Междусобойчики «Tales of»

Волосы (джен, «Tales of Vesperia» и «Tales of the Abyss»)

Описание:

Уж слишком уж капризным был этот Люк, что у Юрия аж руки чесались.

На написание вдохновило видео:

Tales of Gekijou (Tales of Theater ているず おぶ 劇場) Episode 1

— Хочу есть! Хочу есть! Есть хочу!

Больше всего Юрия раздражало, как вокруг не в меру избалованного молодого господина крутился его слуга — Гай, — который выглядел куда благороднее. Они и так застряли в лесной глуши по вине Люка — одна сплошная морока с ним.

Флинн ушёл вперёд один на разведку, так как Люк всех сильно тормозил, а выбраться к дороге или ближайшему селу хотелось поскорее. Поэтому троица смирно сидела недалеко от одинокого пенька — символа того, что здесь когда-то проходили другие люди, — и ждала. Какое-то время тихо и спокойно. Очень короткое время. Пока Люк не начал капризничать, сидя перед пнём, словно за столом. Юрий не вмешивался, лишь презрительно смотрел краем глаза на молодого господина.

— Я пойду поймаю нам что-нибудь, — оповестил Юрия Гай. Выглядел он усталым. — Пригляди за ним пока, пожалуйста, — кивнул он в сторону Люка.

Обречённо глянув на красноволосую беду, Юрий ответил:

— Может, наоборот?

Гай настолько выразительно улыбнулся, что Юрий не смог отказать в просьбе. И ведь Люк даже не понимал, как сильно ему повезло с умелым, находчивым и терпеливым слугой — лишний повод недолюбливать знать. Знай Юрий, что Люк считал Гая своим другом, совсем бы негодовал.

Хоть Юрий и согласился дать Гаю глотнуть свободного воздуха, сам он сомневался, что у него хватит нервов вытерпеть ноющую напасть. Он старался не слушать бессмысленные и нелепые жалобы и причитания: за проведённое вместе время уже просто голос начинал раздражать. Да и совсем игнорировать было невозможно.

— Где этого Гая носит? Как он смеет морить меня голодом?! Наверняка специально! Какой же он бесполезный!

Всё было в порядке, Юрий терпел. Ровно до тех пор, пока Люк не стал нелестно отзываться о своём слуге. Тогда Юрий неслышно встал и вытащил меч из ножен, благо Люк сидел спиной и не видел. Что-то будто перемкнуло в мозгу. Хотелось что-то сделать. Что-то нехорошее с этим… выродком. Немыслимо, чтобы такой человек в будущем стал королём: такие люди неисправимы.

Крепко взяв красные волосы в одну руку, Юрий потянул вниз, чтобы Люк немного запрокинул голову. Люк только и успел произнести: «А?»

— Юрий! — послышался сзади испуганный голос Флинна. Молодой рыцарь знал, что не успеет остановить друга от совершения роковой ошибки, уже видел, как придётся его арестовывать. И дай бог, если его не казнят за убийство отпрыска королевских кровей.

Флинн бежал и смотрел, как Юрий на мгновение задержал меч на уровне шеи жертвы, а затем надавил лезвием на себя и медленно повёл в сторону…

Крови не было. Не было характерных хрипов. Мёртвое тело не упало на траву.

— Юрий… Юрий, ты…

Флинн не знал, что сказать и что делать. Он боялся, что отпусти Юрий зажатый в кулаке хвост — и Люк упадёт замертво, иллюзия, что ничего не случилось, исчезнет. Но не успел он сформулировать свои мысли, как Люк заговорил в непривычной для себя манере:

— Что-то Гая долго нет. Не случилось бы чего, — говорил он обеспокоенно. — Нужно было пойти с ним, не стоило оставлять одного.

— Что… произошло? — Флинн был слишком шокирован, чтобы говорить без запинок или пауз.

Услышав знакомый голос, Люк обернулся и радостно улыбнулся, вставая и приветствуя.

— Флинн, ты вернулся! Ты нашёл дорогу?

— Д-да.

— Замечательно! Осталось только Гая дождаться. Надеюсь, он скоро вернётся.

Флинн уставился на Юрия глазами, полными ужаса и непонимания. Тот выглядел не менее ошарашенно.

— Оно, — после долго паузы произнёс Юрий, — само как-то получилось.

Он косо глянул на зажатый хвост. Сглотнув, неожиданно отпустил его, и волосы, танцуя на ветру, укрыли землю огненным полотном. Но паре было не до любования мгновениями чудес. Только сейчас Флинн понял, что Юрий обрезал Люку волосы. И как-то совпадение это насторожило обоих.

— Гай! Ты в порядке! Я так рад!

— Э… Люк?

Юрий и Флинн смотрели друг на друга, не обращая внимания на вернувшегося с охоты компаньона. Особенно не сводили они глаз с волос.

— Юрий, — несколько елейно пропел Флинн, неестественно улыбаясь, — наверное, тяжело заботиться о таких длинных волосах? — открыто намекал он, что не хватает его другу ответственности и серьёзности.

— Нет, что ты? — усмехнулся Юрий, прекрасно осознавая, что от него хотят. — А как насчёт тебя? У тебя и так поклонниц хватает, а если отрастишь волосы, так вообще отбоя не будет. Уважение и почитание со стороны рыцарей тебе и так обеспечено, а так станешь самым запоминающимся и для простых людей.

— Меня и так все знают.

— Только в нижнем квартале.

— Не имеет значения, — сказал Флинн, вытаскивая меч. Он знал, что обычным разговором делу не поможешь. Не в случае с Юрием.

Атмосфера накалялась. Без злобы, без ненависти, без раздражения. Каждый из них всего лишь хотел быть понятым. Стань они ближе по характеру — и их дружба тоже стала бы ещё крепче. Хотелось в это верить. Вернее хотелось проверить. Один из тех случаев, когда Юрий и Флинн сошлись во мнении, вот только лучше от этого никому не стало.

Гай поражённо смотрел то на разительно изменившегося Люка, так и сияющего добротой и пониманием, то на двух лучших друзей, всерьёз сражающихся по абсолютно нелепейшей причине. С их стороны только и слышались выкрики: «Подстригись!» и «Отрасти!».

Без доспехов Юрию проще было петлять между деревьями. Он использовал это преимущество себе во благо, но Флинн не просто так побеждал всякий раз, когда они сражались в детстве. Он настолько загорелся желанием подправить другу причёску, что, чересчур увлёкшись, задел его в пылу схватки — обрезал немного чёлку с одной стороны и оставил на лбу глубокий порез. Кровь залепила глаз, но Юрий не сдавался.

«Чёрт, я перестарался…»

Потеряв былую уверенность, Флинн продолжать атаковать, но уже не так яростно. Впрочем, Юрию уже было не победить. Ему оставалось только одно.

— Как насчёт компромисса? — блокировав выпад, почти прижатый к дереву, выдал он. Флинн остановился, давая возможность выразить идею. — Я обрежу половину своих волос, а ты свои отрастишь хотя бы до плеч.

Задумавшись на долю секунды, Флинн согласился.

— Хорошо. Режь.

— Эй-эй, ты отрасти вначале! Обрезать я всегда успею.

— И как я могу тебе верить? — Флинн скрестил руки на груди, не убирая меч.

Юрий надулся, больше для вида, чем всерьёз. Он прекрасно понимал причину недоверия друга.

— В любом случае, если наша теория верна, тебе хватит духу прийти ко мне ночью и заделаться цирюльником.

Флинн даже не моргнул, настойчиво требуя взглядом доказательств.

Не говоря ни слова, Юрий стянул рукой волосы в хвост и провёл вниз к самым кончикам, крутанув меч вокруг запястья, он спрятал его за спину. Одним коротким движением он подкоротил себе волосы. Зажатый в кулаке небольшой хвостик он протянул лучшему другу со словами:

— Чем длиннее будут становиться твои, тем короче — мои.

Флинн без вопросов принял «дар» и улыбнулся.

— Договорились, — сказал он, получив схожую улыбку в ответ.

Гай / Guy (джен/гет, ToV + TotA, Люк и Флинн, немного Гай)

ㅤ

Описание:

Люк перепутал Флинна с Гаем.

ㅤ

День 134 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

У рыцарей не было выходных: они всегда служили империи независимо от надетых на них доспехов. Флинн вовсе не ведал покоя, потому Эстель и Йодеру долго приходилось его уговаривать хоть чутка отдохнуть. Пришлось смириться…

В кои-то веки в гражданской одежде вышел он на улицу. Без доспехов было ужасно неуютно: они будто стали частью него. Но был и плюс: возиться с детишками в нижнем квартале в обычной одежде удобнее. Эти сорваны отличались проворностью.

Однако не успел он дойти до Нижнего квартала, как его остановил юноша с длинными красными волосами, чуть осветлёнными у кончиков.

— Эй, Гай, помоги!

«Гай?.. Парень?»

Последнее время, конечно, Флинн порой слышал обращение «Эй, гайс!» среди мальчишек, но подобная речь явно не подходила кому-либо знатного рода. А юноша перед ним явно исходил не из простолюдинов, судя по дорогой одежде, пусть и специфического дизайна.

Не помочь Флинн не мог, потому без вопросов откликнулся. Всего-то нужно было отнести тяжёлый мешок продуктов. Почему дворянин этим занимался? С уверенностью Флинн сказать не мог, но на некоторые мысли наводили слова:

— Я ей покажу! Она ещё увидит, я что могу готовить ничуть ни хуже!

Флинн рвение оценил, посчитав благородным попытку научиться чему-то простому: это сближало дворян с обычным народом.

— Зайдём ещё туда!

Юноша останавливался чуть ли ни у каждой лавки, находя то тут, то там что-нибудь интересное. Его глаза разбегались от обилия товаров: он явно нечасто покидал императорский квартал.

Так они и носились туда-сюда, пока ноша уже стала практически неподъёмной.

«Даже хорошо, что на мне сегодня доспехов нет…»

Но сильнее всего удручало, что юноша будто не осознавал существование денег, из-за чего платить приходилось Флинну из своего кармана. Ощущение настойчивого взгляда смущало, но с ним примириться было проще: не каждый день удавалось посмотреть, как энергичный дворянин гонял командующего по магазинам.

— О! — резко затормозил парень. — Давай попробуем!

Глаза юноши загорелись при виде простецкой уличной еды. Однако для него она выглядела диковинкой. Флинн смиренно выдохнул. Юноша вёл себя просто и наивно, но очевидно гонял Флинна не со зла. Как и тратил его деньги…

«Надеюсь, он догадается вернуть мне их, когда в особняк вернётся?»

Напомнить самостоятельно ему было бы слишком неловко.

Флинн так умотался, что сам был би не прочь восстановить силы едой, потому легко смирился. Устроившись на ближайшей скамейке, приступили они к еде. Юноша долго рассматривал «диковинку», не зная, как её вообще есть. Флинн стал ему примером.

Наконец, юноша угомонился. Крайне довольный он позволил себе расслабиться, спокойно глядя на протекающую мимо жизнь.

— Ты сегодня какой-то неразговорчивый, — отметил юноша.

— А? — только и смог ответить Флинн, пытаясь вспомнить, виделись ли они когда-либо.

«Возможно, нет ничего удивительного в том, что дворянин знает командующего в лицо?..» — пытался он найти объяснение.

— А переодеться когда успел? — только заметил юноша.

Флинн не успел поведать, что его убедили император и принцесса: смутил пристальный взгляд. Юноша смотрел прямо в глаза, хмурясь.

— А зачем ты линзы надел?

«Линзы?!» — Флинн окончательно перестал понимать, что происходит.

— Я всё думал, — раздался голос над ними, — когда ты заметишь?

— Гай! — тут же вскочил юноша. И так же скоро перевёл взгляд на Флинна. — Гай?!

Юноша начал быстро ворочать головой, смотря то на одного, то на другого.

«Кажется, я понял что к чему…» — Флинн, наконец, разобрался в ситуации.

Истинный Гай в чём-то и правда был на него похож. Но не настолько, чтобы так легко их можно было попутать! Разве что юноша был слишком ослеплён новым для себя занятием: Флинн до сих пор помнил, как искрились его глаза. А значит, он буквально не замечал вокруг себя ничего «привычного».

— Прошу прощения за доставленные неудобства, — извинился перед Флинном Гай, доставая кошелёк. — Когда вы промчались мимо меня в третий раз, я уже не смог удержаться от любопытства, чем же всё в итоге закончится.

— Рад, что всё разрешилось, — с добродушной улыбкой ответил Флинн, не осуждая: всё и правда происходило очень быстро.

— Надеюсь, мы не слишком вас задержали.

— Я никуда не спешил. — Флинн был бы рад отправиться в Нижний квартал, как и планировал, пусть сил для игр у него знатно поубавилось, однако, глянув на гору покупок, решил сочувствующе обратиться к Гаю: — Полагаю, вам не повредит помощь донести всё до дома?

— Если не затруднит.

Взгляд Гая говорил о многом, как и кривая улыбка. Он искренне был благодарен Флинну, как и смущён. Зато, по пути к дому Люка все трое приветствовали новую дружбу — Флинну грело сердце, что среди знати есть такие наивные и добрые молодые люди.

ㅤ

Клятва (джен, «Tales of Symphonia» и «Tales of Phantasia»)

Описание:

Ллойд и его друзья стоят перед выбором родиться заново или обрести покой.

Когда-нибудь все умирают. Люди, полуэльфы и даже эльфы. В загробном мире время уже не имеет значения, потому не редкость, что там встречаются старые друзья.

— Ллойд? — удивлённо произнёс Дженис. Он так давно не видел своего лучшего друга, зато много времени уделял его внукам.

— О?! Не рановато ли ты здесь?

Ллойд только появился в этом мире покоя, поэтому не знал, сколько лет прожил его хорошо знакомый полуэльф.

— О чём ты? Мы не виделись уже как сотню лет. Сестра, подтверди.

Как оказалось, в странном размытом пространстве Дженис и Ллойд были не одни. Вся их бравая команда, сражавшаяся против Иггдрасиля, вновь собралась вместе.

Ответить Рифил не удалось, так как встречу прервала возникшая в свете Мартел — дух священного Дерева Маны.

— Вам дано познать блаженный покой или же переродиться.

— Переродиться? — Зелос удобно устроился в невесомости, такой подозрительно привычной.

— Ллойд, ты обещал, что будешь всегда защищать Иггдрасиль, но пройдут тысячи лет, и Дерево Маны вновь будет в критическом состоянии. Возможно, даже умрёт. Родившись вновь, тебе придётся пройти тяжёлые, болезненные испытания, но тогда ты сможешь сдержать своё слово.

— Тогда вопроса не стоит!

Ллойд и Колетт одарили друг друга улыбками.

— Куда Ллойд, туда и я! — не промедлил Дженис, воодушевлённый возможностью очередного совместного путешествия.

— Я тебя одного не оставлю, — имея в виду свою опеку, заботливо коснулась брата Рифил.

— «Блаженный покой» — звучит как-то скучно, — усмехнулся Зелос, подмигивая Шиине.

— Я-я тоже иду! — смутившись, словно в первый раз, согласилась она.

Только Пресия замялась, виновато опуская голову. Регал тоже не спешил говорить.

— Мы понимаем, — сказал за всех Ллойд. — Вы слишком долго ждали возможности с ней встретиться. Мы справимся.

Кивнув, Мартел провела посохом над парой, и Регал с Пресией, обратившись в прозрачные сферы, исчезли. Затем она обратила свой взор на оставшихся.

— Родившись в новом теле, вы утратите все свои воспоминания и навыки, но судьба обязательно настигнет вас. Прошу, спасите Иггдрасиль.

Шесть душ, заключённых в прозрачные сферы, несло в потоке. Год за годом, столетия за столетием — сменялись образы мира в мистическом коридоре, пока души не попали во временной шторм. Мартел не была всесильной, потому не смогла уберечь своих спасителей от напасти. Разделённые в шторме души попали в разные времена. Ллойд, Колетт и Рифил родились, когда Дерево Маны уже было не спасти, возродившись в Клессе, Минт и Честере. За сто лет до них на свет появились Зелос и Дженис, известные теперь под именами Кларт и Арч. Шиина же родилась в будущем. Имя ей было — Сузу.

Никто из них не знал, что где-то далеко-далеко, отчаянно пытаясь защитить жизнь в другом мире, погиб Кратос. Не ведая, что ступает по пути сына, он тоже избрал путь перерождения. Но выбрал бы он его, зная, что его душе придётся вновь сражаться с душой сына?

Рождённый с единственной целью (джен, ToX + TotA, Балан, Люк и Аш)

ㅤ

Описание:

Аш умирает, и только операция может ему помочь. Но от участия в тестировании искусственных органов он отказался, не желая вновь стать объектом для эксперимента, в результате которого был рождён Люк.

ㅤ

Балан и Люк наблюдали через стекло за Ашем, лежащем в стерильной палате реанимации. Ему оставалось недолго. И, как назло, он написал категоричный отказ от экспериментального лечения. Подобного добра ему в детстве хватило…

— Вот ведь упрямец, — звонко произнёс Балан.

Он привёл Люка попрощаться, ведь его и Аша растили как братьев, чему последний был совсем не рад, отчего мальчики регулярно ругались и дрались. Но вот другим друг друга обижать не позволяли… Люк, считая себя обязанным, а Аш отстаивал собственное достоинство.

— Под его группу крови слишком тяжело найти донора, — продолжил Балан, — а времени у него осталось совсем мало. Боюсь, это может оказаться последней возможностью для тебя проститься с ним.

Люк смотрел молча. Аш никогда не упускал возможности напомнить ему, кто он такой, что он не человек толком. Они спорили по каждому мелкому поводу. В знак протеста Аш даже научился пользоваться левой рукой не хуже, чем правой, лишь хоть чем-то отличаться. Но… они выросли вместе. У них были точки соприкосновения. Нельзя было сказать, что они не ладили совсем. А видя, как переживал Аш, Люк то и дело чувствовал себя обязанным ему за своё непрошенное рождение.

— Если Аш не желает использовать искусственные органы, тогда используйте настоящие, — будто всё ещё поглощённый мыслями, заговорил Люк, хотя уже вышел из глубин подсознания. — Мои органы идеально подойдут.

Не то чтобы Балан не ожидал подобного расклада, однако удивление изобразить соизволил.

— Но что насчёт тебя?

— Всё в порядке, — звучало неуверенно тихо. — Я ведь именно для этого и был рождён, верно? — улыбнулся Люк обречённо.

Он — не человек. Его создание — ошибка. Его создали против воли Аша. Люк давно успел осознать и принять свою сущность… Его никогда не должно было быть.

— Что же… — протянул Балан, подзывая движением руки младшего сотрудника, — если ты уверен, тогда, пожалуйста, подпиши здесь, — произнёс он с неподходящей под ситуацию улыбкой, протягивая договор с мелким текстом. Люк подписал не глядя. — Даже не прочитаешь? — удивился он. Обычно пациенты хотя бы спрашивали, что подписывают, нередко веря врачам на слово.

— Незачем, — Люк говорил так, будто давно распрощался с жизнью.

Он не хотел умирать… Но если стоял выбор между ним, жалкой копией, и Ашем, оригиналом, то вопроса не стояло. Выжить должен был Аш.

Операционную подготовили подозрительно оперативно. Люк старался лишний раз не поддаваться страху, чтобы общая анестезия быстрее подействовала. Ведь он просто заснёт. А то, что навсегда, — лишь условность. Но чем глубже погружался в сон — во тьму, — тем отчётливее стачало в висках, тем страшнее становилось… Пока звук резко не смолк.

* * *

Периодический писк над головой вырвал сознание из забыться. Люк попытался открыть глаза, но в них ударил яркий свет, из-за чего пришлось срочно зажмуриться. Проснуться Люк уже и не надеялся, потому решил, что просто попал в загробный мир. Однако боль, пронзившая тело при попытке сесть, убедила в обратном. Ничего не оставалось, кроме как лежать и моргать, лелея надежду, что глаза скоро привыкнут к свету. Через какое-то время, сильно прищурившись, Люк даже сумел осмотреться: просторная палата на двоих. С одной стороны через открытое окно пробивался солнечный свет и согретый им свежий воздух. С другой умиротворённо лежал без сознания Аш.

Долго пребывать в покое и одиночестве не пришлось: в палату вальяжно вошёл Балан, с довольной улыбкой глядя на пациента, сопровождающего его взглядом уже привыкших к свету глаз.

— Смотри-ка, ты проснулся первым, — кивком поприветствовал он, тут же быстро добавляя: — Но вставать не советую, рано ещё.

— У-угу… — отозвался Люк, мысленно добавляя:

«Поздно».

Попытка встать пусть и была короткой, зато запоминающейся: боль хорошо въелась в память.

— Почему я?.. — попытался спросить Люк, но Балан нещадно перебил его:

— Жив? Так смотреть надо, что подписываешь, — укорил он Люка, качая головой и сетуя. — При всём желании мы не имеем права пересаживать органы от живого и здорового донора. Но если есть аналог… В качестве исключения в научных целях под его ответственность мы можем заменить органы на спайрикс-аналоги, оставив на сохранение настоящие. Разве что сосуд для сохранения в нашем случае не крио-камера, а вполне себе живой человек, — подмигнул Балан.

— Но я… — замялся Люк, — особый случай.

— Это не значит, что мы можем просто тебя убить. У тебя есть полноценное право на жизнь, — заговорил Балан строго. Но вновь перешёл на задорный: — И чтобы её нечаянно не сократить, настоятельно не рекомендую перенапрягаться! Спайрикс-органы ещё не готовы выдерживать большие нагрузки и могут взорваться, если внутренние компоненты перегреются!

— Взорваться?!

Люк резко дёрнулся, касаясь живота и груди ладонью, отчего прокатилась новая волна боли. Что только добавило лишнего волнения.

— Не переживай! — тут же поспешил успокоить его Балан. — Риск не настолько велик, иначе бы мы не получили бы право проводить эксперимент на людях. Но вероятность всё ещё есть, потому предупреждаю на всякий случай.

— Вот уж спасибо… — пробурчал Люк, выравнивая дыхание. Голову повернул в сторону, мысленно на Балана ворча. Аша краем увидел, задумался. — Можешь выполнить одну просьбу?

— М? Какую? — заинтересовался Балан.

— Можешь перевести меня в другую палату? — Люк пересёкся взглядом с Баланом, внимательно его слушающим, ждущим объяснения. — Ашу сейчас лучше не волноваться лишний раз, а, увидев меня, он вновь разозлится. А если ещё и про органы узнает…

— И про то, что ты готов был умереть за него… Знаем-знаем! — широко улыбнулся Балан. — Но почему бы не рассмотреть ситуацию с другой стороны? Вроде возможности наладить связь, оказавшись без возможности двигаться, то есть подраться, в замкнутом помещении? Думаю, вам будет что обсудить.

— Успеется. Я бы предпочёл, чтобы Аш сначала поправился…

Балан усмехнулся, глянув на обсуждаемого «близнеца».

— Аш не настолько сильно тебя ненавидит, как ты думаешь. И уж точно смерти тебе не желает. А сейчас у него ещё и сил препираться не будет. Также он вряд ли захочет, чтобы тебя перевели в подвал в палату для испытуемых, так как другого варианта у нас попросту нет, — продолжал Балан, всё ещё не сводя с него глаз. — Верно, Аш?

Ноль реакции. Но Люку показалось, что его оригинал нахмурился.

— Аш, — надоедал Балан, — я знаю, что ты не спишь. А-а-аш, — прозвучало ещё настойчивее.

— Просто заткнись и исчезни уже, — хмуро произнёс Аш в своём привычном вечно недовольном тоне, не открывая глаза.

Люк его понимал… С таким солнцем попробуй ещё разомкни веки.

— Видишь? — обратился Балан уже к Люку. — Он согласен! Так что расслабься и отдыхай. Не только Ашу необходим покой для выздоровления.

— …Спасибо, — неуверенно произнёс Люк.

Он всё ещё сомневался, что ему стоило оставаться в одной палате с Ашем. Против подвала он ничего не имел: смирившись со своим происхождением Люк перестал быть прихотливым.

Когда Балан ушёл, Люк вновь повторил уже увереннее:

— Спасибо.

— Он уже ушёл, дурень.

— Знаю, — скромно улыбнулся Люк, зная, что Аш не видит.

А после оба замолчали, впитывая мир и покой вместе с солнечным светом и ласкающим тёплым ветерком, редкими порывами задувающим в палату. Впервые они находились рядом друг с другом, не споря и не ворча.

ㅤ

Монета (джен, ToB + ToP, Айзен и Даос)

ㅤ

Описание:

В час нужды Даос внезапно появился из монеты Айзена.

ㅤ

День 176 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Чудовище, напавшее на судно, было в разы сильнее, чем казалось на первый взгляд. Сил Айзена и команды Айфрида не хватало. Но сдаваться никто не собирался! Словно вбирая в себя решимость сражаться до конца, Айзен крепко сжал в кулак монету. Так, что она аж завибрировала… Пришлось отпустить, чтобы из неё смог появиться человек с длинными вьющимися золотыми волосами. Оценив обстановку, он разом уничтожил врага мощным лучом энергии.

Не сдерживая удивления, Айзен посмотрел на монету — изображение на ней исчезло.

«Король демонов… Даос?» — единственный вывод, к которому он смог прийти.

— Где я? — разобравшись с морским чудищем, Даос обратился к Айзену, стоявшему ближе всех.

— Воды близ Титании, на корабле Айфрида.

— Какая планета?

Ничего не понимая, Айзен переглянулся с Айфридом. Даосу пришлось уточнить свой вопрос:

— Как называется этот мир?

— А… Ты в таких масштабах… — поразился Айзен.

Он никогда не сомневался, что его монета — особенная. Но в байки о том, что связана она с другим миром, верилось с трудом. Мало ли мифов успели насочинять люди? Тем более когда происхождение определить так и не удалось.

Мир, в котором оказался Даос, был далёк от его родного и от Аселии. Он разительно отличался от них обоих. Духи здесь являлись всего лишь иной расой, не зависящей от маны и сосуществующей с людьми.

— Я могу попробовать вернуть тебя домой. Правда, я не имею ни малейшего представления, как ты здесь оказался… — Айзен продолжал смотреть на монету, будто взглядом пытаясь разгадать её тайну.

Даос помолчал какое-то время, обдумывая своё прошлое, настоящее и будущее. Некоторые воспоминания возвращались по крупицам. Как и то, что… он уже мёртв. Однако семя маны успешно родилось, и Мартел, дух Великого Древа, отправила его на Деррис-Карлан — рано или поздно его мир возродится. Большего он всё равно сделать уже не мог. Возвращаться не имело смысла. А здесь, в новом мире, он будто обрёл второй шанс. Словно то было даром за все его страдания.

— В этом нет нужды, — отказался Даос. — Я подчинюсь богине судьбы и останусь там, куда она меня пригласила, если таково её желание. Если вам требуется защита, я её обеспечу.

Айзен засомневался, вновь глядя на монету. Король демонов… И имя из легенд совпало. Даос и правда выглядел величественно, даже тонул будто во мраке. Но не во зле… В печали. И если признать в нём благородную особу голубых кровей Айзен легко мог, то… король демонов? Охватывали сильные сомнения.

— Тогда… — развеял Айзен все сомнения в своей голове: сам же грешил, что в легендах чего только не выдумывают, — добро пожаловать на борт.

Слушая их, глядя на них по очереди, Айфрид внезапно усмехнулся.

— А он, часом, не твой неизвестный братец, нечаянно, а, Айзен? Сестра-то у тебя есть. Оба светлоокие блондины с суровым взглядом, а голоса — вовсе не отличишь?

— Разве? — удивился Айзен.

— Хм? — безмолвно вопросил Даос.

— Говорят, люди свои голоса слышат иначе, чем окружающие, так что неудивительно, что вы не заметили, — рассмеялся Айфрид. Когда опасность миновала, а новый член его команды оказался парнем хорошим, он позволить себе думать о всяких глупостях.

Айзен и Даос переглянулись. За голос они ничего не могли сказать. А вот внешность… Черты лица Даоса определённо были изящнее — истинный трагичный принц. Образ же Айзена строился на его проклятии.

«Нет… Ничего общего!» — не сговариваясь, решили оба.

Однако во время долгих путешествия спелись они неплохо, поддерживая друг друга в бою. Став идеальной командой.

«Точно братья!» — продолжал восхищаться ими Айфрид, игнорируя расовые различия.

ㅤ

Те, кто греют сердце (джен, ангст, ToT + ToE, Мереди, упоминается Ромми)

ㅤ

Описание:

Прошлое не отпускало Мереди…

ㅤ

Воздуха не хватало, а видела Мереди будто сквозь мутную пелену. Себя и кого-то ещё на скромном цветочном поле — единственной области в черноте, на которую падал луч света. И вид той другой девочки вызывал дрожь и болезненное покалывание, наворачивались слёзы, так и не срываясь с ресниц. Её нежная улыбка, розовые волосы, задорный взгляд, излучаемое тепло.

— Мы всегда будем вместе.

Девочка надела венок на голову Мереди.

— Всегда-всегда, — счастливо ответила Мереди, надевая подруге такой же.

С детства вместе — лучшие подруги. Счастливое детство. Оттого болезненнее накатывала горечь, безысходностью сковывало тело.

Свет померк под пространственной дырой, кишащей чёрными тварями. Отец с мамой отчаянно пытались её закрыть, но одна из множества «точек» успела вырваться, пулей проникая в грудь девочки. Стёрлось имя. Стёрлась личность. Осталась только тьма. От доброй девочки не осталось ни следа.

Пока Балир охотился за монстром, Шизель ласково обнимала дочь, защищая хрупкое тело и чувства. Но он не успел… Чёрная «точка» убила короля, а вина пала на Балира в угоду королевского советника. Безжизненное тело девочки не могло послужить доказательством невиновности, лишь усугубить приговор.

Тьма удушающе обволокла Шизель и маленькую Мереди, боль тысячи игл пронзила тело, выкачала весь воздух. Шизель обратилась самой ночью, властно руки разводя. Взгляд её наполнялся отчаянием и безумием.

А Мереди безмолвно падала в бездну… Собственные слёзы не могли догнать её. Глубже. Чернее. Она больше не сопротивлялась, замерев в немом крике, инстинктивно протягивая руку вверх. Туда, откуда обычно свет исходит.

Больно укололо палец. Иная боль, извне.

Резко Мереди села в спальном мешке, жадно хватая ртом воздух. С глаз ещё не сошла пелена сонной тьмы, но живое тепло и тихое обеспокоенное «Квикки?..» успокаивало, помогало выровнять дыхание. Видения прошлого растворялись в ночи, несвязными обрывками оставаясь в памяти, чтобы при свете дня окончательно исчезнуть.

— Хватит шуметь, дай поспать… — не просыпаясь, заворчал Кил.

Лёгкая улыбка облегчения коснулась губ Мереди. Хоть Кил не сразу принял её, раздражался нередко из-за мелочей, но он всегда был рядом, приходил на помощь. Оптимизм Фары разжигал огонь и в ней. А фибрил Рида дарил надежду. Её окружал свет, ей не о чем было волноваться. Оставалось только идти вперёд, ведь она сама решила бороться, несмотря ни на что. Сквозь боль и слёзы хранить осколки воспоминаний о тепле и нежных улыбках.

Укутавшись обратно, улёгшись поудобнее и обняв Квикки, Мереди спокойно заснула. Она больше не была одна. Больше не тонула во тьме. Быть может многие светлые воспоминания были утеряны, как и имя лучшей подруги, в будущем её ждало ещё множество счастливых моментов — верила она всем сердцем. Ведь теперь у неё было гораздо больше друзей… Верных товарищей, готовых рискнуть жизнью. И жизни эти она во что бы то ни стало сохранит.

ㅤ

Шум (джен, ToT + ToE, Аррия и Фара)

ㅤ

Описание:

Фара всегда создавала много шума. Её характер совсем не соответствовал послушницы в храме.

ㅤ

День 136 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Новая послушница в храме перевернула с ног на голову спокойную жизнь. Даже Аррии не удалось от неё никуда деться, сколько бы она ни сторонилась общения. Совсем нелюдимой её нельзя было назвать, однако она стремилась всё делать самостоятельно, наблюдая и изучая со стороны. Большое количество дум, занимающих её разум, не располагали к праздным беседам. Нередко она подвергала сомнению церковные доктрины, благоразумно своими «опасными» мыслями не делясь. Фара же не стеснялась никого и ничего, выражая своё мнение относительно Охоты на Еретиков.

«Как её ещё не исключили?» — думала Аррия.

Ей тоже хотелось как-то повлиять на ситуацию, но сил её не хватило бы даже на то, чтобы противостоять высшим чинам словом. Долгий путь пусть и подразумевал множество неспасённых душ, казался ей вернее: дослужиться до верхов, чтобы с высоты воспользоваться властью во благо.

— Разве церковь — не вместилище чистоты и света? — в очередной раз заливалась Фара. — Почему мы причиняем боль живым существам, ищущим покоя и мира?

— Хватит, дурная, — устало выдохнула одна из рядовых послушниц. — Ликаны сродни монстрам, не смотри на их человечье обличие. Это лишь маска.

— Шкура! А не маска! — злобно выкрикнула другая. Её родители особенно сильно настраивали против неугодной расы.

— Что ты здесь забыла, если не собираешься сражаться против этих тварей?!

— Ага, ещё и в боевые пошла! Хватит забивать своей дурью нам головы!

— Как его преосвященство всё ещё не выгнал её?

Аррия оставалась спокойной, сколько бы её не печалили гонения. Она не пыталась никого перекричать, не вмешивалась в чужие волнения. Дождавшись, когда активные возмущения переросли в злобное ворчание, слившееся в монотонный шум, она ровно произнесла, как полагалось преданной служительнице церкви:

— Быть может, она здесь для проверки вашей веры и готовности служить церкви, которую вы благополучно не прошли, поддавшись греху — гневу.

Зал погрузился в тишину. Даже скрипящая зубами Фара, сжимающая от безысходности кулаки, с удивлением посмотрела на Аррию. Негативные эмоции отчего-то при виде её спокойствия таяли. Остальные послушницы молчали, придавленные чувством вины, осознавая праведность слов сокурсницы, не ведая истинной причины их озвучивания.

— Н-но я… — неуверенно заговорила Фара, замявшись под пристальным взглядом Аррии, молча призывающей последовать за ней в коридор.

Удостоверившись, что поблизости нет ушей, способных их услышать, Аррия тихо заговорила, будто не с Фарой вовсе:

— Головой стену не пробьёшь.

— Но если не делать ничего, то ничего и не изменится! Рано или поздно под шквалом ударов в любой стене появятся трещины, а там и для дыры недалеко!

Аррия выдохнула, успокаивая себя. Уж неизвестно, кто на самом деле был стеной: толпа или решительно настроенная девушка.

— Церковь — не лучшее место для сочувствующих Ликанам. Почему ты решила пойти в боевые жрицы?

— Я хорошо управляюсь кулаками и хочу защищать слабых.

— Значит, ты здесь не ради борьбы за права Ликанов? — не до конца удалось подавить удивление Аррии.

— Меня совсем не волнует происхождение. Если кого-то обижают, я готова их защищать!

— Но твои речи…

— Ничего не могу поделать. Когда кто-то рядом начинает гнусно обсуждать очередную казнь, у меня будто кровь вскипает. Как можно быть такими жестокими?!

Твёрдость убеждений и доброта Фары вызывали уважение. Однако Аррия реально смотрела на жизнь. В ней неизбежно требовалось чем-то жертвовать… И к этому Фара определённо была не готова.

— Скажи, если по долгу службы тебе придётся сразить Ликана, сможешь ли ты переступить через себя и выполнить приказ, чтобы иметь возможность помочь тем, кого ты действительно в силах спасти?

Сначала Фара хотела ответить без раздумий, даже заикнулась, но тут же замолкла. В словах Аррии не было злого умысла, сквозь стену рационального равнодушия Фара чувствовала искреннюю заботу и доброту. Аррия пыталась направить её на путь истинный. Вот только Фара не знала другого способа сослужить службу страждущим, нежели работа в церкви. А только драться она и умела…

— Если ты сомневаешься или склоняешься к отрицательному ответу, то тебе стоит отступить и не тратить время понапрасну на обучение. Лучше поищи иной способ помочь другим. Иначе твои потуги не лучше шума, создаваемого нашими однокурсниками.

— Но что мне делать, если я не могу ничего?.. — Фара старалась не падать духом, несмотря на то что знатно приуныла. Она не была слепой, прекрасно всё понимала, предпочитая игнорировать проблему, пока Аррия не спросила прямо.

— Что угодно. Можешь попробовать стать наёмником и защищать тех, кто платит. Можешь открыть додзё и обучать желающих самозащите. Возможностей себя реализовать гораздо больше, нежели ты думаешь. Ты обязательно что-нибудь найдёшь. А здесь ты принесёшь больше вреда, чем пользы, как ни прискорбно это признавать.

«…Вреда».

Фара усмехнулась, найдя иной выход. Сдаться? Не в её духе!

— Думаю, я всё же попробую закончить обучение. Как знать, может, я стану самой неумелой боевой жрицей, которая не сумеет поймать ни одного Ликана, — подмигнула она собеседнице. — Урок скоро начнётся. Давай не будем заставлять епископа нас отчитывать.

Бесцеремонно взяв Аррию за руку, Фара повела её за собой, вновь полная энергии и позитива. Две по-разному непоколебимые девушки ещё не один год провели в одной группе, пока разные дисциплины не разлучили их. Отчасти Аррия выдохнула с облегчением, уставшая от выходок Фары и переизбытка энергии. Но в то же время сильно о ней беспокоилась, успев привыкнуть к навязавшейся подруге.

«Изменить мировоззрение поколений не так просто, — размышляла Аррия, когда их благословляли с окончанием обучения. — Но я сделаю всё возможное, чтобы ей помочь. Лишь бы за это время она не успела натворить глупостей…»

ㅤ

Рана (джен, ToT + ToE, Кайус, Рид, Фара)

ㅤ

Описание:

Однажды Рид во время охоты встретил в лесу раненого мальчишку.

ㅤ

День 175 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Рид замер, забыв на мгновение как дышать. Никогда раньше он не видел, как волк, встав на задние лапы, расправлялся с яйцемедведем. Да и вообще чтобы волк был сильнее медведя. И как их битва была завершена, волк глянул в сторону незадачливого охотника. Наскоро сглотнув, Рид выставил вперёд меч, атакуя: либо пан, либо пропал. С таким грозным противником любое промедление могло стоить жизни.

Получив прямое ранение в живот, зверь взвыл, убегая.

«Нельзя оставлять его! Он слишком опасен и слишком близок к деревне!»

Пришлось броситься в погоню, благо кровь на траве и поломанные ветви деревьев указывали дорогу опытному охотнику. Зверь двигался быстро, но ранение и потеря крови постепенно замедляли его, следы удавалось отыскать проще. А вскоре Рид увидел…

— Ты в порядке?! — ужаснулся он, увидев человека, сидящего за деревом. — Тебя волк так? Вот ведь тварь зубастая…

Парень-подросток, примерно одного возраста с Ридом, дрожал от страха и боли, зажимая свежую рану на животе. Белая прядь в копне тёмных каштановых волос заменяла ему чёлку и делала простенькую внешность выделяющейся.

«Тц, придётся устроить охоту на волка в следующий раз. Сначала нужно позаботиться о парне».

— Всё хорошо, я позабочусь о тебе. Фана научила меня оказывать первую помощь, так что я тебя вмиг подлатаю.

Рид широко улыбнулся, подбадривая паренька. Однако тот только сильнее зажал рану и вжался в ствол дерева, не позволяющий распластаться на земле.

— Да ладно тебе, хуже не станет. Покажи, насколько всё серьёзно.

Хоть Рид на словах настаивал на добровольном участии паренька, пришлось применить силу, удерживая окровавленные руки сопротивляющегося раненого. Он даже впервые что-то произнёс. Вернее в страхе рыкнул-воскликнул:

— Отпусти!

И только увидев рану, Рид понял, почему он так боялся. Это были не следы когтей. Меч. Его ранили мечом. Рид глянул на кровь на лезвии своего оружия, затем на местоположение раны парня. Всё сошлось.

— Ты?.. — вопросительно он глянул на него.

Рид слышал о Ликанах, но ему никогда не доводилось встречаться с ними лично. Раса, гонимая человечеством, полная звериной злобы и опасная для всех. Правда нередко инквизиторы находили Ликанов, мирно живущих среди людей, подавляя свою сущность. Однако зверь всегда остаётся зверем, потому Ликанов казнили без суда и жалости.

Вот только паренёк перед Ридом дрожал как обычный человек, испытывал боль до краснеющих от слёз глаз. Самый обычный мальчишка, кому не повезло родиться в таком мире.

— Прости, я не знал! Блин, угораздило же так глубоко пырнуть!

Рид растерялся, позабыв все навыки, которым Фара обучала. Да и не смог бы он ничего сделать с настолько серьёзной раной.

«На что я только рассчитывал?! Даже будь это рваная рана от когтей, вряд ли бы она была лучше!»

— Прости, я дурак! Я отнесу тебя в деревню, Фара тебе поможет! Ей можно доверять!

— Нет, стой!

— Да ладно тебе, хватит вырываться! Как я тебя понесу, если ты сам держаться не будешь?

— Но ведь я… Ты ведь прекрасно понял, не разыгрывай дурачка!

— Что я понял? Что ты — Ликан? И дальше что? Я должен бросить тебя? Это как-то слишком уж безответственно, даже если бы не я тебя ранил. Так что заткнись и держись!

Рид подставил спину, удерживая парня за ноги, ожидая, когда тот обхватит шею. Шансов сбежать, не придушив, оставлено не было. Но парень вредить не собирался. Что тогда, в звериной форме, что сейчас.

— Но… — уже спокойно произнёс он, проявляя сомнения, — твоя одежда… испачкается, — говорил неуверенно.

— Подумаешь, — буркнул Рид. — Её всё равно стирать давно пора. Фара и мама вечно на меня ругаются, что я занашиваю вещи.

Осторожно, слабо парень всё же ухватился, позволяя себя поднять. Не умирать же в лесу в одиночку? Рид не выглядел плохим человеком. Наивным дурачком — да. Но не плохим.

— Спасибо, — тихо произнёс парень.

— Тебя звать-то как? Меня — Рид.

— Кайус.

— Вот и познакомились. Отдыхай пока. Насколько возможно…

* * *

Боль не позволяла толком заснуть, однако сознание так и норовило ускользнуть. Более-менее в себя приходить Кайус начал в деревне от непривычных запахов и звуков. Постучавшись и выкрикнув уже ставшее знакомым имя, Рид вошёл в дом.

— Что произошло?! — воскликнула Фара, когда Рид положил Кайуса на её кровать. — Кто это сделал?!

— Ну… я, — признался Рид, не зная как объяснить просто.

— Что?! Как ты мог?!

— А я-то что? Он был в облике волка… Ай!

Тут же получил он кулаком по темечку с призывом:

— Тише ты!

— А ты чего бьёшь-то?! Ты спросила — я ответил. Да и кто нас здесь услышит?

— Да хоть моя мама, дурак!

— Да ты сама кричишь громче меня, ещё и дерёшься!

— М-м-м, — попытался пошевелиться Кайус, приоткрывая глаза.

— Ох, прости! Сейчас я тобой займусь, — тут же переключила внимание Фара, взявшись за домашнюю аптечку. — Эй, дурень, воду принеси, — уже мягче, но всё ещё осуждающе-недовольно попросила она Рида. — Ты не переживай, — обратилась она уже к Кайусу, широко улыбаясь, будто была самим олицетворением позитива, — я тебя быстро на ноги поставлю, вот увидишь, — подмигнула она, принимаясь за дело.

Закончив с раной, Фара выдохнула и наконец поинтересовалась:

— Почему ты бродил в лесу близ деревни в облике волка?

— На меня яйцемедведь напал, — спокойно ответил Кайус. — А потом появился Рид. Я даже сбежать не успел…

— Извини…

— Ты не виноват. Это мне следовало быть расторопнее. Всё-таки форма зверя гораздо быстрее и сильнее человеческой.

— Это не повод её использовать направо и налево, — отчитала Фара. — Неужели в человеческой форме ты настолько слаб, что даже от яйцемедведя отбиться не способен? Ты же ликан! — проигнорировала она предупреждение Рида: «Не кричи, дура!», продолжая: — Должен знать, как драться. Даже Рид научился. У него, правда, мотивация неплохая была в виде мяса…

— Только в звериной форме и знаю как, — замялся Кайус.

— Что, даже с мечом обращаться не умеешь? — удивился Рид.

— Не умею.

— Могу научить, — заулыбался Рид. — Это не так сложно, если не собираешься вступать в бой с другими мечниками. Для охоты и защиты простейшие навыки сгодятся.

— А если махать палкой для тебя неудобно и естественнее пускать в ход кулаки, то тут уже я могу стать учителем, — вмешалась Фара, воодушевляясь. — Можно и когти тебе какие соорудить из лезвий! Ещё я научу тебя первой помощи, чтобы ты мог сам о себе позаботиться после битвы при необходимости!

Рид и Фара продолжили шумную беседу, то и дело стараясь перетянуть внимание нового друга на себя, а Кайус только слабо улыбался: недостаток крови не позволял большего. Ему как-то доводилось слышать человеческую поговорку: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». Правдой оказалось. И несчастье это помогло найти свой дом и верных друзей. Больше Кайус никогда не был один…

ㅤ

Капитан! (джен, ToL + ToE Чат)

ㅤ

Описание:

Инферию и Селестию настигла катастрофа, из-за чего пришлось бежать в неизведанный космос на «Ковчеге» в поисках пригодной для жизни планеты.

ㅤ

Гордость распирала Чат! Она неустанно рассказывала, как когда-то бороздила не только морские просторы, но и межпланетные на Ван Эльтии задолго до того, как появился «Ковчег». С ухмылкой, подчёркивающей морщины, рассказывала, как непревзойдённая Ван Эльтия стала сердцем нового невероятного судна. Космического. Дарующего жизнь.

Они летели к далёким звёздам, ища в их свете надежду и утешение. В том числе и Чат. Она принесла в жертву самое ценное, что у неё было, но улыбка ни разу не исказилась во время разговорах о ней. Никто не сумел бы прочесть на лице капитана, сколь болезненным пришлось решение проститься с легендарным кораблём.

Чат знала, что не удастся выжить иначе. Либо герои она с кораблём — либо целых два мира трупов, рассеянных космическим прахом. Инферия и Селестия неизбежно стремились друг к другу. Час уничтожения был близок. Лучшие умы бились над возможностью спасти как можно больше людей и разнообразных представителей флоры и фауны. Жители двух планет неустанно молились Сейферту. Кто о чём: о спасении, о верном решении, об идее для выхода из положения. А кто-то — о быстрой и лёгкой смерти.

— Мы будем жить… — в последний раз коснувшись корпуса Ван Эльтии, произнесла Чат, прежде чем отдать её учёным инженерам. Они уничтожили сердце Чат, чтобы её наследие стало сердцем «Ковчега».

Прощаясь, Чат не проронила ни слезинка: выплакала все за предыдущую ночь. Тогда же поклялась сохранить честь корабля. И теперь они двигались в поисках пристанища — новой планеты, лицезрев гибель сразу двух.

— Капитан! — обратил на себя внимание наблюдатель. — Мы нашли пригодную для жизни планету! На ней нет суши, но есть источник энергии для её создания! — рассмеялся мужчина.

— Нам стоит всем вместе решить, стоит ли отправиться дальше в поисках подходящей планеты или остановиться здесь.

Чат имела право решить самолично, однако любили и уважали её именно за то, что она всегда считалась с мнением своих подопечных. Вот и в этот раз голосование определило судьбу. Слишком многие устали скитаться… Искусственное небо лишь вызывало ноющую боль ностальгии, жажду чего-то настоящего. Своего, пусть уже не родного. Земля, забранная с двух планет, стала просто землёй для посадок, а не напоминанием о доме. Рождённые на «Ковчеге» дети вовсе не знали «дома». Их не пугало даже то, что «Ковчег» больше уже никогда не взлетит.

— Приготовиться к жёсткой посадке! — по громкой связи оповестила народ Чат.

Животных закрепили, детям матери запели успокаивающие песни, ставшие неким гимном нового мира.

Атмосфера нового мира встретила огнём, но сразу после остудила морем. Вскоре «Ковчег» оброс землёй и зеленью — резервной энергии хватило на каждый уголок. Чат с самого начала понравилась идея, что даже если возникнут проблемы с добычей энергии на осваиваемой планете, у них всегда будет свой остров, на котором не стыдно провести жизнь. А проблемы возникли…

— Источник энергии — это… живое существо, — объявил исследователь.

Повисло молчание. Зная капитана, даже самые беспринципные предпочли промолчать. Чат тоже не спешила нарушать тишину, пытаясь принять факт, что её люди никогда на сушу не ступят. Это она — человек моря, для ней нормально всю жизнь провести на корабле. Но другие… Их надежды и мечты были устремлены в другую сторону.

— Среди них есть одна особь, способная дать достаточно энергии для создания материка. Если мы её выловим…

— Если она одна такая, то её тем более трогать нельзя!

Чат тут же отвергла идею. Даже она знала о понятии «экосистема», чтобы так грубо вмешиваться в неё. Впрочем, если бы это оказались особо опасные твари, грозящие уничтожить всех беженцев, она бы согласилась. Уже в целях выживания, а не комфорта.

— Необходимо найти альтернативный источник энергии… — она сделала паузу, смиряясь с грядущим будущим. — В ином случае придётся копить на запуск по старинке.

— На это уйдут сотни лет, а то и вся тысяча! — ужаснулся исследователь.

— Всяко лучше дома, построенного на крови, — вынудила она всех возмущённых замолчать. — Давайте немного повременим. А пока будем использовать то, что имеем. Нам ещё многое предстоит. Если нам удастся найти разумную жизнь, быть может, они помогут нам найти решение…

Чат не прожила долго… Не успела наладить связь с новой расой, пугающей народы Селестии и Инферии. Казалось бы, они уже через это проходили, но для нового поколения жители соседних планет были едины. Для старого страхи давно минувших лет стёрлись, зато новые вызывали волнения. И не всем страшным казалось принести в жертву чужаков, чью речь они даже не понимали. Ощутив вкус необъятной свободы, потеряв справедливого лидера, вскоре народ потерял и знание чести…

ㅤ

Ты тоже? (джен, ToL + ToX, мофумофу, Ивар и Джей)

ㅤ

Описание:

Ивар обнаружил необычных выдр, с которыми убил немало времени на общение. Тем более эти выдры ещё и чай умели человеческий заваривать… Но всё также обожали устриц.

ㅤ

Отправиться в путешествие после буквально смерти смысла жизни было правильным решением. Постепенно Ивар оживал, отпускал прошлое. Учился улыбаться естественным мелочам, будь то бабочка на цветочке. Ещё пока слабо выходило, но этого уже хватало для возрождения неугасимой энергии, всегда бьющей ключом в неутомимо жреце «покойной» Максвелл. Если бы он только знал…

Но он не знал и даже научился с этим жить. Мир оказался гораздо больше и таинственнее. чем он думал. Даже виды существовали, о которых он не подозревал: одевающиеся прямоходящие выдры! Каждая на верёвочке носила закрытую устрицу — любимую игрушку.

«Какие же милые!» — затрепетало сердце Ивара.

— Гость? — запереглядывались выдрочки, каждая друг другу повторяя: — Гость?

Три самые отважные выдры в разного цвета одеждах — красной, зелёной и жёлтой — вышли вперёд, с улыбкой предлагая:

— Чаю, кю?

«Они ещё и чай заваривать умеют!»

Аж дыхание перехватило от умиления. Как никогда Ивар был счастлив, что понимает животных. Разве обычный человек в здравом уме предположил, что выдры могут предложить ему чай?

— А вам не тяжело будет? — забеспокоился Ивар. — У вас же лапки.

Выдрочки озадаченно переглянулись, не понимая, как одно связано с другим.

— Мы ждём нашего друга, — заговорил тот, что в зелёном и в чарующей шляпке с пером, — чай почти готов, кю. Ты можешь присоединится: чем больше народу, тем веселее, кю!

— Как скажешь! Кю! — воодушевлённо произнёс Ивар, гордо вставая в позу, упирая руки в бока и широко улыбаясь. Существа эти словно смывали все заботы и печали.

«Так им друг помог», — осенило его, и встало всё на свои места.

Ивар даже не подумал, что друг мог быть не человеком. Первой мыслью подумал на ребёнка, играющего с животными вместо кукол. Он и домики им настроил, всяких интересностей натаскал. Даже гелей несъедобных из устриц специально для мохнатых друзей наделал!

«А малыш знает толк в извращениях…»

От одного запаха Ивару стало не по себе, а пробовать он так вовсе побоялся.

Его вели по маленькой пещерной деревушке. У выдр даже магазинчики свои были — прям цивилизация! Остановились у самого дальнего дома. Довольно большого дома для трёх выдр: Ивару даже пригибаться не пришлось. Ещё и второй этаж был, но расположились на первом. Гостеприимные выдры самостоятельно налили чай — никакие лапки не стали им помехой. Ивар был крайне удивлён.

— Если нужна помощь, вы скажите, — обеспокоенно напомнил он о своём присутствии, когда маленькие лапки впервые потянулись к горячему чайнику.

— Нет-нет, ты наш гость, кю!

— Гость не должен себя утруждать, кю!

— Мы — хорошие хозяева, кю!

Три выдрочки говорили друг за другом, не смешивая фразы, поймав свою волну.

За вкусным чаем — совсем не отдающим рыбой в отличие от всего остального в деревне — протекала праздная беседа. Узнал Ивар у них, что жили зверята раньше в другом месте, но их оттуда выгнал Длинный-Длинный Демон. Ещё рассказали ему, как однажды нашли и воспитали ребёнка. Вот только мало у него среди людей друзей, попросили Ивара сдружиться.

«Бедное дитя! — растрогался Ивар. — Постойте… Если его воспитали дикие животные, то он… Он же даже, наверное, не может толком говорить! Тяжёлая предстоит работа…»

Уже стал Ивар обдумывать процесс обучения и социализации ребёнка, как «маленький дикарь» явился, звонко выкрикнув за спиной:

— Кюппо, Пиппо, Поппо, я вернулся!

— Джей!

«И правда ребёнок: так по-детски назвать зверят…»

Но стоило Ивару повернуться, как увидел он парня одного с собой возраста.

— О, — соизволил Джей обратить внимание на Ивара, — так этот тот гость, о котором говорили в деревне? Хм… — прищурился он, изучая, — интересно. Судя по твоим одеждам, ты жрец Максвелла из Ни-Акерии. Я прав? — довольный продемонстрированными знаниями, парень гордо выпрямился, ожидая реакции.

«Откуда он знает?! Нет, погодите, говорили в деревне?.. Так он…»

— Ты тоже понимаешь животных?

— Э?.. — озадаченно произнёс Джей: отнюдь не такой реплики он ждал. — Похоже, жрецам верховного духа не требуется высокий интеллект…

— Что?! Да как ты!.. — попытался вспылить Ивар, резко вставая и возвышаясь над низким наглецом.

— Мофумофу — это мофумофу, они не животные и говорят на человеческом языке.

— Э?.. — настала пора Ивара выражать озадаченность.

«Только не говорите мне… — осознал, но не признал он свою глупость, — что всё это время они говорили по-человечески, а я даже не заметил…»

— Ну, похоже, ты ещё не совсем потерян. раз умеешь признавать ошибки, — развёл Джей руками, явно подначивая гостя, при этом связывая ему руки, ведь напади Ивар теперь, утвердил бы своё звание идиота.

«Вот ведь мелкий гадёныш!» — Ивар тихо закипал, храня молчание, ибо любое его слово, сказано в тот момент, выражало бы искренние гнев и негодование.

— Вот, выпейте ещё чаю, — с улыбкой вновь заполнил чашку Пиппо, заодно подвинув свежую выпечку к чаю поближе к гостю.

Ивар раздражённо сел обратно и заткнул рот булкой, не запивая, чтобы заглушить ей всё своё недовольство, невнятно высказанное в процессе пережёвывания — чутка полегчало.

«Ни за что не буду с ним дружить!» — про себя подумал.

Джей тоже не особо-то стремился искать друзей. Но троица не-выдр была очень настойчива, потому волей-неволей пришлось как минимум познакомиться. А интерес к роду нечеловеческому подбивал Ивара раз за разом наведываться в гости, несмотря на постоянные склоки с Джеем, в какой-то момент ставшие традицией…

ㅤ

Ковчег отрёкшихся (джен, ToL + ToX, основные герои)

ㅤ

Описание:

Спасая свои творения, Максвелл переместил Джуда и компанию вовсе не на Элемпиос…

ㅤ

День 174 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Джуд с компанией растерянно озирался по сторонам, пытаясь понять, где они оказались по воле Максвелла. Лёгкий морской бриз трепал волосы. Твёрдая почва под ногами и специфические волны создавали диссонанс: движения совсем не чувствовалось, но Джуд был уверен, что «остров» плыл. Место, в которое их отправил максвелл, не было ему знакомо. Как и Альвину, побывавшему в двух мирах…

Мозговой штурм пришлось оставить на потом, так как свидетелями их пришествия стала троица людей. Юноша с татуировкой на лице и непослушными белоснежными волосами, торчащими в разные стороны, одетый в необычный белый костюм, внимательно изучал пришельцев взглядом, агрессию не проявлял, но готов был в любой момент бросится в атаку. Девушка с пышными солнечными волосами, опускающимися волной, с интересом и опаской поглядывала на группу, сжимая в руке подол непримечательного платья. А вот эффектная женщина в зелёном коктейльном платье отличилась беззаботностью, будто обитая в своём собственном мирке, не придавая значение внезапному появлению незнакомцев.

— Эм, прошу прощения, — решился первым на контакт Джуд, — это… Ризе Максия? — отчего-то замялся он, предчувствуя отрицательный ответ.

Парень с девушкой переглянулись, взглядом вопрошая друг у друга.

— Ризе… Максия?.. — повторил парень.

— Элемпиос? — неуверенно предположил Джуд, но девушка только вторила ему с той же интонацией, склонив голову набок:

— Элемпиос?

Тогда уже переглянулись сотоварищи Джуда, не имея представления, куда же их занесло.

— Элемпиос? Ризе Максия? Хм… — внезапно задумалась доселе не обращавшая на них внимания женщина.

— Ты что-то знаешь, Грюн? — уловил парень в её голосе нотки понимания.

— А! — осенило Грюн. — Обитель Максвелла!

— Чего-чего? — разочарованно поспешил поймать её мысль парень.

— А? — озадаченно наклонилась Грюн.

— Максвелл.

— Кто?

Девушка лишь неловко посмеялась, привыкшая к подобным казусам. Грюн же заглянула в свой кувшин, начав разговаривать с его содержимым.

— Прошу за неё прощения, — выдохнул парень, — Грюн… особенная.

Кто был серьёзнее всех — так это Милла.

— Эта женщина — дух, — тихо произнесла она Джуду. — В её кувшине семена духов — начальная форма верховных духов.

Джуд закрыл глаза, пытаясь воззвать к местным духам, через них понять устройство мира — безрезультатно. Ни один дух не откликнулся, словно их не существовало вовсе, несмотря на насыщенность мира маной.

— Я не почувствовал ни одного духа.

— Потому что им ещё только предстоит родиться. Этот мир ещё совсем молод.

Эстафету лидера перенял Роуэн, выясняя у молодой пары, Сенеля и Шарли, куда же они всё-таки попали, и объясняя свою ситуацию.

— Так вы тоже пришельцы, только прибыли сюда иначе? — задумался Сенель, погружаясь в свои мысли. Отвоевав Шарли, он как-то смирился с мыслью, что это его народ оказался захватчиком. То было в далёком прошлом, теперь же они строили новое будущее.

— Тоже? — зацепился краем уха Альвин.

— Этот корабль, Наследие, однажды прибыл с неба и воссоздал сушу на планете одной лишь воды, — пояснила Шарли, безрадостно вспоминая с болью приобретённые знания.

— Хм… — ещё больше погрузился в размышления Альвин.

— Уж сейчас-то можешь не скрывать свои мысли?.. — с укором произнёс Джуд.

— Я просто не уверен в своём выводе, не хмурься ты так.

— Поделись, — поддержала Милла. — А мы уже сами решим.

— Ну, давным-давно я читал сказку. Вернее, древнюю легенду о том, как грозный Максвелл поведал о грядущей катастрофе, позволяя людям изначально единого мира спастись. Но ему никто не поверил. Кроме группы отчаянных людей, бросивших все силы на строительство ковчега. Собрали они всех желающих, обладающих смелостью окунуться в неизведанное и навеки покинуть свой дом, собрали животных, даже монстров некоторых и отправились за пределы неба к мирам дальним и чуждым, ища пристанище, благословлённые самим повелителем духов. Я тогда думал, что это ещё одна история о Ризе Максии, но, похоже, я ошибался.

— Значит, Ризе Максия — не единственный «ковчег» Максвелла, — сделал вывод Джуд.

— А ещё, похоже, — выдохнул Альвин, — нам был выдан билет в один конец.

— Мы могли спасти Элемпиос и Ризе Максию, — совсем опечалился Джуд осознав, что их лишили шанса.

— Быть может, Максвелл знал, что это невозможно, потому предпочёл спасти нас, — пыталась понять мысли своего создателя Милла.

— Как бы там ни было, нам придётся научиться здесь жить. — Альвин нервно усмехнулся. Вновь судьба решила посмеяться над ним, отправив в иной мир. — По крайней мере, в этот раз всё не так плохо… Можете рассчитывать на мой богатый жизненный опыт, — подмигнул он, пытаясь приободриться сам и поднять дух другим.

Альвин однажды уже прошёл через всё это. Видел, как справлялись или не справлялись другие. Не думал никогда, что придётся проходить через подобное вновь… Но ему адаптироваться было уже проще. Теперь он был способен помочь другим. На этот раз от всего сердца: обманывать тут было не ради кого.

* * *

Предсказуемость людей порой ранила Максвелла. Но она же помогала ему предусмотреть возможный печальный исход: Ризе Максия не оправдает надежд — всё сущее в этом мире исчезнет. А значит, придётся искать спасение вне.

Собирая избранных в свою утопию два тысячелетия назад, Максвелл дал шанс группе активистов, увидев в том надежду. Построили они свой Ковчег и покинули мир, ставший чуждым. Без поддержки духов Максвелл не оставил их, отправив вместе с ними посланницу свою, хранившую семена духов.

Время от времени поглядывал Максвелл на дела, творимые «спасшимися», не верил в их будущее. Неверие это отобразилось на посланнице, призванной не только любить людей и защищать, но и стереть, если совсем распоясаются. Если же разум в итоге они обретут и покаются, новые верховные духи родятся, распространяя благословение Максвелла.

ㅤ

Это моё сокровище! (джен, ToD + ToI, Рути и Ирия)

ㅤ

Описание:

Рути и Ирия не поделили сокровище.

ㅤ

При должном везении охота за сокровищами — дело прибыльное. Причём зачастую много не надо: один раз — и навсегда. Всякая мелочь за находку не считалась. Но не для тех, у кого каждая монетка была на счету…

— Моё!

Две охотницы в подкате рванули к артефакту. Древнему, но не шибко дорогому. Схватили одновременно.

— Отдай, мне сирот кормить!

— Мне для твоих сирот школу строить, а я сама давно не ела!

Стиснув зубы, обе пытались перетянуть артефакт себе, но, на зло, физически они не уступали друг другу.

— Восемьдесят на двадцать! — первой предложила сделку Рути.

— Щедро с твой стороны отдать мне восемьдесят! — усмехнулась Ирия, прекрасно понимая, что вовсе не данный расклад подразумевался.

— И не надейся! — процедила Рути.

Торговаться не имело смысла: был только один результат, который мог бы помочь выйти из безвыходной ситуации. Честный. Равный… Как бы того ни хотелось. А не хотелось очень даже! Потому молчание затягивалось. Руки держаться мёртвой хваткой за добычу уставали. Заболели пальцы. Обречённый выдох послышался с обеих сторон.

— Пятьдесят на пятьдесят, — смирилась Рути, чувствуя, что её соперница тоже готова к примирению.

На том и порешили. Сбыв добытое, молча разошлись. Каждая тоскливо смотрела на свой мешочек: предполагаемая сумма без того ожидалась небольшой, а уполовиненная вовсе вгоняла в депрессию.

«Так на постройку школы я даже к старости не накоплю», — грустно думала Ирия.

А потом стало не до того: услышала она неприятный громкий мужской голос на задворках деревни. Там она нашла недавнюю знакомую и толстяка, дорого одетого. В грубой форме он отчитывал девушку и требовал немедленного выселения вместе со всеми детьми вместе взятыми, если она сию минуту не выплатит долг. И никакие уговоры и убеждения в том, что от суммы осталось всего немного, что она почти всё уже заплатила, не помогали.

— Эй, подруга! — привлекла к себе внимание Ирия, не зная, как звали её соперницу. — Как и обещала, возвращаю тебе долг!

Ирия подбежала к Рути и вложила мешочек с монетами в руку. Поколебавшись, увидев твёрдость во взгляде «подруги», Рути наскоро пересчитала содержимое и протянула мужчине, вытащив буквально несколько монет.

— Здесь недостающая сумма.

— Сама в долгах, но при этом умудряешься другим в долг давать? Неудивительно, что приют в таком плачевном состоянии, — гнусно рассмеялся мужчина. Однако деньги взял и плату одобрил. До следующего взноса.

Дождавшись, когда мужчина ушёл, Ирия строго произнесла:

— С тебя еда и кров.

— Если тебя не стеснят условия, — благодарно улыбнулась Рути. И едва слышно добавила, боясь, что её истинные чувства вырвутся наружу: — Спасибо.

Ирия её прекрасно услышала. И поняла, потому не стала давить. Осмотрев здание и подглядывающих детей, продолжила:

— Значит, этот приют с теми самыми сиротами, которых ты упоминала. Их на целую школу хватит.

— Но школы здесь нет, — развела руками Рути.

— Я могла бы обучать детей, пока ты ищешь сокровища, а ты будешь заниматься хозяйством, пока буду путешествовать я. Так мы заодно не будем мешать друг другу.

«Заодно попрактикуюсь».

— Ну… — задумалась Рути. — Хозяйством обычно заняты старшие дети, так что… Почему бы нам не объединиться в нашей охоте? — хитро улыбнулась Рути, предвещая что-то интересное. — Я знаю одно место, куда в одиночку не добраться. Зато вместе мы могли бы…

— Забрать всё! — загорелась идеей Ирия. — Отлично! Тогда чего мы ждём? — полная энтузиазма, воскликнула она.

Рути только рассмеялась.

— Отдыха и хорошего перекуса, — поумерила она пыл новой напарницы. — Силы нам понадобятся.

Своё дело они прекрасно знали, потому понимали друг друга без слов, справляясь с трудностями. Обе при необходимости подлечить раны друг друга и занять любую боевую позицию, легко манипулируя полем боя. А также мастерски его покидая… Не всякая битва стоила затраченных усилий. Имело значение только сокровище и его цена! И вместе они могли раздобыть что угодно, идеально спевшись. Добычу всегда делили поровну. Но… Первым делом получив первую совместную награду, Рути отсчитала определённую сумму из своей дли и в мешочке отдала Ирие. Хоть сумма казалась маленькой в сравнении с полученным за всё золотом, ничего дороже этого мешочка не было. Ведь именно он когда-то спас от печальной участи приют…

ㅤ

Бесстихийный дух (джен, ToZ + ToS2, Сорей, Миклео, Эмиль-Рататоск)

ㅤ

Описание:

Исследуя очередные руины, Сорей и Миклео нашли не что-то, а кого-то.

ㅤ

День 132 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Руины всегда очаровывали их. Для неувлечённых остатки древних цивилизаций могли показаться чем-то скучным и однообразным, но для Миклео и Сорея каждая деталь была важна, каждая была уникальна. Столько нового и невероятного подчерпнули они из рисунков и надписей на стенах, узнали столько всего, что и не счесть. Не каждый учёный мог похвастаться настолько глубокими знаниями.

Руины всегда были отголоском прошлого, куда не всякая нога способна была ступить. Не каждый расхититель добирался до их сокровищ. Не всем дано было раскрыть их секреты. Хоть руины и могли поведать о жизни прошлого, в самих них жизни давно не осталось… Потому парни не сразу смогли поверить, что увиденное ими — истина. В запечатанной клетку сидел юноша. Заслышав шаги, он будто бы проснулся, открывая красные глаза. Вид его был угрюмым. Но тут же, будто то было наваждение, образ юноши сменился на невинный, напуганный и светлый, как и цвет изумрудных глаз.

— …Т-ты в порядке?! — первым отмер Сорей, бросаясь к клетке.

— Стой! — попытался остановить его Миклео. — Мы не знаем… кто он.

Миклео едва не назвал «находку» что, однако сумел вовремя остановиться: всё-таки перед ним было живое существо. Разумное, судя по виду и взгляду.

— Мы не можем оставить человека в беде!

— Сорей, посмотри на клетку внимательнее. Она запечатана уже сотни лет. Человек бы не прожил столько.

— Серафим? — неуверенно предположил Сорей. Его смутили цвет волос и глаз. — Но даже близко нельзя сказать, какого он элемента… Ни волосы, ни глаза…

— Ага, особенно глаза, — скептически-настороженно зацепился Миклео. — Если не заметил, они изначально у него вовсе были красными. Нужно осмотреть и поискать древние записи.

— Или спросить у него самого, — нашёл выход проще Сорей. Пусть и ненадёжнее, в глазах Миклео. — Привет, — пришлось опуститься на корточки, чтобы быть с пленённым наравне, — меня зовут Сорей, а этот ворчун — Миклео. А тебя как зовут?

Сорей вёл себя максимально дружелюбно: иначе не умел. На вопросительный взгляд юноша ответил непонимающим, вызвав замешательство у Сорея. Однако, немного подумав, посмотрев на кулон в виде сердца, ранее крепко зажатый в руке, ответил:

— Эмиль.

Сорей облегчённо выдохнул: он уже начал переживать, не имея преставления, что в таком случае делать дальше.

Тем временем Миклео пытался расшифровать записи. Они были древнее тех, которые доводилось встречать ранее — Миклео и половины не понимал. Из попытки соединить известные слова ничего внятного не получалось.

— Приятно познакомиться, Эмиль. Ты потерпи чуток, ладно? Мы тебя отсюда обязательно вытащим!

— Я бы не стал на твоём месте давать таких обещаний, — укорил его в поспешности Миклео.

— Нет подсказок? — предположил Сорей, не думая, что Миклео нового друга опасался. — Хоть что-нибудь нашёл?

Сколько бы Миклео с подозрением не относился к Эмилю, те слова, что расшифровал он, складывались в нечто безобидное, даже вдохновляющее.

— Не могу сказать наверняка. Всё, что удалось прочесть: «Серафим… спасти… жизнь. Жертва… свобода…»

— Серафим спас жизнь? А этот парень — жертва, и его надо освободить?

— Не думаю, что всё так просто…

Слишком много слов оставалось за пределами понимания, что сильно беспокоило Миклео. А юноша… Он выглядел совсем невинным, будто сам не понимая кто он и что происходит. Но когда они только вошли… Его взгляд пугал. Как если бы…

«В нём будто две сущности…»

— Если подсказок к его освобождению нет, я постараюсь что-нибудь придумать.

В Способностях Сорея Миклео не сомневался, уверенный, что ему всяко удастся любые ловушки обойти и обойти защиту, потому продолжил работать с текстом.

«Ради спасения всей жизни… Примите жертву…»

Потребовалось немало времени, но Сорей справился со своей задачей лучше, чем Миклео. Эмиль неуверенно вышел из открывшейся клетки с сорванной печатью. С ней, правда, пришлось Миклео подсобить, так как без духовной силы не обошлось. Зато Сорей выглядел очень гордо, когда проявил перед Эмилем силу дружбы и показал командную работу.

— Как себя чувствуешь? — с интересом и заботой спросил Сорей, когда ему Миклео поведал, что печать высасывала духовные силы.

— …Хорошо, — скромно ответил Эмиль, отводя смущённо взгляд. Его сознание будто постепенно проявлялось, обновлялась гамма чувств.

— Итак, — довольно заулыбался Сорей, с энтузиазмом спрашивая, — ты ведь серафим? Какая у тебя стихия? По волосам ближе к земле, но оттенок какой-то другой, а по глазам — ветер.

— Или огонь, — напомнил Миклео.

— Хотя по одним глазам не судят, но обычно всегда что-то указывает на стихию. Так какая у тебя?

— Стихия? — переспросил Эмиль, не понимая.

— Миклео.

Хватило одной интонации, чтобы Миклео понял, чего Сорей хочет. Демонстрацию. Потому Миклео собрал над рукой воду, образуя парящий шар.

— Миклео у нас серафим воды. А ты?

— Я…

Эмиль начал водить глазами из стороны в сторону, будто пытаясь найти что-то в памяти. В какой-то момент его взгляд остановился. Эмиль повернулся в сторону надписи. Для пары друзей он выглядел замершим, однако внутри него шла ожесточённая борьба. Пока глаза цвет не сменили вновь на красный. Тогда с уверенностью он сказал:

— Жизнь.

— Сорей! — первым среагировал Миклео: словно по приказу, начали окружать монстры, повыползавшие из всех щелей.

— Эмиль!

Вытащим меч наспех, Сорей встал спина к спине. К «Эмилю» уже было не подобраться, но и монстры его не трогали.

«Эмиль» же смотрел на надпись, игнорируя крики друзей. Прочитать её для него не было проблемой.

«Здесь заточён Великий Серафим Рататоск, добровольно сковавший себя цепями судьбы ради спасения всей жизни на планете. Примите жертву его, смиритесь с потерей, ибо свобода его принесёт смерть всему сущему».

Заметив, что его рука всё ещё сжимает что-то, он разжал кулак. С неслышимым из-за схватки звоном кулон упал на каменный пол. С одной стороны красовалось старательно и витиевато выгравированное имя Эмиль, с другой — Марта. Имена, ничего не значащие уже тысячи лет…

ㅤ

Возможности (джен, ToA + ToP, Брамбальд и Дохалим)

ㅤ

Описание:

Многолетняя связь Альванисты и эльфов сильно натянулась, когда во главе королевства встал полуэльф.

ㅤ

День 138 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Долголетие позволяло эльфам вести спокойную размеренную жизнь. Им некуда было торопиться. Но и не к чему было стремиться… Их знания оставались постоянными, известной истиной издревле, далёкой от исследований людей. Их взгляды менялись крайне редко, потому искоренить предрассудки почти не представлялось возможным, как бы ни пытался Брамбальд. Даже те эльфы, что были открыты новому, не могли ему помочь. А порой вовсе доставляли невольно проблемы, создавая смуту среди «староверов».

Отношения эльфийской деревни с королевством Альваниста всегда были хорошими. Но и их разрушило предвзятое отношения большинства: молодая эльфийка широких взглядов вышла за короля. И хотя благородный друг Брамбальда уверял, что детей они иметь не собираются, что человеческих претендентов на трон хватает, слово своё он не сдержал, давая больше поводов для разногласий среди эльфов. Ведь как можно давать право голоса полукровке? Как можно сохранять дружеские отношения с королевством, во главе которого стоит рождённый изгнанником?

Брамбальд старался не терять надежды. Как и юный Дохалим, хоть связаться с лидером эльфов ему не давали. Уважить личным присутствием Брамбальда он не смел по праву крови, уважая традиции эльфов, а над его посланниками нередко насмехались: «Что же ваш король не явится сам?».

Рискуя под гнётом неодобрения лишиться своего положения, навстречу отправился Брамбальд. Под предлогом разведать текущее положение дел в Альванисте. У многих создавались сомнения, стоит ли вообще продолжать поддерживать с предавшим их доверие королевством. Но потребовалось на принятие этого решения немало человеческих лет.

Многое успело преобразиться. Альваниста не только расширилась, но и королевством было отстроено несколько академических городов. Король Дохалим правил справедливо и с энтузиазмом. Предлагал множество идей, всесторонне развивающих королевство, оттого люди со всего света стекались под его крыло. Особенно полуэльфы… Которым здесь всегда были рады. И не только за их умение владеть магией — единственное, что ценилось в других королевствах. Дохалим открыл для них множество возможностей. Академии под его началом предлагали развиваться не только в научной сфере, но и в искусстве, поднимая духовность.

— Вы проделали большую работу, — отдал должное Брамбальд при встрече.

— Благодарю. Я считаю, что у всех должен быть шанс следовать за велением сердца. Не только предвзятое отношение сковывало полуэльфов, но и отсутствие возможности следовать по иному пути. Я хочу предоставить им альтернативу. И, как знать, тем самым доказать свою правоту: зло не зависит от расы.

То, что увидел Брамбальд, вдохновляло. При Дохалиме Альваниста расцвела. Без того хорошая и стабильная страна стала лучше прежнего. Дохалим, сквозь недоверие и тернии, сумел своим примером внушить в сознание людей уважительное отношение ко всем, независимо от возраста, расы и положения. Равноправие и работа, соответствующая возможностям и желаниям, творили чудеса.

«Если бы эльфы это увидели», — боялся Брамбальд, что словами чудо не донесёт.

И ведь Дохалим совсем не хотел становиться королём. Призвание нашёл он в музыке, потому нередко доносил свои чувства и мысли игрой на скрипке. Тем же способом Дохалим окончательно убедил Брамбальда во время праздного чаепития в королевском саду. Поселил в его душе спокойствие и веру в будущее.

«Быть может, не всё так безнадёжно? Король Дохалим будет править дольше обычных людей. Смутные времена перемен он уже преодолел: до эльфов теперь будут доходить только светлые вести. Тогда… когда-нибудь… они примут и поймут, что пора поменяться и нам».

В деревню эльфов Брамбальд нёс надежду, желая осветить ей эльфов, погрязших в мрачной затхлости прошлых устоев.

ㅤ

Mint Tea(r) / Чай с Мятой (TotA + ToP, джен, Тиа, Минт и немного Клесса с Люком)

ㅤ

Описание:

Минт и Тиа сложно было общаться напрямую: слова никак не шли, не удавалось подобрать время. А ведь парни специально оставили их наедине, чтобы, наконец, и они сблизились, став подругами, а не просто знакомыми, прячущимися за спинами любимых, скучающими в стороне, пока Клесс и Люк весело проводят время.

* Mint (Минт) — с английского «мята».

* Tea (Ти) — с английского «чай».

* Tear — с английского «слеза».

ㅤ

ㅤ

Атмосфера смущения заполнила комнату. Чай стыл на столе, но ни одна из девушек не решалась отпить. Очень не хватало Люка и Клесса с их оживлёнными разговорами. Неважно, о чём разговаривали парни, просто слушать их уже было приятно. А вот Минт и Тиа даже простенькую беседу начать не могли. Все их попытки, вернее одна-единственная, закончились на одном синхронном звуке:

— Эм…

Продолжить никто так и не решился, оттого чувство неловкости усилилось. Их парни так хорошо ладили друг с другом, а девушки никак не могли найти общий язык. Подводить любимых ой как не хотелось: девушки нередко замечали, как их половинки порой вздыхают, глядя на молчащих Тиа и Минт, прячущихся в их тени, не знающих толком чем заняться.

Грусть немного оттенила неловкость. Достаточно, чтобы сделать глоток чая. С мятой.

«Тиа… Ти… — Минт внезапно улыбнулась про себя. — Клесс бы обязательно придумал бы какую-нибудь созвучную шутку».

Губы Тиа тоже коснулась мягкая улыбка.

«Минт. Освежающий и успокаивающий аромат. Разве есть повод для волнения?»

«Идеальное сочетание! — подумалось обеим. — Это ли не знак, что всё должно сойтись?»

— Я… — вновь начали они синхронно, подняв головы и посмотрев друг на друга, но тут же отвернувшись.

Однако сдаваться не хотелось. Столько мыслей пролетело в голове с разными вариантами решения проблемы.

«Камень-ножницы-бумага? Станет только хуже, если мы будем загадывать одни и те же фигуры. Жребий? Нам бы предварительно кинуть жребий, кто будет делать жребий. А потом ещё и тянуть первой…»

Казалось, не выходило ничего. Но стоило сделать ещё глоток чая, как:

«Знаю!»

У обеих с собой было, чем писать, потому вместе потянулись к салфеткам. Благо одна из девушек оказалась быстрее, не разрушив план и не создав новую проблему.

Простенький письменный текст давался куда проще устной речи: никто никого не перебивал, была возможность упорядочить мысли. Постепенно две салфетки заполнились двумя непримечательными беседами. Однако именно они помогли сделать первый шаг, узнать крохи информации друг о друге, позволили смелее смотреть друг другу в глаза. В конце концов — обменяться короткими фразами…

* * *

— Есть! — старался как можно тише выразить свой восторг Клесс, подглядывая с другом в дверную щель. — Чай с мятой не мог не сработать!

— …Потому что успокаивающий? — сильно задумавшись, предположил Люк.

— Да нет же! Это же «чай», — показал он для наглядности руками в одну сторону, а затем, — с «мятой», — в другую. Люк так ничего и не разглядел. — Ну, «чай». «Ти»! И «мята» — «минт».

— Но ведь Тиа не «ти»… — озадаченно произнёс Люк.

— А ты используй короткое имя.

— Куда ещё короче?..

— Эм… — не сразу нашёлся Клесс. — Нет предела совершенству! — в итоге произнёс он с широкой улыбкой.

Люк устало выдохнул. Он давно привык к глупостям друга, порой его шутки и правда выходили удачными, но чаще утомляли. Однако не за них Люк ценил Клесса.

— Как скажешь, — отмахнулся люк. Затем взаимно улыбнулся. — Главное, что сработало!

ㅤ

Способ призыва (джен, ToV + ToP, Рита)

ㅤ

Описание:

Новый мир требовал нового подхода.

ㅤ

Примечание автора:

Хотела ограничиться намёками, оставив один фандом, но в итоге решила, что лучше чётко указать кроссовер, чтобы не возникало вопросов…

ㅤ

День 285 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Рита тяжко выдохнула, вновь глянув на доску со старыми формулами, утерявшими всякий смысл. Новый мир принадлежал Духам, но никто, кроме Детей полной луны, не имел доступа к их силе. Рита желала это исправить. Найти способ всем вновь использовать чарующие техники, способные смести любого противника, осмелившегося встать на пути!

— Должен быть способ… Если предположить…

Долгие и упорные размышления привели к мысли об Эстель. Не самой приятной, но наука опиралась не на эмоции, а на логики, потому пришлось отделить одно от другого. Представить Эстель в виде катализатора…

— Быть может, если остались непреобразованные осколки апатии… Если использовать их…

Рита мыслила быстрее, чем успевала говорить, но бормотание помогало ей сохранять концентрацию и придерживаться выбранного курса, не путаясь в идеях и отбирая самые лучшие из тысяч возможных.

— Для лучшей передачи должно касаться тела… Кольцо?.. Да, идеальный вариант. Стоит попробовать.

Немало времени потребовалось, чтобы найти хотя бы слух о «камне». Ещё больше — на то чтобы обнаружить настоящие следы ставшего в новом мире артефакта. Несколько крошек на «кладбище Духов». Отказались ли их души перерождаться или не смогли, никто уже сказать не мог. Рита пустила их «тела» на благое дело!

Теории особенно хороши, пока дело не доходит до практики, ломающей их. Рита и не подозревала, сколько пробелов было в её идеях, не считая те, которые заполнить она планировала «по ходу дела». А время её неумолимо утекало, вселяя страх не успеть завершить то, что стало для неё делом жизни.

И вот первый дух материализовался перед ней. Не тот, которого она ожидала увидеть… Как выяснилось, камень имел большое значение: каждый Дух отвечал на зов через камень, близкий по… духу.

— Хм, так необычно попадать в мир людей таким способом. — Сильф с интересом осматривала своё тело. А затем пристально посмотрела на Риту, задумчиво протягивая: — Всё выглядит совсем иначе. Будто чего-то не хватает… Может, краски на твоём лице?..

— Смеёшься, что ли? — скептически произнесла Рита. Но Сильф сделала такое невинное лицо, что Рита, устало выдохнув, не стала спорить: у неё просто ни на что не осталось сил. — Ладно, ладно, запишу, что духи предпочитают разукрашенное тело. Но не как обязательный пункт! — добавила Рита эмоциональнее, не сдержав всё же раздражения. Она тут совершила великий прорыв, а над ней ещё подшучивать вздумали…

Переглянувшись, Рита и Сильф улыбнулись. Предложить свою помощь Сильф не могла, всё ещё познавая свою новую сущность. Теперь она не являлась полностью частью этого мира, обитая в особой реальности Духов. В то же время она оставалась неотделима от мира людей. Сильф лишь указала на элементальную принадлежность осколков, давая возможность Рите дальше продолжить самой. Успеть завершить книгу Призыва для потомков… На дней Рита корпела всю оставшуюся жизнь, совершенствуя технику, находя новые камни и изучая новые «элементы», давая неизвестным Духам имена.

Книга Призыва сохранилась в веках. Но не имя её создательницы…

ㅤ

Лореляй (джен, ToG + TotA, Лямбда, Джэйд)

ㅤ

Описание:

Когда мир меняется, всегда находятся те, кто пытается вернуть старые устои. Даже если для этого требуется возвращение самого бога!

ㅤ

День 180 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Джэйд шёл по коридорам хорошо оснащённой лаборатории — денег в неё вложили немало. В деле определённо были причастны пугающе влиятельные люди. Впрочем, Джэйд бы не удивился, если сам Орден пытался вернуть своё было величие, вложив в сомнительную затею всё.

Дурные слухи давно ходили: группа благочестивых энтузиастов работает над возвращением в мир смертных Лореляя и продолжение его Партитуры. Жизнь без предопределения для многих до сих пор казалась невыносимой…

Как именно группа экстремистов собиралась привести свой план в действие, Джэйд не предполагал. Мысль о том, что кто-то вздумает использовать его технику клонирования ему в голову не приходила. Ведь Лореляй… существо иного уровня. Как же Джэйд был удивлён, увидев центральную лабораторию… И мальчика в колбе, так напоминающего Лореляя, описанного в древних текстах.

«Они… и правда это сделали».

Джэйд не знал, что ему чувствовать: восхищение или ужас. И времени на раздумья у него не было: убегая, кто-то из учёных активировал капсулу — и она должна была вот-вот открыться. Убить или помиловать? Надёжным выбором было уничтожение, но… Джэйд не успел принять решение: мальчик посмотрел ему в глаза.

Атаковать Джэйд не спешил, не зная, на что способен предположительно грозный противник. Если ребёнок ещё и со своими силами не умел управляться, то пугать его внезапной атакой — последнее дело. Однако оригинальный Лореляй был разумен. Потому оставалась надежда, что и этот мальчик не будет стремиться подмять под себя человечество.

Мальчик смотрел на Джэйда. Изучающе. Понимающе. Не растерянно, как обычные едва проснувшиеся реплики.

«У него есть воспоминания Лореляя?.. — сделал смелое предположение Джэйд. — Или это не первое его пробуждение?»

— Они дали тебе имя? — холодно спросил Джэйд.

— Да, — спокойно ответил мальчик. — Но я от него отказался. Я изучил историю этого мира, — заговорил он, прочитав вопрос во взгляде Джэйда, — и я не тот, кто им нужен. Лореляй оставил этот мир не просто так. И я не являюсь им, чтобы продолжать его дело, добровольно заперев себя в клетке.

— И что ты собираешься делать? — пытался выяснить Джэйд, насколько реплика «бога» опасна.

— Ничего, — продолжал мальчик спокойно. — Я — не Лореляй. И я не смогу отправиться в то же место, куда и он, — с грустью мальчик посмотрел на свою руку. — Это тело не завершено, вскоре оно распадётся на фононы. И всё, что я смогу делать, — бродить по миру бесплотным звуком.

«Значит, убивать его бессмысленно, — пришёл к выводу Джэйд. Уничтожь он тело — сущность продолжит существовать. Но также это означало, что сгусток бесформенных фононов вполне мог поселиться в чьём-то теле. — Знай Люк о такой возможности, наверняка бы предложил себя в качестве "братского" сосуда», — усмехнулся он.

— Я могу поработать над телом для тебя.

— Зачем? — удивился мальчик. Те люди видели в нём надежду, своего бога. Джэйд же явно не был в нём заинтересован, о чём говорил суровый взгляд при встрече и крепко сжатое копьё.

— Одиночество сводит с ума. А нам не нужно безумное невидимое неприкаянное сверхсущество. И раз уж мы планируем партнёрство, а от предложенного имени ты отказался, как нам тебя называть?

— Как угодно, только не его имени.

— Хорошо, Лямбда, как скажешь, — улыбнулся Джэйд якобы беззаботно и расслабленно, хотя скорее хитро и многообещающе. — Тогда давай приступим к работе…

ㅤ

Неловкий момент (ToX2 + ToS2, джен, Эмиль и Элл)

ㅤ

Описание:

Элл поняла, что она ничего не поняла: на семейной фотографии рядом с мамой и папой стояла не она…

ㅤ

День 177 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Это был какой-то неправильный мир. Нет, все измерения-ответвления в том или ином месте отличались разной степенью искажения, но этот… Элл смотрела н семейную фотографию в родном доме, но с неё, помимо родителей, на неё смотрел какой-то незнакомый парень, подписанный красивым почерком как Эмиль с указанием даты съёмки. Намёка на саму Элл не было и в помине.

«Это какая-то шутка?» — тихо недоумевала она.

— Эм, прошу прощения? — Парень с фотографии, вошедший в комнату, говорил об обратном. Озадачен он был не меньше внезапной гостьи. — А как вы сюда попали?

Двери блокировались автоматически, потому он при всём желании не мог забыть их закрыть. Противомоскитная сетка на окнах защищала не только от насекомых. Родители отсутствовали, потому никто впустить её в дом не мог. Отбросив невозможное, оставалось предположить:

«Неужели… она просто появилась здесь? — завис на мысли Эмиль. А потом быстро помотал головой, приводя хаос в голове в относительный порядок. — Кажется, принцип яйца Хао дал сбой…»

— Тот же вопрос, — встала в позу Элл. — Как умудрился родиться ты? Должна же была я! Ой, то есть девочка!

Парень неловко посмеялся, почесав пальцем висок.

— Мама говорила, что папа при виде меня сказал то же самое… А ведь он с самой первой встречи был одержим семьёй, настаивал завести ребёнка как можно скорее. И до сих пор не унимается, просит родить ему девочку. Но у них не получается, — отвёл Эмиль взгляд в сторону, от волнения начиная говорить больше сам с собой. — Возможно, виной тому противозачаточные таблетки, которые я недавно нашёл. Зачем она их вообще принимает? Мама так усердно утверждала папе, что не против… Стоит ли мне сказать папе? Но если я скажу, не сделаю ли хуже? — неустанно бормотал он, будто не чувствуя пристального взгляда Элл. — В последнее время их отношения и так натянуты… Как раз из-за расспросов про девочку. Может, и правда должен был родиться не я? — глянул он на гостью вопросительно, будто она знала больше, чем он.

И ведь знала! Только объяснить было сложно. Да и нужно ли? Ведь недоразумение скоро будет стёрто. Тем более катализатор стоял как раз перед ней полностью беззащитный. Он даже не сразу понял, что произошло, когда его грудь насквозь пронзило копьё. Оба продолжали недоумённо смотреть друг другу в глаза.

«Жуть какая! — думала Элл под завывание разрушающегося «ложного» измерения. — Если бы папа напортачил, могло бы получиться и так…»

Ещё какое-то время Элл продолжала стоять ошарашенно. Недолго. Она привыкла к потрясениям судьбы, потому вскоре, помотав головой, выбросила лишние мысли из головы и отправилась писать отчёт в офис.

ㅤ

Новая жизнь (джен, ToG + ToZ, Софи и Эдна)

ㅤ

Описание:

Софи вновь проснулась на цветочной поляне, не помня ничего.

ㅤ

День 199 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Ветер ласково поглаживал щёки и шелестел травой, пока она лежала с закрытыми глазами. Её сознание всё ещё окутывала тьма умиротворения и покоя. Но когда она открыла глаза, поняла, что голова и душа её совершенно пусты. Незнакомая местность, незнакомые лица не пробуждали в ней ни единого проблеска воспоминаний.

Сидя среди цветов, на неё пристально смотрела Эдна, защищающая себя от солнца кружевным зонтом. Она пристально смотрела на внезапно появившуюся девочку, пытаясь уловить в ней хоть что-то знакомое: в конце концов источник, из которого родилась она и Айзен был неподалёку. Однако девочка не была благословлена землёй…

— Ты кто? — наконец спросила Эдна не юля.

Девочка вопросительно посмотрела на неё, затем глубоко задумалась. Где-то на подкорках сознания расцветало имя. Чуждое, но дарующее ласковое тепло. Как вид цветов на поляне, за который девочка зацепилась взглядом: он казался ей знакомым.

— …Соферия, — тихо произнесла она. Но поспешила исправиться: — Софи.

«Она спонтанно выбрала себе имя? — насторожилась совпадению Эдна. Однако вовсе не его она спрашивала. — Похоже, она сама не понимает… — пришло осознание. — Быть может, она родилась от человека? Как Мибо? Тогда ей повезло, что я оказалась рядом, иначе она была бы совсем растеряна».

— Что де, полагаю, с возвращением в этот мир, Софи. Меня зовут Эдна. Я — серафим земли.

— Серафим?

— Да, как и ты. Прислушайся к себе. Какая стихия тебе ближе?

Софи вновь закрыла глаза, заглядывая в свою душу ещё глубже. Где-то там упала капля, нарушая гладь расходящимися кругами.

— Вода?

— О-о, — протянула Эдна, невольно ухмыляясь, — совсем как Мибо. Надо будет вас познакомить. Вам, определённо, будет о чём поговорить.

Расспрашивать о чём-либо Софи было бесполезно: Эдна прекрасно понимала, что вся память человеческой жизни покинула её с последним вдохом, и теперь перед ней буквально стояло новорожденное существо, до конца не осознавшее свою суть. Даже истинное имя в её душе не проявилось.

«И ей очень повезло, что рядом с ней оказалась такая хорошая старшая сестра», — улыбнулась про себя Эдна, протягивая девочке руку помощи.

ㅤ

Расписные скалы (джен, ToH + ToZ, Берил и Эдна)

ㅤ

Описание:

В горы Эдны повадилась ходить художница, оставляющая свои творения не на холсте, а прямо на серой поверхности скал.

ㅤ

День 219 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Обычно Эдне не нравилось, когда нарушали покой её гор. Но всегда найдётся место исключению… Таким стали картины на скалах, оставляемые одной дерзкой девчонкой. Огромной кистью вдыхала она в свои творения жизнь, «увековечивая» на серых неровных стенах, каждый изгиб камня подстраивая под отдельную деталь, делая образы объёмнее.

Картины получались слишком красивыми и душевными, чтобы Эдна жаловалась. Одно печалило: насколько бы стойкими ни были краски, дождь прекращал их в плачущее месиво, радующее только абстракционистов. Когда была возможность картину подправить, художница вновь вырисовывала детали, порой добавляя чего-то новое и внося иные коррективы. Когда же расплывчатое пятно было безнадёжно — рисовала поверх что-то новое.

«Столько времени тратит на мимолётные картины вдали ото всех. Она настолько одинока? — думала Эдна, в очередной раз наблюдая за рождением нового шедевра. — Неужели не нашла места получше? Где стихия не будет уничтожать труд…»

Художница даже не пыталась пройти дальше полюбившихся скал. А ведь там дальше, сквозь нелёгкое испытание для ног, она вполне могла бы найти идеальное место под свою «мастерскую».

Заскучав от своих мыслей, Эдна невзначай пнула камушек — художница на звук обернулась. Идея пришла быстро и спонтанно. Взяв несколько камушков, Эдна стала указывать ими путь, кидая в нужном направлении.

До конца не понимая, что происходит, какое-т время художница шла по указанному пути, пока внезапно не схватилась за голову, взглядом проявляя ужас: испугалась возможного призрака. Наконец непонимание уступило место множеству теорий, одна страшнее другой.

Эдна вздохнула, понимая, что так просо «заманить жертву» в нужное место уже не получится. Пришлось поднапрячься, сильно концентрируясь. Без Пастыря она мало на что была способна. На полноценный диалог точно не приходилось рассчитывать, но на пару фраз…

«Пещера… Для картин…» — прозвучало в голове художницы.

Она одновременно испугалась и… успокоилась, поняв, куда и для чего её пытались привести. Призрак или нет — кому-то понравились её картины. И этот кто-то нашёл место, где картины не будут каждый раз «исчезать».

Художница улыбнулась, воодушевляясь. Покрепче взяв кисть, мечтая поскорее начать творить в новом особом месте, она жизнерадостно произнесла:

— Спасибо!

«Интересно, на сколько картин хватит? — думала за неё Эдна, ведь художнице было уже не до того. — Ведь когда-нибудь в пещере место закончится…»

Но это была проблема будущего. Пока Эдна хотела увидеть новые картины. те, которые останутся с ней навсегда.

ㅤ

Не замена… Но спасение (ToX2 + ToS, джен, Кратос и Элл)

ㅤ

Описание:

Кратос нашёл Элл после потери Ллойда.

ㅤ

День 245 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Пережить потерю ребёнка… непросто. Поначалу вовсе веришь, что невозможно. Потерянным зверем Кратос бродил под обрывом, надеясь найти хотя бы тело. Похоронить… Но похоронить он мог только свою душу, отдав её во власть Митоса, которого оставил однажды: смерть для него была непозволительной роскошью. К нему Кратос и собирался направиться, пока не услышал звонкий крик явно маленькой девочки.

Отцовские инстинкты повели мужчину на бессловный зов о помощи. Разум ещё не был готов воспринимать информацию быстро и чётко, потому оставалось руководствоваться разбитым в дребезги сердцем.

Маленькая девочка оказалась в окружении монстров. Боль от недостатка кислорода и страх от приближения неминуемой смерти исказили её лицо. Она так отчаянно бежала, пытаясь спастись, что споткнулась и оказалась в ловушке.

Первого монстра Кратос убрал режущей волной, открывая себе пространство для манёвра. Разобрался боковыми и встал перед девочкой, собираясь защитить от остальных, когда со спины к ним уже некому было подбираться.

Когда опасность отступила, Кратос опустился перед девочкой на колено. Ей от силы было восемь лет, светлые волосы были убраны в два хвостика. На шее висели большие карманные часы, которые девочка крепко сжимала обеими руками.

— Как ты здесь оказалась? — на вопрос Кратоса ответа не последовало. — Где твои родители?

Девочка только сильнее сжала часы и стиснула зубы, пытаясь удержать слёзы, всё равно предавшие её. Этого было достаточно, чтобы понять, что девочка с недавних пор — сирота.

— Как тебя зовут?

Девочка ещё какое-то время молчала, успокаивая себя после пережитого, не то голос совсем отказывался слушаться, выдавая либо сипящую тишину, либо невольные всхлипы.

— Элл… — слилось с прерывистым выдохом.

— Скажи, куда мне тебя отвести?

Не оставлял надежду Кратос, что хоть кто-то у девочки остался. Однако отвечать сразу она не стремилась.

— Деррис-Карлан… — наконец, она тихо произнесла, вызвав у Кратоса удивление. — Папа сказал, что это земля, где сбываются мечты таких, как я. Там я попрошу, чтобы папа вновь… — резко замолчала она, стискивая зубы и опуская голову, стискивая кулачки до белых костяшек.

«Полукровка?» — осознал Кратос. Не каждый знал имя «Деррис-Карлан». Но девочке очевидно внушили неверное представление. И разрушать её мечту Кратос не хотел.

— Это место, которое так просто найти, — заговорил он. — Но я помогу тебе. А пока вернёмся в деревню и отдохнём. Впереди нас ждут долгое путешествие, — пообещал он, точно зная, что нога девочки никогда не ступит на искомую землю.

Кратос задался целью наполнить её жизнь счастьем и другим смыслом. Вместе с тем заполняя свою… На Деррис-Карлан им обоим было не место. Точно не ей. А Кратос в отчаянии едва не совершил ошибку, вернувшись к отброшенному прошлому.

«Это не сделало бы мир лучше… Это не то, что хотели бы Анна и Ллойд…»

Элл помогла ему взять себя в руки. Теперь настала его очередь помочь ей.

ㅤ

Первые ростки (ToX2 + ToS2, гет, Лудгер/Марта, упоминается Рататоск)

ㅤ

Описание:

Когда-то Марта преследовала Рататоска, мечтая спасти мир. Не вышло… Но жизнь от этого не стала хуже, ведь в итоге люди справились сами, а она нашла своё счастье с одним из спасителей.

ㅤ

Примечание автора:

На мой взгляд, Марта из «Tales of Symphonia» внешне похожа на Элл из «TalesofXillia 2», потому вполне может заменить оригинальную Марту…

ㅤ

Готовясь к чуду рождения, молодая пара наблюдала, как медленно расцветает природа. Видеть одинокий цветок на некогда безжизненной пустоши для коренных элемпийцев было истинным благословением. Страх за будущее своё и своих детей сменялось на надежду, а мечты превращались в реальность.

— Ох!

Будто вторя мыслям матери, ребёнок в утробе зашевелился, позволяя папиной руке отчётливо почувствовать маленькую ножку.

— Подумать только, мир и правда удалось изменить.

Марта прижалась теснее к мужу. Глядя на раскачиваемый на лёгком ветерку цветок, она предавалась воспоминаниям.

— Когда Рататоск отказался помочь, я думала, что это сулит конец человечеству. Он мог избавить природу от зависимости от маны и духов, но тогда…

Обманчивое первое ощущение подарило ощущение нежности, которое вскоре сменилось образом грубым и неотёсанным. Марта сильно разозлилась, обвиняя одного из сильнейших духов в несговорчивости и бездействии, считая себя благородной спасительницей, отчаянно борющейся за правое дело. За духов! Мало кто в те времена вообще о них знал, а она напрямую общалась. Хотела их… всех спасти. Если бы растениям и животным больше не требовалась мана, духи могли бы продлить себе жизнь. Так она наивно считала, не задумываясь о последствиях.

— «Люди сами должны решать свои проблемы». Быть может, он был прав? — продолжала она размышлять. — Если бы проблема увядания перестала существовать, люди не задумались бы об альтернативе.

Вдохнув запах волос любимой, Лудгер нежно поцеловал её в голову, передавая прикосновением заботу.

— Ты всё сделала правильно, — наконец, заговорил он. — Никто не знал, что будет впереди. Все видели приближающийся конец, но мало кто пытался хоть что-то с этим сделать, ожидая чуда или спасения от других. Ты достойна уважения.

Объятия Лудгера стали крепче, но нежнее. Марта чувствовала себя под надёжной защитой. Физической и эмоциональной. Растрогавшись от похвалы и проявления любви, Марта чуть развернулась и смущённо уткнулась носом в подмышку Лудгера.

«Какой же глупой я была, — усмехнулась Марта, вспоминая ту дурочку, которой была в шестнадцать лет, — едва не отдала своё сердце духу. Но Рататоск и правда был милым… Поначалу. — Но не столько очарование облика привлекло её, как рыцарский дух, когда Рататоск на свою голову спал человеческую девушку. — Если встречу вновь, нужно будет обязательно его поблагодарить. И извиниться…»

Но разве нужно что-то подобное могучему духу? Рататоску успел давно позабыть о нелепой девчонке. Однако было между ними кое-что общее: он тоже вдали от людей наблюдал за тем, как оживала природа, лаская своим вниманием первые ростки.

ㅤ

Под светом древо-фонарей (гет, ToX + ToP, романтика, Джуд/Минт)

ㅤ

Описание:

Иль-Фан — идеальное место для свиданий.

ㅤ

Их щёки всегда покрывались румянцем, стоило взглядам пересечься. Они редко говорили по душам, чаще молчали вместе. И каждый из них не отрывал взгляд от другого во время доклада, любуясь чертами лица, наслаждаясь интонациями мягкого голоса. И для тех студентов, кто видел их впервые, странным было слышать, что они не вместе.

— Да они даже ни разу не были на свидании! — с ироничным смехом разводили руками однокурсники.

«Свидание?.. — как-то услышал сплетню Джуд и задумался. — Стоит ли? Не потревожу ли я её? Согласится ли?..»

За себя он мог без раздумий сказать, что хочет быть с ней вместе, как сильно тянет его к ней. Но вот что думала она, он предполагать боялся. Вдруг её смущали его взгляды сами по себе, как и любого другого юноши в виду её наивной чистоты? Или же она не разобралась в своих чувствах — вот и металась в нерешительности? А вдруг он вовсе её раздражал, но из вежливости она молчала и отводила взгляд, лишь бы лишний раз не быть вместе?

«Не попробуешь — не узнаешь. Ну же, будь мужчиной, Джуд!»

— Ми… Минт, — едва хватило ему выговорить её имя, поймав после пар и практики.

— Д-да?.. — всё, на что хватило её.

Оба молчали, глядя друг другу в глаза, выискивая в них себя, свои отзеркаленные чувства. Каждый из них знал, чего они хотели, но произнести вслух простые слова казалось непосильной задачей.

Нерешительно протянул он руку ладонью вверх, приглашая. Прозвучало тихо и чувственно:

— Идём?

Минт с нежной улыбкой кивнула, подавая свою руку. Неважно куда — она была готова последовать за ним. Она словно нашла вторую половину своего сердца, которое никогда до этого не было целым. Они были настолько похожи, что казалось, будто бы вот-вот сольются в одно целое как две капли.

«Целое… Я и он…» — Минт засмущалась своей мысли. Невинной, но с проскользнувшей в подсознании двусмысленностью.

Купив мятного какао со сливками, дабы отогнать от себя прохладу города, не видевшего солнца, пара устроилась на одной из скамеечек под древом. Тёплый свет будто обволакивал, побуждая разум к романтическим мыслям. Но не к разговору…

Ночной Иль-Фан сам по себе задавал нужное настроение. Минт полюбила древо-фонари с первого взгляда, даже как-то пробуя научиться зажигать их. Не то чтобы у неё не получилось, однако несчастный случай быстро вернул ей намерение помогать людям лекарскими навыками. Небольшой порез — справилась мгновенно, зато многое для себя поняла. А теперь, глядя на эту красоту, нашла в себе силы завести пустой разговор:

— Знаешь, мне так нравятся древо-фонари, что однажды я едва не стала люминологом.

— Правда? — удивился Джуд. Таким естественным было видеть её медиком. — Если честно, сложно представить, — добродушно улыбнулся он. — Тебе так идут белые одежды, словно ты для них рождена была.

— Белые одежды? — зацепилась слухом Минт, не сразу формируя образ.

Зато в итоге пришли они к нему с Джудом одновременно, отворачиваясь, вновь раскрасневшись. Они ещё толком не развили отношения, а у обоих уже свадебное платье в мыслях настойчиво поселилось.

Слова не шли. Зато рукой Минт так удачно опиралась о скамейку, что Джуд решил рискнуть всем и накрыть её своей ладонью, продолжая смотреть в сторону. Минт сжала его пальцы в ответ — их первый и самый близкий физический контакт.

Им не нужны были слова. Взгляды, касания — неловкость постепенно растворялась в свете древо-фонарей, оставляя после себя только чувство щемящего комфорта. Уютное счастье просто быть рядом с тем, кого избрало твоё сердце. И разделяли они оба одно желание на двоих — чтобы это счастье длилось вечно.

ㅤ

Достойна внимания! (гет, ToI + ToD, Лион/Андж)

ㅤ

Описание:

Мариан хотелось, чтобы Лион нашёл себе в пару кого-то ближе к его возрасту и положению.

ㅤ

День 133 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Мариан знала, зачем Хьюго привёл её. И она боялась этого… Чем лучше удавалось узнать милого Эмилио, тем сильнее хотелось его защитить. От себя… От влияния, которое она невольно оказывала, загоняя его в смертельную ловушку. Его искренние тёплые чувства разрывали сердце…

Выход Мариан нашла один: переключить внимание Эмилио на кого-то другого. Найти пару ему под стать, чтобы у него была надежда на будущее. Чтобы у неё была надежда…

Она нашла её в храме. Юная послушница благородных кровей, отдавшая предпочтение учёбе и саморазвитию. Её острый ум впечатлял, а милая внешность очаровывала. Ей и предложила Мариан стать условной гувернанткой: подопечный был «чутка» старшеват. Завлекала новым опытом и благим делом. И счастью её не было предела, когда получила она согласие. Однако…

— Ты хочешь, чтобы она обучала меня? Она же ещё ребёнок! — справедливо возмутился Лион.

— Разве противники не думают о тебе также, пока не вступишь с ними в бой? — парировала Мариан. Тем более, несмотря на протест Лиона, нежелаемая учительница всё ещё была старше него. Мариан тактично об этом не упомянула. — Вы оба гении, но в разных направлениях, — польстила она самолюбию Лиона. Но не столько сама похвала заставила дрогнуть его сердце, сколько хвалящий. — Потому дай госпоже Андж шанс.

Скепсис отчётливо читался на его лице. Но отношение будущего ученика ничуть не смущало Андж: она давно привыкла к такому отношение. И раз за разом доказывала, что сомневаться в её способностях не стоит. Не специально, не назло кому-либо. Она просто занималась своим любимым делом, игнорируя любые грубости и предвзятое отношение. Так поступила и в этот раз.

Им обоим хватало упрямства, благо их характеры неплохо сочетались. Спокойная и мягкая Андж никогда не злилась, даже проявляя строгость, потому ей легко удавалось погасить все всплески эмоций Лиона — подростковый бунт никогда не перерастал во что-то большее.

Пусть первое время сдерживаться Лиону помогали мысли о Мариан, данное ей слово, Андж тоже удавалось акцентировать его внимание на чём-то ином, что позволяло ей честно обучать доверенного ученика. Зарождать в нём интерес к учёбе. Не позволять ни на чём… и ни на ком зацикливаться.

Расширение кругозора шло на пользу и характеру Лиона. Он стал сдержаннее, начал лучше понимать окружающих, в том числе своих людей. И отца. Которому всё ещё подчинялся, понимая, к чему может привести неповиновение. Но чувствовал он, что в нужный момент, если станет совсем плохо, он сможет дать отпор.

Уже меньше думал он о Мариан на уроках. Перестал о ней тосковать, когда её не было рядом. Постепенно Мариан подстраивала так, чтобы проводить с Эмилио меньше времени, провоцируя больше внимания уделять Андж. Даже вне уроков. Просто общаться. Гулять за пределами особняка. А через какое-то время ему самому пришла идея проводить занятия на природе. Подальше от гнетущего места, наполненного несвободой и мрачными мыслями.

Прошло немало времени, прежде чем Лион перестал замечать отсутствие Мариан. Тянуться к неё как к родной… Прежде чем позволил себе взять Андж за руку. Посмотреть ей в глаза не как учителю, а как личности. Девушке, пробившей толстую стену страха и вынужденного одиночества.

— Я слышала, для рыцарей обычное дело — отправляться в паломничество.

— А? — удивился внезапно поднятой теме Лион.

— Почему бы нам не отправиться в путешествие?

Андж нравилась идея, хотя придумала её не она. Видя, что отношения между Лионом и Андж улучшаются, Мариан попросила увести его как можно дальше от родного дома, сковывающего его. Всей правды рассказать она не могла, но по глазам Андж поняла, что что-то неладно. И плохого Мариан определённо им желать не могла.

— Уверена, — продолжила Андж, — его величество с радостью тебя отпустит, если заверить его, что твой поход принесёт благо королевству. Ведь ты сможешь собрать много ценной информации о делах его подданных.

— Но я думаю, что я больше пользы принесу в столице подле короля.

Лион сомневался. Он сам чувствовал, что ему необходимо убраться подальше от Хьюго, лишить контроля над собой. Ему лишь нужно было предать уверенности. Закрепить верную мысль.

— Ох, неужели? Разве я не учила тебя расширять кругозор? Есть ещё много всего, чего ты не знаешь. И чего не ведаю я. Так почему бы не оторваться от привычного и не бросить себе вызов?

— Если смотреть так…

Лион задумался. Подобный взгляд мог повлиять и на Хьюго, обезопасить Мариан, которую тоже было так просто не оставить. Ведь если Лиона в паломничество отправит сам король…

Андж понимала, что её следующие слова не станут козырем, что самое весомое она уже сказала, но всё ещё в них смысл был, потому она в завершение произнесла, беря руку Лион и поднося к своему сердцу:

— Это поможет стать ближе и нам. Если, конечно, твоё сердце желает того же.

Желало. Насколько — сам Лион не подозревал. Слова Андж и биение её сердца затронули его душу, подарили ещё одно новое видение. Развеяли последние сомнения.

— Я поговорю с королём.

Лион подарил редкую улыбку. Уже обдумывал аргументы, чтобы убедить короля. Предвкушал будущее. Ведь в его сердце тоже поселилась надежда, давно забытая под гнётом тирании отца. И очень хотелось верить в светлое будущее…

ㅤ

Должник (ToX2 + ToL, гет, Мозес/Нова)

ㅤ

Описание:

Мозес, наконец, выплатил долг! Потому мог позволить себе официальные отношения с прекрасной сотрудницей банка, всё это время напоминающей ему о своевременных выплатах.

ㅤ

День 135 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Неистово смеясь, Мозес снял с себя дряхлую рубашку, грубо кинул под ноги прохожим и начал наворачивать круги вокруг Новы, смущённой, но также счастливой. Крупный рыжий пёс, больше походящий на монстра, лаял и выл, разделяя настроение хозяина, пусть и не понимая причины.

Мозес был немного диким… Да нет, не немного. Но именно это в нём впервые привлекло Нову. Она стала чаще присматриваться к нему, подмечать другие привлекательные черты. Особенно её зачаровывало, как легко Мозес ладил с животными и даже с монстрами. Оттого никто до сих пор не мог с уверенностью сказать, Гит — собака или монстр… Мозес никогда не унывал, всегда был полон сил и позитива даже в самые тяжёлые моменты. Он скорее разгневается, чем упадёт духом. Как когда ему объявили о долге… В тот момент Нова была уверена, что новый клиент превратит её жизнь в ад. А он показал ей райские сады.

Первые неловкие свидания, щедрые «дикие» подарки. Мозес умудрился золотой четырёхлистный клевер отыскать! Запряг на поиски всех монстров в округе, сделав дороги самыми безопасными на свете на короткий период. Дольше бы не получилось: заморенный голодом зверь никакого хозяина слушаться не будет.

Несмотря на своё бедствующее положение, он никогда не позволял Нове платить за него в ресторанах. Чаще, правда, приглашал на пикники, где готовил еду сам на открытом огне, ещё больше чаруя. И ведь вкусно получалось!

Теперь же он освободился от долга, совершив последнюю выплату. А потому мог, наконец, произнести, встав на одно колено и протягивая футляр:

— Ты выйдешь за меня?

— Да! — счастливо ответила Нова.

Зная его упорство, Нова бы и с долгом дала согласие, будучи уверенной, что Мозес его быстро выплатит. Однако… Камень на золотом кольце переливался на солнце. Камень немаленький. Отчего закралась тревожащая мысль…

— Мозес, милый, а откуда ты взял деньги?..

— Как откуда? — не понял Мозес то, что казалось ему очевидным. — Взял кредит.

Улыбка Новы искривилась. Голова опустилась, подпёртая одной рукой. Нова поняла, что совместная жизнь всё же будет тяжкой… Если она в скором времени не научит своего мужчину финансовой грамотности!

ㅤ

Влюбить и разбить (гет, ToR + ToH, Сале/Кохаку, Хисуи)

ㅤ

Описание:

Он никогда не любил её. Он в принципе не способен любить. Он лишь лелеял своё любопытство.

ㅤ

День 137 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Сале умел добиваться своего. Сама одарила его всем необходимым: красивой внешностью, острым умом и разнообразными талантами. В том числе и актёрским, который очень помог, чтобы расположить к себе девушку, избранную жертвой спонтанного эксперимента. Сале не проводил исследование, не пытался найти что-то полезное на будущее. Лишь утолял свой интерес.

— Нет никого прекраснее на свете, — вдохновенно нашёптывал Сале ей над покрасневшим ухом. — Но я не смогу быть с тобой ежесекундно. Когда меня рядом не будет, пусть он защищает тебя.

Нередко Сале дарил дорогие подарки. Зачастую украшения и нежные духи. В этот раз подарил он кинжал из редкого металла, украшенного драгоценными камнями и с большим сердцем на перекрестье. Больше декоративная вещь, но в то же время символ, что Сале будет защищать её всегда. Так он его преподнёс.

Сколько бы Кохаку ни смотрела в его влюблённые глаза, ни разу не заметила в них фальши. Взаимная волшебная любовь разжигала её чувства всё сильнее и сильнее, никакие запреты брата не спасали.

Дурное предчувствие или же просто комплекс старшего брата не позволял Хисуи оставить пару в покое. Раз за разом своим неудержимым пылом и громкими словами причинял он сестре боль. На радость Сале. Умелыми словами он растягивал её под видом утешения. Ходил на грани между успокоением и погружением в кромешное отчаяние. И чем сильнее разгоралась любовь, тем невыносимее боль становилась. Сале ждал её пика. Чтобы узнать, получиться ли у него. Возможно ли.

Близость финала не затуманивала разум Сале — он оставался спокоен и расчётлив. Будто ощущая, как дрожит от переизбытка эмоций спирия Кохаку, предложил «любимой» встретиться с ним в определённом месте в определённый час. Предложил сбежать и обвенчаться тайно, чтобы её брат не смог им помешать, а после бы ему осталось только лишь смириться.

Однако первым он увидел Хисуи. И в этот раз Сале не стал надевать маску влюблённого дурака, колюще глядя на Хисуи хитрым взглядом, провоцируя конфликт.

— Я знал… — тихо закипал Хисуи.

Не знал он мотивов, не понимал что к чему. Сале лишь показал ему, что действительно лжец.

Хисуи атаковал в гневе. Сале даже позволил ему попасть в цель, сыграв свою роль идеально.

…Он точно знал, какой запас времени всегда оставляла Кохаку. Досконально изучил что тревожит её и какую реакцию ждать. От бесполезных ударов Сале легко себя обезопасил, потому вся его боль и весь его страх были просто игрой. Достойной того, чтобы испугаться за его жизнь. Чтобы сердце отключило разум. Чтобы страх поглотил и направил тело вперёд, не видя и не слыша. Чтобы мгновенно замереть, осознав…

— Ко… хаку… — неверяще произнёс Хисуи, падая, захлёбываясь собственной кровью.

Кохаку пыталась что-то произнести, беззвучно шевеля губами: голос будто покинул её. Пока не прорвался криком вырвавшимися эмоциями. В ужасе посмотрела она на Сале, ища в нём спасение, но встретилась лишь с острым безжалостным взглядом.

— Идеально, — ядовито произнёс он, добивая Кохаку эмоционально.

Сале буквально слышал, как трещит спирия, раскалывается по частям. А вместе с тем жизнь уходила из глаз Кохаку. Безвольной куклой осела она на колени, так и продолжая смотреть перед собой пустым взглядом.

Звонкий смех безумца раздался в образовавшейся тишине. Сале получал искреннее удовольствие. От страданий других. От подтвердившейся теории. Между приступами смеха нашёл он сил произнести, радуя свой слух своим же голосом:

— Фраза «разбить сердце» никогда не звучала так буквально, не думаешь?!

Всего-то хотел он узнать, может ли обычный человек без помощи Сомы уничтожить спирию. Разбить внешним фактором.

Смог. Правда, кроме самоудовлетворения, толку иного не было. Но Сале оно и не нужно было…

ㅤ

Красота не имеет расы (гет, ToR + ToS, Ллойд/Милица)

ㅤ

Описание:

Однажды Ллойд нашёл раненую полукровку и принёс в дом.

ㅤ

День 178 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

При виде неё сердце Ллойда дрогнуло. Такая красивая… Сначала Ллойд подумал, что прекрасная полукровка — истинная редкость, ибо помесь вовсе не эльфов с людьми, а с гаджума — просто заснула под сенью дерева, но вскоре увидел кровоточащую рану. Не на шутку перепугавшись, Ллойд поспешил принести девушку в дом: он понятия не имел, как правильно обрабатывать такие серьёзные раны.

Пока девушка пребывала в беспамятстве, её рану обработала Рифиль, проведя над кроватью бессонную ночь. Когда кризис миновал, дала она наставления Ллойду, возвращаясь к своим обязанностям учителя.

Как только девушка очнулась и увидела перед собой незнакомца, она попыталась спрыгнуть с кровати и убежать! Но… Тело не слушалось: ей всё ещё требовался покой. Каждое движение оставалось болью.

— Эй, спокойнее! — заволновался Ллойд. — Так и ране недолго открыться. Учительница Рифиль так долго её залечивала…

Девушка глянула на перевязанную рану, затем на юношу перед собой. Он не выглядел угрожающим. На его лице не читались презрение или отвращение…

— Я полукровка, разве не видишь?! — с угрозой прошипела она.

— Вижу, — широко улыбнулся Ллойд. — Очень миленькая! А что? — спросил он, искренне недоумевая.

На его вопрос девушка не знала, что ответить. С чего начать… Ллойд же выглядел искренним. Смотрел на неё чистым взглядом, незамутнённым предрассудками.

— …Полукровкам нет места в этом мире, — наконец решилась она тихо произнести.

— А? — недовольно удивился Ллойд. — Чушь! Моя учительница, которая залатала твою рану, тоже полукровка. Только эльфийская… — добавил он, почесав затылок. — А её брат — мой лучший друг! И он тоже полуэльф! И он самый лучший друг, которого только можно пожелать! Так что какая разница, полукровка ты или нет? — выпалил Ллойд разом. А как только успокоился, выплеснув негодование, вновь улыбнулся. Так по-светлому… — Ты лучше скажи, как мне к тебе обращаться? Меня Ллойд зовут. А тебя?

— …Милица.

ㅤ

Ллойд был уникальным человеком. Наивным, в некоторой степени глупым, но чистым душой и помыслами. С ним невольно становилось тепло на душе… Милица перестала думать о побеге. Её хотелось остаться… И Ллойд не возражал, всячески удерживая её: заботой, добрыми словами и подарками. Пока она выздоравливала, Ллойд создал для неё множество аксессуаров. Сам. Уникальных. Прекраснейших! Но в каждом из них он находил недочёт, обещая в следующий раз всё исправить, сделать идеальное украшение для… идеальной девушки.

— Почему бы тебе не остаться здесь навсегда? — без задней мысли спросил Ллойд однажды. — Здесь тебе никогда больше не придётся сталкиваться с деспиризацией.

Милица застыла. Не из-за предложения: оно было ожидаемым. Её смутило слово. Она долго пыталась понять, верна ли её догадка, в итоге нерешительно спрашивая:

— Дискриминацией?..

— Да, точно! Ей самой, — широко улыбнулся Ллойд. Так привычно… И его вовсе не смущало, что он ошибся в слове. Сложное же…

Невольно Милица улыбнулась. С ним она чувствовала себя безумно легко. Чувствовала себя… свободной. От оков злосчастной судьбы. От людских гонений. От всего, что пыталось омрачить её существование. Её место было здесь, рядом с ним.

— Я побуду здесь ещё какое-то время, — пообещала она, боясь говорить наверняка. Но в душе она была уверена, что так здесь навсегда и останется…

ㅤ

Птица в клетке (гет, ToH + ToV, Инес/Рэйвен)

ㅤ

Описание:

Рэйвен женится.

ㅤ

День 179 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Известие о скорой свадьбе повергло в шок всех, кто хоть немного знал Рэйвена. Проще было поверить, что то была всего лишь дурная шутка. Даже Флинн отнёсся скептически, зная иную сторону горячо обожаемого «капитана Шванна».

Стало не до шуток, когда пришло официальное приглашение, подписанное двумя людьми: Рэйвеном и некой Инес…

— Он серьёзно…

Синхронной реакции могли бы позавидовать все, для кого она была важна. Вот только о ней никто не знал, так как получили приглашения самые разные люди в самых разных местах.

На празднике гости оказались разделены на два «лагеря»: озадаченные знакомые жениха и искренне счастливые за подругу друзья невесты.

Гостей жениха интересовал один-единственный вопрос: «Как?!» Ответить на него Рэйвен будто бы стеснялся… Или боялся? Чем дольше гости оставались в неведении, тем больше теорий строилось, нарастала интрига.

В какой-то момент особо любопытные и близкие друзья не выдержали, ловя жениха и отводя его в сторонку, подальше от чужих глаз и от… жены.

Боясь сказануть лишнего, Рэйвен боролся с собой. Выражение лица из восторженного плавно сменялось на кромешное уныние. Очень осторожно он выдал фразу:

— Скажем так, с некоторыми девушками лучше не заигрывать…

ㅤ

Новая любовь в новом мире (гет, ToS + TotA, Кратос/Тиа)

ㅤ

Описание:

Начинать новые отношения тяжело, когда к земле прижимает груз прошлого.

ㅤ

День 200 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Он всегда заставлял её лицо краснеть, а сердце трепетать. С самой первой встречи она чувствовала близость духа в незнакомце, спокойном и рассудительном, действующим чётко и решительно — истинный военный лидер. Но встретились они не на поле боя. Он не был её капитаном или подчинённым, потому Тиа дала волю пагубным мыслям, влияющим на её волю и решения.

Её внимание не осталось незамеченным. Как и упоминание, что Тиа «сама не своя». В конце концов она привлекла и его внимание, которое скрывалось тщательнее. Кратос не желал терзать лишний раз девушку, потому однажды пришёл поговорить прямо, желая расставить все точки над «и».

— Я был женат и у меня есть сын, — не стал утаивать он.

— А… я… — замялась Тиа, не зная, что ответить. Кратос был слишком дорог её сердцу, чтобы она так просто отпустила свои чувства. — Я не против взять на себя заботу о нём…

— В этом нет необходимости: он в другом мире.

«Другом мире?.. Умер?..» — не поняла Тиа, не зная всей истории, о важности которой Кратос даже не подумал.

— …То, что у вас остался кто-то в другом мире, не значит, что в этом вы должны оставаться одни, — сказала она от сердца.

— Я не хочу принести тебе боль и страдания. Однажды я уже не смог защитить тех, кто мне дорог…

— Я в состоянии защитить себя, — твёрдо прервала его Тиа, не позволяя окунуться в уныние прошлого. — И вместе мы сможем сделать сильнее друг друга.

Кратос не отвергал её, что особенно грело сердце Тии. Сквозь толщу сомнений она увидела, что и он тянулся к ней. И было бы грешно отказаться от взаимности из-за тяготящего прошлого. Ведь у каждого что-то было за душой…

Пришлось надавить сильнее, развеивая сомнения:

— Вы сделаете мне больнее, отказав. От боли никуда не деться — она часть нашей жизни. Но лишать нас права на счастье — разве будет справедливо?

В её глазах было столько решимости, что Кратос невольно улыбнулся. Мягко, еле заметно.

«Я всегда был трусом, сдающимся легко… — думал он, вновь обращаясь к прошлому. Но уже к светлой его стороне. К смелости и решительности Ллойда, научившему его многому. Тому, чему должен был научить его он, будучи отцом… — Спасибо».

— Боюсь, в наших отношения счастливее буду я.

Кратос протянул Тие руку ладонью вверх, словно приглашая. И не было улыбки искренне и теплее, чем на лице влюблённой девушке, получившей ответ на свои чувства.

ㅤ

«Принцесса» в другом замке (гет, ToV + ToP, Юрий/Арч)

ㅤ

Описание:

К Юрию притягивало розоволосых девушек… Одна из таких как пристала, так и не отстала.

ㅤ

День 201 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

— А-а-а, слизни-слизни-слизни!!! — ужаснулась Арч, только увидев первых обитателей пещеры, вышедших «поприветствовать» гостей.

— Так поджарь их, — спокойно произнёс Юрий. — Они до тебя даже добраться не успеют.

— Кстати да… — будто вспомнила она о своей магии. И, подогреваемая ещё не выветрившимся страхом, затараторила: — Файербол, файербол, файербол! — пока Юрий не закрыл её рот ладонью. Пришлось куснуть его, вырываясь, и вопросить полным обиды голосом: — Ты что творишь?

— Это у тебя спросить нужно. Заживо похоронить нас решила?

— А? — Арч глянула на изжаренные тушки в узком проёме — идеальное место для обвала. Нервно посмеявшись, она невинно посмотрела на Юрия. — Ну, перестаралась чутка.

Юрию оставалось только вздохнуть: он уже привык. Буквально порой подрабатывал её ангелом хранителем. А ведь началось всё с того, что он всего-то помог очередной розоволосой девушке выбраться из замка. Правда, на этот раз это был замок самого повелителя тьмы, а девушкой была отнюдь не принцесса… Но это уже детали.

Арч оказалась такой облюбленной неприятностями, что друзья даже понадеялись, что их союз из двух минусов породит плюс… Вот только когда неприятности отступали, Арч создавала их сама. Даже в бытовых вещах. А ведь Юрий даже не подозревал, что кто-то может готовить хуже Флинна…

Ничего, свыклись. Сроднились… Настолько привыкли, что отправляться вместе на задания стало для них чем-то естественным и необсуждаемым.

— И вообще, если хотел меня остановить, сделал бы лучше это поцелуем!

— Боюсь, язык бы откусила…

— Так можно без языка…

— Удар в челюсть — тоже так себе перспектива.

— Хм-м-м… — Арч нахмурилась, не зная, что бы ещё придумать: Юрий постоянно оказывался прав.

— Давай закончим побыстрее, а то явно одним поцелуям довольна не будешь.

Юрий ухмыльнулся, когда Арч вспыхнула краской с головы до ног. Впрочем, сама виновата: она умудрялась всякий поцелуй обратить в нечто большее. И для этого большего пещера с монстрами определённо не подходила…

ㅤ