Мадара всё еще способен танцевать

Глава 1

Острая, всепоглощающая боль накрыла Мадару волной, когда черный Зецу проник в его тело. Чакра кипела, словно раскаленный металл, искажая плоть и ломая тело. Боль была чудовищной, абсолютной, но Мадара не обратил на нее внимания. Его разум зацепился за одну мысль: «Провал».

Он, Учиха Мадара, человек, который шагнул дальше всех, теперь оказался всего лишь пешкой в игре, которой он сам, как ему казалось, управлял. Эмоции хлынули потоком: гнев, разочарование, презрение — все смешалось в одну ядовитую массу. Черный Зецу насмехался над ним, наполняя разум голосами, которые тянулись из бесконечной пустоты.

— Мадара, ты всегда был слаб. — холодный, презрительный шепот Зецу пронизывал его сознание. — Ты был удобным инструментом, который мог мыслить, но не мог видеть правду. Мы дали тебе цель, идею, которая держала тебя на плаву. Но ты так и не понял... Истинная цель всегда была другой. И это не твой мир, Мадара. Это её мир.

"Я был слаб?" — его собственный голос эхом отдавался в сознании. — "Нет. Я был один. И когда ты один, никто не протягивает руку. Это не слабость. Это выбор."

Но этот выбор был не его. Разве он не заметил, как легко перед ним выстраивались дорожки? Как мир вокруг словно подталкивал его в нужном направлении? Он вспомнил, как впервые почувствовал силу Риннегана. Как ощутил гедо-статую, призванную им с таким триумфом. Каждая победа была заранее спланирована, его путь был расчерчен кем-то другим. Наваждение великой цели, которую будто поднесли ему на серебряном блюде в самый уязвимый момент. В момент, когда он, опустошенный утратами, ухватился за идею нового мира.

Мадара вспоминал лица тех, чьи жизни он разрушил ради этой идеи. Обито. Он манипулировал этим мальчишкой, используя его боль как топливо для собственной цели. Как странно: сейчас он был ближе к пониманию боли Обито, чем когда-либо. Черный Зецу шептал, смеялся в его голове, а Мадара впервые просто молчал. Не отвечал на насмешки, не оправдывал себя.

Теперь он знал, что его мир, его идея никогда не имели шансов. Он видел это ясно, как никогда прежде. Это была мертворожденная концепция, гнилой плод с самого начала.

Где-то в этом мраке всплыл образ Хаширамы. Его взгляд — одновременно полный скорби и надежды.

"Хаширама... Где я ошибся?"

Этот вопрос эхом отозвался в пустоте. Но ответа не было. Или он был, но слишком сложный, слишком запутанный, чтобы найти его сейчас. Он видел в Хашираме то, что всегда отвергал: веру в людей, в их силу преодолевать боль без насилия. Вера, которую он, Мадара, решил заменить силой и властью.

И теперь оставался только один выбор: либо погрузиться в бездну отчаяния, либо найти способ хотя бы раз в жизни что-то исправить. "Но разве возможно исправить свои ошибки, если сам ты — ошибка?"

Мадара не мог понять. Не мог принять. Его ярость вскипала вновь, но вместе с ней росло и что-то другое. Непривычное чувство. Горькое, как пепел. Осознание.

Он понял, что уже проиграл. Что его сила, его воля ничего не значат. Он больше не был Учихой Мадарой. Теперь он был ничем.

И тогда пришло смирение. Он ощутил себя частью этого мрака. Тьма, подобно ледяной воде, постепенно уносила его остатки — гордость, надежду, даже злость. Осталась лишь пустота, в которой он погружался глубже, готовый к концу.

Но вместо пустоты он почувствовал… что-то другое.

Слабое, но знакомое. Это было как тлеющий уголек в глубине ледяной ночи. Теплота, которую он не ощущал уже целую вечность. Чакра. Но не его. Не злая, обжигающая сила, которую он всегда ассоциировал с битвами. Нет. Эта чакра была другой — мощной, спокойной и удивительно знакомой.

"Хаширама..."

***

Воздух был густым, словно его можно было резать ножом. Земля под ногами вибрировала, наполняя окружающее пространство гулом, от которого закладывало уши. Все вокруг говорило о том, что это конец. И всё же Хаширама Сенджу, Первый Хокаге, не мог позволить себе поверить в это.

Перед ним возвышалось нечто. Что-то зловещее, чуждое этому миру, сверхъестественное. И все же, несмотря на это, он чувствовал знакомую чакру. Под всей этой чудовищной силой оставался он. Мадара.

Годы, десятилетия не смогли погасить в нем надежду. Надежду на то, что его друг сможет найти правильный путь. Даже сейчас, видя, как изуродованное тело Мадары раздувается до предела, обрастая длинными белыми волосами, а зловещая аура грозит разорвать всё живое, Хаширама чувствовал слабую искру того, кем Мадара был раньше. И это заставляло его двигаться.

Хаширама посмотрел на своего друга — или на то, что от него осталось. Даже он, Бог всех Шиноби, почувствовал себя перед этим чудовищным созданием беспомощным, как слабый генин. "Это не Мадара," — подумал он. — "Но его чакра там, внутри. Интересно, о чем ты сейчас думаешь, Мадара? Признаешь ошибки или всё ещё ищешь объяснение всему этому хаосу?"

"Если бы тогда, в Долине Завершения, я поступил иначе…" Эта мысль жгла его душу. Хаширама мог бы уберечь друга от падения. Силком притащить в Коноху, образумить, научить видеть мир иначе. Если бы они тогда открылись друг другу по-настоящему. Но всё это было "если бы". А сейчас перед ним была истина, ужасная и беспощадная.

Сцена казалась замедленной. Белые волосы с невероятной силой удерживали Наруто и Саске, обездвиживая их. Его руки сложили печати с привычной скоростью, и мгновенно вырвавшиеся из земли деревянные пороги рассекли удушающие пряди.

— Вовремя, старик Первый, — бросил Наруто, облегченно выдохнув, но без радости в голосе.

Прежде чем Хаширама успел что-то сказать, волосы взметнулись снова, но в этот раз их пронзил разряд молнии.

— Шевелись, Наруто!, — хлестнул голос Саске. — Если мы не запечатаем его сейчас, все закончится.

И вот они уже врывались в бой, оставив его позади. Хаширама почувствовал, как легкая слабость охватывает тело. Его чакра восстанавливалась непозволительно медленно. Заслуга Мадары.

Внезапно субстанция, защищаясь, выпустила чудовищный поток чакры. Земля разорвалась, воздух завибрировал, и всех откинуло назад. Хаширама быстро сложил печати и создал деревянное укрепление, прикрывая себя, Сакуру и Какаши, защищая их от летящих обломков.

— Держитесь рядом! — прокричал он, мгновенно складывая новые печати. Из земли вырвался деревянный дракон, который тут же обвился вокруг существа, частично подавляя его чакру.

Вдруг что-то фиолетовое пронеслось над ухом Хаширамы. Стрела Сусаноо Саске летела прямо в цель, но волосы существа дернулись и легко отбили атаку. Тут же в воздухе сверкнул гигантский Рассен Сюрикен Наруто, но он также был бесполезен.

"Даже их совместные атаки..." — Хаширама стиснул зубы. Он надавил на печать, усиливая деревянного дракона. Тот извивался, сжимая существо, и наконец впился зубами в его тело. Но в тот момент, когда существо стало уменьшаться, дракон с огромным усилием что-то вырвал.

И тогда он увидел это. Дракон обхватил и прижал к земле не просто кусок плоти — это был сам Мадара. Его тело лежало на земле, зажатое в деревянных кольцах дракона, но он был жив. Хаширама не верил своим глазам. Существо заканчивало превращение, но Мадара... был отделен.

Сфера, которая до этого бурлила и вибрировала, начала стремительно уменьшаться, втягивая в себя каждую частицу своей плоти. Волосы исчезали, искаженные очертания сглаживались, пока перед ошеломленными шиноби не возникла фигура женщины. Её длинные седые волосы спадали волнами, а глаза, бесцветные и пугающие, гипнотизировали своим пустым, всепоглощающим взглядом. Её лицо, лишенное эмоций, было поразительно холодным, а два рога, венчавшие голову, завершали облик создания, которое явно не принадлежало этому миру.

Мгновение тишины длилось, словно вечность. Никто не мог пошевелиться, все остолбенели под её взглядом.

Но Хаширама не собирался ждать. Он сложил печати, и деревянный дракон рванулся в сторону Кагуи, издавая низкий, угрожающий рёв. Его массивное тело с силой обрушилось на неё.

Кагуя даже не шелохнулась. Одним легким взмахом руки дракон разлетелся в щепки, которые окутали поле боя дождем обломков. Мгновение спустя рядом с Хаширамой открылся чёрный портал. Рука обхватила его за шею железной хваткой и потащила внутрь. Мир перевернулся, и в следующую секунду он оказался прямо перед Кагуей. Он дергался, пытаясь освободиться, но её хватка была непоколебимой.

Её глаза смотрели на него с легким оттенком брезгливости, как на ничтожное насекомое, которое она вот-вот раздавит. Вторую руку она вытянула вперед, и из неё вынырнул зазубренный стержень, излучающий смертоносную ауру.

Секунда — и стержень вонзился в живот Хаширамы. Он ожидал боли, но её не было. Вместо этого его тело начало медленно разрушаться. Руки, ноги, грудь — всё превращалось в пепел. Он чувствовал, как гниет изнутри. Кагуя, с видимым равнодушием, выбросила остатки его тела прочь, словно мусор, в сторону груды обломков.

Хаширама не знал, сколько времени он пролежал среди камней и пыли. Его сознание медленно возвращалось, а тело восстанавливалось под действием Эдо Тенсей. Он сел, пытаясь собрать мысли. Его глаза осмотрели поле боя, но там не было никого. Даже Мадары.

И только тишина говорила о том, что этот бой был далеко не закончен.

***

Мадара очнулся с ощущением, что его тело вновь принадлежит ему, но каждый момент существования был мукой. Боль не отпускала, каждое движение отдавалось острой резью, а каждая секунда казалась вечностью. Он не понимал, что происходит, но инстинкты выли одно: опасность.

Слишком жарко. Воздух вокруг был насыщен огнем, жар пронизывал до костей. Он открыл глаза, но всё казалось расплывчатым, заволоченным маревом. Понять, где верх, а где низ, было невозможно. Его тело, слабое и измученное, бесконтрольно падало вниз, и только резкий толчок в спину вернул его к реальности.

Мадара отлетел к скале, ударившись о твёрдую поверхность. Удар пришёлся в бок, заставляя тело сползать вниз. Острые выступы цепляли его, оставляя глубокие порезы. Но это была лишь прелюдия к тому, что ждало внизу. Это не земля. Мадара нутром чувствовал, что падение будет смертельным.

Хрипло выдохнув, Мадара сосредоточил чакру в руке. Бледно-голубое свечение окутало ладонь, и он вцепился в край стены. Пальцы проскользнули, но всё же удержали его. Он завис, повиснув над бездной. Каменная порода осыпалась сверху, когда он поднял голову, пытаясь понять, что происходит.

Мир вокруг был чужим. Над ним возвышались отвесные скалы, а дальше простиралась бескрайняя лава. Гигантский вулкан изрыгал потоки пепла, наполняя небо рёвом. Гул окружающего пространства отдавался в голове, а земля, казалось, дрожала от силы этого измерения.

Его мутное зрение заметило движение. В нескольких метрах выше он различил Хатаке Какаши, висевшего на импровизированном тросе из свитка, крепко прижимая к себе Сакуру Харуно. Чуть левее, к скале был пригвожден Обито, его тело безжизненно висело. Вдали всё было размытым, как в тумане, но Мадара чувствовал остальную команду семь. И её. Кагую.

Мадара вспоминал старые свитки, где её существование упоминалось лишь мельком. Даже тогда он, Учиха Мадара, не видел в ней угрозы. Но теперь её присутствие давило на него, как вес тысячи тонн. Каждый нерв кричал: она не просто угроза — она воплощение разрушения.

"Она использовала меня." Эта мысль ударила его сильнее, чем любое из столкновений со скалой. Его собственные идеалы и цели были лишь частью её плана. Она была тем, кто превратил его мечту в фарс. Эта женщина, своим существованием, лишила его смысла. Не меньше он ненавидел Черного Зецу — существо, которое оказалось не его волей, а слугой этой женщины.

Мадара хотел кричать, разнести горы, сравнять с землей всё, что видит. Он хотел уничтожить их обоих. Но что он мог в таком состоянии? После извлечения даже одного хвостатого шиноби теряют жизнь. А он, Мадара, лишился Десятихвостого. С каждым вдохом смерть приближалась.

Звук разрывающейся бумаги прервал его мысли. Мадара заметил, как свиток, служивший Какаши тросом, начал рваться. В следующую секунду Хатаке сорвался и начал падать.

Мадара напряг последние силы, вытянул руку и схватил Какаши за ворот жилета. Тело отзывалось протестом, но он рывком притянул шиноби ближе. Какаши быстро сориентировался и вонзил кунай в камень, зацепившись за поверхность. Подмышкой он всё ещё держал Сакуру, которая теперь смотрела на Мадару с гневом и страхом.

Мадара сипло выдохнул:

— Ты... ниндзя-медик. Сделай так, чтобы я протянул ещё немного.

Лицо куноичи перекосилось. Гнев и ненависть вспыхнули в её глазах.

— После всего, что ты сделал...

— Всё, что можно, я уже сделал, — перебил её Мадара, его тон оставался хриплым, но непреклонным. — Сейчас у нас общий враг. Действуй.

Его голос был лишён сожалений. Он не собирался оправдываться, особенно перед ней. Учиховская гордость этого никогда не позволит.

Сакура зажала кулаки, её губы задрожали, но она продолжала молчать. Какаши, глядя на неё, слегка кивнул, подталкивая её к действию. Он понимал: мир на грани уничтожения, и даже такой человек, как Мадара, может стать союзником.

Сакура медлила. Её рука дрожала, когда она наконец протянула её к груди Мадары. Ярко-зелёное свечение медицинской чакры окутало её ладонь, слабые импульсы пронизывали пространство между ними. Она сосредоточилась, заставляя себя игнорировать рой мыслей. Это была не просто работа — это было унижение. Помогать тому, кто стал воплощением разрушения, кто оставил за собой руины и боль.

Мадара почувствовал её чакру. Слабый, едва ощутимый приток энергии, растекающийся по его измученному телу. Ему казалось, что это капля в море. Но даже эта крошечная капля была чем-то. Он медленно восстановил дыхание, но внутри кипела злость.

Резкий всплеск чужой чакры заставил его резко повернуть голову. Наруто и Саске сражались с Кагуей в нескольких сотнях метров от него. Чудовищные выбросы энергии сотрясали всё вокруг. Их бой был хаотичным, разрушительным.

Мадара стиснул зубы, напряжённо глядя на битву. Его тело всё ещё ощущалось слабым, почти бесполезным. Он мог только ждать. Ждать, пока этот слабый приток энергии восстановит его до минимума. Это ожидание терзало его.

"Слишком медленно. Слишком мало." Эта фраза повторялась у него в голове как мантра.

Каждая секунда растягивалась в вечность. Его руки дрожали от желания вырваться, схватить куноичи за горло и поглотить её чакру целиком. Но нельзя. Он слишком много раз переступал черту. Сколько людей он уничтожил ради своих целей? Сколько судеб искалечил? И ради чего? Ни идеального мира, ни даже старого. Эта мысль жгла его сильнее, чем боль в теле. Каждый раз, когда он возвращался к ней, ярость вспыхивала с новой силой.

Когда он почувствовал, что его тело достигло хоть какого-то минимума, Мадара резко отдёрнул руку Сакуры.

— Достаточно, — сказал он не глядя на нее.

С неприятным жжением в глазах активировался шаринган. Мадара перевернулся, зацепился ногами за стену и рывком вскочил вверх, двигаясь вдоль отвесной поверхности. Слабая, но ощутимая лёгкость охватила его тело. Это было его тело — не обременённое тяжестью хвостатых, а закалённое в бесконечных боях.

Осмотревшись, Мадара заметил, как над пропастью Кагуя схватила Наруто и Саске. Их тела были опутаны её длинными белыми волосами. Она казалась открытой, уязвимой, но Мадара чувствовал кожей: это обман. Её защита была идеальной.

Он быстро прикинул варианты. Их было немного, но действовать нужно было немедленно. Его тело хоть и восстанавливалось, но долго не протянет.

Мадара зажмурил один глаз, сосредотачивая чакру. Боль пронзила его голову, когда он активировал сначала мангёкё шаринган, а затем риннеган.

Лимбо.

Рядом с ним появилась неосязаемая тень, его собственный двойник, который беззвучно сорвался с места, направляясь к Кагуе на полной скорости. Она почувствовала его. Её волосы дёрнулись, но слишком поздно. Лимбо обрушил удар, отправив Кагую в сторону. Её захват ослаб, освободив Наруто и Саске.

Кагуя повернулась к Мадаре. Её глаза, бездонные и лишённые человеческого тепла, сверкнули яростью. Она скользила взглядом, как хищник, ища слабость. Мадара, израненный, измождённый, но всё ещё полный решимости, с маниакальной улыбкой произнёс:

— Заметила меня наконец? — его голос был резким, с нотками вызова. Это был не просто вызов — это была издёвка.

Кагуя, не произнося ни слова, направила на него полный презрения и ярости взгляд. Её присутствие, словно тяжесть горы, давило на него, но Мадара чувствовал прилив сил. Это был шанс. Ему нечего терять, а её уничтожение стало его новой целью.

Его тело ощутило опасность быстрее разума. Он рванулся в сторону, едва увернувшись от черного портала, который открылся рядом с ним. Из квадратообразного провала в пространстве с бешеной скоростью вылетели иглообразные снаряды, устремляясь прямо к нему.

Лазурное свечение окутало его тело, Сусаноо мгновенно материализовалось вокруг него. Шквал игл ударил в ребра Сусаноо, разлетаясь искрами. Однако мощь атак была колоссальной: панцирь Сусаноо покрывался трещинами.

Он резко пригнулся, позволив иглам пронестись над собой, и сделал дерзкий выпад прямо в портал. Его разум требовал рискнуть. Он пролетел сквозь тёмный провал и оказался прямо перед Кагуей, которая неподвижно висела в воздухе. Её глаза с холодным равнодушием встретили его.

Мадара не колебался. Он проворно оказался за её спиной, его рука потянулась вперёд, и из неё вырос острый чёрный стержень. Он намеревался вонзить его прямо в неё, но поток её чакры сбросил его, словно ненужного насекомого.

Мадара закружился в воздухе, его тело бесконтрольно летело к пропасти, пока он не врезался во что-то мягкое и податливое. Удар был неожиданным, но его рефлексы сразу почувствовали знакомую чакру. Наруто.

Они парили в воздухе. Под его ногами медленно начала формироваться чёрная круглая платформа. Наруто удерживал равновесие в воздухе, его взгляд был полон гнева, но и решимости.

Мадара, напротив, оставался внешне равнодушным, скрывая, что был на грани смерти. Однако он знал, что этот сопляк всё и так видит.

Вдали Саске в своём завершённом Сусаноо бросался на Кагую, и яркие вспышки света озаряли всё вокруг.

Мадара повернулся к Наруто. Его голос был ровным:

— Ты прекрасно знаешь, что мне от тебя нужно. Но унижаться и раскаиваться я не буду. Это в твоих интересах.

Он говорил грубо, но в своей манере, без извинений или смущения. Наруто смотрел на него. Его взгляд был полон злости, но в нём угадывалось что-то ещё — то, что Мадара видел когда-то в глазах Хаширамы. Это вера. Наивная, но неподдельная.

Наруто сдержанно кивнул, его выражение смягчилось. Он протянул руку и робко прикоснулся к груди Мадары. Золотое свечение Омьётона медленно растеклось по телу Учихи, наполняя его жизнью.

Мадара почувствовал это. Знакомое ощущение, как когда-то давно, когда он был джинчурики Десятихвостого. Но на этот раз это было другим. Его тело, казалось, собиралось заново, а сила возвращалась быстрее, чем когда-либо. Мгновения назад израненное и истощённое, теперь оно было полным силы. Мадара ещё никогда не чувствовал себя так хорошо.

Как только Наруто убрал руку, Мадара воспринял это по-своему — как сигнал действовать. Без малейшей задержки он собрал силу в ногах, готовясь оттолкнуться от платформы.

— Стой, мы должны...! — Наруто растерянно попытался остановить его, но слова не имели значения.

Мадара рванул вперёд, оставив Наруто позади. Его цель была ясна, его гнев кипел, заглушая боль и усталость. Перед ним рассыпался Сусаноо Саске, гигантская фигура теряла форму, словно призрак, возвращающийся в небытие. Мадара без колебаний запрыгнул на плечо исполина, затем побежал вверх по руке, преодолевающий все преграды.

Кагуя заметила его. Её взгляд, до этого прикованный к Саске, резко переместился на Мадару. Из-под её рукава показалось перепуганное лицо Черного Зецу. Этот образ только усилил его ярость.

Мадара отпрыгнул с массивной руки Сусаноо за секунду до её разрушения. В воздухе перед ним появились зазубренные штыри, рванувшиеся к нему. Он уклонялся с холодной точностью, каждая новая попытка атаки Кагуи только подстёгивала его гнев.

Глаза Кагуи сверкнули холодным светом Бьякугана, и её волосы, словно живые змеи, бросились к нему, охватывая и сжимая в кольцо. Но он не замедлился. Его Риннеган вспыхнул в ответ, и мощная волна Шинра Тенсей разметала волосы в стороны.

Он протянул руку вперёд. Баншо Тенин. Тело Кагуи дрогнуло, её потянуло к нему. Она попыталась оттолкнуться мощным потоком чакры, но безуспешно. Она скользила ближе, её лицо оставалось хладнокровным, но в глазах мелькнуло напряжение.

Контакт. Лазурное свечение вспыхнуло на руке Мадары, отразив её выпад стержнем. Он мгновенно вызвал собственный чёрный стержень, готовясь пробить её защиту, но его удар разбился о плотную стену её чакры.

Её волосы снова метнулись вперёд, но из-за его спины появились две тени — Лимбо. Они синхронно обрушились на Кагую, сжимая её руки и заламывая их за спину. Она дёрнулась, её волосы пытались атаковать, но Лимбо крепко держали её.

Мадара не медлил. Из его спины выросла костлявая рука Сусаноо, которая с глухим ударом обрушилась на Кагую. Её тело, не выдержав, стремительно полетело вниз. Мадара следовал за ней, оттолкнувшись с помощью Шинры.

Он стиснул зубы, держа в руках два чёрных стержня. Он собирался использовать момент дезориентации, чтобы пробить её защиту, но вдруг она исчезла.

На её месте появился клон Наруто. Они столкнулись, и клон крепко схватил Мадару за плечи, удерживая его в воздухе.

Мадара попытался вырваться, рука уже была готова разорвать клона в клочья, но он замер. Его взгляд инстинктивно поднялся вверх.

Наруто и Саске. Они парили высоко в небе, их руки вытянулись вперёд, готовясь прикоснуться к Кагуе. Это был момент, который Мадара видел однажды, когда они пытались запечатать его самого.

На мгновение Мадару накрыла досада. "Это конец."

Но чувство длилось лишь миг. Внезапно он почувствовал под ногами холодную землю. Мир вокруг них резко изменился. Гигантские ледники заполнили горизонт, воздух, обжигающий теплом всего секунду назад, теперь пронизывал ледяным холодом. Крики ветра и гул разрушенного пространства заполнили уши.

Рядом с Мадарой стоял клон Наруто. Тот почесал затылок, его лицо было озабоченным и немного растерянным.

— Эй, не понял, где это мы? — пробормотал он, осматриваясь вокруг. Его голос разорвал тишину, но ответа не последовало.

Мадара молчал. Его взгляд был прикован к массивной горе вдали. За её массивом он чётко чувствовал Кагую и остальных.

На мгновение в глазах Мадары мелькнуло бешенство. Он зло посмотрел на клона Наруто. Тот невольно поёжился под этим взглядом.

"Вмешались." Эта мысль продолжала гулко стучать в его голове. "Если бы они только не вмешались..."

Мадара прекрасно понимал, что в одиночку он не сможет убить Кагую. Не потому, что у него не хватит сил — он мог продолжать биться с ней, пока не выжмет из себя всё. Но проблема была в другом: её нельзя уничтожить. Её необходимо было запечатать, и единственными, кто мог это сделать, были потомки Хагоромо. Его потомки.

Вдруг Наруто напрягся. Он обернулся к Мадаре, его лицо стало серьёзным.

— Саске. Я его больше не чувствую, — сказал он, и хотя голос был тихим, в нём звучал оттенок паники.

Мадара фыркнул, скривив губы в усмешке. В глубине души он понимал, что потеря Саске была критической, но его гордость и раздражение не позволяли этому проявиться.

— Не хорошо, — бросил он, схватив клона Наруто за плечо. — Хотя, знаешь, наплевать.

Клон начал сопротивляться, но Мадара уже вытягивал из него чакру. Лазурное сияние тонкими потоками перетекало по руке Учихи. Наруто нахмурился, его клон задёргался, но через секунду с хлопком исчез.

— Мне сейчас нужнее, — сухо произнёс он в пустоту.

Мадара вздохнул. Это было ничтожно мало. Его тело по-прежнему было истощено. После короткой схватки с Кагуей он осознавал, что сил становилось всё меньше. Ему нужен был другой источник.

Его взгляд снова уперся в гору вдали. За ней он чувствовал Кагую. Она была ему нужна. Её чакра могла дать ему всё, чего ему не хватало сейчас.

Мадара неприятно повёл плечами, ощущая, как ледяной ветер резал кожу. Он был одет лишь в штаны, его тело покрывалось мурашками, но это не имело значения. Как будто это важно сейчас.

Он выдохнул горячий пар, который тут же растаял в морозном воздухе. Ещё один взгляд в сторону горы, и его тело рвануло вперёд, оставляя за собой лишь треск ломающегося льда под ногами.

Глава 2

Обито шёл молча. Каждая его неровная, тяжёлая поступь, казалось, вела прямо к неизбежному финалу. Рядом двигались Какаши, Сакура и клон Наруто. Их шаги звучали ровно, почти привычно, но голос клона был излишне бодрым, будто пытался отвлечь себя от надвигающегося ужаса. Он говорил о тактике, о текущей ситуации. Обито слушал, но каждое слово отзывалось гулким эхом в его голове, теряя смысл.

"Я слабый человек."

Эта мысль засела в его сознании, как ржавый клинок, который нельзя вытащить. Он всё испортил. Он — тот, кто отдал свою волю тьме, кто перестал быть Учихой Обито и стал просто инструментом, безымянным оружием. Тогда это казалось оправданным: так было легче. Забыть боль, отказаться от имени, от человека, которым он когда-то был. А теперь, когда он вновь называл себя Обито, этот титул не приносил ничего, кроме горечи.

Каждое воспоминание жгло сильнее, чем боль в израненном теле. Рин. Её образ возникал перед глазами, как упрёк. Всё, что он делал, каждый шаг, каждая жертва были ради неё. Или он так себя убеждал? Он продал свою душу ради лжи, а теперь ему оставалось только умирать, погружённым в свои ошибки.

Он потерял всё. И не вернул ничего.

Острая боль прокатилась по телу, заставляя его пошатнуться. Он глубоко вдохнул. Чакра теплилась слабым огоньком, едва поддерживая движение. Но это была не физическая боль, которая причиняла наибольшие муки. Это была та боль, что гнездится в душе, разрывая её на части. Он не мог спрятаться за тьму. Больше нет. Всё, что осталось, — это он сам.

Внезапно что-то громко ударило о землю впереди, поднимая облако пыли и обломков льда. Клон Наруто моментально занял защитную позицию, его голос, полный привычной бравады, прорезал гул:

— Даже не думай! Свою чакру я тебе не отдам, даттебайо!

Обито вскинул голову, чувствуя знакомую ауру. Его сердце дрогнуло. Из пыльной завесы вышел человек.

Мадара.

Его фигура словно вырастала из хаоса. Глаза лениво скользнули по присутствующим, остановившись на Обито. Этот взгляд был равнодушным, почти насмешливым, но в нём читалась усталость.

Мадара шагнул вперёд, его глаза лениво оглядели остальных, пока не остановились на Обито. Взгляд был равнодушным, почти насмешливым. Обито ощутил, как внутри что-то перевернулось. Всё, что он пытался подавить, нахлынуло.

Перед глазами встала сцена. Рин. Её мёртвое тело. Всё было искусно подстроено Мадарой. Каждая деталь: джуин, битва, кровь, трагедия. Всё ради того, чтобы Обито сломался и стал послушным инструментом.

"Что ты делаешь здесь, Мадара?" — хотел спросить Обито, но не нашёл сил произнести это вслух. Он попытался понять. Может быть, Мадара пытался исправить свои ошибки? Скорее всего, он просто хотел закончить начатое — продолжить бесконечное Цукуёми и забыть о своём поражении, как о досадной ошибке.

Или он действительно осознал, что его идея — это и была ошибка?

Обито вдруг осознал, что уже не может ненавидеть этого человека. Даже если бы захотел. У него не было времени на ненависть. Он чувствовал, как его тело с каждым мгновением становится слабее. Смерть была близка. Наруто задержал её, но не смог остановить. Эта мысль его не пугала. Он принял её. Как Мадара примет свою?

Обито замер, когда шаги Мадары затихли совсем рядом. Их взгляды встретились. Глаза, некогда сверкавшие безграничной силой и уверенностью, теперь выглядели устало. Мадара казался чужим, даже самому себе.

— Ты выжил, — наконец произнес Мадара, голос его был ровным, без намека на эмоции. — Хотя, глядя на тебя, сложно назвать это жизнью.

Эти слова впились в Обито, как лезвие. Это было не унижение, не насмешка — скорее холодная констатация факта. Но он не отреагировал. Его взгляд был направлен прямо в глаза тому, кто стал и его разрушителем, и его зеркалом.

Тишина между ними была оглушающей. Какаши сделал шаг вперёд, но остановился, будто почувствовав, что это момент, который принадлежал только им двоим.

Их пути снова пересеклись. Два человека, оба искалеченные и сломанные своими амбициями и утратами, стояли друг перед другом — не враги, не союзники. Просто остатки того, что когда-то было их жизнями.

***

Мадара наблюдал за тем, как в воздухе Наруто окружал себя клонами, создавая хаотичный вихрь движений. Они перемещались хаотично, создавая иллюзию непредсказуемости, но для Мадары всё было ясно. Наруто пытался выиграть время.

Его взгляд вернулся к Кагуе. Она парила на границе портала, словно призрак в разваливающемся мире. Перемещения между измерениями истощали её чакру — Мадара чувствовал это почти физически. "Даже она не всемогуща," — отметил он. Это было слабое место, которое следовало использовать.

Но другие шиноби не замечали этого. Мадара бросил взгляд на своих временных союзников, которые скопились в стороне, горячо обсуждая что-то.

Сакура указывала на очередной открывшийся портал, её лицо было полным решимости. Рядом стоял Обито — исчерпанный, почти пустой сосуд, еле стоявший на ногах. Чакра Наруто лишь ненадолго продлила его существование.

"Они отправят его за Саске," — догадался Мадара, нахмурившись. Это был план, достойный их отчаянного положения, но лишённый перспектив. Он хорошо знал как работает Камуи. Эта техника родилась буквально у него на глазах.

Создать портал в чужое измерение, а не в своё карманное, требовало огромных сил. "Скорее всего, они не смогут вернуться." Это было неприемлемо. Обито был частью его прошлого — частью, которую он обязан был исправить.

Он бросил быстрый взгляд на Какаши. Тот стоял чуть поодаль, словно отрезанный от их хаоса. Лицо было измождённым, взгляд отрешённым. Хатаке выглядел потерянным — человеком, знающим, что его роль в этом бою минимальна.

"Беспомощность," — подумал Мадара с кратким сожалением. Он слишком хорошо знал, каково это.

Но сожаление быстро сменилось решимостью. Достаточно наблюдать. Его место не здесь, не в тени. Он оттолкнулся от земли, оставляя за собой глубокую трещину.

Всё вокруг ожило. Местность начала напоминать непроходимый лес Хаширамы, но вместо деревьев из земли вырастали острые, угловатые породы.

— Она где-то там, в своём измерении, — сказал Наруто когда появился Мадара, его голос был на удивление серьёзен. — Но скоро появится.

Мадара кивнул, не отрывая взгляда от пульсирующей точки в пространстве. Он и сам знал это. На краткий миг между ними установилось молчаливое понимание.

Но напряжение быстро вернулось. Мадара почувствовал взгляд Наруто, ощутил, как тот оценивающе смотрит на него, изучая. Этот взгляд был настороженным и…

Мадара резко развернулся, его глаза сверкнули холодной яростью.

— Не смей меня жалеть, — выплюнул он, его голос был низким и пропитанным злобой.

Наруто отшатнулся, подняв руки в жесте защиты, его лицо выражало удивление.

— Да я ничего такого не думал! — выпалил он, затем выдохнул и добавил спокойнее, но серьёзно: — Чёрный Зецу рассказал... Рассказал, как он обманул тебя и использовал. Он изменил скрижаль. Ту, что написал Мудрец Шести Путей. Он добавил туда ложь. Написал, что Бесконечное Цукуёми станет спасением для Учих.

— Спасибо, что напомнил, — перебил Мадара. Его тон был резким, почти ядовитым, и не содержал даже намёка на благодарность.

Наруто сжал кулаки, в его глазах зажёгся огонь упрямства, знакомый Мадаре до боли. Он шагнул ближе, его голос прозвучал твёрдо, почти отчаянно:

— Разве ты не мог догадаться? Понять?

В его голосе звучал вызов, но в то же время — наивность. Эта детская уверенность, так напоминавшая Хашираму, взбесила Мадару.

— Понять? — повторил Мадара, будто пробуя это слово на вкус. Его тон был ледяным, а взгляд обжигал. — Понимание приходит позже. После того, как сделано всё, что возможно. После того, как ты стоишь среди обломков своих собственных решений. Только тогда приходит понимание.

Он сделал шаг вперёд, нависая над Наруто, его голос стал ниже, и в нём слышались зловещее рычание и горечь.

— Знаешь, а ты прав, — продолжил он холодно. — Я действительно мог догадаться. Но не захотел. Ложь была настолько удобной, что стала моей правдой. Я поверил в неё, потому что иначе пришлось бы признать, что я жил в ошибке с самого начала.

Наруто не отводил взгляд, но видимое упрямство в его глазах не смогло скрыть лёгкой растерянности.

— Это ты не поймёшь, — заключил Мадара, холодно глядя на него. Гнев в его взгляде угас, оставив лишь ледяное равнодушие. Он отвернулся, его глаза устремились к горизонту, где застыли остатки портала.

Наруто уставился на землю под ногами, стиснув зубы.

— Всё я понимаю, — наконец сказал он, голос звучал глухо, но твёрдо. — Знаю каково это, когда ты не можешь принять то, что отказываешься понимать.

Мадара медленно повернул голову, его глаза скользнули по Наруто с ленивым безразличием.

— Но я не прикрывался ложью, — продолжил Наруто, подняв на него взгляд. — Я доказывал обратное. И не говори, что понимание приходит слишком поздно. Если бы это было так, ты бы не стоял сейчас здесь.

Мадара замер. Его губы искривились в легком хмыке.

— Наивный ребёнок.

Его взгляд вдруг метнулся в сторону, где воздух исказился. Пространство задрожало, и портал распахнулся, выпуская Кагую. Её длинные волосы развевались, словно облако, а из рукава вынырнул Черный Зецу.

— Мадара, — липким и насмешливым голосом прошипел он. — Неужели ты так и не смирился со своим поражением?

Мадара окинул его взглядом, в котором не осталось и следа эмоций.

— Слышу в твоем тоне страх, — ответил он холодно. — С чего вдруг?

— Достаточно, — прервала их Кагуя, её голос прозвучал низко и отрывисто.

Она подняла руку, и воздух прорезали десятки острых штырей, устремившихся прямо в Наруто.

Мадара резко метнулся вперёд. Два штыря он перехватил на лету, отбив ими остальные с безупречной точностью. Шагнув вперёд, он сформировал вокруг себя ребра Сусаноо. Костлявый кулак обрушился на Кагую, но в тот же миг её локоны обвили руку, и с оглушительным треском сломали её.

Мадара, не теряя времени, скользнул назад, прикрыв собой Наруто.

— Её нужно отвлечь, — бросил он, не глядя на него.

Наруто коротко кивнул.

— Понял!

Он создал десятки клонов, которые бросились на Кагую, окружая её плотным кольцом. Их действия были хаотичными, каждая атака внезапной, но Кагуя прорывалась через них, как раскалённый клинок через бумагу. Её руки превращались в острые штыри, пронзая каждого клона.

Среди хаоса, созданного клонами Наруто, незаметно скользнули тени Лимбо, оставаясь невидимыми для её глаз. Кагуя на миг отвлеклась, и это оказалось достаточно. Она выпустила мощный поток чакры, который отбросил всех окружающих, но было уже поздно.

Мадара воспользовался моментом. Его тело молнией сорвалось с места, и он обрушился на Кагую сзади. Его рука с силой сомкнулась на её горле. Кагуя пошатнулась, но тут же её спина покрылась зазубренными штырями. Один из них едва не прошил Мадару насквозь, заставив его немедленно отпрыгнуть назад.

Однако он успел сделать своё дело. Достаточное количество чакры уже перетекло в его тело. Мадара, тяжело дыша, посмотрел на свою руку. Он пару раз сжал и разжал кулак, чувствуя мощь, что наполняла его.

— С этим можно работать, — сухо заметил он.

Рядом оказался Наруто, его глаза распахнулись в изумлении.

— Невероятно! Твой очаг чакры больше не уменьшается, как раньше.

— С тобой будут две тени Лимбо, — сказал он отстранённо. — Можешь не бояться подставляться под удар.

Наруто невольно поёжился, ощутив присутствие теней рядом с собой. Они были невидимы, но их энергия давила на него. Он потёр плечо, пытаясь избавиться от этого ощущения, но быстро взял себя в руки.

Ударив кулаком по ладони, он широко улыбнулся.

— Ну что, покончим с ней вместе?

Мадара хмыкнул, его губы изогнулись в холодной усмешке. Лазурное свечение охватило его тело, и он начал преображаться. Из его чакры начала подниматься огромная фигура — завершённое Сусаноо. Земля содрогнулась, а низкий гул, исходящий от аватара, разнесся по всему пространству.

Кагуя, окружённая клонами Наруто, мельком взглянула на гигантского исполина. Мадара вытащил меч из ножен и обрушил его на скопление клонов, прямо в центр, где находилась Кагуя. Глухой удар потряс пространство. В месте столкновения меч треснул, но удар сбросил Кагую вниз, оставляя за собой огромную воронку в ледяной равнине.

Мадара не колебался. Сусаноо сделал тяжёлый шаг вперёд, но в этот момент из облака пыли вылетела Кагуя. Её движение было столь стремительным, что она едва не сбила аватар с ног.

Сусаноо поднял обе руки, принимая на себя её удар. Сила столкновения заставила огромного исполина зашататься. Мадара, стиснув зубы, взмахнул рукой, но Кагуя практически не сдвинулась.

По его руке стремительно пробежали тени Лимбо, сковывая Кагую. Она дёрнулась, её волосы устремились в атаку, но тени крепко держали её. Он вытащил второй меч и с силой обрушил его вниз. Ледники вокруг разлетелись в щепки, а Кагуя, с силой отброшенная, врезалась в ближайшую скалу.

Не теряя времени, Мадара покинул аватар Сусанно, устремившись к ней. Он обрушился на Кагую, ударив её с такой силой, что она отлетела вниз. Пространство содрогнулось, и за ней мгновенно открылся портал.

Мадара приостановился, инстинктивно напрягаясь. Но прежде чем он успел среагировать, за его спиной открылся новый портал. Из него вынырнула Кагуя, её лицо было холодным, а в руках — острый стержень.

Она атаковала, целясь в голову. Мадара успел поднять руку, которая приняла удар. Стержень прошёл насквозь, но он даже не вздрогнул.

С помощью Баншо Тенин он резко оттолкнулся от неё, используя момент, чтобы отсечь пораженную руку. Она тут же рассыпалась в прах. Мадара не обратил на это внимания — боль была для него мелочью.

Кагуя преследовала его, но на земле её атаку перехватил Наруто, выпустивший лапы из чакры, которые устремились на неё с двух сторон. Мадара и Лимбо атаковали синхронно, заставляя её раскрыться.

Они двигались в такт, будто танцуя в этом хаотичном вихре боя. Мадара чувствовал странное, дикое наслаждение. Его удары становились всё более яростными. Он представлял на месте Наруто Хашираму, и на мгновение перед ним возникал идеальный образ, который он сам разрушил своими руками. Боль от утраченной возможности пронзила его, но он тут же подавил это чувство.

Мгновение истины наступило, когда Мадара резко выскочил из-за спины Наруто, схватив парящий шар истины, превращая его в длинный стержень. Одним движением он оказался за спиной Кагуи и с силой вонзил стержень ей в спину. Её крик, наполненный потусторонней болью, разорвал воздух, и это только усилило его радость.

— Теперь ты никуда не убежишь, — прорычал Мадара.

Он отскочил назад, и из его единственной руки вылетела фиолетовая цепь из чакры, обвивая стержень, воткнутый в тело Кагуи. С маниакальной улыбкой он обмотал цепь вокруг руки и с силой потянул её на себя. Его удар ногой отправил Кагую в землю.

Черный Зецу выскользнул из её рукава, явно намереваясь снова захватить тело Мадары. Прежде чем Мадара успел придумать, что с ним сделать, мелькнул силуэт Наруто. Он пронзил Зецу чёрным стержнем, пригвоздив его к земле.

Мадара лишь бросил короткий взгляд на Зецу, полный обещания расправиться позже.

Он прыгнул прямо на Кагую, вдавливая её в землю мощным Шинра Тенсей. Из его руки один за другим начали появляться чёрные стержни, каждый из которых он вонзал в тело Кагуи с ледяной методичностью.

Один стержень пробил её плечо, второй — закрепил руку. Ещё два впились в ноги, полностью парализуя её. Кагуя дергалась, её рот издавал низкие, почти звериные звуки, но сопротивление ослабевало. Без малейшего колебания он воткнул один прямо в Ринне Шаринган на лбу. Ее тело бессильно опустилось на ледяную землю.

Кагуя лежала перед ним, поверженная. Осталось только запечатать её, и на этом его цель достигнута.

Наруто оказался рядом, он смотрел на Мадару хмуро, взгляд был тяжёлым и сосредоточенным. Его глаза метались между телом Кагуи и Мадарой, словно он опасался чего-то.

Мадара безошибочно понял, о чём тот думает. Он и правда мог без труда вытащить всех хвостатых из Кагуи, снова стать джинчурики и продолжить свой план, забыв недавние события как простое недоразумение.

Мгновение длилось как вечность. Но затем Мадара отвернулся, словно пренебрегая этим соблазном.

— Присмотри за ней, — бросил он Наруто.

Его фигура уверенно двинулась прочь, но остановилась у тела Черного Зецу, который, словно олицетворение страха, в ужасе смотрел на него.

Разговор обещал быть коротким.