом месте ей удалось найти… кровать! Хотя радость могла быть преждевременной. От мебели тут имелось не то что чистое название, но один железный каркас. Просто пару согнутых труб как “стенки” и натянутая посередине сетка. Нет смысла говорить, что удобства здесь ждать не приходилось. Хотя… к чёрту всё это. Не раздумывая, девушка села на стоявшую конструкцию. Причём сетка, на удивление, выглядела вполне себе сносно, и свою функцию выполняла. Отчего “Цеппелин” немного попрыгала, словно на пружине. Ещё немного осмотрев железный каркас, кансен тут же легла на спину. А после… казалось, полностью ощутила накопившуюся усталость. Ноги ломило, спина также начала неприятно реагировать на каждое движение, а глаза сами решили закрываться. Но всё это как будто не имело значения. Всё потом, вся эта история - потом. Потом можно обдумать дальнейшие действия и…

Веки открывались неохотно. Сперва перед глазами предстало мутное полотно, которое разум по неведомой ошибке принял за туман. Но быстро опомнился - воспоминания тяжёлого дня постепенно возвращались обратно в голову. Как и ощущения боли… Хоть и не в той степени, однако ноги всё равно ныли, а прикосновение чего-либо к ранам вызывало неприятное ощущение. Секунду… а сколько она вообще спала? Сколько сейчас времени? На удивление легко подняв тело, “Цеппелин” резко поворачивала голову, осматриваясь вокруг. Впрочем, ничего нового здесь не появилось - всё те же шкафы и стол, и находятся они на тех же местах. Вот только взгляд кансен почти сразу зацепился за другую деталь. За край окна… откуда солнечные лучи освещали помещение. Пока трудно сказать наверняка, но как будто бы уже наступило утро. Помимо этой мысли, девушка вспомнила, как добиралась сюда. И ведь действительно - когда она подходила к основному зданию лесопилки, вокруг начинало потихоньку темнеть. Тогда… раз уж она смогла отдохнуть, то пора заняться делом. Свесив ноги, кансен только собиралась встать… но на мгновение остановилась. Как оказалось, лёжа она чувствовала не всю боль. Кроме того, к имеющимся проблемам добавился голод. Живот громко и недовольно пробурчал, на что “Цеппелин” могла ответить лишь вздохом. М-да, сейчас хотя бы Окси-Колы. Вот уж действительно чего не ценим… Ладно, ближе к делу. С маленькой раскачки кансен встала на ноги и вновь повернулась в сторону окна. Поднялась, к слову, держась за “спинку” в виде согнутой трубы. Но тем не менее. Девушка постояла несколько секунд, на этот раз прислушиваясь к окружению. И ей не показалось - с улицы не доносилось какого-либо шума. Значит, метель закончилась? Замечательно. Хоть что-то хорошее. На всякий случай выглянув из-за шкафа, кансен увидела живописную картину зимнего леса. Где разве что выделялась постройка для хранения древесины - но это так, мелочи. Самое главное - на улице не шёл снегопад. На это указывали как ясное небо без единого облака, так и, разумеется, отсутствие каких-либо осадков. Немного улыбнувшись, “Цеппелин” вышла из комнаты… и направилась на второй этаж. Даже с хорошими погодными условиями выходить сейчас наружу - глупое решение. Хотя бы потому, что она не определилась с дальнейшими действиями. И вполне вероятно, что кансен здесь и останется, дожидаясь своих спасателей.

Конечно, девушка не знает ситуацию на море. Но что-то ей подсказывает, что Сирены всё-таки ушли из этого региона. Или даже их уничтожили силы Северного Парламента. Так или иначе, сейчас на море куда спокойнее, чем во время её похода. И кансен предстоит как-то переждать пару дней, пока эскадра из Стальной крови доберётся сюда. Ключевое слово - “как-то”... Осматривая следующую комнату на втором этаже, “Цеппелин” находила лишь пустые, брошенные помещения. Хоть это была лишь третья комната, девушка в один момент подумала, что искать что-либо ещё не имеет смысла. Всё равно ведь что хотели отсюда унести - унесли. Так что, зайдя в одно из помещений, кансен подошла к окну, дабы изучить открывающуюся отсюда картину. Рассмотреть территорию или же просто погрузиться в свои мысли - ответить сразу не получалось. Впрочем, один из выводов появился сразу, стоило дёрнуть плечами и поёжиться. Нужен источник тепла. Причём “Цеппелин”, кажется, знает, чем будет питать этот самый источник. А вот с вопросом “как получить” всё гораздо сложнее… Отойдя от проёма, кансен начала прорабатывать одну мысль… но по итогу поморщилась и с ощутимым недовольством выдохнула. Конечно, это крайняя мера, но если оглянуться по сторонам… Вот только главная проблема в том, что девушка не могла по какой-то причине призвать своё оснащение. Видимо, Сирены так сильно её потрепали в той битве, что от вооружения живого места не осталось. По возвращению надо будет проверить, не случилось ли чего с Кубами. А ведь в ином случае хватило бы одного залпа… Вернувшись в коридор, “Цеппелин” уверенным шагом направилась в другой его конец. Ей было интересно, имелись ли проёмы под окна, которые выходят на другую сторону. Быть может, сверху она увидит нечто, что не смогла различить ещё вчера, во время метели. К этой же мысли подводила одна из идей - что если командование обратится за помощью к Северному Парламенту? Если бы кансен удалось добраться до своей земли, то командование уже знало бы об этом и возвращало ценную боевую единицу на базу. Но по итогу, похоже, помимо совместной морской операции пройдёт и совместная спасательная. Причём… это по-своему удивляло девушку. Она уже давно заметила тот факт, что между странами отношения явно натянутые. И совместные операции сопровождаются напряжёнными, подозревающими взглядами. Как будто хватит всего одной искры, дабы началась стрельба. Однако… никто не решался переступить черту. Несмотря на стремящийся к пропасти мир, и перешёптывания за спиной. Неужели всё настолько изменилось, когда она вернулась?

Из крайней комнаты действительно можно было увидеть окрестности. Хоть “Цеппелин” и не рассчитывала на подобное, но интерес всё же переборол недоверие. А вдруг ей удастся увидеть другие намёки на то, что здесь когда-то был человек? Или даже их самих? Хотя в прямом смысле это звучало слишком уж фантастично. Скорее дым от печей или же крыши высоких зданий. То, что может указывать - здесь действительно живут люди. Едва заметная ухмылка выдавала всё, что кансен думает по этому поводу. С другой стороны, она сомневалась, что здешняя лесопилка расположена посреди огромного ничего. Может, какое-то поселение действительно существовало, но оказалось также заброшено? Да и в таком случае девушка может найти что-нибудь полезное в её нынешней ситуации. Хотя от одного только воспоминания про глубокий снег она вновь поморщилась. Хватило бы на всё это сил… Погрузившись в размышления, “Цеппелин” невнимательно смотрела куда-то вдаль. И когда поток мыслей вернул её в реальность… Задумчивое лицо резко сменилось изумлением. Где-то посреди леса, не так далеко, кансен видела столб дыма. Как будто от костра, но что если… Пытаясь разглядеть местность, девушка начала узнавать не столь знакомые, но… силуэты домов. Нескольких домов. Вероятно, там действительно находилась деревня или же похожее на неё поселение. Но почему тогда столб только один? Там действительно кто-то живёт?

Часть 2

Стоило солнцу подняться из-за горизонта, как первые жители деревни начали просыпаться. Точнее, разбудил их громогласный петух, что даже не подозревает о посылаемых тихо проклятиях. Так или иначе, Подлесье вновь оживало и готовилось к наступившему дню. Надо было вновь очистить дороги, так как вчера поздно вечером вновь прошёл снегопад. Впрочем, он не шёл ни в какое сравнение с той бурей позавчера, что пришла со стороны моря. Ночка была неспокойной… До такой степени, что все жители спрятались по домам и с опаской выглядывали в окно. И только ближе к полудню, или даже часу дня, погода наконец-то успокоилась. А злосчастные тучи рассеялись где-то на юге, над бескрайними полями. Так или иначе, жизнь продолжается. Кто-то неспешно начал заниматься своим участком, кто-то направился проведать животных, что с неохотой выходят на снежное поле, а кто-то шёл в сторону мастерской, вспоминая и прикидывая старые и возможные заказы. Кроме того… кое-кто сегодня ждал гостей. Не родственников или друзей, но вместе с тем - очень важных людей. Что-то опять случилось в море. И, похоже, дела не особо хорошие, раз сюда прибудут из-за близости к берегу. Интересно, удастся ли увидеть тех, кого собираются спасать?

На фоне бескрайней равнины появился неопознанный объект. Сперва его сложно было распознать. Но постепенно тот приобретал формы… и стал выглядеть как внедорожник, что приближался сюда по единственной дороге. И когда до точки назначения оставалось несколько сот метров, его наконец заметили. Что удивительно, самыми наблюдательными оказались дети, решившие поиграть в снежки на краю деревни. Старались далеко от дома не отходить - за любознательность им уже прилетало. Однако в один момент всё остановилось, и удивлённые мальчишки не отводили взгляда от приближающейся машины. Они пока не знали, по какому поводу сюда прибыл этот транспорт. В то же время гул мотора начал привлекать внимание взрослых. Часть из них, кто обернулся на звук, расширили глаза от удивления. И вместе с тем пытались понять - “Что произошло на этот раз?”. Некоторые из жителей Подлесья когда-то жили в другой деревне, однако из-за появления Сирен и угрозы ударов со стороны моря им пришлось спешно покинуть родной дом. Впрочем, осели здесь лишь некоторые - остальные нашли своё место рядом с родственниками или же в более благоприятных условиях. Тем временем тяжёлая машина въехала в деревню и остановилась за её центром. Недалеко от начинающегося бесконечного леса.

Неудивительно, что гости издалека привлекли очень много внимания и собирали вокруг себя толпу. Впрочем, вокруг транспорта имелось много места, чтобы несколько человек в военной форме спокойно вышли наружу. Жители деревни смотрели на них настороженно, ожидая ответа на повисший в воздухе вопрос. И немного нервная атмосфера длилась до того момента… пока из внедорожника не показалась она. Одна из кансен Северного Парламента. Своей красотой девушка тут же привлекла внимание многих мужчин. Отчего те не замечали возле себя укоризненных взглядов. Впрочем, кансен не обращала на толпу внимания. Та резко поворачивала голову, осматриваясь по сторонам. Словно оценивала обстановку. Её красные глаза вселяли в некоторых людей тревогу, если не страх. Случайно получался образ чего-то грозного, о чём также “говорили” два вертикально направленных рога. Впрочем, дальше образа дело не доходило. Стоило кансен увидеть то, чего она хотела, как тут же расслабилась и довольно лениво осматривалась по сторонам. Выбравшись из машины, она поправила большую накидку и что-то с неё стряхнула. Хотя выглядела та практически белоснежной. Под ней же виднелось платье с огромным разрезом сбоку, благодаря которому нога оказалась почти полностью открытой. Правда, несмотря на свой “лёгкий” наряд, прибывшая девушка совсем не ощущала проблем с холодом. Возможно, свою роль играл тот факт, что она являлась кансен тяжёлого крейсера. Одиноким охотником по имени “Курск”.

– А вы правда кансен? – вдруг раздался чей-то звонкий голос. Как оказалось, пара ребятишек таки смогла прорваться сквозь “заслон” взрослых и подойти поближе. Пожалуй, защитницы страны и человечества - чуть ли не самые главные знаменитости. Кто-то из женщин попытался подозвать своё чадо, немного стесняясь привлечённого “к себе” внимания. Впрочем, “Курск” на это никак не отреагировала, глядя на стоявших перед собой детей. Пару мальчишек и девочку, что умудрилась незаметно подойти вместе с ними.

– А разве не похоже? – не тянула с ответом девушка, указывая на свои тёмные рога. На лицах её собеседников мелькнуло удивление, а после те опустили голову, погрузившись в раздумья. Переглядываясь между собой, дети начали не только тереть подбородок в размышлении, но и чесать затылок. Постепенно понимая, что возникший неосознанно вопрос… звучал несколько глупо. Тем временем “Курск” молча стояла и дожидалась, пока ситуация разрешится сама собой.

– А вы… правда ей поможете? – решилась задать вопрос девочка. До этого кансен заметила, что ребенок постоянно переводила взгляд то на неё, то куда-то в сторону. Видимо, что-то её явно беспокоило. Но в то же время… “Курск” переглянулась с одним из военных, что стоял рядом с ней. Не то чтобы девушка растерялась от подобного вопроса, просто мнение со стороны могло пригодиться. Некоторые вещи нельзя рассказывать каждому встречному, как когда-то учили кансен. Однако “собрат по несчастью” лишь молча пожал плечами, явно предлагая импровизировать. Что ж… охота тоже может пойти не по плану.

– Честно говоря, я пока не знаю, что с ней. – осторожно начала “Курск”, не отводя взгляда от своей собеседницы. И девочка отреагировала на ответ… не так хорошо, как хотелось бы. По крайней мере, девушка видела ситуацию таким образом. Впрочем… – Но обещаю, что найду её. Тем более, это не первый мой поход. Я знаю что делать.

Похоже, импровизация прошла успешно. Ведь маленькая девочка, что с тревогой смотрела на кансен, наконец оживилась и даже улыбнулась. Кивнув головой, та сказала лишь “Спасибо”, перед тем как уйти куда-то в толпу. Возможно, к своей маме, что думала вмешаться, дабы сильно не задерживать прибывших. Хотя… несмотря на задание, “Курск” не видела в этом ничего такого. Правда, и чувств эта беседа никаких не вызывала. Ей порой непросто даётся понять других людей… Слегка улыбнувшись, кансен наблюдала за уходящим ребенком… пока не заметила ещё двух. Судя по тону - явно спорящих. На месте, откуда девушка слышала их голоса, стояли два совсем молодых парня. И, если честно… один из них “Курск” не особо нравился. Вёл себя вызывающе, выставлял вперёд грудь и будто смотрел свысока. А когда их разговор зашёл о лесе неподалёку, и о том, что кто-то является трусом без какого-то убедительного аргумента, отношение к нему у девушки стремилось к нулю. А тем временем уши сами навострились, дабы “наблюдать” за происходящим.

– Я тебе говорю, Стёпа, что ничего страшного там нет. Вот возьму я ружьё у деда и как перестреляю всех зверей в округе. Тоже мне, нашёл проблему. – не унимался горделивый мальчишка, словно предчувствуя победу над собеседником. Ведь последний постепенно сгорбился и заробел, не в состоянии ответить. Для жителей деревни мелкий задира уже давно показывал свой характер. И попытки вразумить наглеца по итогу успехом не увенчались. Впрочем, парнишка совсем не следил за окружением. Не видя… как к нему медленно приближалась рука с чёрной перчаткой. И стоило тому повернуть голову… как ровно в лоб прилетел щелбан. Из-за железной детали поверх пальцев эффект получился сильнее обычного. – Ай! За что?

– С такими вещами не шутят. – абсолютно серьёзно произнесла “Курск”, не сводя взгляда с маленького наглеца. Причём сказала она таким холодным голосом, что стоявший рядом мальчишка едва заметно дрогнул. Когда же увидел он подошедшую девушку, её взгляд и выросшие рога словно формировали образ чего-то пугающего. Кажется, теперь ребёнок, которого назвали Стёпой, понял, что такое настоящий страх. И на то был расчёт прибывшей кансен. От неё порой и взрослые шарахались, но в основном во время разговора. Пугались чего-то неизвестного, что может выкинуть Одинокий охотник. Да и шутить последний не любил… Однако второй парень оказался непробиваемым. Отойдя от первичного шока, тот вновь нацепил на себя недовольную маску, упёр руки в бока и слегка наклонился вперёд.

– Ну и что с того? Думаешь, я испугаюсь дикого зверя? Я столько с дедом по лесу ходил! Уж многое видел! – выпалил тот, ещё и повысив голос. На секунду вокруг повисла тишина. И если маленький умник думал, что смог произвести впечатление своими пламенными речами… то “Курск” просто пыталась понять, что именно произошло. Он хоть сам понял, что сейчас сказал? Или же произнёс это лишь потому, что хотел заткнуть своего оппонента? Ну-ну… Кансен довольно терпелива в связи со своим… увлечением. Вот только и испытывать данный факт на прочность сулит увечьями для проверяющего. Впрочем… некоторые догадки девушки, кажется, подтвердились. – Ну и что с того, что он мне не верит! Говорит, что мне всегда не хватает терпения. Я стану таким же охотником, как и он! Там ничего такого сложного нет. Просто ищешь добычу и возвращаешься с трофеем. Мы быстро со всем справлялись!

– Вот как… – задумчиво произнесла “Курск”, приложив палец к губам. Её неприятный собеседник вновь почувствовал, что победа в споре за ним, отчего задрал нос и улыбнулся. Вот только у Одинокого охотника родилась одна… забавная идея. Кансен пробежалась взглядом по стоявшим рядом взрослым. И, кажется, увидела старика, что поглядывал на одного из парней. На лице появилась небольшая ухмылка. – А знаешь, как всё произошло бы на самом деле?

– Ага, щас. Мама мне все уши прожужжала, что волки утащат меня далеко в лес. Но брехня всё это! Что они мне сделают, когда у меня будет ружьё?

– Что? А, нет, я совсем не об этом… Тебя просто убьют как маленького зайца. – Как будто удивилась поначалу “Курск”. Даже помотала после головой, словно принимая сторону своего собеседника. Ответная реакция не заставила себя долго ждать, и была как раз той, которую кансен и ожидала. Спонтанно появившаяся “цель” вновь расслабилась и потеряла бдительность. Идеальный момент для слов, сказанных буднично. Однако несущих такой смысл, что у парнишки глаза на лоб полезли. Но не успел тот переварить услышанное и встать в свою “баранью” позу, как девушка продолжила свою мысль. Начала добавлять столько будничных для неё деталей… что ребёнок начал стремительно терять свою спесь. Меняться в лице, где место гордыни забирала тревога, а то и страх. По итогу же местный задира… почти разревелся, пытаясь протиснуться сквозь толпу и вернуться к своей маме.

– Полагаю, будет примерно так. Ты, поверивший в свои силы, отправишься в произвольном направлении в поисках добычи. Быть может, со временем начнёшь замечать следы животных и пойдёшь за ними. Но, полагаю, окажешься не так осторожен. Будешь постоянно шуметь. Возможно, попытаешься кого-то подстрелить, но ружьё тебе окажется не по размеру. Не сможешь подолгу сидеть и вслушиваться в происходящее вокруг. Отчего будешь идти всё дальше и дальше. Не замечая, что тобой уже кто-то заинтересовался. Силы начнут таять, а добычи никакой нет. Ты уставший, голодный и, полагаю, злой. Будешь торопиться, устанешь. И пропустишь самый важный момент, от которого зависит твоя жизнь. Даже если глаз у тебя острый, то это не спасёт от преследующей тебя стаи. Уставшего, неспособного ответить и отбиться. А дальше… от тебя уже ничего не зависит. Ещё повезёт, если сразу вцепятся тебе в глотку. Так ты умрёшь сразу. А, возможно, звери решат сразу перейти к трапезе. Начнут рвать кожу и мышцы, отрывать куски или даже целые конечности. Вплоть до того, что обглодают твои кости. Впрочем, от тебя к тому моменту уже точно ничего не останется.

– Можно было бы и помягче. – решил высказать своё мнение один из военных, когда толпа потихоньку начала расходиться. Возможно, не без заслуги одной прямолинейной дамы… Хотя, если честно, тот был не сильно против такого метода воспитания. Может, теперь у него в голове всё встанет на свои места.

– А что такого? – искренне удивилась “Курск”, разве что не разведя руки в стороны. Возможно, на это повлияла стоявшая рядом машина, к которой девушка подошла поближе. – Я рассказала ему то, что он хотел услышать. Ну или то, что его ждало в лесу.

Офицер хотел что-то добавить, но по итогу запнулся и промолчал. С какой неохотой тот принял случившееся, можно было судить по тяжёлому вздоху. Но в один момент кое-что отвлекло их. Пока с одной стороны внедорожника происходила небольшая сцена встречи, с другой один из солдат осторожно доставал большую клетку. Делать он это старался как можно аккуратнее. Так как хозяйка сего имущества ясно дала понять, что с ними сделает, если сидящий внутри питомец хоть как-то пострадает. А в простоте и прямоте слов военные успели убедиться во время командировок… Порой складывалось ощущение, что она не охотник, а один из зверей, на которых она вроде как охотится. Хотя вслух подобного никто, разумеется, не скажет. Солдат думал вытащить клетку полностью из салона… что со стороны выглядело той ещё задачей. По крайней мере, занимающей какое-то время. Вот только полярная сова, что терпеливо дожидалась свободы снаружи, вдруг решила немного пошуметь. Военный от такого поворота на мгновение растерялся. И дабы не испытывать судьбу и собственное здоровье, он поспешно старался открыть эту клетку. К счастью, ничего сложного в конструкции не имелось. Отчего через пару секунд пернатый охотник довольно вальяжно подошёл к краю своей темницы, а после вспорхнул крыльями и выбрался на свободу. Уже не обращая внимания на недовольный взгляд и проклятия, что так и не вырвались из уст. В это же время кансен сразу же отреагировала на звук слева от себя. Можно сказать, профессиональная привычка. В первое мгновение её лицо выглядело так, будто она оказалась в самый напряжённый момент охоты или битвы. Во второе - готовность к бою сменилась небольшим удивлением. А в третье… на лице появилась небольшая улыбка, в то время как взгляд красных глаз следил за взлетевшим животным. Последнее сделало обширный круг над головами, осматривая местность и протяжно ухнув. Тем временем “Курск” перестала наблюдать за своим верным помощником… закрыла глаза и выставила в сторону руку. Примерно через минуту, по ощущениям, она едва заметно колыхнулась, отчего улыбка на лице кансен стала ещё шире. И, конечно же, стоило взглянуть направо, как полярная сова смиренно сидела на перчатке и дожидалась дальнейшей команды.

– А, собственно, чего мы ждём? – вновь повернувшись в сторону офицера, спросила девушка. Она, конечно, радовалась, что для вылазки в бескрайние леса ей не приходилось отпрашиваться. Даже наоборот - именно её навыки и знания могут пригодится для поиска пропавшей кансен. Просто… Девушка больше привыкла двигаться, а не любоваться видами.

– Не чего, а кого. – поправил её военный, чем вызвал недоумение на лице собеседницы. Впрочем, ответ на незаданный вопрос не заставил себя долго ждать. “Курск” уже слышала, как к ним приближаются чьи-то медленные шаги. Чуть позже заметил это и офицер, обернувшись на звук. – Знакомься, это Аркадий Иванович. Старый житель Подлесья, хоть и не коренной. На самом деле, раньше он жил в деревне Тёсово, куда тебе и предстоит отправиться. Аркадий Иванович вызвался провести тебя туда, так как знает эту дорогу как свои пять пальцев. Я ведь ничего не перепутал?

– Всё так, всё так… – тихо ответил подошедший старик, кивнув головой для убедительности. Кансен быстро окинула того взглядом. То, что он одет действительно тепло, уже радует. Однако данный факт не отменял недовольного лица девушки, и на то влияла дополнительная деталь. Мало того, что её проводник, ввиду преклонного возраста, будет своим темпом замедлять “группу”, так ещё ему взбрело в голову набрать непонятный мешок. Единственное, от чего не отказалась бы “Курск”, так это от припасов. Кто знает, что их ждёт на месте. Но тем не менее… – А… какие-то проблемы?

– Я тебе сколько раз говорила, что хожу одна? – проговорила кансен офицеру тише обычного. Причём могло показаться, будто эти слова она прошипела. На что мог указывать и нахмурившийся взгляд, направленный на военного. Человек со стороны скорее всего напрягся бы и чувствовал себя неуютно. Но не тот, кто стоял напротив “Курск”. Офицер повернул голову со взглядом, который словно сам задавал вопрос - “И что с того?”

– Не ной. Я не сомневаюсь в твоих способностях, однако ситуация у нас такая. Чем раньше доберёшься до цели, тем лучше. – почти прошептал военный, глядя прямо в красные глаза. Кансен нельзя было назвать капризной. Просто имелись негласные правила, благодаря которым можно было найти общий язык. А “Курск” вполне может оказаться неплохим собеседником, разве что немногословным. Но опять же, ситуация… Тем более, это была не его идея с проводником. Кстати говоря… – Аркадий Иванович, а мешок-то вам зачем? Было бы, конечно, здорово накормить потерявшегося бойца, но не думаю, что мы будем здесь настолько долго.

– А, это… – произнёс старик, попутно взглянув на лежащий у ног предмет. За этим последовал вздох, а после пожилой проводник почему-то взглянул куда-то вдаль… в сторону леса. – Я… хотел бы отнести еду другому человеку. Она живёт там, в Тёсово.

– Подождите… – слегка мотнув головой, решил вмешаться офицер. Кое-что не сходилось с той информацией, которую он получил. Да и с тем, что когда-то слышал. – Насколько мне известно, жителей деревни эвакуировали после первых ударов Сирен. Как мне объясняли, в связи с опасностью повторных ударов по береговой линии и угрозой мирным жителям. Так значит…

– И всех эвакуировали. – перебил его старик, взглянув в глаза военному. Если до этого выражение его лица скорее показывало печаль или тоску, то сейчас проводник был полон решимости. Впрочем, ни во что серьёзное это не вылилось. Аркадий Иванович, вздохнув, вновь взглянул на будущий путь. Вновь предаваясь размышлениям. – Лида приехала сюда ещё летом. Говорила, что… потеряла близкого человека. И что ей больше некуда идти и не к кому обратиться. Честно, не знаю, что на неё нашло, но она хотела вернуться в родной дом. Рассказывала, что его построил ещё дед. Не буду скрывать - мы были знакомы ещё с молодых лет. И то, что Лида встретила меня здесь - называла чудом. Ну я и… решил ей помочь.

– Час от часу не легче… – проговорил себе под нос офицер. Что, правда, не укрылось от чуткого слуха “Курск”. Ладно уж операция по спасению кансен - они это проходили даже не один десяток раз. Порой выжившую эскадру “выбрасывало” непойми где, после боя или же при выходе из Зеркального моря. Но вот возможный геморрой с “отшельником”, оказавшимся в зоне проведения операции, военный явно не ожидал. По идее ничего страшного произойти не должно. Сирены покинули район моря неподалёку, и прямой угрозы нет. Если у этой Лидии есть надёжное укрытие, то она способна переждать там какое-то время. Вот только чуйка всё равно подсказывала, что голова от этого ещё заболит… Так, хватит. – Ладно, пора приступать. Выдвигайтесь.

– Аркадий Иванович. – решила вклиниться в разговор кансен. Старик наблюдал за приехавшими гостями, ещё когда их окружила толпа. Пробовал вслушиваться в происходящее. И за время их непродолжительной встречи у старого проводника сложилось впечатление, будто кансен далеко не так дружелюбна. Но в реальности всё оказалось совсем наоборот. И на то указывало… обеспокоенное лицо девушки, чего старик не ожидал. – Вы точно уверены, что хотите идти туда? Я слышала, что здесь прошла сильная метель, и дороги скорее всего засыпало.

– Я… разберусь как-нибудь. – чуть опустив голову, начал Аркадий Иванович… но по итогу вновь взглянул на собеседницу уверенным взглядом. Получив подобный ответ, девушка лишь вздохнула. К сожалению, убедить его остаться не получилось…

– Тогда ведите. – также повернув голову в сторону леса, произнесла “Курск”. Всё-таки им действительно пора выдвигаться. А то кансен хоть и выносливы, в каком-то плане, но определённо не всесильны. И будет неплохо, если потерявшаяся окажется у этой Лидии. Так можно меньше беспокоиться за её состояние. Тем временем старик взвалил на плечи мешок с провизией и медленно двинулся в путь. Кансен не торопилась, зная, что догонит его. Вместо этого она взглянула на своего верного спутника. Слегка улыбнулась, а после плавно взмахнула рукой. Сова только и дожидалась этого момента, ухнув на взлёте и резко набирая высоту. – Ты тоже.

Часть 3

Казалось, что конец действительно наступил. Кансен переоценила свои силы. Думала, что раз смогла добраться до одного укрытия, то сможет и до другого. Вот только нельзя было сбрасывать со счетов раны, полученные в тяжёлом бою. Произошедшее практически не отложилось в голове. Выглядело мутной картинкой. Вот она выходит из главного здания лесопилки, пробирается сквозь толстый слой снега… Начинает падать от покинувших сил… И под самый конец, когда картинка вдруг стала белой… ей довелось увидеть человеческий силуэт. Что происходило дальше, “Цеппелин” не помнит совсем. Может, ей повезло так рано встретить тех, кто отправился на её поиски? По крайней мере, часть из них? Или же… Нет, это звучит слишком фантастично. Строить догадки о произошедшем можно было бесконечно… пока не удалось увидеть хоть что-то перед собой. Да, сперва это выглядело как мутная, непонятная картина, в которой определить что-то одно не представлялось возможным. Впрочем, всё постепенно прояснялось, и тёмное расплывчатое полотно… оказалось потолком в каком-то деревянном доме. В старом доме, в который почему-то решили вернуться. По крайней мере, у кансен складывалось такое ощущение от обстановки вокруг. Большая часть досок потемнела, и нередко те издавали громкий скрип. Возможно, некоторые настолько постарели, что при былой нагрузке, или от простого шага, могли сильно треснуть или даже расколоться надвое. Однако… здесь точно был человек. На фоне тёмной обстановки тут же выделялись светлые полосы новой древесины. В основном те располагались на полу, потолке и стенах вокруг, что, в общем-то, немудрено. Девушка не знала, сколько лет стоит этот дом. Однако то, что придётся повозиться над приведением его в порядок, не подвергалось сомнению. И ведь нашлись же смельчаки…

Помимо того, что “Цеппелин” начала ясно видеть, в порядок пришли и мельтешащие мысли. Всё ещё оставался вопрос - что произошло после того, как кансен отключилась? Да и кто оказался её спасителем? Стоп… Она ведь видела вдалеке здания, так? Причём у одного из них внезапно шёл дым из трубы. Несколько неожиданная деталь в пейзаже, где уже давно не появлялся человек. Так может она как раз таки в этом доме? По крайней мере, других предположений пока что не имелось. Вновь осмотрев комнату, девушка решилась наконец встать на ноги. Продолжить изучение этого странного места и решить, что ей делать дальше. На периферии мелькнула мысль, что… со стороны казалась непривычной и несвойственной “Цеппелин”. Но она не сомневалась, что она правильная. Что так стоит сделать. Кансен не сразу обратила внимание… что перед встречей ей стоило бы одеться. И взглянув на свои заживающие раны, она догадывалась, почему форма лежала отдельно. Кстати говоря… Девушка поймала себя на мысли, что не ощущает холода. Хотя снаружи, несмотря на время года, творилась настоящая зима. Похоже, местные поработали на славу, чтобы здесь можно было хоть как-то жить. Одежда нашлась на прикроватной тумбочке, стоявшей совсем рядом. И невольно изучая свои вещи… “Цеппелин” немного улыбнулась. После столкновения их сильно потрепало. Но тот, кто решил помочь кансен, постарался это исправить. Выглядели заплатки и маленькие швы, может, не так красиво, но… Почему-то девушку не покидало чувство, что взявшийся за это дело хотел сделать как можно лучше. Может быть, она ошибалась - всё равно провалялась в отключке в кровати.

Стоило повернуться к выходу… как последний ввёл в крохотный ступор. По крайней мере, кансен ожидала увидеть перед собой дверь в коридор. Но на этом месте располагалось лишь большое плотное полотно. Можно сказать, занавеска с незамысловатым узором, что ограждала другую сторону чисто номинально. Видимо, от времени дом немного перекосило и дверь не проходила нормально в проём. Причём настолько, что та уже просто-напросто не закрывалась… отчего и пришлось снять. Так или иначе, стоило познакомиться с тем, кто здесь живёт. Скорее всего, “Цеппелин” придётся переждать здесь какое-то время. Либо пока не прибудет спасательная команда… либо пока сама кансен не наберётся сил, дабы вернуться к берегу своим ходом. Да и… стоило поблагодарить тех, кто дотащил её сюда. Правда, лицо на секунду приобрело недовольный, как будто даже грозный вид. Просто ей совсем не нравится осознавать, что произошедшее с ней - результат большой удачи. Но в то же время девушка поймала себя на мысли, что её решение оказалось верным. Хоть и по-своему безумным. Останься она там, в главном здании лесопилки, о ней могли не знать ещё очень долго. И кто знает, смогла бы она дождаться помощи… Сделав глубокий вдох, кансен шагнула вперёд и отодвинула в сторону ткань. Как оказалось, под коридором подразумевалось небольшое пространство в пару метров длиной. Либо этот дом не такой уж и большой, либо “Цеппелин” увидела лишь малую его часть. Так или иначе, стоило решить - направо или налево? Покрутив головой, кансен не решалась принять окончательное решение. Первый шаг казался каким-то неуверенным. И только она захотела пойти в одну сторону… как с обратной донёсся какой-то шум. Еле заметный, но от которого кансен резко обернулась. Видимо, привычки дают о себе знать. Впрочем, никакой опасности вокруг даже не предполагалось, отчего “Цеппелин” тут же успокоилась. И заинтересовалась, подойдя поближе к одной из дверей. С той стороны действительно кто-то был. Это подтверждалось шагами, что сопровождались скрипом в полу, а также непонятной вознёй. В чем девушка, как ни странно, распознала посуду. За дверью располагается кухня? Так или иначе…

– Ох, это ты! Проходи, присаживайся. Я как раз приготовила нам обед.

Эта комната оказалась заметно больше той, где проснулась “Цеппелин”. Но в то же время значительную часть занимала внушительная белая конструкция из камня. Или другого материала - кансен было сложно сказать наверняка от незнания. По крайней мере, оно выглядело как печь, но… почему такая массивная? Туда ведь можно спокойно наверх забраться и лежать. Неудобно, конечно, на голом камне, но если что-то подстелить… В остальном помещение действительно напоминало кухню. Рядом с печью стояли стол и пара тумбочек. Последние, правда, так располагались у ближайшей стены, что рассмотреть полностью не представлялось возможным. В то же время массивный стол, на несколько человек, находился прямо посреди комнаты. К нему приставили две скамьи, куда можно было сесть. И стоявшая здесь мебель выглядела заметно моложе, чем сам дом. Где-то в большей степени, где-то в меньшей. Однако контраст новых, или относительно новых, досок сразу бросался в глаза в сравнении с тёмным материалом вокруг. Сюда переезжали, и причём когда зданию был уже не один десяток лет. Вряд ли недавно, ибо тащить всё это через кучу снега в лесу просто невозможно.

Впрочем, нельзя не заметить хозяйку этого дома. По крайней мере, единственного человека здесь, так как больше “Цеппелин” никого не слышала. Она поймала себя на мысли, что женщина очень даже энергична для своих лет. Либо же ей могло просто показаться. Хозяйка суетливо подавала на стол блюда… хотя на нём уже стояла пара тарелок. Их вполне хватит на обед для двух человек. Кансен не замечала за собой большой аппетит, так что подобные приготовления ей казались излишеством. Даже вызывали толику удивления от непонимания происходящего. Но, похоже, это совсем не беспокоило женщину перед ней. Короткие светлые волосы едва проглядывались из-под белого платка. Отсюда не было видно, как они только начинали становиться седыми. “Цеппелин” пересеклась со взглядом своей собеседницы всего на секунду. Однако про себя подметила, что голубые глаза выглядели на удивление ярко. Будто бы в них действительно теплится огонёк жизни, либо же просто отразился свет лампы. Одета хозяйка была в светлый шерстяной свитер и потрёпанные штаны. Кое-где виднелись пятна то ли от еды, то ли от грязи. Хотя различить их было не так просто - отстирать с ткани пытались, похоже, не один раз. Но и это, судя по всему, не волновало женщину. Вновь взглянув на скамью возле стола, кансен решила принять предложение. Тем более, разошедшийся по комнате запах так и манил к себе. Желудок так точно не собирался отказываться.

Одну из тарелок предварительно подвинули к ближней для девушки стороне. Подойдя к скамье, кансен села напротив блюда, попутно осмотрев последнее. Суп с овощами и кусочками мяса. Слева от тарелки лежал ломтик хлеба, а справа - деревянная ложка. Чуть дальше, к центру стола, виднелась керамическая чашка с чаем. Такая посуда выделялась на общем фоне, и, похоже, использовалась довольно давно. Так или иначе, есть очень хотелось. И разные мысли для разговора, как и сам разговор, пришлось ненадолго отложить. Только распробовав свой обед, “Цеппелин” слегка сморщилась, не ожидав кислого вкуса. Но то быстро отошло на второй план, пока кансен увлечённо принимала пищу. И, честно говоря, это было очень вкусно! Сложно сказать сходу, когда девушка ела что-то подобное. Может, не чувствовала такого голода, или же просто еда была обычной. Тем не менее, “Цеппелин”, немного сбавив темп, начинала отлавливать оставшиеся куски овощей или мяса. Практически не обращая внимание на женщину напротив себя. Заметив, что гостья села за стол, хозяйка дома отложила свои дела и решила тоже перейти к обеду. Правда, вместо того, чтобы взяться за ложку, женщина… наблюдала за кансен с доброй улыбкой на лице. По крайней мере, сейчас уж точно беспокоиться не о чем. В один момент они поменялись местами. Закончив с обедом, “Цеппелин” немного опустила голову и сидела с неосознанной, быть может глупой улыбкой на лице. И всё-таки, самые простые вещи могут внезапно оказаться чрезвычайно ценными. Тепло, еда и вода, крыша над головой. Не то чтобы кансен была или считала себя избалованной. Просто в их жизни всякое может произойти. Провальная экспедиция - яркий тому пример. А уж когда придёт… Кансен без задней мысли попробовала откинуться назад. Но, видимо, шестое чувство подсказало ей, что у деревянной скамьи такой роскоши не имелось. Или же проснулась память. Вновь осмотрев комнату, “Цеппелин” лишь убедилась в простом, возможно даже бедном интерьере. Глазу толком не за что было зацепиться, ничего интересного. Разве что заговорить с хозяйкой этого места… однако девушка не спешила с решениями. Банально потому, что женщина со своей порцией ещё не закончила. По крайней мере, это была возможность обдумать некоторые темы, чтобы спросить конкретнее.

То, что кансен оказалась на территории Северного Парламента, уже начало считаться как данность. По своим, выбранным признакам, даже если они не выглядели настолько явными. А раз её выбросило на берег соседней страны, то, как несложно догадаться - необходимо каким-то образом вернуться в порт, откуда она вышла. Угу, как-то… К сожалению, на неопределённый срок она не может встать на воду и передвигаться по ней. Вряд ли что-то изменилось с того момента, как ей не удалось призвать собственное снаряжение. Тем более, “Цеппелин” не станет экспериментировать прямо внутри чьего-то дома, во избежание непредвиденных и неудобных обстоятельств. Да и постоять за себя у неё не выйдет… Конечно, они далеко от береговой линии, но тем не менее. Пока сложно предугадать, что будет дальше. По крайней мере, нет гарантий, что возвращение пройдёт спокойно. А что ещё неприятно осознавать - проблема с призывом вооружения далеко не такая простая. Скорее всего понадобится помощь техников или другой кансен. Так что… От подобной мысли “Цеппелин” как-то тяжело вздохнула. Хотя кому-то такое могло больше напоминать недовольное шипение. Пока она бесполезна в бою, ей придётся полагаться на кого-то. В данном случае, судя по всему - на тех, кто придёт её спасать.

Кстати говоря. А может девушке и не придётся никого ждать? Может, та самая группа уже прибыла в этот район и смогла её отыскать? Просто отлучились по какой-то причине? Впрочем, чтобы так всё сошлось… “Цеппелин” тихо фыркнула, и вроде как это осталось незамеченным. Угу, как же, сойдётся… И делать вообще ничего не придётся… Но тогда, если убрать данную теорию, остаётся странный, вселяющий непонимание вопрос. Да, кансен почти не помнит, что произошло между выходом из здания лесопилки и моментом, когда она проснулась здесь. И раз никаких спасателей не было, никакой живой души вокруг… Девушка вновь взглянула на хозяйку дома. Та неспешно обедала, но, кажется, уже заканчивала с трапезой. И, похоже, момент истины близок. Кансен не привыкла делать поспешные выводы и предпочитала проверить как можно больше деталей. Просто вторая теория - что произошло с ней после потери сознания… звучит куда более странно.

– Что-то не так? – решилась спросить женщина, также взглянув на свою собеседницу. Честно говоря, для “Цеппелин” это оказалось слегка неожиданным поворотом. Виду она, конечно, не подала, но в то же время ожидала данного момента несколько позднее.

– Нет, всё в порядке. – попыталась разрядить обстановку девушка. И, кажется, ей это удалось, судя по улыбке на лице хозяйки дома. Женщина будто вздохнула с облегчением, думая о чём-то своём. Ну, раз уж само началось… Кансен слегка прокашлялась и встретилась взглядом со своей собеседницей. – Я хотела бы сказать вам спасибо. Большое спасибо. За то, что спасли мне жизнь.

– Ох, я… Я просто не могла пройти мимо. – запнулась в начале женщина, уведя взгляд куда-то в сторону. “Цеппелин” не смогла для себя определить, какой видит женщину перед собой. Важно ли то, что она нахмурилась, или же дело… в смущении? Так или иначе, странность быстро прекратилась. Хозяйка дома вновь взглянула на девушку. Вот только теперь в её взгляде уверенно читалось удивление. – Как ты вообще оказалась там, на заброшенной лесопилке?

– Это… долгая история. – также выдержала паузу “Цеппелин”, хоть та и оказалась заметно короче. Девушка не хотела говорить о событиях, которые привели в это… “заброшенное” место. Начиная с операции и заканчивая практически выживанием на неизвестной территории. Её собеседнице такие вещи знать совсем не обязательно. И, возможно, сидящая напротив женщина поняла это уже по интонации. Если так, то замечательно - меньше головной боли. “Цеппелин” ожидала продолжения беседы, да вот только хозяйка дома почему-то притихла. И, судя по выражению лица и приставленной ладони, сильно погрузилась в размышления. Тишина в комнате слегка затягивалась, а девушка уже не знала, что ей делать дальше. Уйти на перекур, заняться своими планами и делами либо же наконец дождаться чего-то от своей собеседницы.

– Ты ведь кансен? – несколько неожиданно прозвучал её вопрос. Хотя, быть может, подобное стоило ожидать. Девушка немного сморщилась, но по итогу кивнула головой. Она не особо любила разговаривать на подобные темы. Не видела в этом смысла. Жаль, что хозяйка дома только оживилась, предчувствуя новый, большой виток для разговора. – Должно быть, сражаешься с Сиренами, дабы это наконец закончилось? Защищаешь свою страну и людей?

Разговор зашёл в совершенно неудачный поворот. Для остальных всё кажется привычным, быть может даже правильным. Да вот только недовольное лицо “Цеппелин” говорило само за себя. Вместе со взглядом, от которого некоторые сразу уходили, а долгий выдох мог напоминать шипение. Собеседница тут же отреагировала на изменившуюся обстановку. Некогда приподнятое настроение сменилось тревогой и беспокойством. Женщина просто не понимала, что происходит. Однако не успела кансен высказать своё недовольство уже в сотый раз… как раны от битвы решили напомнить о себе. Лицо скривилось от небольшой, но явно неприятной боли. Может, дёрнулась как-то неудачно? Так или иначе… привычное состояние девушки улетучилось в мгновение ока. Пошли мысли перепроверить раны и бинты на них, некие спасатели были упомянуты не самым приятным словом. А также, параллельно, развивалась цепочка дальнейших действий, но пока что только в голове. Возвращаться назад либо идти куда-то в неизвестность? Пытаться встретиться с кансен Северного Парламента либо же дождаться представителей Стальной крови на том берегу? Или…

Вновь вмешалась хозяйка дома. Хотя она просто решила уточнить, всё ли в порядке с её собеседницей. Вместе с тем женщина быстро обошла стол и стояла рядом с кансен. Но в то же время не решалась лично осмотреть ранения. К счастью, девушка не стала морочить голову и дала добро, попутно сняв свой мундир. Со временем это стало нечто вроде привычки. Само выработалось, когда “Цеппелин” ходила на некоторые задания в одиночку. Стоило обязательно следить за своим состоянием, как и трезво оценивать собственные силы. Да, вокруг никакой угрозы нет, вот только и кансен не в лучшей форме. К счастью, ничего серьёзного за столом не произошло. Раны не раскрылись, кровь виднелась только засохшая. Может, просто тело ещё полностью не восстановилось? К такой теории подходит тот тяжёлый бой, из которого “Цеппелин” умудрилась выйти. А когда девушка, без задней мысли, повернула тело, то боль вновь заявила о себе. К этому моменту хозяйка дома уже подуспокоилась. Конечно, смотрела с таким же обеспокоенным лицом, но вместе с тем просто стояла рядом. Когда она услышала предположения кансен, то, немного подумав, предложила вернуться в комнату и лечь в кровать. Видимо, единственное, что сейчас нужно “Цеппелин” - это отдых и покой. Кансен спорить не стала, кивнув головой и встав из-за стола. Правда, стоило той слегка пошатнуться, как хозяйка дома уже подошла и приготовилась поддержать гостью руками. В этот раз обошлось без неприятных ощущений. Как и несколько последующих шагов до маленькой комнаты.

Спустя пару минут, стоило лечь на кровать, девушка уставилась в потолок. Хоть она и слышала происходящее за стеной, но это мало её беспокоило. Точнее… “Цеппелин” не волновали вещи рядом, хоть с той же кухни. Но вот ситуация заставила задуматься. Кансен казалось… что она поступила неправильно в том разговоре. Что всё-таки стоило быть помягче. Да, у неё сложный характер. И сама девушка осознаёт данный факт. Но и он не взялся с пустого места… Вряд ли она перестанет ненавидеть этот отвратительный мир. И когда война с Сиренами закончится… пожалуй, в один момент планы начнут воплощаться в жизнь. Однако слепой яростью войну не выиграть. Потому “Цеппелин” старается следить за тем, что происходит вокруг. Наблюдает, слушает, пытается оценить боевые возможности других кансен, если предоставляется такая возможность. От того девушка не особо сближается с другими… хм, “защитницами человечества”. Вообще, “Цеппелин” осознала для себя очень забавную вещь. Для воплощения своих планов ей хотелось получше узнать… возможного противника. Для остальных это выглядело как долгие походы в библиотеку или даже архивы на базе. Но для самой кансен результатом маленьких “исследований” стала не только пища для размышлений… но и одна занимательная мысль. А может, и не потребуется огромных усилий, дабы воплотить желаемое? Этот мир настолько отвратителен, что при некоторых обстоятельствах, или же везении, он… уничтожит сам себя. Уже и не сосчитать попыток человека истребить подобных себе. И при всём при этом он даже думал, что сможет провести и выиграть войну, что покончит со всеми войнами. Всего лишь нужно искоренить одну вещь. А что в итоге? По всему земному шару прогремел настолько ужасающий кошмар, что воспоминания о нём ещё долго сидели в головах остальных. Тех, кто выжил, но оказался на руинах старого мира. И конечно же, это никого не остановило.

На лице “Цеппелин” вновь возникла ухмылка. Такая же, когда она осознавала написанное в сотнях книг. Как будто всю историю человечество только и пытается, что истребить само себя. Может, это и к лучшему. Кто знает, каков был бы мир без того самого человека? Откровенно витая в облаках, кансен уже не обращала внимание на звуки, что еле доносились из-за стены. Хозяйка дома опять с чем-то возилась. Возможно готовила им двоим еду на потом, либо же захотела что-то приготовить чисто для себя. Или убиралась после обеда, вместе с которым проходил разговор о… Ухмылка исчезла с лица девушки, оставив лишь хмурость и задумчивость. Но. М-да, опять это “но”. Когда-то давно “Цеппелин” старалась не обращать на него внимания. Лишь отмахивалась от подобного. Но со временем, во время службы или же просто находясь на базе, она начала всё больше размышлять по этому поводу. Для неё ничего не значили вещи, что будоражат умы и сердца многих вокруг. Красные знамёна с символом Стальной крови; громкие, пламенные речи с экранов или по радио; патриотизм. Гордость за свою страну и готовность выставить вперёд свою грудь, дабы защитить собой то место, что многие зовут Родиной. От высших чинов “Цеппелин” чуть ли не мутило. Они ведь всё равно пожертвуют своими силами, если того захотят. Уж кансен об этом хорошо известно…

Но… Вместе с тем девушка сражалась плечом к плечу с такими же, как она. С теми, кто без особых сомнений готов выполнить приказы сверху. И с теми… кто также готов прийти на помощь. Несмотря на её сложный характер, на открытую ненависть ко всему живому - другие кансен выручат в любой ситуации. Не из жалости, не из интереса, куда всё это заведёт. Честно говоря, раньше “Цеппелин” не верила в лозунги и речи о единстве. Как и сейчас, её не цепляет чей-то громкий, практически кричащий голос. Но… того же не получается сказать по поводу других “защитниц человечества”. Особенно когда в жизни кансен появилась та, кого она совсем не ожидала увидеть… Девушка нащупала на тумбочке свою фуражку, после чего подняла ту перед глазами. Спустя столько лет “оттягивания неизбежного”, можно ли сказать, что “Цеппелин” по итогу смягчилась и перестала так рьяно желать уничтожения мира? Девушка на пару секунд прикрыла глаза, а после послышался тяжёлый вздох. Нет. Кое-кто должен очень сильно заплатить за своё предательство. А если во всём мире существуют такие, как они… Кансен будет только рада выжечь всё дотла. Вот только то самое “но” никуда не делось. То самое “но”, что не позволяет с тем же недовольством или даже презрением смотреть на других кансен Стальной крови. Тем более на неё… Да даже сейчас, когда “Цеппелин” помог совершенно незнакомый, простой человек. Что уж там - она спасле девушке жизнь, будем честны. И относиться к этой женщине так, как кансен привыкла к другим, особенно как к какому-то высшему чину… Со временем девушка всё чаще замечала, что… всё-таки немного смягчилась. Нечасто, не ко многим. Но… уже не могла просто отворачиваться от них и игнорировать. Как и сейчас. Сморщившись, “Цеппелин” довольно резко убрала поднятую фуражку обратно на тумбочку. Словно хотела избавиться от неё поскорее. Нет, сейчас это совершенно не нужно. Неправильно. Девушка вновь прислушалась к происходящему за стеной, в этот раз уже внимательнее. Впрочем, ничего не изменилось к этому моменту. Послышался ещё один вздох, после которого кансен встала с кровати. Хотелось исправить то, что произошло за тем столом. Даже если оно окажется сущей мелочью - так хотелось сделать. И вот, “Цеппелин” уже стоит в большой комнате, где совсем недавно трапезничала. Хозяйка дома заметила появление гостьи, и на секунду их взгляды встретились. Ненадолго - кансен посмотрела на стол посреди комнаты и молча села на то же место. Женщина же, будто почуяв неладное, оставила свои заботы и расположилась напротив.

– … Я хотела бы извиниться. – вновь подняв взгляд, произнесла девушка. Произнесла достаточно уверенно, будто приняла окончательное решение. – Хотела бы извиниться за то, куда начал уходить наш разговор.

Часть 4

– Не понимаю… – тихо произнесла хозяйка дома, пытаясь осмыслить слова гостьи. Казалось бы, они мило беседовали за столом. По крайней мере, начали эту беседу. А то, что гостья иногда морщилась - скорее всего раны не зажили окончательно и давали о себе знать. – Вроде бы ничего такого не случилось. Так за что вам извиняться?

– Тогда… мне стоит объясниться. – опустив голову, произнесла “Цеппелин”. Как оказалось, хозяйка дома успела убрать посуду со стола. Так что ничего не должно мешаться и отвлекать от назревающего разговора. Вот только кансен не торопилась. Она думала, как бы помягче рассказать женщине перед собой, что её гостья начала ненавидеть весь мир. Ведь вполне вероятно, что хозяйка дома просто-напросто не поймёт свою собеседницу. Не то чтобы сразу будет против “Цеппелин” - просто не поймёт. Такое часто бывало в разговорах. Впрочем, затягивать тоже не стоило. Отчего девушка, сделав глубокий вдох, взглянула на женщину перед собой. – Так уж сложилось, что мне не повезло. Долго не везло с командованием, и некоторые вещи я не могу понять до сих пор. Я была почти готова выступить в бой. Но те самые вещи, что отделяли от службы, откладывали по странным причинам. Со временем мне уже начинало казаться, что меня предали. Как будто оставили гнить где-то в стороне, забыли про меня. По итогу я смогла выйти на воду и нести службу против Сирен. Но… То самое чувство предательства осело глубоко внутри. И я уже не чувствую того, что чувствуют остальные кансен. Во мне не просыпается радость или гордость, когда я вижу знамёна Стальной крови или слышу речи командования. Во мне уже не просыпается тот дух патриотизма, что присущ многим. Честно говоря, когда-то давно я даже начала проклинать весь мир. Мне казалось, будто он тоже ополчился против меня.

– Я… не знала об этом. – произнесла хозяйка дома, до конца не осознавая рассказанную историю. Она и подумать не могла, что ситуация среди кансен окажется такой неоднозначной. Ведь для обычного человека те самые кансен - “защитницы человечества” - сражаются ради одной, благородной цели. Защитить их дом от нападения Сирен. И вместе с тем… где-то на периферии мелькнула мысль, будто история женщине отчасти знакома. Хозяйка дома, наконец собрав мысли в кучу, подумала расспросить свою гостью поподробнее. Быть может, ей удастся чем-нибудь помочь. Вот только “Цеппелин” лишь выставила ладонь вперёд, призывая подождать. Или послушать, что девушка скажет дальше.

– Многие не знали. Даже не догадывались о том, что для меня это будет… сложной темой. Ведь казалось бы - всё достаточно просто. Цель одна, война общая, и сражаемся мы против общего же врага… Когда-то давно я никому не могла доверять. Из тех, кто меня окружал. Думала, что они все заодно. Готовят заговор против меня. Согласна, в чём-то я могла преувеличивать. Ведь мы никогда не знаем наверняка настоящее положение дел. – продолжила свою речь кансен. По крайней мере, говорила до ещё одной паузы вместе с отведённым взглядом. Женщине, что сидела напротив, подобное казалось возвращением в неприятные воспоминания. Она могла её понять. И отчасти хозяйка дома была права. Хоть “Цеппелин” и подбирала слова так, чтобы не показать свои… настоящие цели. Но в то же время тема разговора давалась девушке нелегко. Видимо, до сих пор не утихли противоречия глубоко внутри. Когда мысли об “обесценивании” ненависти её и пробуждали, но вместе с тем не получалось смотреть на окружающий мир как на чёрное и белое. И эта борьба в ней, казалось, может никогда не закончиться. На время откинув свой вечный спор, кансен вновь взглянула на свою собеседницу. – А со временем… я стала замечать одно “но”. В начале о таком я даже не задумывалась. Можно сказать, не ценила этого. Однако чем больше я замечала подобное, чем больше размышляла по этому поводу… тем тяжелее у меня получалось игнорировать то самое “но”. И им… стали другие кансен. Кансен, которые раз за разом приходили ко мне на помощь. Не из корысти, не из-за приказа сверху или желания узнать, что будет дальше. Да, нередко это были какие-нибудь мелочи. Но когда в бою некоторые рисковали своими жизнями, дабы меня защитить… Пожалуй, я всё чаще не могла к ним относиться так, как раньше. Особенно после одного дня. Когда появилась та, кого я совсем не ожидала увидеть…

– Может… может тебе просто хотелось выговориться? – осторожно спросила хозяйка дома, когда девушка закончила говорить. Та взглянула на неё вновь. С одной стороны, на лице кансен не так просто прочитать настоящие эмоции. И в то же время… кажется, появилось понимание, почему порой от её взгляда становится тревожно. Наверное, не удивительно, что другие могли её испугаться. Тем временем “Цеппелин” смотрела на свою собеседницу пару секунд… после чего пожала плечами.

– Может быть. – ответила она, вновь отведя взгляд в сторону. В комнате опять повисла тишина, где двое осмысливали рассказанную “историю”.

– А вы? Вы как здесь оказались?

– А? Я… – к внезапному вопросу женщина оказалась не готова. Сперва вопрос выбил её из собственных размышлений. Причём когда кансен наблюдала за своей собеседницей, то её взгляд будто добавлял ещё больше суматохи. Словно давал понять без единого слова, что с ответом лучше не затягивать. Возможно, хозяйке дома это лишь казалось от неожиданности. Да и сама тема оказалась такой, что сразу о ней не расскажешь… В один момент растерянность на лице женщины сменилась хмуростью. И когда хозяйка дома уже собиралась выдать хоть какой-то ответ… “Цеппелин” вновь выставила вперёд ладонь. И на этот раз кансен смотрела как-то… спокойнее что ли. Быть может даже добрее. Такой поворот вновь ввёл женщину в ступор… но внутри промелькнуло облегчение. Спустя пару минут хозяйка дома посмотрела на свою собеседницу. И смотрела уже с уверенным взглядом.

– Я переехала сюда… из-за обстоятельств. Да, я, вроде как, не должна здесь находиться. Ведь наша деревня находится близко к берегу, и есть опасность со стороны Сирен. Но… мне больше некуда было идти. Этот дом построил ещё наш дедушка. Он многое рассказывал о своей работе на лесопилке. Может даже был одним из тех, кто её и построил. Честно, не довелось спросить - тогда маленькой была. Жизнь проходила тихо и спокойно, со своими маленькими радостями. Меня… переполняли эмоции, когда я сюда вернулась. Не знала, что и сказать, даже самой себе. А переменилось всё, когда приехали военные. Сперва приходили тревожные вести. Кто-то привозил газеты о нападениях Сирен в море. А потом… всё завертелось. Всех экстренно начали эвакуировать. Суматоха стояла страшная, разве что лбами друг о друга не бились. Собирали вещи, кто-то пытался протащить больше обычного. Кого-то теряли в толпе. Надеюсь, они потом воссоединились. Пока отец собирал остальных и подводил к машинам, дедушка как всегда препирался. Он в жизни часто делал всё так, как хотел сам, и мало кого слушал. Тогда я думала, что он останется там, но по итогу мы встретились. Дедушка… тяжело пережил тот переезд, часто скучал по дому. Может, по тем тихим дням, когда всё шло своим чередом. И… это был первый человек, которого я потеряла. Несмотря на всё то, что дедушка мог учудить, он был хорошим человеком. Мама долго обзванивала и искала знакомых, кого мы ещё знали с деревни. На его похоронах собралось много людей и… мне было тяжело там находиться. Тогда казалось, будто не хватает воздуха…

– Но время не стоит на месте. – после небольшой паузы продолжила хозяйка дома. Причём таким тоном, будто минуту назад не сдерживала себя, дабы вновь разрыдаться. Скорее всего просто успокоилась. – Мама периодически навещала его могилу. Рассказывала, что наша жизнь налаживается. Несмотря на все маленькие невзгоды, что появлялись раз за разом. Отец долгим и упорным трудом наконец-то получил повышение. Тогда у нас случился маленький праздник, а после этого мы почти забыли о каких-либо проблемах. Всё, что случалось - лишь мелочи, которые забывались на следующий день. Но… всё изменилось в один миг, когда мы узнали одну новость. Папу, как опытного работника, отправили в командировку, где он мог заработать куда больше. Как он сам рассказывал - долго не раздумывал. Единственное, о чём он начал жалеть… место его будущей работы находилось не так далеко от моря. Когда мама узнала об этом, то долго отговаривала отца от этой командировки. Они громко ругались, до самого вечера. Я слышала их крики за стеной. Вот только это ничего не изменило. Последний раз когда я их видела вместе - когда они прощались возле двери. Мама до самого конца пыталась его отговорить, но всё оказалось тщетно. Тогда я не понимала её тревоги, как и мой папа. А то, что она называла раз за разом, посчитала каким-то бредом. Хорошо ещё тогда вслух не сказала… Со временем мама всё-таки успокоилась. Доставала диспетчера, чей номер неудачно попал ей в руки, но… более-менее успокоилась. И единственное, что она слышала в телефоне - всё в порядке. Командировка у отца была долгая. Однако сверху всё предусмотрели, и часто действовали, когда в дежурство выходили кансен. По крайней мере, нам так говорили… Казалось, что тот злополучный вечер всё больше напоминал скандал из-за пустяка. Что всё это было ложной тревогой, и скоро мы вновь воссоединимся. Пока… пока в один день не раздался звонок. Мама как всегда спокойно взяла трубку и…

В комнате вновь повисла тишина. Прерывистая тишина, что сменялась слабо доносящимися всхлипами. Хозяйка дома всё-таки не выдержала и расплакалась, прервав свою историю. Впрочем, “Цеппелин” совсем не собиралась винить её в этом. На базе кансен порой называли чёрствой и бессердечной. Мол, со своим грозным взглядом и хмурым лицом она даже не способна сопереживать. Вот только это совсем не так. В пылу сражений девушка полностью погружалась в творящийся хаос на море. Но когда орудия стихли, когда противник ушёл за горизонт или исчез благодаря своим технологиям. Когда одна кансен пытается дотащить до базы другую, что истекает кровью… Возможно, та маленькая трещина сомнения в ненависти к миру родилась ещё тогда. В самых тяжёлых боях против Сирен, откуда они вернулись чуть ли не чудом. И раз за разом наблюдая кошмар войны. Раз за разом видя, как весёлые до этого “защитницы человечества” смотрят вперёд каким-то пустым взглядом. Тем, кто вчера без всяких мыслей шёл на помощь, уже самим эта помощь не помешает. Могла ли “Цеппелин” оставаться всё такой же “чёрствой и бессердечной”? Могла ли остаться в стороне? Кансен встала из-за стола. Причём умудрилась сделать это так, что хозяйка дома не заметила изменений. До этого девушка пару раз поворачивалась к условной “кухне”, желая увидеть одну конкретную вещь. Пол начал скрипеть под ногами, но даже так женщина за столом до сих пор шмыгала носом. Либо так сильно погрузилась в воспоминания и эмоции, либо же не придала особого значения происходящему в комнате. Так или иначе, “Цеппелин” уже вовсю искала искомый предмет. И еле заметная улыбка на лице говорила об удачном окончании поисков. Как оказалось… она искала кувшин с водой. Ещё несколько секунд понадобилось, дабы заметить пустой стакан. В это время хозяйка дома, казалось, притихла. Но кансен это уже не беспокоило. Вернувшись на своё место, девушка также поставила наполненный стакан на стол. Поближе к своей собеседнице. Честно говоря, в иной ситуации “Цеппелин” могла просто проигнорировать кого-то в подобном состоянии. Она… не очень умела успокаивать других. Скорее всего, другая кансен разобралась бы с такой проблемой заметно быстрее. Однако… кое-что девушка видела. И вместе с тем - убедилась, что всё работает. Помогает другому человеку успокоиться. Наконец очнувшись, женщина с удивлением, непониманием смотрела то на стакан с водой, то на кансен. Но уже спустя пару секунд на её лице появилась улыбка, а после - прозвучала искренняя благодарность. Вот только хозяйке дома всё равно возвращаться к своей истории… Сделав пару глотков, женщина перевела взгляд на кромку воды, что до сих пор еле колыхалась. И вместе с тем улыбка постепенно исчезала с её лица.

– С тех пор прошло много лет. Я уже повзрослела. И далеко не такая молодая, что была прежде. Уже не побегать и не порезвиться - суставы тут же заломит. Может, это уже старость потихоньку подходит. Или же последствия из прошлого дают о себе знать… Я начала много работать. Бралась практически за всё, до чего могла дотянуться. Нередко приходилось обучаться прямо в процессе, отчего голова порой начинала гудеть. Но… в этом находились и неожиданные плюсы. Я умудрилась за короткое время узнать всякие закоулки своего города, где можно удобно пройти до нужного места. А приходилось всё это делать из-за проверки оборудования, расставленного по разным местам. Сперва ноги болели, но потом привыкла. А в праздники город приобретал какую-то особую красоту. Мне не приходилось пробираться сквозь огромную толпу, дабы увидеть красочное шоу. Я могла бы долго рассказывать о своих маленьких приключениях по городу… но мы ушли от темы. И происходило всё это не просто так. Мама… не смогла пережить гибель отца. И чем больше проходило времени, тем чаще она выглядела… опустошённой. Если раньше она хоть как-то откликалась, даже улыбалась и шутила, то не так давно… Она… Она практически ни на что не реагировала. И ни я, ни её знакомые, так и не смогли вытащить из этой пучины отчаяния. Врачи тоже не помогли. По итогу пожали плечами и вынесли какой-то заумный вердикт. А я… Я не могла её бросить. Единственное, что мне оставалось - это надеяться, что сама смогу вытащить её оттуда. Вернуть того самого человека, которого помню с самого детства. Кого любила с первых лет. И… быть может, у меня бы получилось. Жили мы не то чтобы плохо, денег в целом хватало. Да и тогда я не рвала себе спину ради неё. Просто… нам вновь не повезло. Как оказалось, мама начала болеть, и болеть сильно. Но сначала мы об этом не подозревали. Прошли кучу обследований и посетили довольно много врачей, чтобы по итогу… увидеть, как они пожимали плечами. Проблема оказалась серьёзнее, чем ожидалось на первый взгляд. И чем дальше и глубже мы погружались в эту кроличью нору… Сперва приходилось принимать лекарства, которые так просто не достать. И денег они стоили баснословных. Постепенно начало казаться, что всё получается. Я даже вздохнула с облегчением в какой-то момент. Пока… Пока врачи не объявили о каком-то… осложнении, будь оно неладно. Тогда я, наверное, была на пределе, так как чуть не закатила истерику. Начала обвинять в сговоре, желании нажиться на человеческих жизнях. Не знаю, что на меня нашло. Причём я даже плохо помню, как мы вдвоём вернулись домой. А когда моя непонятная ярость наконец сошла на нет… маме действительно становилось всё хуже. Понемногу, не так заметно, но… Я уже не знала, что мне делать. Доставала эти проклятые таблетки, ради которых нагружала себя всё больше и больше. Хорошо ещё в долги не полезла. И когда… когда всё только начало восстанавливаться… Я… Я вернулась домой, а там… там…

История вновь прервалась. Воспоминания оказались настолько тяжёлыми, что хозяйка дома не выдержала и вновь расплакалась. В то время как “Цеппелин” еле слышно вздохнула… чувствуя во всём этом нечто знакомое. Очередной повод для ненависти, не людей, но богов. Её ненависти. Всё-таки кансен не была уверена, как на подобные “удары судьбы” реагировала бы женщина, что сидит перед ней. Девушка разбила бы стол, на котором “разыгрывали” жизнь. Её же собеседница… возможно, впала бы в отчаяние. “Цеппелин” слышала про себя разные вещи, хоть зачастую и пропускала их мимо ушей. Что в радостные или грустные моменты жаловались и не понимали её “холодность” и отстранённость от происходящего вокруг. Но… вместе с тем они удивлялись тому же в тяжёлой обстановке, когда это превращалось в стойкость и непоколебимость. Говорили, что её характер будто сделан по-другому. И сейчас, оглядываясь назад… может, в их словах всё же была доля правды?

Заметив пустой стакан, “Цеппелин” только начала вставать из-за стола… как хозяйка дома внезапно выставила вперёд ладонь. Причём она лишь слегка успокоилась, после же вновь заливаясь слезами. Кансен, остановившись на середине пути, переводила взгляд то на кувшин, то на женщину. Но по итогу села обратно на скамью, лишь отведя взгляд в сторону. Несмотря на всю тяжесть боли, она решила встретиться с ней лицом к лицу… Сложно сказать, сколько прошло времени после этого. Одна минута? Две? Или пять? Кансен всё так же не вмешивалась, слушая все доносящиеся всхлипы. Хоть и чувствовала себя не в своей тарелке… Ей казалось, что попытка утешить человека окажется неуместной. Тем более девушка, опять же, не очень умеет подбирать красивые слова. С этим лучше обращаться, например, к флагманам. “Цеппелин” же привыкла сразу переходить к делу, каким бы сухим или даже грубым этот переход ни был. Но, тем не менее, всему приходит конец. Постепенно плач становился всё тише, а тело женщины всё реже вздрагивало. Хозяйка дома убрала от лица руки, хоть и смотрела куда-то в столешницу. Всё ещё не выбравшись окончательно из тяжёлого прошлого, судя по взгляду. Впрочем…

– Честно говоря, в первый день я мало на что влияла. Успела обзвонить знакомых и родственников, прежде чем… меня накрыло. Не заметила, как пролетело время, а в дверь кто-то позвонил. Подошла я с трудом. И когда встретилась взглядами со своей тётушкой… слов не потребовалось. Пока она долго и упорно звонила кому-то по телефону, я… бесцельно смотрела куда-то в стену. Думаю, она всё прекрасно понимала и не стала меня трогать. Но знаешь… несколько позже я удивилась другому. Я обзвонила нескольких маминых подруг. Тех, с кем они порой засиживались вечерами на кухне. Откуда разносился заливистый смех по всей квартире. Или даже за её пределы. Вот только… никто не пришёл на её похороны. Я даже приехала к одной из них, так как мы порой были там в гостях. И… на пороге меня встретила чем-то недовольная женщина, которая отреагировала на смерть человека… равнодушно? Нет, она повздыхала о чужом горе и покачала головой, но… я чувствовала, что что-то неправильно. Да и… ещё до этого я обзвонила… быть может, человек пять. Всех я так или иначе помнила, и ничего не говорило о каких-либо ссорах. Больше дозвониться толком не получалось, отчего я даже начала чувствовать…

– Брошенной? – внезапно перебила свою собеседницу “Цеппелин”. И это определённо сбило женщину с толку.

Свой тяжёлый рассказ она уже продолжала с поникшей головой. Глаза смотрели на остатки воды в стакане, а голос стал немного тише. По крайней мере, до того момента, как хозяйка дома повернулась к своей гостье с удивлёнными глазами. В то время как на неё саму смотрел спокойный, но в то же время серьёзный, даже грозный взор. Если эту кансен побаивались, то женщина начинала понимать почему. Сперва хозяйка дома попыталась что-то объяснить своей собеседнице. Ведь она ещё не добралась до того момента, где такой вопрос звучал бы уместно. Да и вообще, там немного не так было. Вот только взгляд “Цеппелин” оставался непоколебимым. Кроме того, прокручивая свои воспоминания, женщина… начала терять вдруг появившуюся оживлённость. Голова вновь поникла, а глаза бесцельно уставились на поверхность стола. И вместе с тем только укреплялась одна мысль. Не то чтобы гостья торопила её со всей этой историей, скорее… уже поняла, к чему всё идёт? Если так, то… девушка оказалась права. Вздохнув, женщина напротив кансен еле заметно кивнула головой. Но этого хватило… чтобы её собеседница наконец ожила. Прикрыв на секунду глаза, она медленно, как-то тяжело вздохнула, после чего повернула голову в сторону.

– Просто это… очень знакомое чувство. – не оборачиваясь, произнесла “Цеппелин”. Для неё воспоминания тоже были не самой приятной вещью. Но в то же время они… подпитывали её. Подпитывали её ярость и словно давали ещё сил. Но об этом хозяйке дома, пожалуй, знать не обязательно…

– Вот как… – тихо проговорила женщина, вновь взглянув на стакан. Добавить было нечего, так что двое вновь сидели в тишине. Размышляя о чём-то своём. Впрочем, одна длинная история не дошла до своего финала. По крайней мере, кое-кто ещё не ответил на главный, хоть и не поднятый вопрос. – … На похороны пришло всего пара человек. Самые близкие для мамы люди. Они долго старались меня успокоить, поддержать. Показать, что они рядом, и всегда будут рядом. Но… Даже когда я слышала их плач, когда видела их лица… Стоило мне вновь взглянуть на надгробную плиту, как… я чувствовала одиночество. Будто осталась совершенно одна. В тот день я уже так не ревела, как в квартире. Может, во мне уже и слёз не осталось? Может… меня до сих пор мучал вопрос “Почему”? Почему столько людей, которых мы долгие годы считали друзьями, и на которых готовы были положиться… Почему всё так обернулось? Когда я вернулась домой, то… осталась такой же отстранённой от остального мира. Не хотелось никуда идти, ни с кем говорить. Ничего не хотелось делать. Впрочем… сам мир не смотрит на наши беды, правда? То и дело доносился шум соседей, у которых вечно что-то происходит. А порой я не могла посидеть в тишине из-за происходящего на улице. И со временем становилась всё более недовольной, даже раздражённой. Доходило до того, что пару раз огрызалась в ответ, когда со мной пыталась поговорить соседка. Хорошо ещё она была доброй душой. И когда ей довелось узнать о моём горе, то не раз предлагала свою помощь. Даже по мелочам. Тётушка тоже обо мне не забывала. По крайней мере, приезжала, когда появлялась возможность. Нередко готовила, спрашивала по поводу врачей и таблеток, и, конечно же, проверяла моё состояние. Впрочем, я не менялась изо дня в день… Сидела где-то в глубине комнаты, порой возле окна. Реагировала на происходящее всё так же вяло. Ведь… мало в чём видела смысл. И так пролетали дни, пока… наконец не появилось желание. Я хотела уехать от всего этого. Уйти от происходящего вокруг как можно дальше, где меня ничто не будет беспокоить. Правда, тогда у меня не было идей, куда именно идти или ехать, пока… я не вспомнила про свой дом. Этот дом. Разрешения от тётушки я решила не дожидаться. Догадывалась, что она начнёт отговаривать от “необдуманной” поездки. Что она не отстанет. Хотя… предупредить её тогда, наверное, стоило. Пока разобралась, как сюда добраться, пока, собственно, доехала - уже и день практически закончился. Его половина уж точно прошла. И стоило мне приехать в деревушку - Полесье - как случайно повстречала одного человека. Я и не думала, что потом он станет одним из немногих, кому я могла довериться. Как оказалось, он тоже когда-то давно жил здесь, в Тёсово. Ещё ребёнком. Мне тогда показалось странным, что мы не были знакомы. Может, не пересекались потому, что жили на разных концах деревни? Впрочем, Аркадий вспоминал тот злополучный день эвакуации. И тогда родных-то в суматохе не разглядишь… Пожалуй, ничего удивительного в том, что он начал меня отговаривать. Вновь напомнил о Сиренах и угрозе обстрела. Но… мне было всё равно. Я не хотела возвращаться в город. Слишком многое мне напоминало о горе… И, кажется, Аркадий меня понял. Из всего разговора или же по моему выражению лица - не знаю. Но, так или иначе, он предложил переночевать у него дома, а на утро мы всё решим. Надо ли говорить, к чему пришёл наш разговор? Когда мы шли по забытой дороге, я решилась рассказать о моей… чёрной полосе в жизни. Полагаю, для него теперь всё встало на свои места, хоть мой проводник и не подавал виду. Ведь кто в здравом уме отправится в заброшенную деревню не просто побывать там, а полноценно жить? От вида родного дома я… не знала что сказать. Казалось бы, вот здесь дедушка сидел и рассказывал нам истории. Чуть дальше находилась мастерская, из которой постоянно что-то доносилось. А за большим тогда забором периодически проходили люди на лесопилку. Проходили и махали рукой - если не дедушке, то нам с мамой и папой. Но сейчас… время явно его не пощадило. Мы проходили мимо домов, которые выглядели заметно хуже. Ещё немного, и они развалятся. Вот только моему дому всё равно требовалось многое, чтобы вернуть его былой вид. Хех, и меня же ведь это не остановило… По итогу я вернулась в город. Переполох, конечно, умудрилась устроить - мама дорогая. Но тогда я услышала от тётушки то, чего совсем не ожидала. Она… была не против, чтобы я сюда переехала. Представляешь? Не пойми куда, в ветхий дом, который может упасть мне на голову. Впрочем… и я не собираюсь оставлять это просто так.

– … Скажи, это было сильно глупо, да?

– Думаю, не мне выносить вердикт. – после долгой паузы наконец произнесла “Цеппелин”. Хозяйка дома переменилась в лице, непонимающим взглядом смотря на собеседницу напротив себя. В то время как последняя… едва заметно ухмыльнулась. Она ожидала чего-то подобного. Женщина, не дождавшись продолжения, вновь погрузилась в размышления. Возможно, думала о том, чем ещё можно продолжить беседу или вновь подвести к поднятому вопросу. Тем временем кансен вновь осмотрела комнату, в которой они находились. Будто забыла всё то, что видела при входе сюда. – Мне бы понравилась идея подобного места. О котором никто не знает, и никто сюда не доберётся. Раньше я больше думала бы об этом месте. Строила бы планы, что буду делать дальше. Но сейчас… я не могу просто взять и пропустить мимо ушей вашу историю. Как не могу игнорировать других кансен, что окружают меня. И если возвращаться к вопросу… Мне нравится ваша идея уйти ото всех, буквально от всего мира. Но… я не стану выносить вердикт, правильно вы поступили или же нет. Принимать решение, если так удобнее. Ведь за свою жизнь я видела многих, и они порой разительно отличаются друг от друга. Зная же о том, с какой болью вы вспоминали эту часть жизни… я не стану принимать решение за вас. Ведь то, как мы смотрим на мир, может кардинально отличаться друг от друга.

– Вот как… – тихо ответила хозяйка дома, вновь опустив взгляд. Честно говоря, этот вопрос как-то сам вырвался. Только секунду спустя женщина осознала сказанное. Хотя… Может, ей хотелось услышать кого-то, кто её поддержит? Скажет то, о чём она сама думает? Конечно, имелся неиллюзорный шанс, что эту “авантюру” посчитают полной глупостью и попросят поскорее возвращаться в город. Тем более, хозяйка дома сама начала думать о том, стоило ли оно того. Кто ж знал, что её гостья решит ответить подобным образом… В то же время спорить с ней было глупо. Ведь в жизни окончательное решение принимаешь ты сам. И важно тут не мнение тех, кто тебя окружает. Важно то, чего хочется на самом деле. На лице женщины появилась еле заметная улыбка. Да и… почему нужно отказываться окончательно и бесповоротно? Разговор, похоже, наконец-то подошёл к своему концу, оставив участников долго витать в собственных мыслях.

– Ох, я совсем забыла! – внезапно встрепенулась хозяйка дома. Чем, разумеется, привлекла внимание девушки. Не сказать, чтобы та испугалась, но то что напряглась - определённо. Впрочем, причину подобной реакции можно назвать ложной тревогой. Женщина протянула руку своей собеседнице. – Меня Лида зовут. А вас?

– Не думаю, что это что-то вам даст… – слегка повернув голову в сторону, произнесла кансен. Впрочем, через секунду она вновь взглянула на женщину перед собой. На протянутую руку. После чего тихо вздохнула… и протянула руку в ответ. – “Граф Цеппелин”.

– А… вот оно что… – виновато улыбаясь, сказала хозяйка дома. Да уж, такое… необычное имя она не ожидала услышать. Хотя стоило бы - это же кансен. Женщина как-то слышала, что они являются воплощением огромных боевых кораблей. И подобное… плохо укладывалось у неё в голове. Благо, Лида была такая не одна. Впрочем, ладно. Вновь улыбаясь, хозяйка дома посмотрела на стол перед своей гостьей, а после - в сторону своей кухни. Да так и смотрела в одну точку, определённо витая в размышлениях. Судя по всему, им двоим придётся тут жить какое-то время. То, что девушка здесь ненадолго - сомнений не вызывало. Но тем не менее… Благо, запасов еды они с Аркадием сюда принесли достаточно. Как раз, чтобы Лидия смогла пережить зиму. Тогда она ещё твёрдо решила жить в этом забытом богами месте… Размышления плавно перетекли в список возможных блюд, которые хозяйка дома могла приготовить на пару дней. И женщина уже думала встать и осмотреть продукты… как раздался странный, но довольно громкий звук. Короткий, как хлопок. Отчего Лида вынырнула из раздумий и развернулась в сторону двери. – М? Что это было?

Последнее уже прозвучало в сторону кансен… которая заметно напряглась. В одно мгновение она повернула голову к выходу. И пару секунд будто гипнотизировала дверь, пока не встала из-за стола. Просто ей… казался знакомым этот звук. Очень знакомым. Но не могли же… Нет, они не действовали подобным образом… Даже не оборачиваясь, “Цеппелин” одним движением сняла висящую на стене шубу и быстро накинула ту на себя. Разумеется, такое не могло остаться незамеченным. И Лидия, с непонимающим взглядом, смотрела то на выход, то на свою гостью. Даже начала также вставать из-за стола, дабы разобраться в происходящем. Но её быстро остановил уже знакомый взгляд “Цеппелин”.

– Сидите здесь.