Костолом и авантюристы

Глава 1

Однажды вечером, в самой большой из комнат таверны «Мертвецкий мёд», в Фолкрите, собралась весьма живописная компания. Она состояла из пары крепких мужчин: редгарда и имперца, миловидной, невысокой бретонки, высокой, светловолосой нордки и молодого, серого каджита маленького роста. Мужчины были одеты в добротную кожаную броню, бретонка в новенькую мантию адепта школы разрушения, а нордка была облачена в зелёную мужскую рубаху, некрашеные холщовые штаны и сапоги, усиленные железными пластинами. Прицепленные к поясам мечи и кинжалы придавали компании весьма воинственный вид.

Компания расположилась вокруг стоящего в центре комнаты круглого стола, заставленного тарелками с едой, кружками и бутылками мёда и эля. Редгард, явный лидер собравшихся, левой рукой обнимал за плечи прислонившуюся к нему бретонку и держал речь:

- Проныра из Имперского города рассказал мне байку. Якобы в Древнем Каирне захоронена какая-то реликвия, связанная с самим Исграмором. Если это правда, можем неплохо заработать, продав её Соратникам. Что думаете?

- Нордские руины… - поморщилась бретонка, - там полно драугров и ловушек. Может, лучше взять у ярла заказ на каких-нибудь бандитов?

- У драугров в мошне всегда есть несколько септимов, да и побрякушки интересные попадаются – вступил в разговор имперец. – А бандитов после твоих огненных заклинаний ни допросить невозможно, ни опознать толком. Да и награда за них копеечная, только на еду и ночлег хватает.

- Ловушки не проблема, если с вами есть я! – маленький каджит подпрыгнул на стуле и гордо поднял хвост трубой. – А драугры опасны не своими мечами и топорами, а пылью, которая с них сыплется. Я от неё чихаю и чешусь.

После слов каджита на лицах мужчин появились усмешки, даже бретонка улыбнулась лёгкой, почти незаметной улыбкой.

Молодая нордка молча пожала плечами и робко улыбнулась. Она совсем недавно присоединилась к отряду искателей приключений и пока не решалась высказывать своё мнение. Высокая и статная девушка легко могла одним кинжалом прикончить пару-тройку волков, но робела в присутствии других людей. Особенно, если те были старше неё и вели себя как опытные и уверенные в себе воины.

- В любом случае, - продолжил редгард, - даже если мы не найдём реликвию Исграмора, горсточкой-другой септимов разживёмся. Всё равно другого заработка пока не предвидится. Квинт и Серый, как я понял, согласны?

Имперец и каджит кивнули.

- Огонёк?

Бретонка поморщилась, но кивнула.

- Кэри?

- Я согласна! – голос девушки прозвенел серебряным колокольчиком. Юной нордке показалось, что её слова прозвучали неуместно громко, она смущённо покраснела и опустила глаза.

- Ну вот и отлично. Раз все согласны, завтра выдвигаемся.

Редгард достал карту и, сдвинув посуду, расстелил её на столе.

- Каирн находится в полудне пути к западу от Вайтрана. Чтобы туда добраться, нужно пройти через Ривервуд, там по мосту перейти через Белую и по дороге, что идёт мимо Вайтрана, можно добраться до места. Это займёт дня два. А можно переправится через Илиналту на лодке, там есть сквозная пещера, местные называют её Ноголомным Проходом, пройти через неё и двинуться на север. К вечеру будем возле Каирна. Первый путь дольше, но безопаснее. Второй короче, но Проход никто не охраняет и там, по словам местных, могут быть звери или разбойники.

- Разбойники и звери это хорошо, – весело оскалился каджит. – С разбойников можно получить пару септимов, а со зверей содрать шкуру! Только пусть Огонёк её не портит!

Бретонка фыркнула, а имперец, названый Квинтом, кивнул в сторону нордки:

- У нас теперь есть специалист по зверью и шкурам, Кэри отлично справляется и с тем, и с другим. Хамид, - обратился он к редгарду, - я предлагаю идти коротким путём. Мы легко разделаемся с любой бандой, не говоря уж о животных.

Возражать Квинту никто не стал. Обсудив детали предстоящего похода, авантюристы разошлись по комнатам. Огонёк осталась с Хамидом, Серый, Квинт и Кэри вышли в общий зал, чтобы пройти в комнатушки, снятые на ночь. Имперец что-то тихо шепнул каджиту, тот весело оскалился, махнул рукой и скрылся за дверью. Квинт повернулся к Кэри и, как бы невзначай, положил руку ей на талию.

- В Скайриме такие холодные ночи… У Серого есть шерсть, Хамид и Огонёк не дают замёрзнуть друг другу… Я могу согревать тебя по ночам – произнёс он, понизив голос.

Кэри отстранилась от имперца, удивлённо посмотрела на него своими большими, зелёными глазами и ответила:

- Квинт, спасибо, но я не мёрзну. Да и как-то неприлично девушке ночевать наедине с мужчиной… Что люди подумают? А если тебе холодно, попроси у хозяйки жаровню с углями.

С этими словами юная нордка скрылась в своей комнате, оставив незадачливого соблазнителя созерцать грубо оструганные доски двери. Квинт тихо выругался, потом ухмыльнулся и, пробормотав: «Чем труднее охота, тем слаще добыча», отправился искать утешения у сговорчивой служанки.

Ранним утром, плотно позавтракав, отряд искателей приключений двинулся в путь. Одеты и экипированы они были почти так же, как накануне. Лишь Кэри добавила к своему снаряжению железную кирасу и щит. Около часа им понадобилось, чтобы дойти до берега Илиналты. Озеро встретило авантюристов сонной тишиной, разбавляемой тихим плеском волн. Увидев неподалёку нескольких рыбаков, Хамид быстро сговорился с одним из них и тот, за несколько септимов, согласился перевезти компанию через озеро. Не прошло и получаса, как лодка с глухим стуком ударилась о мостки на противоположном берегу. Пара волков, околачивавшихся неподалёку от пристани, с глухим тявканьем скрылась в кустах. Получив свои монеты, рыбак покачал головой и произнёс:

- Дурное здесь место. Неправильно это, что волки вот так возле причала шныряют. Может, обратно вас отвезти? Денег не возьму, всё равно назад плыть. Раньше тут стража ярлова стояла, а как Ульфрик мятеж свой затеял, так и не сторожит никто. Вот и бегает зверьё, а то и похуже что.

- Если тут и есть кто по-настоящему опасный, то это мы! – весело оскалившись, воскликнул каджит. – После того, как мы здесь пройдём, Ноголомный проход будет безопасен даже для маленьких котят!

Серый первым выскочил из лодки. Следом за ним на причал поднялись остальные авантюристы.

- Дело ваше, а только место здесь всё равно дурное. Да и логово некромантов, говорят, где-то неподалёку.

С этими словами рыбак оттолкнулся от причала веслом и поспешил покинуть неприятное место. Бывшие пассажиры проводили его задумчивыми взглядами. Услышав о некромантах, Хамид начал сомневаться в том, что идти через Ноголомный проход было хорошей идеей. Однако отступать было поздно, оставалось только идти вперёд.

- Идём осторожно, всем быть готовыми к бою, - скомандовал редгард.

- Да ладно, Хамид, чем нам может угрожать некромант? Скелетов на нас натравит? Так мы уже не котята, чтобы каких-то костей бояться! – маленький каджит, как всегда, был полон энергии и энтузиазма.

- Поблизости нет скелетов, несколько дней точно, - внезапно произнесла обычно молчаливая Кэри. – Волки не стали бы жить рядом с нежитью. Отец так говорил. Может, в самой пещере и есть кто, но наружу они не выходят.

- Ясно, - кивнул Хамид. – Похоже, к пещере ведёт эта тропа – редгард указал на широкую, утоптанную тропу, уходившую вверх от берега. – Кэри, ты идёшь первой, может, поймёшь по следам, есть кто-нибудь в пещере или нет.

Девушка молча кивнула и, надев на левую руку железный щит, двинулась вверх по извилистой тропе. Вторым шёл Хамид, следом Огонёк и Серый, Квинт замыкал колонну. Через несколько минут подъёма авантюристы достигли входа в пещеру. Остановившись, они приготовились к бою: Квинт и Кэри обнажили мечи, Хамид извлёк из ножен парные скимитары, Серый – кинжалы, а руки Огонька окутались пламенем, сигнализируя о готовности огненных заклинаний.

Первым в пещеру, пригнувшись и крадучись, проник штатный лазутчик отряда – Серый. Дождавшись условного сигнала, что сразу у входа опасности нет, остальные авантюристы двинулись за ним. Пройдя по узкому, наклонному проходу, они оказались внутри небольшого помещения. Выровненный пол, остатки мебели по углам и большие деревянные двустворчатые двери в дальней от входа стене, указывали, что этим помещением пользовались люди. Видимо, здесь находилась караулка стражи, охранявшей проход.

- Серый, проверь дверь на ловушки, - Хамид ни на миг не терял бдительности.

Каджит неторопливо двинулся к двери. Товарищи внимательно наблюдали за ним, готовые в любой момент прийти на помощь. Однако, к тому, что произошло дальше, никто из них готов не был. Не дойдя пару шагов до двери, Серый исчез в ослепительной грозовой вспышке. От того места, где был каджит, во все стороны ударили молнии, накрыв искателей приключений. Почти все они, испытав дикую, выворачивающую кости и мышцы боль от электрического шока, мгновенно погрузились в беспамятство. Лишь Огонёк, с которой, на этот раз, бретонская сопротивляемость магии сыграла злую шутку, несколько секунд кричала от боли, после чего сознание милосердно покинуло её. В комнате остались четыре оглушённых человека и обугленный труп каджита.

Прошло около четверти часа. Створки большой деревянной двери медленно открылись. В помещение вошли четыре скелета, вооружённых старыми мечами и топорами. Следом за ними вошёл высокий, худой, лысый мужчина в чёрном одеянии некроманта. На лице его застыло выражение, сочетавшее в себе брезгливость, недовольство и высокомерие. Оглядев неподвижно лежащие тела, некромант изобразил кривую усмешку и проскрипел:

- Хороший улов. Особенно бабёнки хороши. Я с вами неплохо повеселюсь, перед тем, как отправлю ваши души в Совнгард, а тела присоединю к своей армии.

Он присел на корточки возле бретонки и начал жадно шарить руками по её телу. Глаза колдуна масляно заблестели, он облизал тонкие губы в предвкушении удовольствия, что обещало её стройное тело.

- Да… Мы неплохо повеселимся… И с белобрысой дылдой тоже, - обратил он внимание на Кэри. – Крупновата девочка, на мой вкус, но молода, да и разнообразие не помешает!

Однако у Смерти в тот день были на своего служителя совсем другие планы…

Глава 2

Этот день в Ривервуде ничем не отличался от сотен других. Визжали пилы и грохотали брёвна на лесопилке Хода и Гердур, Алвор стучал молотом в своей кузнице, дети носились по улицам наперегонки с собаками, а похмельный Эмбри страдал от головной боли на крыльце «Спящего Великана». В самой таверне за стойкой скучал Оргнар. Берега озера Илиналта и вытекавшей из него Белой реки всегда были тихим местом, а дорога, проходившая через Ривервуд в сторону Фолкрита, никогда не была оживлённым торговым трактом. Лишь редкие караваны покупателей продукции лесопилок и руды из Факельной шахты, да проезжавшие и проходившие по своим делам путешественники изредка нарушали спокойное течение жизни посёлка

Солнце приближалось к зениту, когда в Ривервуд, через восточные ворота, вошёл молодой мужчина, лет тридцати на вид. С первого взгляда гость поражал своими габаритами. Даже среди рослых нордов он выделялся ростом и шириной плеч, а хорошо заметная под одеждой мускулатура и лёгкая, скользящая походка выдавали в нём человека сильного и ловкого.

- Какой огромный! – благоговейно прошептал игравший на перекрёстке со щенком малыш – Такой, наверное, тролля голыми руками задушит! Правда, Пенёк?

- Тяв! – звонко ответил щенок и помахал хвостиком. Он был во всём согласен со своим маленьким хозяином, хотя кто такие тролли и зачем их надо душить представления не имел.

- Он больше дяди Хода, даже больше папы! – воскликнула маленькая девочка, игравшая вместе с мальчиком. – Да, мама? – обратилась она к Сигрид, вышедшей из дома кузнеца.

Женщина с тревогой посмотрела в сторону, куда указывала девочка. Впрочем, тревога тут же покинула её лицо, Сигрид улыбнулась и помахала рукой. Гигант, улыбаясь в ответ, направился к ней.

- Дорти, Фроднар, это Эйнар Костолом, знаменитый воин, это он выгнал разбойников из Факельной шахты, где дядя Хольгер добывает руду.

- Привет, Сигрид, это что, твои? И когда успела? Я же недавно только на вашей с Алвором свадьбе гулял! – со смехом произнёс великан и подхватил довольно взвизгнувших детей на руки. – Красавцы! Папе в кузнице помогаете?

Сигрид рассмеялась в ответ:

- Ты давно в наших краях не был, ещё бы немного погулял, и успел бы аккурат на свадьбу этих негодников. Наша с Алвором Дорти, а Фроднар сын Хода и Гердур. А у тебя как? Женился? Дети есть?

- Да как ты за Алвора вышла, в Скайриме и жениться-то не на ком стало! – произнёс Эйнар, улыбаясь в усы, - а что давно не захаживал, так тихо у вас тут, не шалит никто, слава Девяти.

Сигрид нахмурилась.

- Фендал говорил, что пару дней назад видел что-то подозрительное возле Ноголомного прохода. Да что мы всё посреди улицы топчемся, проходи в дом, сейчас Алвора позову, обедать будем!

Спустя несколько часов, сытая и основательно отведавшая нордского мёда и эля компания в составе Эйнара, Алвора и Хода, ввалилась в «Спящего великана» в поисках ривервудского охотника, лесного эльфа, Фендала. Тот, как обычно, ужинал в таверне под аккомпанемент песен своего лучшего друга Свена. Из них троих твёрдо на ногах стоял только Эйнар, Алвор и Ход основательно захмелели и шли, покачиваясь на нетвёрдых ногах. Поэтому, когда великан разглядел в зале таверны босмера, ему пришлось обнять кузнеца и хозяина лесопилки за плечи и направить их в нужную сторону. Со стороны это казалось даже забавным, здоровенные норды выглядели рядом с ним как подростки рядом со взрослым мужчиной. Подойдя к столу, за которым ужинал Фендал, Эйнар аккуратно посадил приятелей на скамью рядом с эльфом, приветственно кивнул ему и отправился к стойке. Вернулся великан уже с четырьмя кружками эля.

- Прости, что помешали твоей трапезе, - обратился он к Фендалу и поставил перед ним одну из кружек. – Надеюсь, ты не против выпить в хорошей компании?

- Для меня честь выпить с самим Эйнаром Костоломом, - ответил Фендал и поднял предложенную кружку в приветственном жесте, - твоё здоровье!

Ход и Алвор, так же получившие по кружке эля, присоединились к пожеланию. Правда, языки их слегка заплетались, а голоса звучали нестройно…

Компания пропустила ещё по паре кружек. Алвор и Ход окончательно захмелели и пели на три голоса, с присоединившимся к попойке Свеном, нордские баллады. Эйнар посмотрел на Фендала и понял, что скоро тот будет не в состоянии отвечать на вопросы, а выяснить, что же такое босмер видел у Ноголомного прохода, хотелось. В очередной раз стукнувшись с эльфом деревянными кружками, великан задал интересующий его вопрос.

Фендал немного помолчал, собираясь с мыслями.

- Не то, чтобы видел что-то конкретное, но от пристани к проходу вели подозрительные следы, - начал свой рассказ лесной эльф. – Один человек, он прошёл от пристани до самой пещеры, а с ним… Я даже засомневался сначала, следы выглядели так, словно вместе с ним шли люди, у которых от ступней остались только кости. Потом вспомнил, что некоторые колдуны могут поднимать мёртвых, чтобы они им служили. Думаю, там прошёл как раз такой колдун. А с ним его слуги. По следам выходит, что колдун этот дошёл до пещеры, потом вернулся и некоторое время стоял на полпути к ней. А мертвяки его, с костяными ногами, несколько раз туда-сюда ходили. Причём от пристани вверх с грузом шли, следы глубже.

- Нехорошо, - задумчиво проговорил Эйнар, оглаживая короткую бороду - выходит так, что некромант там обосновался.

- Может, он просто на ту сторону прошёл? – по тону Фендала было понятно, что он сам в это не верил.

- Нет. По тому, как ты следы описал, мертвяки, а точнее – скелеты, носили поклажу несколько раз. Если бы он насквозь шёл, они бы один раз прошли. А поклажи много было. Значит, там он засел. Наверняка, собирается наловить путников побольше и наклепать из них армию скелетов.

- Вот погань… Надо в Вайтран, к Балгруфу идти. Пусть стражников с магом пришлёт.

- Долго. Сам этим займусь. Завтра с утра выйду, к полудню буду у Ноголомного прохода.

- Выходим на рассвете? – деловито уточнил Фендал.

Великан задумчиво посмотрел на босмера. Он собирался разобраться с некромантом в одиночку, но отказаться сейчас от помощи эльфа значило нанести тому оскорбление.

- Да, встретимся у таверны. А пока отнесу этих двоих жёнам. – Эйнар кивнул на мирно похрапывающих Алвора с Ходом.

- Помочь? – предложил Фендал.

- Они не тяжёлые, - в подтверждение своих слов, великан легко закинул на плечо дюжего кузнеца и взял подмышку хозяина лесопилки. – Свена домой проводи, они ещё и его напоить успели.

Наутро в доме кузнеца, под богатырский храп Алвора, развернулась сцена, заставившая маленькую Дорти разинуть от изумления рот. Эйнар Костолом последовательно извлек из небольшой сумки, притороченной к поясу, полный комплект эбонитовых доспехов, огромный двуручный эбонитовый меч, такой же лук и колчан со стрелами. Набравшись смелости, девочка подошла к облачающемуся в броню великану и спросила:

- Дядя Эйнар, а как это всё в такой маленькой сумочке поместилось?

- Это волшебная сумка. Туда можно много чего положить, доспехи, оружие, зелья. Всё помещается. Главное, чтобы сил поднять хватило. Вот, смотри.

Эйнар взял со стола котомку с припасами, собранными для него заботливой Сигрид, открыл клапан сумки и легко поместил её внутрь. Дорти округлившимися глазами смотрела, как объёмистая котомка исчезает в сумке в два раза меньше себя.

- Дядя Эйнар, а туда папина кузница поместится? Или лошадь?

Великан улыбнулся в пышные усы, погладил девочку по голове и ответил:

- Нет, кузница и лошадь не поместятся, да и тяжёлые они, даже я их не унесу.

- Дорти, не приставай к дяде Эйнару, - вмешалась Сигрид. – Извини, она такая любопытная, кого угодно заболтает, – женщина виновато посмотрела на Эйнара.

- Не за что извинятся, она у вас умница и очень любознательная.

Костолом приладил на место последние детали доспехов, закрепил за спиной меч и колчан и встал, держа в руке шлем.

- Благодарю за гостеприимство, пусть Девятеро хранят ваш дом.

- Береги себя и появляйся почаще. Здесь тебе всегда рады, - улыбнулась в ответ жена кузнеца.

Фендал, как и условились накануне, ждал Эйнара у таверны «Спящий великан». Эльф надел кожаную броню и вооружился охотничьим луком и кинжалом. Увидев Костолома, он сосредоточенно кивнул и поприветствовал:

- Доброе утро.

- Доброе, - ответил Эйнар. – Готов?

Фендал снова кивнул в ответ, Эйнар продолжил:

- Когда дойдём до Прохода, я пойду впереди, ты за мной на расстоянии нескольких шагов. Ступай след в след, у меня может не быть возможности предупредить тебя о ловушках. Вот, держи, - Костолом передал охотнику склянку с фиолетовой жидкостью – смажь несколько стрел, если драка затянется, постарайся попасть смазанными стрелами в колдуна, это зелье блокирует магию. В ближний бой не лезь, бей издалека. Ну, это ты и без меня знаешь. Двинулись.

Закончив на этом разговор, Эйнар развернулся и зашагал к мосту, построенному недалеко от деревенских ворот. Фендал поспешил за ним. Перейдя через мост, мужчины, проигнорировав идущие от него дороги, свернули налево и углубились в лес, которым густо поросли берега Белой реки. Шли молча. Великан, одетый в доспехи, двигался по лесу на удивление тихо, почти бесшумно. Он скользил между деревьями и кустами, не тревожа листьев и веток, а трава не шелестела под его ногами. Фендал, лесной эльф, чувствовавший себя в лесу не хуже, чем в собственном доме, с удивлением признался себе, что мог бы легко потерять своего спутника из виду, захоти он того.

Спустя час они вышли на большую поляну, свободную от деревьев. У дальнего края поляны стояла хижина, рядом с которой был разбит небольшой огородик. На стульчике возле входа в хижину сидела старая нордка в черном балахоне. К ней-то Эйнар и направился с весьма решительным видом. Фендал двинулся было следом, но Костолом знаком показал ему оставаться на месте. Эльф пожал плечами и замер на краю поляны.

Увидев приближающегося гиганта в чёрной броне, старушка неторопливо поднялась ему навстречу. Со стороны могло показаться, что старая женщина настолько одряхлела, что не может стоять ровно, а её руки и ноги уже не в состоянии полностью распрямится. Опытному же человеку, каковым и являлся Эйнар Костолом, её слегка согнутые в коленях и локтях ноги и руки, полусогнутые пальцы, а так же наклоненный вперёд корпус, говорили, что старуха готова к применению боевых заклинаний. В знак мирных намерений великан снял с головы шлем и взял его в левую руку, а раскрытую ладонь правой поднял на уровень плеча, показывая, что в ней ничего нет.

Подойдя ближе, Эйнар кивнул старухе в знак приветствия и сказал, понизив голос:

- Успокойся, Анис, если бы я хотел тебе что-то сделать, уже подстрелил бы. Спросить тебя хочу кое о чем.

Старуха выпрямилась, снова села на свой стульчик и, сложив руки на коленях, скрипучим голосом поинтересовалась:

- И что же понадобилось такому могучему воину от бедной старушки? И откуда сам Эйнар Костолом знает имя отшельницы, живущей посреди леса?

- Не прибедняйся, ведьма. Среди магов ты так же знаменита, как я среди воинов и искателей приключений.

- Так что тебе от меня надо, Костолом? Я мирно живу в лесу, никого не трогаю, капустку вот выращиваю, картошечку. Может, тебе зелье какое надо или яд? Могу сварить, если ингредиенты добудешь.

- Не надо. У меня другой вопрос. В Ноголомном проходе, похоже, некромант засел. Знаешь об этом что-нибудь?

- Откуда? Я ж и не хожу никуда, всё здесь, на огороде, людей раз в полгода вижу. Не знаю ничего.

- Анис, ты здесь спокойно живёшь, местные не знают, кто ты, откуда, чем знаменита. А представь, узнают. А потом какой-нибудь сорванец не вернётся из леса. Или у коров молоко пропадёт. Или неурожай случится. Как быстро норды из Ривервуда спалят тебя вместе с твоей хижиной?

Старая ведьма усмехнулась.

- Умеешь ты уговаривать, Костолом. Действительно, есть там мертвячник, сидит уже несколько дней. Но кто он и на что способен – не знаю. Нет у меня с ним дел. Он ко мне не лезет, я к нему. Так что можешь свои угрозы при себе оставить, всё равно ничего про него рассказать не смогу.

- Жаль. Хорошего урожая тебе, Анис. И не шали тут, у меня в Ривервуде много друзей, я огорчусь, если у них вдруг начнутся неприятности.

С этими словами Эйнар надел шлем и, махнув Фендалу, чтобы тот догонял, неторопливо двинулся дальше. Проходя быстрым шагом мимо ведьмы, Фендал вежливо той поклонился, на что Анис ответила лёгким кивком.

- Странная старуха, эта Анис. Живёт посреди леса, ни с кем не общается. Только иногда приходит в деревню, продать овощи. И ведь не боится в глуши жить! А тут ведь у нас и волки водятся, и медведь забрести может. – Догнавший Эйнара Фендал понял, что великан знает о старухе нечто, неизвестное деревенским и таким нехитрым способом пытался узнать, что именно, не решаясь спросить напрямую. Эйнар, однако, не горел желанием раскрывать тайну Анис, понимая, что ничем хорошим ни для старой нордки, ни для жителей Ривервуда это не закончится. Сильная ведьма и сама не была лёгким противником, а в случае её гибели убийце пришлось бы иметь дело с другими ведьмами, мстительность и коварство которых были хорошо известно Эйнару.

- Людей она не любит.

Столь краткий ответ обычно дружелюбного и словоохотливого Костолома убедил эльфа в том, что в биографии Анис есть какая-то тайна, но так же дал понять, что от Эйнара он эту тайну не узнает. Дальнейший путь они проделали в молчании.

Ближе к полудню мужчины достигли причала, от которого тропа вела к Ноголомному проходу. Быстро изучив следы на тропе, они переглянулись.

- Похоже, сегодня к колдуну уже кто-то заглянул на огонёк, - озвучил пришедшую им обоим мысль Эйнар. – Пять человек, одна из них женщина.

- Две женщины, - покачал головой Фендал, - вторая высокая, как мужчина, но легче и ступня у неё уже.

- Пожалуй, - не стал спорить великан. – Пойдём, посмотрим, кому сегодня не повезло. Надеюсь, судьба была не на стороне колдуна.

С этими словами Эйнар извлёк из ножен меч и направился к входу в пещеру. Эльф последовал за ним.

Ноголомный проход встретил Костолома и Фендала тишиной и лёгким сквозняком. Великан медленно шёл впереди, осматривая пол перед собой в поисках ловушек, эльф, как и условились, в нескольких шагах позади, с изготовленным к стрельбе луком. Дойдя до помещения стражи, Эйнар дал знак остановиться. Убедившись, что босмер выполнил команду, он осторожно двинулся вперёд, всё так же внимательно осматривая пол перед собой. Разглядев на полу пещеры, возле дверей, слабое мерцание грозовой руны, Эйнар остановился, а потом, не разворачиваясь, спиной вперёд отступил к входу в комнату. Убрав меч в ножны, великан чуть присел, активировал в правой руке молнию и ударил ей по руне, отчего та оглушительно громыхнула и выбросила во все стороны ветви электрических разрядов. Великан снова достал меч, повернулся к Фендалу и сказал:

- Вот чем плохи все эти руны, так это тем, что мимо них тихо не пройдёшь. Зато хозяин уже знает, что к нему пришли гости и наверняка скоро или сам пожалует, или слуг пришлёт. Но ждать их мы не будем.

Впрочем, ждать и не пришлось. Двери, отделяющие помещение от остальной пещеры, открылись и в них торопливо проковыляли четыре скелета.

- Всего четыре? – возмутился Костолом, - меня не уважают…

Подняв старые, иззубренные мечи и топоры, скелеты плотной группой ринулись в атаку. Эйнар шагнул им навстречу и, без всякого напряжения, двумя горизонтальными ударами меча снёс всех четверых. Сухие кости мёртвых слуг колдуна со стуком разлетелись по комнате.

Очнувшись, Кэри обнаружила себя лежащей на полу клетки. Раздетую до исподнего девушку от холодного, каменного пола пещеры отделял только тонкий слой старой соломы. Подняв голову, она осмотрелась. Увиденное заставило юную нордку покрыться холодным потом. Большая пещера, освещённая пламенем факелов и жаровен, была заполнена почти двумя десятками вооружённых скелетов. Тихо поскрипывая, костяки покачивались, стоя на месте. В их черепах, на месте глаз, горели синим светом сгустки непонятной материи. В клетке по соседству Кэри увидела так же раздетых до исподнего Квинта и Хамида. Привстав, девушка увидела Огонька. Обнажённая и связанная бретонка лежала у дальней стены пещеры на куче шкур, видимо, служивших некроманту постелью. Все авантюристы всё ещё были без сознания. Самое же страшное происходило на возвышении у противоположной стены пещеры. Высокий, худой мужчина в чёрном балахоне склонился над чем-то, напоминавшим человеческое тело. С того места, где она находилась, Кэри не могла разглядеть подробностей, но и того, что она увидела, было достаточно, чтобы понять: авантюристы угодили в плен к некроманту и, похоже, ничего хорошего это не предвещает.

Как заворожённая, Кэри наблюдала за действиями некроманта. Тот что-то напевал себе под нос и странными инструментами срезал кожу и мышцы с лежащего перед ним тела. От его манипуляций тело сместилось к краю стола, и глазам нордки предстала частично обугленная голова каджита. Кэри поняла, что на её глазах некромант разделывает тело Серого, одного из её товарищей. Разделывает, чтобы поднять и присоединить к армии своих костяных слуг. И такая же участь ожидает остальных пленников колдуна.

Время для юной нордки тянулось мучительно медленно. Охвативший её поначалу страх уступил место злости. Злость породила решимость как можно дороже продать свою жизнь. Кэри внимательно огляделась, но ничего, что могло бы сойти за оружие, поблизости не наблюдалось. В клетках не было даже мисок для воды, некромант явно не собирался кормить и поить своих пленников. Только возле возвышения, на котором стоял стол некроманта, лежала куча разнообразного оружия, но как добраться до него Кэри пока не представляла. Оставалось надеяться только на кулаки и нехитрые приёмы рукопашного боя, которым девушку научил отец, служивший когда-то в имперском легионе.

Наконец, некромант закончил очищать от плоти кости каджита. Он отложил в сторону свои инструменты, отступил от стола на шаг и сделал пасс рукой в направлении свежего скелета. Тот выгнулся, будто в судорогах, приподнялся в воздух, а потом плавно опустился на ноги. Новый слуга некроманта неуклюже слез со стола, подошёл к куче оружия и достал из неё первый попавшийся меч, после чего присоединился к остальным скелетам.

- Ну что ж, как говорится, делу время, потехе час. После хорошо сделанной работы не грех и повеселиться. – С этими словами колдун повернулся к лежанке, на которой, всё ещё без сознания, лежала связанная бретонка. Он бросил быстрый взгляд на клетки с пленниками и, заметив, что Кэри пришла в себя, ухмыльнулся: - Очнулась, блондиночка? А ты крепче, чем остальные. Сейчас мы с твоей приятельницей немного покувыркаемся, потом я разберусь с этими двумя, а потом у тебя будет шанс убедить меня, что живая ты полезнее, чем дохлая. Ну, или приятнее.

Некромант рассмеялся сухим смехом. Как бы вторя ему, издалека донёсся звук, похожий на раскат грома. На куче шкур застонала, приходя в себя, Огонёк. Колдун присел рядом с ней на корточки, заглянул в лицо и произнёс:

- И эта очнулась. – Распрямился, посмотрел на Кэри и добавил: - не скучайте, девочки, я скоро вернусь, только гостей встречу.

После чего покинул пещеру в сопровождении десятка скелетов.

Пройдя через открытые двери, Эйнар и Фендал оказались в просторной пещере, первой из трёх, составлявших Ноголомный проход. Оба они не раз проходили здесь и вопрос, куда идти дальше, перед ними не стоял. Эйнар, держа двуручник наготове, быстрым шагом двинулся в сторону чернеющего в противоположной стене прохода в центральную пещеру. Фендал шёл в нескольких шага позади.

Костолом понимал, что взрыв грозовой руны был слышен во всех пещерах Ноголомного прохода и нисколько не удивился, увидев вышедшего ему навстречу некроманта, за которым нестройной толпой шло несколько скелетов. А вот для колдуна, ожидавшего найти оглушённых или мёртвых путников в караульном помещении, встреча с облачённым в эбонитовую броню огромным воином стала неприятной неожиданностью. Эльфа он попросту не заметил.

Увидев некроманта в нескольких шагах перед собой, Эйнар бросился к нему, занося меч для удара. Колдун только начал удивлённо вскидывать брови и поднимать руки для сотворения боевого заклинания, как сначала ему в грудь воткнулась выпущенная Фендалом стрела, а потом огромный двуручник Эйнара прошёл через его тело от левой ключицы до паха, развалив надвое. Шедшие за некромантом скелеты попытались атаковать Костолома, но силы были слишком не равны. Великан нескольким ударами меча разнёс агрессивные костяки на отдельные косточки, усеявшие пол пещеры на десяток шагов вокруг.

Глава 3

В центральной пещере Ноголомного прохода оставшиеся скелеты терпеливо караулили пленников мёртвого колдуна. Когда Эйнар ворвался туда, остатки костяного воинства дружно повернулись в его сторону, подняли мечи и торопливо поковыляли в атаку. Костолому не пришлось гоняться за своими противниками по пещере, они сами пришли на рандеву с его мечом и дружно обрели долгожданный покой. Почти никому из костяных воинов колдуна не удалось даже приблизиться к нему на расстояние удара. Исключение составил только скелет, вооружённый луком. Пока великан разбирался с его товарищами, скелет-лучник успел выпустить две стрелы, первая пролетела мимо цели, вторая отскочила от эбонитовой кирасы Эйнара. Третий раз скелет-лучник выстрелить не успел. Не мудрствуя лукаво, Эйнар подхватил с пола один из оставшихся от других скелетов черепов и запустил его в голову последнего противника. Череп лучника разлетелся на куски, а остальные кости осыпались вертикально вниз.

- Даже не разогрелся, - констатировал великан, оглядывая пещеру.

Фендал, вошедший в пещеру следом за Эйнаром с изготовленным к стрельбе луком, убрал в колчан стрелу и закинул лук за спину.

- Фендал, помоги девушке, - великан указал на обнажённую бретонку, лежащую на лежанке из шкур, - а я остальных из клеток достану.

Обнажив кинжал, эльф подошёл к Огоньку и сноровисто перерезал связывающие девушку ремни. Сам Эйнар подошёл к одной из клеток и на краткий миг замер перед ней, не в силах пошевелиться. Позже он и сам не смог бы сказать, что вызвало у него такую реакцию. Но в тот момент, когда он увидел стоящую возле двери клетки юную нордку, посмотрел в её глаза, он забыл, как дышать и двигаться. Не в силах вздохнуть, не в силах отвести взгляд, воин, прошедший через десятки смертельных схваток и проливший кровь сотен врагов, беспомощно тонул в огромных зелёных глазах, смотрящих на него со смесью восхищения и тревоги.

Двигаясь как во сне, Эйнар механически поднял руку, взял навесной замок, запирающий дверь клетки и провернул его вокруг своей оси. Железный замок не выдержал столь грубого обращения и, жалобно хрустнув, развалился на отдельные детали. Этот хруст вернул Эйнара в реальный мир. Он удивлённо посмотрел на обломки замка в своей ладони и, отбросив их в сторону, распахнул дверь клетки.

Обладательница зелёных глаз и коротких светлых волос шепнула: «Спасибо» и опрометью бросилась к бретонке. Эйнар проводил её заворожённым взглядом и, с некоторым напряжением, вспомнил о второй клетке, на полу которой лежали двое мужчин. Ещё один замок хрустнул в руке великана. На этом месте процесс освобождения пленников был прерван появлением ещё трёх скелетов из прохода, что вёл в северную часть пещеры. Увидев их, Костолом даже не стал обнажать меч, он просто сделал несколько быстрых шагов им навстречу и разнёс тремя ударами закованных в латные перчатки кулаков. Покончив со скелетами, Эйнар вошёл в клетку и, после короткого осмотра, закинул имперца на плечо, взял редгарда подмышку и вынес наружу.

Костолом аккуратно пристроил мужчин на лежанке по соседству с бретонкой, которая, хотя и была в сознании, всё ещё не могла толком двигаться. Окинув всех троих взглядом, Эйнар пришёл к выводу, что смерть никому из них в ближайшее время не грозит и, обращаясь к Фендалу, сказал:

- Пойду, проверю северную пещеру. Пригляди здесь.

Эльф молча кивнул.

Пол северной пещеры Ноголомного прохода был гораздо ниже, чем в центральной. От выхода из центральной пещеры были перекинуты узкие деревянные мостки к широкой вершине высокого, похожего на толстый гвоздь с большой шляпкой каменного столба, вокруг которого спиралью был закручен пологий спуск. У подножия столба неспешно бродили ещё два вооружённых скелета. Спускаться к ним Эйнар не стал. Дойдя до круглой площадки, венчающей столб, он двумя молниями упокоил последних слуг колдуна.

Юная нордка не могла оторвать глаз от незнакомца в чёрной броне. Удивление и восхищение быстро вытеснили тревогу, вызванную опасением, что этот огромный мужчина окажется для компании авантюристов источником не меньших неприятностей, чем некромант. Почти с детским восторгом Кэри наблюдала, как гигант освобождает её товарищей и, без магии и оружия, расправляется со скелетами. Скелеты не были сильными противниками из-за своей хрупкости и поодиночке не представляли угрозы даже для слабого бойца. Однако втроём на одного они уже могли заставить попотеть даже опытного и сильного воина, а в одиночку против десятка никто из знакомых Кэри выстоять не смог бы. Незнакомец же, казалось, вообще не считал скелетов за противников. Что в схватке с десятком костяков охранявшим пленников, что в последовавшей кулачной расправе с тремя опоздавшими к основному бою, гигант просто сметал их, как ураган сметает сухую, опавшую хвою.

Немалой пригоршней септимов в копилку восхищения Кэри стало и то, с какой лёгкостью незнакомец исцелил пострадавших от грозовой руны авантюристов. Девушке ещё не приходилось видеть применения заклинания «Исцеляющих рук», она лишь слышала, что таким заклинанием владеют жрецы Кинарет. Когда Кэри попросила одолжить лечебных зелий, гигант снял шлем, улыбнулся на удивление доброй улыбкой и пообещал: «Я обо всём позабочусь», - а потом добавил: «Ты оденься, ваше снаряжение, наверное, вон в той куче». Потом повернулся к её товарищам, вытянул в их направлении руки и тела Огонька, Хамида и Квинта поочерёдно окутались золотистым сиянием исцеляющих чар.

Эйнар оглядел спасённых авантюристов. Имперец и редгард мрачно и недоверчиво поглядывали на него исподлобья, не решаясь заговорить. Бретонка, едва появилась возможность, укрылась в объятиях темнокожего уроженца Хаммерфелла, спрятав лицо у него на груди. Лишь юная нордка излучала восторг и благоговение, не отрывая от великана восхищённого взгляда. «Соратники так могли бы смотреть на Исграмора, внезапно вошедшего в Йоррваскр»- хмыкнул про себя Эйнар. Впрочем, искреннее восхищение зеленоглазой блондинки грело душу великана, а за иронией он пытался спрятать от самого себя смущение, вызванное какой-то странной, непривычной нежностью по отношению к этой девушке. К слову, она была единственной из компании, кто уже облачился в доспехи и обзавёлся оружием. Эйнар одобрительно кивнул ей, повернулся к остальным и произнёс, кивнув на кучу разнообразного снаряжения:

- Одевайтесь, на вашу одежду и оружие я не претендую. – Потом повернулся к эльфу и добавил: - Остальную добычу можешь забрать. Знаешь Рунила, жреца Аркея из Фолкрита?

- Да.

- Приведёшь его сюда, пусть организует должное погребение. Не хватало ещё, чтобы здесь нежить завелась. И не забудь рассказать обо всём Денгейру, да и Балгруфа не помешает известить. Чует моя задница, не просто так этот колдун здесь так в открытую обосновался.

Тонкие губы лесного эльфа тронула скупая улыбка. Он уже успел забрать увесистый кошель с останков некроманта и теперь прикидывал, как переложить оплату услуг жреца бога рождения и смерти на казну Фолкрита. А известие, что он может забрать и остальную добычу и вовсе привело босмера в приподнятое настроение.

А вот спасённые авантюристы помрачнели ещё больше. Опять же за исключением Кэри, всё так же восхищённо глядевшей на своего спасителя. Они осознали, что получив обратно оружие и доспехи, тем не менее, остались без гроша в кармане. Естественно, от внимательных глаз Эйнара это укрыться не могло, и он уже приготовился осаживать бывших пленников некроманта, на случай если те попытаются качать права. Однако, этого не понадобилось.

Облачившийся в кожаную броню и прицепивший на пояс два изогнутых клинка, редгард шагнул к Эйнару и, протянув ему руку, представился:

- Моё имя Хамид.

После чего представил остальных искателей приключений:

- Это Огонёк, Кэри и Квинт Октавий. – Немного помолчал и продолжил: - Спасибо, что выручили. Могу я узнать имена наших спасителей?

- Я Эйнар, моего спутника зовут Фендал. Благодарить надо скорее его. Это он нашёл подозрительные следы возле причала и привёл меня сюда.

Хамид повернулся к Фендалу и, приложив правую руку к груди, поклонился. После снова обратился к Эйнару:

- Скажи, ты тут каджита не видел? Невысокого такого, серого? Или хотя бы тело?

Ответить Эйнар не успел, вместо него это сделала Кэри:

- Хамид… Серого больше нет… Я очнулась раньше вас и видела… - девушка побледнела, её радостно-восторженное настроение померкло под тяжестью страшных воспоминаний, Кэри прервалась ненадолго и продолжила: - Колдун сделал из него скелет и поднял. Куда он делся дальше, я не знаю. Наверное, его кости лежат где-то здесь… Или там… - Кэри неопределённо махнула рукой на выход из пещеры, куда некромант ушёл навстречу своей смерти.

Авантюристы дружно посмотрели в направлении, в котором указывала нордка, будто ожидали, что вот-вот из прохода появится непоседливый каджит. Эйнар же подошёл к алтарному столу, на котором некромант готовил своих жертв к поднятию. В тени, отбрасываемой столом, стояло несколько корзин. Все они, кроме одной, были прикрыты плетёными крышками. В открытую корзину великан заглянул в первую очередь, нахмурился, поднял голову и нашёл взглядом редгарда.

- Хамид, посмотри. – Эйнар кивнул на корзину.

Заглянув в корзину, редгард помрачнел ещё больше. В мешанине внутренностей и небрежно срезанной с костей плоти виднелись куски кожи с шерстью, цвет которой не оставлял сомнений, чьи останки находились в корзине. Эйнар нашёл свободную крышку от корзины и подал её Хамиду. Тот какое-то время непонимающе переводил взгляд с крышки на Эйнара, потом кивнул и, взяв крышку из рук великана, накрыл ею корзину.

Череп каджита, после недолгих поисков, нашёл Фендал.

Заходящее солнце окрасило алым воды Илиналты, когда Эйнар и искатели приключений закончили копать могилы. В первую поместили корзину с останками Серого, вторая стала братским захоронением для всех скелетов, служивших колдуну. Обугленные кости, оставшиеся от некроманта, без всякого почтения раскидали в лесу. Тело колдуна сожгла Огонёк. Бретонка долго поливала его струями «Пламени» и остановилась лишь тогда, когда гореть было уже нечему.

Два валуна, принесенных Эйнаром, увенчали холмики свежих могил.

Глава 4

Фендал не подвёл. Едва успел миновать полдень, как в доски причала стукнулась лодка, в которой, помимо старого рыбака, сидели сам Фендал, длинный и нескладный альтмер Рунил и плотного сложения невысокий норд, помощник Рунила по имени Каст.

Совершение погребальных обрядов, надгробная речь и скромная тризна по жертвам колдуна заняли остаток дня, и Хамид принял решение снова заночевать возле Ноголомного прохода. Рунил, Каст и Фендал вернулись в Фолкрит, а Эйнар остался с авантюристами.

Небольшой костёр бросал слабые отсветы на лица собравшихся вокруг него людей. Эйнар задумчиво поправил горящие дрова и подбросил пару толстых сучьев. Говорить никому не хотелось. Каждый молча думал о своём. Хамид размышлял о том, кем заменить Серого и поглядывал на Эйнара: «Не пойдёт. Он не пойдёт за мной, он сам вожак, привык командовать. Голос ни разу не повысил, а босмер его ослушаться не то, что не смел, а даже не думал. И ведь не солдат, свободный охотник. Да и вон как Кэри на него смотрит. И он на неё. Сцепятся с Квинтом. Нам ещё раздора из-за нордки не хватало. А жаль, воин отличный и в ловушку не попался. Такой в отряде лишним не будет, но не пойдёт…». Квинт злился и ревновал, видя, какие взгляды Кэри бросает на великана. Он положил глаз на юную нордку, как только она появилась в отряде и был уверен, что вскоре неопытная девочка не устоит перед его ухаживаниями. Теперь у него появился соперник, и Квинта это злило. Масла в огонь злости и ревности имперца добавляло то, что великан в глазах соратников был спасителем отряда и самого Квинта, и ссориться с ним сейчас было бы и некрасиво, и просто глупо. Да и заявить свои права на Кэри Квинт не мог. Во всяком случае, пока. Огонёк сидела, прислонившись к плечу редгарда, и бездумно смотрела на языки пламени, пляшущие по толстым сучьям. Она чувствовала себя смертельно усталой и просто хотела спать. Кэри не могла наглядеться на Эйнара. Мощная фигура, умные серые глаза, прямой нос, высокий лоб и чётко очерченные скулы, а ещё отвага и добродушие – всё это заставляло сердце юной нордки сбиваться с ритма, а в голове вместо мыслей царили неясные, но волнующие образы. Сам Эйнар, видя, какие взгляды кидает на него Кэри, которую он про себя прозвал «зеленоглазкой», ловил себя на мысли, что и сам весь день не сводил с неё глаз. Великан ждал, пока остальные разойдутся спать, чтобы поговорить с Хамидом с глазу на глаз.

Вскоре Огоньку надоело клевать носом у костра. Она поднялась, обвела всех взглядом и сказала:

- Давайте спать, пожалуй. Завтра с утра в путь.

Квинт и Кэри поднялись следом за ней, Эйнар и Хамид остались сидеть. Бретонка легко коснулась волос Хамида:

- Ты идёшь или останешься сторожить?

Редгард погладил возлюбленную по руке.

- Ложись. Я покараулю. – Посмотрел на имперца. – Квинт, ты следующий.

- После Квинта – я, - Эйнар взял на себя «собачью» вахту.

Вскоре возле костра остались только Хамид и Костолом. Великан поворошил прогорающий костёр и снова подбросил немного хвороста.

- Скайрим – опасное место, - начал он. - Гораздо опаснее Сиродила или Хаммерфелла. Особенно сейчас. И вы здесь новички. Поэтому, если есть вопросы, задавай. Если расскажешь куда идёте, подскажу, как безопаснее добраться. Или провожу.

- Зачем тебе это? Почему ты остался и предложил помощь? Мог бы просто уйти, забрав добычу.

- Чтобы вы, разобиженные на всех скайримских нордов, похватали ржавые мечи и пошли разбойничать на ближайшую дорогу? Тогда уж проще было вас вместе с некромантом порубить. Да и не в наших обычаях бросать без помощи попавших в беду.

Хамид немного помолчал. Потом, всё же решившись, задал мучивший его вопрос:

- Ты предлагал проводить нас. Может, хочешь присоединиться к нам?

- Проводить – да. Возможно, поучаствовать в одном-другом деле. Присоединиться – нет.

- Почему?

- Эйнара Костолома знает весь Скайрим. Редгарда Хамида и его отряд не знает никто. Или почти никто. Чем ты славен, кроме того, что тебя чуть не освежевал первый встреченный тобой некромант? Или вы всем отрядом готовы пойти под мою руку?

Крыть редгарду было нечем, оставалось только согласно кивнуть.

- Знаешь, - продолжил Эйнар, - я бы может и согласился к вам присоединиться на каких-то особых условиях, как равный союзник, например. Не ради добычи. Ты видел мои доспехи, оружие. Они стоят как весь Фолкрит, а то и дороже. Зеленоглазка. Вот ради неё я бы с вами погулял. Чтобы не влезли куда, откуда вылезти не сможете. Но у меня есть ещё кое-какие обязательства. Вот как закончу, можно и поговорить о делах совместных. Через неделю я на несколько дней загляну в Вайтран. Если что, спросишь у Хульды, хозяйки «Гарцующей кобылы», как меня найти.

На перекрёстке возле форта Греймур Эйнар распрощался с авантюристами. Отряд Хамида двинулся на север, к Древнему Каирну. Великан какое-то время провожал взглядом четвёрку авантюристов, сам не зная, почему не может спокойно продолжить путь. Как будто почувствовав его взгляд, Кэри обернулась и помахала рукой. Эйнар махнул в ответ, встряхнулся, как бы прогоняя непонятное и непривычное ощущение пустоты, возникшее при расставании с юной нордкой, и решительно зашагал на юг, туда, где вдалеке виднелись мощные стены и башни замка Небесный Камень.

Замок Небесный Камень, расположенный к югу от форта Греймур, прикрывал несколько расположившихся у подножия гор ферм, шахт и посёлок рудокопов, добывавших в этих шахтах руду. Большой надел земли вокруг замка принадлежал одноимённому роду, глава которого носил титул тана. Формально надел входил во владение Вайтран, а тан Небесного Камня подчинялся ярлу Вайтрана, но на деле всё обстояло совсем не так. Вот уже многие поколения ярлов не могли приказывать танам Небесного Камня, только вежливо просить. Небольшая, но великолепно обученная и вооружённая дружина, несметные богатства, позволявшие в короткое время собрать армию наёмников и неприступные стены замка делали род Небесного Камня силой, конфликтовать с которой не решился бы ни один ярл Скайрима. А огромная сила, боевое и магическое искусство воинов рода вошли в легенды, столь же кровавые, сколь и эпические. Одна из них повествовала о том, как наследник Небесного Камня в одиночку уложил начавшего привечать некромантов ярла Фолкрита, его хускарла и почти всю стражу этого небольшого городка. Другие рассказывали о невероятных победах над чудовищами, опасными хищниками и нежитью. И эти рассказы не охватывали и четверти деяний воинов рода, ибо у большей части из них не было свидетелей, а сами герои не были склонны к хвастовству, считая свои подвиги чем-то обыденным и стоящим упоминания лишь за семейным ужином, во время разговоров на тему «как прошёл день». Именно туда держал свой путь Эйнар Костолом.

Караульные на стенах издалека заметили приближающегося к замку путника и, когда Эйнар подошёл к открытым воротам, путь ему преградил столь же огромный, как сам Костолом, полуседой воин. Высокий, мощный, он стоял, широко расставив ноги и уперев руки в бока, всем своим видом показывая, что никто не войдёт в замок без его одобрения. За спиной его начали собираться стражники и слуги. Дождавшись, пока Эйнар подойдёт поближе и остановится в нескольких шагах перед ним, воин строго оглядел его и задал вопрос:

- Что тебе надо в замке Небесный Камень, бродяга?

Столь грубый приём совсем не обескуражил Эйнара, он насмешливо прищурился, ухмыльнулся и ответил:

- Пожрать, выпить и трахнуть всех смазливых девок, какие здесь есть!

- Нет, вы слышали, каков нахал? – полуседой возмущённо повернулся к людям, стоящим позади него.

- Слышали, тан Вальгард, слышали! - раздались в ответ нестройные восклицания, разбавленные хихиканьем тех самых «смазливых девок», которых грозился оприходовать гость.

- Ну, так что стоите? Накрывайте столы, тащите выпивку и готовьте девок!

Отдав распоряжения, тан Вальгард Небесный Камень немного понаблюдал за поднявшейся суетой, потом повернулся к Эйнару и тепло улыбнулся ему.

- Давненько ты дома не был, сынок! Заходи скорее, пока матушка в саду занята. А то ведь намылит мне шею, что у порога тебя держу.

Очередная чурка развалилась под ударом колуна. Расколов на поленья получившиеся половинки, Кэри собрала их и, прихрамывая, отнесла к поленнице. Уже шестой день девушка махала колуном, чтобы оплатить еду и комнату в “Гарцующей кобыле”. Однако, несмотря на все её усилия, денег становилось всё меньше, а состояние Хамида и Квинта ещё как минимум неделю не позволит им не то, чтобы работать, а просто встать с постели.

Неудачи начали преследовать авантюристов с тех пор, как они решили идти к Древнему Каирну через Ноголомный проход. Сам Каирн, где, по уверениям осведомителя Хамида были спрятаны чуть ли не сокровища Исграмора, оказался маленькой комнатушкой, в которой не было ничего ценного. Зато, когда авантюристы разбрелись по комнате в поисках хоть чего-нибудь, что можно было продать, с вертикально стоящих вдоль стен гробов с грохотом попадали крышки и на свет вылезла целая орава драугров. То, что никто из отряда Хамида не погиб в завязавшемся беспорядочном бою, было большой удачей, но все авантюристы получили разной тяжести ранения, на лечение которых ушла большая часть зелий лечения, отдать которые всё-таки удалось уговорить Фендала. Горсточка монет, найденных у драугров, даже близко не покрывала стоимости израсходованных зелий, а самый тщательный осмотр помещения не принёс никаких результатов. Авантюристам не удалось обнаружить ни тайников, ни каких-либо скрытых проходов.

А на полпути между Каирном и фортом Греймур отряд попал в разбойничью засаду. Первым по дороге шёл Хамид. Толи разбойники хорошо спрятались, толи погружённый в мрачные мысли редгард не смотрел по сторонам, но прилетевшие из-за камней стрелы стали для авантюристов полной неожиданностью. Их и было то всего две, но обе нашли свои цели. Хамид получил стрелу в грудь и опрокинулся навзничь, обливаясь кровью. Квинту стрела вошла пониже левой ключицы, он застонал и рухнул рядом с редгардом. Девушки остались лицом к лицу с пятерыми бандитами, трое из которых вылезли на дорогу из зарослей высокой травы. К счастью, разбойники посчитали, что без мужчин нордка и бретонка будут лёгкой добычей и расслабились. Главарь только начал произносить речь о «курочках, которых так приятно будет насадить на вертела честных нордов», как Огонёк и Кэри начали действовать. Бретонка влепила «Огненную стрелу» с двух рук в одного из лучников, а нордка подскочила к главарю и вбила край щита в его оскаленные в улыбке зубы. Разбойник отшатнулся, вскинул руки к окровавленному лицу и Кэри вонзила меч ему в живот. Тут же, упершись ногой, она высвободила оружие и умирающий главарь осел на дорогу. На этом, правда, успехи девушек закончились. Потеряв лучника и главаря, разбойники взялись за них всерьёз. Второй лучник втянул в перестрелку бретонку, а двое других, вооружённые топором и мечом, насели на Кэри. На стороне юной нордки были скорость и ловкость, а на стороне разбойников – опыт и численное превосходство. Кэри отбивалась от своих противников, понимая, что бой проиграет тот, кто первым совершит ошибку. Девушка крутилась волчком, отбивая сыпавшиеся на неё удары, и уже начала уставать, когда Квинт собрался с силами и атаковал одного из разбойников. Имперцу удалось отвлечь разбойника буквально на несколько секунд, но этого времени хватило Кэри, чтобы принять на щит очередной удар меча и уколом из-под щита убить своего противника. Квинт, с глубоко засевшей в груди стрелой, не смог долго противостоять разбойнику и снова оказался на земле, получив ещё одну рану. Его противник уже занёс топор, чтобы добить беспомощного имперца, но ударить уже не успел. Кэри подскочила к нему сзади, рубанула в основание шеи и тут же сама получила стрелу в правое бедро. Лучник попытался спасти своего последнего товарища и подстрелил нордку, опоздав буквально на мгновение, а секундой спустя сам запылал как факел, не успев увернуться от очередной «Огненной стрелы», выпущенной Огоньком.

Почти всё оставшееся лечебное зелье было потрачено на то, чтобы сохранить жизнь Хамиду, которому разбойничья стрела пробила лёгкое. Кэри и Квинт получили буквально по несколько капель, чтобы остановить кровотечение. И неизвестно, пережили бы авантюристы приближающуюся ночь, если бы не имперский патруль, вовремя подоспевший на место кровавого побоища. Легионеры привели повозку из Греймура и доставили потрёпанный отряд в Вайтран, где лечением раненых занялись жрецы Кинарет.

Чтобы заплатить за лечение, пришлось продать все доспехи, и то денег хватило только на исцеление самых серьёзных ран. Продавать доспехи пришлось самой Кэри. Оставив раненых в храме Кинарет под присмотром Огонька, нордка отправилась на рыночную площадь и там попыталась продать кожаные кирасы Квинта и Хамида и свои железные доспехи. Сперва девушка обратилась к скользкому бретонцу по имени Белетор, чья лавка как раз выходила на рыночную площадь. Белетор, скользя по фигуре юной нордки масленым взглядом, предложил за всё пятьдесят септимов. Даже выросшая в охотничьем лагере Кэри не была настолько наивна, чтобы согласиться на такую цену. Она попробовала торговаться, но лишь удостоилась кривой ухмылочки бретонца и предложения: «Давай обсудим цену в комнате наверху, там у меня есть замечательная, мягкая кровать». Чуть не плача от возмущения и чувства бессилия, Кэри выскочила из лавки Белетора и столкнулась со здоровенным нордом, заросшим чуть ли не до глаз чёрной бородой и одетым в доспехи. Сперва незнакомец показался ей страшным и злобным, страшнее тех разбойников, что чуть не перебили отряд накануне. Но уже через пару минут стало ясно, что не иначе как сам Талос послал его навстречу Кэри. Ульфберт Разъярённый Медведь, а это был именно он, оказался добродушным человеком и честным торговцем. Прямо на рыночной площади он отсчитал за доспехи две сотни септимов и избавил Кэри от необходимости бродить по Вайтрану, лишний раз нагружая раненую ногу.

Хозяйка «Гарцующей кобылы» с пониманием отнеслась к попавшим в переплёт авантюристам. Ей как раз нужен был крепкий работник, который обеспечивал бы дровами прожорливые очаги на кухне и в обеденном зале таверны. Хульда сама предложила Кэри стол и кров на четверых при условии, что та возьмёт на себя заботу о дровах. Юная нордка, привыкшая к суровой жизни в охотничьем лагере, сразу согласилась. Вопросы «Где жить?» и «Что есть?» были решены.

Однако потребности раненых Хамида и Квинта не ограничивались только едой и жильём. Им нужны были лечебные зелья и травы, а вот это уже съедало и без того скудные остатки септимов в тощем кошеле. Огонёк же вынуждена была постоянно присматривать за ранеными и пока ничем не могла помочь.

Работая колуном днём и ворочаясь без сна ночью, Кэри пыталась придумать, где ещё добыть денег. В голову ни одной достойной мысли не приходило. Была, правда, пара вариантов, но при мысли о них нордку начинало мутить от отвращения.

Первый предложила одна из девиц, продававших себя на рыночной площади:

- Глупо махать колуном с таким милым личиком и стройной фигуркой, - сказала девица в сильно открытом платье, оценивающе разглядывая Кэри, - за вечерок с тобой любой мужчина легко отсыплет сотню-другую септимов.

Кэри тогда пригрозила отрезать продажной девице уши.

- Ну-ну, - фыркнула в ответ та, - гордая что ли? Поглядим, насколько твоей гордости хватит, когда не сможешь заплатить Аркадии за очередное зелье для своего чёрненького. Или твой имперец? А, неважно. Передумаешь, найди меня. Я добрая, зла не помню. Всему научу, всё расскажу.

Вторым вариантом был Синмир. Толстяк при каждом удобном случае старался облапать Кэри и рассказывал, насколько он, состоятельный мужчина со связями в Драконьем пределе, может быть благодарен, если нордка подарит ему свою благосклонность. От Синмира так разило смесью ароматов немытого тела, лука, чеснока и эля, что Кэри начинало мутить уже в трёх шагах от него. Представить его тем мужчиной, которому она «подарит свою благосклонность» Кэри не могла абсолютно. Вот если бы такое предложение сделал один сероглазый великан…

Прикинув, что на сегодня наколола достаточно дров, Кэри отложила колун, набрала охапку поленьев и вошла в таверну через чёрный ход. На кухне у очага возилась пожилая кухарка. В воздухе витали густые ароматы супов и жаркого. На кухонном столе стоял поднос с несколькими тарелками, в которые был налит картофельный суп и наложены куски жареной оленины.

Кэри свалила дрова возле очага. Кухарка одобрительно кивнула и спросила:

- Управилась? – Кэри кивнула, и кухарка продолжила: - Ну и умница. А я вам уже и обед сготовила. Вон на столе поднос. Ступай, покорми своих. Знать, на сытый желудок и раны быстрее затянутся.

- Спасибо, тётушка, - Кэри благодарно улыбнулась, подхватывая со стола поднос, - вы так хорошо готовите, что Квинт и Хамид точно скоро поправятся!

- Ох, смотри не перехвали старую, а то зазнаюсь ещё, - улыбнулась кухарка.

- Как же вас можно перехвалить? Знал бы ярд Балгруф, как вы готовите, забрал бы вас в Драконий предел.

- Умеешь ты, деточка, доброе слово сказать. Но хватит нам любезничать. Слышишь, шумно становится? Опять Серые Гривы и Сыны Битвы драку затевают. Хватай поднос и беги наверх, пока не началось.

Путь в комнаты для постояльцев пролегал через обеденный зал, в котором почти каждый вечер происходили стычки членов старейших кланов Вайтрана, часто заканчивающиеся жестокими драками. Вот и сейчас, в зале нарастал шум перебранки, и было понятно, что вот-вот в ход пойдут кулаки.

Кэри с подносом в руках поспешно выскочила из кухни в зал. Барда и подавальщиц в зале уже не было, они успели укрыться за стойкой. Две группы мужчин, готовые сойтись в рукопашной, стояли друг напротив друга и осыпали соперников бранью. Нордка уже собралась было проскользнуть мимо них вдоль стены, как раздался звук открываемой двери.

Все бросили взгляд на вход в таверну. Увидев вошедшего, Кэри засияла и даже тихо взвизгнула от радости. На пороге «Гарцующей кобылы» стоял Эйнар Костолом. Великан обвёл зал взглядом, заметил нордку и приветливо ей кивнул. Потом так же поприветствовал хозяйку таверны Хульду. Прошло несколько секунд, прежде чем до Кэри дошло, что в таверне стало неестественно тихо.

От произошедших перемен девушке захотелось протереть глаза. Три десятка мужчин, готовых намять друг другу бока, смирно сидели на лавках и стульях. Молча. Боясь шелохнуться.

- Ветер холодный. Заморозки посевы побьют, вот как чую, - нарушил кто-то воцарившуюся тишину. Все остальные согласно закивали.

- Хе-хе-хе, - раздался позади Кэри ехидный смех кухарки, - хе-хе, все знают, при Костоломе в кабаках не дерутся!

Глава 5, она же Эпилог.

Ласковое солнышко светило с необычно ясного неба, пели птички, порхали бабочки. Мир был прекрасен и удивителен. Даже тускловатые обычно цветы горноцвета сияли сегодня яркими красками. Пара милых, пушистых волков приветливо затявкала издалека, а потом скрылась в зарослях пушицы, помахав на прощание хвостами. Отлично подогнанные новенькие орихалковые доспехи совершенно не стесняли движений. Наоборот, казалось, что не прочная и тяжёлая кираса давит на плечи, а тёплая рука друга обнимает, защищая от невзгод и опасностей. Утоптанная дорога послушно ложилась под ноги, а пробитое стрелой чуть больше двух недель назад бедро совершенно не беспокоило. Хотелось не размеренно шагать, а бежать вприпрыжку, как когда-то в детстве. От полноты охвативших юную нордку чувств, она запела. Ветерок подхватил и понёс над суровой скайримской пустошью слова древней баллады, исполняемой звонким девичьим голоском. Можно сказать, что Кэри, шагавшая бок обок с Эйнаром, была счастлива. Собственно, именно в присутствии рядом Костолома и крылась разгадка владевшей девушкой эйфории.

Сам великан, облачённый в эбонитовую броню, так же улыбался непонятно чему. От присутствия рядом зеленоглазой певуньи в орочьей броне на сердце было удивительно тепло. На секунду в его голове промелькнула мысль, что не стоило бы оповещать о своём присутствии в этих неприветливых местах всех встречных-поперчных, но Эйнар тут же прогнал её. Что может грозить отряду авантюристов, если с ними сам Эйнар Костолом? Наоборот, внезапное нападение разбойников, великанов или ещё каких несознательных личностей он воспринял бы как повод лишний раз показать свою силу и доблесть перед Кэри.

Настроение второй пары в маленькой колонне было менее радужным, но и от мрачного очень далеко. Хамид и Огонёк были реалистами и осознавали, как им повезло с предводителем. Да, Эйнар взял под свою руку незадачливых авантюристов до тех пор, пока они не освоятся в суровом северном краю. В тот день, когда великан появился на пороге «Гарцующей кобылы» Девятеро, несомненно, были благосклонны к ним. Новенькие ламеллярные доспехи с хитро наложенными зачарованиями на Хамиде, Огоньке и Квинте это подтверждали. Редгард погрузился в воспоминания о том дне.

Миновал полдень. Наступило время сменить повязки. Пробитая стрелой грудь Хамида болела. Внутри всё чесалось. Постоянно хотелось кашлять, чтобы вытолкнуть из груди опостылевший зуд. Редгард сдерживался только усилием воли, зная, что ни к чему хорошему кашель не приведёт. На соседней кровати лежал Квинт. Получив стрелу под ключицу и скользящий удар мечом по голове, он до сих пор был в полузабытьи. Хорошо хоть, мог принимать пищу. И Хамид, и Огонёк, ухаживавшая за ранеными, опасались, что имперец так до конца и не оправится. Оба они не уставали возносить хвалу богам, что хотя бы Кэри отделалась относительно лёгкой раной и теперь, благодаря ей, у них была пища и крыша над головой, а бретонка могла постоянно быть рядом с лежачими.

Впрочем, физическая боль была ничем по сравнению с уязвлённым самолюбием редгарда. Он, опытный воин, полностью провалился как лидер отряда. За каких-то три дня авантюристы под его командованием трижды чуть не погибли, побывали в плену, дважды попали в засаду и теперь двое из них валялись израненные в постели, утратив почти всё снаряжение и деньги. От позора хотелось выть в голос. От полных сочувствия и понимания взглядов, которые бросала на него Огонёк, становилось только хуже. Он дважды не смог защитить любимую женщину и винил в этом только себя.

Огонёк подготовила чистые бинты. Хамид сел на кровати, чтобы подруге было удобнее сделать перевязку. Сидеть было тяжело. Редгард ещё был очень слаб от потери крови, и его здорово покачивало даже в сидячем положении. Только бретонка начала разматывать повязку, как дверь распахнулась и на пороге возникла Кэри с подносом еды. Глаза нордки сияли, а радостная улыбка осветила комнату не хуже десятка факелов.

- Смотрите, кого я привела! – от её звонкого крика Хамид поморщился, а Квинт застонал.

Кэри скользнула в сторону, впуская гостя, из-за размеров которого в комнате тут же стало тесно.

- Да-а-а… - протянул Эйнар, оглядывая лежащих на кроватях редгарда и имперца, - так и знал, что не стоило отпускать вас без присмотра.

После этих слов Костолом начал доставать из своей безразмерной сумки зелья и составлять их рядками на тумбочку возле кровати. От разноцветья бутылочек у Хамида зарябило в глазах и закружилась голова. Потом началось форменное издевательство. Такого бесцеремонного обращения с ранеными Хамид не мог припомнить даже у легионного лекаря.

Эйнар достал из ножен небольшой меч, который, видимо, считал кинжалом и срезал с Хамида бинты. Осмотрел рану. Угукнул. Запрокинул редгарду голову и со словами: «Пей, это полезно», влил в него бутылку зелья. Другим полил рану. Уложил Хамида на кровать и применил исцеляющее заклинание.

Когда перед глазами редгарда перестали летать золотистые бабочки, он увидел, что такой же экзекуции подвергается Квинт. Хамид хотел было возмутиться грубостью великана, но очень быстро осознал, что из всех последствий ранения остались лишь слабость и… сильный голод.

Через пару минут на своей кровати сел Квинт. Впервые с момента ранения он сделал это сам. Имперец обалдевшими глазами посмотрел на Хамида, обвёл изумлённым взглядом остальных, заметил поднос с едой, который продолжала держать Кэри и выдал:

- Как жрать-то охота! – убедив этим редгарда, что с ним всё в порядке и действия Костолома нисколько ему не повредили.

Чуть менее бесцеремонно Эйнар обошёлся с Кэри. Закончив лечить Квинта, он обернулся к нордке и сказал:

- Теперь твоя очередь. Ставь поднос на стол и снимай штаны.

Девушка немного покраснела, но выполнила всё, что сказал гигант быстро и без споров. Эйнар усадил её на кровать, осмотрел раненое бедро, напоил зельем и полечил магией. Хромота прошла без следа, а от раны не осталось даже шрама.

Замыкал маленькую колонну Квинт. Вот уж кто был чернее тучи, так это он. «Проклятье! Дреморы бы драли этого амбала» - мрачно думал имперец, сверля ненавидящим взглядом спину Эйнара. Радостное настроение Кэри только усиливало его злость. С того момента, как Эйнар решил присоединиться к отряду… Хм… С того момента, как Эйнар присоединил к себе отряд Хамида, у Квинта не осталось никакой надежды охмурить нордку. Костолому имперец проигрывал по всем статьям. Он даже близко не был наделён такими воинскими, магическими или ремесленными талантами, как Эйнар. И это не говоря о красоте и богатстве последнего.

Поместье Эйнара в Вайтране по размерам уступало подворьям Серых Грив и Сынов Битвы, но ненамного. Расположенное в Ветреном районе, рядом с храмом Кинарет, оно само по себе говорило о богатстве и знатности владельца. Большой двухэтажный дом, в котором свободно разместились сам Костолом, четверо авантюристов, хускарл и пара слуг. Под домом обширный подвал с алхимической лабораторией и пентаграммой душ. Кузница и плавильня на просторном дворе.

Нечасто авантюристам выпадала удача спать на таких роскошных постелях и есть с дорогой, богато изукрашенной посуды. Кэри так вообще в такую обстановку попала впервые и поначалу сильно робела. Нордка всё рвалась помочь слугам по дому, пока те вежливо не попросили «молодую госпожу» не путаться под ногами. Услышав в свой адрес такое обращение, Кэри полдня ходила с большими глазами, пока Эйнар не позвал её в кузницу. Вот там зеленоглазка «пропала» окончательно.

Широко раскрытыми глазами Кэри смотрела, как Эйнар, ловко орудуя кузнечными инструментами, создаёт для неё полный орочий доспех. Что в бою, что в работе, великан был вне конкуренции. Прочный зелёный орихалк послушно принимал нужную форму, подчиняясь ударам молота. Кираса, шлем, наручи, сапоги, щит – всего через пару дней готовый доспех ровным рядком лёг на верстак перед восхищённой нордкой. После примерки восторг Кэри вообще утратил все границы. Костолом всего раз снял с девушки мерку, но всё, что он сделал, подошло ей идеально и не требовало дополнительной подгонки.

Посмотрев, как Эйнар снаряжает девушку, Квинт погрузился в глубокую тоску. Даже выросшей в охотничьем лагере Кэри было понятно, что такие доспехи стоят ой как немало. Имперец же разбирался в ценах гораздо лучше неё. На этот комплект доспехов можно было купить половину Ривервуда или Рорикстед целиком. Просто так такие вещи не дарят. В глазах окружающих Эйнар всё равно, что поставил на Кэри метку: «Моё!».

Вот только ни сама нордка, ни Костолом так не считали. Кэри была слишком неопытна в отношениях с людьми и посчитала, что большой и добрый великан просто сделал ей подарок, а для Эйнара создать такие доспехи было сущей безделицей. Ему даже было немного неловко, что из-за отсутствия эбонита не получилось сделать для Кэри полный комплект эбонитового снаряжения, как у него самого.

После Кэри настал черёд остальных авантюристов. Для них великан изготовил по комплекту ламеллярных доспехов. Собравшись возле кузницы искатели приключений оценили обновки. Хамид горячо поблагодарил Эйнара. Квинт, держа в руках предназначавшуюся ему кирасу,тоже на время сменил мрачное выражение лица на восторженное. Только Огонёк сначала фыркнула: зачем, мол, магу броня? Ей нужнее мантия, помогающая быстрее восстанавливать магию и снижающая её расход. Оказалось, Костолом предусмотрел и это.

- Это ещё не всё. Я зачарую твою броню так, что она мало уступит одеянию мага. А хорошая броня в любом случае защитит тебя лучше, чем тряпка.

Ответив так магичке, Эйнар подозвал отиравшегося неподалёку хускарла и сказал ему:

- Трогвар, я в подвал, а ты погоняй пока этих, - он кивнул на стоявших возле кузницы авантюристов, - чтобы в форме были.

- Сделаю, - ответил Трогвар и нехорошо усмехнулся в пышные седые усы. - Ступайте за дом, я сейчас туда подойду, - добавил он, обращаясь к искателям приключений, и скрылся в доме.

Проводив здоровенного, как медведь, воина взглядами, авантюристы переглянулись. Каждого из них охватило недоброе предчувствие. Слишком уж напоказ немолодой хускарл изображал из себя старика. Слишком легко он ступал, для такого массивного и тяжёлого мужчины.

Следом за Трогваром в дом ушёл, собрав в охапку все доспехи, Эйнар. Кэри сунулась было за ним. Она вообще все эти дни ходила за великаном как привязанная, но на сей раз была остановлена в дверях и отправлена вместе с остальными.

За домом авантюристы обнаружили тренировочную площадку. Она состояла из небольшого пятачка для учебных схваток и стрельбища с мишенями. По краям стояло несколько манекенов для отработки ударов. Мишени и манекены выглядели новыми, словно были недавно установлены или заменены. Это наводило на мысль, что тренировочной площадкой пользуются постоянно.

Вскоре к авантюристам присоединился Трогвар. Он принёс с собой деревянный ящик, наполненный бутылками с лечебными зельями. Искатели приключений расценили это как дурной знак и оказались правы.

Трогвар подошёл к делу с истинно нордскими старательностью и прилежанием. Следующие два дня четверо авантюристов с утра и до вечера, с перерывом на обед, летали по площадке на манер стайки воробьёв и даже чирикали. Громко и матерно. На третий к ним присоединился Эйнар, закончивший зачаровывать снаряжение.

Когда это произошло, авантюристы поняли, что Трогвар, в сущности, очень милый и добрый человек. Ну, ворчливый немного, с кем не бывает. Ну, дерётся немного, тоже дело житейское. А вот Эйнар, похоже, решил всего за один день сделать из них воинов, способных вчетвером разгромить Империю, Братьев бури и Альдмерский доминион разом. К концу дня все четверо поверили, что у него это получится. Ведь человеку, не способному отличить верх от низа и день от ночи всё равно, куда и когда наступать.

Особенно хорошо ратному делу училась Кэри. За эти три дня у неё случился настоящий прорыв в боевых навыках. Если сначала они вчетвером не могли одолеть Трогвара, то утром четвёртого дня Кэри уже могла сражаться с ним почти на равных, а Хамида и Квинта легко побеждала что поодиночке, что сразу обоих.

Истязания на тренировочной площадке продлились пять дней. За это время, благодаря нагрузкам, сытной кормёжке и лечебным зельям, авантюристы полностью восстановили форму и даже существенно улучшили боевые навыки. Даже Огонёк, которой как магу это было не очень нужно, выучила несколько новых приёмов, полезных в бою.

Вечером пятого дня, после ужина, Эйнар объявил:

- Я закончил готовить снаряжение. Вы полностью оправились от ран. Завтра выступаем. Цель нашего похода – Ральдбтхар. Это двемерские руины примерно посередине между Вайтраном и Виндхельмом. Недавно академия Винтерхолда сделала заказ на яйца корусов, а фалмеры, которые там обитают, как раз их разводят. К тому же, это место богато древними артефактами двемеров, которые всегда пользуются спросом у учёных и магов.

Потом великан раздал авантюристам их броню и рассказал, какие и для кого наложил зачарования. Пока он говорил, лица авантюристов постепенно вытягивались в удивлении. Каждый из предметов был зачарован двойным сильнейшим зачарованием. На усиление удара, ловкость, стойкость в бою, сопротивление магии, меткость – и ещё многое, многое другое. Кроме доспехов авантюристы получили и зачарованные кольца и ожерелья. Все, кроме Кэри - серебряные с аметистами и гранатами, а вот на шее и пальцах нордки засияло золото и бриллианты.

Естественно, Квинт заметил, как Костолом выделил Кэри и его досада, вспыхнув с новой силой, переросла в злость и ненависть к обоим. Нордку имперец возненавидел за то, что она так походя, небрежно отвергла его, а Эйнара – что попался им на пути и лишил Квинта даже призрачного шанса на успех у Кэри.

Квинт шагал в конце колонны и буравил спины Эйнара и Кэри ненавидящим взглядом. Никто ещё, уведя у имперца женщину, которую тот уже считал своей, не оставался безнаказанным. Этим двоим он тоже не собирался ничего прощать. Придёт время, судьба повернётся к нему лицом и вот тогда они узнают, что значит пренебрегать Квинтом Октавием и вставать у него на пути.

О том, что Эйнар однажды спас ему жизнь, а позже исцелил, не дав стать калекой, имперец уже не вспоминал.

Совсем другие мысли заботили бретонку.

- Зачем тебе это? – улучив момент, когда рядом никого не было, Огонёк решила прояснить мотивы Эйнара.

- Что именно? – удивился великан.

- Всё, что ты для нас сделал. Все эти вещи. Ты думаешь, мы не знаем, сколько это всё стоит? Да тебе вообще никуда лезть не надо. Делай зачарованные броню и украшения и живи сытно и безопасно всю жизнь. Ты же сам можешь купить себе надел или деревню. Зачем тебе с нами возиться? Из-за Кэри? Не верю. Ты мог бы получить её гораздо легче и дешевле. Да вообще бесплатно. Девчонка так на тебя смотрит…, она вообще только на тебя смотрит. Помани пальцем и она побежит за тобой хоть в постель, хоть в храм Мары. Она уже твоя, с самого Ноголомного прохода.

Эйнар помолчал, соображая, что ответить. Не дождавшись, бретонка продолжила:

- Так зачем тебе мы? – она сделала ударение на «мы». – Нам же вовек за всё, что ты нам дал, не расплатиться. Что ты от нас попросишь взамен, когда придёт время отдавать долги?

В затруднении Костолом потёр переносицу. Он бы и сам не смог ответить, зачем ему остальные авантюристы. Скорее всего, это было связано с его представлениями об ответственности. Как-то раз, ещё в детстве, он вытащил из речки упавшего туда щенка, а потом не мог решить, что делать с пищащим комком мокрого меха. Отец тогда сказал ему: «Ты его спас. Ты принял решение, жить ему или умереть. Теперь ты за него в ответе. За него, и за своё решение». Что-то подобное Эйнар теперь испытывал по отношению к авантюристам и даже немного чувствовал себя виноватым перед ними. Но не объяснять же бретонке, что для него они подобны тому беспомощному щенку? Ещё обидится.

Огонёк, между тем, продолжала:

- И не пытайся убедить меня в том, что тебе для чего-то нужен отряд. Я видела, что ты можешь. А ещё больше слышала от людей. О тебе ходят легенды. Воин-одиночка, которому нет равных. Убийца троллей и великанов. Гроза разбойников. Так ответь, зачем тебе возиться с кучкой неудачников?

Эйнар не нашёл ничего лучше, чем пожать плечами и ответить:

- Судьба. Я верю в судьбу и думаю, что вы не просто так мне попались. Наверное, Девятеро свели нас, чтобы я не дал вам погибнуть здесь. Или ещё для чего-то. Надеюсь, мы это когда-нибудь узнаем. А что касается расчёта за доспехи – не волнуйся. Со мной у вас будет такая добыча, что вы не только расплатитесь, но и на спокойную жизнь для себя, детей и внуков накопите. Главное, делайте, как я скажу и вперёд меня никуда не лезьте.

Тот разговор не успокоил бретонку, и она оставалась полна подозрений по отношению к Костолому, но сочла за лучшее пока молчать. Молчать и радоваться за юную нордку. Вот уж в намерениях великана в её отношении Огонёк нисколько не сомневалась.

В небе светило нечастое для Скайрима солнце. Пели птички, порхали бабочки, цвели цветы. Небольшой отряд из пяти человек бодро шагал по дороге навстречу приключениям.

Уважаемые читатели! Если вы дочитали до этого места, и хотите продолжения – не стесняйтесь ставить лайки и писать комментарии. Если повесть наберёт 30 библиотек и 20 лайков – продолжению быть!