Культ Хроноса
Глава 1
Я – умер!
Авада лорда сделал свое дело. Мальчик-Который-Выжил – мертв. А что дальше? Какая мне разница. Моим предназначением, если верить словам директора было именно это – дожить до момента сражения с лордом и умереть от его руки. Правильно сказал профессор Снейп, я – свинья на убой. Но, все уже сделано, Авада пущена, достигла цели, жизнь закончена. И я иду туда, куда идут души для перерождения. За грань, в лимб, в реку Стикс, короче именно туда. Перед глазами проплывают картины прошлого, всего того, что я пережил за эти восемнадцать лет. Смерть мамы у меня на глазах, качающий ее на руках и плачущий профессор Снейп, странно, но это не его воспоминания, а именно мои. Дальше Хагрид, наш с ним полет на мотоцикле Сириуса меня усыпил, а проснулся у же в доме Дурслей.
Десять лет с ними, насыщенных издевательствами, тычками, пинками, кличками вместо имени, делами по дому, голодовками и запиранием в чулане. Короче не жизнь, а сплошное рабство. Дальше письмо, снова Хагрид и школа. А вместе с этим приключения на задницу, постоянное влипание в неприятности и жизнь на грани смерти. Первый год в школе принес изменения в мою жизнь: лучший друг, подруга, первый враг, соперник. Наше с ним противостояние. А еще подпевающий и поддерживающий нашу с Малфоем ненависть патлатый профессор Зельеварения, который ненавидел меня всей душой. На самом деле отца, ведь я похож на него как две капли, лишь глаза мамины. Он не нашел ничего лучше, как проецировать негатив на мне. Взаимно, кстати.
И так все шесть лет в школе. Но, каждый год я узнавал друзей лучше, как и врагов. Враги – верные, надежные, а вот друзья… с Роном и врагов не надо. Первые два года он и правда дружил со мной честно, открыто, потом стала проявляться истинная сущность. Не на третьем курсе, там не до этого было, Сириус и дементоры. А вот на четвертом. Оказалось, я сам, оттого что мне не хватает славы и внимания, нашел способ и бросил имя в кубок, загордился и зазнался. И не переубедить. Лишь ткнуть носом в то, что я не самоубийца. Тогда помогло.
- Долго ты идешь, Гарольд, время поджимает, - обрывает поток мыслей голос, отчеканивающий каждое слово, словно у него на каждое отведено определенное количество секунд: - как хорошо, что ты это понимаешь, - говорит голос, а я подхожу ближе и вижу мужчину. Пожилой, седовласый, но при этом не дряхлый, а вполне себе подтянутый. На нем что-то вроде ритуальной мантии. Белая, с глубоким капюшоном, широкими рукавами и длинным подолом. В руках посох с лезвием на конце, скорее всего коса, а на поясе песочные часы.
- А разве я не мертв? – спросил у мужчины, - куда мне торопиться?
- Назад, чтобы все исправить! – отчеканивает он, показывая на одно из воспоминаний, касающееся лорда, - остановить его, и все то, что за собой понесет его и твоя смерть. Смотри, - и мне показали, что будет, оставь все так, как есть, а потом вопрос: - нравится?
- Нет. Как это исправить? – смотрю на старца.
- Вернуться назад, - показал мне пальцем в ту сторону, откуда я пришел, а на вопрос, как это сделать, ведь я умер, а Госпожа Смерть вряд ли меня так просто отпустит, он сказал: - Сестра сделает ради благополучия мира исключение.
- Сестра? – и тут до меня дошло, что я с богом разговариваю. И глядя на часы и косу, а еще помня маггловскую историю и мифы Рима и Греции, воскликнул: - Хронос или лучше Сатурн?
- Хронос привычнее, - сказал старец, - но, меня радует, что ты не забываешь богов и нашу историю. Что касается возвращения. Вернуться придется в самое начало. Чтобы не стать тем, кем ты стал благодаря магглам и их воспитанию. Но, увы, лишь после смерти своих родителей и твоей смерти.
- Чего? Моей? А разве…
- Нет, Авада бьет без промаха. Ты – умер, но Хель, моя сестра обменяла твою жизнь, на жизнь Тома, развоплотив его. И ты не крестраж, не несешь его осколок души в своем разуме, - хотел спросить как тогда объяснить нашу с ним ментальную связь и парселтанг, но, он ответил: - парселтанг – наследие сестры, ты – некромант, - я сел, прямо на пол, - не пугайся, это не те некроманты, которыми пугают юных волшебников, никаких зомби и умертвий вы не поднимаете, а наоборот от них избавляетесь, упокаиваете, отпускаете душу на свободу, на перерождение.
- А ментальная связь? – спросил я.
- Это из-за обмена. Ваши души и правда связаны, магией, жизнью и смертью. Как и гласит пророчество, пока один жив, второй не обретет покой.
- И что мне сделать, чтобы обрести покой?
- Решать тебе. Но, результат вашей с Томом дуэли ты видишь, - показал он на место, где мы стоим, - убьешь ты его – смерть обоим, он тебя - аналогично. Но и пускать все на самотек, отдавая ему власть не вариант. Он, воскреснув темспособом, приведет мир в Хаос. А отца нам только не хватало. Так что действуй, усмиряй и приручай, или плени и заточи, как тебе будет угодно. А попутно спаси тех, кто тебе дорог, важен. Крестного, профессора, и волка. Найди настоящих друзей, возможно любовь и перспективное, светлое будущее.
- Как это сделать?
- На это у тебя будет второй шанс, - а я подумал, что раз это сделка, то от меня тоже что-то потребуется. Ведь никогда не бывает одностороннего договора, второму тоже что-то надо взамен. И как оказалось: - все так. Напомни обо мне волшебникам. Все помнят моих сестер, а меня нет. Это и будет твоей частью договора. Как это сделать, узнаешь или в школьной библиотеке или у крестного, у рода Блэк достаточно литературы, исторических записей.
- Спасибо, - только и успел сказать, как резко, через меня прошла коса Хроноса, возвращая в прошлое, в годовалое тело. В тот день, когда я получил шрам, титул Избранного, Героя и Мальчика-Который-Выжил. Открываю глаза, голова нещадно болит, капает на глаза кровь, а со стороны входной двери раздается вой боли и отчаянья, крик и слезы:
- Лили! Нет, Лили! Нет! только не ты! Почему? За что? – на руках профессора мертвая мама. Ее рыжие, как огонь волосы потеряли блеск, глаза закрыты, руки лежат безвольно, а профессор все кричит, срывая голос, плачет и не отпускает. И тут я подал голос:
- Мама! – язык едва шевелится, трудно мне будет, - Сев, мама, - услышав свое имя, профессор замирает, а я повторяю, со слезами на глазах: - мама, Сев, мама - он кладет тело мамы на пол, руки на груди, в руках палочка. Прощается, говоря, что она до самого конца была ему другом и будет им до его смерти. А там, за гранью они встретятся. Идет ко мне, а я протягиваю руки и снова: - Сев, - он берет меня на руки и спрашивает:
- Ты меня знаешь?
- Сев, - прижимаюсь к его щеке, провожу рукой по голове, волосам, щекой к щеке, всхлип и слова: - мама и Сев – дузья, - еле выговорил, продолжая гладить зельевара по волосам, прижимаясь, обвивая руками шею, вытирая ладошками дорожки слез.
- Друзья, да, ты прав Гарри, мы с ней друзья, - улыбка, ответное касание по голове, волосам, и хлопок аппарации.
Мы оказались у него дома, Паучий тупик. Меня тут же ведут в ванну, смывают со лба кровь, накладывают мазь и пластырь. Потом ужин и спать. Я не отпустил зельевара, а он не возражал. Так мы и спали, в его кровати, под одним одеялом, я у его груди, в кольце рук. Так было теплее и спокойнее. Как с Сириусом или Римусом, семейно. Папа, так хотелось это сказать, но не время.
Глава 2
С того дня, как Северус забрал меня к себе прошло пять лет. Никто меня не искал, тревогу не бил, в том числе и директор. Пропал и ладно. Плевать. Избранным и Мальчиком-Который-Выжил назвали Невилла. Его родители в этой жизни, как и мои погибли от Авады, но от рук Беллатрисы и ее супруга. Белла не применяла Круцио, а сразу, в грудь Алисе и Френку кинула Аваду. Могла и мальчика отправить вслед за родителями, но помешали Авроры. Итог — Белла за гранью, как и оба брата Лестренж.
Туда же отправлены Руквуд, Долохов, и Нотт. Маленький Теодор отдан на воспитание Малфоям. Чудом их не коснулась участь, как и Лестренжей быть убитыми, Люциуса и Нарциссы с Драко тогда в Англии не было. Не то и их бы без суда и следствия Авадой за грань. Профессор не пострадал по этой же причине, плюс слово, замолвленное Дамблором за него. Мол, он двойной агент. Хотя, профессор всегда и во всем был на своей стороне.
К сожалению, Сириус не избежал участи быть отправленным в Азкабан, но за дело. Он таки убил Петигрю, жестоко, с предшествующими Непростительными. Но, его приговорили к пяти годам, а не пожизненному заключению с возможностью реабилитироваться. Все-таки состояние аффекта и служба в Аврорате, раскрытие предательства и тайного Пожирателя Смерти. Если бы не примененные им Непростительные, не посадили бы. А так, за применение и использование неоднократно — срок.
Это все произошло за год, остальные четыре года были обычными и спокойными. Я с Северусом жил в его доме, рос и заново учился магии. Но теперь за выбросы меня никто не обрекал на голодовку. А помогали, направляли и учили, как надо и как лучше. Во мне не видели отца, не смотрели ненавидящим и уничтожающим взглядом, но и нежности, ласки и тепла от профессора так просто не добиться. Лишь после слов: «Папа, у меня получилось!», «Пап, научи!», «Пап, покажи!» все это касалось не только магии, но и зелий. Надо отдать профессору должное, терпение у него ангельское, я бы давно послал или вдарил, а он показывает, объясняет, раз за разом, несмотря на мою тупость и непонимание.
Так и пролетело пять лет, за плитой, у котелка, за книгами у камина в его руках, на коленях. У нас даже появились первые семейные традиции. В канун Рождества мы с папой ходили на могилу мамы. Приносили ей по букету белых лилий. Первые два годя я был на руках, а потом просто стоял рядом и держа папу за руку. Так и продолжалась наша жизнь. Но, в один из дней наше спокойствие закончилось. Нас, точнее его, решил навестить директор. Меня тут же спрятали в моей комнате и строго-настрого наказали не выходить. А я не будь дурак — понял, выходить не собирался. О чем они разговаривали — не в курсе, но результат меня впечатлил. Профессор летал по квартире, как фурия, разъяренная и смертельно-опасная. Думал, он так квартиру разнесет. Но, все стихло. Итогом его эмоциональных раздумий стало решение:
— Гарри, мы идем в банк!
— Зачем? — удивился я.
— Усыновлять тебя буду! — решил профессор, — ты и так меня папой зовешь. Вот и стану им по-настоящему, — а я подошел, взял его за руку и кивнул, соглашаясь. Он им стал, папой, настоящим, родным, важным. Так что я буду рад, даже если перестану быть Поттером, а стану Снейпом или Принцем. А Певереллами могут быть мои дети или внуки. Так что плевать, я хочу нормального отца и пусть не полную, но семью.
— Когда? — спросил.
— Сейчас! — взял меня за руку, шагнув в камин, назвав адрес: — Дырявый котел! — и мы, через трактир Тома прошли на Косую Аллею, а там вдоль лавок и магазинов к банку. А у меня воспоминания, как мы с Роном и Гермионой последний раз покинули Гринготс. Верхом на драконе, вынося отделение к дракловой бабушке. Мы шли к дежурному гоблину, к стойке. Им оказался Крюкохват. Чесались руки, хотелось скормить его тому самому дракону, а лучше оставить его гнить в карцере Малфой-менора.
— Что желаете, мистер Снейп?
— Вступить в род Принц и усыновить мальчика, — показал на меня. Гоблин посмотрел на меня, спросил про моих настоящих родителей, что с ними и кто я, на что профессор сказал: — мальчик жертва террора темного лорда, кто его родители уже не важно, они — мертвы. А я готов стать ему отцом, сделать наследником рода Принц. Так в чем проблема?
— Никаких проблем, наследник Принц. Пройдемте со мной, — пригласил нас Крюкохват, — я позову поверенного вашего рода, чтобы он захватил кольцо главы и пергамент для проверки крови.
Проверка нужна для нас обоих, профессору чтобы доказать, что он настоящий наследник, а мне чтобы увидеть данные после привязки к роду. Поверенный рода Принц, некто Рогнахар, пришел со всем, что нужно. Крюкохват покинул комнату и вернулся к своим обязанностям. А я и папа остались. Первым делом он прошел проверку крови. И все, как надо. Титул «наследник рода Принц». Принимать титул главы рода больно и тяжело, особенно будучи взрослым. Принимают обычно в восемнадцать, а тут в двадцать шесть. Жутко больно, но оно того стоит, как сказал папа. Потом настала моя очередь.
С принятием в род сменилось не только имя, но и внешность. Непослушные, вечно-торчащие волосы распрямились, стали еще темнее и чернее, упала на глаза ровная, послушная челка, закрывая едва заметную полоску шрама, улучшилось зрение, посветлела кожа, стали тоньше запястья, длиннее пальцы, я сам прибавил в росте, и лишь мамины глаза остались при мне.
— Ты больше не Гарри Джеймс Поттер, отныне ты — Мортимер Северус Снейп, наследник Принц, — показал мне свиток папа. И у меня теперь нет крестного, новое имя, новый род и новая личность, — а я теперь Северус Тобиас Принц, лорд Принц, но пусть для всех я как был Снейпом, так им и останусь. Полукровка, мастер-зельевар. Никаких лордов, — смотрит на поверенного, а тот не отказывает, лишь напоминает о делах рода, — я не отказываюсь вести документацию, лишь прошу не разглашать то, что род Принц обзавелся главой и наследником.
— Это я могу устроить, лорд Принц, — поклонился поверенный, а мы с папой вернулись в Паучий Тупик. Дом и поместье рода Принц пока что нам не доступно, его нужно восстановить, а прежде влиться в дела рода и вернуть все то, что род Принц потерял. Этим папа и поверенный занимались днями и ночами, а я читал и учился.
Глава 3
Прошло еще два года. Мне уже восемь. С папой мы живем все там же, в Паучьем Тупике. Поместье мы восстановили, но переезжать туда не спешим. Почему? Чтобы не привлекать внимания. Как говорит папа – рано еще. А я соглашаюсь. Ему виднее. Что касается наших общих знакомых, я имею ввиду Малфоев и отданного им на воспитание Теодора. За эти два года они стали слишком часто наведываться. Раньше я прятался в комнате, а теперь, когда я стал официально Снейпом, мог показаться, поздороваться и пообщаться с будущими слизеринцами. Я воспринимал их ровно, мне от их присутствия ни тепло, ни холодно. Для вида пообщался и распрощался. В этот раз леди пришла одна, без лорда, лишь с мальчишками.
- Северус, Мортимер, как вы тут? – спрашивала леди Нарцисса, смотря на наше скромное жилище, - справляетесь?
- Нарцисса, что ты хочешь? – спрашивал отец, зная, что эта леди просто так никогда ничего не спрашивает, каждый раз оказывается прав. Ей как всегда от папы что-то нужно. И этот визит не стал исключением.
- Северус, у меня к тебе просьба, как к крестному Драко и другу семьи, - смотрит на мальчиков и меня, - Альбус ищет профессора зельеварения, Слизнорт уходит на пенсию, стар он стал, на покой ему пора. Займи пост профессора, стань, как и он - деканом Слизерина.
- Зачем мне это, Нарцисса?
- Будущее, - говорит леди, - займешь пост профессора и декана по совместительству, проработаешь десять-двадцать лет, получишь пост заместителя, а там и директором назначат, - а на его вопрос, с чего она так решила, ответила: - Северус, мы оба знаем, возрождение лорда не за горами, а он, когда возродиться отблагодарит всех своих верных последователей. Нужно лишь ждать и верить.
- И вы с Люциусом ждете и верите, - не вопрос, а факт. Она не отрицала. А папа говорил как всегда одни и те же слова: «Видно будет» или «Поживем-увидим», и леди каждый раз улыбаясь, говорила: «Подумай». На этом мы снова расходились. Но, не в этот раз.
- Северус, я прошу не просто так. Есть причина, по которой зельеваром должен быть ты, а не кто-то другой. Нашим мальчикам, как и твоему в будущем грозит опасность. Ты сам знаешь, как относятся к змеиным ученикам львиные, во главе с профессором Кошкой и директором во главе школы, ярым активистом против Аристократии и старых традиций.
- Что ты имеешь в виду?
- Альбус назначил на пост профессора ЗОТИ моего дражайшего кузена! – выпалила она, а я едва не уронил чашку с чаем. Сириус – профессор! Это и печально и отлично одновременно. Отлично – так как он и правда отличный, боевой волшебник, многому научит, а печально то, что я сын объекта его шуток и насмешек школьной жизни. И ничего хорошего мне не светит.
- Блэк! – выплюнул папа, смотря на меня, - я подумаю, Нарцисса. Но, это не значит, что я согласен.
Увы, это и значило согласие. И не ради Драко и Теодора, а ради меня. Усыновляя меня, вводя в род Принц он хотел скрыть само существование Гарри Поттера, словно его и не было никогда, а все ради того, чтобы меня не использовали и не затыкали мной дыры. Поэтому, он сам лично написал письмо директору с предложением стать профессором. И тот быстро принял его в должности. У нас с папой оставалось всего-то два месяца, дальше он будет пропадать в школе. Но, он обещал приходить ночевать домой. Или брать меня с собой, чтобы я был рядом и под присмотром.
Кроме того, я мог помогать делать заготовки к зельям и мазям. Быть ассистентом мадам Помфри, на этом и договорились. Если у него будет много работы и не будет возможности перенестись домой, я приду к нему через камин и побуду рядом. Помогу или просто почитаю. Библиотекой буду себя развлекать. Искать информацию о Хроносе, историю его культов и последователей. У папы я так ничего стоящего не нашел, лишь общие сведения.
***
Так прошло еще три года.
Это время пролетело незаметно. Как мы с папой и договаривались, он – работал, приняв должность профессора зельеварения и декана Слизерина по-совместительству, а я или помогал мадам Помфри в лазарете с ингредиентами для зелий и мазей или проводил время в библиотеке, в поисках информации о Хроносе. Попутно учился и постигал основы магии. А так же историю, традиции и этикет. Как гласили обязанности наследника старого рода. Что касается общения Сириуса и папы. Жесть! Другого слова нет. Сириус и папа не упускали возможность сделать друг другу гадость, завуалированно и элегантно оскорбить, унизить, при этом не прибегая к нецензурным выражениям и явным оскорблениям, переходя на личности. Мастерски.
В каникулы, на мой день рожденья мне пришло письмо в школу. На имя Мортимера Северуса Снейпа. Папа тем же днем повел меня на Косую Аллею за покупками. И как хорошо, что мы никого знакомого не встретили. Ни Малфоя, ни Уизли, ни Грейнджер, никого. Быстро расправились со списком, купили котелки, ингредиенты, канцелярию, мантии, книги. И как же меня порадовала покупка палочки, словами не описать. Мы не пошли к Оливандеру, а зашли к неизвестному мастеру палочек, магазин называется «Колдуй с нами!». Купили мне палочку и на все про все пять минут. Измерили руку, уровень магии и вуа-ля!
- Рябина и скелет с крошкой панциря столетней черепахи. Странное сочетание, рябина несет в себе любовь и счастье, а черепаха – достижение поставленной цели. Если я правильно истолковал, то в будущем вас ждет счастливая семейная жизнь и благополучие рода. Она ваша, мистер Снейп, - протягивает мне палочку мастер.
Папа протянул еще кобуру на предплечье, кожаные перчатки без пальцев и расплатившись, повел меня есть мороженое. Прошли мимо лавки с фамильярами и совами. Но, я отказался от совы. Видел Буклю, помнил ее героический поступок, именно поэтому я и не хотел заводить питомца. Да и кому мне писать? Папа рядом, в школе. А больше никого близкого у меня нет.
Не успели оглянуться – первое сентября. Папа хотел переместить меня камином, блат и все такое, но я отказался. Хочу быть как все, не привлекать внимания, а дорогу проведу читая. Взял книги за второй курс, первый мы с папой еще в том году прошли. Да и я многое из прошлого помнил. А еще пару книг по истории оккультизма волшебников. Нашел в антикварной лавке в Лютном. Там мы с папой зелья его продавали.
Пока проходила сделка года, я отлучился и забрел в лавку «Истоки и история». У нас с продавцом завязался непринужденный разговор о Высших Сестрах, пантеоне богов, как волшебников, так и магглов. Меня вводили в курс дела, рассказывали байки и истории связанные с Богами и Создателем. И они практически не отличались от маггловских мифов и легенд. По моей просьбе продавец подобрал все, что я попросил, опираясь на мой возраст и чуть старше. Протянул за литературу пару монет серебром, взял покупку и вернулся к папе. Увидев книги в руках, он лишь кивнул и мы, с помощью камина вернулись в Паучий тупик. А утром мы собирались на поезд.
Глава 4
Платформа 9 и ¾, поезд и знакомые лица. Полным составом рыжее семейство, Гермиона, Невилл, окруженный заботой, вниманием. Вместо жабы у него сова, в проводниках и спутниках Рон и Гермиона. По другую сторону будущие и бывшие слизеринцы Малфои с Ноттом, Паркинсоны, Гринграссы, Забини, Кребб, Гойл, и еще много кто. Всех увидел, прошлое вспомнил. Папа провел на прощание рукой по волосам, щеке, положив на плечо, сказав: «Скоро увидимся», а я кивнул, поправил сумку с книгами и пошел в поезд на поиск купе.
Нашел, занял, разложил вещи, книги, обед и бутерброды, повесил мантию, и ушел с головой в геральдику. Как папа и поверенный советовали. Поезд тем временем тронулся, поехал, а ко мне так никто и не пришел. Я читал, чуть позже перекусил, снова открывая книгу. И где-то за три часа в купе постучались. На пороге стояла Дафна Гринграсс. Попросила разрешения посидеть это время со мной, в тишине, я не отказал, лишь спросил о тишине.
- А в купе, где ты едешь шумно?
- Да. Персефона Паркинсон, там, где она всегда шумно. А я люблю тишину и спокойствие. У тебя тут как раз тихо и спокойно, - не отказал девушке, пусть сидит. Она мне не мешает. Как и я читает книги за второй курс, а именно Чары. За чтением прошло время, мы подъехали к Хогсмиду, старосты сказали надеть мантии, а через пять минут поезд прибыл на станцию "Хогвартс". Встречал нас как всегда Хагрид, созывая к лодкам. Я в одной лодке с Дафной, Сьюзен и Энтони. Мальчик вцепился в борта лодки и вздрагивал от каждой волны и качки.
И вот, мы у стен школы. Хагрид передал нас профессору Макгонагалл, та сказала как всегда те же слова, что через пять минут мы войдем в эти двери и пройдем распределение. А пока Драко, стоящий рядом с ним Тео, не обращающий на Малфоя и всех рядом находящихся никакого внимания и Крэбб с Гойлом, толстяки-вышибалы, затевали приветствие по-слизерински.
- Неужели это правда? Невилл Долгопупс с нами в школе? Герой и Избранный среди нас? – не ожидал от Невилла подобного, он задрал нос, скрестил руки на груди и сказал:
- Да, я с вами! И готов защищать и противостоять лорду! – вот так шкаф! Еще немного и громко рухнет. Кто же ему так самомнение задрал? Планка завышенная, как и нос Долгопупса.
- А тебе чего надо, Малфой? – а это Рон. Явно свита собран и натаскана на противостояние со слизеринцами. Где-то недалеко маячит Гермиона. Значит, команда собрана, осталось олучить Генерала и приступить к окучиванию героя, идя рука об руку, попутно влезая в приключения и неприятности, готовясь принять лбом Аваду лорда. И как хорошо, что в этот раз я сам за себя.
Так бы и продолжалась перепалка героя и свиты с принцем и его рыцарями, не приди профессор Маккгонагалл за нами на распределение. Все тот же потолок со свечами, летающие под потолком призраки, смотрящие на нас старшекурсники и профессора, в том числе отец и Сириус. Он на посту профессора ЗОТИ, значит, проклятие развеяно или просто байка. А на золотом троне, возвышаясь над всеми, сидит он – директор. Ждет нас у табурета со шляпой и списком учащихся в руке профессор Макгонагалл. Первой шла:
- Боунс Сьюзен!
- Пуффендуй! – выдала шляпа.
- Грейнджер Гермиона!
- Гриффиндор!
- Гринграсс Дафна!
- Слизерин!
- Голдштейн Энтони!
- Когтевран!
- Долгтопупс Невилл!
- Гриффиндор! – дальше шли имена знакомые и забытые, и всех как и в прошлой жизни отправляли на тот же факультет. Подошла очередь Малфоя. Не успел блондин сесть на табурет, а шля едва каснулась его головы, выдала: «Слизерин!». Следом шла моя очередь:
- Снейп Мортимер! – я смотрел на отца и вспоминал наш с ним разговор о распределении. Он был уверен, шляпа не отправит меня на Гриффиндор, сомневался и в Пуффендуе, или Когтевран или Слизерин. К змеям не хотел из-за Малфоя и его грызни с Долгопупсом, а я, даже не влезая, все равно буду в рядах припевал и подхлемажников. Так что когтевран, самое то. Но…
- Какой тебе, Когтевран, Принц?- возмущалась шляпа, - Слизерин и только Слизерин! – настаивала она, - по стопам отца пойдешь, - а я пытался ее переубедить, что не хочу я во всей этой клоаке вариться, да и от Времени у меня миссия.
- Пожалуйста, смилуйтесь! – молил я артефакт.
- Куда тебя? Гриффиндор или Пуффендуй?
- Когтевран! Пожалуйста?!
- При одном условии, - сказала мне шляпа, а я спросил, что за условие, ответ: - как войдешь в силу некроманта – развоплоти меня, отпусти душу на перерождение, - об этом я не знал, но сказал, что как только получу навык, то отпущу. На что она выдала:
- Когтевран!
Шел за синий стол, по пути кивнул отцу, поклонился декану, мимолетно взглянул на Сириуса и не обратил внимания на директора. Познакомился со старостой и ребятами. Майклом Корнером, Терри Бутом, с Энтони Голдштейном уже знаком, мы обменялись рукопожатиями и договорились познакомиться поближе, пообщаться и возможно подружиться. Так и закончился пир, нас отправили спать. Старосты проводили до башни, рассказали о факультете, основательнице, ее дочери, ставшей призраком башни, раздали расписание на неделю. Потом слово взял декан, пожелал нам всем удачи, хорошей учебы и знаний.
Спать и отдыхать. Я делил комнату с Энтони и еще одним парнем Алариком, комната на троих. Нас воронов, не как львов меньше и поэтому комнаты просторнее. Разобрали вещи, достали и повесили форму и мантии, приняли душ, переоделись в пижамы и легли спать. Закрыл глаза, думал о прошлом и настоящем, а еще о просьбе шляпы. Раз обещал, надо сделать. С этими мыслями и уснул.
Глава 5
Год прошел странно, но спокойно. Никаких приключений и полосы препятствий для Избранного и Героя, никаких запретных коридоров со стражем-Цербером и спрятанного в стенах школы филосовского камня, никакого зеркала Ейналеж, никакого темного лорда, застрявшего у кого-нибудь голове. Ничего такого. Странно все это. Хотя, если разобраться, то вполне логично. Другой герой, другие испытания. На месте профессора ЗОТИ постоянный волшебник, а не каждый год меняющийся. Изменилась история, главный герой, соответственно поменялись и испытания. Даже директор не проявляет активности, не обращает внимания на Героя и его группу поддержки. Просто мудрый, добрый дедушка, смотрящий на все и всех через очки-половинки, улыбающийся, приветливый. Нам же лучше, нам же легче.
Что касается профессора по ЗОТИ и наших с ним взаимоотношений. Их нет и не предвиделось. Я – сын оправданного Пожирателя смерти не важно, что с другого факультета. Имя рода у меня Пожирательское. Мне плевать, старался так думать, а вот папе это отношение не нравилось.
- Пап, но он же не в курсе, что я был Поттером и его крестником. С чего ему меня любить? – сижу рядом, - внешность у меня твоя, лишь глаза мамины, - рука отца на моей голове, треплет по волосам, касается щеки и откидывая челку, говорит:
- Все так, Мор, все так. Просто паршиво. Показушная любовь и преданность Поттерам, так получается. Он даже не пытался искать тебя, после того как вышел, не задался вопросом, а где Гарри, где мой крестник? Смешно, вся их дружба с Поттером, времена Мародеров, все это оказалось в прошлом, - сарказм и ирония, а на деле - правда. Ведь после побега, в той жизни, первым делом Сириус пришел ко мне, да в облике собаки, но пришел. Был все это время рядом. А тут…
- Пап, давай не будем о Сириусе, - попросил я его, - у меня нет крестного, только ты, папа который меня вырастил, всему научил. Мне другого не надо, ни крестного, никакого, - он прижал меня к себе и чмокнул в макушку. Верх нежности и ласки. Редко от него добьешься подобного. А тут не просто обнял, а еще и поцеловал. Эх, пока есть возможность, наслаждаюсь моментом.
Была еще одна особенность, отличающая мою новую и прежнюю жизнь. Совместные уроки Когтеврана и Слизерина. В прошлой жизни больше всего уроков совмещенных со слизеринцами было у гриффиндорцев, а в этот раз у нас, у воронов. Но, мне все равно. Со змеями у меня все ровно и гладко, как и у всего синего факультета. Они не замечают нас, а мы их, я в том числе. Ни с кем не общаемся, не пересекаемся. Мы для них заучки и ботаны, как сказал бы Дадли. Так что змеи и вороны – нейтралы. Общаюсь я лишь с Дафной. С ней сижу на Зельях, Чарах и Трансфигурации. Помогаю, как могу, она отвечает взаимностью.
А вот с Гриффиндором проблема. И эту проблему зовут Невилл Долгопупс, а с ним за компанию Рон и Гермиона. «Золотое, мать его трио». Так и прет их «я» изо всех щелей. Особенно на наших совместных уроках по ЗОТИ. Ярче всего запомнился урок перед Хеллоуином. В этот же день, на Чарах у декана мы проходили и применяли первые чары: «Левиоссу», и все, в том числе змеи получили «Превосходно» или «Выше ожидаемого» за урок. А вот на ЗОТИ…
Темой были болотники.
- Итак, кто мне скажет, как сразить болотника? – смотрит на нас воронов и львов. Руку тянет Грейнджер, - Гермиона, как же?
- Первым делом Люмус Максима, потом Изгнание или лучше заклинание «Редукто», - профессор слушает, сдвигает брови к переносице, так он делает, когда находится внедоумение. Слушая гриффиндорку, мы с Энтони качаем головой, прощаясь с ней мысленно, тут же профессор Блэк, видя нашу реакцию - спрашивает, что бы мы применили против болотника. Ответ прост:
- Ничего!
- Почему? – спрашивает профессор.
- Если ты начнешь применять боевую магию в его владениях, - смотрю на Грейнджер, - то тебе придется отбиваться не только от него, но и от его соплеменников, - добавляет сидящий за нами Аларик:
- Они не живут одиночками, а кучкуются. Вместе сила, по отдельности – слабаки, - профессор едва сдерживал улыбку, но, у нас было задание, назвать заклинание против болотников, нам об этом напомнили. Я ответил:
- Лучше всего, чтобы пройти их владения, подойдет заклинание Затмения или Сокрытие личности, - говорил, смотря на гриффиндорку, - против стаи болотников у нас, первогодок нет шансов, вот курсе на третьем, четвертом – да. А лучше всего так же, группами. Один прикрывает спину, второй атакует, третий страхует и на подхвате, - меня по плечу хлопает Энтони, а по спине в поддержку Аларик. С кривой улыбкой, и по вынужденным обстоятельствам профессор сказал:
- Тридцать баллов Коггтеврану за правильный ответ. Все так, мистер Снейп. Болотники не передвигаются в одиночку, и против них, у вас, первогодок нет шансов. Лучшим вариантом станет побег или призыв взрослых. Возможно, вам повезет, и вы группой отобьетесь от трех-пяти болотников, но не от десяти-двадцати. Так что мисс Грейнджер, с вас свиток о болотниках, их особенностях и способностях. Урок окончен.
Так и проходили все совместные уроки наших факультетов у Сириуса. Львы задирали носы и придумывали способ расправиться с нежитью и темными сущностями, а мы вороны осаживали и напоминали о разумности и расстановке сил, мол, справился с одним, вторым, третьим, десятый, а там еще два десятка впереди. А у тебя уже сил нет. Нас за это тихо ненавидели и открыто фыркали, называя «заучками», «зубрилками» и «задаваками». И как это бывает, посылали их запретным лесом. Мы не обращали внимания и учились.
А там зимние каникулы. На Рождество мы с папой вернулись в Паучий Тупик, приготовили праздничный пирог, поставили елку, упаковали подарки, навестили могилу мамы, взяв с собой букет белых лилий. Это наша традиция, еще с первого совместного года. Ее мы соблюдали и не нарушали. Как и в этот раз. Сказали маме, что у меня все хорошо, что учусь я на Когтевране. Получаю баллы, оценки только «П» и «В». Мимолетно стерев покатившуюся по щеке слезу, положив букет, визит на этом закончили, аппарировали домой. Ужин, пирог и спать. А утром подарки.
А после зимних каникул оставшийся пол года пролетели незаметно. И так же тихо, мирно, спокойно, без приключений. За месяц до каникул началась подготовка к годовым экзаменам. Мы с Алариком и Энтони засели в библиотеку и штудировали литературу. К нам присоединялись одноклассники и одногрупники. О помощи по Трансфигурации просила Дафна. Я не отказал и показал, помог, направил. Она была благодарна и говорила, если что, тоже поможет. Так год и закончился, экзамены сданы, мы отпущены на каникулы. Домой вернулся с помощью камина, воспользовавшись кабинетом папы.
Глава 6
Начало второго года и посещение Косой Аллеи значительно отличалось от прошлого. А все потому, что в нашу скромную с папой компанию навязались Нарцисса с Драко и Теодором, хорошо, что без Люциуса. Мы с ним собирались за покупками к школе. Люциуса как всегда нет с ними, дела и работа в министерстве. Странно, а как же дневник темного лорда, который он подкинет Джинни в учебники? Или в этой жизни он нашел способ спрятать темный артефакт? Кто же его знает. Раз так, то и школа будет спать спокойно. Никаких открытых Тайных комнат и василиска, вводящего в оцепенение. Это просто замечательно, как и отсутствие балабола Локонса.
Нет, реклама книг в книжном и фото с Героем и Избранным состоялась. В остальном все прошло мирно и спокойно. Мы прошлись по списку, все купили, зашли поесть мороженного и домой. Леди Нарцисса с Драко и Теодором вернулись в Малфой-менор, а мы с папой раскладывали покупки и готовили ужин. Так и прошло время до первого сентября. А там платформа и купе, которое я снова делил с Дафной. В этот раз она ехала не одна, а с сестрой Асторией. А я с Энтони и Алариком. В толпе, среди первогодок видел Ксенофилиуса и Полумну. В этой жизни я с ней на одном факультете и не дам ее в обиду.
Так и ехали дружной сине-зеленой компанией. За несколько часов до Хогсмида к нам присоединилась Луна, постучалась и зашла, сев рядом с Дафной и Асторией. Никто против нее не был. Села рядом со мной, сказав шепотом, лишь для меня одного:
- Я рада, что в этой жизни, мы с тобой на одном факультете, - сжал ее ладошку и пообещал быть рядом и помогать, - знаю, верю. И я помогу тебе, когда нужна будет помощь.
А дальше мы просто ехали и общались. Астория подумывала пойти на синий факультет, вместо зеленого, с Луной. Они нашли общий язык и темы для разговора. Думаю, в будущем они будут хорошими подругами. И нет между ними пропасти в статусах, обе девочки чистокровные, наследницы старого, магического рода. Когла приехали, помогли Астории и Луне с вещами, посадили их в лодку и пошли к каретам. А там фестралы. На меня смотрит Дафна, спрашивая:
- Ты их видишь?
- Да, а ты? – она лишь кивнула.
Как так получилось и почему, не сказала, а я не спрашивал. Надо будет – расскажет, нет – не настаиваю. Аларик и Энтони фестралов не видели, но и о нашей с Дафной возможности не спрашивали. Видим и ладно. Мы доехали, зашли в школу, разошлись по столам факультетов, ждали первогодок и распределения. Как мы в том году, шли и оглядывались по сторонам.
Распределение прошло странно. А все потому, что Астория и правда попала к нам, на Когтевран. Сидела рядом с Луной, периодически смотря на сестру, как и я. Джинни так же в этой жизни сменила факультет, шляпа отправила ее в Пуффендуй. И не просто так. Сама попросилась. Остальные пошли по тому же пути. Когда ужин закончился, Пенелопа вела за собой девочек, а Роберт мальчиков. В гостиной старосты рассказывали о факультете, основателе и о правилах. Потом раздали расписание, дальше слово взял декан. Все как и у нас в том году. Мы с Энтони и Алариком разобрали вещи, подготовили форму и мантии, переоделись, приняли душь и спать. А утром уроки по расписанию.
Думал, раз в этой жизни нет Малфоя-старшего и его тетрадки, как и балабола Локонса на посту профессора ЗОТИ, да и Джинни на другом факультете, не будет василиска и нападений, а вот нет! За неделю до Хеллоуина произошел первый инцидент. И снова странность. В прошлом, василиск нападал исключительно на магглокровок, а в этот раз пострадал чистокровный аристократ с зеленого факультета. Первогодка, род мне не знаком. Странность в том, что никаких кровавых надписей на стенах, разлитой воды или преломляющего взгляда эффекта и змеиного голоса я не слышал, даже специально прислушивался. Значит, это не василиск, а именно заклятие. Возможно, что-то другое.
- Как думаешь, Мор, кто бы это мог быть? - шепчет Дафна, на уроке Трансфигурации. Снова, как и тогда - объявлен комендантский час. Младшие без сопровождения старших нигде не ходят.
- Понятия не имею, Даф. Даже мыслей нет, - есть, но это не тот, кто был виноват в прошлый раз. Было бы хоть что-то общее, а тут никаких совпадений кроме оцепенения. Следовательно, мыслей никаких. Но, есть возможность узнать, библиотека мне в помощь.
Мы с Дафной договорились посидеть и поискать что-то подобное. И после уроков, сделав все задания, сдав учебные книги, взяли по интересующей нас теме. Мадам Пинс в шоке, но литературу выдала и попросила не затягивать с возвращением. К нам присоединилась Астория и Луна, а так же Энтони и Аларик. Устроили мозговой штурм. Попутно с этим я искал информацию по Хроносу. В исторических записях фигурировала некая организация, поклоняющаяся Богу Времени. Даже культ создали, но имя этого культа кроме тех записей больше нигде не фигурировало. И вот…
- Чтоб меня! – воскликнул я.
- Мор, нашел? – смотрит в книгу Дафна, а когда видит: – чего? Культ Хроноса? – а я спросил, знает ли она о нем, - знаю. Не много. Папа рассказывал. Говорил, что он старший из Высших. Смерть, Магия и Жизнь его младшие сестры. И давным-давно его почитали наравне с ними.
- А причем тут он и то, что происходит в школе? – смотрит в книгу и имеет в виду нашу тему поиска, а я предположил:
- Как мне показалось, их не в оцепенение загнали, а время для них остановили, не забрали, а ввели в анабиоз, – мысль появилась неожиданно, но подходила по всем происходящим параметрам. Никакого эффекта взгляда василиска даже через препятствия. Поэтому…
- А ведь такое может быть! – смотрит на меня Астория и Дафна, – надо декану сказать и твоему, Мор, - мы пошли теми же ногами к взрослым. Я и слизеринцы к папе, а мои сокурсники к декану. И, как оказалось, папа был в кабинете не один. С ним корпел над книгами и записями лорд Малфой.
- Пап, лорд Малфой, - протянул книгу, показывая, - мы с ребятами нашли причину оцепенения. Это остановка времени, - протянул книгу, - такие же нападения были во времена Культа Хроноса пять веков назад, - показал все, что мы с ребятами нашли. Папа и лорд сравнили с записями и тем, что происходит, с показателями пострадавших и пришли к выводу:
- А ведь и правда, Северус!
Дальше проблемой остановки времени занимались взрослые. Мы дети не влезали. Да и нападений больше не было. С тем, как снять заклятье – разобрались, пострадавших в строй вернули. И остаток года прошел спокойно. На Рождество, как обычно мы с папой вернулись в Паучий тупик, навестили могилу мамы и возложили к ее надгробному камню букет белых лилий, потом ужин, спать, а утром подарки. В этот год я получил коробки от Дафны и Астории, от Энтони и Аларика, и конечно от Луны. Подарил им по коробочке с подарком в ответ.
Год закончился экзаменами и прощанием с друзьями. Мы: я, Энтони, Аларик, Полумна, Дафна и Астория, попрощались у поезда и договорились писать друг другу, а я, воспользовавшись привилегиями и камином папы - вернулся домой. Следующий год снова несет в себе странности и загадки. Что же будет? И даст ли о себе знать забирающий время.
Глава 7
Лето перед третьим курсом меня порадовало. А все потому, что нам с папой никто не мешал, не отвлекал, никуда не дергал и мы могли спокойно проводить время вместе. Не все двадцать четыре на семь, но большую часть времени. А так наше расписание все то же, магия, зелья, история древних родов и семей, этикет, кодекс рода Принц и так далее. Что касается друзей и нашей переписки. Мы активно общались, несколько раз в неделю обменивались письмами, делились найденными о похитителе времени сведениях. Аларик и Энтони ничего нового не нашли, а вот сестры Гринграсс и Луна внесли еще кое-какие изменения в будущие поиски и дополнения той информации, что у нас уже имелась.
В узких кругах и в крайне редких исторических источниках упоминалась Секта Сатурна, целью которой был поиск вечной жизни. По слухам, но не доказано, способ они нашли, продляли жизнь за счет кражи времени. Кроме них, достаточно долгое время существовала организация, носящая имя «Культ Хроноса». Деяния этого культа прямо противоположные делам секты. Хроносы с Сатурнами вели активную борьбу, (хм, что-то мне это напоминает…точно! Пожиратели и Фениксы!). Члены культа всеми силами, правдами и неправдами старались искоренить похитителей времени. Но, как говорится, не пойман не вор. Вот и культ так и не смог доказать причастность Сатурна к краже времени.
- Это что же получается, - рассуждали мы с папой, сидя на столом на кухне. Перед нами сводки, описание и записи расследований прошлых столетий и настоящего времени, - Сатурны решили возобновить свою деятельность? – спрашиваю я, а папа предполагает:
- Возможно, это не они, а подражатели. Или мелкие последователи, привлекающие внимание старших. Такое тоже может быть, - рассуждал папа.
Тогда в разговор вмешался Малфой-старший, напоминая о том, что не доказано, как в прошлом, так и в настоящем, что применялось именно похищение времени. Жертвы оцепенели, впали в анабиоз, были живы, билось сердце, прощупывался пульс, но отчие от прошлых инцидентов в том, что они не постарели, оставались молодыми.
- А если они нашли способ красть время не сразу целиком, а понемногу, малыми порциями? Там немного, тут немного. У этого год, у того пол года, - предположил я, исходя из того, что это было тогда, несколько столетий назад, магия и энергетическая составляющая была не до конца изучена. А сейчас мир магии более развитый, современный, новые разработки, прорывы и все то, что помогает волшебникам не стоять на месте и не быть архаичными.
- Если только так, - соглашается папа, - ты, Мор много о культах и сектах времени читал, подкован, - я кивнул, смотря на блондина, смотрящего на документы и исторические хроники.
- Хм, - задумался Люциус, - очень даже может быть. Вы, Мортимер, Северус, дали мне пищу для размышлений. А раз у нас других предположений нет, то возьмем за основу именно эту мысль, о способе частичного заимствования времени. Странно все это звучит, - сказал лорд, уйдя камином в менор.
Мы с папой, убрав со стола документы и книги, за чашкой чая, думали над другой проблемой. Ее с порога нам принес старший Малфой. А именно темный лорд Воландеморт, который начал активные действия к воскрешению. Мало нам Секты Сатурна, так еще и возобновляющие свои действия Вальпургиевы Рыцари. Папа в том числе. Обрадовал, так обрадовал.
- И что делать? Лорд ведь не оставит тебя в покое? – о себе вообще молчу, папа лишь отрицательно мотает головой, а я спрашиваю: - как нам быть? Не к директору же бежать и о приближающемся возрождении темного лорда рассказывать?
- Нет. Этого мы с тобой делать не будем. Пока в небе не появится черная метка, директору ни слова. Пусть и дальше ждет и готовит героя. Да и кто ее кинет? Все сумасшедшие в сырой земле давным-давно, остались только политики, как Малфой и ученые, как я. С нами громко и с размахом миру о себе не заявишь.
- Думаешь, лорд предпримет другой способ захвата власти?
- Предполагаю, - говорит отец, - лорд заявит о себе, но не как тиран и деспот, как лорд Воландеморт, а как лорд Мракс, возможно, даже свой собственный родственник. У него как раз для этого есть Люциус. Сделать документы, придумать достоверную легенду и внедриться в мир магии. Для лорда раз плюнуть.
- Мда, - потирая переносицу и откидывая длинную челку назад, - с одной стороны – темный лорд, с другой стороны – директор и его птички, а еще секта, крадущая время! Класс! И мы с тобой пап, между ними всеми!
- Но, как я и говорил, у нас с тобой своя собственная сторона и мы извлекаем выгоду из общения с директором и лордом исключительно в личных целях, - родная улыбка уголками губ, хмык и касание плеча, - прогуляемся на Косую аллею? Покупки, учебники, мороженое? – я кивнул, завязал отросшие по плечи волосы в хвост, оставив лишь длинную челку, быстро накинул поверх футболки легкую рубашку, кеды, взял палочку, письмо и шагнул за папой в камин.
Аллея встречала нас тишиной и спокойствием. Жара спадала, в тени уже прохладно. Было поздно, лавки еще час-полтора и закроются, поэтому мы быстро, чтобы не задерживать продавцов пробежались по списку, купили все необходимое. Новые мантии и нашивки с символикой факультета, пару теплых комплектов из шапки, перчаток и шарфа, несколько водолазок с высоким горлом и рубашки, брюки, осеннюю и зимнюю обувь. Забежав в лавку с мороженным, взяв по одной порции с собой - вернулись домой камином через Дырявый Котел.
В этом году у нас новые, дополнительные предметы. Я взял Руны, Нумерологию, а еще УЗМС, плевать, что ведет ее Люпин, (да, именно он, а не Хагрид, я тоже в шоке), плевать, что с папой они уже успели сцепиться и на всю школу поскандалить, главное предмет и магические животные, к которым лежит моя душа. Да и не один я буду на уроках волка. Со мной мои друзья и Дафна.
- Ты опять о Дафне думаешь? – спрашивает папа, а я спросил, с чего он взял, может, я о школе и о уроках, хмык и ответ: - когда ты о ней думаешь, то невольно улыбаешься, не всегда губами, чаще всего взглядом, даже кажется, что ты паришь над землей. И не отрицай, - рука папы на плече, - к Полумне или Астории у тебя таких чувств нет, и о них ты говоришь так же, как о Энтони и Аларике. Они все для тебя – друзья, а Дафна… - я опустил взгляд, пытался заправить длинную челку за пылающее ухо, - это нормально, - поддерживал папа.
- Угу, - буркнул я.
Глава 8
Третий курс не предвещал беды и приключений, как было в моей прошлой жизни. В этот раз нет противной тетки Мардж с ее псиной, которая вечно говорит гадости о папе и маме, нет сбежавшего из Азкабана Сириуса, гоняющегося за Петигрю в облике крысы, нет денменторов, ищущих Сириуса и сторожащих школу, нет Люпина в роли профессора по ЗОТИ. А есть Сириус – профессор ЗОТИ, Люпин – профессор УЗМС, и мы с друзьями, и с папой, настроенные на учебный год и поход в Хогсмид, которого я в прошлой жизни, на третьем курсе был лишен.
Мы, как это было в том году, с сестрами Гринграсс, парнями и Луной договорились встретиться и поехать в одном купе. И на этот год сбор в одном купе повторили, всех дождались, с родителями попрощались и пошли в поезд. Рассказывали о каникулах, обмолвились о культе и секте, кто что нарыл и узнал. И снова девочки порадовали, но и Энтони кое о чем выяснил. Обещал рассказать все в купе. Узнали расписание друг друга на этот год, кто какие дополнительные предметы взял. За исключением Аларика, все взяли Руны, Нумерологию и УЗМС. Рик взял Маггловедение и УЗМС. Кроме уроков и проблем временного характера, была новость факультетского направления. Капитан нашей квиддичной команды планирует провести отбор на место вратаря и загонщика.
Об этом узнал от Пенелопы, поймавшей меня у купе. Друзья ушли раскладывать вещи, а она по секрету шепнула:
- Мори, кэп новичков талантливых ищет, два места пустуют. Загонщик и вратарь. Смотрит в твою сторону, хочет тебя в команду, - а я не отказываюсь. Пусть смотрит, а вот принять приглашение или нет – подумаю. С папой посоветуюсь.
Доехали мы до Хога шумно, обсуждая все то, что накопали друзья на две противостоящие друг другу организации. По словам Энтони, который пообщался с бабушкой, а она была боевым аврором, участвовала в противостоянии директора и Грин-де-Вальда, и жила в Америке, так там и живет. Так вот, Культ Хроноса - это не только волшебники, владеющие временной магией, следящие за временем и выявляющие нарушения и преступления против Высшего, а так же волшебники, с ними сотрудничающие, не имеющие к магии времени никакого отношения. Например некроманты или рунологи или зоологи. Кто угодно. Культ Хроноса – это что-то вроде Ордена Феникса, но мирового масштаба.
А вот секта Сатурна принимает в свои ряды исключительно магов времени или волшебников-пустынников, владеющих песком. Опять же, песок, часы, логично. Если верить записям старых расследований, связанных с расследованием, которые проводила бабушка Энтони, то у сектантов даже своего рода отбор был, что-то проверки на профпригодность. Опять же, это всего лишь записи и кто знает, может так, а может, нет.
Девочки же откопали информацию по сотрудничавшим с Культом волшебникам. И как оказалось, в прошлом, века так три назад, первыми в списке помощников были некроманты и род Поттер, точнее Певерелл. На вопрос Аларика с чего, Дафна ответила:
- Род Поттер вышел из рода Певерелл, лет так пятьсот-шестьсот назад, а те, если верить историческим записям потомки самой Смерти. За эти пять-шесть веков у Поттеров нет-нет да проснется дар некромантии, но, когда волшебники забыли истинную силу некроманта и начали путать их с чернокнижниками и демонологами стали прятаться и дар некромантии вышел из рода Поттер, ушел в сторону артефакторики. И последний лорд Поттер, Карлус Поттер был артефактором. А вот Джеймс Поттер, - смотрит на меня Даф, - они с твоим папой учились вместе…
- … в курсе…
- … так вот, он этот дар не унаследовал. А их с магглокровной волшебницей сын пропал. О нем ничего не слышно. Вот так как-то… - печально сказала Даф.
А я сидел и крутил в голове мысли, когда же мне можно будет начинать постигать основы некромантии. После того, как образовался культа Хроноса, некроманты присоединились первыми и поддерживали культ до последнего дня его существования. Уверен, раз секта Сатурна снова активизировалась, то и Культ, скорее всего так же возродится и начнет активные действия против похитителей времени. Вопрос в том, кто начнет созыв волшебников.
Думаю, я и Даф, как потомки некромантов будем принимать непосредственное участие. Но, это не точно. К тому же мы дети, школьники, и не нам тягаться с великовозрастными дядьками и тетьками. За этими мыслями мы приехали, переоделись, взяли вещи и вышли из купе. Шли к каретам с фестралами. Видеть фестралов могла и Луна с Асторией, они, как и мы с Даф в том году не могла оторвать взгляд и касалась руками морды, ушей, загривка и крупа. Говоря:
- Прекрасные создания, - говорит Луна. И мы все те, кто их видит, с ней согласны. Тони и Рик отмахнулись и сказали время и ужин. Есть хочется. рассмеялись и сели в кареты. Доехали до школы, разошлись по своим факультетским столам и ждали будущих первогодок. А пока профессор Макгонагалл толкала вступительную речь, ко мне подсел капитан и шепнул:
- Мор, в субботу отборочные, жду тебя, - смотрит на меня, а я на папу. Он понял, что я имею в виду, кивнул и я ответил:
- Раз отец не против, то я попробую, - капитан посмотрел на папу, благодарно кивнул, тот в ответ и кэп вернулся на свое место. А с профессорского стола на меня смотрят глаза Люпина, и я не знаю, хочет он меня порвать или расцеловать.
И первый, и второй вариант меня не устраивают. Я вообще хочу в этой жизни с ними как можно позднее пересечься, а лучше вообще не пересекаться. Что первый, что второй меня разочаровали. В той жизни я им верил, всем их словам. Можно сказать - боготворил, а после смерти, перерождения и нового витка истории, в котором я оказался вовсе не Избранным и не Героем. Не могу видеть их обоих, как Сириуса, который предпочел пытки и казнь Петигрю и последующий этому срок в Азкабане, а после освобождения даже не подумавшего найти меня, так и Люпина. Не знаю причин его отсутствия и тишины все эти года, но, мне все равно, какой бы причина не была.
- Мор, пошли спать, - толкает меня в плечо Рик, - ты совсем в мысли ушел, раз пир пропустил. О чем думаешь? – спросил Рик, а я отмахнулся, мол, так, просто задумался, - по делу? Или о своем?
- О своем. Это касается наших с папой общих знакомых. Думаю, что они будут в этом году активно, но тихо и филигранно вести войну. Как в старые-добрые, - на вопрос, что я имел в виду, сказал: - папа и профессор Люпин и Блэк в школьные годы враждовали. Точнее, они выбрали папу в качестве объекта для шуток. А смешно было исключительно им. Масштаб и шутки были отнюдь не детскими. И еще нападали они на папу группой , на одного, исподтишка.
- Фу, - говорит Астория, - мерзко и не по чести, - говорит девушка. А мы с ней солидарны, - понятно теперь, почему твой папа и профессор Блэк так друг на друга смотрят, словно мысленно убивают или пытают. А тут еще и профессор Люпин. Профессору Снейпу тяжко придется.
- Я с ним… - больше мы эту тему не поднимали. Решили, если что, то пакостить в ответ на любой выпад в сторону папы от Люпина и Блэка. А пока мы разошлись по комнатам, привели вещи и себя в порядок, переоделись, приняли душ и спать. Утром у нас ЗОТИ, потом УЗМС, а после обеда Зелья со Слизерином, хоть это радовало. Веселый первый учебный день.
Глава 9
Отступление.
Бродяга
Канун Рождества, все готовятся дарить и получать подарки, а я, как всегда иду на могилу лучшего друга и Лили. Это стало для меня традицией, как и видеть раз за разом Снейпа с сыном, стоящих у могилы Лили с букетом белых лилий. Я каждый раз приходя в канун Рождества вижу их, и каждый раз задаюсь вопросом, почему по Лили плачет мальчик? Кто он ей? Ладно Снейп. Он по Лилис в школе сох, оно и понятно, но парень? Вижу, как он, склонив голову, присев у надгробия ее могилы что-то говорит, иногда улыбается, иногда поджимает губы, попутно смахивая слезу, но, разобрать не могу. Слишком далеко я от них стою, даже по губам не прочитать. Но, в этот раз у меня есть помощник.
- И для этого, ты взял с собой меня? – возмущался Луни тем, что я тащу его на кладбище за день до полнолуния. Ему бы отдыхать и готовиться, а я тут с загадкой и просьбой, - ну, ходят они к Лили на могилу, в чем проблема? Не понимаю!
- Луни, просто постой со мной рядом и послушай, что там бормочет этот сопляк, мне надо знать! Ладно, он с ее могилой разговаривает и цветы кладет, но он плачет или улыбается, словно она ему родная. Немыслимо просто! – настаивал я на своем, а друг махнул рукой и согласился, мол, ты и мертвого уговоришь.
И вот, мы стоим и смотрим, как Снейп и его сын идут к могиле Лили, в их руках, по традиции букет белых лилий, сами они закутаны в теплые мантии и шарфы, от дыхания выходят облачка пара, парень передергивает от холода плечами, рука Снейпа на его плече и снова возложение букета и слова. Луни слушал и с каждым словом глаза его теряли человечность, нарастал рык. Он готов был броситься на парня и его отца, а за что, так оказалось:
- Он назвал Лили мамой!
- Чего? – не понял я, - Луни, ты ничего не перепутал? – тот рыкнул уже на меня, держал себя в руках и говорил, что нет, он слышал четко: «- Привет, мам. Это снова мы. У нас все хорошо. Папа – работает, я – учусь. Уже на третьем курсе…» и так далее, - это что же получается, у Лилс был роман со Снейпом? – возмущался уже я. На что Луни отвесил мне подзатыльник и обвинил в тупости.
- Придурок! – рыкнул волк и пошел в сторону могилы. А я следом за ним.
Его удар и упрек во мне что-то всколыхнули и перевернули. Я понял, почему Луни так отреагировал и кто на самом деле Мортимер Снейп. Вопрос в другом, как так получилось. А это мы выясним у Снейпа. Луни уже стоял и разговаривал с ним и его сыном. Парень не поднимал на Люпина взгляд, смотрел на мемориальную запись и возложенный букет. Как и не обратил внимания на меня, лишь после слов:
- Сохатик! – и хотел коснуться его плеча или потрепать по волосам, прижать к себе и заключить в объятия, как на меня посмотрели зелеными, убивающими, как Авада глазами и откинули руку, сказав:
- Я не Сохатик, профессор Блэк, и не щеночек и не кто-то еще. Я – Мортимер, Мори, Мор. Не знаю, кого вы во мне увидели или рассмотрели, огорчу, вы ошиблись. Пойдем, пап, - смотрит на Снейпа, а я тянусь к его руке, хочу коснуться, но ее перехватывает Луни.
Мы смотрим в след уходящим, оставляющим на снегу следы, а в сердце рана и боль. Почему Гарри так со мной и Луни поступает? Почему он признал отцом этого недопожирателя? Что такого сделал Снейп, что крестник с ним, а не со мной. все это я говорил вслух, Луни ответил:
- Потому что ты, Бродяга, выбрал месть Питеру, а не Гарри. В ту ночь, ты мог забрать его к себе, воспитать, стать ему отцом. А что ты сделал? Бросился искать и догонять Хвоста, мстить за смерть друзей, оставив Гарри одного в самый трудный для него час. Как и я. Убежал на поиски логова пожирателей по приказу директора. Нам с тобой нет оправдания, Бродяга. И парень в своем праве так себя вести.
- Но, он теперь Снейп! Он называет отцом его, а не меня! Его отцом должен быть я! – показываю в сторону ушедших, меня все еще трясет от гнева, злости и желания вспомнить наши с Нуниусом школьные годы.
- Да, должен был им быть. Но, его отец – Северус, потому что он сделал для Гарри гораздо больше, чем мы с тобой. Мы ничего не сделали, бросили его там, рядом с телом Лили в разрушенном доме. По сути, Снейп мог его и не забирать. Кто он ему? Он мог оставить мальчика там, пока за ним не пришли бы органы магической опеки или директор с Минервой. Но, он взял его к себе, воспитал и обучил. Признай, Мортимер достойно воспитан, начитан, не зря он на Когтевране. И манеры с этикетом так же присутствуют. И это заслуга Снейпа, а не наша с тобой.
- Но…
- Бродяга, прими как данное, мы – облажались. Сохатый и Лилс доверили нам ребенка, сделали тебя крестным, но мы не оправдали их надежд, упустили шанс быть семьей, - рука Луна на моем плече, поддерживает и подбадривает, - лучше напои меня виски и дай провести полнолуние в тишине и спокойствии. А парня оставь в покое. У него своя жизнь, у нас с тобой своя.
- Ты как всегда прав, Луни.
- А раз прав, пошли, - тянет меня за собой, перемещаясь аппарацией в дом на Гриммо. И чтобы я без друга делал?
Скорее всего, устроил бы со Снейпом, на глазах парня драку, выясняя отношения и требуя отдать ребенка мне, забыть о нем и даже не смотреть в его сторону. Сопровождалось бы магией и проклятиями, а возможно и Непростительными. И кто знает, чем бы это закончилось. Однозначно ничем хорошим. Как для меня, так и для Мортимера. Он меня не признает и отвергает. Но, это не значит, что я брошу попытки найти с ним общий язык.
Мы с Луни переместились на Гриммо 12. Кричер с неохотой накрыл на стол, бубня под нос, говоря о недостойных отродьях и грязных нелюдях. Получив словесный пинок, эльф зашуршал на кухне, а я взял из отцовских запасов бутылку виски. Разлил по стаканам и протянул другу. Его и меня разморило от выпитого и мы разошлись спать по комнатам. О подарках и думать забыли, к драклу их! Как и само Рождество. Как и традицию навещать могилу друзей в этот день.
Глава 10
Мор
Третий год начался спокойно и прошел относительно ровно, без эксцессов и приключений. Уроки, прогулки в Хогсмид, совместные посиделки в библиотеке. Как по учебе, так и по культам и сектам. Все было тихо и мирно. Первый месяц. А потом случился Роджер Дэвис – капитан команды, который вспомнил обо мне, или ему напомнили, узнаю кто – прокляну. Он таки уговорил меня пройти отборочные просмотры. Предоставил на выбор две должности: или место вратаря, Пейдж заканчивает школу в этом году, ему не до квиддича, или место загонщика, для Дункана, как и Пейджа этот год последний. я пытался спрятаться или сказать, что занят и у меня уроков много, но, Роджер крайне настойчив:
- Снейп, марш на поле! – кричит капитан через весь стол, а я смотрю на папу. У нас с ним был разговор о пробах в команду, мне было сказано лишь раз, больше разговор не повторялся. Папа сказал, что попробоваться на одно из мест - стоит, понравится – соглашусь, нет – отказаться всегда успею.
И я снова искал взглядом поддержки у папы, а он никак не отреагировал. Лишь улыбнулся уголками губ, скрывая эту улыбку за чашкой кофе. Вот и пришлось мне плестись на поле, бурча под нос, что дел у меня нет, кроме как играть. Роджер, чтобы я не сбежал или по пути не потерялся, вел лично на поле, перекинув руку через шею, закинув на плечо, а по пути приговаривал:
- Не сбежишь, пройдешь отборочные как миленький, Снейп!
- Угу, - буркнул я.
В итоге, я таки прошел. И не на загонщика, а на вратаря. Было еще трое претендентов на это место: Бут, Крнер и Луна. Девушка, увидевшая меня уходящим с кэпом, пошла следом, заняла место на трибунах, чтобы поддержать, а этот жест посчитали за участие в отборочных матчах. Но, вратарем все же выбрали меня. Интересная позиция. Завлекла и я согласился сыграть в предстоящих матчах.
Первым будет Слизерин. Тяжелая команда, Флинт жесткий и грубый стратег, играющий на грани нарушений правил. Помню я нашу львиную игру против зеленых. Тирания охотников, постоянные столкновения с загонщиками. И как Оливеру бладжером прилетело - тоже помню. Будет трудно. Но, мне легче, потому что финты Маркуса меня не пугают.
Игра со Слизерином, как и с Гриффиндором прошла в нашу пользу. Едва-едва, но мы вырвали из-под носа змей победу. На последних минутах Чжоу перехватила снитч, стерев разницу в счете, выйдя вперед. На пятьдесят очков, но мы их выиграли. Итоговый счет: 90/270. Как оказалось, пропустить 120 – нормально. Для новичка тем более. От капитана и команды эти слова – благодарность.
Так и прошло время, за учебой и уроками. Что касается профессора Люпина и Блэка. На папу они смотрели волком, на не принимали активных действий. То ли слава дуэлянта и боевого волшебника дошла, то ли гадость масштабнее планируют. Кто знает? И лично о Люпине. Как и в прошлой моей жизни, раз в месяц отлучался по пушистым делам, а уроки заменял Хагрид. В этот раз Клювокрыла не было, зато был акромантул. «- Маленький, хорошенький!» - это слова Хагрида, не мои. А так, в целом, уроки как уроки. Руны и Нумерология – тяжело, но интересно. Со скрипом и руганью, бессонными ночами и сном с книгой в обнимку – дело сдвинулось. Помимо этого помогала Дафна.
Кроме учебы и выполнения заданий от профессоров, мы продолжали усиленно заниматься поисками информации по секте Сатурна, культу Хроноса, с достоверными и проверенными упоминаниями в хрониках и истории, за тренировками и играми, за всем этим не заметил, как пролетел ноябрь и наступил декабрь. Еще немного и Рождество. Этот день, как и другие для нас пройдет в тесном, семейном кругу, я и папа. Сначала мы возложим букет цветов маме на могилу, а потом к камину есть пирог и пить горячий шоколад. Ничего с годами не меняется, традиции соблюдаются.
- Мор, - зовет меня Дафна, а за ее спиной Астория, - мы хотели пригласить вас с профессором Снейпом на рождественский ужин, - а за спиной Астории маячит Малфой и Нотт, - там будут и они, - не оглядываясь, показала рукой на парней. А те делали вид, что не в курсе, о чем речь.
- Мортимер, приходите с крестным к нам, в Малфой-менор, мама будет рада вас увидеть, а с отцом крестный найдет о чем поговорить.
- Или к нам, - смотрят на меня сестры. А я не один сижу, со мной Луна, Аларик и Энтони, намек на них, и Астория с Дафной приглашают и их. Говоря: - всей нашей дружной сине-зеленой компанией.
- Мор, что скажешь? – шепчет мне Луна.
Она будет рада пообщаться с Асторией, ее матушкой, которая когда-то давно, еще в школьные годы дружила с ее мамой. Аларик и Энтони тоже не против, решение за мной. И я не отказал. Лишь сказал, что с папой будем разговаривать мы всей дружной компанией. И мы «за» ужин у семьи Гринграсс. Малфой пусть потом приходит, если захочет или у него время будет.
На этой радостной для сестер и нас всех ноте, мы пошли к папе. Взгляд он имел удивленно-сердитый, что без него, его женили. Так, вроде, тетя Петунья говорила. Но, он согласился провести вечер в компании семьи Гринграсс. Как сказал, есть что обсудить. Думал, все, полугодие закончилось спокойно. Сдали полугодовые экзамены, закрыли на зимнее время квиддичный турнир факультетов, наступили каникулы. Мы с папой дома, переодеваемся в теплую мантию, на шее шарф, а в моих руках букет. Аппарацией оказываемся у окраины кладбища. Снова слова приветствия и рассказ, как прошел год. Но, в этот раз на кладбище мы были не одни. Наш разговор подслушивал Люпин. За день до полнолуния Сириус вытащил его в люди – идиот! Первым вышел Люпин, глаза горят волчьей сущностью, темная магия колышется и рвется наружу. Но, он сдерживается. Знает, что было и что будет, выпусти он зверя на волю. Пообщался с отцом на предмет моей личности, узнал, как так получилось. А папа сказал:
- Я не намерен обсуждать свои действия с тобой, Люпин! – тот было заикнулся о его пожирательской деятельности, - как и мое прошлое. Мор для меня все, - смотрит с любовью и заботой в глазах, - он дал мне смысл жизни, - а потом упрек, и толь ко ему, а еще и Сириуса: - а где были вы с блохастым? – показывает на идущего Сириуса, - в делах, заботах? – говорит резко, грубо, но при этом тихо, не повышая голос.
Дальше выход Сириуса, излюбленное: «Сохатик!» и я не выдержал. Чуть не послал, сказал, как меня можно называть, что он ошибся, принял меня не за того, и чтобы не сделать глупость, просто попросил папу уйти. А дома мы устроили дуэль до потери сознания, с полным магическим истощением. Как итог: - я лежал все Рождество. Ни о каком визите к Дафне не шло и речи. Написал записку, сказал, что заболел, получил ответ: «выздоравливай» и прилагающийся подарок.
- Интересный выбор, - шепотом сказал я, рассматривая висящий у самого носа кулон с Дарами Смерти. На черном шнурке серебряный кулон и записка: «Владельцу младшего Дара», - и да, мантия. Где моя мантия? Вот в чем вопрос.
Глава 11
Третий год закончился странно. И это никак не связано с повышенным вниманием Сириуса, норовящего утащить меня в уголок и пообщаться. И не с делами секты. А с темным лордом. И это мои личные неприятные ощущения и вопящее предчувствие, к друзьям не имеющие никакого отношения. А может, я просто на подсознание опасаюсь четвертого курса. Ведь вся жесть и кошмар начался именно на Чемпионате Мира по Квиддичу, и далее на Турнире, в котором мне пришлось принимать участие. Надеюсь, это просто мандраж перед Чемпионатом и четвертым курсом.
Поэтому, я отвлекался как мог, благо есть такая возможность. Культ Хроноса и секта Сатурна, о которой удалось нарыть кое-что еще в закромах исторических архивов, аж времен Основателей. С направлением поисков нам помогли близнецы Уизли. Они, как это бывает, творили свои изобретения, искали новые сочетания зелий и заклинаний, чар, в общем все, что вызовет очередной возглас восторга. Чтоб у всех челюсть упала и сказаи: «Вау!». В один из дней собрания нашего кружка по интересам, близнецы, ошивающиеся неподалеку от секции с хронофантастикой и изобретателями хроноворотов нас услышали и застали нас с ребятами за книгами о культах и сектах, промышляющих кражей времени или его изучением.
- У-у-у-у! – зашел справа Фред.
- Вот так литература! – слева Джордж, восторгаясь книгами и расчетами, нами всеми, общими усилиями произведенным. Среди записей еще и папины расчеты, и пометки Малфоя, но, большая все же наша.
- И много накопали? – смотрит на записи, - вижу, много.
- О каких сектах и культах информацию нашли? – Рик хотел показать книги и записи о сектах, о которых нашли лишь исторические упоминания, а так же те, о делах которых есть неоспоримое доказательство. Но, Дафна резко закрыла фолиант и показала всем видом, что им здесь не рады. И что это не их ума дело.
- С чего нам вам отвечать и о чем-то рассказывать? – встала в позу Дафна, рядом с ней стояла Астория, так же руки в бока. Рыжие подняли руки, типа признавая поражение, и продолжили говорить о причине повышенного внимания к нашей компании.
- Принцесса, мы с деловым предложением о помощи, - близнецы еще раз переглянулись и рассказали то, что помогло нам продвинуться на шаг вперед, указали на ниточку, которая приведет нас или к сектанту или к тому, кто его сдаст. Информация следующая: - оказалось, секта Сатурна, о которой нам стало известно еще в том году, была основана неким Морфином Мраксом 1, он являлся вторым или третьим внуком Слизерина, точно не указано.
Но, точно и доподлинно-известно, дела своего предка род Мракс продолжал на протяжении столетий. И лишь в прошлом тысячелетии свою деятельность прекратил. Почему? Так просто. Род Мракс выродился, не было в семье Мракс волшебников, способных вести последовать и поддерживать имидж секты на достойном уровне. Вот и заглохло дело поколений. Но, по ходу, кто-то эстафету у рода Мракс перехватил и секту возродил или близок к этому.
- Дела-а-а! – протянул Аларик.
А кто этот загадочный волшебник, воскрешающий секту из пепла, мы так и не поняли. Оставили поиски главаря на четвертый курс. Не успеем мы поисковую сеть расписать, снова нужно много времени, книг и архивных записей. А на нас и так смотрят как на психованных. Мадам, наверное, думает, что мы в сектанты податься собрались или в культисты. Поэтому мы учились, доигрывали оставшиеся матчи, получали баллы и подводили итоги.
Кубок по квиддичу взяли Слизерин. Обогнал и нас на тридцать очков. А вот кубок школы достался нам. Уже мы обогнали Слизерин на сто очков и Пуффендуй на семьдесят. Так что змейки по школе третьи. А потом складывали по чемоданам вещи. Напоследок собрались нашей дружной сине-зеленой компанией, прогулялись по Хогсмиду. Зашли к мадам Розмерте. Разбились по парочкам. Мы с Даф, Астория с Энтони, а Луна с Алариком. А потом собирать оставшиеся вещи и спать. А утром по домам – каникулы!
***
Темно, мрачно, сыро, в затхлом, спертом воздухе витает запах гнили и плесени. Тихо. Лишь оконная створка от порывов ветра бьется о стену, да поскрипывает старя, покосившаяся дверь. Комната видавшая виды, в которой ничего, кроме разваливающего кресла и подобия на камин не осталось. В кресле, у камина, грея в едва тлеющем пламени руки, сидит человек. От человека в нем мало что осталось. Скорее это – скелет, обтянутый сухой, бледной, как мел кожей или призрак ставший осязаемым. Мужчине на вид лет семьдесят. Впалые щеки, залегшие под глазами цвета крови борозды глубоких морщин, покрывающие все лицо старика, высокий лоб, на который падают редкие седые пряди, спускающиеся ниже по плечам и спине. Обтянутые сухой, безжизненной кожей скулы и подбородок, такие же у старика и руки. Худые, в старческих пятнах и морщинах, с виднеющимися венами и жилами под кожей, с тонкими, длинными пальцами, на одном из которых блестело кольцо рода Мракс.
- Я вернулс-с-с-ся! – шипение и неосознанный зов на грани парселтанга заставил того, кто спал крепким сном проснуться. Вскочить с кровати и истошно завыть, держась за побелевший много лет назад шрам. Проклинать и желать издоху, лишь бы боль прекратилась. Как и видения, насылаемые лордом. А лорд улыбался сухими, бледными губами. Он не знал, что о его возрождении уже известно, думал, устроить своим последователям неожиданный сюрприз. Но, не выйдет. Его ждут.
Мор
- А-а-а-а! Больно! – мой истошный вопль боли посередь ночи и мелькающие перед глазами картинки, это воспоминания, его последние воспоминания. Голова разрывается, белесый шрам жжет огнем адского пламени, капает на глаза кровь. Мне жутко больно и одновременно противно видеть все это. Ведь последним воспоминанием была смерть мамы, дальше лишь обрывки и смазанные силуэты. А потом тринадцать лет бестелесного брожения по миру и в межмировом пространстве. И не так давно он нашел кольцо, то самое проклятое кольцо Мраксов. Его крестраж. С его помощью он возродился. Как? Понятия не имею. Надел на палец и приобрел телесность.
- Мори! – вбегает в комнату папа, а в его руках аптечка, - дай посмотрю, - откидывает волосы в сторону, обрабатывает шрам, смывает кровь и накладывает охлаждающую мазь, а потом повязку. Прижимает меня к груди, в кольцо рук - успокаивая, а я все еще скулю, плачу и хлюпаю носом, то ли от боли, то ли от видений-воспоминаний. Когда немного пришел в себя, ненароком коснулся папиной руки, тот шикнул.
- Метка? – спросил я папу, а он отогнул рукав пижамной рубашки и показал черную, шипящую метку, с горящими алыми огнями в глазницах черепа. Змеи шипели и звали лорда, а я зашипел в ответ: - папу ты не получишь, змеемордый! – а потом: - ой!
- Парселтангом давно владеешь? – кивнул, - от него или? – отрицательно мотнул головой, а папа прижал меня к груди, касаясь макушки, гладил и успокаивал тупую, ноющую боль. А на счет парселтанга сам догадался: - Поттер же, явно от дальних предков. Певереллы, ты их потомок, змеиный язык их наследственность. А некромантия? – пожал плечами, мол, не знаю. А папа сказал: - разберемся. Спать ложись, лорд дал о себе знать. Больше от него привет ждать не стоит. Кому надо пусть ищут, а я, если что всегда могу сказать – шпионил за директором. И мне есть что рассказать, - улыбка и касания по волосам, плечам и спине. Папа сидел со мной до тех пор, пока я не уснул.
Глава 12
Как и в прошлой жизни, четвертый курс начался с Чемпионата мира по квиддичу. Но, в этот раз все прошло куда лучше и спокойнее. Во-первых: - мы с папой были официально приглашены лордом Малфоем и леди Нарциссой, а также мистером Гринграссом, но, вежливо и тактично всем отказали. Энтони и Аларик так же звали меня, как и Луна. Я просто сказал, что не хочу смотреть на выпендрежника Крама, который задирает нос, а потом как шкаф, упадет с грохотом и треском. Я знаю, о чем говорю. А Чемпионат мы с папой и по записям с кристаллов посмотрим. Друзья отказ приняли и поняли, не настаивали. Были попытки Сириуса и Люпина позвать меня на Чемпионат, на их приглашение резкое и короткое «нет». Больше попыток не было.
Во-вторых: - Крауч-младший. Он как сидел в Азкабане, так и сидит и устраивать побег ему никто не собирается. Матушка его скончалась не так давно, а ведь именно она поменялась с ними местами, и доживала свои дне в Азкабане под его личиной. А он находился подле отца под Империусом, скрытый мантией-невидимкой. Следила за ним Винки, его личная домовушка. По крайней мере, так было в прошлой жизни. К тому же, в моем видении, лорд был у камина один, значит, никаких подстав и подмены личности с помощью оборотного зелья не будет.
В-третьих: - Турнир Трех Волшебников. Папа сказал, что он в этом году состоится. А я не переживал и не расстраивался, даже если придется участвовать. Хотя, мне не хотелось бы повторения того года, когда каждый зеленый, алый, желтый студент, так и норовил ткнуть тебя в то самое, говоря, что мне славы мало. В этой жизни вся слава у Долгопупса. Только, что-то нет у Героя и Избранного тех испытаний на прочность и выдержку, стойкость и смелость, мужество и отвагу, что пришлось вынести мне, начиная с первого курса. Он живет, нос кверху задирает, всем о своем героическом будущем рассказывает, а на деле лишь воздух сотрясает.
В-четвертых: - Лорд призвал своих сторонников, всех Пожирателей без исключения. Отказ явиться считался, как предательство. Папе пришлось участвовать в собрании, переноситься в тот самый полуразвалившийся дом Мраксов. Его не было сутки. А потом он ввалился в квартиру через камин и отходил от общения с лордом несколько дней. И это ему еще повезло. Малфоя и Паркинсона домой аппарацией Кребб с Гойлом доставляли. Папа легко отделался. Зато в глазах лорда он – верный сторонник и шпион в стане врага.
- Мор, ты готов? – спросил папа. А я вещи собрал, учебники и канцелярию сложил, новые котлы и ингредиенты тоже. Как и наши с ребятами записи и наработки. Мы с папой их немного проштудировали и до кое чего дошли. Этим я с ребятами поделюсь в поезде.
Папа касается моего плеча, и мы аппарацией переносимся на платформу. А там друзья с родителями. Сестры Гринграсс, Луна, Рик, Тони. Подошли к ним, папа оставил меня на мистера Лавгуда и перенесся в школу. Пока шли к поезду, видел Малфоя и Нотта, просто кивнул им, те в ответ. Так же видел близнецов Уизли, неподалеку стоящего Роджера, махающего мне. Потом Пенелопу и Роберта, собирающих младших, ставших вторым курсом. Этот год для старост последний. В следующем году, в каникулы, будут выбирать новых. Надеюсь, меня эта милость минует.
Нашли купе, расселись по креслам. Луна с Даф и Асторией, а мы с ребятами. Обсуждали каникулы. Мне все-таки рассказали о Чемпионате. Как и в прошлой жизни, Крам выкинул номер. После свистка поймал снитч, выполнив какой-то умопомрачительный финт. Все в восторге, кипятком писали от лицезрения и восторга, а на деле банальная показуха. Ведь если бы он на последних секундах матча это сделал, выполнил сложнейшее пике и пятерное сальто, схватив сничт – честь ему и хвала. А так, он просто выпендрился. Мол, смотрите, как я могу!
Дальше разговор ушел в летние каникулы и отдых, кто где был. Мы с папой никуда особо не выбирались. Он большую часть времени проводил в школе, готовился к новому учебному году, подрабатывал в Мунго, варил зелья на заказ, а я был подле него. Помогал как с зельями, так и с уроками для первогодок. Он спрашивал меня, как смотрелись его уроки на первом курсе. Сказал, что для меня привычно, а вот, например, магглокровкам, которые знать ничего о магии и зельях не знают – пугающе. Он меня услышал.
Друзья о своих каникулах и путешествиях рассказывали наперебой. Кто-то в гости к родственникам в Париж, кто-то в круиз на лайнере, кто-то к родственникам в глухую деревушку. Веселые у всех выдались каникулы. И лишь мы с сестрами переглянулись. Наши каникулы омрачил темный лорд, его возрождение и призыв родителей. Они, как и я, были рады видеть живого отца. Запытанного, едва стоящего на ногах, но живого. Естественно, мы не скажем друзьям о том, что темный лорд воскрес. Он, пока что, армию тьмы не созывает, магглов и магглокровок не пытает и мир захватывать не собирается. Ему бы в себе разобраться. Силы магические и физические восстановить.
За всеми этими мыслями и разговорами мы приехали к станции «Хогвартс». Переоделись, вышли и к каретам. А там в школу к своим столам. Увидел папу – улыбнулся, от улыбки Сириуса и Люпина она тут же пропала. Директор как всегда на своем месте, с трепетом и обожанием смотрит на алый факультет, на своего Героя и Избранного. Он рассказывает о своих жестких и выматывающих тренировках, о том, что за это лето он стал еще сильнее и выучил кучу новых Чар и Заклинаний, даже Непростительному Империо может сопротивляться. Хвастался своими литыми и натренированными бицепсами и кубиками пресса. Даже говорил Уизли и Финнигану пробить пресс, а девочкам разрешал потрогать его руки, какие они сильные. Короче, жесть и мрак, а не герой!
Распределение прошло, к нам присоединились еще пятеро младших. Роберт и Пенелопа представились, кратко сказали к кому, если что можно обращаться за помощью, если вдруг появятся трудности. Первыми назвали девочек:
- Луна, Астория, - потом показала на друзей: - Энтони, Аларик, Мортимер, - я смотрю на Пенелопу, а та продолжает, - эти ребята частые гости библиотеки, помогут и подскажут что почитать. Они одни из лучших учеников на своем потоке. Мортимер еще за команду играет, и еще, - шепотом, взглядом показывая на стол профессоров, - он сын нашего профессора по Зельеварению, - младшие посмотрели за стол, папу они без подсказки Пенелопы нашли, мы с ним похожи, - не пугайтесь, профессор на вид только грозный, а на деле добрый и милый, - успокаивала младших девушка.
- Пенелопа, думаю, отцу эти слова понравятся, он тебя отблагодарит, как именно, ты знаешь, - шепот и улыбка, скрываемая за чашкой, опущенный взгляд и легкий смех, проявляющийся слегка подрагивающими плечами.
- Эм, Мор… лучше не стоит передавать профессору мои слова.
- Думаю, вы и так поняли. Отец у меня строгий и требовательный, но границы и пределы знает. А то, что он такой хмурый, мрачный, пугающий и одет в черное, так надо соответствовать. Он – декан Слизерина, - всем все понятно и больше отца мы не обсуждали.
Когда пир закончился, разошлись по гостиным. Старосты вели младших, знакомили их с дорогой от зала к башне факультета. А там, у картины рассказывали правила, а в самой гостиной о факультете, и о нашем декане. Потом слово взял декан, дал младшим напутствие и отправил их спать. Как и нас всех. Расписание нам Пенелопа и Роберт раздали, и первым стоит как раз Зельеварение. И что странно. Зельеварение у нас всегда было с пуффендуйцами, а в этот раз поставили с гриффиндорцами. Ну, и ладно.
Глава 13
Странности продолжались. И я не имею в виду расписание и активное сближение наших курсов, синего и алого. Директора в этом году непонятно что дернуло поставить на сдвоенные предметы нас с Гриффиндором, а не со Слизерином. Раньше, нас объединяли с Пуффендуем, редко со Слизерином и всего на одном двух уроках с Гриффиндором. А в этом году уроков с Гриффиндором стало катастрофически много. Это: Зелья, Трансфигурация, ЗОТИ, Чары и факультатив по Нумерологии и Рунам. Со Слизерином остался лишь: УЗМС и История магии. А с Пуффендуем: Травология и Астрономия. Странный выбор напарников, но, с директором не поспоришь, ему видней.
Странность в другом. Я видел моменты из жизни лорда или воспоминания его прошлого. Но, в этот раз все как-то по-другому. Спокойно, что ли. Словно я рядом, стою за его плечом. Просто вижу и все. Как в омуте памяти, со стороны, а не являясь частью этого видения, как было в прошлой жизни. Нет той жуткой, разрывающей голову и мозг боли, постоянных кошмаров, метаний в кровати в бреду и срывающих горло криков по ночам. Никаких ощущений, словно я это он или его гадина. Нет, явно что-то не так. А еще слова Хроноса, всплывшие в воспоминаниях. Я и лорд связаны душами, сущностями. Что он имел в виду?
Искать информацию я стал не сразу. Навалилось много. Часовых уроков в этом году больше, заданий еще больше, а у меня еще тренировки по квиддичу, и плевать, что Турнир, форму поддерживать надо. Кроме того, Роджер искал себе замену на следующий год. Выбор был между мной и Чжоу. Я ставил на китаянку. В капитанстве не заинтересован. Но, это решать декану, как и выбор старост. И мы пока не заморачивались, целый год впереди. Мало ли кандидатур найдется? Учились, гуляли в Хогсмиде, обсуждали тупость гриффиндорцев. Как сказала Астория, повторяя слова папы, у них девиз: «слабоумие и отвага».
Не заметили, как подкрался Хеллоуин, а с ним и приезд школ на грядущий Чемпионат. Втихаря от всех я ушел в библиотеку, искать объяснение тому, что со мной происходит. Как именно я и лорд связаны; душами ли, жизнями ли, а может, магией? Обложился книгами, записями, работами, исследованиями, как это бывает, по всем возможным связям и союзам, и нашел:
- Твою мать! – ругался я громко, крайне нецензурно, но шепотом. С найденной книгой и описанием конкретного ритуала, связавшего нас с лордом, я шел к папе. Приветствие уже давно прошло, о Турнире и правилах всем рассказали. Как и об ограничениях. Гости вернулись к себе: болгары на корабль, французы по каретам. Общее с нами расписание получили. Я шел в кабинет отца в подземелье.
- Мор, ты, где был? – спрашивает папа, а я вместо ответа положил на его стол книгу, показывая именно то, почему не был на пиру и не приветствовал гостей. Даже сказал почему никому не рассказал. Папа развернул книгу к себе, и внимательно читал ритуал. С каждой секундой брови папы опускались ниже и ниже, а вид он имел мрачнее обычного. Перечитал еще раз, уточнил о пунктах, мои ощущения и состояние во время этих снов и видений. А я говорил:
- Все так, как и описано в книге. Видение со стороны, спокойное, не навязчивое, без боли и кошмаров. И я не ощущаю себя лордом или его змеюкой, нет. Я словно стою рядом, как вот с тобой, слышу все о чем он говорит, всех с кем общается. Словно я погрузился в омут памяти и смотрю воспоминания.
- Фамильяр! Как так получилось? Когда и кто провел этот ритуал? – папа откидывается на спинке кресла, потирая переносицу, думая, что делать и как быть. Я знаю, когда и кто эту связь между нами установил, но сказать не могу. Не потому что не хочу, а потому что не знаю, можно мне рассказывать об этом или нет. Прямого запрета от Хроноса не было, но и разрешения тоже.
Что делать с этой связью папа не знал. Как ее разорвать тоже. Но, мы с ним договорились хранить об этом молчание. Никому не рассказывать. Искать способ избавиться от нее. Папа отпустил меня спать, я шел к башню факультета. Гостиная, комната, а там друзья, смотрящие на меня. В глазах паника и шок. Спросил, что их так взволновало, они показали на мою кровать. А там письмо. Сказали, что не знают, кто и когда принес, просто появилось и все. На магию проверил, на приворот и яды тоже, открыл и сел на кровать, чуть не рухнув мимо.
«Мистер, Мортимер Северус Снейп!
Приглашаем вас на встречу в 15.00 в деревне Хогсмид, в это воскресенье. Место встречи: «Кабанья голова»
С наилучшими пожеланиями К.Х.»
- Мор! – звал меня Рик, тряс за плечо, спрашивал и снова тряс, спрашивая: - кто написал? Мор! - а я не отзывался. Был в шоке. Культ Хроноса не просто существует, а еще и пригласил меня на встречу. Зачем? С какой целью? И неужели мы с друзьями оказались правы и то, что происходило на втором курсе, дела секты Сатурна.
- Да, я здесь, - немного пришел в себя и показал письмо. Парни почитали, дружно сели на кровать. Паника и шок у них обоих, как и осознание того, что все нами добытое и раскопанное – правда. И это не просто наши догадки и предположения, подогнанные под происходящее в настоящем и прошлом, а истина, которая постучалась в нашу дверь.
- Что делать будем? – показал на письмо.
Ответ только один – пойти на собрание. Сказать папе о письме. Узнать у сестер Гринграсс прислали им такое письмо или нет. И пойти. Встреча в этот выходной. Дел у нас не планируется, как и тренировки. Холодно уже летать. Оставили до весны. Об этом договорившись, легли спать. Утром, как только у папы выдалась свободная минутка, показал письмо, он сказал, что другого и не ждал. Все-таки я – Поттер, хоть и бывший. А так же перспективный некромант, как потомок Певереллов.
Пригласить меня и еще таких же подающих надежды юношей и девушек - нормально. Это не значит, что нас тут же введут в культ и дадут задания и миссии, нет, просто возьмут под крыло, назначат наставников, смотрящих. Для меня, как для потенциального некроманта это очень даже хорошо. Так же надеюсь найти информацию по связи фамильяров, как ее разорвать, ослабить или заглушить. Не хочу всю жизнь быть привязанным к лорду.
Если лорд умрет по естественным причинам, я не пойду за ним следом, даже никаких неудобств не получу, это если верить записям, а вот от насильственной смерти, через поцелуй дементора или Аваду не умру, но не хилую отдачу получу, могу и сквибом стать или овощем, от разрыва ментальной связи. Нафиг мне это надо. Так что будем ждать встречи с культом. Благо ждать не долго. Несколько дней и выходной.
Глава 14
Оставшиеся дни до выходных прошли на одном дыхании. Уроки и задания. А еще совместный с сестрами план по культу. Как себя вести? Что говорить? Что спрашивать? Их, как и меня волновало несколько вопросов, особенно наследие и его развитие. У девушек один источник, но разные дары. Дафна – ритуалист, а Астория – спиритист, призраков призывает и с ними контактирует. То, что я перспективный некромант, потомок рода Певереллов они не знают, надеюсь так и будет. Всем говорю, что по папиной линии через бабушку унаследовал дар к темной магии. И мне верят. Из друзей лишь Луна в курсе истинных обстоятельств. Ее тоже позвали на собрание, она – оракул или пророк. Точно пока не поняла. Вот на собрании и узнает.
План мы составляли долго, убили на это целый вечер и едва успели до комендантского часа по гостиным разбежаться. И все еще с бегающими в беспорядке мыслями легли спать. А утром еще раз пробежались по пунктам и уточнили манеру поведения:
- Так, вот мы с вами зашли, - говорит Дафна, - челюсть не уронили уже хорошо, - дружный смешок, - слушаем, со всем соглашаемся, ни на чем не настаиваем, - каждый из нас был готов ко многому, - спросят о секте – ответим, примеры и случаи на втором курсе приведем.
- Воспоминания у нас есть, - показал на флакон.
- Записи из лазарета тоже, - показала Луна на скопированный текст из истории болезни, мы посмотрели на нее все сразу, она обворожительно улыбнулась и сказала: - ради дела даже в архив залезу. Что там дальше?
- Просто придти, посидеть послушать и разойтись. Не думаю, - говорю, - что нас подростков в дела мирового масштаба посвящать станут. Так, перспективных магов и будущих культистов присмотрят и возможно, наставников подберут. На этом считаю с нас хватит, - промолчали и единогласно согласились.
Культ – это не кружок по интересам, а могучая организация, борющаяся с опасностью мирового масштаба. И даже Орден Феникса по сравнению с культом шарашка, а не сила. Разошлись по гостиным и комнатам до определенного времени, занимались своими делами, а потом встретились у главных ворот школы, чтобы всем составом приглашенных пойти на собрание. Аларик и Энтони желали нам удачи, а папа перед встречей предупредил говорить меньше, слушать больше. Кивнул, сказал, что так и поступлю, без вопросов не скажу, да и с вопросами не все как есть выложу. Завет: меньше знаешь, крепче спишь.
Мы с девочками шли к назначенному времени и месту в трактир «Кабанья голова». На входе нас встречал сам Аберфорт. Его уже, скорее всего предупредили и он не возражая пропустил нас и сказал куда пройти. И мы шли. А там, в темном углу, за сдвоенными столами сидели члены культа. Матерые мужики, видавшие сражения и даже войны, уверен, обе мировые прошли и в обеих магических поучаствовали. И мы, дети, ничем не отличившиеся. На едва гнущихся ногах мы прошли и поздоровались, показывая приглашение:
- Здрасьте! – взял приветствие на себя, девочки стояли за моей спиной. Рука Даф на моем плече, а Астория и Луна просто за спиной.
- Хм! – выдал один из культистов, - детишки! – возмущался, - зачем нам дети? Что они могут? Умертвий и отряд зомби завалить? – мы дружно, отрицательно мотнули головой, - призраков буйных на тот свет отправить? – снова отрицание и его вопрос: - тогда зачем они нам, поясни? – вопрос к главному культисту. На лица и внешность мы внимания не обращали, не до этого было. Лишь тот, который недовольный запомнился. Чем-то на Грюма смахивает. Только нога и глаз на месте, а так похож. Грузный, мощный, хмурый, в шрамах. Еще плаща не хватает и посоха.
- Они – потомки наших товарищей. Луноликая, - показал на Луну, - Оракул. Девушки – потомки рода Гринграсс – спиритистка и ритуалистка. А парень – некромант, последний прямой потомок рода Певерелл, - бля, ну зачем он это сказал. Теперь Даф и Астория поймут кто я на самом деле. Как я и предполагал:
- Мор! – рычит Даф, - ты – Поттер!
- Нет, я – Снейп.
- Ты – некромант, потомок Певереллов, а Снейп никак не может быть потомком некромантов, только одна линия берет свое начало от Певереллов – Поттеры. А раз ты потомок Певереллов, то получается ты – Поттер! – рычит на меня Даф. А я тихо и спокойно ей поясняю:
- Был Поттером, Даф. До пяти лет был Гарри Джеймсом Поттером. Но, с шести лет стал Снейпом, наследником рода Принц. Папа меня усыновил магически, полностью ввел в род Принц. Так что я более не Поттер. То, что я потомок Певереллов – в курсе, как и о том, что некромант. Я пока ничего толком делать не умею. Лишь фестралов вижу и тянущиеся нити от школы к призракам, не позволяющие им уйти с миром. Как и у шляпы. Знал бы как, разорвал нити, а пока не знаю и не суюсь. Лишь наблюдаю.
- Задатки есть, - буркнул тот самый маг, выказывающий недовольство, - раз так, то я беру тебя в ученики, не Поттер. А ты, Вайс, - толкнул он сидящего рядом с собой, - Луноликую подучи, - тот молча кивнул и продолжил сливаться с мебелью.
- А девушек беру на себя, - сказал глава культа, - мне как раз запрос на ритуалистку и спиритистку пришел, - и все повернули к нему головы, и на их вопрос он ответил: - именно к ним, - тут все пожелали девушкам терпения и побольше успокоительного. Краску для волос им не надо, они и так пепельные блондинки.
- Мама, - шепнула Астогрия, - Даф, на что мы с тобой подписались? – но, Даф не ответила. Она стояла и смотрела на меня, выжигая дырку. А я шепнул, что все ей расскажу, обязательно, но позже, меня же поймали на слове.
Собрание подходило к концу. Осталось лишь выяснить то, зачем собственно культ и посетил Хогсмид. Секта Сатурна, ее действия и попытки возобновить влияние среди волшебников. В доказательство мы протянули склянки с воспоминаниями, а Луна скопированные записи из лазарета. Глава культа принял все и отпустил девушек, а со мной попросил пообщаться лично. У него, как сказал, есть вопрос, так сказать к свидетелю их покровителя. Девушки согласились и вышли, сказали, будут ждать меня у мадам Паддифут.
- А теперь рассказывай, Мортимер.
- Что рассказывать?
- О Хроносе рассказывай! – требовал будущий учитель.
- Это личное, так сказать, наша договоренность с Хроносом, а вас касается только та часть разговора, в которой было сказано о том, что он забыт волшебниками и миром магии, о нем не говорят, его не упоминают, как его сестер Магию, Жизнь и Смерть. Ему не молятся, как это было раньше. Больше ничего такого он со мной не обсуждал.
- Значит, нам нужно напомнить миру о покровителе, - сказал будущий учитель, - запомни это, - сказал главе культа, - а мы с тобой не Поттер прогуляемся. Есть у меня к тебе пара вопросов. Пошли, - вышел из-за стола и я чуть на задницу не грохнулся. Мужик почти два метра ростом и я едва ему до груди достаю, - ха-ха-ха! – рассмеялся, - а ты что думал, некроманты мелкие и хрупкие, как березки? Нет! Пошли знакомиться!
Мы вышли из трактира и шли к визжащей хижине. А по пути я забежал к девочкам и сказал меня не терять, я с будущим учителем контакты налаживаю. Даф просила не рисковать и напомнила про обещание. Я кивнул и ушел. По пути немного рассказал о себе, о папе и настоящих родителях, то, что помнил и знал по прошлой жизни. Потом очередь дошла до учителя. Он представился:
- Зовут меня Мстислав Григорьевич, как ты понял по имени, я из снежной России. Давно в Англии обитаю, поэтому, по-вашему шпарю без акцента, - это я заметил, и не только по имени, а еще по внешности. Я в прошлом с Долоховым пересекался, они чем-то внешне похожи, строением лица и манерами поведения, - происхожу я из старого, некромантического рода Князевых. Род берет начало от рода Чернобога или по сказочному Кощея. Будет интересно – дам почитать. А теперь давай поговорим о том, что ты из себя представляешь.
- А? – не понял я.
- Ты – чей-то фамильяр, - показал на меня, - от тебя к кому-то тянется нить, - даже пальцем ее подцепил, но я эту нить не вижу, хотя, о том, что фамильяр в курсе. Учитель заметил, сказал: - не удивлен, в курсе? – кивнул, - как и о том, чей именно ты фамильяр? – снова кивнул, - просветишь?
- Воландеморт.
- Ежкин кот! Как умудрился-то?
- Госпожа, - одно слово и Учитель понял, я же сказал, - это ему за то, что поднял палочку на ее потомка. Его жизнь в обмен на мою. А потом еще и связала нас, так сказать, пока жив один, второй не обретет покой. Или живем в мире и согласии или не живем вовсе.
- Дела! Но, увы, связь не разорвать. Вам с Лордом Воландемотром придется переговоры мирные устраивать. Думаю, ему жить хочется, как и тебе, - я кивнул, - над этим подумаю, как помочь и как связь вашу обезопасить. А пока давай перейдем непосредственно к обучению. Я тебе список книг набросаю, к лету прочитать, понять и досконально все запомнить, - и список из сотни, а кое-какие еще и на латыни - эти он подчеркнул как обязательные. Мама! Я – сдохну, пока это прочту! Так думал. Но, мне обещали, что если я помру, то меня поднимут зомбиком или призраком и учиться, все равно придется.
Глава 15
Половина учебного года и первый тур турнира для меня пролетели незаметно. Сначала отбор Чемпионов, им стали Крам, Делакур и Диггори. Никаких четвертых Чемпионов и подстроенных испытаний. Лишь попытка Уизли, как и в прошлой жизни обмануть Кубок, не увенчавшаяся успехом. А дальше первый тур, драконы и золотое яйцо. Для меня это прошло мимолетно. А все потому, что времени на все это не было. Я ушел с головой в книги. И не я один. Даф и Астория так же получили от Учителей внушающий и убивающий как Авада список. Некоторые темы и разделы в наших списках пересекались и мы читали вместе. Но, я первым делом постигал латынь. Папа помогал и направлял. Друзья видели загруженность и не требовали внимания, учились и помогали, если появлялись заминки.
Лишь к Рождеству я пришел в себя, появилось немного свободного времени. А там Святочный бал и каникулы. Меня пытались пригласить девочки с младших курсов зеленого и нашего синего факультета, но я говорил, что занят. На Бал я пригласил Даф, она согласилась и обговорила свой наряд, чтобы мы с ней смотрелись в унисон. До бала оставалось несколько дней, во всю шли приготовления и украшались коридоры, кабинеты и главный зал. Хагрид принес елку, а декан и старосты всех факультетов украшали ее игрушками, мишурой и водружали на макушку звезду. А хор репетировал Рождественскую песню.
Святочный Бал, как и в прошлой моей жизни открывали Чемпионы Турнира. Седдрик шел с Чжоу под ручку, Крам пригласил Грейнджер, а Флер шла с Роджером Дэвисом, ничего не изменилось. Мы же, не участвующие уже ждали их в главном зале. Стояли парами и просто общались. Как мы с Даф и договорились, оделись в тон друг другу. На мне белый костюм-тройка с черной рубашкой и галстуком, а на ней черное платье в пол с полуоткрытой спиной, волосы заделаны в прическу-ракушку и украшены шпильками. Поддерживал ее под руку. Астория стояла в паре с Драко, сочетание нарядов такое же, а Луна стала парой Аларику, оба, как луна серебристые и блестящие. Энтони пригласил Патил.
Пары Чемпионов открывали Святочный Бал первым танцем. К ним присоединились и мы с Даф и друзьями, как и вся школа. Весь вечер ловлю на себе взгляд Сириуса и Люпина. Папа занят и не видит пристального внимания этих двоих, а то давно бы пару ласковых им обоим сказал. А так, я жду когда можно будет покинуть бал и уйти к себе вещи собирать. Даф так же хочет улучить момент и свалить отдыхать. Да и мы все не против закончить это мероприятие.
Сбежали с Бала, когда ударили по струнам и барабанам группа «Ведуньи». Вот тогда мы с ребятами нашли декана и сказали, что уходим в гостиную и по комнатам вещи собирать. Декан не держал, и отпустил. До гостиной шли сине-зеленой компанией. Я с Даф. А Асторию провожал Малфой. Нотт с Паркинсон остались на Балу, как и многие слизеринцы с когтевранцами. Когда девушка ушла, отозвал меня на пару слов:
- Мортимер, поговорить надо.
- Надо – пошли, - отошли к окну, - о чем поговорить?
- О лорде и наших отцах, - я в шоке и ступоре, - они – его последователи, верные и преданные, - ага, два раза, но я молчу, - а лорд воскрес! И нам с тобой грозит та же участь. Не в этот год и не в следующий, но грозит.
- И?
- Встань рядом с лордом, как и твой отец. Станем как наши отцы, его верными последователями, - я в шоке. Агитатор херов. Больше мне делать нечего, как под знамя Пожирателей вставать. А Малфой, как и в прошлой моей жизни с возрождением осмелел и расправил плечи. Жаль, думал, мы будем нейтралитета придерживаться, как раньше, а нет. Но, я пока не ответил согласием или отказом. Просто ушел, а мне в след: - Подумай, Мортимер.
Этот разговор я передал отцу. Он готов был Малфою подзатыльник отвесить, назвал его как и я Агитатором Херовым и отправил меня вещи собирать. Каникулы и Родество, традиция и праздничный ужин. А потом по гостям, если будут силы. Нас приглашали Гринграссы и Лавгуд. Аларик и Энтони тоже звали в гости, но так, ради приличия. Их в стране не будет, к родственникам поедут. Завали нас и Малфои, но мы с папой предвкушая разговор о будущем служении темному лорду - отказались. Но, как сказал папа, когда лорд восстановиться и поправит дела и здоровье – отказать не получится. А на это я сказал:
- Вот когда это случится, тогда и подумаем.
- И в кого ты такой? – притянул меня к себе папа и чмокнул в макушку.
- В тебя, - и прижав к груди букет лилий, взял папу за руку и мы оказались на кладбище.
Привычное приветствие и возложение. Слова о том, что у меня и папы все хорошо. А папа еще и добавил про то, что я стал взрослым, девушкой обзавелся. Улыбка, скатывающаяся по щеке слеза, и мы возвращаемся домой, к столу. В этот год никаких неприятных разговор и встреч. Все как всегда. Так я думал, когда открывал дверь квартиры. А там нас ждет сюрприз, не приятный сюрприз. Гость, как Гринч, который похитил дух Рождества. Хотелось его Авадой к Госпоже отправить, но нельзя. Умрет он, умру и я. Увидев гостя, сидящего на диване к бокалом горячего шоколада, папа впал в ступор, лишь сказал:
- Милорд!
Отступление
Рождество – чудесный и волшебный праздник, который любят и магглы и волшебники. Все, но не я. Этот праздник несет в себе лишь тоску, разочарование и желание всех Авадой за Грань отправить. Подарки и поздравления, праздничный ужин и традиции – это все не для меня. К тому же Рождество служит напоминанием еще одному грустному празднику – дню рожденья, в канун нового года, когда у всех на уме лишь праздник и веселье. Ненавижу. И именно в этот день я решил навестить всех своих верных последователей, нарушить семейную идиллию, так сказать. Первыми стали Малфои. Нарцисса, Люциус и Драко, а так воспитываемый ими Теодор Нотт, приветили, накормили, напоили и о делах насущных рассказали. Оказалось, в ту ночь на Хеллоуин, Альбус и весь магический мир провозгласил Избранным и Героем некоего Невилла Долгопупса. Почему? Так Гарри Поттер пропал. Его искали, но так и не нашли. Даже в Хогвартс он учиться не приехал. В школьном реестре он никак не значился. Странно, но туда ему и дорога – к Госпоже. А с Долгопупсом справлюсь.
- Задавала и выскочка! Кроме как бахвалиться, ничего не умеет. Нос задрал до небес и сказал, что герой! Что вас, милорд одолеет одной левой, – говорит Драко.
- Неумеха и тупица, как и его дружки, - добавил Теодор.
Вот и все описание Героя и Избранного. Но, оно к лучшему. Пусть Альбус и дальше верит в него и его непобедимость и избранность. Готовит на бой со мной. Ужин закончен. Убедившись в верности Малфоев, покинул их менор, камином перешел к Северусу, моему верному шпиону в стенах школы. Хотелось узнать от него о планах Альбуса и Ордена Феникса, в котором тот состоит. А еще заказать ему, Мастеру-Зельевару индивидуальные зелья восстановления. Перешел, а дома никого. Лишь ужин на плите и горячий шоколад в кофейнике. И странно, все в квартире рассчитано на двоих. Неужели Северус женщину завел? А как же та грязнокровка? Уже остыл? Прошелся по дому, заглянул в гостевую комнату. Замер.
- Ребенок? – комната подростка однозначно. Мальчик. В шкафах брюки, джинсы, рубашки, водолазки, кеды, ботинки. Явно не девочка такую одежду носит. Дальше смотрел письменный стол. Книги, исписанные тетради, перья, старые расписания. В тонах Когтеврана. Парень учится на четвертом курсе, так как учебники и записи за третий отложены назад, а учебники за четвертый курс на столе, как и задания на каникулы. – Ты меня поражаешь, Северус!
Спустился на кухню, налил горячего шоколада, ждал хозяев квартиры сидя на диване, читая книгу. И через четверть часа зашуршал замок. Первым переступил порог парень. Как и думал, лет четырнадцать, высок, худ, и на внешность копия Северус, лишь глаза зеленые. Но, без очков и характерных Поттерам вихров. Зашел, увидел меня и впал в ступор. Следом зашел Северус и увидев меня потерял дар речи. Отойдя от шока, поклонился, обратился:
- Милорд!
Глава 16
Мор
Темный лорд в гостях – мрак! Меня тут же отправили в комнату и велели не показываться до окончания взрослого разговора. Повторять дважды не нужно. Слинял и закрылся. Ушел в чтение. А еще Учителю письмо написал. Камином потом отправлю или школьной совой воспользуюсь. Разговор папы и лорда длился долго. Но, окончился не так хорошо, как я надеялся. Папа от лорда Круцио все-таки получил. И не за то, что не откликнулся, а из-за меня. Отец отказался меня представлять лорду и знакомить. Слышал, как он сказал:
- Сиротой его сделали вы, милорд. Если бы я его не нашел и не усыновил, он ушел бы в чертоги Госпожи. И я не позволю этому ребенку вариться в той клоаке, которую вы с Альбусом завариваете. Можете использовать меня, но не впутывайте в это Мора, - тут лорд не выдержал:
- Круцио! – папа рухнул на пол от скрутившей боли, а лорд переступив через него, ушел камином. Я тут же подбежал с уже готовым зельем и чаем, помогая папе подняться и сесть на диван. Шоколад на потом отложим. А пока я помогаю ему придти в себя.
- Зря ты так, пап, держу руками его руки с чашкой, помогая выпить зелье и не расплескать половину. Его трясет, как при лихорадке. Тут же накрываю его пледом, а папа отвечает:
- Ничего, лучше я получу Круцио, чем ты на предплечье метку, - а потом усмехнулся, - и это он не знает о том, что ты бывший Поттер и его фамильяр. Вот сюрприз, так сюрприз, милорд! – рассмеялся папа, и я вместе с ним. А на счет метки посоветуюсь с Учителем.
Пока папа отходил от общения с лордом, я камином кинул письмо Учителю. Приписав просьбу найти способ с меткой лордовой разобраться. Как и с самим лордом. Убивать его я не хочу, как и идти следом за ним. А пока каникулы читал и учил все то, что задал некромант.
Мы с папой, как и планировали навестили Гринграссов. Глава семьи был не в лучшем состоянии, чем папа. От лорда досталось и ему. А все потому, что никто из его последователей, даже Малфои не сказали обо мне. Лишь о делах Альбуса и Избранном, а не о приемном сыне его верного последователя. Зачем ему я? Кто знает. Отвлекались от этого вопроса с папой как могли. А Гринграссы помогали. Мы с Даф решили не откладывать в долгий ящик и сказать родителям и ее и моим о наших отношениях. Папа махнул на меня рукой, он и так в курсе, а Гринграссы благословили.
После дома Гринграссов мы с папой вернулись домой. Луне написали, что не навестим, поздравили и пожелали хороших каникул. До школы каждый из нас провел время за книгами, в своей комнате. А когда вернулись в школу, продолжились обычные учебные будни. Плюс турнир. Второй тур и Черное озеро. Я не следил, но Луна сказала, Флер в пролете. А Крам и Диггори делят первое место. Мне плевать на турнир, другие заботы, от Учителя письмо пришло. И новости для папы не утешительные. Метку снять можно двумя способами: или сам темный лорд снимет или Смерть. И не ритуалом, а приняв в свои объятия.
К письму прилагался еще список из трех десятков книг, в этот раз на парселтанге. Книги мне советовали заказать через поверенного рода Поттер или Певерелл, если такой есть. Пришлось писать письмо поверенному и перечислять все то, что мне нужно. Ответ пришел через три дня, как и книги. Поверенный желал мене удачи в освоении родового дара и обещал достать все, что мне понадобиться. Снова ушел с головой в книги и учебу. Не заметил, как прошла зима и в самом разгаре весна. У нас возобновились тренировки и подготовка к принятию поста капитана. Роджер Смотрит на меня и Чжоу.
- Родж, отдай пост Чанг. У меня времени нет, - он смотрит на Чанг, а та не против. Как и все в команде. Так и поступили. А вот со старостой не прокатит. Декан поставит перед фактом, если решит отдать значок мне. Как я надеюсь, что его выбор падет на Энтони и Патил. Ждем лета и каникул.
А пока третий завершающий тур. Нас всех обязали присутствовать на этом туре, даже тех, кому плевать на Турнир и испытания. Пришлось переться на трибуны Слизерина, к папе и Дафне, прихватив с собой Асторию и Луну. Энтони и Аларик отказались к змеям идти, сказали, им и там не плохо. А мы смотрели на лабиринт и ждали, когда кто-нибудь вылетит из участия. И первым вылетела Флер. За ней Седдрик, а Крам переместился с Кубком. Чествовали победителей, а потом резкий крик и все бегут к Флер. А она стареет на глазах. Из молодой девушки она превратилась в старуху. Родители Флер тут же вызывают целителей из Мунго и семейных целителей. Следом еще один крик, голос Чанг, и бегут все к ним. Та же картина. Выкачке времени подвергся Седдрик. На глазах становился, как и Флер дряхлым стариком.
- Секта Сатурна, - шепотом сказал Альбус.
Козлина старая все-таки в курсе, кто промышляет воровством времени. Значит, он в курсе кто на втором курсе студентов в оцепенение вводил. Замечательно! Радует, что он не принадлежит этой секте. Альбус не владеет магией времени или песком. Так что он просто знающий и ничего не делающий в противовес скот. А вся его «светлая деятельность», направлена исключительно на лорда, их грызню. Знает, но бездействует. Это больше всего бесит.
Папа, как и все профессора, под флагом директора и министерства, с присоединившимся Попечительским советом и Палатой лордов организовали срочный совет и отменили уроки и экзамены, в срочном порядке распустив всех по домам, даже не поездом, а камином директора, деканов или аппарацией профессоров перенесли всех по домам. Папа отправил меня домой своим камином, как и всех своих зеленых студентов и моих друзей.
- Пишите, держите нас в курсе, - сказал Энтони и Аларик, назвав адрес куда если что сову отправлять.
Энтони уедет к бабушке в Америку, так, на всякий случай. Аларик к своим родителям, они сейчас в Австралии на судебном заседании. Луна и Астория с Дафной на каникулы уйдут в обучение к Учителям из Культа, как и я. Не до встреч будет и не до общения. Все это понимали и готовились к приходу секты. А у меня еще и лорд под боком маячит. Жесть, а не лето мне предстоит!
Глава 17
Как и предполагал, лето выдалось жарким! И не я погодные условия имею в виду. А обучение у Мстислава Григорьевича. Ад на земле. В пять подъем, пробежка, упражнения и боевка, дальше завтрак и теория по некромантии и темной магии. Виды и подвиды нежити, способы их призыва и уничтожения. Не смотря на то, что некромант упокаивает и развеивает нежить и призраков, он так же должен знать, как их призывают и поднимают. Это я пережил, все, что Учитель говорил – выполнял, а вот магия и уроки практического характера – смертоубийство!
Связки из атакующих чар и заклятий, потом щиты разных уровней, с вплетенными рунами отрицания и отражения, при этом темная магия, боевая темная магия и некромантия. А это такие заклятия, как: «Черная молния», «Дыхание Смерти», есть еще пара интересных и будоражащих душу проклятий, стирающих в порошок не только нежить, но и волшебников: «Ледяное погружение», «Дорога в бездну» и «Могильный крест» и еще куча старых, Англией запрещенных чар, заклятий и проклятий.
Все это, как сказал Учитель, я должен знать, не обязательно применять на практике, но владеть в теории и на практике знать рисунок и формулировку. И я учил, с ног валился. И когда думал, что у меня перерыв, валяясь на траве и пытаясь привести дыхание и сердце, бешено-бьющееся, слышу рев:
- Мор! Подъем!
- Минуточку! – молю я Учителя, а он говорит:
- Взбешенная орда мертвецов и призраков тебе минуточку отдышаться не дадут, вмиг порвут на американский флаг. Так что палочку в руку и вперед, к манекенам, а потом снова на кладбище! – я взвыл. Учитель, как и всегда, насылает на меня зомбаков, умертвий, призывает призраков и смотрит за техникой, отмечает косяки в плетениях, которыми я пользуюсь.
Началось мое обучение и практика с одного зомби низшего уровня, его я уложил обратно в могилу, навесил чары отрицания и запечатывания. Потом учитель перешел к трем зомби, печать я прикреплял уже на расстоянии, чувствуя подавленную мертвую энергетику, потом тренировался на пяти, дальше на десяти. Когда счет дошел до пятнадцати, учитель тренировал на мертвецах среднего уровня и так же до пятнадцати. Удерживать несколько плетений в три-пять слоев сразу выматывающе. От напряжения бьют по пальцам разряды, магия выходит толчками, перед глазами все плывет.
Этот этап длился долгие два месяца. Я стоял на месте, посередь какого-нибудь заброшенного кладбища, а Учитель со всех сторон призывал мертвецов и направлял, а я должен был отправить мертвеца именно в ту могилу, откуда он вылез. Потом задания усложнялись. Я не стоял на месте, а бродил среди могил, а мертвецы выскакивали на меня неожиданно, но и этот этап прошли. Потом в ход пошли призраки. На них кидал отрицание или очищение. Отрицание не поможет, если душа к чему-то привязана, как например, со шляпой или призраками факультетов. Их надо отправлять к Госпоже очищающим ритуалом. А вот в скитающихся без привязки к чему-то призраков достаточно кинуть рунную вязь отрицания и дело с концом.
Но, Учитель превзошел все мои ожидания, когда совместил призраков и мертвецов. Вот тут я чуть не поседел в пятнадцать. Началось все так же, брожу среди могил, жду мертвяков или призраков. И идут на меня десяток мертвецов среднего уровня, плету узоры и готовлюсь отправить их в могилы я, как из-за угла на меня летит не упокоенный и взбешенный призрак. Естественно, все узоры и приказы валятся из рук и приходиться плести все заново, помимо этого еще и отрицание вызывать. Жуть, и после этого испытания, с десятком мертвяков и десятком бешеных призраков я и отхожу.
- Ладно, Мор! - сжалился Учитель ощущая, что магии у меня и правда на продолжение нет, - час перерыв, медитация и на полигон.
- Слава Госпоже!
Плетусь к себе в комнату, чтобы взять чистую одежду и банные принадлежности. Учитель идет следом, и да, я живу у него на родине. Он под клятву на крови забрал меня из Паучьего Тупика. Папа раз в две недели перемещается, зельями снабжает, новостями делится, несколько раз в неделю Патронус посылает и я в ответ. Как говорит папа, а Учитель подтверждает, деятельность секты продуктивно развивается. Они лишили молодости и похитили время уже у десятка чистокровных, знаменитых наследников, превратив их в старые развалины.
Зачем?
У Учителя и папы, который активно расследует это дело на пару с Малфоем, есть догадки. Одна из них выкуп. И не золотом, а артефактами и древними семейными трактатами. Всем, чем славиться семья, с резко постаревшим наследником. Пострадавшие пока не получали никаких указаний, но так было в прошлом. Так что ждем, как сказал Учитель. И мы ждали. Я – учусь, папа – готовится к новому учебному году, а лорд Малфой – готовит пост министра для Темного Лорда. Эта редиска, нехороший человек, как говорит Учитель, обивает пороги культа, трясет всех на предмет помощи. В чем? В поиске способа восстановить свою душу. Сломал ее, а теперь хочет склеить. У всех побывал, кроме Учителя. И вот…
- Мстислав! Я ищу Мстислава! – кричал лорд, стоя на пороге дома, а потом видит меня, и до него доходит: - Поттер! Гарри, мать его Поттер! – а догадаться, что я - Поттер, был им, не сложно, особенно для такого умного человека, как лорд, разбирающегося в переплетениях и родовых связях. Я – некромант, это понятно по Учителю, дальше цепочка проста и на виду. В роду Принц некромантов не было, а отец у папы маггл, следовательно, некромантом по папе я не являюсь. А по маме тоже пролет. Женщина дар некроманта не наследует, спиритист или ритуалист, как сестры Гринграсс. Так что…
- Твою мать! – ругнулся я.
- Поттер! – рычит лорд.
- Снейп, магически усыновленный и введенный в род Принц. А если дальше и глубже копнуть, то Певерелл. Если уж титулы по дарам брать. Не Поттер, однозначно! – выдал я.
- Северус, ах Северус! – мурлыкал и предвкушал много Круцио и пыток, а я начинал злиться, ведь если он нападет на папу и причинит ему боль, то получит такие проклятия, что уйдет к Госпоже, и я следом. А я не хочу умирать, поэтому держу себя в руках и оттягиваю момент с применением выученных мной проклятий, но его слова реагирует магия, гнев порождает и накаляет тьму, - ты меня поражаешь, Северус. Мало того, что готов был жизнь и душу отдать за рыжую девчонку, просил меня ее для тебя пощадить, валялся в ногах, - усмехался он, - так еще и сына ее от врага принял и воспитал! В род ввел, наследником сделал и от меня спрятал! Ах, как умело ты все провернул! Остался верен до конца сердцем и душой грязнокровой ведьме! – восхищался и одновременно готов был проклинать отца.
- Не смей так говорить о моей матери, ты, маггловский выблядок! – выругнулся я и лорд перевел внимание на меня, забыл об отце, в глазах стояла алая пелена злости. Давно его так никто не называл. Эти слова, как кость в глотке, именно их слышал лорд от своего дяди Морфина, перед тем, как его убить. Маггловский выблядок, вот что погубило Морфина Мракса. И, кажется, Авада светит и мне.
- Давно, как же давно я не слышал этих слов в свой адрес, - шипел он на грани парселтанга, - последний сказавший их мне покоится в сырой земле. Присоединяйся же и ты к нему. Авада... - но, лорд не договорил, язык прилип к небу, а под ногами светится белыми рунами призывной узор. По рукам и ногам его скручивают ледяные цепи, сжимая до хруста костей и сухожилий, у лорда от холода перехватывает дыхание, магия не отзывается. Вот оно в действии проклятие «Ледяное погружение». А я с улыбкой зову:
- Учитель!
Глава 18
- Учитель! – обрадовался я.
По сути, я бы сам с лордом справился, между нами однозначно разразилась бы яркая и насыщенная битва, летали бы заклинания, проклятия, Непростительные. Но Учитель своим появлением избавил меня от очередного магического истощения, а лорда от позора быть вымотанным пятнадцатилетним подростком. Так что:
- Спасибо, Учитель.
- Реддл! Чего приперся? – все еще не отзывая проклятия, спрашивает Мстислав Григорьевич, а Том смотрит злющим, алым взглядом, был бы василиском – убил бы, меня, а не Учителя.
- Сн-н-н-ними п-п-п-проклятие, - еле выдал лорд, смотрит на меня, говорит: - не нап-п-п-паду, - и Учитель отзывает «Ледяное погружение», а лорд продолжая смотреть на меня, сказал: - я запомнил сказанные тобой слова, Поттер!
- Певерелл или Снейп, - сказал я, - а не Поттер. Уясни это, Реддл! – рыкнул я, а Учитель опустил на мое плечо руку и показал следовать за ними.
Реддла в доме приветили, за стол посадили и накормили. А потом начался разговор о причине его визита в Россию и конкретно к нему, к Мстиславу. И лорд рассказал. Начал с того, что ему, как последнему потомку Мраксов пришло приглашение на собрание секты Сатурна. А перед этим его обязали пройти проверку крови и увидеть, владеет он нужным для секты даром или нет. Как оказалось – владеет. Но, из-за того, что душа его на куски разломана, дар ему не доступен. И чтобы этот Дар пробудить нужно осколки воедино собрать и склеить.
- И ты приперся ко мне, чтобы я провел ритуал, воззвал к Госпоже, прося у нее за тебя прощения? Потом по ее милости вернул бы твою душу в целое состояние, а ты побежал бы пробуждать дар и присоединяться к Сатурнам? – лорд кивнул, соглашаясь, а учитель начинал закипать от гнева, тени уже скрипели и шептали, еще немного и призраки с соседнего кладбища налетят: - Ты хоть знаешь, чем секта Сатурна занимается? – спрашивает Учитель.
- Знаю. Ищут пути к бессмертию.
- Идиот! – рычит Учитель, - какой же ты, Реддл, идиот! – и лорд не нападает на некроманта потому, что тот ему не по зубам, не с разломанной к херам душой, да и за его плечами ничего, кроме темной магии и проклятий. Да, несомненно лорд хорош в темной и проклятиях, Непростительных. Только за спиной Учителя сама Госпожа. У него, в отличие от Тома две Мировые Войны и две Магические. Ему Том, как крыса василиску, на один зуб. Так что лорд сидит и смиренно слушает все оскорбления от некроманта.
- Знаешь, Том, - отпивая из стакана, говорю я, - открою тебе тайну, - он смотрит на меня, прищурив алым горящие глаза, сжав от злости губы, еще немного и в глотку вцепиться, - бессмертие – миф. Его не достигнуть простым смертным, даже волшебникам. И ничего не поможет прожить до конца света, ни Дары Смерти, за которыми так отчаянно охотились Гриндевальд и директор, ни философский камень, созданный Фламелем, ни песочные часы Хроноса, ни магия времени. Все это лишь продлит жизнь, на сто, двести, триста, может на пятьсот лет, но не дольше. Чтобы жить вечно, нужно быть Божеством. Но нам, смертным, какими бы мы сильными и выдающимися не были ими не стать. Полубог – вот наш потолок. Но и они смертны. Геракл и Ахиллес тому пример.
- Мор, откуда про часы Хроноса знаешь?
- Что за часы? – спросил Реддл.
- Артефакт, который у него на поясе висит. Эти часы отмеряют время, отведенное миру. И каждая упавшая крупица – сто лет. По легенде, - уточнил Учитель, - а так или нет, никто не знает. Так, откуда про часы знаешь?
- Я с ребятами в том году столько книг перелопатил, когда информацию по краже времени искал. В том числе и о деяниях секты Сатурна, и о связи рода Мракс с этими фанатиками. Точнее они одни из ее основателей. И были в составе старейшин долгие годы, пока рад не выродился, путем кровосмешения и инцеста.
- Что есть, то есть, - тяжело вздохнул Учитель, а потом посмотрел на Реддла, - и ты хочешь именно этого, наследия своего рода, чтобы вступить в секту? – я видел, как учитель готов убить Реддла. Я в таком случае за ним не последую, но мне будет плохо, долго я буду приходить в себя, и будет счастьем, если не только выживу, но и при магии останусь.
- Нет. Я хочу восстановить душу по другой причине. Мне необходимо с помощью целой, восстановленной души найти своего истинного фамильяра, того, кто держит меня в этом мире. Наша связь, крепче крестражей и именно она помогла мне продержаться на грани, балансировать между миром живых мертвых. Эта связь давала мне силы, не отпускала за грань.
- И что ты с фамильяром сделаешь? Это тебе не вещь, с собой таскать постоянно не вариант. Твои действия?
- Если женщина – предложу брачный союз. Такие браки, переплетенные фамильярной связью в разы крепче банального свадебного ритуала, а если фамильяром окажется мужчина – введу в род Мракс и сделаю братом или племянником, возможно внуком, если совсем ребенок, - готов был фыркнуть, и послать. Дедушка Реддл, мать его за ногу! Нет уж! Никаких усыновлений и ввода в род. Оттянуть момент с раскрытием хотелось как можно дольше. Но, не судьба.
- А если этот мальчик или девушка будут резко против таких вот выгодных предложений, что будешь делать, милорд? Если ему или ей одно лишь твое присутствие или упоминание, как кость в горле, что тогда?
- Я так понимаю, Мстислав, ты спрашиваешь потому, что в курсе, кто мой истинный фамильяр? И по реакции некоторых рядом сидящих личностей, едва сдерживающих порыв впечатать кулак в мой нос, могу догадаться, что именно ты, Поттер, - а потом саркастично извиняет, - ой, забыл, Певерелл или Снейп. Ты мой фамильяр? Как же удачно я зашел.
- Сука ты, Реддл! – рыкнул я на лорда, довольного и ухмыляющегося, - Учитель, можно я пойду? – встаю из-за стола и напоследок: - была бы моя воля, Реддл, я бы тебя к Госпоже, лично «Дорогой в бездну» или «Дыханием Смерти» отправил, но…
- … ты этого не сделаешь, Певерелл, потому что сам пойдешь следом за мной, - смеялся лорд, радостный, счастливый и победивший меня по всем пунктам, - Мальчик-который-выжил от Авады оказался истинным фамильяром темного лорда! Ах, как сладка моя месть!
- Уясни одну деталь, Реддл, - приблизился я к нему, - я наплюю на свою жизнь и будущее, если узнаю, что ты присоединился к Сатурнам или творишь дичь, из-за которой погибло как в восьмидесятых, так и далеких годах твоего величия дохера народу. Я применю «Могильный крест» или «Дорогу в Бездну», лишь бы избавить мир от тебя, ушлепок ты неадекватный, - улыбка на губах лорда давно спала, и теперь это оскал, как у змеи, с капающим ядом. А глаза два алых провала.
- Мор, это перебор, - говорит Учитель.
- Нет. В самый раз. Напомнить про то, что я рассказывал три недели назад? – спросил, а Учитель тяжело вздохнул и сказал:
- Но, Мор, этого же случилось, так почему ты ему это хочешь предъявить? Раз не было, значит, и предъявлять не за что, - говорит Учитель.
Он прав, но вот так, видя лорда вполне себе нормальным, слушая его речи и планы на будущее - зверею. А еще осознавая, что он может провернуть то, в чем я его обвиняю, завожусь и распаляюсь. Я и правда готов применить все то, что перечислил. Потому что, не хочу повторения прошлой жизни. Слишком многих я тогда потерял. И пусть в этой жизни они живы и мной игнорируются, терять их я не готов. Ведь картины прошлого отчетливы и ярки, они каждый раз, когда я думаю о лорде и пересекаю эту жизнь с прошлой встают перед глазами.
- Ты и правда устал, иди к себе, у тебя еще том по отрицанию призраков не до конца изучен, а мы с Реддом еще посидим и обсудим восстановительный процесс его души и ваше с ним будущее сосуществование и сотрудничество, - я рыкнул, резко вышел из-за стола и ушел к себе. Чтением я и правда отвлекусь от желания отправить Тома к Госпоже. Благо Учитель рядом и по хребтине даст, если я забудусь или черту перейду.
Глава 19
Отступление
- Поздравляю тебя, Реддл, ты - идиот!
Темный лорд спокойно воспринял слова некроманта, так как перед ним он бессилен, а еще ему нужна его помощь. Поэтому он готов выслушать о себе все, что тот думает. И некромант говорил, много, с вплетением матерных слов, выражений и оборотов. И когда выговорился и исчерпал свой словарный запас в сторону одного конкретного волшебника, сказал гостю:
- Значит так, Реддл. Я воззову к Госпоже, спрошу ее милости и прощения для тебя, дозволит - помогу тебя восстановить душу, нет – сам понимаешь. Если Госпожа одобрит подобный ритуал, ты принесешь Смерти, перед нами с Мором клятву, что, во-первых: – больше не совершишь подобное преступление против Магии и Жизни, а во-вторых: – будешь заботиться об ее потомке и наследнике, беречь его, как себя, даже лучше. Ведь умри Мор, ты станешь никем. Будешь жить, но магом и лордом быть перестанешь. Лишь на этих условиях я помогу тебе вернуть то, что ты сам же и похерил. Принимаешь?
- Принимаю, Мстислав. Так что мне Моргану предложить, какой вариант? Ввести в род я могу хоть сейчас, но кем? – некромант улыбнулся, сказав, что это они должны решать с парнем сами. Он лишь Учитель и наставник. А еще должно учитываться слово его отца. Так что тут должен состояться семейный консилиум. И некромант как раз собирался отпустить парня к отцу, да и за покупками к школе нужно сходить.
- Вот и объедините два визита к гоблинам в один. Но, перед этим пообщайся с парнем и его отцом. Объясни всю ситуацию и заручись поддержкой. Можешь даже с Северуса в качестве доброй воли метку снять. Думаю, этот пункт сделает тебя ближе к примирению с твоим фамильяром.
- Хорошо. Для ритуала что нужно?
- Все твои крестражи, все до единого, иначе душа не соединится и не сольется в единое целое, и Дар рода Мракс ты так и не пробудишь. Уяснил? – спросил некромант, а лорд думал, как ему достать один единственный, спрятанный в выручай-комнате в школе. Не скрылось это от некроманта, спросил: - проблемы?
- Да, с одним из крестражей. Он в школе, и его просто так не найдешь. Нужно знать куда идти, где и что искать, и сделать это могу лишь я и Морган, как мой фамильяр, уверен, он почувствует часть моей души, воззовет к ней и она откликнется. Крестраж создан из диадемы леди Когтевран.
- Куда идти и где искать? – спускается по лестнице парень, злющий как все дементоры Азкабана и акромантулы запретного леса и не знает на кого, на себя или на темного лорда, который ему и правда выбора не оставил, кроме как принять данное – они с ним связаны.
- Мор! Ты все слышал? – спросил у подростка учитель.
- Да, и я готов помочь достать твой крестраж, Реддл, если ты снимешь с папы свою поганую метку, - выплюнул он, - и я даже готов войти в твой род, если будет нужно закрепить связь и сохранить перспективу остаться магом, а не сквибоми или овощем. Моя помощь в ритуале призыва нужна или я просто наблюдатель?
- Помощь твоя, как ее наследника будет как нельзя кстати. Так что я дам тебе литературу об этом ритуале, почитаешь, подготовишься, а Том в это время будет собирать свои крестражи и втираться в доверие к сетке.
- Зачем? – спрашивает парень.
- Я тут с главой пообщался, с твоим отцом и Малфоем старшим пересекался, и мы прикинули возможные причины похищение времени и шантажа. Все так, как было в прошлое их возвращение. Они ищут старый ритуал призыва Хроноса, оставленный еще первым Старейшинам культа. Культ, если ты помнишь, организация мирового масштаба и ее Старейшины были из разных стран и даже видов. От Англии – некромант, от Франции – вейла, от Россия – Берендей (хранитель леса), у Индии – наг, а у Японии – кто-то из ёкаев, точно не помню. Они поделили его на пять частей, назначили Хранителей и каждый берег часть ритуала, как зеницу ока. Передавали ее своим потомкам, а те своим и так далее. Сатурны охотятся за этим ритуалом давно, говорят, одна из частей, скорее всего та, которая хранилась у нагов в их руках.
- Зачем им этот ритуал и что даст Хронос вызвавшим его волшебникам? - некромант ответил:
- Время, власть и силу. У него не останется выбора, кроме как дать им то, что попросят. Его обяжут условия вызова и материалы, которые пойдут как подношение. И скорее всего у Сатурнов уже больше, чем одна часть. Они знают о даре, от которого Хронос не откажется, а так же есть данные о благополучном времени призыва и проведении ритуала. Ведь они не просто так начали активно действовать в позапрошлый год.
- Скорее всего, - согласился с учителем мальчик. А лорд спросил:
- Что за материалы и подношения о которых ты говорил?
- Время тех, кто его призывает. У каждого волшебника есть отведенное ему время, и именно это время жертвуется Хроносу на продление жизни данного мира. Те самые, как ты сказал Мор, песчинки, отсчитывающие время жизни в его часах. Они пополняться сотнями лет волшебников, оттягивая тем самым закат мира.
- Но, я так понимаю, - начал Реддл, - они пожертвуют не свое время, не сами встанут в ритуальный круг, а используют чужое время и жизнь? Тех, у кого они это время набрали или же долбанутых фанатиков, готовых на все ради чужого будущего, – спросил лорд, а мальчик едва сдержал порыв сказать, что похоже на ситуацию с его последователями и безумными личностями, готовыми на все ради милорда и его идей идеального магического мира и сообщества. Но, он промолчал, хотя, лорд и так все понял, по взгляду. Только, чтобы не нарушать шаткий мир между ними проигнорировал мысли и желание озвучить данные слова, промелькнувшие во взгляде, а продолжил: - именно поэтому они и похищают время у студентов. Им жить и жить, достойная так сказать плата богу в обмен на услугу. Да, занятно.
- Есть еще пункт. Нужно время и жертва потомков тех самых старейшин. Одна из пострадавших точно потомок Первого Старейшины. Делакур – вейлы. Пусть и полукровки, но в их жилах течет та самая кровь, связывающая с первым культистом.
- А Диггори, неужели он потомок некроманта или просто так под раздачу попал? Задело по касательной? – спросил парень у некроманта.
- Этого не знаю, но надо выяснить все древо парня. Возможно, он переплетался с кем-то из потомков старейшин родственными связями. Да хоть с теми же Певерелами. Не в курсе, Мор?
- Не в курсе.
- И ты ведь не просто так при мне это все рассказываешь, Князев? – спрашивает темный лорд, смотря на некроманта и его ученика, обсуждающих не секту и их планы, а возможную родню парня, по дальним предкам. И как вероятность очень даже может быть. Вопрос и подозрения лорда в том, что некромант говорит все это с определенной целью, не отрицает:
- Да. Ты прав Том. У меня возник план, как развалить секту Сатурна изнутри. Можно сказать, что ты во время пришел к моему порогу и попросил помощи. Сама Судьба послала тебя ко мне, а Господин еще и посодействовал, - и смотрит на темного лорда, не понимающего, что вообще происходит и на что он подписался, - именно поэтому я согласился, практически не задумываясь воззвать к Госпоже и восстановить с ее дозволения и с ее благословения твою разрушенную душу.
- И? Каков план, Мстислав? Что ты задумал?
- Ты, Том, станешь шпионом и уничтожишь секту Сатрурна изнутри. Вотрешься в доверие, вызнаешь все, что им известно и что они уже подготовили для ритуала воззвания и доложишь нам с главой.
- Чего?
Глава 20
Мор
- Чего? – возмущается Реддл, а я едва со стула от смеха не упал.
Ржал я долго, громко, звучно, заливисто до слез. И когда просмеялся даже прощения просить не стал, в своем праве. Да и ситуация навивает воспоминания. Так что поделом ему. Учитель лишь довольно кивнул, хлопнув меня по плечу, а лорд, скрипя зубами, сверкая на меня алыми глазами и шипя на парселтанге, что найдет способ и придушит меня или убьет без вреда для себя - ушел, назначив встречу со мной и папой по нашей общей договоренности. Как вернусь домой, с папой посоветуюсь и мы встретимся. От слов о помощи достать крестраж не отказался, как и от практики к воззванию Госпожи.
С момента посещения Реддлом дома Учителя прошла неделя. После его ухода обучение продолжилось. Я читал труд некроманта по отрицанию призраков рунами, и под чутким руководством Учителя чертил руны, как руками, так и палочкой, вплетал их в узоры очищения и отрицания, а вечером в самый пик силы нежити, Учитель нещадно гонял меня по кладбищу. А я матерясь и швыряясь на автомате рунами и узорными плетениями отправлял призраков за грань, а мертвецов по могилам. За эту неделю мы с Учителем прошли все им запланированное и даже больше. Как сказал, некромантия у меня в крови и впитываю я все, как губка. Поэтому по истечению недели:
- Так что, Мор. Вали к себе домой. Вот тебе список литературы, поверенный Поттеров все найдет и доставит. Читай, постигай, если что-то не понятно – пиши. Увидимся с тобой, как только Том соберет крестражи и будет готов к ритуалу слияния, а продолжим обучение на зимние каникулы. Отдыхай и передавай Северусу привет.
- Спасибо, Учитель, - меня чуть не пинком отправили в камин, я с рюкзаком на плече переступил Паучий Тупик. А папа как раз дома и за книгами. Не успел оглянуться, как был прижат к груди и сжат в объятиях. А оказалось, не так давно его навещал Реддл и лично снял с него метку, а не через связь. Так что у нас с папой повод отметить это мороженным. А еще сходить за покупками к школе.
- Пап, лорда надо с собой к поверенному взять. Я должен, как его фамильяр быть введен в род Мракс. Кем? Понятия не имею. Посоветуй, - прошу папу, а он предлагает внуком. Все-таки для братьев у нас с ним большая разница в возрасте, племянник – слабо и не значительно, а вот внук, по магглам можно приплести нас друг к другу. Родители мамы – магглы, его отец – маггл, кто их знает эти семейные переплетения. Так что было решено, стану Реддлу внуком.
- Патронус или письмо?
- Патронус, - и призвал лань, надиктовал сообщение. А пока ждали ответ лорда – поели. Я разложил все книги и рукописи, полученные учителем, переоделся в маггловские легкие брюки и рубашку с коротким рукавом, кеды, а волосы завязал в высокий хвост. Совсем оброс, но, мне нравится. И снова. Не успел спуститься, оказался в кольце папиных рук. Все-таки он привык, что я рядом, а тут два с лишним месяца был черте где, и виделись мы с ним несклько часов два раза в неделю. Так что наверстывал. Папа уже пять минут прижимал меня к себе, гладил по спине, волосам и тут нашел несколько пепельных прядей. Показал мне, спросив:
- Что это? Седина в 15?
- Ну, зомби, призраки, и то и то вместе взятое. Перенервничал, вложил в "Отрицание" больше, чем надо и вот, - отмахнулся, - нормально все будет. Просто магия еще не восстановилась. Когда я был на нуле, то волосы полностью седели, а потом медленно, он верно, цвет восстанавливался, - и как раз, стоило папе меня отпустить, в комнату ворвался Патронус лорда. Василиск собственной персоной. Сказал: «В кабинете гоблина рода Мракс сегодня, через час. Жду вас обоих. Воландеморт».
И пока есть время до встречи с лордом, мы с папой пошли за покупками и мороженым, отметить его вольную от лорда. Книги купили, мороженное поели и шли мне за подарком. Папа предложил на выбор фамильяра или артефакт. Выбрал артефакт, фамильяром я и сам являюсь, нет уж, хватит и меня в нашей семье на магической привязи. Артефакт купили в Лютном, в «Горбин и Бег». Как некроманту и будущему наследнику трех старых, темных родов, а именно: Певерелл, Принц и Мракс. Мы с папой долго думали, что именно купить, чтобы подходило под силу и Дары Госпожи и предков.
Выбрали перстень "Отрицания". Артефакт, в котором заложено плетение, способное справиться с десятками призраков сразу. Призвал, показал жест и призраки у Госпожи во владениях. Заряд отрицания восстанавливается сам, но требуется на это много времени и магии носителя. Так что использовать его можно лишь когда совсем припрет. А еще его можно использовать, как накопитель некромагической энергии. Закончилась своя, призови ту что в перстне и продолжай сражение или ритуал. Удобная вещь.
- Время, - напомнил про встречу с лордом у поверенного папа.
Купив перстень, мы покинули лавку. Шли в банк и к поверенному Мраксов и лорду, готовому ввести меня в род. Дедушка Реддл, блин. Но, что делать, жить хочется при магии, разуме и с той, кого люблю. Так что приму и его и род и участь быть до скончания его века фамильяром темного лорда. К поверенному рода Мракс нас проводили, кабинет показали. Суда по спокойному и сосредоточенному выражению лица, поверенный уже отошел от шока, что темный лорд сам лично пришел вступить в права лорда рода и даже больше, ввести в род наследника.
Ритуал прошел тихо и мирно, пара капель крови моей и Реддла на алтарь рода Мракс и призыв его предков, перед которыми представили наследника, то есть меня. Откликнулся на призыв кто-то из прадедов Реддла. Говорили со мной на парселтанге, я им отвечал и обещал не подвести род и помнить темные корни и наследие Слизерина – их основателя. Предки приняли меня наследником.
Теперь я: Мортимер Северус Снейп, наследник Принц, Певерелл и Мракс. Зашибись, сколько титулов и все на одного меня. Но, как сказал поверенный рода Мракс, у меня, как у потомка Певереллов длинная жизнь, в три раза дольше среднестатистического волшебника, так что успею наследников оставить и титулы им завещать. Сказал: «Ха, смешно».
Дальше ритуал принятия Реддла, как лорда Мракса и информация о дарах рода. Как оказалось, нужный Сатурну дар «Взгляд Медузы» у лорда есть, но заблокирован, и пока он не восстановит душу – шиш ему с маслом, а не Дар рода. Так что вся надежда на нас с Учителем. На этой ноте мы разошлись. Со словами: «Пока, внучок!», вызвав этим скрип моих зубов, рык и желание отправить к Госпоже на чай - Реддл ушел на поиски крестражей, а мы с папой домой, вещи разбирать, ужин готовить и отдыхать. Утром в школу на поиск одного единственного, лорду не доступного крестража. В выручай-комнату. А я еще помню, где он и как его позвать. Так что дел у нас невпроворот, как говорит Учитель.
Перед тем, как покинуть в банк, нашел поверенного Поттеров и попросил найти литература по списку Учителя. Поверенный взглянул на список, слегка покачнулся, но обещал связаться с поверенным Певереллов и прислать все необходимое до отъезда в школу. Хотелось бы книги начать читать и постигать в ближайшее время.
Глава 21
Утром, как мы с папой и планировали, переместились камином в школу. Где находится выручай-комната я в курсе, поэтому шел туда, а папа меня страховал. Мало ли кто по пути попадется. Я стоял перед картиной с танцующими троллями и звал ту самую комнату-хранилище, где находилась диадема с осколком души лорда. Просил папу оставить меня одного. С осколком я договорюсь лично, так сказать тет-а-тет пообщаюсь. Папа не хотел, но ушел к себе, сказав, что будет меня ждать, вернемся домой вместе. А я, позвав нужную комнату, ждал ее отклика. И вот двери предо мной открылись. Прошел, встал в центре комнаты и звал осколок. Парселтанг мне в помощь, плюс родовая магия рода Мракс.
Осколок с неохотой, но отозвался. Коробка с диадемой показалась на одном из столиков. Взял коробку, вышел из комнаты, шел к папе. А там камином домой. Этот осколок, как и все шептал и звал, соблазнял на путь тьмы, высвобождая энергию и магию. А любой, кто откроет коробку и коснется диадемы - будет ей порабощен. Мне-то ничего, моя магия сильнее, а вот папе пришлось не сладко. Чтобы у него не было соблазна коснуться, окутал коробку своей магией и оставил так до прихода темного лорда. Его мы вызвали Патронусом практически сразу, но пришел он вечером. Забрал диадему и ушел, сказав мне на прощание:
- До встречи, внучок! – за мной не заржавело:
- До скорой, дедуль! – кривая улыбка лорда стала мне наградой, как и ему скрежет моих зубов и полный ненависти взгляд. Обменялись любезностями, так сказать. После ухода лорда мы с папой поужинали и легли спать.
А утром пришли книги от поверенного Поттеров и Певереллов. Внушительный список и книги по пятьсот-шестьсот страниц. Но, раз учитель сказал, надо читать, запоминать и на практике применять. А пока завтрак, потом чтение и ближе к обеду письмо от Учителя, что к ритуалу все готово и лорд скоро обзаведется полноценной, слившейся воедино душой. Мне же необходимо присутствовать на ритуале. Как фамильяру лорда, так и начинающему некроманту. К тому же я – потомок Певерелла, со мной ритуал пройдет удачнее, чем без меня. А ритуал назначен на вечер.
Поэтому, взяв все, что прилагалось к письму списком, обняв на прощание папу, пожелавшего мне удачи и не поседеть в 15 - шагнул в камин, назвав адрес Учителя. И я оказался не первым пришедшим, лорд уже сидел за столом и пил чай. Отсалютировал мне чашкой, пригласив к столу:
- Присоединяйся, внучок, - фыркнул, сказал:
- Обойдусь без чая, дедуль.
Привычный обмен любезностями между мной и лордом застал Учитель. Посмеялся над ним и посочувствовал мне, пригласив Марволо к импровизированному алтарному кругу. Пока лорд собирал свои осколки и принимал титул главы рода Учитель подготавливал все к ритуалу призыва Госпожи и слиянию осколков души в единое целое. Я быстро закинул вещи в свою комнату и шел к Учителю. Лорд уже лежал в пентаграмме, расставив руки и ноги так, чтобы они касались крестражей, разложенных по углам звезды. А на вершине, в изголовье - учитель с книгой в руках. К ему присоединяюсь и я, встаю рядом.
Для начала выпустить силу, пустить ее в магический круг, а уже потом ритуальный призыв на латыни. Наши энергетические потоки сливаются. Наливается силой пентаграмма, и когда круг полностью напитан, и наступает пик призыва, мы с Учителем в унисон, протяжно, низко, гортанно произносим слова призыва. С каждым словом резерв пустел, магии становилось меньше. Ритуал забирал много энергии. И на последнем слове по спине побежал холодный, липкий пот. Меня сковал страх и ужас.
- Тебе нечего бояться, потомок! – склонил голову, а Смерть продолжала говорить, но пока лик свой не показывала, - кому стоит бояться моего гнева, так это тебе - Том Марволо Реддл! – голос она не поднимала, но этого и не надо. тон с которым она произносила каждое слово о многом говорил.
- Госпожа, - склонил голову Учитель, - Реддл обратился ко мне и Мортимеру за помощью. Просил воззвать к вашей милости, готов принести клятву верности на крови… - но, Госпожа не дала ему договорить:
- Клятва на крови ничего не стоит, Мстислав. Ее легко можно нарушить и ничего за это не получить. С его-то опытом. Принесет клятву души и сущности, тогда сделаю все, о чем он просит. Но, он этого не сделает.
- Я готов поклясться душой, Госпожа, - говорит лорд, уверенный в своих словах, а Смерть предупреждает, что обратной дороги не будет. Если он поклянется душой, вверит ее ей, то станет ее слугой до окончания веков, сколько бы раз не перерождался, душа, отмеченная Смертью, будет принадлежать ей - навечно. Это жутко и страшно, но лорд согласен: - Я вверяю свою душу в ваши руки, Госпожа.
- Будь по-твоему, Том! – заливистый смех и Госпожа показала свой лик. Закутанная в длинном балахоне фигура, с глубоким капюшоном и широкими рукавами мантии, склонилась к лорду, закрывая лицо лорда капюшоном. Что-то ему шептала, а после тонкая, изящная рука, длинным пальцем коснулась груди и лорда скрутило в жестком приступе боли, а Госпожа говорила: - Это ломать душу не больно, а восстанавливать ее и спаивать в единое целое – пытка, как во владениях Люцифера, - а потом обратила внимание на меня. И словно прочитав мысли, а может, так и есть сказала: - «Да», ответ на все мучающие тебя вопросы. Ты правильно думаешь, наследник. Большего сказать не могу.
- Большего и не надо, Госпожа, - рука у сердца, голова в поклоне, - Госпожа, примите и вы мою клятву. Пусть не душевную, а магическую, быть достойным наследником в настоящем и главой рода в будущем.
- Принимаю, наследник. Вижу, род Певерелл в надёжных руках. И я благословляю ваш союз с той милой ритуалисткой из рода Гринграсс. Ее род и магия идеально подходят для будущего рода Певерелл, - и на этих словах закончились крики и мучения лорда, и Госпожа покинула мир живых.
Мы с Учителем оставили лорда срастаться со своей сущностью, а сами прошлись по окрестностям. Он спрашивал меня о словах Смерти, что она имела в виду, говоря «да», на все мучающие меня вопросы. И о чем я думаю? Пересказал подозрения относительно директора и его причастности к секте Сатурна.
- И? Что за магия у Альбуса?
- Не уверен, но в роду его матери был волшебник, способный изменять свое тело, отматывать назад облик, выглядеть или старше или наоборот моложе, при этом оставаться или стариком или молодым в душе. Редкая способность, но она связана со временем, как раз то, что нужно Сатурнам.
- Нужно проверить, - согласился со мной Учитель, - а не рубить с плеча. Может, Альбус и не в курсе этой способности…. – а потом сам же себя и поправил, - хотя, слова: «Альбус» и «не в курсе» не совместимы в принципе. Так что да. Проверить стоит. Попрошу кое-кого. А пока иди домой, Мор. Задания у тебя есть, список книг тоже. А за дедулю не переживай – оклемается.
- Угу, - ушел в дом, забрал вещи и шагнул в камин, оказываясь в Паучьем Тупике. Папа дома, рассказал ему, как все прошло и о словах Госпожи о оправданных опасениях и мыслях, касающихся директора. Папа, как и Учитель, обещали проверить и узнать, так ли это. А пока меня отправили переодеваться к ужину. Потом спать. Всего две недели и в школу.
Глава 22
Две недели пролетели быстро и вот мы с папой на платформе. Он проводил меня до станции, оставил с сестрами Гринграсс и друзьями, сказав: «увидимся в школе» - аппарировал. А мы с ребятами шли на поиск купе. У нас у всех есть что рассказать, особенно у тех, кто проходил летнее обучение у членов Культа. Энтони и Аларик ждали красочных, ярких и подробных рассказов об учебных неделях и первой рассказывала Астория. Луна держала ее за руку, поддерживая, а девушка начала с момента, когда пришло приглашение, им обеим.
Письмо Астории оказалось одноразовым телепортом и переместило ее прямо в склеп, с кучей надгробных и мемориальных плит. И оказалась девушка не Британии и даже не в Шотландии, а в провансе Франции. Таблички с именами и пожелания обрести мир душе написаны на французском языке. А так же прилагались инструкции по сеансу Спиритизма с покойным волшебником, оставленные будущим Учителем, и все на латыни. И как хорошо, что для Даф и Астории латынь – второй родной язык. Все-таки папа некромант и этим все сказано. Астория справилась, криво и коряво, как сказала ее Учитель, но сеанс засчитали за вступительные экзамен. И теперь она полноправно считалась ученицей Ритуалистки, одной из известнейших. Но произносить имя этой волшебницы не рекомендуется – появится. Поэтому просто – Учитель.
Дальше шел рассказ Дафны. И ее ситуация напоминала ситуацию Астории. Письмо перенесло ее в какие-то дальние дали и даже по окружающим надписям и табличкам не понять, где она оказалась. А перенес ее конверт с письмом на кладбище. Не большое, всего на сотню могил. Скорее всего, кладбище деревенское. И снова спасибо папе, что таким местом не напугать. Оказалась она стоящей на могиле какого-то маггла, умершего пятьдесят лет назад. Но проблема была не в том. А в давно-устаревшем ритуале сдерживания. Любое кладбище подвергается ритуалу сдерживания, оплетается рунным кругом с вписанными приказами не реагировать на некроманические миазмы без прямого приказа и призыва. В противном случае, без этого ритуального ограничивающего покойников круга был бы трэш. Каждый, даже незначительный некромантический всплеск энергии влиял бы на захороненных людей и любой закопанный труп, не важно какой давности, встал бы и пошел. А так, есть печать и ритуал сдерживания и никто, ни на что не реагирует. И именно этот ритуал и предстояло провести Даф. Благо латынь она знает и кладбище не большое. Ушло у нее на все про все два часа.
- Учитель сказала, пойдет, и вот мы с Асторией живы, сидим перед вами и вроде, - уточнила, - живы и вменяемы. А ты, Лу? Как проходило твое обучение?
Луна единственная среди нас, кто не подвергался магическим и физическим нагрузкам. Ее способность ментальная, связанная с погружением в разум и потоки сущего. Поэтому Лу все каникулы провела в астральном мире, под чутким руководством Учителя бродила по линиям вероятностей, видела другие параллели и миры, побывала в зеркальном мире, такой же как наш мир, но все с точностью до наоборот. Все мы там другого пола, я – девушка, а Даф – парень, и Лу и Астория, короче понятно. Как и Марволо, она там истинный праведник и топит исключительно за свет и никаких темных и тайных делишек не творит, возглавляет светлый Орден, под названием «Небесные Рыцари». А вот Альбусина Дамблдор истинно темный лорд, собрала вокруг себя последователей и вершит зло. А помогает ей в этом ее компания «Пепельные Фениксы». Мы слушали ее рассказ о зеркальном мире, как сказку и были в восторге и шоке одновременно.
- И вышла я из линий вероятности только три дня назад. Едва успела учебники купить. А ты, Мор, как твое обучение?
Я рассказал, как днями на пролет постигал стезю некроманта. Рассказал свой режим дня, и показал на еще не восстановившиеся пепельные пряди волос, они еще с ритуала слияния души темного лорда остались. Сказал, что один раз полностью поседел, со страху переборщил с отрицанием и вложил большую часть сил, а волосы стали как у Луны - серебряными. Посмеялись. Но потом решил таки сказать ребятам о возрожденном лорде. Рассказал о том, как он пришел к нам с Учителем с просьбой восстановить душу с целью пробудить дар рода Слизерин «Взгляд Медузы», опустив момент с вступлением в ряды секты.
- Он, как и мы все повязан с Сатурнами, его дар рода – это лакомый кусочек для секты. Учитель согласился восстановить его душу, но при условии сотрудничества лорда с культом.
- И темный лорд вот так просто, взял и согласился? – удивлялся Энтони.
- Странно все это, - говорил Аларик, - не получиться так, что он вами с Учителем воспользовался, душу восстановил, дар рода пробудил и теми же ногами побежит к сектантам? – этим вопросом были озадачены все, но не дослушали одну деталь оговоренных Учителем условий.
- А у него не получится предать нас без вреда для себя. Лежа а пентагрраме он вверил душу и сущность Госпоже. И одна лишь мысль о предательстве и он не успеет сказать «Упс», как развоплотися.
Услышав это, ребята успокоились, ведь без подобного пункта в договоре от лорда можно было ожидать чего угодно, могли бы быть проблемы. А еще рассказал о директоре, упомянул о его возможной способности отматывания времени тела к определенному возрасту. Над достоверностью этой информации обещал поработать Учитель.
- Да, мои каникулы у бабушки Тины ничто по сравнению с вашими! – смеется Энтони, вспоминая свои каникулы. Бабушка Тина – это Тина Саламандр, она не совсем бабашка, дальняя родственница, в переплетениях родовых линий заплутать можно, но, как говорится, даже седьмая вода на киселе тоже родня, поэтому она просит называть ее бабушкой.
- Как и мои. Так что да, мы с тобой, Тони в пролете, - дружно посмеялись, а пока мы все это обсуждали и делились впечатлениями проведенных каникул – приехали. Старосты, и как хорошо, что не я, а Терри Бут и Падма Патил. Хотели меня на эту должность, но я был вне доступа и значок решили отдать Терри. И он вместе с Падмой напоминали про мантии и готовили первогодок, говорили куда им идти и что все будет хорошо. А мы приехали, вышли, шли к каретам, по пути поздоровался с Хагридом. А там и школа. Как всегда распределение и речь директора. На меня с теплом смотрит папа, пытаются обратить внимание Сириус и Римус, а я просто кивнул и отвернувшись, ковырял вилкой в тарелке. А дальше по комнатам. Терри раздал расписание нам – парням, а Падма – девочкам. Потом спать.
Глава 23
Отступление
Секта Сатурна!
Неужели я дожил до того момента, как она возродилась? Не мог поверить глазам, когда увидел, как Делакур и Диггори стареют, дряхлеют и теряют время на моих глазах. Это – они, точно и безоговорочно. Секта Сатурна определенно начала действовать. И у них явно есть на это причина, это не та организация, которая будет бездумно нападать и показывать свои способности контроля времени. Не многое об их прошлом возрождении, но слышал, что-то в сводках читал. Искали они в позапрошлое столетие какой-то ритуал, связанный с призывом самого Сатурна, бога Времени, трактат которого разделен на пять частей и отдан на хранение в пять семей в разные уголки мира.
Призыв подразумевает собой жертву «пятерых держателей времени», что это значит – без понятия, но явно связано с хранителями и их частями трактата. Возможно, одним из хранителей были Делакуры, раз первой пострадала она. Диггори же попал под раздачу, скорее всего магической волной зацепило. Кто еще хранитель части трактата – не известно. Был бы Поттер жив, мог бы оказаться он держателем. Все-таки потомок старого, древнего рода Певерелл, предки которого были частью культа Хроноса. А этот культ прямо-противоположный секте Сатурна. Направлены дела культа исключительно против секты и собираются Хроносы ради уничтожения сектантов. Набирают молодое поколение способных волшебников, чаще всего это потомки их прошлых участников. Как раз таких как Певереллы, или Поттеры. Кажется, дед Карлуса Поттера был вхож в этот культ. Упоминалось имя рода Гринграссов. Ни для кого не секрет, что они – некроманты. Мужчины, а вот женщины или ритуалисты или спиритисты. Все знают, но доказать не могут. Как говорят магглы: «Не пойман не вор!». Вот и Гринграссы еще ни разу не попались на некромантии и его женских ответвлениях.
- Альбус Вулфрик Персиваль Брайн Дамблдор! Кого я вижу? – слышу голос волшебника, которого не видел и не слышал еще со времен Гелларда. Старый вояка, прошедший кровавую, разрушающую и жестокую войну против темного лорда Грин-де-вальда, поучаствовавший в двух Мировых маггловских войнах и точно заставший еще королеву Викторию в девятнадцатом веке. Его род давно забыт у нас в Британии, зато знаком каждому на его родине.
- Мстислав Григорьевич Князев! Сколько лет, сколько зим? – этому волшебнику я едва достаю до груди, и рука моя словно ладошка ребенка в руке взрослого. Смотрю на него снизу вверх и вижу, что некромант ни капли не постарел, лишь прибавилось морщин, седых прядей и появилось несколько новых шрамов. В остальном такой же, каким я его помнил еще в сороковых. Спрашиваю: - Так, что тебя привело ко мне, Мстислав? Или ты просто навещаешь старые, знакомые места? – показываю на трактир брата. Как оказалось:
- Я к тебе, Альбус. Как не прискорбно, но не в гости и даже не навестить старого друга и товарища по сражениям, - мы с Мстиславом присаживаемся за стол, накрывая куполом от прослушивания. Перед ним ставится самая большая кружка грога и разговор пошел о секте: - Секта Сатурна. Они возродились, Альбус. И судя по твоей реакции, точнее ее отсутствию, ты в курсе, - не отрицал, говорил:
- Все так, Мстислав. Я понял, что Сатурны возродились, когда увидел стареющую Далакур и Диггори. Все это лето я искал информацию о секте и ее делах в прошлом. Мне удалось найти записи о прошлом возрождении, но не многое. Лишь о том, что секта гонялась за каким-то ритуалом, оставленного хранителям. Большего я не нашел. И кое-что у культе Хроноса. Опять же крохи информации, по которым сделать какие-то выводы весьма затруднительно.
- Что тебе в принципе известно о секте? – вопросы, словно на допросе. Он – аврор, а я – подозреваемый. Странно все это, но, может быть, от рук сектантов пострадал кто-то близкий и Мстислав решил найти их и использует всех тех, кто с ними пересекался? Или он подозревает меня в причастности дел секты? Думает, я вхож в нее? Все возможно.
- Мало что. В секту входят волшебники с определенными магическим способностями и дарами рода. Принимают только тех, кто владеет временными дарами и способностями. Большего я о секте не слышал. Мстислав, неужели ты меня подозреваешь?
- Я этого не говорил, Альбус. Ты сам заикнулся об этом. И не отрицай, - придвинулся и склонился надо мной, - у тебя в роду, по матери были волшебники, способные отмотать возраст тела и показаться в молодом или старом облике. Эта способность как раз подходит Сатурнам, - вот он о чем! Да, по матери есть такой дар рода, но он давно не просыпался, им никто не владеет вот два столетия точно. Так что Мстислава ждет разочарование. Но он все равно настаивал на своем и видел меня, как потенциального претендента на вступление в секту: - И ты не получал от секты приглашения?
- Нет, Мстислав, не получал. А если бы и получил, то отказал. И не потому, что у меня нет нужной для них способности, а потому, что мне претят их взгляды и убеждения. Я бы к Хроносам вступил, так у меня и для их организации нужного дара нет. Я – светлый, Мстислав. Да, многоходовщик, стратег и играю часто не по правилам, использую в своих планах как взрослых, так и детей, но я не убийца и не завоеватель всего сущего.
- Да, ваши с Реддлом игры до смешного банальны и неинтересны. Он – кошмарит всех, терроризирует страну и волшебников, помогают ему в этом отчаянные и сумасшедшие головорезы – Пожиратели Смерти, купающиеся в боли, страданиях, криках, мучениях и крови магглов и их волшебных отпрысков. Том же мечтает восседать на посту министра магии, придать гонению все магглокровок, скинуть их в резервацию, а магглов вообще за людей не считает. А ты – ему противостоишь. Как? Банально и скучно, без размаха и фантазии. Какой-то Орден Феникса, вшивый отряд Авроров, банальные ловушки, предсказуемые ходы и ребенок, на губах которого молоко не обсохло, а от присвоенного ему титула прослыл зазнайкой и балбесом необразованным. Идиот, на плечи которого возложена миссия. И еще липовое пророчество, из-за которого уничтожено будущее двух старых родов: - Поттер и Долгопупс, - да, с этим промашка вышла. Не просчитал возможные ходы и не даже не подумал, что к Поттерам или Долгопупсам лорд пойдет лично. Знал бы, оставил у них по отряду Авроров. А так...
- Ты меня отчитываешь, словно я ребенок, - поражался тому, как реагирую на его слова. Тон, с которым говорил мне все это Мстислав и правда вызывал у меня чувство вины, словно я нашкодивший первокурсник, который или окно разбил или зелье на уроке профессора взорвал.
- Нет, Альбус. Не отчитываю, а говорю как есть, что ты виноват перед Госпожой за то, что своими играми с лордом лишил ЕЁ род будущего. Поттеры – потомки ЕЁ рода Певерелл. О Долгопупсе не знаю, мне он не интересен. А вот Поттер мог бы стать продолжателем рода и возможно, наследником культа. А ты… - продолжать не стал, просто встал и ушел.
Отчитал меня как ребенка, передал слова Госпожи и узнал о том, что я не владею даром и не вхож в секту, вот и вся причина его визита. Раз он об этом спросил, ответ на вопрос получил и думаю, что поверил, значит можно дальше продолжать собирать информацию по культу, его членам и потомкам, а так же искать потомков тех самых хранителей трактата и сами части ритуальных письмен.
- Великие, могучие, а такие доверчивые…
Глава 24
Уроки шли как обычно. Никакой тебе дамы Амбридж в розовом, ее директив на стенах и проверках профессоров на их профессиональную пригодность. Власть принадлежит директору и только ему. На посту профессора ЗОТИ по-прежнему Сириус, а УЗМС ведет Люпин. Как было, так и осталось. Даже задирающий нос Долгопупс, хвастающийся своими тренировками и небывалыми достижениями в магии стал частью нашей жизни. Уроки совместные с Гриффиндором – это сплошная показуха его, как Героя и Избранного, все внимание исключительно только ему, а мы так, на задворках.
И в таком режиме прошел месяц. За ним еще. Наступал Хеллоуин и последняя игра в сезоне. Дальше только тренировки и полеты. Сыграно по две игры, счет пока с пользу Слизерина, мы на втором месте, на третьем Гриффиндор и Пуффендуй в конце. Они пока не определились с ловцом или Сьюзен или Николас. И тот и другой показали себя не плохо, по одному пойманному снитчу, но сократить разрыв в очках не помог даже он. А со Слизерином нас разделяют какие-то жалкие сорок очков. Как сказала Чжоу, а капитан с этого года она, мы догоним Слизерин и поборемся за кубок.
А я и Даф с Асторией и Луной регулярно, раз в две недели встречались со своими Учителями в «Кобаньей голове» и сдавали негласные теоретические экзамены, заодно старшие с нами делились информацией по секте. Все же, как сказал Учитель, мы многое нарыли и нам положено находится хотя бы в информационном штабе, если до боевого нам расти и расти. И как оказалось, директор имеет к секте непосредственное участие, хотя и показывал всем видом, что нет, и не примкнул бы, даже позови они его.
- Он сделал вид, что не причастен к делам секты, а я сделал вид, что поверил всем сказанным словам, - смеялся Учитель, - развел, как ребенка. А он думал, что развел меня. Ха-ха-ха! – смеялся он громко, на весь трактир. Но на нас не оборачивались и косо не смотрели лишь потому, что стоят Чары: «Покров Тайны» - это глушитель звуков и отвод глаз. Для всех в трактире сидим и пьем кофе лишь мы четверо, а на деле к нам присоединяется мой Учитель и Учитель Даф и Астории.
Невероятная женщина, прожившая полтора столетия, на вид которой дашь от силы лет сорок пять. С длинными, густыми темно-русыми волосами, ниспадающими по спине и груди, широкими плечами и груди, натренированным руками, явно способным ломать черепушки и остальные кости, да что кости, камни и надгробные плиты - факт. Женщина, имя которой не произносят, славящая в узких кругах, как Валькирия Брунхильда, одним взглядом синих, цвета моря глаз, может загнать тебя в пол, как молоток гвоздь, с одного удара. А ее низкий, тягучий баритон способный рвать барабанные перепонки и в хлам уничтожать стекла – любого заставит склонить голову и приклонить колено. И именно у этой потрясающей женщины учится моя Даф. И смотря на Учителей, как моего так и ее видел в будущем нас с ней. Посмеялся и спросил:
- Учитель, а тот дар, о котором я говорил?
- Нет. Даром там и не пахнет. Скорее всего, Сатурны используют Альбуса, как источник информации. Надо отдать должное у него потрясающая агентурная сеть и способность находить информацию. И даже по крохам, обрывкам и слухам выстраивать логические цепочки и хронологию событий. Этого у него не отнять. Только все это бесполезно для секты и него, скорее полезно для нас.
- Вы за ним следите? – спросила Астория.
- Логично, же. Мстислав Григорьевич пришел к нему, поговорил, убедился, что дара нет, в секту не входит, - говорит Даф, - пожурил для вида, мол ты такой сякой род Госпожи оборвал и Поттеров потерял, - смотрит на меня, а я держу ее за руку и улыбаюсь. Все так, род Поттеров из-за дел Альбуса пострадал, зато род Певереллов – выиграл. Никто не отрицал, так даже лучше. А Даф продолжала свою мысль: - вы всем видом показали, что от него отстали и его в расчет не берут. А он наивный дурак поверил и продолжил свои дела на благо себе любимому и секте заодно.
- Даф, перебор, - шептала Астория, ведь та разошлась не на шутку, а вот их Учитель довольна, смотрела на Даф, на ее расправленные плечи, выправку воина,жесткий взгляд серых глаз и низкий, тягучий, как у нее самой голос и отмечала, что есть кому продолжить путь Валькирии Брунхильды. А Даф и правда в запале становиться похожа манерами на Брунхильду. А вот Астория скорее похожа на другую валькирию, имя которой Скульд, несущая долг рода и будущее этого самого рода. Она тихая и покорная воле отца, а не как Даф, в тихом омуте которого черти водятся. Слова Учителя с его родины.
- Не, в самый раз, - говорит Брунхильда, - так, что с Альбусом делать будем, Мист? – спрашивает некроманта.
План у Учителя прост. Он показал на того, кто всеми фибрами души ненавидит директора – его брата. Он о делах директора знает куда больше остальных. У него в школе и министерстве свои люди и не меньший штаб осведомителей. И чтобы показать брату его место и спустить с небес, на которые он сам себя водрузил, на землю поможет и все что нужно расскажет. Но, без нашего присутствия. Нечего ему знать о будущем поколении культа. Поэтому мы выходим все вместе, а потом Учитель и Брунхильда отправляют нас в школу, а сами снимают «Покров Тайны» и идут на приватный разговор к Аберфорту. При следующей встрече нам обязательно расскажут о чем они со старшим Дамбдлором договорились. А пока вновь оставили нам список из десятка книг и задания по разделам, отмеченным закладками.
Мы с девочками шли в школу. Выходные заканчиваются. Завтра уроки, недели пролетят незаметно. Не увидишь как полугодовые контрольные, и каникулы. Это время пролетело и правда быстро. Мы все так же посещали трактир Аберфорта раз в две недели, встречались под «Покровом Тайны» с Учителями и вникали в происходящее. И агентура Аберфорта не подвела. Как оказалось у Сатурнов уже три из пяти частей трактата, как и время хранителей для призыва. Осталось найти еще двоих и ритуал начнется. Где и когда конкретно – неизвестно. Но, с этим обещал помочь Марволо. Он, согласно нашему с Учителем условию вступил в секту, стал одним из главных точек призыва, то есть ему пришлось найти волшебника-хранителя, забрать часть трактата и время соответственно. Радовало, что есть ритуал, способный вернуть украденное время и этот ритуал проведет Брунхильда и Даф, когда все закончится. Так что мы ждали новостей от Марволо и Аберфорта, а сами стягивали силы и последователей культа сюда, в Британию.
А еще немного и Рождество, каникулы. Это у обычных студентов, а будущим культистам, нам с девочками, грозит очередной этап обучения, малый, как его Учитель назвал. Лишь Сочельник я проведу с папой, и как всегда соблюду традицию возложить цветы к могиле мамы, рассказывать о прожитом без нее годе. И как же хреново, что эту традицию нарушает пристальное внимание Сириуса и Римуса. В тот год на могиле отца и мамы их не было. Я был этому несказанно рад, особенно помня себя и свою опустошенность в позапрошлом году, когда Сириус и Римус устроили папе допрос с пристрастием и порушили к хренам все рождественское настроение и планы.
И явно не спроста эти двое в этот год ведут себя слишком навязчиво. Уделяют мне время больше, чем раньше, спрашивают чаще обычного, приводят другим в пример. Такого в те года не было. И меня это напрягает, настораживает, как и папу. Он пару раз устраивал им выволочку и допрос, пытался понять, что им от меня надо и почему они так рьяно тянут ко мне свои загребущие рученки, хотя в тот год вели себя холодно и отстраненно. Но так ничего от них и не добился. Лишь слова Сириуса: «…я его крестный, а Мор воспоминание, оставлено Джеем и Лили. Парень уже взрослый и сам может решать, считать меня семьей или нет, без всяких там носатых пап…» вот что сказал Сириус, а Римус поддержал.
Папа тогда напомнил о том, что оба этих «члена семьи» забыли обо мне, когда я нуждался в помощи и лежал в кроватке и пустующем доме, смотря на тело мамы. Что ни один из них не пришел и не забрал ребенка на воспитание, сбежали по своим «великим делам» и оставили родного и близкого, дорого и важного, на поруки. И даже больше не озаботились, по прошествии нескольких лет начать поиски. Так что их слова – лицемерие.
И я не говорю, что их ненавижу или презираю, нет. Просто в ту жизнь я не видел всей картины, не знал о них с Римусом в принципе. Никого кроме Дурслей до одиннадцати для меня не существовало. Потом мир магии, добрый дедушка директор, располагающая к себе профессор Макгонагалл, друзья, готовые подставить плечо и влипнуть со мной в любую неприятность, потом первый родной для родителей, а значит и для меня человек – Римус, и как оказалось невиновный крестный – Сириус. Два родных человека, близких друга моего отца и матери. И семья Уизли, привечающая и считающая родным сыном.
И я верил, не думая о том, что все это ради одного – доверие, безоговорочное и поглощающее, гонимое лишь в одну сторону - на подвиги и жертвы. Даже ценой собственной жизни. И не задумываясь я ее отдал, свою жизнь. Но в этот раз хрен они с маслом получат, зубы обломают, но до меня не доберутся. И папу им не получить в свои сети. Он свободен от всех обетов и обещаний. Долг лишь перед родом Принц, и ничего более.
Глава 25
Заканчивался последний в этом учебном полугодии день. Мороз, падающий хлопьями снег, чистое, голубое небо и солнце. Что может быть прекраснее? Контрольные написаны почти все на «Превосходно», обед закончен, вещи собраны, мы готовы отправиться по домам. Друзей: Тони и Рика с Луной, а так же некоторых слизеринцев папа отправил домой своим камином. Последними отправляющимися стали Астория и Даф. Девушка отозвала меня на пару слов и протянула подарок, со словами:
- Не знаю, получится у нас на Рождество увидеться или нет, поэтому держи, – протянула мне небольшую коробочку, перевязанную зеленой ленточкой, - и еще, - ее руки оказались на вороте моей рубашки и притянули к ней. Наши губы столкнулись. Мягко, приятно. Едва касаясь, завлекая и перехватывая инициативу на себя, прижимаю Даф за талию, а ее руки по-прежнему сжимают воротник моей рубашки. Под пристальный взгляд отца, и его: «кхм-кхм» мы друг от друга оторвались. А после поцелуя на губах остался вкус медовой гигиенической помады. Протянул ей коробку с подарком, перевязанную синей лентой.
- А это тебе, – сказал на прощение: «- пока, Даф» и у камина, под взгляд папы украл еще один поцелуй. Быстрый, но такой же теплый, в привкусом меда. А потом ушли камином и мы с папой. Его рука на моем плече, взгляд пристальный, но не осуждающий. Мы с Дафной уже взрослые, нам можно встречаться, следовательно гулять, обниматься и естественно целоваться. К тому же одобрение и благословение родительское получено, можно сказать, что мы с ней помолвлены. Только у папы была просьба дальше не заходить раньше времени, а школу закончить и обучение у Наставников.
Как обычно, мы с папой разложили вещи, подготовили букет лилий на могилу мамы, сходив в ближайший цветочный магазин, по пути зашли за продуктами, сготовили и поужинали. А потом могилу мамы. Я с букетом в руках, папа рядом. И снова возложение, слова приветствия:
- Привет мам, это мы с папой. У нас все хорошо... – и дальше как обычно, что в этот год без нее произошло. Говорил обо всем, даже об уроках Учителя, о том, что постигаю стезю некроманта. Трудно, выматывающее, изнурительно, да так, что порой приходилось спать прямо там, на кладбище. Смеялся и плакал одновременно, как и папа, стоящий за спиной. Не забыл упомянуть Дафну, наши с ней отношения: - а еще мам, у меня есть девушка, которой я очень сильно дорожу, и люблю. Уверен, она бы тебе понравилась. Не смотря на внешность Снежной королевы или Снегурочки, это из сказок Учителя, она истинная Валькирия, как и ее учитель Брунхильда. Она постигает путь Ритуалиста, и именно ей Наставник Брунхильда передаст свой статус валькирии в культе. А я буду как Учитель, мрачным, матерым некромантом, - смех и слезы. Встаю, поворачиваюсь к папе, как слышу упрек, и не от него, а от Сириуса и Люпина:
- Значит, вот как ты его воспитываешь, Снейп? – рычал Сириус, готовый вцепиться в глотку, но руки лишь с силой сжимают надгробие, около которого они с Люпином стоят, - и мы с Римусом не ослышались? Какой-то Учитель наставляет мальчика на путь тьмы? Некромантом делает? А еще и Ритуалистка в невестах! Хорош отец! – предъявлял претензии Сириус, а Люпин подпевал и поддакивал:
- Мы думали, Гарри в надежных руках, что ты, о нем позаботишься! А ты! Сам же страдал от дел лорда, погряз во тьме, но говорил, что Гарри дал тебе свети надежду вырваться их той клоаки! А сам же его туда кидаешь! Какой ты после этого отец? – кричал на все кладбище волк. Я же, как говорит Учитель, показал силу сразу, так сказать в сыром виде, чтоб надзор не просек.
- Напомню вам обоим историю рода Поттер, - показал на волка и Сириуса, - проведу экскурс, так сказать. Отец, дед и прадед не владели даром некромантии, так как прапрадед на старости лет ушел в артефакторы. С него-то и начались изменения в даре. По сути, некромантия и артефакторика схожи, - Сириус фыркнул:
- В чем это?
- В направлении. Тьма – вот и все направление. Артефакторика – это та же некромантия, но направленная на внедрение не характерных свойств в определенный предмет. Прапрадед первое время использовал некромантию для того, чтобы создавать артефакты, способные облегчить работу некромантов, Ритуалистов или Спиритистов, повысить скорость и эффективность при упокоении мертвецов, а так же изгнании призраков к Госпоже. Вот, например, - показал на палец и кольцо Отрицания, - с помощью кольца я изгоню десяток призраков, или использую накопленную им энергию, как дополнительный источник.
- Хочешь сказать, что Джей был темный, как и его отец? Бред же! – не верил моим словам Сириус, думал, я так оправдываюсь.
- Да, доказательство тому - артефакторика. Вы с отцом в школьные годы сделали карту Мародеров. Принадлежали бы вы светлой стороне силы, сделать бы этого не удалось, - Блэк на мгновением замер, а я мысленно стукнул себя по лбу, ведь в этой жизни у меня ее нет, и я не должен о ней знать. Надеюсь, прокатит, - так что да, отец и дедушки – темные. Как и вы оба, - показал на волка и Сириуса, - ты – из-за сущности, - показал на Люпина, - а ты из-за рода Блэк. И то, что ты отрицаешь факт причастности к темному роду, не делает тебя светлым. Просто ты не пользуешься способностями рода и его Дарами, а я пользуюсь.
- И что? Против Темного Лорда армию нежити выпустишь и призраков на него натравишь, когда он узнает что Избранный и Герой ты, а не Невилл? – с кривой улыбкой спросил Сириус, а мне тут же стало интересно.
С чего это и когда я стал Героем и Избранным? Все же считают меня пропавшим или даже убитым. А тут такие титулы. Ведь по слухам, пущенным в массы «Альбусом и Ко»: Темный Лорд погиб, как именно – не сказано, лишь упоминалось о Годриковой впадине и сражении с Поттерами, в результате которого родители погибли, а я просто пропал. Именно поэтому светлой стороне и пришлось представить миру магии Невилла, как Избранного. Четырнадцать лет прошло, все забыли о Гарри Потере и о том, что лорд к Поттерам пришел, а не к Долгопупсам. А тут странность и слова Сириуса о моей Избранности и Героизме.
- А с какой радости я должен быть Избранным и Героем, когда этими титулами, слава Госпоже, наградили Долгопупса? Его же все это время тренировали, он все уши нам прожужжал о тренировках и выученных им заклинаниях! Может, я чего-то не знаю? Или вы что-то вас не касающееся рассказали? – от осознания того, что мою личность могут раскрыть, рухнуло в пятки сердце, похолодело в груди. Еще немного и магия в ход пойдет. Чтобы этого не произошло, руки папы оказываются на плечах, притягивают к нему – успокаивая меня и рвущуюся в бой магию, а упрек, режет не хуже ножа:
- Значит, чтобы прогнуться перед Альбусом, показать свою верность и преданность, вы раскрыли личность моего сына?! – голос его тих, на первый взгляд спокоен, но вот тон, глубина, протяжность и окрас – будоражил и слегка пугал. В прошлой жизни голос профессора Снейпа, прозванного «Ужасом подземелий» доводил меня до дрожи, ведь к крику я привык благодаря визгу тетки Пет, дяди Вернона и Дадлика, а вот к такому голосу, с нотками ужаса, страха, пробирающегося под кожу мороза – нет.
- Альбус сказал, что защитит парня, - промямлил Люпин.
- Альбус и «защитит» никак не совмещаются в одном предложении. «Почему?» - спросите вы, а потому, что мы все нужны ему исключительно на время, до достижения определенной цели. Когда цель достигнута – выбрасывает, - и папа говорит о себе. Ведь его использовали, сделали шпионом в стане лорда, ради защиты мамы, и он верил, шпионил, а директор делал вид, что защищал, а когда нужна была пешка – пожертвовал, наплевав на договоренности.
- Он поклялся! – сказал Сириус. Господи! Какая детская, непосредственная наивность. И правда, как собака предан хозяину. А все почему? Потому что его пока не предавали. Блэк не испытал этого на своей шкуре, как было в прошлой жизни, когда от него все отвернулись, и друг и наставник. Сириус не знает, какого это - быть преданным, в отличие от папы. Я же спросил:
- Значит, директор в курсе, что я – Поттер? – спросил, а у самого в горле ком, хочется и плакать и смеяться одновременно, вести себя, как заправский Темный Лорд, откинуться назад, прогнувшись в спине и безумно, безудержно захохотать на все кладбище, - вот каковы на самом деле друзья покойного отца, обещавшего во чтобы то ни стало меня защитить. Друзья, которым четырнадцать лет было на меня наплевать! Друзья, которые меня даже не искали, а когда нашли и узнали правду, при удобном случае взяли и предали! Вот ак заправский Темный Лорлд.енно, о я - Поттер: под кожу мороза - нет.нона и Дадлика, а вот к т акому олгопупса? башки.спасибо! Отличный подарок на Рождество! – с иронией и слезой боли и обиды, скатывающейся по щеке, сказал я. Смотрю на могилу мамы и отца, говоря им: - замечательные у вас друзья! Оборжаться просто!
- Мор, если Альбус в курсе, то и секта тоже, - шепнул мне папа, - а это значит, что под тебя будут копать, а через тебя могут и на культ выйти. Мстиславу надо срочно сказать, чтобы готовились к неприятностям, - Сириус и Люпин ничего из нами сказанного не поняли, лишь одно доперло, что они подвергли меня опасности, и это никак не связано с Лордом.
- Что за секта? – спросил Сириус.
- Какая опасность тебе грозит? – взволновался Люпин, но мы с папой не ответили, а резко переместились аппарацией, а потом отправили Патронус к Учителю с кратким пересказом диалога. Вместо ответа письмом или Патронусом, Учитель пришел камином, и его новости не уступали патовости нашим:
- Марволо сказал, что секте осталось найти последний фрагмент трактата, и соответственно забрать время у хранителя. И тогда проведение ритуала призыва не за горами. Времени у нас впритык.
- Кто последний держатель? – спросил папа.
- По нашим сведениям, последний кусок трактата, в котором описано точное, посекундное время и благоприятное расположение звезд, последнее упоминание было лет двести назад, а находился тот фрагмент у рода Певерелл, то есть у тебя Мор! – показал на меня Учитель. А у меня вырвалось:
- Еб вашу мать!
Глава 26
Я стоял и просто охреневал от происходящего. Узнать о том, что род Госпожи является хранителем части трактата призыва – куда не шло. Кому, как не потомку родной сестры доверишь такую важную вещь, как часть свитка призыва. Логично со стороны Хроноса. Это со стороны рассуждать нормально, подумаешь – хранитель, а вот оказаться потенциальной жертвой секты Сатурна и умереть в расцвете лет – вынос мозга. И вместо учебы и праздника мы с папой и Учителем думали, что со всем этим делать, кого на помощь хвать.
Затеяли что-то вроде Хранителей для Хранителя, масло масленое, как говорит Учитель, но факт остается фактом. И этими Хранителями стали: Папа, Учитель, Брунхильда и лорд, как один из заинтересованных и способных в случае чего меня вытащить и защитить. Первым вызвали Брунхильду. Учитель призвал Патронус, им был барсук:
«Брунни, Паучий Тупик – срочно! Мист!»
Участь вызывать следующего гостя на помощь досталось мне. А этим кем-то был лорд. Просил папу призвать его или Учителя, но сказали, это должен сделать я, чтобы Марволо умаслить, так сказать, проявить внимание к старичку. Буркнул: «ладно» и произнес слова призыва Патрпонуса. Из палочки вырывается маленькая летучая мышка, хлопая крылышками и летая над головой, ждет приказа. И слова:
«Приватос! Тому Реддлу! Дедушка Том, жду в Паучьем Тупике. Внучок!»
На меня смотрит Учитель и папа, взглядом спрашивая, что это только сейчас было. Сказал, что эта наша с лордом манера общения, родственно-бесячья-насмехательская. Дружно, в один голос сказали: «А! Понятно!» и ждали гостей. Первой пришла Брунхильда. Прошла в гостиную, побраталась с Учителем, пожала руку отцу и встрепала волосы мне. От чая отказалась, просила крепкого кофе. Заварил и протянул, и тут полыхнул камин и пришел последний участник собрания. И первым, что сказал:
- Еще раз так меня вызовешь, внучок, по самую маковку в землю затолкаю, - угроза уровня - «пф», не интересная. Вот если бы там мертвецы были или нежить какая-нибудь, тогда да, я бы проникся и задумался, а так просто отмахнулся. И обсуждение ситуации началось. То, что я по наследству получил статус держателя последнего куска свитка – не проблема, как и моя защита, даже то, что нужно это делать в стенах школы ее не напрягает. У Брунхильды много способов отслеживания, даже если меня и схватят, то все равно найдет. Да и лорд, наша с ним связь станет своего рода компасом. С этой неприятностью разобрались. Кроме проблем ритуального характера, рассказали о информационной, о том, что благодаря двум верным и преданным Тузикам (Сириус и Римус) Альбус стал опаснее, чем раньше. Он мог в качестве жеста доброй воли предоставить меня, как потенциального держателя.
- И предоставит, - говорит Учитель, - с него станется!
Материлась Брунхильда на весь дом. Уверен, ее даже соседи слышали, наплевав на заглушающие чары. Валькирия, поминая вездесущий и безмозглых песиков директора добрыми словами, предлагала сделать из них всевозможные блюда корейской кухни, а шкуры на шубы пустить или половички для ног. На нее с уважением смотрит папа, с восторгом и обожанием - Марволо, а мы с Учителем со смехом и улыбками. Брунхильда – невероятная женщина. Такую, как шепчет мне Учитель, нужно на руках носить. Было бы кому, а она готова.
- Что с этим козлом делать будем, Мист? – спрашивает валькирия Учителя.
Гнев ее сошел на нет. В руках снова чашка с кофе, она на подлокотнике дивана, нога на ногу. И Марволо не может отвести от нее взгляд, кажется, кое-кто на кое-кого положил глаз. И по-моему – пролетит Темный Лорд, как фанера над Парижем, так как взгляд валькирии устремлен к моему папе. От него это не скрылось, легкая, едва заметная улыбка уголками губ и хмык. Пока только симпатия, а там как пойдет. Жаль что разница в возрасте в ее сторону, но, ладно.
- У меня предложение, но опасное, - говорит Учитель и смотрит на меня, а я понял, как и папа, который был резко против такой аферы, сказал, что не позволит мне быть наживкой. Готов был всех выставить и сам во всем разобраться, найти другой выход, лишь бы не подвергать меня опасности.
- Северус, Мору ничего не грозит. С ним не поступят так, как с остальными держателями, - вот тут папа разозлился, потемнело около него магическое поле, еще немного и он палочку обнажит против учителя, но пока только спрашивал:
- Мстислав, Брунхильда, - смотрит и на валькирию в том числе, - что еще вы нам не рассказали? Что скрывали? – оказалось, последний, пятый кусок трактата Певереллов присоединяется в ритуале призыва последним, как и выкачивается время хранителя.
- Учитель, я правильно понял, вы хотите поймать их за руку, в процессе призыва? Так? – он и валькирия не отрицали, а я и папа были против, ведь кто знает, может быть маячок валькирии не сработает, как и наша с Лордом связь. И я останусь наедине с этими сектантами без поддержки старших. Нет! Я был против. А мне кое о чем напомнили:
- Мор, у тебя перед всеми Сатурнами будет одно преимущество, - вот тут я молил Госпожу, чтобы она заткнула рот некроманта, и тот не выдал бы всем здесь стоящим мой секрет, особенно папе. Но, увы, Госпожа была занята и мои мольбы не услышала, а Учитель выдал: - ты лично с Хроносом знаком. Он тебя, своего подопечного и последователя не заберет, а наоборот поспособствует. Одно твое слово и вы с Сатурнами поменяетесь местами, а все те, кто лишился времени по вине секты – снова станут молодыми и здоровыми.
- Так! Мортимер Северус Снейп! Выкладывай! – этот тон папы я еще с прошлой жизни боюсь. Поэтому сразу опустил взгляд, сжался в комок и готов был признаться в чем угодно, даже в скинутых ядерных бомбах на Хиросиму и Нагасаки, в организации обеих Мировых Войн, лишь бы не говорить того, что это моя вторая жизнь, и что в прошлой мы взаимно ненавидели друг друга. Он из-за того, что я был копией отца в юности – внешне, а не внутренне, в этом плане мы с ним совершенно разные. В неприятности я влезал из-за обстоятельств, а не по собственной воле. Я же ненавидел его за то, что он ненавидел меня, вел себя идентично его поведению и поступкам.
- Нет, пап. Я не могу сказать, - едва слышный шепот сорвался с губ, с хрипами и горящими от подступающих слез к глазам, - иначе я тебя потеряю, а ты самый дорогой и важный в моей жизни человек.
- Дурень! – подошел ко мне папа и прижал к себе, - я приму что угодно, любую информацию, любого сына, кем бы ты не оказался. Да будь ты хоть... – но, папа не договорил, в квартиру врывается и накрывает все и всех вокруг мощная,взрывная волна. В ушах стоит гул, чувствую, как по виску течет что-то теплое, во рту вкус крови. Перед глазами летают мошки, плывет картинка, тело не слушается. Еще одна вспышка магии и папа отлетает от меня к стене, слышу тяжелое столкновение с лестничной перилой. Потом очередные вспышки магии, явно кто-то сражается, а следом неимоверное давление, меня притягивает к полу, магия не отзывается. Пропустил момент, как на моем воротнике оказалась рука, поднявшая меня на ноги, резкая аппарация и темнота.
Глава 27
Отступление
Паучий Тупик. Пол часа спустя…
- Мист! Какого хрена? – рычит на всю квартиру едва стоящая на ногах валькирия, у которой по прежнему все плывет перед глазами, а ноги не слушаются и несут женщину к полу. Но валькирия, преодолевая слабость – встает, идет к напарнику и боевому товарищу, который так же, как и она в шоке от случившегося пол часа назад. То, что их со всеми потрохами сдал Альбус понятно, а вот откуда Сатурны достали старый, как мир артефакт «Небесный Поклон».
- Это артефакт, Брун. «Небесный Поклон», - матерных выражений и оборотов от валькирии прибавилось, как и вопрос, откуда этот артефакт у Сатурнов, - а черт их знает? – говорит некромант, - может, кто из последователей или спонсоров поделился «игрушками», а может, у кого-то из сектантов завалялся, - отмахнулся, спросив: - ты успела? – спросил некромант валькирию.
- Как только пришла. В волосы спрятала и пару прядей взяла для маяка, - перед глазами Брунхильды все еще плывет, но вот картина разрушенной квартиры и лежащего без сознания и движения хозяина видна отчетливо. Северуса достаточно жестко и болезненно приложили о стену. Валькирия подошла к лежащему навзничь мужчине, коснулась запястья, и жилки на шее, - жив, слава Одину! – потом пустила оценку состояния здоровья и выругнулась, - досталось Северусу знатно.
- Что с ним, Брун? – спрашивает некромант, подходя к зельевару. Тот бледнее обычного, в уголках губ застыла кровь, по виску так же стекает струйка алой жидкости, дыхание затруднено, валькирия констатировала:
- Перелом трех ребер, выбит плечной сустав, сильное сотрясение мозга и разбита голова, - коснулась головы и показала кровь, - ему нужна помощь целителей, желательно в Мунго отправить, а не в полевых условиях лечить, - но, хозяин дома был резко против Мунго:
- Пока сына из лап Сатурнов не вытащу, в Мунго не лягу, - пытаясь подняться, сказал зельевар, а к валькирии обратился, - мисс Брунхильда, могу попросить вас оказать мне полевую медицинскую помощь? – она помогла зельевару сесть, а у мужчины все бегало и мелькало перед глазами, к горлу подходила тошнота и рвотный комок с кровью таки вырвался из горла, - зараза, - ругался профессор.
- Я помогу тебе, Северус, но в битву ты не лезешь – это мое условие, - зельевар согласился, не ему тягаться с сектой, но спасти сына он хотел любыми способами. Валькирия предложила другого рода участие в спасательной операции: - У тебя будет возможность размазать предателя, а с похитителями мы расправимся сами. Мы с Мистом попросим тебя провести нас к Альбусу. Первым с ним говоришь ты, а потом подключимся и мы, - показала на себя и некроманта.
- Я не против, - сказал профессор. А потом спросил про еще одного участника собрания, про лорда: - А где Марволо? – некромант показал на застывшего в оцепенение лорда. Он выглядел как студенты, ставшие жертвами нападения два с половиной года назад. Ответ и решение простое: - отвар из мандрагоры и все с ним будет нормально. У меня где-то сушеная есть, сварю, как в себя приду.
На то, чтобы поднять профессора на ноги и довести до привычного ему вида и среднего уровня состояния здоровья, ушло чуть больше часа. Остановили кровь на разбитой голове, собрали и зафиксировали сломанные ребра, вправили плечо. сам же зельевар выпил Кроветворное и Восстанавливающее зелье, предложил остальным, и в более-менее приемлемом виде отправились в школу.
- А квартира? – спросила валькирия, показывая на разруху, - так все и оставишь? – на что профессор достал палочку, несколько взмахов, сопровождаемые заклинаниями и квартира восстанавливалась, сказал, что к возвращению Мора все будет как прежде. Валькирия восторгалась: - это же ритуал «Домашний Очаг» с вплетенными Чарами Восстановления! – у валькирии кроме восторга и радости от лицезрения прекрасной работы и идеальной вязи и плетений не было. Она смотрела на профессора и готова была на шею броситься от переполнявших чувств.
Но, чувства и восторг – потом. Мальчик и секта нуждается в их вмешательстве. А где находится их сходка, расскажет тот, кто не умеет держать язык за зубами, тот, по чьей вине парня похитили, а его отца чуть инвалидом не сделали, благо Северус ребра сломал, а не позвоночник. Так что трое волшебников направлялись в школу. Перенеслись аппарацией, оказавшись на башне Астрономии. Шли к кабинету Альбуса, как путь им пригородили двое – Люпин и Блэк:
- Северус, – говорил Люпин, - кого ты в школу привел? – показывает на некроманта и валькирию, - я чую от них темную магию, - водит носом волк.
- Что, Снейп, решил не скрываться и свою темную, пожирательскую сущность показать? – насмехается Блэк, а валькирия спросила у зельевара шепотом, на ухо, те ли это двое Тузиков, сдавших Альбусу истинную личность парня. Профессор лишь кивнул, а валькирия широко улыбнулась, расправила плечи и грудь, готовилась к одному очень интересному ритуалу, разминала руки и хрустела суставами пальцев. Просила у некроманта:
- Мист, вы с Севом не против, если я тут побуяню немного и кое-кого на место поставлю? – никто не возражал, кроме стоящих не против, но их мнение не учитывается. Единогласный кивок некроманта и зельевара, а под ногами двоих Шариков горит и наливается черно-фиолетовым светом пентаграмма, с символами и рунами по углам звезды, а по кругу узор из вплетенного в ритуал старого заклинания. Написанные символы и заклинание сможет прочитать тот, кто знает иврит. А ритуал сложен по наполняемости и прост в исполнении.
- Что это? – спрашивает Люпин.
- Какого дракла ты творишь? – возмущается Блэк, но их постигает кара валькирии, за предательство и беспрекословную службу, безоговорочную верность и непроходимый тупизм и слепую веру в одного бородатого интригана. Светритуального круга все ярче, плотнее, поднимается выше и полностью, с головой скрывает волшебников, а когда свет рассеивается, перед валькирией стоят две собаки в ошейниках. Валькирия присела рядом с ними и посмотрела на ошейники, держа их в руках, сказала:
- Значит, вот почему вы такие преданные! Ах, Альбус. Какая же ты мерзота! – отпустила псов гулять, а сама шла к директору. Там буянил Северус, Мист помогал держать Альбуса в кресле, связав того простеньким заклинанием «Теневые путы». Сам директор изрядно потрепан, его еще било от Непростительного, которым не брезговал зельевар. Руки, грудь и лицо в порезах от Секо. Пытки - это прекрасно! Валькирия любовалась мужчиной в запале гнева, его заманивающие, подобно бездне глаза, обволакивающая, словно ночной воздух тьма. Северус, приставив палочку к горлу Альбуса, требовал ответ:
- Говори, где секта располагается!
- Северус, Мстислав, я не понимаю, о чем вы? Я уже сказал тебе, Мстислав, что вхожу в секту, и даже приглашение не получал, а если бы получил, то отказался! Ваши обвинения беспочвенны! – делал вид, что возмущен, поражен тем, что на него наговаривают, а у самого победными искрами горят глаза, бурлит от эйфории кровь, усиленно бьется сердце, ведь у них и правда нет доказательств. Точнее, их не было, пока в кабинет к директору не пришел еще один участник недавнего заседания:
- Не ври, Альбус! Ты – их информатор! – лорд был еще плох, не все части тела его слушались так, как надо, но Марволо продолжал: - и тебе доподлинно известно, где их основное лежбище, а не побочное. Говори! – требовал лорд, - а то на себе испытаешь не только гнев Северсуса и Миста, но и мой родовой Дар «Взгляд Медузы», а я после оцепенения не полностью его контролирую, - упоминание дара стерло улыбку с губ директора, потухли искры радости и победы в глазах. Этого дара Альбус опасался, против «Взгляда» практически нет способов защититься. Лишь двое из присутствующих могут это сделать, сам Том и Мстислав. Поэтому угроза даром сработала так, как надо.
- Том? – удивился Мист, - ты оцепенение скинул?
- Пф, - фыркнул Реддл, - оцепенение – это жалкое подобие «Взгляда Медузы», всего лишь заклятье, созданное на основе дара рода Гонт. Еще бы мне его не скинуть! – потом перевел внимание на директора, - так, Альбус, расскажешь или мне Дар применить? – директор скрипя зубами написал несколько строчек и сказал, что это координаты аппарационной точки, а потом пройдя немного вперед по заданным указателям, упрешься в старое, заброшенное магглами здание.
- Большего я не скажу, - ответил директор, прося покинуть его кабинет как можно скорее. Смотря Тому в глаза, требовал: - прошу вас всех оставить меня одного, у меня много дел, скоро каникулы заканчиваются… - и резко замолчал, смотря вперед с открытым ртом. «Упс», вот и все, что сказал Реддл, сидящей напротив них каменной статуе.
- Перестарался, - говорит Мист, хлопнув лорда по плечу, - и куда теперь эту «СтатУю среди заката» девать? – все почти мгновенно пожали плечами, мол, не знаем. Отмахнулись, договорились разобраться с каменным директором потом. Важнее Мор и секта, которые намерены провести ритуал.
У края аппарации происходит так сказать расстановка сил и приведении плана по спасению в исполнение. Меняется на глазах лорд, становясь намного старше, чем раньше. Как сказал – это маскировка. Именно поэтому его не убили в Паучьем Тупике, как предателя, а остановили для него время, вывели из строя как потенциального спасителя парня. И первым пойдет он, по возможности оттянет ритуал, даст время Мисту и Брунхильде призвать отряд культа на зачистку секты. Некроманту и валькирии понадобиться на все про все пол часа. Лорд сказал: «Хватит» и аппарировал. Северуса же отправили домой отлеживаться и восстанавливаться, он сделал все, что мог. Профессор аппарировал домой, а Мист и Брунхильда в трактир Аберфорта, именно там базировался боевой отряд культа. Пол часа! Через пол часа начнется операция, по завершению которой от секты не останется и следа.
Глава 28
Мор
Больно, невыносимо больно терять свое время и принудительно стареть, расставаться со своей жизнью в самом начале жизненного пути! Вдвойне обидно, ведь попытка на жизнь вторая и последняя, другой не будет. И как же скверно, что последних, кого я увижу перед смертью – это гребанные сектанты, а не родные и любимые. Папа, как он там? Ведь последнее, что я помню, как его от меня отшвырнуло волной и сильно приложило о лестничные перила. Надеюсь, ничего серьезного с ним не произошло. За Учителя и валькирию я не переживал, их явно так просто не убьешь, как и Марволо, этот дед тот еще везунчик.
- Что, мальчик, смирился с участью? – насмехается сектант, вытягивая из меня время, смотря на другого волшебника, читающего призыв. Пентаграмма, вот практически во всех ритуалах звезда и круг. По углам звезды расположены сосуды с временем жертв-хранителей, а в центе или тот кто призывает, или тот кого призывают. В данный момент там никого, так как совершается призыв. А я стоя на коленях жду своей участи. И сделать, увы, ничего не могу, магия заблокирована, да и кто я против матерых и видавших не один десяток сражений волшебников? Сопляк. Лишь один вопрос к сектанатам:
- Перед старостью, дряхлостью и пока при разуме и памяти, можно спросить? – насмехательское «можно» и я задаю вопрос: - как поверенный рода Поттер согласился выдать вам часть трактата и отдать меня, последнего потомка рода Певерелл в ваши загребущие лапы? – то, что я - Певерелл, а не Поттер, сектанты не в курсе. Знают от директора лишь то, что я – Поттер, последний прямой потомок ведущей ветви, наследник и перспективный лорд двух родов.
- Поверенный Поттеров согласился выдать трактат только потому, что мы ваше пообещали оставить вас, будущий лорд Поттер в живых, а не выкачать время и жизнь полностью, как положено при ритуале призыва. Сказал, что лучше постаревший наследник, чем никакой.
- Логично, - согласился я.
А ритуал подходил к концу. Все части трактата соединились, зеленым пламенем светились старинные письмена, исчезли в загробном пламени сосуды с украденным временем, осталось дело за мной. А сектант все никак не закончит извлечение, время мое, как некроманта гораздо дольше привычного, человеческого. Некромант может прожить и восемь столетий, если служит верой и правдой своей госпоже и не нарушает ее законы и заповеди. И вот, последние капли и меня отпускают, я падаю, упираясь руками о пол. Вижу руки старика, а не юноши, дрябла, сухая, покрытая старческими пятнами кожа, касаюсь лица, та же ситуация, а еще неимоверно болело тело, ломило кости и скрипели суставы. Я сетовал на старческую жизнь и сожалел о потерянной молодости, переживал о том, что больше не смогу быть рядом с Даф. Кто будет любить старика и развалину?
Пока я думал над всем этим, ритуал достиг кульминационного пика, в центре звезды закручивалась спиралью могущественная и древняя энергия, с каждым витком и оборотом наращивая мощь, набирая высоту, уходя в потолок. Резко вихрь прекратился, а в центре стоял Хронос. Такой, каким я его помню. И взгляд направлен не на призвавшего, а на меня. Как и вопрос, задавался мне, а не сектанту, читавшему трактат:
- Мор, давно не виделись! – смеется он, - все-таки втянули тебя в ритуал? – развел руками, мол, так получилось, меня заставили, - я не могу сделать что-то без воли одного из призвавших, такой вот ритуал. Поэтому, говори, что бы ты хотел и я вернусь в свои чертоги!
- Сатурн! Великий Сатурн – Бог Времени! – начал было глава секты, тот самый, читавший призыв, - мы воззвали к тебе… - но, не договорил. Хронос показал жест рукой, и рот сектанта открывался, но звук не выходил. Поэтому обсуждение продолжилось:
- Так, Мор. Что желаешь?
- У меня одна просьба и одно пожелание, если вы не против, Хронос? – говорю я, а стоящий за мной сектант, тот который тянул из меня, время хочет заткнуть и не дать сказать и слова, но жест-щелчок от Бога Времени и волшебник у соседней стены, лежит и отдыхает. А я озвучиваю просьбу: - верни все похищенное время, а пожелание простое – уничтожь трактат, хотя бы его бумажную версию. Пусть части передаются достойным наследникам через память предков. Все! – сказал я и произошло три вещи:
Первая: - влетает боевая группа культа с Учителем и Брунхильдой во главе, раскидывая сатурнов как котят. Видя представшего Бога, падают на колени и просят благословения и милости, получив его несутся вперед, на оставшихся сектантов. Вторая: - Хронос мановением руки возвращает принесенное ему в жертву время, и в лучах звезды снова сияют и переливаются всеми цветами радуги шарики с похищенным временем. Наполняет силой и меня, я молодею с каждый мгновением и уже могу стоять на ногах, а не едва сидеть и ждать, когда пройдет боль в коленях. И третья: - влетает группа авроров с Грюмом во главе, вяжет всех оставшихся сектантов и аппарацией переносит в отделение на оглашение приговора и казнь. А последним моментом влетает испуганный папа, за его спиной взволнованная Дафна, не успел понять как, оказался в кольце их рук, меня обнимали, целовали и радовались, что я не пострадал и что Хронос использовал мое желание, а не сектантов. Бог удалился, на прощание помахал и сказав:
- Не до скорой встречи, - мы все его поблагодарили и просто ждали культистов. Зря, как оказалось, папа пришел меня спасать совместно с группой Грюма, так как стоило Брунхильде увидеть папу рядом со мной - взревела: «Северус! Я же просила не ввязываться!» папа смотрит на нее с благодарностью и говорит:
- Брунхильда, я не ввязывался в битву, а пришел забрать Мора домой, - валькирия смерила папу пристальным взглядом и сменила гнев на милость. А мы с Даф переглянулись и договорились таки свести этих двоих, ведь явно и видно, что между ними Амортенция разлита и пикси летают. А еще у Даф был ко мне вопрос, откуда я знаю Хороноса? Как мы с ним познакомились и при каких обстоятельствах? Пообещал:
- Даф, я все тебе расскажу, но после того, как произойдет несколько вещей, - девушка спросила, каких именно, перечисляя, загибая пальцы: - сатурны перестанут существовать, миру напомнят о четвертом Боге-Создателе в пантеоне, и когда Хронос станет частью нашей жизни, как Смерть, Магия и Жизнь. Вот только тогда я смогу рассказать тебе о том, откуда знаю Хроноса. Договорились? – спросил я у девушки. Она была не против, даже клятву с меня взяла, не магическую, а на мизинчиках. А на прощание поцеловала, взяв обещание навестить ее в один из оставшихся дней каникул.
Глава 29
Каникулы закончились и мы все вернулись в школу. Друзья рассказывали про свои рождественские праздники, кто, где был, и что делал. Когда очередь дошла до меня, просил не падать сразу, а потом, когда закончиться рассказ. И мы с Даф рассказывали. Аларил и Энтони серели на глазах, готовы были пеплом рассыпаться от таких новостей, как похищение, выкачка времени и старение. В шоке сидела и Астория. Ведь Дафна не посветила ее в «мои приключения». В общем, все были согласны с тем, что каникулы получились невероятные. Одно лишь уничтожение Секты Сатурна чего стоило. Как и сложный, весьма кропотливый ритуал по возвращению похищенного времени. Дафна была непосредственным участником. Валькирия возвращала время каждому отдельно, для каждого пострадавшего свой ритуал и руны, опиравшиеся на сущность, стихию и сторону силы. Заняло это как раз оставшиеся дни каникул.
После того, как мы вернулись в школу, Учитель с валькирией и боевой командой культа вылавливали крыс-сектантов, сбежавших с того склада, где проходил ритуал призыва. Решили затаиться и переждать бурю, под названием: «Зачистка», и переждали бы, будь это кто-то другой, тот же Грюм с аврорами, но не боевые волшебники культа Хроноса. Валькирия кидалась ритуалами и призывала их один за другим, как выпускники Люмос или Нокс, а Учитель вытаскивал с ближайших захоронений призраков, отправляя их в разведку, и как только находили схрон – каждому там находившемуся наступал конец.
Секту зачистили достаточно быстро. Кого-то еще искали, но ритуалы Брунхильды в помощь. Валькирия же стала частым гостем в школе, для этого использовала несколько причин. Первая: - навестить своих любимых учениц, проверить их успехи и дать еще заданий и пополнить список литературы к изучению. Вторая: - проверить своих подопечных, подвергшихся одному ритуалу, со смешным названием: «Собачья шкура». Его наложили на Сириуса и Люпина за то, что не думают своим мозгом, а пользуются исключительно директорским. И ходить им в собачьих шкурах лет десять точно. И что странно, в полнолуния Люпин как был псом, так им и оставался. Третья: - чтобы навестить папу, справиться о его здоровье, узнать, как он себя чувствует, после того столкновения с лестничными перилами. Ведь папа тогда серьезно пострадал. Сильное сотрясение, разбита голова, сломаны ребра и даже какие-то внутренние повреждения. Но, валькирия его подлатала и он стал, как новенький.
После того, как зачистка секты закончилась, боевой отряд культа разъехался по домам и своим делам. Кроме Брунхильды, она стала приходить чаще, приносила папе обед, баловала кулинарными изысками, готова была с ложечки кормить. Конечно, ухаживания и зарождающиеся отношения происходили не на глазах школы, профессоров и студентов, а в папином кабинете, под кучей заклинаний и ритуалов от прослушивания и подглядывания. Но, о том, что происходит в папином кабинете - рассказывал мне Кровавый Барон, которого я сначала попросил, мол, мне нужно знать на какой они стадии и когда ждать следующую и готовиться брачную церемонию. На что призрак сказал:
- Мистер Снейп, отец будет вами и вашим поведением крайне недоволен, - и такой ответ мне был выдан трижды, с резким отказом и упреком в моем излишнем любопытстве. И каждый раз все грубее и грубее, - мальчик, не лезь в отношения взрослых, занимайся своими делами: уроками и заданиями, а к профессору… - призрак не договорил, замер, так как увидел призванные мной рунные переплетения с символами «Отрицания» и «Очищения».
- Мне осталось только магию влить и на вас направить, - говорю призраку, при этом - мило улыбаясь, - поможете мне, станете осведомителем, или вы хотите в чертоги Госпожи? Уверен, она приготовит вам изысканные испытания и незабываемые ощущения!
- Милорд, - склонил голову Кровавый Барон.
- Теперь я милорд, а не мальчик и даже не мистер Снейп, - еще один поклон от Барона, - так, вы станете моим шпионом, позволит ли вам ваше мировоззрение подглядывать за профессором и валькирией или мне применить данное заклинание и отправить вас к своей прародительнице?
На этом мы с призраком и договорились. Он шпионил и отчитывался о визитах Брунхильды, а позже мы с девочками и парнями собирались в библиотеке и строили планы на будущее папы и валькирии. Готовились к свадебному ритуалу. А то, что между ними такая разница в возрасте – нас не волновала. Как и то, что валькирия будет жить дольше папы. Оказалось, нет, не будет, потому что через несколько лет, когда Дафна полностью закончит обучение, войдет в силу и определенный возраст, то получит от Брунхильды пост валькирии. А вместе с ним и долголетие. Хронос, принесших ему клятву, награждает возможностью жить дольше других волшебников. про словам Учителя самому старшему культисту около пятисот лет. При этом он не разваливается и не дряхлеет, а выглядит на пятьдесят. Именно поэтому валькирия в свои сто с небольшим выглядит на сорок. Она в самом соку и силе. Это же и Даф ждет. А я, как некромант буду жить дольше из-за предка. Смерть в прародителях дает мне ту же возможность, что и Хронос, жить дольше и стареть медленнее.
Без секты и нависшей угрозы, вызванной их деятельностью, нам всем жилось спокойнее, даже дышалось легче. Нет той дикой нужды сидеть в библиотеке в поисках информации. Просто учеба. Тишь, гладь, да благодать. Как и без директора Дамблдора. Мне папа рассказал, как он с Учителем пришел пытать директора на предмет месторасположения секты. Директор даже после Круцио и множественных Секо вел себя как истинный партизан (от Учителя слово), но стоило прийти Марволо и пригрозить ему Даром «Взгляд Медузы», тут же все вспомнил и написал координаты. А потом Марволо «нечаянно» применил способность и теперь статУя директора украшает какой-то заброшенный класс.
Директором временно назначили профессора Макгонагалл, заместителем профессор Стебль. По приказу Попечительского совета, главой школы она будет ровно до конца учебного года, а там решат. Профессором ЗОТИ, вместо Сириуса назначили папу, он совмещал и Зелья и ЗОТИ, трудно, но когда у папы был полный завал, и не оставалось времени на сон и еду, ему помогала Брунхильда, брала часть уроков по ЗОТИ на себя, особенно старшекурсников. Директор Макгонагалл была не против ее на полную ставку профессора взять, да только сама валькирия не хотела вести предмет, который считает придатком к Темным Искусствам. А помогает: «- исключительно ради здоровья Северуса…», так она говорила директору.
А УЗМС вел, как и в моей прошлой жизни Хагрид. И вел отлично, без нареканий и пожеланий. Вообщем, год прошел просто прекрасно. Наша команда по квиддичу, под руководством Чжоу взяла кубок. Можно сказать, что мы вырвали победу с мясом. Последний матч против Слизерина стоил нам одного загонщика и охотника, и я чуть в кольцо вместо квоффла не перелетел. Гойл, сволота такая отбил в меня бладжер. Был бы я охотником или загонщиком, да даже ловцом, поквитался бы, да только оставить свой пост вратаря не мог.
Отомстил ему по-другому. Применил родовые таланты. Той же ночью, призвав призрака с ближайшего кладбища, а оно в Хогсмиде, натравил его на Гойла, призрак всю ночь ныл у него над ухом и просил, умолял его простить и отпустить. Не спала вся комната, в том числе и Малфой. Услада моей душе в двойном размере. Папа, конечно, понял, кто виноват, как и то, почему я это сделал. Месть, сладкая, некромантская месть. Этим все сказано.
Домой мы ехали умиротворенные, как бальзам. Практически ничего не обсуждали, большую часть времени дремали. Даф на моем плече, Луна на плече Аларика, а Астория и Энтони по разным сторонам дивана. К нам несколько раз заглядывали однокурсники, интересовались планами на каникулы и вернемся ли мы в школу. Ведь после пятого курса можно пойти в частное обучение. Мы все единогласно были «за» шестой и седьмой курс. А вот Долгопупс и Уизли решили закончить школу. Оно и понятно, без протекции директора трудно будет. Никто поблажек на Героизм и Избранность делать не будет. Учиться придется самому, вкалывать и пахать, чтобы школу закончить и иметь возможность в Академию поступить и вообще в люди выйти.
Некому больше противостоять, Темный Лорд официально мертв. Метки с рук Пожирателей исчезли, а это значит, что ЕГО и правда нет. Зато есть Марволо Томас Мракс, амбициозный и харизматичный волшебник, метящий на пост министра, предлагающий стоящие идеи и нововведения. И все на благо магической Британии. Выборы нового министра скоро, следующим летом, и почти все уверены – Марволо Мракс станет новым министром. А с ним во главе, жизнь в магической Британии заиграет новыми красками. В этом никто не сомневался, даже я. Ведь он принес клятву души моей Госпоже, а такая клятва нерушима.
Эпилог
10 лет спустя…
- Мор, ты обещал рассказать, откуда знаешь Хроноса! – напомнила мне Даф, о старом, давно-забытом обещании.
Как и сказал, через десять лет, когда Сатурны перестанут существовать, а их уничтожили полностью, всех до единого, семь лет назад, миру напомнят о четвертом Боге-Создатеое, а Хронос станет неотъемлемой частью жизни магического мира, то я расскажу. И от слов не отказывался. Секты – нет, мир магии о Боге Времени вспомнил. И уже года два-три его упоминали наравне с тремя Сестрами-Богинями. Молились ему или молили его о чем-то, даже ругались, упоминая его имя. Например: «Слава Хроносу, времени хватило!» или «Чтоб тебя Хронос с песок обратил!», фантазия у людей отменная, но даже ругательства богу на пользу. Как и культу – почет и уважение. А все из-за секты. Если бы не они, и их деяния, мир магии и так и не вспомнил бы о Хроносе.
И вот, прошло десять лет, мы с Даф заканчиваем обучение у Наставников, еще два года и получим статус Мастеров и место в культе, я – штатским некромантом, как Учитель, а Даф станет Валькирией Брунхильдой. А Мастер Ритуалистики Хильда Принц отойдет от дел культа, и будет только профессором Принц по Рунной магии и Ритуалистике. Пройдет оставшееся ей время рука об руку с папой, занявшим пост директора. Директор Принц – звучит!
А мы с Даф, пока выдалась свободное время лежали на диване в Паучьем Тупике и смотрели в камин. Папа и Хильда переехали в Принц-менор, а нам с Даф перешла квартира. Будущее семейное гнездышко. И вот, отдыхая от суеты культа и предстоящей миссии по зачистке кладбища и его запечатыванию, мы наслаждались моментами уединения. И тут она вспомнила про мое обещание. Но, раз я обещал:
- Расскажу, раз обещал. Началось все с истории мальчика, который жил на Тисовой улице, в доме 4, в чулане под лестницей…
Конец!
Спасибо за чтение
Вернуться к книге