Мстители. Перед финалом. Рассказ

Глава 1

Тень надвинулась на Титан не из космоса — она поднялась со дна его собственных золотых городов.

— Сначала они убили всех самых богатых, — голос Таноса звучал низко, сухо, без тени сожаления или гнева. Лишь констатация диагноза давно умершему пациенту.

На главной площади Столицы, под палящим пурпурным солнцем, со скрежетом опускались тяжелые лезвия гильотин. Толпа брызгала слюной, заходясь в ликующем вопле при каждом падении очередной головы. Кровь элиты смывала пыль с мраморных мостовых, но не могла утолить голод.

— Затем они стали убивать тех, кто просто выглядел более сытым. Более здоровым.

Голограмма скользила по узким переулкам жилых кварталов. Выбитые двери, звон битого стекла, крики женщин. Разъяренные, истощенные толпы вытаскивали своих же соседей прямо на мостовую, забивая их обрезками труб и камнями только за то, что в их домах еще оставались запасы чистой воды.

— Потом они стали убивать друг друга.

Пейзаж сменился выжженными равнинами. Каменистая земля была усеяна тысячами трупов. Вчерашние бунтовщики, разбившись на оскалившиеся банды, сходились в слепой, бессмысленной грызне за последние синтезаторы пищи. В этой войне уже не было правых — остался только животный инстинкт выживания.

— А в конце они уничтожили всё.

Небо над планетой на мгновение вспыхнуло ослепительно-белым. Один за другим на поверхность Титана обрушились столбы ядерных грибов. Взрывные волны слизали изящные шпили академических башен, превращая процветающий мир в радиоактивный шлак и пепел. Вздрогнула сама кора планеты, сдвигаясь с орбиты.

Экран озарился отсветом умирающей планеты, и в этой тьме проступил тяжелый, словно высеченный из гранита профиль Таноса. Он смотрел на мертвый шар Титана через иллюминатор своего флагмана.

— И всё из-за катастрофического перенаселения. Им не хватало ресурсов. Вокруг было слишком много голодных ртов, и цивилизация сожрала сама себя, — Танос медленно сжал огромный кулак, и в его глазах вспыхнул фанатичный, слепящий огонь. — Титан умер. Но я не позволю этой болезни уничтожить оставшийся космос.

***

Огромная тень «Тёмной Астры» медленно накрыла золотые шпили Асгарда, заставив стражу на балконах сжать копья. Когда массивный корабль Кри опустился на посадочную площадку, дипломаты и придворные замерли в неведении: к чему этот нежданный визит? Но к еще большему удивлению дворца, Всеотец без колебаний дал согласие на немедленную личную аудиенцию.

Тронный зал пустовал — по приказу короля стражу вывели за массивные двери. В тишине высокого зала шаги Ронана Обвинителя отзывались гулким эхом. На вершине золотой лестницы, в тени величественного трона, восседал Один. Его взгляд был строг, а рука покоилась на Гунгнире.

Ронан остановился у подножия, окинул фигуру Всеотца долгим, ироничным взглядом и вдруг едва заметно ухмыльнулся.

— Можешь сбросить макияж, принц, — глубокий голос Обвинителя гулом отозвался от стен. — Здесь только свои.

Один на троне выдержал паузу, а затем его губы тронула знакомая, ядовитая ухмылка. Золотистое сияние пробежало по царским одеждам, осыпаясь искрами, и через мгновение на месте седого правителя уже сидел Локи — в своем изумрудно-черном одеянии, с бокалом вина в руке. Спустившись с ступеней, Локи легко, по-братски приобнял Ронана за плечи:

— А ты ничуть не изменился, мой суровый друг. Всё так же не умеешь кланяться.

— Я пришел не за этим, — Ронан коротко ответил на жест, но его лицо оставалось серьезным. — Повелитель знает, что ты жив и занимаешь этот трон. Ты должен пойти со мной, Локи. Время пришло.

Локи отступил на шаг, прищурившись, и с деланным вздохом качнул головой:

— Замысел Таноса — это абсолютное безумие, Ронан. Вырезать половину населения на каждой планете? Это же глупо. Стерев половину, он лишь отсрочит перенаселение. Пройдет пара веков, и цифры вернутся к прежним.

— Ты ошибаешься, — возразил Обвинитель, сжав рукоять тяжелого молота. — Танос верит, что этот ужас станет уроком. Выжившие будут жить в страхе перед его возвращением. Этот страх заставит цивилизации жестко контролировать свою численность.

— И всё-таки... даже для меня это немыслимо жестоко, — тихо произнес Локи, нахмурившись. — Убивать половину разумных существ во вселенной ради абстрактной идеи?

— Эти люди все равно уже мертвы, — отрезанно чеканным тоном ответил Ронан. — Они просто еще не знают об этом, потому что сожрут сами себя, как Титан. По мне, так Танос слишком милосерден. В некоторых мирах — вроде Ксандара — я бы истребил не половину, а каждого до единого.

Локи задумчиво приподнял бровь, уловив тонкую нить в словах собеседника:

— Но если Танос заберет половину ксандарианцев, это все равно утолит твою жажду мести. Что ж... А где гарантии, что ты сам не сгоришь в этом костре? Что если жребий падет на тебя или половину твоей Империи Кри?

— Те народы, что добровольно встали под знамя Таноса, образумились, — ответил Ронан. — Они поклялись сами контролировать свою численность. В их уничтожении нет смысла.

Глаза Локи азартно вспыхнули. Он мгновенно сложил в голове высшую арифметику спасения:

— То есть... ты хочешь сказать, что если я стану полноправным правителем Земли и буду лично контролировать численность её населения... я смогу спасти всех ее жителей?

— Безусловно, — кивнул Ронан. — А поскольку ты здесь восседаешь как правитель Асгарда, ты способен сохранить и Асгард.

Локи расправил плечи, его взгляд стал строгим и решительным. Он оглядел тронный зал, который совсем недавно был лишь его дорогой игрушкой.

— Что ж, Ронан... Чтобы спасти Асгард и спасти жителей Земли — как я уже пытался сделать однажды, — я согласен пойти с тобой.

Память выхватила из прошлого тот ледяной день. Гудевший Биврёст, рушащийся радужный мост и бездна, оскалившаяся прямо под ногами. Локи помнил, как пальцы соскальзывали с золотого древка Гунгнира, как Тор умоляюще кричал сверху, и как Один — его названый отец, его кумир и разочарование — лишь тяжело качнул головой.

- Я мог сделать это, отец! Я мог сделать это! Для тебя! Для всех нас! - прокричал Локи, нависая над бездной космоса.

- Нет, Локи...

Тогда он сам разжал пальцы. Во имя обиды, во имя гордости. Он полетел вниз, в квантовый хаос между мирами, готовый к смерти.

А потом был удар. Вспышка ослепительной боли, хруст собственного тела и глухой, тяжелый грохот.

Локи упал на лобовое стекло корабля точно так же, как годы спустя его брат Тор упадет на стекло «Милана». Но это был патрульный крейсер Империи Кри. Сквозь треснувший прозрачный барьер на него во все глаза смотрели синекожие офицеры, застывшие в глубоком шоке: живое существо, выжившее после падения из открытого космоса, было явлением вопреки всем законам физики.

Очнулся он уже в медицинском отсеке, прикованный к операционному столу энергетическими зажимами. Взрывные импульсы восстанавливающей сыворотки Кри всё ещё жгли вены. Вокруг гудели медики, а в дверях отсека выросла массивная, тяжелая фигура.

Сам адмирал Ронан лично прибыл взглянуть на «ледяное чудо», выжившее в вакууме. Обвинитель подошел ближе, его тяжелый, налитый свинцом взгляд въелся в лицо асгардского принца.

— Кто ты? Назови себя, — чеканно произнес Ронан.

Локи слегка повернул голову, разминая затекшую шею. В его глазах, несмотря на дикую слабость, вспыхнул знакомый надменный огонь.

— Сын не своего отца. Принц царства, которое ему не принадлежит. Бог хитрости и обмана... обманутый собственным братом.

Ронан едва заметно нахмурился, переваривая услышанное:

— Это твой брат сбросил тебя в открытый космос?

— Да... можно сказать и так, — уголок губ Локи дернулся в горькой ухмылке. — Я хотел уничтожить мир наших врагов. Я хотел отомстить им за века крови. Но брат помешал мне, а отец... отец не поддержал.

Ронан молчал долго. На его суровом лице, измазанном боевой сажей, проступило неожиданное, глубокое понимание. Впервые его жесткие черты смягчились.

— Я понимаю тебя, бог обмана, — тихо, но веско ответил Ронан. — Есть мир, которому я мечтаю отомстить уже много лет. И однажды я это сделаю. Но в одиночку я с этим не справлюсь — для этого нужен могущественный союзник. К счастью, у меня есть такой.

Локи подался вперед, насколько позволяли зажимы, и на его лице расцвела привычная, тонкая и опасная улыбка:

— Как интересно... Надеюсь, ты познакомишь меня с ним, о мудрый правитель?

Воспоминание сменилось другим давним фрагментом — полумраком «Святилища II», где Владыка впервые вручил ему артефакт.

— Ты уже не хочешь уничтожить Землю, асгардец? — спросил тогда Танос, медленно поворачивая скипетр в руках.

— Я никогда не желал людям зла, — ровно и с достоинством ответил Локи. — Земля — один из Девяти Миров, который я обязан защищать. Пообещай мне, могучий Танос, что ты пощадишь Землю, если я стану править на ней.

— Я даю тебе свое слово, — ответил Танос. — Земля будет помилована, если ты станешь диктатором на ней и будешь править мудро.

— Тогда позволь мне отправиться на Землю и принести к твоим ногам Тессеракт.

— Конечно, мой принц. Есть только одна деталь.

Титан сделал шаг вперед и с тихим, зловещим звоном коснулся кончиком скипетра самой груди принца. По венам Локи мгновенно ударила отравляющая волна. Его глаза почернели, затянувшись мутной, леденящей тьмой. Перед Таносом стоял уже не гордый принц, а покорный слуга.

— Возьми этот скипетр, — Танос протянул артефакт. — Покори Землю и принеси к моим ногам Камень Пространства.

Взгляд Локи вспыхнул той самой безумной, исступленной злобой, которую хорошо запомнили жители Земли. Он шагнул в сияющую брешь портала и мгновенно оказался на базе «Щ.И.Т.а»...

Наваждение сгинуло. Локи снова стоял в настоящем, переступив порог тронного зала «Святилища II».

Неподалеку стояла приемная дочь Титана Гомора. Локи изящно наклонил голову, приложив руку к груди:

— Моё почтение, ваше высочество.

Гамора осталась стоять недвижимо, словно высеченная из камня статуя.

Тяжелые шаги заставили зал замереть. В сопровождении Эбони Мо вошел сам Танос. На губах Безумного Титана играла едва заметная усмешка:

— Итак, ты согласился присоединиться к нам снова, принц. Или, может быть, уже король? — усмехнулся Танос.

— Условия те же, — ровно и твердо ответил Локи, не сгибая спины. — Ты пощадишь Землю.

— С чего ты думаешь, что тебе под силу покорить Землю? — подался вперед Танос, прищурившись. — В прошлый раз ты потерпел фиаско.

— Потому что моя воля была скована Камнем Разума! — голос Локи неожиданно взвился, зазвенев металлом и яростью, перекрывая гул реакторов. — Я не мог применять магию в полную силу! Я говорил тебе, что будет ошибкой делать из меня марионетку!

Резкая вспышка асгардского принца заставила присутствующих смутиться, а Эбони Мо нахмурился, готовый сжать пальцы. Но стоявший рядом Ронан лишь тихо шагнул вперед и тяжелой бронированной ладонью лег Локи на плечо, заставляя того утихомирить пыл.

— Можешь взять себе Землю, если сможешь, — выслушав его, выдержал паузу Танос. — Но сначала выполни миссию. На этот раз мы не будем блокировать твою магию.

— И что теперь я должен делать? — Локи восстановил дыхание, поправив лацканы одеяния. — Добыть сразу два Камня Бесконечности на планете, где меня ждут Мстители?

— Нет, Камни могут подождать, — качнул головой Титан.

— Мы получили послание из будущего, — подал голос Эбони Мо.

Слуга Таноса сделал взмах тонкой рукой, и центр зала заполнила гигантская голографическая проекция. Поле боя усеяно убитыми и раненными, Танос вставляет последний Камень Времени в Золотую Перчатку; в его грудь на полной скорости вонзается гигантская Гром-Секира. Призрачный Титан хрипит врагу: «Надо было по голове...» — и щёлкает пальцами.

Кадр распадается и переносится в технологичную лабораторию. Перед глазами Локи вспыхнули Мстители, облаченные в странные серо-черные костюмы. На проекции Скотт Лэнг в серо-черном костюме оборачивается к команде: «Помните: у нас по одной частице Пима на прыжок туда и обратно... Второго шанса не будет».

Затем Мстители исчезают во вспышке, а голограмма показывает пустынные, залитые дождем руины Морага, танцующего Звездного Лорда и затаившихся в засаде Небулу и Роуди.

— Что это? — Локи прищурился, разглядывая сияющие нити данных. — Какая-то неизвестная магия?

— Это будущее, — ответил Эбони Мо, оглаживая подбородок. — То, что было неизбежно. Великий Танос совершил то, что было предначертано. Но Мстители хотят помешать ему. Они нашли способ путешествовать во времени, используя технологии ученого с Земли — Хэнка Пима. Но теперь мы знаем их замысел и можем им помешать.

— Что? Путешествия во времени? Это возможно? — искренне удивился Локи.

— В бесконечной Вселенной возможно всё, — тихо произнес Танос.

— И что я должен делать?

— Твоя магия поможет тебе внедриться к Хэнку Пиму, — продолжил инструктаж Эбони Мо. — Мы не знаем, где точно он живет и как его найти, но знаем наверняка, где будет его союзник — Скотт Лэнг. Ты отправишься на Землю и заменишь его. Ты выкрадешь для нас частицы Пима и самого ученого. Но будь осторожен... Ты знаешь что-нибудь о чародеях, охраняющих Землю?

Локи едва заметно ухмыльнулся, качнул головой:

— Не слышал. Думаю, это не настолько сильные маги, чтобы я мог о них знать.

— Они поставили защиту, — строго перебил его Эбони Мо. — Как только ты появишься на Земле в своем истинном облике, тебя мгновенно обнаружат. Помни об этом и никогда не используй там свое лицо.

— Когда закончишь, — вновь взял слово Танос, поднимаясь с трона, — можешь попробовать захватить Землю. Если это будет тебе по силам.

— И освободить их, — внес финальную правку Локи, встретившись взглядом с Титаном. — Ты пощадишь их. И ты не тронешь Асгард.

— Если Асгард сам не нападёт.

Локи на мгновение замер, взвесив все риски, после чего легонько кивнул:

— Тогда я согласен.