Красная шапочка на новый лад - 3

Юмористическая песня про Красную Шапочку, Серого Волка, бабушку и... перипетии любви. Эд. Мэй

1. Уж сколько раз, увы,

Твердили миру мы,

Да только, видимо, что это всё не в прок.

Я поведу рассказ

Сегодня без прикрас,

Какой за внешностью скрывается порок.

2. Там, за речушечкой

Жила девчушечка

Без мамы с папою — сироткою была.

Такая лапочка!

Звалася Шапочкой,

А за дремучим лесом бабушка жила.

3. Звонит вдруг бабушка:

— Хочу оладушек!

Ох, видно, внученька, пора мне умирать…

Хоть вознесусь я в Рай,

С тобой расстаться жаль…

Решила внучка: «Надо бабушку спасать!»

4. И вот с корзиночкой

Да по тропиночке…

А про дремучий лес идёт в народе толк.

И вдруг на просеке

С ней носом к носику

Столкнулся хитрый и коварный Серый Волк.

5. Они освоились,

Перезнакомились,

А Серый Волк был чудо-парень, не простак.

Глазищи жгучие,

Плечи могучие,

Да и лапшу на уши вешать был мастак!

6. — Тебя всю жизнь я ждал,

Во снах тебя лишь звал,

А повстречал я это чудо лишь теперь.

Как мог я раньше жить,

Как смел других любить!

Кладу к ногам твоим судьбу свою, поверь!

7. И вот в лесном краю

Взлетела, как в Раю,

И от любви так закружилась голова!

Цветы-сомнения,

Стихи-волнения…

Но тут припомнились ей бабушки слова:

8. — Мужик — он, словно зверь,

И ты ему не верь,

Мужчине душу никогда не открывай!

Ведь, что ни слово — лесть,

Лишь бы… в карман залезть!

Он плачет — просит, ты же плачь, но не давай!!!

9. Похмелья спал туман,

Любви прошёл обман,

И Красна Шапочка с трудом сказала: «Нет!»

И вновь с корзиночкой…

Да по тропиночке…

Глядь, а в корзинке — ни оладьев, ни котлет!

10. Ромашки спрятались,

Поникли лютики,

А Красна Шапочка спешит домоЙ бегом.

Зачем, вы, девочки,

Красивых любите?

Ведь та любовь — не Рай, а лишь один облом!

Нет худа без добра. Борис Вахидов

Жила была девочка. У девочки не было никого и ничего. Ни мамы, ни папы, ни бабушки, ни дедушки, ни дяди, ни тети, ни братьев, ни сестер. У нее не было даже шапочки. Ни красной, ни синей, ни в крапину, ни даже обычной.

А была у нее только мечта. Как и все маленькие девочки, да и не маленькие, а даже вполне так себе большие, она мечтала о красивом наряде – платьице с оборками, или можно без них, о модных туфельках на высоких звонких каблучках или даже вовсе без них, о крошечной сумочке на цепочке или можно на ремешке, и о шапочке, желательно красной. Но если нет красной, можно и другого цвета: синей или в крапину. И она представляла себя идущей нарядной такой, держась за руки мамы или папы, в крайнем случае бабушки, радостно оглядывающейся по сторонам, аккуратно обходящей лужи, чтобы не испачкать свою туфельку.

Еще она представляла, что мама или бабушка, или папа, угощает ее чем-то вкусным… Но чем именно, она не могла представить. За свои восемь годиков она кроме утренней каши, обеденного супа с макаронами, и… снова каши и уже вечерней… больше ничего и не пробовала. Помнится, однажды ее угостили долькой мандарина. И эту дольку, чтобы дольше чувствовать вкус, она крошечными кусочками откусывала. И растянула почти на час!!! Еще девочка помнила, как однажды ее угостили конфеткой-сосулькой, вкусом которой она почти целый день наслаждалась…

Да, жила девочка в сиротском доме, и у нее, не было ни-че-го кроме мечты, и ни-ко-го из родных, кроме тех детей, одинаковой с ней судьбы, живущих в этом сиротском доме …

Еще было у девочки облюбованное место у крыльца, на лавке, где она сидела целыми днями и наблюдала за входящими. А вдруг кто-нибудь из этих входящих окажутся ее папой или мамой, которых она никогда не видела?

Но они, эти взрослые мужчины и женщины, просто проходили мимо и даже не смотрели в ее сторону.

Сиротский дом находился далеко за городом, в богом забытом местечке, в полуразрушенном здании. Администрация учреждения пару раз в году, раздавая детям сезонную одежду и учебные пособия для учащихся, считали свои обязательства выполненными. Да и спонсоры, дважды в год отправляя пару тонн макарон и овощей также считали свои обязательства выполненными. Кухарки, сварив огромную кастрюлю каши и супа и раздавая их на обед, ужин и завтрак, также считали свои обязательства выполненными. Воспитатели? Они приходили с утра на работу, ругали кого надо, похваливали изредка молчунов, старательно выполняющих все-все-все приказы взрослых, давали задания, проверяли их исполнение и на этом, тоже считали свои обязательства выполненными.

— За детьми нужно глаз да глаз? Ага, щас! Этак глаз на них не напасёшься! Ничего с детьми не случится. Они все не по возрасту умные и смышлёные. Сами разберутся! Тут с пылюкой бы справиться, — бурчала нянечка Матвеевна, возюкая тряпкой по подоконникам и время от времени шлёпая ею пробегающих мимо малышей. — А неча! Сидели бы тихохонько — не схлопотали бы.

Бывало, что из приюта сбегали, в основном мальчишки, но многие возвращались обратно. Деваться-то им было больше некуда. А здесь, плохо ли — хорошо ли, каша была регулярно и тепло.

В сиротском доме жили дети разных возрастов, которые были разбиты в группы – старшие, средние и младшие. Еще было отделение для самых маленьких.

Иногда кто-то из взрослых приходил с папкой документов, и кому-то улыбалось счастье: его или ее усыновляли или удочеряли. Но чаще забирали в семью детишек из того же отделения для самых маленьких.

Но наша девочка всё равно каждый день сидела на лавочке у веранды и с надеждой смотрела на входящих взрослых. Вдруг кто-то из них обратит на нее внимание? Иначе через несколько лет ее переведут в среднюю группу, а оттуда в старшую, где творится непонятно что.

Девочки из старшей группы жили за стенкой, рядом с которой была расположена кроватка девочки. Иногда по ночам она из-за стены слышала странные стоны. Иногда она наблюдала, что во дворе приюта некоторые из этих девочек из старшей группы гуляют с круглыми как мячик, животиками. А спустя некоторое время в отделение для самых маленьких появлялись новые малыши...

Однажды, гуляя по территории приюта, девочка из-за кустов услышала похожие стоны. Ей стало интересно. Вдруг девочке плохо и ей требуется помощь. И она прошла за кустами. А там…

А там на траве лежала девочка из старшей группы, абсолютно без одежды, а на ней лежал мальчик тоже из старшей мальчиковой группы и тоже абсолютно без одежды, и как-то странно прыгал. Увидев девочку, мальчик цыкнул на нее:

— Тебе чего, мелюзга? Ну-ка, брысь отсюда! Или тоже хочешь?

Девочка испугалась и убежала. И запыхавшись, прибежала к веранде и заняла свое любимое место на лавочке. Тут к ней подошла девочка из средней группы, лет так одинадцати-двенадцати.

— Ты чего испугалась, Пашка-помойка?

— Там… там… девочка без одежды, и мальчик прыгает над ней…

— Хм. Можно подумать, кошмар века случился, — с ехидством сказала девочка из средней группы, — потерпи еще несколько лет, и ты окажешься на ее месте.

— Нет, я не хочу на ее месте.

— А что хочешь тогда?

— Хочу заработать немного денег. И мечтаю о шапочке…

— О какой шапочке? — удивилась девочка из средней группы.

— Обычной, желательно красной. Если нет красной, сойдет и другая…

— А-а, понятно. А хочешь, я научу как заработать? — девочка из средней группы решила поприкалываться над маленькой девочкой.

— Хочу.

— Тогда тебе нужно идти на панель.

— Не-ет, на пенал не хочу. Он маленький, я туда не помещаюсь. Да, и как можно заработать на пенале?

— Не пенал, а панель. Это место такое. Там взрослые девочки зарабатывают. Сходи, вдруг и тебе улыбнется счастье.

— А ты уже сходила?

— Нет, я пока что не мечтаю о шапочке. Я мечтаю о семье.

— О семье я тоже мечтаю, — грустно сказала маленькая девочка, — но никто не замечает меня. Ну ладно, придется мне самой заботиться о себе. А что я должна делать?

— У тебя есть коротенькое платье?

— У меня кроме этого платья, что на мне надето, больше нет ничего, — грустно ответила девочка.

— Ладно, сейчас из этого что-нибудь придумаем. Пошли, — девочка из средней группы поманила маленькую девочку за собой.

Они вышли за ворота, которые почти никогда никто не охранял, и спустя некоторое время подошли к оживленной трассе.

Девочка из средней группы достала из кармана красную повязку, наверное, поясок от халата, и приподняв платье маленькой девочки, связала на талии эту повязку бантиком так, что оно стало лишь чуточку прикрывать трусишки.

— Вот теперь стой у обочины и кривляйся. Может быть какой-нибудь дядька обратит на тебя внимание, ты его обслуживаешь, он тебе заплатит, и ты купишь себе шапочку. Ладно, удачи, я пошла.

— Нет, побудь со мной, я одна боюсь. Да и я не знаю как это ап-слу-жить… Ты мне покажешь?

— Нет, вдвоем нельзя, привыкай. Пока, удачи. Потом со мной поделишься, если что…

Девочка из средней группы, хихикая, ушла, а маленькая растерянная девочка осталась стоять у обочины. Мимо пробежали машины, но ни одна не останавливалась.

Через некоторое время мимо пробежала очередная машина, проехала метров двести, и остановилась. Затем медленно двинулась задним ходом и остановилась напротив девочки. Открылась дверь с пассажирской стороны, и водитель, молодой мужчина, обратился к девочке:

— Эй, девочка, ты что здесь делаешь одна?

— Я… меня… э-э — девочка растерялась, — меня здесь оставили на пенал, то есть, на панель, заработать…

Мужчина ужаснулся от слов девочки.

— Погоди, погоди, кто тебя здесь оставил? Что значить заработать на панели?

— Я не знаю, — девочка чуть не заплакала, — мне девочка из средней группы так посоветовала заработать.

— Какая группа? Где твои родители?

— У меня нет родителей, я из сиротского дома, — грустно ответила девочка.

— Ах, вот оно что, — мужчина задумался. Затем вышел из машины и присел возле девочки на корточки.

— Как тебя зовут, девочка?

— Меня Пашкой зовут, а все в приюте Пашкой-помойкой обзывают, — ответила девочка грустно вздыхая.

— Почему помойкой?

— Рассказывают, как будто меня в помойке нашли и сдали в приют…

— Вон оно как, — мужчина тоже был в растерянности, — а зачем тебе нужно было заработать?

— Я хотела шапочку купить себе, красную…

— И каким образом ты хотела заработать?

— Не знаю, — таким же грустным тоном ответил девочка, — девочка из средней группы объяснила, что я должна как-то ап-слу-жить дядек…

— Они издеваются, что ли, над тобой? — мужчина пришел в бешенство. — А куда смотрят ваши воспитатели или кто там у вас?

— Им нет дела до детей. Каждый делает то, что хочет…

— Но это же чудовищно! Девочка, сколько тебе лет?

— Не знаю, около восьми где-то…

Мужчина встал с места и начал ходить взад-вперед. «Какая же жизнь несправедливая. Кто-то нуждается в детской улыбке, а кто-то избавляется от ребёнка, выбрасывая его на помойку. В восемь лет отправляют на панель — и никому нет дела до этого. Так же нельзя! Нужно во всем этом разобраться», — думал он. А затем снова обратился к девочке:

— Послушай, малышка, где находится этот ваш приют?

— А вон за тем лесом. — девочка мотнула головой.

Мужчина отошел несколько шагов и понаблюдал за местом, что указала девочка. Потом он кое о чем задумался, достал телефон и несколько раз щёлкнул в том направлении, затем обратился к девочке:

— Поедешь со мной в одно место?

— А вы потом мне заплатите? — девочка была уверена, что тот везет ее «ап-слу-живать», как она выразилась.

— Если все получится удачно, я тебе куплю все что хочешь.

— Серьезно? — обрадовалась девочка. — Хорошо, поеду с вами.

— Тогда сядь в машину.

Они сели в машину, и мужчина развернулся в обратную сторону.

— Послушай Пашка, а как ты собиралась обслуживать так называемых дядек, если б они попросили о таком?

— Не знаю, — ответила девочка, опустив голову.

— А что ты умеешь?

— Петь умею, танцевать наверное…

— Ну-ка, спой мне что-нибудь.

Девочка начала петь:

Если долго, долго, долго, если долго по тропинке,

Если долго по дорожке топать, ехать и бежать,

То, пожалуй, то, конечно, то, наверно-верно-верно,

То, возможно, можно-можно-можно в Африку прийти.

А-а, в Африке реки вот такой ширины.

А-а, в Африке горы вот такой вышины.

А-а, крокодилы, бегемоты,

А-а, обезьяны, кашалоты,

А-а, и зеленый попугай,

А-а, и зеленый попугай…

Вскоре они приехали в коттеджный поселок. Там мужчина остановил машину у массивных ворот какого-то особняка. Ворота открылись автоматически, и они заехали во двор. Из дома вышла молодая красивая женщина и с улыбкой направилась к мужчине.

— Лен, посмотри, кого я к нам привел, — с этими словами мужчина подошел к задней двери и помог девочке выйти.

— Кто эта красотка? — удивленно спросила женщина, увидев девочку.

— Давай зайдем в дом, и я расскажу все подробно. И хочу с тобой посоветоваться…

Когда они сели за стол, мужчина рассказал женщине все, что с ним приключилось накануне.

— Леночка, — после своего короткого рассказа мужчина обратилась к женщине, — мы с тобой живем уже больше шести лет. И, к сожалению, несмотря на все наши старания, не получается у нас завести детей. А где-то страдают вот такие дети, и уже с восьми лет идут на панель, хотя не знают, что это такое. Ты у меня умная женщина. И мне нужен твой совет. А что будет, если мы удочерим эту малышку?

— Сереженька, И мне эту девочку тоже жалко. Может, судьба так распорядилась, чтобы она встретилась с нами. Я давно думала о таком варианте — усыновить ребенка, только не решалась сказать тебе, все надеялась, что у нас будет свой ребенок. История этой девочки растрогала меня. Я поддерживаю твои слова. Только нам нужно проверить ее у врачей на предмет всяких болезней. Жаль, у нас дома нет детской одежды, приодела бы нашу Пашку. Стала бы она как принцесса…

— Это идея! — воскликнул мужчина, — сейчас сделаем вот что. Ты пока помой, причеши девочку и накорми. Может быть, она голодна. А я по-быстрому съезжу в супермаркет и куплю ей на первое время одежду и обувь. Пусть девочка останется у нас, завтра с утра втроем еще раз сходим в магазин и купим то, что ей понравится. Я ей обещал. Потом поедем в этот сиротский дом узнать, что требуется для удочерения. Как тебе моя идея?

— Отличная идея. Затем устроим большой пир в честь нашей Пашки. Ты очень хорошо придумал, любимый.

Мужчина встал и вышел. А женщина взяла девочку за руки, и стала ей показать дом.

— Вот здесь у нас кухня, здесь мы поедим, наверху спальни, здесь гостиная, а здесь уборная, или по-простому туалет…

— Ох! — воскликнула девочка. — А я не натопчу здесь?

Женщина улыбнулась и погладила девочку по волосам:

— Не переживай. Если и натопчешь - мы быстро уберём.

— И вы меня за это не накажете? Не посадите в кладовку до вечера, не лишите супа с кашей?

— Нет, конечно, — женщина с трудом сдерживала слёзы, слушая слова девочки. — А вот тут ванная комната…

— Как у вас тут красиво и чисто!

— Сейчас наполним ванную и искупаем тебя. К тому времени папа Серега вернется и привезет тебе красивое платье.

— Вы хотите меня так отблагодарить? Я же еще никого не ап-слу-жила…

— Не надо никого обслуживать. Мы решили, что ты будешь нашей дочкой…

— Правда? — девочка не верила услышанном, — вы станете для меня мамой и папой?

— Именно так, — ответила женщина с красивой улыбкой, — ты, надеюсь, согласишься.

— Еще бы! — восхищенно ответила девочка, — я всегда мечтала о маме и папе, не думала, что у меня будут такие молодые и красивые родители! А вы меня не обманываете? Не шутите? Ведь я такая... такая...

Девочка смущённо одёрнула подол платья и потёрла исцарапанные и покрытые цыпками руки.

— Нет, моя хорошая, — женщина снова погладила девочку по голове, — зачем мне тебя обманывать. Ты нам понравилась даже в таком виде. А когда мы тебя принарядим, ты превратишься в самую красивую девочку на свете.

— Спасибо, — тихо сказала девочка, и обняла женщину, — как долго я ждала этот день. Я уже полюбила вас…

Примерно через полчаса Сергей вернулся с большим пакетом и красивой куклой. К тому времени Лена успела помыть девочку, и сейчас они на кухне пили чай. Лена накрыла стол всякими вкусностями и сладостями. Увидев такое изобилие, девочка не знала к чему притронуться. Для нее все было в новинку. Увидев ее замешательство, Лена с улыбкой предложила:

— Не стесняйся, бери, что душа пожелает.

— А можно вон ту конфетку с мишкой? — робко спросила девочка.

— Можно, говорю же, все что хочешь. И спрашивать не надо. Давай, лучше я сама тебе на тарелочку положу.

Лена взяла пустую тарелку и посередине положила стопку разных печенюшек, а вокруг, словно лепесточки волшебного цветка, разместила разные конфеты. Получилось замечательное съедобное панно! Всю эту красоту женщина поставила перед девочкой.

— Смотри, какое у нас чудо получилось! Волшебный цветок из сказки, правда?

Девочка с восхищением смотрела то на тарелочку, то на женщину, и, не выдержав, заплакала.

— Меня еще ни разу так не угощали. Спасибо вам, тетя Лена.

— Просто Лена, а когда оформим документы, ты сможешь смело назвать меня мамой.

Пашка, не сдержавшись, ткнулась лицом в плечо женщины

- Ну-ну, не стоит, моя ты умничка, - Лена пыталась успокоить плачущую девочку, поглаживая ладонью по худым лопаткам, выпирающим рёбрышкам. - Воробышек ты мой... Сколько же тебе пришлось натерпеться-то...

Тут вошел Сергей с подарками.

— Ну, вот и я! Давайте, девочки, выбирайте, во что будем наряжать нашу принцессу, — весело спросил Сергей, раскладывая на диване разные платья, шортики, костюмчики и прочее.

— Пусть сама выберет, — с улыбкой ответила Сергею супруга.

Девочка, забыв об угощениях на столе, подошла к дивану и осторожно стала гладить вещи.

— Какие все красивые! И это все мне?

— Конечно, тебе! И это еще не все, завтра вместе поедем в большой магазин и купим еще много-много красивых вещей!

— Спасибо. Вы такие хорошие… — девочка по очереди обняла мужчину и женщину. После чего Лена стала наряжать девочку в новую одежду.

Вечером девочке выделили отдельную комнату с кроватью, чистым постельным бельем, мягким матрасом, пушистым одеялом и мягкой подушкой. А с утра Сергей взял отгул на работе, и первым делом съездили в поликлинику сдавать анализы. Пока ответ готовился, решили съездить за покупками.

В магазине детской одежды они купили еще много всего. И вдруг в отделе головных убор взгляд девочки упал на витрину, где среди всяких шляпок, бейсболок, шапочек лежала ярко-красная беретка! Как раз такая, о которой мечтала девочка. Она не могла оторвать глаз от нее. Заметив ее взгляд, Лена ласково спросила:

— Нравится?

Девочка утвердительно кивнула головой.

— Дайте нам вон ту шапочку, — обратилась Лена к продавщице.

Когда закончили покупки, девочка робко спросила:

— А можно купить еще одно платье, чуть побольше?

— Зачем тебе платье побольше? — удивилась Лена.

— Не мне, — так же робко сказала Пашка, — я обещала Настьке, что поделюсь с ней…

— А Настька у нас кто?

— Она из средней группы. Это она посоветовала мне стоять на обочине…

— Ладно, купим и Настьке твоей тоже…

…Через пару часов, у ворот сиротского дома остановилась машина. Из нее вышли мужчина, женщина и маленькая, нарядная, радостная девочка в розовом платье с оборками, в красных туфельках, с сумочкой на цепочке и красной береткой на голове. Они направились к зданию приюта, а дети, которые играли во дворе с завистью стали оглядывать нарядную девочку. Никто из них не узнал в ней вчерашнюю замухрышку — Пашку-помойку.

Когда счастливая троица подошла к зданию приюта, Сергей и Лена попросили Пашку немного подождать у крыльца, пообещав, что позже ее позовут.

Девочка послушно села на свою любимую лавочку, а вокруг нее собрались другие девочки и мальчики, среди которых была и та девочка из средней группы — Настя. Заметив ее среди других, Пашка радостно поприветствовала ее.

— Привет, Настя!

Настя удивленно посмотрела на Пашку, и наконец узнав ее, кинулась к ней, на ходу расспрашивая:

— Пашка? Этого не может быть! Как такое могло случиться? Как тебе удалось? Я же просто пошутила, хотела посмеяться над тобой, — девочка расстроенно присела рядом с Пашкой.

— Но видишь, как удачно пошутила: я нашла папу и маму, — радостно ответила Пашка, — сейчас они пошли к заведующему оформить меня как дочку. Спасибо тебе, Настька, что отправила меня на пенал. У меня для тебя подарок, — и передала пакет, что был у нее в руках.

Настя достала оттуда платье и ошарашенно смотрела то на девочку, то на платье. Она никак не могла поверить, что ее в общем-то ее злая шутка так удачно обернулась.

В этот момент вышла Лена и позвала Пашку. А в кабинете заведующей шел серьезный разговор. Там Сергей Волков — депутат городской думы, член комитета по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства, взял на заметку все недостатки сиротского дома, обещал отправить депутатский запрос по выявлению других нарушений, организовать серьезную комиссию и наказать всех причастных.

…Когда закончили всю процедуру оформления, радостная семья — папа Сергей, мама Лена и их дочь Пашка, теперь уже Полина Волкова, направились к воротам. Тут за ними прибежала Настя, одетая в новое платье.

— Постойте! Одну минуту!

Все обернулись к ней.

— Возьмите меня тоже. Это я должна была быть на месте Пашки. Ведь это была моя идея, — беспрестанно плакала девочка, — я не хочу оставаться тут. Здесь очень плохо обращаются с нами. А через год-полтора начнут насиловать. Я не хочу такую жизнь. Я тоже хочу вырасти порядочной и полезной девочкой. Я умею все по домашнему хозяйству. Буду помогать во всем. Возьмите меня с собой. Прошу вас.

Сергей и Лена немного растерялись. Затем женщина прижала Настю к себе и ласково заговорила.

— К сожалению, мы сейчас не можем и тебя взять. Но не грусти, Настенька. Ведь тебя так зовут? — девочка утвердительно кивнула головой, — так вот, Настюша, мы тебе оставим свой адрес, ты в любое время можешь приехать к нам в гости. Мы будем тебе всегда рады. И сами будем часто навещать тебя. И обещаем, что впредь у вас будут лучшие условия.

Что случилось после этих событий, мы расскажем вкратце. Депутат Сергей Волков отправил депутатский запрос в вышестоящую инстанцию с вопросом организовать комиссию по проверке состояния дел в сиротском доме городка Н. Комиссия после выявления всех недостатков в первую очередь вынесла решение об увольнении всего персонала приюта, начиная с заведующего и заканчивая охранниками, затем назначила вместо них добропорядочных сотрудников. В ближайшее время было решено поискать другое подходящее здание с более благоприятными условиями для заведения, а также держать под постоянным контролем вопрос обеспечения детского дома всеми необходимым, и не только касательно продуктов питания, но и развлечений: экскурсий, поездок в аквапарки, на аттракционы, посещение детдома театральными труппами. А ещё в детдом решено было завести двадцать компьютеров для ребятишек! И найти хорошего преподавателя, который обучит детей обращаться с ними.

Новое здание приюта было расположено недалеко от места проживания семьи Волковых. И Настя, та девочка из средней группы, стала часто гостить у них, а когда пришло время расстаться с приютом, с помощью Сергея и Лены поступила в хороший институт, встретила хорошего парня, и жизнь ее наладилась, как она и мечтала. Но это уже другая история

.

Его инстинкты. Наталья Овчар

Его гнал вперёд основной инстинкт. Лёгкий, едва уловимый запах пробудил вожделение и уже не отпускал. Это был умопомрачительный аромат его истинной. Волны возбуждения накатывали, отзываясь в паху сладкой пульсацией и нарастающим желанием обладать. Древний, как само время, клич рвался из горла, но он сдерживал его, почему-то опасаясь спугнуть удачу. Инстинкты предупреждали, шептали, внушая невнятное беспокойство, которое не объяснялось разумом. Что они ему шептали? О чём предупреждали?

Подобное двойственное чувство создавало взрывной коктейль, где переплелись дикая, необузданная похоть и невнятное ощущение странного предчувствия какой-то незавершённости. Плоть звала его вперёд, разум же пытался анализировать странные сигналы подсознания.

Серый волк, такой крупный, что казался совершенно нереальным, стелющейся рысью двигался по лесу, опустив лобастую голову вниз и вдыхая тонкий, едва уловимый запах, оставленный на прогретой солнцем тропе. Истинная прошла здесь давно, поэтому след успел выветриться, но оборотень неутомимо бежал вперёд – сильный и упорный. Его охота продлится столько, сколько будет необходимо, чтобы вожделенная добыча стала его по праву.

Волк, втягивая воздух, чётко определил, что она находилась в человеческой ипостаси, но почему-то пребывал в уверенности, что спящая сейчас волчица, почуяв его, возобладает над человеческой сутью девушки. Тогда они продолжат свой бег уже в паре, резвясь, игриво покусывая друг друга, чтобы потом слиться в упоительном движении, когда душа и тело подчиняются лишь одному, самому правильному и самому сильному инстинкту – инстинкту продолжения рода.

Потом они не единожды проделают то же самое, приняв иную форму. Волчья половина оборотня признавала, что в человеческом облике любовная игра и соединение тел намного разнообразнее и приятнее, но именно этот, самый первый раз он хотел совершить в звериной ипостаси.

Жаркие картины предстоящего действа калейдоскопом мелькали в распалённом разуме человека-волка, разворачиваясь в бесконечную череду фантазий, не ограниченных какими-либо правилами или глупыми человеческими законами. От этого возбуждение вспыхивало с новой силой. Сейчас он разорвал бы глотку любому, кто даже случайно окажется на его пути.

Впереди мелькнул просвет. Деревья редели, уступая дорогу кустарнику. Тропинка нырнула и затерялась в разнотравье луга, усеянного цветами. Волк, словно налетев на невидимую преграду, резко остановился.

По лугу шла маленькая девочка и собирала цветы. На сгибе её левой руки висела небольшая корзинка. Золотистые локоны выбивались из-под чепчика неожиданно красного цвета. Девочка напевала простенькую песенку и пританцовывала, кружась от избытка радости, которую испытывала в настоящий момент. Ей было весело просто потому, что ярко светило солнышко, а пёстрые бабочки перелетали с цветка на цветок, напоминая собой их яркие лепестки.

Оборотень втянул воздух влажным чёрным носом, ожидая почувствовать лишь соблазнительный запах такого желанного и недоступного для него обеда – людоедство противно его принципам, – но в ноздри ударил другой, совершенно неожиданный и сильный аромат, принесённый лёгким ветерком. Истинная! Его истинная всего лишь маленькая девочка! Вот причина того странного чувства незавершённости, вот о чём шептали инстинкты, вот почему запах такой слабый – она ещё не готова.

Волк глухо застонал, проклиная злую судьбу, подарившую встречу с его парой, но не позволившую завершить её так, как рисовало ему воображение.

Ноздри оборотня нервно дрогнули, последний раз вдыхая пьянящий запах, исходивший от удалявшейся в сторону села девочки. Зверь бесшумно отступил назад, в лесную чащу, чтобы боль превращения хоть немного приглушила безумство вожделения.

Он подождёт. Всего несколько лет – и девочка превратится в девушку, а с ним пускай пока все эти годы живёт воспоминание о первой встрече с милым златовласым чудом в красном чепчике и букетом полевых цветов в руках.