Клянусь магией!

Глава 1

Аннотация:

Попаданец в Гарри Поттера, чтобы не спалиться, решает максимально выделиться в чём-то одном, и тогда на все остальные странности его поведения перестанут обращать внимание. Например, публично поругаться с Дамблдором. Поругаться-то он поругался, но в результате получилось не совсем то, что планировалось.

Клянусь магией!

— Ты не понимаешь, мальчик мой, это для твоего же блага, — в своей обычной манере заявил директор Дамблдор.

Ну да, я уже несколько дней как мальчик мой. В смысле — Гарри Поттер. И все эти несколько дней окружающие на меня странно косятся. А вы думаете, легко быть попаданцем и не спалиться на первой же мелочи? Другое дело, что окружающие заподозрят что угодно, только не попаданство. Но это в первый раз. И во второй раз, и в двадцать второй… Но когда таких нестыковок накопится слишком много, начнутся неудобные вопросы.

А поскольку я сразу понял, что адекватно притворяться Гарри Поттером у меня не получится, да и не было никакого желания, то решил как-нибудь максимально выделиться, чтобы все остальные мои странности на этом фоне смотрелись не то чтобы не странно, но особо вопросов не вызывали. Нужно создать настолько мощную и яркую дымовую завесу из странного или эксцентричного поведения, чтобы сквозь неё никто даже не попытался разглядеть мою новую суть.

Однако надо было выбрать способ. Например, публично насрать в атриуме Министерства. Великолепный поступок, который точно не останется незамеченным. Однако у него есть несколько недостатков. Во-первых, в это Министерство ещё надо как-то попасть, причём сейчас, а не когда-нибудь потом. Во-вторых, неизвестно, что за такое по закону полагается: может, мелкий штраф, а может — Азкабан. Ну и самое главное: выделиться мне нужно не перед министерскими, а желательно прямо тут, в Хогвартсе. Так как министерские всё равно не очень знают, что из себя представляет Гарри Поттер и как он себя обычно ведёт, а тут я на виду.

Один из самых доступных мне способов на данный момент — это... Нет, не публично насрать в Большом зале, а публично поругаться с Дамблдором. И ещё большой вопрос, на что сильнее обратят внимание. Я даже заранее придумал несколько сценариев такой ссоры, и оставалось только дождаться удобного момента. И вот он настал: Дамблдор сам решил поставить на место своего карманного героя, да ещё не в кабинете, а прямо тут, в Большом зале.

— Вы правы, директор Дамблдор, я действительно не понимаю, — ответил ему. — Надеюсь, когда стану таким же старым и дряхлым, в том смысле — что старым и мудрым, как вы, то всё пойму, обязательно приду на вашу могилу и извинюсь.

— За что? — спросил Дамблдор, тем самым сильно мне подыграв.

— За то, что до этого каждый год приходил туда поссать. Потому что тот, кто прикрывается общим благом ради своей собственной выгоды, ничего другого и не достоин.

Зал буквально взорвался, никто ничего подобного от Гарри Поттера не ожидал. Да, Мальчик-Который-Выжил — известный хулиган и любит нарушать безобразия, но в определённых рамках, и против Дамблдора никогда ничего не скажет, а тут вдруг... Хотя «взорвался» — слишком громко сказано, потому что никто ничего не выкрикивал, все мою выходку обсуждали довольно тихо, но общий гомон голосов прекрасно слышался. Шок от услышанного святотатства парализовал учеников.

— Как вы смеете, мистер Поттер! — подала голос профессор Макгонагалл. — Десять баллов с Гриффиндора!

Голос декана дрожал от искреннего возмущения. Но именно с ней я спорить не собирался. Хотя сильно подозреваю, что моё обещание никаким уставом Хогвартса не запрещено. С другой стороны, снятие всего десяти баллов за ТАКОЕ — это довольно забавно. Подозреваю, не со своего факультета сняла бы куда больше. Просто поднял палочку и произнёс:

— Клянусь магией!

Все голоса как будто выключили. Оно и понятно: когда кто-то клянётся магией, лучше туда не лезть. А то ещё сама магия решит, что ты поддерживаешь или ещё что-то, и наложит обязательства в том числе и на тебя. И я получил возможность спокойно высказаться, в чём именно я клянусь.

— Приходить каждый год на могилу присутствующего здесь волшебника, более известного как много имён Дамблдор, чтобы там поссать, — произнёс я давно приготовленную фразу.

Однако быстро опомнился. Слишком уж общее обещание. Неизвестно, где будет находиться эта могила. Да и потом, будет ли у меня у самого возможность её регулярно посещать? Поэтому добавил небольшую поправку:

— При наличии возможности и если у меня не будет других, более важных и интересных дел.

Юридическая лазейка, на ходу втиснутая в нерушимый магический контракт, существенно снижала риски внезапного лишения дара за банальный прогул. После чего в конце концов сделал то, ради чего палочка и поднималась, а именно произнёс заклинание:

— Люмос! Нокс!

На кончике магического инструмента послушно загорелся, а потом погас шарик света. Доказывая, что магия всё ещё при мне. Хотя в данном случае ровным счётом ничего не доказывал. Клятва-то сильно отложенная, да ещё и пожизненная. Но всё равно эффект был произведён.

А вот теперь зал взорвался по-настоящему. Кричали и высказывали мнение вообще все. Начиная с фальшивых друзей и заканчивая настоящими врагами. Ну и все остальные тоже. Хаос захлестнул все столы всех четырёх факультетов. Очередное маккошкинское «Как вы смеете, мистер Поттер!» просто потонуло в этом шуме.

— Клянусь магией! — раздался ещё один голос, вроде бы не громче других, но тоже всеми услышанный.

И опять в Большом зале воцарилась тишина. Все уставились на стол Слизерина. Оттуда поднялся Драко Малфой. После чего слово в слово повторил мою клятву. А вот этого действительно никто не ожидал. Гарри Поттер — он известная личность, причём довольно безумная, так что даже неожиданное от него можно ожидать, но чтобы Малфой…

Ну а я, раз устроил этот балаган, решил подыграть и ещё более усилить эффект. Подошёл к столу Слизерина и протянул руку своему врагу.

— Благодарю вас за поддержку, мистер Малфой. Не помню, кто сказал, но надёжнее старых друзей бывают только старые враги. Друзьями мы вряд ли станем, но я вам благодарен. И даже считаю себя в долгу. В пределах разумного, разумеется.

— Принимаю, — ответил Драко и пожал мне руку.

Если кто-то думал, что сильнее не удивишь, то вот, пожалуйста. Одно дело — Гарри Поттер и Драко Малфой пришли вместе на могилу Великого Светлого, чтобы там помочиться, и совсем другое — они же прямо в Большом зале Хогвартса жмут друг другу руки.

Ну а устроенный мною балаган продолжался, к тому же ещё и усилился. Всё больше и больше народу произносило ту же клятву. И я подходил к каждому, чтобы поблагодарить за поддержку и пожать руку. И никто не отказывался. Мало того, Драко Малфой делал то же самое. Стихийный флешмоб, охвативший обескураженных учеников, стремительно превращал священный магический обет в весёлую протестную моду.

И когда какой-то маглорождённый первокурсник из Гриффиндора, сам не понимая, что происходит, просто по принципу «все побежали — и я побежал», тоже произнёс эту клятву, первым к нему подошёл и пожал руку вовсе не Гарри Поттер, а Драко Малфой. То есть произошло ещё более невозможное: серебряный принц Слизерина сам подошёл к грязнокровке из Гриффиндора и сам пожал тому руку, словно нечто само собой разумеющееся и должное. И даже поблагодарил за поддержку.

И все не сразу заметили, как Дамблдор беззвучно хватает ртом воздух и сползает со своего троноподобного кресла. И похоже, плохо ему стало вовсе не от обещания сделать что-то там противоестественное с его могилой. Приложило именно магией.

Наш балаган быстро разогнали, отправив всех по гостиным. Но было уже поздно. Магии глубоко плевать, как и где произносится клятва. Публично в Большом зале, чуть менее публично в гостиной факультета или совсем не публично, спрятавшись в заброшенном классе — работает она одинаково.

А на следующий день домой полетели совы. И ту же клятву начали произносить в манорах чистокровных волшебников целыми семьями. Вслед за манорами присоединилось Министерство. Кто-то, кто посмелее или попубличнее, произносил при всех в атриуме, менее смелые и менее публичные — у себя в закрытых кабинетах. Ну и последними присоединились лачуги обманутых жизнью и Дамблдором маглорождённых волшебников. Так как обещал он им очень многое, но забыл выполнить. А вот стрясти кучу клятв и обязательств не забыл.

А в это время в Хогвартсе, в кабинете директора, медленно умирал жалкий старый сквиб.