Клуб приключений

О конкурсе-квесте

Меня привлекло именно то, что участники будут ограничены темой и дополнительными условиями, надо будет писать практически по заявке. Но мне захотелось еще больше усложнить себе задачу, создавая не отдельные маленькие истории, а целую серию связанный между собой фиков.

Признаюсь, я залезла в правила прошлого конкурса и даже придумала себе идею под первые три-четыре задания прошлого забега «Ордена». Я не ждала, что орги предложат участникам такой простой путь, как повторение этапов. У меня все вышло случайно. И потом, уже получив тему этапа, я надолго зависла, ведь уже загорелась новой идеей. Но все по порядку!

Я очень старалась, чтобы мое участие никак не сказалось на остальных проектах (надеюсь, мне это удалось) и старалась не спалиться, а очень хотелось!

Задание для 1 этапа: «Пенсионная реформа». Если прошлый Орден начался с темы о первых стихийных выбросах магии, то в этот раз вам необходимо выбрать персонажа (персонажей) из мира ГП пожилого по магическим меркам возраста и рассказать о проблемах и буднях волшебных «пенсионеров». Магические кризисы и проблема накоплений в Гринготтсе, трудоустройство и гениальные открытия, семейное дело, уходящее корнями в средневековье, и многие другие аспекты магического мира, средняя продолжительность жизни в котором выгодно отличается от мира магглов. Внимание! 1. Выбранный вами персонаж должен быть в списке персонажей фандома. НМП и НЖП в качестве главного героя ставить нельзя. Если персонаж есть в каноне, но отсутствует в фандоме, бегите в личку к оргам – добавим. 2. Организаторского произвола по персонажам на этом этапе не будет. Выбирайте своего персонажа от Николаса Фламеля до двухсотлетнего Гарри Поттера, ставшего Министром магии и отцом двенадцати детей. Но подвох ждёт в другом месте: на этом этапе категория работы строго «джен». Гетная линия может просматриваться, но не перетягивать на себя суровый джен.

Я не отказалась от идеи серии, но надолго зависла, пытаясь придумать какое-то новое начало. Написала половину одного фика… и поняла, что он вообще не соответствует заданию. Написала часть второго и долго «билась головой о клаву», сообразив, что упустила дополнительное условие про ПостХог. Лишь третий фик стал моим окончательным выбором для этапа. И в нем получилось все – и выполнить задание, и задать тему серии, и даже запустить сквозную историю (она о Гермионе). И, кстати, при всех метаниях этот фик написался гораздо быстрее, чем на всех остальных этапах. Так родился "Клуб приключений".

Задание для 2 этапа: «Каминная сеть» (кроссовер). Участники квеста приносят историю, представляющую собой кроссовер мира ГП с одним или несколькими фандомами, представленными на сайте https://fanfics.me/ на момент 27.07.2026. Жанр, категория (джен или гет) и рейтинг – на усмотрение авторов. Выбор основного фандома в тандеме – тоже. Внимание! 1. В данном этапе не участвуют фандомы «Ориджиналы», «Известные люди» и RPF-фандомы. 2. Одним из главных героев фанфика должен быть канонный персонаж мира ГП. 3. Обязательное событие «ПостХогвартс».

На втором этапе я решила не изобретать колесо, а пойти прямо по теме «Каминная сеть» (кроссовер). Тут я решила использовать давно существующую в фандоме идею, что не только у Слизерина была Тайная комната. Так и получилась Тайная комната Хельги, камины в которой работают как порталы. Выбор же второго фандома был своеобразным хулиганством. Мне захотелось соединить канон мамы Ро с переработанным, но все же фанфиком на ГП. Так выбор и пал на «Орудия смерти», а в мир этой истории отправились Гарри, Драко и Рита.

Рассказывая в этом фике историю Гарри, я сначала хотела оставить его аврором, но потом передумала. Мне захотелось создать совершенно другого Поттера, все еще вечно влипающего в приключения, но и накопившего скиллы, чтобы в этих приключениях чувствовать себя не плывущим по воде листочком, а настоящим героем. Мне потом несколько раз за это попеняли в комментариях, но я лично совершенно довольна созданным образом. Тем более что запихнула по итогу Гарри в Отдел тайн, где он оказался свободен от начальственного давления и получил свободу самовыражения. Так родился фик "Тайная комната Хельги Хаффлпафф".

Задание для 3 этапа: «Котёл, полный крепкой и горячей любви» (ЗЕЛЬЯ). Зелья в мире волшебников популярны не меньше заклинаний. Это может быть универсальный волшебный пятновыводитель миссис Чистикс, а может и зловещий напиток живой смерти на основе корня асфодели. Зельеварение по словам самого известного зельевара – наука тонкая и искусство точное, способное научить, как околдовывать разум и останавливать смерть. Но не спешите радоваться и листать справочник ингредиентов. Вам нужно написать не просто про зелья, а историю возникновения отношений пейринга, в которой ключевую роль играет зелье. Внимание! 1. Отношения между персонажами должны быть ярко выраженными. Никаких бромансов и прочих уклончивых намёков. 2. В данном этапе участвуют работы только категории «гет». Конечно, дженовая завеса нужна и важна, но на первом плане должны быть именно отношения персонажей. 3. Персонажи должны быть канонными. 4. Оргским произволом из списка зелий, которые можно взять за основу сюжета, исключаются все виды амортенции вплоть до любовной продукции «Всевозможных Волшебных Вредилок». Всё остальное, включая придуманные авторские зелья, пожалуйста!

Тут орги задали задачку! Зелья! И пейринг, возникающий в процессе работы над этим зельем. Что же, в тему серии задание легло, как родное! Участники клуба соревнуются в варке зелий! В парах! Но дальше я решила усложнить себе задачку и выбрать пару, которой никогда не было в каноне. Да и в фиках я ее, если честно, не встречала. Сивилла и Гилдерой. Что может быть комичнее? Даже если Трелони после войны бросила пить, а Локхарт смог вернуть себе здравый рассудок (но не вспомнив себя до Обливэйта) и превратился в любителя готики и мастера детективов и ужастиков! Так родился "Сиреневый туман воспоминаний".

Этап 4.

Я пропустила, хоть могла бы попробовать что-то нарисовать.

Задание для 5 этапа: «И тебя вылечат!» (МУНГО). Действие вашего фанфика, ключевые события, сюжетообразующие линии должны так или иначе вращаться вокруг локации больница Св. Мунго. Героями могут стать как колдомедики-целители в лимонных халатах, так и пациенты отделений пяти этажей, посетители шестого и родственники и близкие, навещающие больных и выздоравливающих. Внимание! 1. На данном этапе участвуют работы категории «джен» и «гет». 3. Главные персонажи должны быть канонными. Оргским произволом пациентом/целителем/штатным зельеваром не может быть Северус Снейп. 4. Обязательное событие для данного этапа «Не в Хогвартсе».

Тема этапа снова отлично уложилась в серию, дав толчок для продолжения истории. Пусть и без клуба и его приключенцев. Была права орг NAD. Прошлая история требовала продолжения. Но мне не хотелось писать что-то простое в простых декорациях, а вот разговор по душам прямо посреди коридора МУНГО! Ух! И чтобы все мешали и отвлекали! Так появился "Диагноз на двоих".

Задание для 6 этапа: «Оригинальный персонаж в сеттинге Поттерианы». По сути, это будет ориджинал в сеттинге Вселенной Гарри Поттера. Задача автора - написать историю, главным героем/героями которого будет НЖП/НМП/НП. Сетка событий и таймлайн на выбор участника этапа. Может быть, кого-то вдохновят другие школы или спортивные истории из мира квиддича. Или неизведанные земли, отчаянные волшебники и магические расы. А как вам история магического мира? У вас богатый выбор. Внимание! 1. Магический мир вашей истории должен чётко ассоциироваться с канонным миром ГП (нельзя, например, принести просто фэнтези про эльфов). 2. На этом этапе канонные персонажи не могут являться главными героями фанфика, но должны присутствовать в качестве второстепенных. Второстепенные не должны перетягивать одеяло на себя! 3. Ваш оригинальный персонаж НЕ МОЖЕТ быть попаданцем, залётчиком из другого фандома и гостем из соседнего мира. 4. Оргским произволом в вашей работе существенную роль должен сыграть магический транспорт. Что это будет: метла, ковёр-самолёт, карета Шармбатона или «Ночной рыцарь» - решать вам!

Новый персонаж, но не попаданец? Кто он может быть? Какой он? Я отдалась на волю рандома и тут и просто не глядя вытащила с полки первую попавшуюся книгу. Рука удачи решила, что это будет Перес-Реверте и его «Учитель фехтования». Пролистав начало, я встретила имя. Точнее, уменьшительную форму имени. И образ начал складываться. Испанец, перебравшийся в Англию. Человек, имена которого так не похожи, что он может быть даже двумя разными людьми в разных местах. Где? Отдел тайн, конечно! Простой невыразимец? Слишком просто! Значит, вне отдела – серый неприметный человек с непривычным, но для испанца простых именем Франсиско, а в отделе – взрыв цвета и талантов. Пако! Пакито. Вредный, добрый, гениальный и любопытный! Ну и метаморф. Почему бы нет, да?! Так появилась "Дорога из желтого кирпича".

Задание 7 этапа. Вам надо написать историю по ключу: «Разве семь — не самое могущественное магическое число?» Ключ должен стать поворотным моментом, завязкой или кульминацией всей истории. Саму фразу использовать не обязательно, но она может стать в вашей работе секретным паролем, фразой-триггером, символическим намёком в диалоге персонажей. И нет, история вовсе не должна быть о крестражах! Оргского произвола на этом этапе не будет.

На последнем этапе мне хотелось и как-то завершить серию (может я ее и продолжу, кто знает?!), и дать новый старт Гермионе, хотя бы одной фразой, но упоминаемой практически в каждом фике «Клуба».

Так появилась идея собрать семерых магов и отправить их в путь за еще семью по дороге из желтого кирпича. И даже в названии тут притаилась семерка (7+7 букв). И семерка спряталась множество раз по тексту, начиная от количества шагов и заканчивая волосами Пако, окрашенными в семь цветов. Волшебство ли это? Семерка становится волшебной, если в это верить! И завершила я конкурс фиком "В дорогу! В дорогу!"

Клуб приключений

Фандом: Гарри Поттер

Персонажи: Гризельда Марчбэнкс, Нарцисса Малфой, Молли Уизли, Рита Скитер, Ксенофилиус Лавгуд, Помона Спраут, Поппи Помфри, Минерва МакГонагалл, Гермиона Грейнджер, Гарри Поттер

Рейтинг: General

Жанр: Юмор, Повседневность, AU

События: ПостХогвартс

Предупреждения: AU, ООС

Серия: Клуб приключений #1

Аннотация: "После ста пятидесяти жизнь только начинается", - ответственно заявляет Гризельда Марчбэнкс.

— А твоя мама? — вздернула бровь Гермиона, оторвавшись от свежего номера газеты. — Разве сегодня она не собиралась забрать Розу и Хьюго в Нору?

— Да не знаю я! — отозвался Рон, спешно наливая кофе в кружку. — Уже опаздываю!

Гермиона опустила газету и с сомнением пронаблюдала за тем, как муж, поминая Мерлина и Моргану, пытается сделать глоток кофе и поудачнее завязать галстук. Кончилось тем, что Рон едва не удавился петлей и заплевал рубашку. Вздохнув, Гермиона поднялась, очистила одежду заклинанием и быстро расправилась с ненавистным мужу галстуком.

— Куда ты спешишь? — удивилась она. — Магазин открывается только через час, а ты не магл, чтобы добираться до Лондона по пробкам. Сядь и нормально поешь. Бросить порох в камин — дело трех секунд.

— Сегодня доставляют большую партию, — пояснил Рон. — Надо все принять и разместить в торговом зале. Мы уже объявления повесили, что продажи начнутся именно сегодня.

Гермиона вернула палочку в крепление в рукаве делового пиджака и вернулась к своему месту за столом. Но уже через пару минут, когда Рон громыхал в гостиной, собирая какие-то вещи, она с тревогой взглянула на наручные часики. Молли опаздывала.

— Мамочка, добро-ое утро-о, — сонно растягивая слова, поздоровалась Роза, выходя в столовую в пижаме и наброшенном поверх халате. — А где бабушка?

Гермиона порывисто поднялась, прошла в гостиную и сняла с полки банку с дымолетным порошком. Через несколько секунд молодая ведьма уже выходила из камина в Норе.

Первым, что бросилось в глаза миссис Грейнджер-Уизли, оказался Чарли, неспешно намыливавший тарелку над раковиной. Рядом громоздилась небольшая горка грязной посуды. Если не считать позвякивания, в доме царила непривычная тишина.

— А… — начала было Гермиона, но Чарли тут же флегматично ее перебил:

— Твоей свекрови нет. И я не знаю, где она. Она с утра встала, нацепила на себя какие-то несусветные тряпки, скрутила волосы в узел на голове, велела мне самому мыть посуду и аппарировала в неизвестном направлении, велев не ждать от нее ужина. И что она «не кухонный эльф». А тебе, если придешь, просила передать, что «своих семерых я воспитала сама и никому ничего не должна».

— Но… — сглотнув, пролепетала Гермиона. — У меня сегодня собрание! Если я опоздаю… если я не приду, то у меня нет шансов получить место второго помощника министра!

Чарли невозмутимо пожал плечами и продолжил мыть посуду.

* * *

— Дорогой, у меня планы на сегодня, — строго взглянув на мужа, произнесла Нарцисса и сделала несколько шагов туда-сюда по террасе.

Люциус приподнял солнцезащитные очки в строгой золотой оправе, окинул супругу недоуменным взглядом и уточнил:

— Куда ты собралась в таком виде?

А вид снизу, из глубокого шезлонга, мужчине определенно понравился. На миссис Малфой были узкие брюки, длинная туника и кожаная безрукавка. Волосы волшебница прикрыла тонким темно-зеленым шелковым платком. Остановив взгляд на узких сапожках, обхватывавших безупречные лодыжки Нарциссы, мужчина посмотрел в глаза жене.

— Так куда?

— У меня встреча с несколькими волшебницами… и мистером Лавгудом.

Люциус хмыкнул, еще раз взглянул на Нарциссу и предупредил:

— Когда вернешься, то я сниму с тебя все… кроме этих сапог.

Миссис Малфой огляделась, удостоверилась, что поблизости с террасой даже павлины не прогуливаются, наклонилась и с улыбкой чмокнула Люциуса в нос. Он совершенно по-юношески ей подмигнул.

— Вы уже завтракали, paрá? — спросил Драко, выходя из дома через несколько минут. — Где матушка?

— У нее дела, — ответил мистер Малфой, с улыбкой возвращая очки на нос и поворачивая лицо к мягким лучам утреннего солнца. Ветер дернул раскрытый журнал с его колен, но маг тут же припечатал листы ладонью.

* * *

— И как я позволила уговорить себя на эту авантюру? — в который раз проворчала Минерва, крутясь перед зеркалом и оценивая свой вид в коротком плаще. — Мерлин, я выгляжу совершенно непристойно! А мне ведь не пятнадцать лет!

— Пф! — отозвалась Помона, одетая в потертые серо-зеленые штаны и огромный желтый свитер, сквозь прорехи которого виднелись полоски зелено-оранжевой рубахи. — Успокойся. Ты прекрасно выглядишь!

— Именно, — подтвердила Поппи, сменившая платье и передник на рубашку в клетку и комбинезон. — На нас посмотри.

— Но мы ведь волшебницы!

— А еще взрослые и практичные люди, — напомнила медиведьма. — И я лично хочу провести этот день в веселой прогулке в приятной компании, а не в каменном замке, где даже летом холодно!

* * *

— Милый? — Джинни заглянула в гостиную и с любопытством воззрилась на живописную картину на ковре: Гарри, осыпанный обрывками цветной бумаги и картона, помогал сыновьям и крестнику мастерить дракона. — Ты сегодня дома? Разве у тебя не назначена встреча с магами из Волшебной экзаменационной комиссии?

— Я же говорил, что перенесли на будущую неделю, — пожал плечами Гарри.

— Да? — нахмурилась миссис Поттер. — О, видимо я забыла… А из-за чего? Вы же планировали это еще три месяца назад.

— А потом Гризельда все отменила, — усмехнулся Гарри, которому великая и ужасная Марчбэнкс позволила называть себя по имени, несмотря на то, что начала принимать экзамены у студентов за сто лет до рождения самого Поттера. — И глянь свежий выпуск «Придиры». Девятая страница.

Джинни вздернула бровь, подхватила протянутый мужем журнал и зашуршала страницами.

«Клуб приключений! — прочитала колдунья большой заголовок. — Мадам Гризельда Марчбэнкс объявляет всеобщий сбор! Волшебницы и волшебники, хватит сидеть дома! Устали от предсказуемости и рутины? Жаждите новых впечатлений? Вам больше сорока и у вас есть свободное время? Приходите на встречу Клуба! И вы забудете о скучных вечерах и однообразных буднях! Без взносов. Вам нужна лишь удобная одежда, выбор брюк приветствуется. Координаты для участия можно узнать в редакции».

* * *

— Ты видела? — прошептала Помфри, посматривая в сторону. — Малфой заявилась!

— Ну и молодец, что пришла, — вдыхая полной грудью, отозвалась Помона. — Веселее же будет!

Медиведьма фыркнула и посмотрела в другую сторону, где только что из спирали аппарации появилась Рита Скитер. Журналистка была не в привычном ярком деловом костюме, а в блестящем зеленом трико и с повязкой на голове.

— Дамы! — радостно провозгласила она, крутанувшись на месте. — Какой цветник!

Собравшиеся волшебницы переглянулись и промолчали. Скитер усмехнулась и вынула из незаметного кармашка блокнот.

— Нет-нет-нет! — расхохотался кто-то рядом с ней. — Мы тут не для этого!

Рита обернулась, желая огрызнуться на того, кто посмел так бесцеремонно лишить ее бумаги и карандаша. И мигом сменила выражение лица, когда увидела ту, кто когда-то, пропустив мимо ушей всю лесть, оценила ее потуги в трансфигурации на «Выше ожидаемого».

— Ритушенька, — широко улыбнулась Гризельда Марчбэнкс, отбрасывая блокнот в траву, — мы все знаем твои таланты. Дома и по памяти напишешь. Если силы останутся.

Развернувшись, маленькая сухонькая волшебница прошла в центр небольшой полянки, на которой собралась целая толпа ведьм. Последним с тихим шорохом появился Ксенофилиус Лавгуд в широких парусиновых штанах и магловской футболке. Его длинные волосы были стянуты в узел на макушке.

— Все собрались? — громко спросила миссис Марчбэнкс. — Да даже если кто-то и опоздал, мы ждать не будем.

Взявшись за волшебную палочку, она немного усилила свой голос и объявила:

— Добро пожаловать на первое собрание Клуба приключений! Ксено, милый, раздай дамам инвентарь для нашего первого квеста!

Волшебницы загомонили, с интересом посматривая на мистера Лавгуда, который вытащил из травы под деревом и вернул нормальный размер внушительному сундуку. В сундуке оказались сложенные по отдельным мешкам складные бинокли, перочинные ножи и книжицы в ярких обложках.

— Сегодня мы будем охотиться на… дождевой гриб! — объявила Марчбэнкс торжественно. — Откройте страницу номер три и ознакомьтесь с иллюстрацией.

Ведьмы захихикали и зашуршали страничками.

— Та, кто найдет самый большой гриб, придумывает следующее задание для встречи Клуба! — сообщила пожилая волшебница.

— В последнее время было много дождей, — покивала миссис Уизли, деловито проверяя остроту ножа. — А ведь из этого гриба столько всего можно приготовить!

Нарцисса Малфой осмотрелась и сделала несколько шагов в сторону Андромеды Тонкс. Дамы из Хогвартса сдвинулись теснее. Леди Лонгботтом постучала по земле тростью, превращая ту в удобный посох. Рита Скитер оценивающе оглядела соперниц и ухмыльнулась.

Гризельда переглянулась с Лавгудом и направилась к опушке.

— Я уверен, что в следующий раз к нам присоединится гораздо больше магов! — широко улыбаясь, сказал Ксено.

— Непременно, — бодро покивала миссис Марчбэнкс, ловко пробираясь сквозь заросли.

— Как вам пришла в голову такая идея? — спросил мистер Лавгуд. — Это ведь так просто! Клуб! Клуб приключений! Каждый раз новое задание. Никакого сидения на одном месте и разговоров.

— Поживи с мое, Ксено, и не такое придумаешь, — ухмыльнулась старушка. — Я бы и сама… Да одной разве весело? А тут другое дело! Я еще свое старичье растрясу, рассказывая о первом собрании. Они у меня азартные. Обязательно захотят показать этой молодежи, кто тут ловчее и быстрее.

— Хо-хо! А в вас еще есть порох!

— Мне всего-то сто пятьдесят девять, а я света белого не вижу с этими экзаменами.

Тем временем из леса вышла небольшая толпа вооруженных ножами и волшебными палочками колдуний.

— Мы еще и на мантикору поохотимся, и на какую-нибудь гору без магии заберемся! — уверенно сказала глава новоявленного клуба и прытко устремилась вперед, намереваясь отыскать самый большой гриб на прилегавших к лесу пастбищах. — После ста пятидесяти жизнь только начинается!

Тайная комната Хельги Хаффлпафф

Фандомы: Гарри Поттер, Орудия Смерти

Персонажи: Гарри Поттер, Драко Малфой, Джейс Вэйланд, Клэри Фрэй, Магнус Бейн, Рита Скитер, Саймон Льюис, Алек Лайтвуд, Изабель Лайтвуд

Рейтинг: General

Жанр: Кроссовер, Попаданцы, Экшен, Юмор

События: ПостХогвартс, Мир фильма, Между мирами

Предупреждения: AU, ООС, Читать без знания канона можно

Серия: Клуб приключений #2

Аннотация: Второе собрание Клуба приключений объявляется открытым. И в этот раз принять участие решили Гарри Поттер и Драко Малфой.

— Молли? — влетая через камин в Нору, громко позвала Гермиона. — Молли? Вы здесь?

В доме царила непривычная тишина, заставшая молодую ведьму врасплох.

— Что? — недовольно нахмурилась миссис Грейнджер-Уизли. — Где она? Где хоть кто-нибудь?

Подскочив к спальне старших Уизли, Гермиона бесцеремонно распахнула дверь, собираясь вновь позвать свекровь, но запнулась на полуслове, разглядывая непривычный беспорядок и ворох одежды на широкой кровати.

— Что здесь происходит? — пристукнув каблуком, произнесла она.

Откуда-то из сада донеслось многоголосье детского смеха. Развернувшись, Гермиона поспешила на звук.

Почти десять лет мирной жизни отразилось и на саде семьи Уизли, будто сама природа почуяла обновление и наступивший в магической Британии покой: трава, прежде выгоравшая на весеннем солнце, поднялась вокруг высокими зарослями, в которых довольно стрекотали кузнечики, порхали по редким цветкам цикория бабочки и деловито жужжали неповоротливые флегматичные шмели, которым не было никакого дела до возни на многократно увеличенном в размерах пледе; старые яблони покрылись яркими крупными листьями, отбрасывая вокруг кружевные тени, и даже камыш в ручье не просто шелестел на легком ветерке, а издавал приятный перезвон, складывавшийся в причудливую мелодию. На пледе, подложив под голову подушку, лежала Джинни с «Придирой» в руках, а рядом с ней возились трое мальчишек: старший, с голубыми волосами, пытался строить башню из деревянных кубиков, веточек и камешков, а младшие наблюдали и хохотали над каждой неудачной попыткой водрузить на место новый «кирпичик».

— Джинни! — громко позвала Гермиона, не желая пробираться через траву в узкой юбке, колготках и туфлях-лодочках на тонком каблуке. — Где Молли?

— Ушла на собрание клуба, — ответила миссис Поттер, переведя взгляд со страниц на подругу. — У тебя что-то случилось?

— У меня? — задохнувшись, спросила Гермиона. — У меня?! У меня случилось! Моя свекровь совершенно не понимает, как для меня важно!..

— Подожди, — произнесла Джинни спокойно, села и воззрилась на подругу так, что та невольно замолчала, — ты о чем сейчас вообще? И не смей тут орать, напугаешь Альбуса.

— У меня работа, — уже спокойнее произнесла Гермиона, все же делая несколько шагов в сторону компании на пледе. Мальчишки покосились на тетю, но продолжили спокойно играть. — У меня карьера. У меня совещание через час! Я должна на нем присутствовать. Это решит мое будущее!

— Как и все предыдущие семинары, собрания, конференции, совещания и заседания… — откровенно фыркнула Джинни.

— Что?! — возмущенно воскликнула Гермиона. — Ты? Я не ожидала от тебя такого. Ты не желаешь мне успеха?

— От чего же? — пожала плечами Джинни. — Я не против твоего успеха. Лишь не понимаю…

— Чего ты не понимаешь? — нетерпеливо подойдя ближе, спросила Гермиона.

— Ты лезешь из кожи вон, практически днюешь и ночуешь в Министерстве… и все это ради чего? — вздернула бровь миссис Поттер.

— Я хочу стать министром магии! — ответила Гермиона прямо. — Я строю карьеру!

— Прямо сейчас ты строишь карьеры кому угодно, но не себе, — произнесла Джинни спокойно, но так безапелляционно, что подруга замерла, не найдясь с ответом. — Ты пишешь доклады, составляешь отчеты, рисуешь схемы, выстраиваешь планы, но свои подписи под твоими текстами ставят начальники, их же за твои проекты хвалит министр. А ты просто очень сильно стараешься, надеясь, что тебя заметят, продвинут, подтолкнут на самый верх. Ты не думала о том, что всем, кто пользуется твоими стараниями, очень выгодно оставить тебя там, где ты есть сейчас, чтобы и дальше пользоваться тобой, бросив в виде поощрения обещание поспособствовать карьере. И в итоге ты бегаешь, стараешься…

— Замолчи! — велела Гермиона. — Ты ничего не понимаешь!

— Конечно, я ничего не понимаю, — беззлобно усмехнулась Джинни. — Кто я такая? Но, Гермиона, я хочу тебе напомнить, что моя мама не обещала тебе помощь на постоянной основе. Ты не можешь врываться сюда и искать ее с таким видом, будто платишь ей деньги за то, что она сидит с Розой и Хьюго, пока ты строишь карьеру. У мамы есть своя жизнь. Ты предупреждала ее о своем драгоценном собрании? И не сейчас, не час назад, а хотя бы вчера?

Гермиона открыла и закрыла рот. За прошедшие годы она привыкла, что может в любой момент привести детей в Нору и оставить их с бабушкой. Месяц назад Гермиона, опаздывая в Министерство, просто втолкнула детей в камин, не дожидаясь, пока за ними придет Молли.

— Но она всегда была рада помочь, — попыталась оправдаться молодая чиновница. — И не жаловалась.

— Она и помогала, — пожала плечами Джинни. — Но, Гермиона, растить твоих детей вместо тебя моя мама не обязана. Это твои дети. Находи время, меняй свой график, договаривайся с Роном. Он тоже, как бы, не мимо проходил. И прекращай думать, что можешь всегда рассчитывать на свекровь.

— А ты сама? — обиженно огляделась Гермиона. — Я что-то не вижу здесь Гарри!

— А еще ты не видишь тут мою бабушку, тетя, — вмешался Тедди, волосы которого за время разговора стали насыщенно-красными.

Джинни усмехнулась, потрепала мальчишку по волосам и ответила подруге:

— Гарри решил опробовать этот их Клуб приключений. Андромеда и мама так интересно рассказывали, хоть они просто пошли собирать грибы. Всем было весело. Устроили не просто охоту, а целое соревнование со стратегией, захватом территории и драками за каждый гриб. Удивительно, но самой ловкой, хитрой, быстрой и опасной в этой битве оказалась профессор Спраут! Ты читала статью Лавгуда? — Джинни указала на разворот журнала, где красовался общий колдоснимок развеселой компании волшебниц, по самые брови перепачканных в земле и траве, и горы каких-то белых шаров. Самый большой шар с довольной ухмылкой держала в руках улыбающаяся профессор гербологии. — Еще Скитер для «Пророка» статью написала.

— Мне это не интересно, — скривилась Гермиона.

— А зря, — вздохнула Джинни. — В любом случае, моя мама, Андромеда и Гарри ушли на встречу Клуба приключений. Можешь никого не искать. И я не против этого. Со мной все договорились неделю назад. А тебе… я бы посоветовала не стараться так сильно. Тебя ценят, не спорю, но не так, как ты надеешься.

— Ты ничего не понимаешь! — выпалила Гермиона обиженно и развернулась, собираясь уйти.

— Ладно. Как знаешь. Кстати, ты же знаешь, что пока Кингсли на коне, его никто не сковырнет с поста министра? Как минимум еще срок ему обеспечен уже сейчас. А на место министра есть целая толпа желающих, которые не захотят тебя пропускать? Тем более… настолько молодую ведьму, как ты.

Гермиона скривилась, вздернула нос и удалилась. Джинни посмотрела ей вслед и печально покачала головой.

* * *

— Ну что же! — прокашлявшись и оглядев собравшуюся у ворот Хогвартса толпу, воскликнула Гризельда Марчбэнкс. — Уже десять. Все, кто желал поучаствовать, должны были прибыть к этому часу.

Волшебники переглянулись. В этот раз толпа была чуть побольше, маги улыбались новичкам, поощрительно кивая самым молодым игрокам.

— В прошлый раз заслуженную победу одержала наша многоуважаемая Помона Страут, — выступил вперед мистер Лавгуд, в этот раз выбравший лимонно-желтую мантию. — И именно на ее нелегкую долю выпало придумать и организовать новое приключение для остальных участников!

Профессор смущенно выступила вперед. Гарри, Луна и Невилл, решившие поучаствовать в этот раз, радостно зааплодировали. Секундой позже присоединились и все остальные, в том числе Нарцисса и Драко Малфой, стоявшие позади всех.

— Да… — произнесла профессор Спраут неловко. — Я думала несколько дней, что же мы будем делать в этот раз.

— Мы с Ксено уже знаем, что нас всех ждет, так что могу сказать, что вам определенно понравится! — довольно произнесла мадам Марчбэнкс. — Моя идея меркнет на фоне задумки Помоны! До сих пор чувствую себя нелепой первокурсницей без фантазии! Грибы! Просто грибы!

— Отличные были грибы, — вмешалась Молли Уизли. — Я испробовала пять рецептов, готовя свою часть!

— Миссис Уизли! — улыбнулась Рита Скитер, в этот раз облачившаяся в зеленый бархатный спортивный костюм. — Целых пять? Вы обязаны поделиться рецептами с читателями «Ежедневного пророка».

Миссис Уизли натянуто улыбнулась, но потом немного подумала и кивнула.

— В редакции как раз обсуждают идею завести отдельную рубрику. Кулинарную, — громко, но заговорщицки всем подмигивая, сообщила журналистка. — И там определенно оценят не какие-то сухие… непроверенные рецепты. Другое дело — рецепт от Молли Уизли!

— Итак, что же приготовила для нас дорогая Помона? — с усмешкой произнесла Гризельда Марчбэнкс, возвращая всех к соревнованию.

— Прошу за мной, — позвала всех профессор.

Ворота, повинуясь взмаху палочки директора МакГонагалл, со скрипом отворились. Группа магов и волшебниц вслед за преподавательницами и целительницей прошли внутрь.

— А почему мы не использовали камины школы? — немного недовольно спросила Августа Лонгботтом.

— Слишком большая группа, а мой кабинет не так велик, чтобы обсуждать там что-то такой толпой, — сухо ответила МакГонагалл. — К тому же…

— Все равно пришлось бы спускаться, — подхватила Спраут.

— Так эта встреча пройдет в Хогвартсе? — уточнила Рита. — В замке? Посреди учебного года? Хоть школа и большая, но едва ли тут можно что-то устроить.

— Скоро вы все узнаете, — заверила преподавательница гербологии. — Подождите совсем немного.

Волшебники устремились к мосту. Гарри с сожалением рассматривал восстановленные, но будто потерявшие былое величие стены замка.

Школу отремонтировали за лето 1998 года. Это было не сложно, когда за дело взялись всем миром. Каждый, кто хоть как-то умел держать палочку в руках, помогал в восстановлении. Маги сменяли друг друга, работа шла и днем, и ночью. Гарри всего этого не видел, но Джинни, принимавшая участие в ремонте, рассказывала обо всем при встрече. Кое-кто слал Поттеру осуждающие письма, искренне полагая, что и он должен помогать на стройке, а не просиживать штаны в залах суда, следя за каждым проводимым Визенгамотом процессом.

Особенно упорно навязывал Гарри выбор времяпрепровождения новоявленный исполняющий обязанности министра магии. Поттер слушал недовольные нравоучения Кингсли, смотрел в упор, доводя бывшего аврора до бешенства, а после уходил. И не в Хогвартс.

Когда в конце августа Гарри пришло официальное извещение о зачислении в академию авроров, он очень удивился, ведь не подавал документы. Он вообще никуда не собирался осенью.

В сентябре Гермиона с блеском сдала ЖАБА и устроилась в Министерство, Рон воспользовался приглашением поступить в академию без экзаменов, а Гарри лишь пожал плечами и продолжил, как на работу, ходить на заседания. Суды заняли год. И год Гарри жил без какого-либо плана. За это время Гермиона немного растеряла уверенность в себе — пусть она и была героиней войны, никто не собирался доверять ей переустройство мира или переписывание законов. Девушка коротала дни, сортируя жалобы магического населения по степени важности, впервые по-настоящему осознав, как много в магической Британии проживает волшебников. Рон начал прогуливать лекции, заваливал тесты и нормативы и, в конечном итоге, со скандалом вылетел из академии, отправившись помогать Джорджу в магазине. А Гарри, подумав немного, подал документы в академию, собираясь поступать собственными силами.

Экзамены он сдал, пусть и с огромным трудом. На учебу ходил исправно. Но интереса к охоте на преступников не чувствовал. Что-то в нем выгорело за последние годы. Учебу он завершил с отличием и даже успел пару раз сходить в патруль. Кингсли был доволен, предлагал напечатать статью в газетах, но Поттер отказался.

Ему не нравилась работа, отношения с Джинни застопорились, она даже предложила расстаться, видя, что Гарри практически не обращает на нее внимания. И в этот момент Поттер получил приглашение в Отдел Тайн. Это приглашение осталось в секрете от многих. Даже министр до сих пор считает, что Гарри продолжает работать в Аврорате, но уже в отделе аналитики. Эту легенду поддерживает и Аврорат, где по документам есть целых два отдела аналитики. А Гарри вот уже шестой год, приходя на службу, надевает на руки маскирующие браслеты и откликается на неприметное и серое, как его рабочая мантия, имя Смит.

Жизнь Гарри с серой мантией и безликостью заиграла яркими красками. Он перестал быть героем. Новое начальство оказалось сборищем эксцентричных и забавных людей, поощрявших творческие порывы подчиненных и даже самые безумные идеи рассматривавших с деловитой серьезностью. Очень быстро Гарри узнал, что именно такой подход и ведет к тому, что в отделе постоянно кипит какая-то работа.

Он учился, переучивался и даже кое-что придумывал сам, а каждая задача, которую ему ставили или он сам себе ее придумывал, оказывалась интереснее предыдущей. Приключений магу хватало и без какого-либо клуба, но, слушая рассказ Молли, он загорелся и решил хотя бы раз посмотреть на все своими глазами.

Поттер оглянулся, высматривая Малфоя. Тот шагал последним, но не походил на того, кто держится в стороне ото всех. Когда молодые люди пересеклись взглядами, Драко не отвернулся.

Маги практически не пересекались в последние годы. Гарри знал, что Малфой уезжал за границу, где получил солидное и денежное звание мастера зелий. Знал и то, что у бывшего слизеринца имеется целительская лицензия. Но на родине все эти достижения мало кто оценил, и Малфой который год перебивался редкими заказами и близко не подходил к Мунго.

— Сюда, — позвала всех профессор Спраут, указывая не на главные двери замка, а на обрамлявшие двор перед ним крытые галереи. — Не будем привлекать к себе излишнее внимание детей.

Никто уже не спорил. Даже миссис Лонгботтом. Все были в предвкушении.

Профессор провела всех через боковой вход и поманила за собой к лестнице на второй этаж. Многие осматривались, впервые видя преображенные интерьеры.

— Эта часть школы практически не пострадала, — сообщила гостям Спраут. — Заменить пришлось лишь витраж.

На втором этаже волшебница свернула в коридор, который многим показался незнакомым.

— Это новое место? — спросил Гарри.

— Нет, не новое, — усмехнулась профессор.

— Да, не новое, — подтвердила Гризельда Марчбэнкс. — Но о его существовании мало кто знает.

— Еще одна секретная комната? — фыркнул Малфой.

— Именно! — с широкой улыбкой подтвердила Помона, открывая дверь, которой заканчивался проход. — Тайная комната!

За дверью всем открылась просторная круглая комната, залитая мягким оранжевым светом от семи полыхавших каминов. Все они были огромные, с высокими порталами, позволявшими магу любого роста войти в очаг без необходимости склонять голову.

— Это Тайная комната Хельги Хаффлпафф! — пропустив всех внутрь и закрыв дверь, провозгласила профессор гербологии.

— Тайная комната? — недоверчиво зашептались маги. — Такая существовала, и о ней никто не знал?

— Почему же? — довольно подбоченившись, удивилась Поппи Помфри. — О ней знали на нашем факультете. Старосты и те из студентов, чьим призванием были гербология, зельеварение или целительство. Они могли посетить это место с деканом.

— Что это за место? — уточнил Поттер, подходя к одному из каминов и убеждаясь, что пламя в нем лишь иллюзия, дающая свет, но не тепло.

— Когда строился Хогвартс, наша Основательница хотела обеспечить своим студентам наилучшие условия для учебы, — сказала декан Хаффлпаффа. МакГонагалл, тем временем, вытащила из кармана коробок спичек и принялась наколдовывать всем одинаковые деревянные стулья, подобные тем, на которых сидели учителя в Большом зале. — И она придумала эту комнату. Сейчас официально идея каминной сети принадлежит не ей, но именно Хельга заложила основу для изобретения самого популярного способа перемещения в нашей стране. Через эти камины нельзя попасть в известные вам места, и летучий порох им не нужен.

— Тогда как устроены эти камины? — спросила Скитер, садясь на стул поближе к профессору.

— Они способны открыть проход в одно из мест, созданных Хельгой, — ответила Помона Спраут и указала волшебникам на стены, где висели одинаковые рамки с изображением самых разных пейзажей. — Этих мест не существует на самом деле, они лишь плод фантазии нашей Основательницы. Но в каждом из этих мест она в свое время создала что-то, что будет полезным любому гербологу и зоологу.

Маги осматривались, оценивая картины. Их оказалось не так много. На нижних были изображены цветущие луга, густые леса, бурные реки и высокие горы. На верхних неспешно гуляли животные, которых давно никто не видел даже в Запретном лесу. Некоторые картины были ярче других, остальные казались немного поблекшими.

— Скажите еще, что из картин можно вынести в реальный мир все, что найдешь, — неверяще уточнил Невилл.

— Можно, — согласилась Спраут. — Но каждый день делать подобное не выйдет. Каждым из проходов можно воспользоваться лишь раз в год. Так что комната уникальна, но не может стать способом добычи ингредиентов на постоянной основе. И мы здесь сегодня не за этим!

Все притихли, готовые выслушать условия задания.

— Вы видите семь каминов. Случайным образом мы разделим вас на семь команд.

Ксенофилиус Лавгуд поднялся и из бездонного мешка вытащил небольшой сундучок. Внутри него лежал бархатный мешочек и фигурки разных форм.

— Число людей в каждой команде может различаться, — предупредил волшебник.

— И вы не можете отказаться участвовать вместе с теми, кто взял такую же фигурку, как у вас, — добавила Спраут, а потом продолжила: — После того, как команды будут сформированы, вы между собой решите, какую из картин использовать. Взять можно только цветные полотна, остальные в этом году не сработают. Портал открывается через несколько секунд после того, как картина помещена на каминную полку. Сигналом будет погасшее пламя. Вы отправитесь в выбранную локацию и там будете обязаны найти что-то, что можно напрямую связать с одним из Основателей Хогвартса. Здесь вы будете отсутствовать один час, но внутри для вас пройдет семь часов.

Как только профессор договорила, мистер Лавгуд взмахом палочки засыпал фигурки в мешок, завязал горловину и принялся перемешивать.

— Что-то, что связано с Основателями? — задумчиво переспросила Андромеда Тонкс. — А если это будет просто камень, цвет которого напомнит цвета факультета? Или сук, формой похожий на зверя-символ?

— Вы мыслите в правильном направлении! — обрадовалась профессор. — Но это не должно быть что-то трансфигурированное или вами доработанное. И самое главное — победителем станет та команда, которая принесет что-то поистине уникальное и ценное.

Маги загомонили, обсуждая идеи и внимательно рассматривая картины. Молли Уизли, скрипнув стулом, попыталась придвинуться к стене, на которой висело изображение залитой солнцем лесной полянки.

— Начнем же распределение!

Многие зафыркали, но каждый волшебник, вслед за соседом, засунул руку в приоткрытый мешок и вытащил одну фигурку. Через несколько минут маги оказались разделены на команды. Гарри с сожалением посмотрел в сторону Невилла и Луны, которым повезло оказаться вместе. Третьей к ним присоединилась бабушка Тедди. Поттер хотел бы пройти квест вместе с друзьями, но ему, будто на зло, выпало оказаться в компании Драко Малфоя и Риты Скитер.

— Как чудесно! — по-акульи ухмыльнулась журналистка. — Какая компания. Я и два юных красавца! Это будет эпично!

— А теперь выбирайте картины! — объявила профессор Спраут.

— Что бы выбрать? — посматривая то на Поттера, то на Малфоя, спросила Скитер. — Как решим?

— Берите то, что хотите, — пожал плечами Поттер, проверяя карманы куртки. — Ты не против, Малфой?

Блондин философски пожал плечами. Рита обрадованно улыбнулась и огляделась. Другие команды уже снимали полотна со стен, но журналистка не торопилась. Она выждала, пока все закончат и встанут у одного из семи каминов, а после решительно ткнула своей волшебной палочкой в картину на самом верху: неказистые подсолнухи, нарисованные на фоне голубого неба.

— Кажется, эту картину вообще никто никогда не использовал, — произнесла Спраут удивленно. — Поле подсолнухов… Что там может быть интересного?

— Вот и узнаем! — жизнерадостно ответила Скитер.

— Просто решила не ввязываться во что-то слишком сложное, — фыркнула Августа Лонгботтом, которой выпало отправиться в путь с парочкой ведьм, имен которых Гарри не знал.

— А теперь поместите картину на каминную полку! — объявила Спраут. — И приготовьтесь отправиться в путь!

* * *

Гарри шел первым и первым понял, что что-то не так даже для необычного каминного перемещения. Они оказались в воде, и двигаться приходилось практически на ощупь. Сзади, явно начав паниковать, замахала руками Рита Скитер. Когда локтем Гарри наткнулся на что-то твердое, он без всяких раздумий схватился за палочку и мысленно произнес отпирающее заклинание. Мгновение спустя троица приключенцев вывалилась на холодный каменный пол. Мокрые, замерзшие и совершенно дезориентированные.

— Это еще что такое? — сипло спросил Драко, вставая на колени и осматриваясь. — Это не подсолнухи.

Он оглянулся на Скитер. Та нервно сдернула очки и попыталась протереть мокрое лицо, но лишь размазала по коже косметику.

— Какая-то библиотека… — произнес Гарри и задумчиво повел носом. — Мы не в Хогвартсе.

— Не самая радостная новость, с учетом того, где мы должны были оказаться, — нервно прошипел Малфой.

* * *

— Это было странно, — пробормотала Спраут, глядя на то, как вновь вспыхивает пламя в камине, куда только что ушла последняя группа соревнующихся.

— Что странно? — спросил Ксено, опускаясь на стул.

— Вспышка… — начала было профессор, но сбилась. — Может, мне показалось? Но… я видела голубую вспышку в камине, куда ушли Поттер, Малфой и эта проклятущая писака.

— Вспышка? — насторожился мистер Лавгуд. — Такого раньше не было?

— На моей памяти — нет, — покачала головой Помона. — Ох уж эти подсолнухи! Их веками никто не трогал!

Ксенофилиус встал, подошел к камину и всмотрелся в картину.

— Я могу ее сейчас взять? — уточнил он.

— Да, — отмахнулась волшебница. — Картина нужна лишь один раз. В обратную сторону участников вытянет, как рыболовным крючком.

Мистер Лавгуд снял картину с полки, внимательно рассмотрел со всех сторон, а потом направил на нее волшебную палочку с мощным лучом света. После маг прошелся вдоль стен, изучая другие изображения.

— Профессор… — тихо произнес он и посмотрел на Помону испуганно. — Вы знаете…

— Что? В чем дело?!

— На этой картине нарисованы не подсолнухи, — сказал мужчина. — Точнее, изначально нарисованы не подсолнухи. Растения добавлены позже. И рама… Она похожая, но не такая, как у других полотен.

Декан Хаффлпаффа вскочила с удивительной для нее прытью, подбежала к Ксено, выхватила картину и уставилась на нее. Потом резким взмахом палочки чуть ли не содрала всю краску. Руки ее дрожали. На картине, спрятанной под невзрачными подсолнухами, притаилось изображение высокого старинного замка в готическом стиле. Здание чуть сияло мягким золотистым цветом, а над ним распростерлось залитое багрянцем небо.

— Ох… — вымолвила профессор, ноги ее подкосились.

— О нет! — воскликнул мистер Лавгуд, пытаясь поддержать женщину. — Успокойтесь.

— Что-то пошло не так, — горько вымолвила Спраут. — Я чувствую, все пошло не так!

— Но камин ведь сработал, — напомнил Ксено.

— Но вспышка! — вскричала волшебница. — Такого не было раньше. А если они не выберутся?

Маги замолчали и оглянулись на камин, в котором весело потрескивало иллюзорное пламя.

* * *

Гарри обсушил свою одежду, вопросительно посмотрел на сокомандников и проделал эту процедуру и для них. Чувствовал он себя спокойно и уверенно, будто оказался не в незнакомом месте с сомнительными компаньонами, а на пикнике, где можно увидеть что-то интересное.

Трое магов стояли у медленно колышущегося круглого портала. Жидкость, прозрачная как вода, сияла и переливалась всеми оттенками голубого. Тронув двери, раньше скрывавшие портал, Гарри рассмотрел руны, нанесенные на них и на каменную стену вокруг. Таких символов Поттер прежде не видел.

Продолжая сжимать волшебную палочку, Гарри поднялся по ступенькам в зал библиотеки и осмотрелся, выискивая присутствие посторонних. В помещении, на первый взгляд, никого не было, но Поттер за время работы в Отделе Тайн привык не верить первому впечатлению.

Во все стороны разлетелись выявляющие заклинания. За спиной с шумом выдохнул Малфой.

— Что? — спросил Гарри, не оборачиваясь.

— Магия работает, — тихо ответил бывший сокурсник.

Гарри согласно кивнул, пусть и не боялся оказаться где-либо без магических сил. Он еще не забыл жизнь среди маглов и был готов к любому развитию событий.

— Что-то это совершенно не похоже на веселую прогулку, — чуть нервно произнесла Рита.

— Вы дрожите, мисс Скитер? — с ехидцей спросил Поттер. — Вы же любите интересные сюжеты. А мы сейчас, вашими стараниями, как раз в очень интересном сюжете.

Магические импульсы вернулись, сообщая о том, что в здании, каким бы оно ни было, находятся трое людей. Пройдя вдоль зала, Гарри быстро оценил увиденное: на столе книги на английском, на полках библиотеки много книг на других, но узнаваемых языках, в витринах под стеклом, как в музее, разнообразное оружие и старинные толмуды с красочными, но кровавыми иллюстрациями сражений между ангелами и всевозможными монстрами, а у окна, сжимая чашу и меч, сияет белоснежная статуя с крыльями. И всюду, куда бы ни падал взгляд, Гарри, привыкший подмечать детали, видел многократно повторенное «демон» и «ангел».

— Что это за место? — спросила Скитер шепотом.

— Не Шотландия, — уверенно ответил Гарри, — но мы где-то, где говорят на английском.

Малфой и Скитер прошли вслед за Поттером, нервно оглядываясь.

— Потти, я, если что, целитель, — напомнил Драко. — И я… мне тут не нравится.

— О да! Обстановочка гнетущая, — добавила Рита. Журналистка дрожала, но глаза ее блестели любопытством.

— Так, хорошо, — закончив с осмотром, сказал Гарри. — Давайте договоримся сразу: мы пришли сюда вместе и уйдем вместе. Никаких интриг, никаких предательств. Держимся вместе, действуем заодно.

Малфой скривился, но кивнул.

— Разумно, — согласилась журналистка. — Но давайте будем предельно осторожными.

— Помнится, мисс Скитер, вы были куда более рисковой всего каких-то десять лет назад, — напомнил Поттер.

— Я тогда ничем не рисковала, — воспротивилась Рита. — А сейчас я в самом центре событий!

Гарри хмыкнул и направился к выходу. Вдруг откуда-то снизу послышался скрежет. Поттер переглянулся с остальными и медленно открыл дверь.

* * *

Зал библиотеки оказался частью то ли старинного особняка, то ли замка. После Хогвартса, Блэк-хауса и запутанных коридоров Отдела Тайн, Гарри ориентировался легко. У лестницы он кинул всем на ноги заклятие легкого шага и начал спускаться.

Скрежетания продолжались, но теперь к ним присоединились голоса. Когда волшебники достигли последнего лестничного марша, то услышали:

— Что происходит? Какого черта они тут делают?

Взглянув вниз, Гарри увидел просторный холл, высокие двустворчатые двери с множеством хитрых запирающих механизмов-артефактов и четверку молодых людей. На полу, опираясь на руки высокого худого блондина, полулежала изможденная и грязная девушка с морковно-рыжими волосами, рядом на коленях стоял кудрявый подросток в очках, а еще один брюнет недовольно навис над остальными.

— Ее укусил демон, — сказал блондин и повернулся так, что Поттер смог увидеть его лицо. Дальше все произошло быстрее, чем Рита Скитер вскрикнуть.

— Ты что творишь? — возмущенно заорал Малфой, когда трое парней оказались на полу под заклятием оцепенения, а в холле стих вопль журналистки.

— Это же!.. — воскликнула Скитер. — Это Гриндевальд?!

— Что? В смысле? — опешил Драко. — Геллерт Гриндевальд?

— Одно лицо, — произнес Гарри тихо, медленно спускаясь вниз. — Но не он. Просто очень похож. Так, Малфой, целитель говоришь? Осмотри девушку. Кажется, ей нужна помощь.

— Что? А… да, — с запинкой кивнул Драко. — Так не…

— Я ошибся, в такой одежде не ходили в начале прошлого века, — ответил Гарри. — Но так даже лучше.

— Лучше? — пискнула Рита.

— Мало ли кто они такие, — ответил Гарри, кивнув на парней. — У этих двоих тату по всему телу, а они точно маги. Занимайся девушкой, а я найду остальных обитателей этого замка.

* * *

Джейс Вейланд еще никогда не чувствовал себя настолько беспомощным. Все его тело сковывала невиданная сила. Он не мог дышать, но не чувствовал в этом необходимости. Не мог пошевелиться, лишь слушать разговор неизвестных.

Кем они были, раз сумели подкрасться и обездвижить нефилимов? Уж точно не демонами и не обитателями Нижнего мира, которым закрыт доступ в Институт!

Джейс попытался шевельнуться, но тело все еще ему не подчинялось, а тем временем Клэри нуждалась в помощи. И лежать, видя ее страдания, было невыносимо.

Вдруг над девушкой со странным деревянным стилусом склонился какой-то блондин. Он был одет как примитивный откуда-нибудь с Пятой авеню: черные ботинки без единого пятнышка грязи, черные брюки с идеальными стрелками и настолько белая рубашка, что она, казалось, светилась. Парень взмахнул своим стилусом, взглянул на вспыхнувшие символы, чему-то хмыкнул и обратился к Клэри:

— Мисс? Мисс? Вы меня слышите?

— Да… — тихо ответила девушка.

— Сейчас будет немного больно, мне нужно вывести из вашего тела яд. Концентрация не велика, но яд находится в теле час или два и успел далеко распространиться.

«Не трогай ее!» — хотелось крикнуть Джейсу, но он мог лишь безучастно наблюдать.

— Кто вы? И что вы сделали с остальными? — Клэри была настолько слаба, что едва успела задать этот вопрос, прежде чем потерять сознание.

— Да ничего мы с ними не сделали, — тем не менее ответил блондин. — Ну, обездвижили. Ничего сильно ужасного. Не убили же.

Джейсу хотелось высказаться, но он мог лишь рычать про себя. Оставалось надеяться, что неизвестный не обманул Клэри и на самом деле ей поможет.

— Что с ней, мистер Малфой? — раздался вне поля видимости Джейса неприятный женский голос.

— Отравление, — отмахнулся названный Малфоем. — Ничего сверхъестественного. Судя по показателям, у этой девушки настолько высокий магический потенциал, что она сумела бы справиться с отравлением и своими силами, но это заняло бы у нее много времени.

— Я нашел остальных, — раздалось издали. — Как девушка?

— Жить будет, — ответил Малфой так легко, что Джейс почему-то ему поверил.

— Тут есть полноценный лазарет. Давайте перенесем девушку туда.

— Поттер, а с остальными что делать? — недовольно кривясь, спросил целитель. — Один уже начал очухиваться.

Сказав это, Малфой стукнул Джейса по ботинку, и охотник вдруг осознал, что его нога не только пошевелилась вслед за ударом, но он почувствовал этот удар.

— Всех в лазарет, — решил невидимый Джейсу Поттер. Вейланд мысленно ухмыльнулся, представив, как эти трое будут их перетаскивать, а в следующий миг и его, и Клэри подняло в воздух на метр.

— Мисс Скитер, можете отлевитировать остальных? — уточнил Малфой и направился к лестнице. Джейс поплыл следом, чувствуя себя самым беспомощным сумеречным охотником на свете.

Неизвестные четко придерживались своего плана, и за считанные минуты на койках лазарета оказались все обитатели Института и приведенные Джейсом новые знакомые. Даже Ходж, которого Вейланд безмерно уважал, был здесь и выглядел так, будто его на сутки сунули в морозильник.

— Кто вы? — поражаясь тому, что он сам, пусть и не до конца, сумел освободиться от чар, прошелестел Джейс.

— Смотрите-ка! — появляясь в поле зрения Вейланда, ухмыльнулся невысокий и неказистый очкарик. Несмотря на командный тон, он выглядел нелепо даже на фоне приятеля Клэри. — Сильный какой.

Сказано было без злобы, с любопытством и дружелюбием.

— Хотя чего ожидать от мага с лицом молодого Гриндевальда.

— Я не маг, — обиделся Джейс. — Я сумеречный охотник, а вот кто вы и как сумели пробраться в Институт? Здесь могут находиться только сумеречные охотники.

Поттер усмехнулся и выдернул из крепления стилус Джейса. Вейланд зашипел от досады. Пусть руки еще не подчинялись ему, но он собирался вытащить инструмент или нож в тот же миг, как сможет шевелиться.

— Знаешь, — произнес Поттер, рассматривая стилус, — если что-то плавает как утка, крякает как утка, то это и есть утка.

Малфой хмыкнул, обрабатывая рану Клэри мазью.

— У тебя есть волшебная палочка, — продолжил очкарик, — с помощью которой можно концентрировать и направлять силу, и ты весь покрыт рунами, как я понимаю. Так кто ты?

Джейс хотел было возразить, но слова застряли у него в горле, когда стилус в руках Поттера засветился.

— Тянет довольно много, — отметил очкарик. — И есть ограничения… только близкий контакт... И это не оружие. Хм, интересно.

— Я не маг, — все же произнес Джейс.

— Рунный маг, — припечатал Поттер. — И боевой маг. Как и вот тот дядька. И как братец с сестрой. И рыженькая. А вот последний… — очкарик оглядел свою улучшенную версию. — Этот магл.

— Кто? Он примитивный.

— Примитивный? — переспросил Поттер. — Ну да. У нас обычных людей зовут маглами, простецами.

— У нас? — теперь спросила странная тетка в ярко-зеленом бархатном спортивном костюме и украшенных блестками очках.

— Судя по всему, через портал мы попали не в выдумку, а в некий параллельный мир.

— Серьезно, Поттер? — закатил глаза Малфой. — С чего ты это взял?

— Я никогда ничего не слышал о сумеречных охотниках, — ответил очкарик с такой уверенностью, будто имел доступ к любым тайнам мира.

— И что теперь? — напрягся целитель, накладывая повязку на руку Клэри.

— Подозреваю, что мы не сможем выбраться отсюда так просто, как обещала Спраут. И, вероятно, мы застряли здесь на какое-то время. И раз уж застряли, то надо разобраться, с чем мы имеем дело.

Клэри застонала и открыла глаза. Тяжело оглядевшись, она удивленно уставилась на деревянную палку в руке Поттера, потом долго рассматривала его лицо и вдруг спросила:

— Гарри Поттер?

Поттер был удивлен не меньше девушки. А та перевела взгляд на целителя и с той же интонацией спросила:

— Драко Малфой? И… — она скосила взгляд на женщину в спортивном костюме. — Рита Скитер?

— Откуда вы нас знаете? — спросил очкарик.

— Я знаю! Вы Гарри Поттер! Герой книжек. «Гарри Поттер и колдовской камень»(1), «Гарри Поттер и Тайная комната»…

— Книг? — прыснул Малфой.

— Тогда мы точно в другой реальности, — констатировал Поттер с таким спокойствием, что целитель перестал смеяться.

— И что теперь? — спросил Малфой.

— Раз мы тут застряли, то для начала нужно дождаться истечения обозначенного профессором Спраут временного промежутка, — ответил Поттер и вынул из внутреннего кармана куртки старинные часы-луковку. — Я включил отсчет перед тем, как мы шагнули в камин. Пока прошло всего сорок минут. У нас больше шести часов. Вот когда время закончится, а мы все еще будем здесь, тогда и начнем волноваться.

— Поражаюсь твоему спокойствию, Потти, — фыркнул Малфой.

— Тревога непродуктивна, Хорек.

Целитель недовольно скривился.

— И что будем делать?

— Может… вы нас освободите и свалите отсюда? — предложил Джейс хмуро.

— О нет, дружочек, — подходя к нему и усаживаясь на соседнюю койку, сладко произнесла Скитер. — Зачем же нам куда-то уходить? Мы останемся здесь. А вы нам расскажете, где же мы оказались! Мне очень хочется узнать о мире, где мы — персонажи книг. Надо же!

— Я ничего не знаю ни о каких книгах, — отрезал Вейланд.

— Логично, — согласился Поттер и взмахнул волшебной палочкой, от чего Джейса приподняло и сместило на койке так, что он оказался в сидячем положении. Чары почти спали, он мог пошевелить руками, но уже отказался от идеи нападать на пришлых. Клэри смотрела на них без опаски, скорее с восторгом, и Джейс решил не спешить, а понаблюдать за происходящим.

— Судя по тому, что у тебя нет ни одной руны на коже, но ты тоже маг, — усаживая и остальных охотников, продолжил Поттер, обращаясь к Клэри, — ты… Клэри, верно?

— Да.

— Ты маггловоспитанная?

— Кто? — нахмурился Джейс.

— Я не уверена, — вздохнула Клэри. — Еще вчера я жила обычной жизнью… А потом увидела, как Джейс убил человека.

Вейланд кашлянул.

— Это потом я узнала, что в клубе был не человек, — обернулась она к нему. — А вчера думала… В общем, это утро началось совершенно нелепо. Я почти поругалась с мамой, удрала из дома, чтобы не выслушивать ее нотации и избежать домашнего ареста. Мы сидели в кафе, когда туда заявился Джейс, а мама…

— Подожди секунду, — попросил Поттер. — Не спеши. Мне интересно узнать, что происходит, но для начала не мешало бы выпить чаю.

Девушка вдруг хихикнула.

— Вы… выглядите старше, чем в книгах. Сколько прошло с битвы за Хогвартс?

— Десять лет, — ответил очкарик.

— О! — выдохнула Клэри, что-то понимая. — Вы предлагаете чай, как Дамблдор.

Поттер на миг застыл, лицо его посуровело, но потом он тряхнул головой и светло улыбнулся Клэри.

— Ну… он был прав. Разговоры лучше вести за чашкой хорошего чая.

Джейс мнения этих двоих не разделял и не представлял, как в такой обстановке они могут спокойно обсуждать чай. Но вот Поттер закончил с Алеком, оказавшимся на самой дальней койке. Потом забрал у всех оружие и стилусы и, наконец, освободил от оцепенения.

— Самый настоящий Гарри Поттер! — вскричал дружок Клэри, придя в себя. — Вау!

Ходж, Изабель и Алек смотрели на пришельцев с суровым негодованием.

— Не разговаривайте с ними! — велел Ходж остальным и строго посмотрел на Джейса.

Поттер повернулся к старшему охотнику, порассматривал несколько секунд с прищуром и припечатал:

— Вы напоминаете мне одного человека, его звали Питер.

Клэри и Саймон вытаращились на Поттера, явно понимая, кого тот имеет в виду.

— Тот же взгляд… — продолжил маг. — Скажите, мистер, а у вас за плечами нет какого-нибудь предательства? И не скрываете ли вы что-то?

Глаза Ходжа забегали, и Джейс с ужасом осознал, что пришлый маг разгадал наставника за считанные секунды, а они, знавшие старшего сумеречного охотника много лет, ничего не замечали.

— Отлично, — сам себе сказал Поттер и направил на Ходжа волшебную палочку — наставника опутали веревки.

— Что вы делаете?! — взмутился Алек и попробовал встать.

Поттер поднял бровь, хмыкнул и сместил острие палочки — и следующая порция веревок досталась старшему из близнецов Лайтвуд. После этого очкарик взглянул на Изабель.

— Чай? — спросил он. — И никаких попыток нападать и хамить.

— Чай, — согласилась девушка, а после обратилась к брату, дергавшемуся в веревках: — Успокойся. Ты разве не видишь, что они не просто маги. Они самые сильные маги, о ком мы только слышали.

— О да! — подхватил Саймон, ухмыляясь. — Это же Гарри Поттер! Победитель Темного Лорда!

Джейс с сомнением глянул на приятеля Клэри, потом на саму девушку, но не было заметно, чтобы утверждение являлось насмешкой.

— Темный Лорд? — уточнил он.

— У них свой мир, — ответила ему Клэри. — Но ты сам мне недавно заявил, что все истории — правда. Гарри и остальные из мира, где существуют обычные люди и волшебники.

— А еще там есть множество иных существ, вроде оборотней, вампиров и вейл! — подхватил Саймон и затараторил: — А маги бывают чистокровные, полукровные и маглорожденные. А еще! Сквибы! Это когда у магов рождается ребенок без магических способностей.

— Сначала чай, — перебила его Скитер.

Этот самый чай появился как по волшебству. Правда, был разлит в чашки с кухни Института, но на вкус оказался гораздо лучше той бурды, что сам Джейс или Изабель умудрялись сварганить самостоятельно. И почти также хорош, как чай Ходжа.

— А теперь поговорим, — устраиваясь на стуле, сказал Поттер и вдруг показался Джейсу очень взрослым и опасным, как старшие маги Конклава.

Разговаривать с пришлыми не хотелось, но из-за Клэри, которая пока ничего не знала о Сумеречном мире, Джейс вынужден был отвечать. Да и Ходж, и Изабель не стали отпираться и отвечали на вопросы. Лишь Алек насупленно молчал и то и дело пытался развязать веревки. Под конец рассказа в лазарете каким-то образом оказался большой фотоальбом из библиотеки, на снимках которого Клэри обнаружила и свою мать, и приятеля матери, Люка.

— Итак, — допив третью чашку, произнес Поттер, — подытожим. Тысячу лет назад крестоносцы призвали ангела, а тот позволил им выпить собственной крови, сотворив расу более сильных людей. Полуангелов. Чаша, из которой испили первые сумеречные охотники, стала реликвией. Сумеречным охотником нельзя стать просто так: или испить из чаши, или родиться у родителей-охотников.

— Но первый способ давным-давно не применяется, а охотников слишком мало для поддержания популяции, и они постепенно вымирают, — сказал Малфой. — У нас схожая ситуация… Но у нас возможно появление сильных маглорожденных и полукровок, в то время как у вас постепенно становится меньше сил в каждом следующем поколении.

— Сумеречный мир — мир сверхсуществ, невидимый для тех, кого вы называете примитивными. Сумеречные охотники сохраняют мир и равновесие Сумеречного мира. И у вас перемирие с Нижним миром, представленным оборотнями, вампирами, магами и всякими феями. В недавнем прошлом охотник по имени Валентин Моргенштерн загорелся идеей вернуть сумеречным охотникам величие. Он собрал вокруг себя группу энтузиастов… — Поттер покосился на Малфоя. — И они вместе сражались с демонами — главными нарушителями покоя Сумеречного мира. Валентин придумал использовать чашу, Кубок Смерти, чтобы возродить охотников, увеличить их число, но реликвия оберегалась и не была доступна обычным магам Конклава. А хранители реликвии, главы Конклава, боялись использовать чашу.

— Лишь немногие, испившие из Кубка, выживут, — хмуро произнес Ходж. — Они погубили бы сотни и тысячи примитивных, пытаясь создать новых охотников.

— И Валентин привлек своих сторонников, чтобы похитить Кубок из Конклава. Но он думал не о спасении человечества и сохранении равновесия, — продолжил Поттер. — Он хотел эволюции самих сумеречных охотников. Хотел вывести более сильное племя. Он начал экспериментировать с Кубком. Вызывал демонов. Вводил себе кровь демонов, чтобы получить над ними власть… Он в принципе хотел власти. Но мать Клэри узнала обо всем, украла Кубок и сбежала с ним в обычный мир.

Маг задумался, подошел к койке Клэри и перелистнул альбом на фото, где мать девушки была изображена между Валентином и Люком, а потом обернулся к Ходжу:

— Валентин — отец Клэри?

— Что? — перепугалась девушка.

— Этого не может быть… — сдавленно прошептал Джейс.

Ходж молчал.

— В этой комнате есть два рунных мага…

— Мы сумеречные охотники, — проворчала Изабель.

— Только два охотника с на самом деле невероятной силой, — не повернувшись к Лайтвуд, исправился Поттер. — И не просто очень сильных, а с необычной аурой. Само по себе подобное не возникает. У нас — я бы засомневался, но если вы говорите, что охотники вырождаются…

— Очевидный ответ — кто-то из родителей или оба были сильными, — кивнул Малфой.

— Есть и второй вариант, — сказал Поттер. — Если Валентин проводил опыты на себе, то мог проводить их и на других. Например, над беременной женой, желая, чтобы его собственный ребенок стал очень сильным магом.

— Охотником… — по инерции поправил Джейс.

— Или просто какой-нибудь беременной, — продолжал Поттер. — Или новорожденным.

— Клэри… А кто второй? — хрипло спросил Джейс, уже зная ответ.

— Ты, — подтвердил Поттер, посмотрев Вейланду в глаза. — Но вы с Клэри не родня. Какова вероятность, что ты тоже был жертвой экспериментов?

— Ты ведь жил отдельно до девяти… — глядя на Джейса испуганно, пробормотала Изабель. — И ты… ты ведь говорил, что не все помнишь о своем детстве. И не помнишь, как выглядел отец…

— Но это не Валентин! — уверенно ответил Джейс.

— У вас существуют способы блокировать память, — напомнил Поттер. — Может, ты просто не помнишь?

Джейс замолчал, не зная, что ответить магу.

— Ладно, пусть мое предположение будет лишь версией. Так или иначе, Джослин сбежала, пряталась, прятала свою сущность и поставила Клэри блок, который обнаружила соседка-ведьма. Но, видимо, блок или ослабел, или он временный, и ты начала что-то вспоминать. Ты бессознательно рисуешь руны. Сумеречный мир притягивает тебя. Прошлой ночью ты выдала собственное существование. И Валентин, получив сведения о местонахождении девушки без знаков охотников и с рыжими волосами, понял, что где-то рядом окажется твоя мать. И Кубок. И Валентин послал за Кубком. Но его не обнаружили. Лишь Джослин. Она жива, но не собирается рассказывать о местонахождении Кубка, раз дальше приспешники Валентина отправились допрашивать Люка.

Клэри всхлипнула, вспомнив друга матери.

— Кстати, он, вероятно, специально сказал, что ему нет до вас с Джослин дела, а нужен лишь Кубок, — присев рядом с девушкой, маг мягко похлопал ее по плечу. — Он так пытался вас защитить.

— Думаете?

— Конечно, — уверенно сказал Поттер. — Тебе нужно еще раз поговорить с Люком.

Клэри всхлипнула.

— Итак. Валентин ведет охоту на Кубок. Он его еще не достал. Если Джослин была осторожна, то она не сообщила Люку, где реликвия. Значит, тайну знает только она сама, и… ты.

Девушка потрясенно уставилась на Поттера.

— Я?

— Твои воспоминания скрыты, так что ты вполне можешь помнить. У тебя в голове может быть настоящая карта сокровищ.

Клэри помотала головой и вздохнула:

— Но я не знаю, как снять блок.

— Нужно обратиться к Безмолвным Братьям, — предложила Изабель. — Они помогут.

— К кому? — вздернула бровь Скитер.

— Мы сами в состоянии снять любой блок, — ответил Поттер беспечно.

Малфой фыркнул.

— Ты серьезно? Ты стал мастером менталистики?

— Ты удивишься, — ухмыльнулся Поттер.

— Нет! — воспротивился Джейс.

— Это же Гарри Поттер! — воскликнул Саймон.

— Я ему доверяю, — сказала Клэри Джейсу.

— Тогда пусть покажет на мне, — сложив руки на груди, заявил Вейланд.

— Джейс! — вскричал Ходж.

— А вы помолчите, — велел Поттер, — вы еще не ответили на некоторые вопросы.

— Какие вопросы…

— О вашем участии в затее Валентина, — ответил Поттер. — Тогда… и сейчас.

— Что?! — подал голос Алек и уставился на наставника. — Вы бредите! Это Ходж.

— Меня учили чуять вранье и недосказанность, — произнес Поттер. — И этот охотник рассказал не все. Что вы утаили?

Ходж сжался под взглядами всех присутствующих.

— Это из-за проклятия?.. — вдруг спросил Алек. — Вы не можете выйти из Института. Но всегда хотели это сделать. Если Валентин стал могущественнее из-за экспериментов, то… он мог предложить обмен: любые сведения о матери Клэри… а лучше Кубок в обмен на свободу от проклятия!

— Алек… — пробормотал Ходж.

— Ваш ворон! Вы постоянно его куда-то посылаете!

— Ворон вместо почтовой совы? — усмехнулся Поттер.

— Почтовой совы? — недоверчиво переспросила Изабель.

— В магической Британии это нормально! — заверил ее Саймон.

— Бред… — пробормотал Джейс. — Я о совах.

— Так что? Ваш молчаливый воитель прав? — усмехнулся Поттер, глядя на Ходжа.

Тот отвел взгляд, и всем стало ясно, что Алек все понял верно.

— Диверсант внутри, — констатировал Поттер. — Я не зря вспомнил Питера Петтигрю. Так что с воспоминаниями?

— Я первый, — предупредил Вейланд.

— Как знаете, — пожал плечами Поттер и встал с койки Клэри. — Только предупреждаю: не сопротивляйся.

Джейс хотел было спросить, что маг имеет в виду, а тот уже шагнул к нему и направил прямо в глаз кончик волшебной палочки. Мир перевернулся, в голове калейдоскопом понеслись воспоминания — недавние перемежались старыми. Охотник то видел расплывчатые образы, то четкие до мелочей эпизоды. Что-то было бесцветным, что-то ярким. А потом картинки замелькали настолько быстро, что молодого человека начало подташнивать, но миг спустя все прекратилось — и Джейс увидел себя, девятилетнего, с соколом на руке, а рядом… Валентина.

— Это… этого не может быть! — вскричал Вейланд и очнулся на койке в лазарете Института. — Валентин не мой отец.

— Нет, — согласился Поттер. — У вас с Клэри совершенно разные ауры, такое невозможно у родичей. Даже если бы вы были лишь единокровные… или двоюродные.

Джейс выдохнул. Он не мог представить себе мир, в котором они с Клэри были бы связаны кровью.

С Клэри маг возился дольше, но со стороны все выглядело не страшнее, чем момент, когда память девушки пыталась прочесть Доротея. Когда Поттер убрал палочку, Клэри вдруг улыбнулась:

— Я знаю, где Кубок! Он…

— Не говори, — велел Поттер, и девушка прикусила губу. — Кубок нужно забрать. Но… ты понимаешь, что там будет засада?

— Засада? — переспросила Клэри.

— Они обыскали ваш дом, они добрались до Люка, но Джослин спрятала чашу очень хорошо. Кубок не найден. Валентин уже понял, что без тебя Кубок не найти. И у тебя дома будет засада. Тебя будут ловить, чтобы в обмен на твою маму получить Кубок.

— Мама… — прошептала девушка.

— Мы не можем отдать Валентину Кубок! — возмутился Алек. — Моргенштерн отступник и предатель!

— Да, но вам в любом случае нужна более выгодная позиция в противостоянии, — предупредил Поттер.

— И какой план ты предлагаешь? — хмуро спросил Джейс. — Какое вам вообще до нас дело? Вы уйдете через несколько часов в свой мир, как я понимаю.

— Чувство сопричастности, — усмехнулся Малфой. — У вас тут свой мелкий Темный Лорд, а Поттер у нас мастер борьбы с такими личностями.

— Я помогаю Клэри, — строго посмотрел на целителя Поттер. — Я и сам когда-то оказался оторван от мира магии, а потом меня просто бросили в самый центр, заставляя противостоять врагам, о которых я вчера даже не подозревал. А план… Мисс Скитер остается в Институте и следит за тем, чтобы мистер Ходж сидел смирно и ничего не предпринимал. Саймон тоже остается.

— Но!.. — возмутился примитивный.

— Без возражений, — строго указал на него пальцем Поттер. — Дальше… Изабель?

— Да, — отозвалась девушка.

— Можно попросить тебя сходить в библиотеку и закрыть двери портала? Вряд ли вам тут нужно проникновение.

Изабель кивнула и вскочила с койки.

— Малфой?

— Что?

— Идешь или остаешься?

— Иду, — проворчал целитель. — Тебя одного отпускать с этими нельзя.

— Отлично. Джейс?

Вейланд поморщился, но посмотрел на Поттера.

— Мы возвращаемся в дом Клэри. Алек?

Лайтвуд повторил гримасу Джейса, но кивнул.

— И покажите этого вашего ворона, — велел Поттер. — Птичку нужно запереть в клетку. Во избежание утечек информации.

— А я? — спросила Клэри. — Со мной уже все хорошо!

— Конечно, — ответил ей на все сразу Поттер. — Только тебе нужно бы умыться…

— Я помогу, — предложила вернувшаяся в лазарет Изабель.

— Тогда действуем, — улыбнулся Поттер. — У нас, ребятки… — Он вытащил часы из кармана. — Всего пять часов. Не так и много.

* * *

Джейс ожидал, что Поттер не выпустит их с Алеком из виду, не вернет стилусы и не даст взять оружие, но маг повел себя излишне легкомысленно для человека, который всего два часа назад без приветствий и разговоров связал всех, кроме Клэри. Он не только отпустил их, но и без всяких возражений отдал стилусы.

— Не боишься нас? — с подозрением спросил Алек.

— Вы не можете напрямую колдовать своими палочками, — пожал плечами маг. — У вас есть ограничения, которых у меня нет.

Звучало самоуверенно, но почему-то Джейс Поттеру поверил. Особенно после того, как в холл спустился уже не тот очкарик, которого охотники наблюдали в лазарете. Маг остался в своей одежде, но сменил очки. Вместо обычных стеклышек в круглой оправе на носу мужчины сидел артефакт из какого-то черного металла с желто-оранжевыми линзами. И дужки, и стекла были покрыты незнакомыми рунами. Позже Джейс заметил, что и ботинки мага кое-где украшены рунами, а подкладка куртки изначально выткана из нитей, переплетенных таким образом, чтобы те складывались в скрепленные между собой рунические символы.

Малфой где-то добыл другую одежду, но все еще походил на лощеного богатея из центра.

— Никогда не бывал в Нью-Йорке, — простодушно усмехнулся Поттер, прежде чем они вышли из Института. — И сейчас нет времени его рассматривать. Так, Клэри, мы будем трансгрессировать, но мне нужно, чтобы ты показала мне точку выхода.

— Что мы будем делать? — напрягся Джейс.

— Мы переместимся в пространстве, — ответил ему Поттер. — Не самое приятное, что может с тобой произойти, зато не нужно ехать на метро или такси.

Парни-охотники переглянулись, но больше ни о чем спрашивать не стали, а вот Изабель придвинулась ближе, желая объяснений. Клэри посмотрела в глаза Поттеру, тот несколько секунд будто что-то рассматривал в глубине ее зрачков, а потом кивнул.

— В первый раз может тошнить, — предупредил Малфой. — Ощущения похожи на то, как если тебя протаскивает через узкое отверстие.

Изабель скривилась, но смело сжала предплечье целителя. Клэри ухватилась за ладонь Малфоя. Джейсу и Алеку выпало взяться за руку Поттера, а после маги разом велели:

— Держитесь крепче! — и ухватились друг за друга.

Ощущения были хуже, чем их описание. Но все закончилось настолько быстро, что Джейс лишь успел пару раз моргнуть. И вот они уже стоят в переулке между двухэтажными домами, а не рядом с Институтом. Алек и Изабель повалились на тротуар, тяжело дыша. Джейс остался стоять. Как и Клэри. Та, как с досадой отметил Вейланд, перенесла перемещение лучше него и Лайтвудов. Сделав пару глубоких вдохов, девушка рванула к своему дому.

— Стой! — окликнул ее Поттер.

Затормозить Клэри удалось практически у самой двери.

— Мы идем первыми, — предупредил Поттер. — Эй, охотники, как вы определяете, что перед вами не человек?

— Демоны могут принимать любое обличие, — сказал Джейс. — Выявить их не так просто.

— Ладно, тогда вы тоже за нами, а Клэри — последняя.

Алек хотел было возразить, но Изабель дернула его за руку.

В холле Поттер задумчиво посмотрел на лестницу, несколько секунд потаращился в потолок, а после перевел взгляд на дверь в квартиру ведьмы.

— В этом доме, кроме нас, есть только одно живое существо, не считая грызунов и насекомых, — предупредил маг.

— Это что, какой-то тепловизор? — уточнила Клэри.

— Почти, — ответил маг.

Стоило им сделать шаг к двери, как та распахнулась и на пороге показалась Доротея.

— Мне очень нужны ваши карты таро! — воскликнула Клэри. — Те, что мама нарисовала. Я только посмотрю и сразу верну.

Доротея ничего не ответила девушке, вместо этого перевела взгляд на Джейса и высокомерно заявила:

— С оружием ко мне нельзя. Оставьте все в холле.

— Конечно, — ответил Поттер, отодвигая Клэри в сторону и вставая перед ведьмой. — Только ответьте на один вопрос.

— Какой?

— Зачем вы приняли облик достопочтенной ведьмы? И куда дели настоящую Доротею?

— Что? — выпучила глаза ведьма, но Поттер больше не собирался ни о чем с ней разговаривать. Маг просто шагнул вперед, вынуждая Доротею отступить в квартиру. — Зачем вы вламываетесь…

— Поттер… — прошипел Алек.

— Это демон, — просто ответил ему маг, и сразу же после этих слов ведьма низко зарычала и кинулась вперед. Ее облик поплыл, преображаясь.

Сумеречные охотники потянулись к мечам, но не успели их вынуть. Поттер выбросил вперед руку — и то, что прикидывалось Доротеей, наткнулось, как на стену, на воздух в нескольких сантиметрах от пальцев мага.

— А нападать не надо. Вы на правду обиделись? На правду обижаться не стоит, — назидательно произнес очкарик.

Демон зарычал, попытался вырваться, из-под подола цветастой юбки вытянулся скорпионий хвост, нацеленный на Поттера. Алек ринулся вперед и воткнул меч в грудь ненастоящей ведьмы. В тот же миг демон сдулся, как шарик, и пропал в огненной вспышке.

— А если бы мы оставили оружие… — содрогнулась Изабель. — Это был не какой-то мелкий демон!

— Клэри, ты найдешь карты сама? — спросил Поттер беспечно, будто не его только что чуть не разорвал демон.

— Да! — спохватилась девушка и кинулась в другую комнату.

Через несколько секунд она вернулась с колодой карт и принялась их перебирать, пока не обнаружила Туз Чаш.

— Это она! — воскликнула Изабель.

— Кубок Смерти, — благоговейно выдохнул Алек.

Вдруг откуда-то с улицы раздался шум.

— Уходим, — велел Поттер.

В этот раз все схватились друг за друга без напоминаний и страха.

* * *

— Что-то происходит! — заявил вернувшимся Саймон, стоило им войти в холл.

— Что именно? — насторожился Джейс.

— Вокруг Института воют собаки, — ответил примитивный.

— И что в этом такого? — отмахнулась Скитер, появляясь на лестнице. — Мы в большом городе…

— Это оборотни! — разом все поняли Изабель, Алек и Джейс.

— Люк? — удивилась Клэри. — Люк ведь оборотень?

— Земли Института священны! — покачал головой Алек. — У нас Соглашение с Нижним миром.

— Значит, скоро узнаем, что происходит, — пожал плечами Поттер. — А пока ждем… у вас тут есть какая-нибудь еда?

* * *

Джейсу совершенно не нравились пришлые маги, но их предводитель был прав в одном: спешить было некуда. Институт защищен, в него не войти просто так. И вряд ли обитатели Нижнего мира рискнут напасть, нарушая Соглашение.

Во время обеда, готовил который Поттер при помощи магии, а потому еда, в отличие от стряпни Изабель, получилась не только съедобной, но еще и вкусной, Клэри продемонстрировала то, как именно был спрятан Кубок. Девушка вспомнила, что и она, и ее мама обладали одной уникальной способностью, о которой мало кто знал. Они могли манипулировать пространством. Это Клэри и продемонстрировала, когда сунула руку прямо в карту таро и вытащила из нее, как из ящика, Кубок.

— Теперь ясно, почему Валентину нужна была или твоя мама, или ты сама, — сказал Джейс. — Я не видел никого, кто умел бы что-то подобное. Если бы даже Валентин нашел карту сам, он бы не смог извлечь из нее Кубок.

— Но теперь мы в опасности, — напомнила всем Изабель. — Мы нашли Кубок. И скоро об этом узнает Валентин. И он попытается проникнуть в Институт, чтобы добыть его. И он потребует у нас Кубок в обмен на миссис Фрэй. И Клэри будет готова на этот обмен.

— Я… — вымолвила Клэри.

— Ты только сегодня узнала о существовании Сумеречного мира, — примирительно напомнила Изабель. — И вряд ли тебе так уж резко стал дорог и наш мир, и мы. Уж явно мама тебе важнее. Валентин этим воспользуется.

Клэри склонила голову.

— Это нормально, — отмахнулась Изабель.

Алек не был с ней согласен, но промолчал. Джейс же думал о том, что не может сказать, как бы сам поступил на месте Клэри.

— А воя больше не слышно, — попытался разбить напряженное молчание Саймон.

И, будто в ответ на его веселый тон, через Институт прошла вибрация.

— Кто-то прошел через портал! — воскликнула Изабель.

— Но когда прошли эти, мы ничего не ощутили, — вспомнил Алек.

— Где Ходж? — напрягся Джейс.

И маги, и охотники сорвались из-за стола и ринулись в лазарет, где все это время оставался привязанный Ходж. Но его там не оказалось, а Рита Скитер, которая вернулась наблюдать за ним после обеда, лежала на полу без сознания. Очки женщины, переломанные пополам, валялись в стороне.

— Что случилось? — потребовал ответа Поттер, приведя женщину в чувство заклинанием.

— Ходж… он меня обманул, — простонала Скитер.

— Он сбежал? Или кого-то впустил? — спросила Клэри и закусила губу.

— Скоро узнаем, — ответил ей Поттер. — Кубок… — Он указал на чашу, которую Клэри прижимала к себе. — Спрячь его.

Сам же маг хмуро пристукнул волшебной палочкой по очкам, от чего те блеснули, и произнес:

— Исходим из вероятности вторжения. Вам помогать с этим или сами?

— Помогать, — недовольно ответил Алек. — Если это Валентин… Если Ходж ему помогает. Мы не справимся.

— Вызвать подмогу?

— Поздно.

— Ладно. Тогда готовьтесь и идем встречать гостей.

* * *

Ситуация была нестандартной, но и не такой уж плохой. Гарри оценивал собственные шансы достаточно высоко, даже учитывая здешний мир и наличие в нем демонов.

Он сбросил куртку, сковывающую движения, на руки Клэри и посоветовал девушке:

— Не только спрячь Кубок, но и сама спрячься. Если увидишь маму, то ни при каких обстоятельствах не приближайся к ней, даже если она будет выглядеть как обычно и звать тебя. Если все же решишь выйти, то убедись, что перед тобой знакомый человек. Тут не нужна магия. Просто спроси то, что можете знать лишь вы двое.

После этого, велев Рите и маглу не вмешиваться, Гарри вместе с охотниками и Драко отправился осматривать Институт. Ходжа нигде не было, но здание начало потряхивать, а откуда-то сверху раздался гул.

— Купол! — сообразила Изабель. — Кто-то открыл купол! И… что-то еще происходит. Институт не в безопасности!

— Вы справитесь наверху? — спросил он, взглянув на близнецов. Те быстро кивнули. — Малфой, сходи с ними.

Драко скривился, но потопал вверх по лестнице.

— Идем в библиотеку, — предложил Поттер Джейсу.

* * *

Клэри не знала, где именно спрятаться. Она завернулась в куртку мага и нервно осмотрелась. Она стояла среди подземелий Института, и каждый порыв ветра вызывал у нее нервную дрожь. Запасной стилус, найденный для нее Изабель еще перед походом за Кубком, казался бесполезным сплавом металла и кристаллов, как и нож, который девушка сжимала в руке.

Вдруг откуда-то раздался скрежет и шорохи. Клэри прижалась к стене и затаилась. В коридоре вытянулись опасные тени, раздалось чье-то шипение. Клэри приготовилась отбиваться, когда увидела Люка.

Он был без очков и казался выше обычного, хотя шел сгорбившись и принюхиваясь.

— Люк? — невольно позвала девушка.

— Клэри? — недоверчиво переспросил мужчина.

Он сделал шаг вперед, но Клэри выставила перед собой нож и хмуро спросила:

— Что сказал мне дядя Люк наедине, когда мы впервые встретились?

Люк растерялся лишь на миг, а потом ответил:

— У тебя волосы как тертая морковка.

Девушка облегченно выдохнула и хмуро спросила:

— Зачем ты пришел?

— Тебя ищет Валентин. Я пришел помочь.

— Помочь захватить Кубок? Или меня?

— Нет! — воскликнул Люк. — Клэри, ты должна понять. Я тогда так сказал, чтобы защитить вас. Вы обе дороги мне! Я не причинил бы тебе вреда. И только вчера я говорил твоей маме, что нужно все рассказать, а не водить тебя к Магнусу Бейну.

— Кто здесь упомянул Магнуса Бейна? — раздалось с другой стороны. Люк и толпа мужчин и женщин за его спиной разом зарычали, наполовину превращаясь в волков. А из тени, танцующей походкой, вышел верховный маг Бруклина собственной персоной.

— Бейн, — взрыкнул Люк. — Как ты попал в Институт?

— Так же, как и вы, через тайный… почти тайный проход, — пропел маг. — Клэри… Что произошло?

— Мама пропала, — ответила девушка, не представляя, как себя вести с магом, неизменно появлявшимся в ее жизни раз в год.

— Это многое объясняет. Она предполагала что-то подобное.

Бейн поднял ладонь, пальцы его подрагивали.

— Происходит вторжение, — произнес он хмуро. — В Институт призвали демонов.

— Нет! Не может быть! — зароптали оборотни.

— Твой блок… — нахмурился маг. — Его нет. И… тут есть еще маги?

— Да, — ответила Клэри. — Они друзья.

Магнус Бейн вздернул бровь, но ничего больше не сказал. Лишь отодвинул Клэри с дороги и первым пошел вперед по подземельям.

* * *

В библиотеке царил разгром, портал освещал все голубоватым свечением, а за столом, прямо перед фигурой ангела стоял мужчина в черном и взирал на что-то на полу. Когда Гарри и Джейс вошли, сумеречный охотник обернулся, и не осталось сомнений, что это Валентин. Старше, суровее, чем на фото, но он. Джейс вздрогнул и отступил на шаг.

— Добрый вечер, — улыбнувшись, сказал Гарри. — Вы решили заглянуть на огонек, мистер Моргенштерн?

Валентин на миг растерялся, глядя на Поттера, но после перевел взгляд на Джейса и позвал:

— Джонатан…

Вейланд сделал шаг назад.

— Сын…

— Я не ваш сын, — выдохнул парень, голос его дрогнул.

— Тебе соврали, — вкрадчиво произнес Валентин, косясь на Гарри. — Ты сумеречный охотник. Неужели ты поверил какому-то магу?

Оскорбление не было произнесено, но подразумевалось. Гарри пожал плечами и двинулся в обход Валентина, пытаясь рассмотреть то, чего не было прежде на полу библиотеки.

— Какой-то маг — я, а пентаграммы призыва демонов на полу выкладываете вы, — ухмыльнулся Поттер, поднимая волшебную палочку лишь на пару сантиметров.

— Не приближайся! — рявкнул Валентин.

— Ладно, — согласился Гарри. — Мне это и не надо.

Поттер взмахнул палочкой, чистой силой сметая воткнутые Валентином в паркет пики и мечи.

— Нет! — взревел отступник. — Нет!

— Мне его связать или вы сразитесь в красивом бое на мечах? — спросил Гарри у Джейса.

Валентин схватил один из мечей и понесся на Поттера.

— Ясно, связываем, — произнес Гарри, даже шага назад не сделав, и взмахнул палочкой. Из кончика вырвался сияющий змей, пронесся через комнату, рассыпая искры, и обвил Валентина поперек тела.

— Дракон? — только и спросил Джейс, наблюдая за тем, как Валентин пытается удержаться на ногах.

— Мои дети любят яркие представления, — пожал плечами Поттер. — А тут и сказочно, и практично.

— Показушник, — сложив руки на груди, фыркнул Джейс.

Гарри ухмыльнулся в ответ и подул на кончик волшебной палочки.

Шум, раздавшийся и сверху, и снизу, смахнул с мага и охотника расслабленность.

— Вверх или вниз? — спросил Джейс, вынимая из ножен парные мечи.

— У меня сложные отношения с подземельями, — поморщился Гарри.

— Ладно, — кивнул сумеречный охотник. — Тогда я вниз.

Поттер, кинув на Валентина еще одно связывающее и, заодно, оцепеняющее заклинание, поспешил вверх.

* * *

— Столько шума из-за трех человек, — покачал головой Малфой, наблюдая за тем, как Алек и Изабель заключают пойманных отступников в кандалы внутри небольшой камеры из толстых металлических прутьев.

— А еще сотен демонов, которых они впустили в Институт, — напомнил Алек.

— Вы справитесь дальше сами? — уточнил Гарри, заглядывая в комнату.

— Да, мы сообщили родителям, — ответила Изабель.

— Твоя куртка, — прошептала Клэри, подавая Поттеру его вещь.

— И ни одной дырки, — усмехнулся он, накидывая куртку на плечи. — С тобой все будет в порядке?

— Да, — заверила Клэри. — Обо мне позаботятся. И мы нашли маму.

— Он сглупил, что принес ее в Институт. Теперь у него нет рычага давления на тебя.

Они вышли из комнаты и направились в библиотеку. Там, тихая и безмятежная, спала на диване мама Клэри.

— Она будто Спящая красавица, — вздохнула Рита, стоя над диваном.

— Вы знаете магловские сказки, мисс Скитер? — спросил Гарри.

— Да, знаю, — гордо ответила журналистка. — И знаю, что по истории сказки разбудил красавицу поцелуй истинной любви.

Клэри невольно обернулась к Люку, который сидел на полу у высоких окон и с грустью смотрел на статую ангела.

— У нас мало времени, — вытащив из кармана часы, пробормотал Гарри и нахмурился, заметив что-то твердое в одном из карманов. — Клэри…

Девушка шагнула ближе, прижала руку к груди Поттера, не давая ему заглянуть во внутренний карман.

— Так будет лучше всего, — шепнула она.

Гарри оттянул девушку от дивана, повел ближе к распахнутому порталу.

— Но ведь им нужен К…

— Он приносит больше вреда, чем пользы, — хмуро произнесла Клэри.

Гарри подумал несколько секунд, а потом сказал:

— Ладно. Только…

Он засунул пальцы в карман на рукаве и вытащил оттуда тонкую белесую нить.

— Смотри, — сказал волшебник, медленно наматывая нить на палец Клэри. — Пока она видима, но после исчезнет. Ты не будешь ее чувствовать. Но она будет здесь. Не бойся потерять. Если ты решишь, что… эту вещь нужно вернуть, представь, что распутываешь нить и наговори сообщение. Я не уверен, что оно дойдет, так что… постарайся проделать это возле портала. Я приду. Может быть, не сразу, на той стороне есть условия о том, как часто можно открывать проход.

— Все сработает, — заверила Клэри и, чуть помедлив, потянулась за стилусом. — Можно?

Поттер кивнул, и девушка медленно вывела у него на запястье руну, что вдруг возникла перед ее внутренним взором.

— Это руна связи. Она померкнет со временем, но если не сработает нить, то руна дотянется, — сказала Клэри, рисуя туже руну и себе.

— Уже уходите? — довольный, спросил Алек, войдя в библиотеку. Следом показались Изабель, Джейс и Саймон, волосы которого были обожжены с одной стороны.

— Да, — согласился Поттер. — Где Малфой?

— Тут я, — проворчал Драко, входя в библиотеку впереди Магнуса Бейна. — Я помню, что времени мало. Лишь бы все получилось.

— Я был рад познакомиться, — улыбнулся Саймон, подскочил к Гарри и обнял его. Клэри сделала то же самое. Сумеречные охотники переглянулись, но лишь Джейс одарил троицу магов кивком.

— Спасибо, — добавил Вейланд. — За все.

— Как жаль уходить, — вздохнула Рита. — Как у вас тут интересно. Только бьют больно.

Она починила свои очки, смыла кровь и выглядела даже лучше, чем утром.

— Удачи, Клэри! — сказал Гарри рыженькой девушке и добавил, переведя взгляд на Джейса: — Береги ее.

В следующий миг маги ощутили, как их поддевает за нутро огромный крюк и тянет прямо в портал.

* * *

Из шести каминов вынырнули все участники. И лишь в седьмом пламя еще не погасло. Помона Спраут до боли сжала руку Ксено и спросила шепотом:

— А если?.. Меня же…

И в этот миг пламя погасло, а из камина кубарем выкатились три полностью мокрых мага.

— Мистер Поттер! — вскричала профессор. — Мистер Малфой. Риточка!

— Тьфу ты, опять мокрые, — проворчал Драко, пытаясь подняться.

— Зато вернулись и вовремя, — напомнил ему Гарри.

— Ох, моя спина, — простонала журналистка и тут же выдохнула еще громче: — Мои очки!

— Все вернулись! — радостно провозгласил мистер Лавгуд.

— Ага… — пробормотал Поттер, вставая и вынимая из кармана карту таро. Он боялся, что она промокнет и как-то испортится, но бумага оказалась суше его собственной одежды. Стоило перевернуть карту рубашкой вверх, как по полу, звонко подпрыгивая, заскакала небольшая золотая чаша.

— О, мистер Поттер, — погрозила магу пальцем Гризельда Марчбэнкс. — Да вам нельзя участвовать в таких соревнованиях! Пока мы искали какие-нибудь камни, ветки, похожие на мечи… Вы принесли самую настоящую чашу! Она даже похожа на ту самую, чашу Хельги Хаффлпафф. Только ручек не хватает.

— Да… похожа, — согласился Поттер, поднимая с пола Кубок Смерти, в его мире изменивший форму и ставший полностью золотым.

— А еще он у нас миры при любом удобном случае спасает… — проворчал Малфой. — И рекорды бьет. Спасение мира за семь часов!

Многие захохотали, решив, что Драко шутит.

— Профессор, — сунув пустую карту в карман, обратился Гарри к Спраут. — Я забираю картину с подсолнухами в Отдел Тайн.

— А… Ну… Да… — промямлила профессор. — Только…

— Там были не подсолнухи на самом деле, — за Помону ответил Ксено Лавгуд, подходя к камину и снимая с него картину. — Вот.

— Тем более, — ответил Гарри, рассматривая изображение. Он узнал картину. Такая же, но со спокойным, а не пугающим фоном, висела в библиотеке Института.

— И кто же победил? — спросила Луна, привлекая всеобщее внимание.

Гарри никого уже не слушал. Забрав и чашу, и картину, он поспешил прочь. Нужно было добраться до собственного кабинета в Отделе Тайн и спрятать части другого мира в личный сейф. И поскорее.

Американское название книги «Гарри Поттер и философский камень» (англ. Harry Potter and the Philosopher's Stone) — «Гарри Поттер и колдовской камень» (англ. Harry Potter and the Sorcerer’s Stone).

Сиреневый туман воспоминаний

Фандом: Гарри Поттер

Персонажи: Гилдерой Локхарт/Сибилла Трелони, Драко Малфой, Рита Скитер, Гризельда Марчбэнкс

Рейтинг: General

Жанр: Флафф, Драма, Пропущенная сцена

События: Времена Мародеров, ПостХогвартс

Предупреждения: ООС, AU

Серия: Клуб приключений #3

Аннотация: Что может связывать Сивиллу Трелони и Гилдероя Локхарта?

Доп.задание: Работа должна заканчиваться словами:

«На подоконнике остывал чай. Она надела свитер. Всё, что можно, уже случилось».

(Допускается изменение порядка слов в предложениях концовки и вставка дополнительных слов)

Шторы были задернуты, но сквозь цветные полотнища в круглую комнату все равно проникал свет, окрашивая все яркими пятнами. Глядя вокруг, Сивилла Трелони не могла не думать о том, что сидит в самом центре стаи бабочек, крылышки которых трепещут от любого порыва ветра. И ее жизнь была столь же эфемерна и обманчива, как эти несуществующие бабочки. Сейчас все кажется сказочным, но что будет, если раздернуть шторы? Старая комната, вытертые ковры, выгоревшая обивка кресел и подушек и толстый слой пыли повсюду: на чашках, чайниках, хрустальных шарах.

После войны прорицательница осталась в школе. Иного дома она не знала. И даже продолжала вести факультатив. Но ее занятия выбирали редко. Нынешний третий курс полностью проигнорировал прорицание, в прошлом году записалось только двое студентов.

Иногда Сивилла думала о том, чтобы все бросить, уехать. Найти себе тихое местечко в какой-нибудь магловской деревушке. А в другое время душа требовала приключений, но профессор поскорее заталкивала такие желания подальше. Но три дня назад, наслушавшись рассказов Поппи Помфри, Трелони не выдержала и рискнула: написала письмо в редакцию «Придиры». И даже отправила, а не кинула заляпанный чернилами конверт в камин.

— Да они просто не разберут мой почерк, — убеждала себя женщина. — У меня так дрожала рука… Ничего, я просто попыталась.

Посидев еще немного, предсказательница поднялась и перешла в свои личные покои, прятавшиеся за несколькими слоями ткани. На Шотландию постепенно опускались осенние тени, покрывая леса на горных склонах золотыми и алыми вуалями. Дожди смывали летние краски, наполняя воздух густым ароматом хвои, пожухлой травы и озерной воды. В такое время Сивилла любила сиживать на подоконнике в своей комнате и осознавать, что маги и сам замок — лишь гости в этом вечном краю гор, великого леса и древнего озера. Ей даже порой казалось, что она видит будущее, в котором от Хогвартса не останется и камня на камне, а все вокруг поглотит Запретный лес. С некоторых пор это не пугало.

Заглянув в шкаф, волшебница оглядела полки, пытаясь решить, что надеть. Она собиралась прогуляться вокруг замка и не хотела замерзнуть под затянутым серыми тучами небом. Взгляд привлек старый сиреневый свитер. Сивилла не могла вспомнить, с каких пор хранила его среди своих вещей. Кажется, она купила его еще в бытность школьницей? Или он появился в тот дурацкий год, когда она вздумала жить обычной жизнью? Обычная жизнь включала мужа, дом и желание родить ребенка. Но ничего не вышло. Хозяйство Сивилла вести не умела, быть женой не хотела, а дети снились ей в кошмарах. Развод случился так же быстро, как и замужество. Сейчас волшебница не сумела бы вспомнить даже имени человека, с которым несколько недель делила постель.

Взяв свитер в руки, Сивилла осторожно сжала мягкую пряжу. От одного вида становилось теплее, но свитер был слишком ярким, а волшебница вот уже тридцать с лишним лет предпочитала не выделяться.

— Перестань! — вдруг велела она себе. — Думаешь, кто-то тебя осудит, если позволишь себе одно яркое пятно?

Постояв еще немного, волшебница сдернула очки и натянула на себя свитер. Тот оказался огромным, мягким и ужасно теплым. На миг даже почудилось, что она вот-вот вспомнит, когда надевала его в последний раз, но ничего не произошло.

Оглядев себя в зеркале, профессор со вздохом признала, что свитер красивый, но на ней висит таким же мешком, как и любая другая одежда. А в сочетании со старой юбкой, рисунок на которой давно превратился в нечитаемые блеклые завитки, и черными мужскими ботинками смотрится такой же невзрачной тряпкой.

Вздохнув, Сивилла хотела было уже содрать с себя свитер, как сквозь щель в окне в комнату проскочило что-то изумрудно-зеленое.

— Что? Что это? — пискнула волшебница, прижимаясь к дверце шкафа.

Нечто зеленое оказалось письмом, которое очертило по комнате круг и застыло перед Сивиллой. Сургуч треснул, письмо развернулось и заговорило ядовитым голоском Риты Скитер:

— Добро пожаловать в мир приключений с Клубом приключений, участник! В этот раз вам предстоит подготовиться к квесту заранее. У вас ровно пять минут, чтобы взять с собой пять ингредиентов, которые вы бы использовали при варке зелий.

— Что? — опешила Сивилла. — Какие еще зелья?

— Вы можете использовать все, что найдете за этот промежуток времени, но вам нельзя аппарировать и просить у кого-либо помощи. Когда время закончится, успейте сжать в руке портал. — Из письма на пол вывалился маленький черпак. — То, выиграете вы или проиграете, зависит только от вас. Время пошло!

Несколько секунд волшебница стояла неподвижно, пытаясь осознать, что только что произошло. А громовещатель, обратившись в небольшие песочные часы, завис в воздухе немым укором ускользающего времени.

— Но… Нет! Я не буду участвовать! — быстро замотала головой Сивилла. — Какие еще зелья?

А несколько секунд спустя кинулась обыскивать комнаты и учебный класс, пытаясь найти хоть что-то, что можно было бы назвать ингредиентом для зелья.

— У меня ничего нет! — вскричала волшебница, встряхивая жестянки, где когда-то хранила самые разные сорта чая. — Ничего нет.

— Три минуты! — раздался возглас Риты.

Трелони пронеслась по спальне, сметая с полок книги, и вцепилась в волосы с криком:

— Да что это такое?

Когда до окончания времени оставалась всего минута, волшебница схватила корзинку, где хранила свое вязание, и стала скидывать туда все, что оказывалось под рукой: банку с остатками чая, колоду карт Таро, ароматические палочки и даже бутылку хереса.

— Что пятое? Что пятое? — заметалась Сивилла, ничего не находя. — Ох, нет!

Так и не найдя последний ингредиент, волшебница схватилась за черпак-портал. В тот же миг ее дернуло за пупок и вынесло за пределы башни.

* * *

— Дамы и господа! — усилив голос Сонорусом, обратилась к собравшимся Гризельда Марчбэнкс. — Сегодня, как вы уже поняли, у нас очень необычное задание для вас всех! Мистер Малфой, прошу.

Сивилла судорожно огляделась. Она очутилась на лугу недалеко от хогвартского квиддичного стадиона. Здесь на довольно большом расстоянии друг от друга стояли столы, наполненные зельеварческим оборудованием: котлы, горелки, разделочные доски, ступки, лопатки, палочки, ножи и черпаки для помешивания.

— Прошлое соревнование организаторским произволом… — Малфой с довольной улыбкой посмотрел на собравшуюся толпу, — выиграла наша команда. Гарри Поттер решил не принимать участия в следующем туре, так что подготовить задание взялись мы с мисс Скитер.

Журналистка выпорхнула из толпы и стала рядом с бывшим студентом Сивиллы.

— И мы решили, что будет просто замечательно провести маленькое зельеварческое соревнование! — продолжил Малфой. — Правила очень просты: вы разделитесь на пары и попробуете за час сварить зелье из тех ингредиентов, которые вы взяли с собой.

— Да вы шутите, — недоверчиво произнесла Молли Уизли, у которой из ведра торчала ботва моркови и свеклы. — Ваш громовещатель застал меня прямо в огороде. У меня тут нет ингредиентов для зелий!

— В том и особенность нашего задания. Все мы маги. Мой учитель, помогавший мне подтянуть знания для получения мастерства, как-то заявил, что истинный творец даже из воды и песка сможет создать какое-нибудь зелье.

Маги на лугу переглянулись. Многие задавались немым вопросом, не шутят ли организаторы.

— Это будет очень интересно! — заверила всех мадам Марчбэнкс. — И я, учитывая мой опыт, вынуждена самоустраниться.

— Боитесь проиграть, мэм? — усмехнулась Рита.

— Помню, в юности я умудрилась сварить кашу из топора. Уж с зельем я бы справилась! — уверенно ответила пожилая колдунья, отходя в сторону. — А остальным я могу лишь пожелать удачи!

— А как мы будем делиться? — спросил Невилл Лонгботтом.

— Вы можете сами выбрать себе компанию, — предложил Малфой. — Но учтите, что инструкция на всех одна, и вам нужно будет использовать все ингредиенты!

Маги начали осматриваться, пытаясь определиться. Молли Уизли за локоть притянула к себе дочь Джинни, Нарцисса Малфой подошла к Андромеде Тонкс, Луна Лавгуд улыбнулась Невиллу, прижимавшему к груди переломанную пополам соломенную шляпу. Августа Лонгботтом бесцеремонно оттеснила от Помфри и МакГонагалл Помону Спраут. Сивилла Трелони вертела головой и не знала, кого выбрать. И выберет ли ее кто-нибудь. Знакомые и незнакомые маги быстро разбивались на пары и расходились к столам. Вскоре в стороне осталась лишь прорицательница и какой-то маг, облаченный во все черное. За спинами других волшебница его сначала не увидела, а потом никак не могла узнать со спины. Но вот он обернулся, осознавая, что другие уже нашли себе компаньона, и Сивилла вздрогнула, увидев его лицо.

О нем снова начали говорить семь лет назад. Но теперь не было толп поклонниц, засыпавших его мешками любовных писем; его книги печатались только в черных обложках с вытесненными серебристыми буквами, а в газетах вместо колдофото на половину разворота печатали статьи магловских критиков и отзывы читателей.

За столом в Большом зале Сивилла иногда слышала разговоры коллег о нем. Поппи знала больше других и нередко развеивала многочисленные слухи.

Он не вспомнил себя и свою жизнь до заклинания Забвения. Несколько лет проторчал в Мунго, даже успел прямо в палате написать какую-то дурацкую книжку, полную предположений о собственной личности на основе собственных же книг, а потом выписался и уехал куда-то. Вернулся совсем другим.

Он перестал улыбаться, ненавидел позировать фотографам, носил только черное, говорил так, будто постоянно скорбит о какой-то потере. А еще он написал несколько мрачных ужастиков, прославивших его имя. Снова. Но теперь он стал популярен и у маглов.

— Мистер Локхарт, — едва слышно вымолвила Сивилла.

— Здравствуйте, — произнес мужчина как-то устало. — Значит, мы с вами…

— Да-а, — заикаясь, выдохнула Сивилла. — Как я понимаю.

— Тогда пойдемте, — позвал Гилдерой, трагично вздохнув. — Это будет весело.

Сам он веселым не выглядел.

— Мы были с вами знакомы прежде, мисс?.. — спросил волшебник, когда они заняли место у последнего стола.

Сивилла нервно оглядела все, что организаторы приготовили для соревнования, и тяжело вздохнула. В школьные годы зелья ей совершенно не давались, а после она, если что-то и смешивала в какой-либо посуде, то сливки с чаем и мороженое с джемом.

— Э… Сивилла Трелони. И… Мы не были знакомы. Ну… может, немного, — произнесла она тихо. — Мы учились в Хогвартсе примерно в одно время. Ну и… вы же работали здесь год…

— Да, мне рассказывали, — трагично вздохнул Гилдерой. — Но я ничего этого не помню, совершенно. Мы с вами дружили?

— Дружили? — переспросила прорицательница нервно. — Нет! Мы почти не разговаривали!

Сивилла плохо помнила школьные годы. С ней что-то произошло перед самым выпуском, но женщина никому об этом не сказала. Однажды она просто проснулась утром в спальне для девочек Рейвенкло, огляделась и не узнала соседок по комнате. Годы учебы поблекли, истончились, казались редкими грифельными росчерками на тонких листах ломкой бумаги. Но, похоже, девушку и прежде считали странной, так что к переменам в поведении все отнеслись спокойно. Трелони плохо помнила, как училась, совершенно позабыла, какие отношения ее связывали с окружающими, и могла лишь радоваться, что уже сдала все экзамены, ведь изучать книги по магии пришлось бы заново.

Локхарта она тоже забыла. Он учился на год младше и вроде бы ничем не выделялся на общем фоне. Авантюристом, ловеласом, обманщиком и превосходным сочинителем он стал уже после того, как сама Трелони выпустилась и попыталась как-то жить дальше, уже не надеясь вернуть утраченные воспоминания.

— Жаль, — вздохнул маг. — Вы могли бы что-то рассказать о моем прошлом. Я ничего не помню и не вспомню, но целители утверждают, что рассказы о прошлом полезны. Даже если и субъективны.

Сивилла покосилась на мага. Он вел себя совсем не так, как когда-то в роли преподавателя ЗОТИ, казался спокойнее и даже приятнее. Она вдруг поймала себя на том, что успокаивается и расслабляется.

— Дамы и господа! — привлек всеобщее внимание Малфой. — Сейчас вы получите воду, которую будете использовать для приготовления зелья, и инструкцию в запечатанном конверте. Открыть инструкцию вы сможете лишь после того, как мы объявим о начале соревнования.

Под слова молодого мага вдоль столов начали двигаться Ксено Лавгуд и Рита Скитер, расставляя крохотные сверкающие фиалы и раскладывая темно-зеленые конверты.

Гилдерой с любопытством посмотрел на их с Сивиллой флакон и предложил:

— Давайте разложим ингредиенты. Я, если честно, схватил то, что просто под руку подвернулось. Уж не обессудьте.

Трелони невнятно промямлила:

— Да и я тоже… — и начала выкладывать вещи на стол.

К тому, что взяла волшебница, писатель присоединил пачку кофе, шоколадку, полупустую чернильницу, голубиное перышко и половинку от колдографии, на которой от самого Локхарта стались лишь ноги. Трелони постаралась не думать о том, откуда знает, кто изображен на снимке, и выдохнула спокойнее, поняв, что не одна схватила то, что никак нельзя назвать компонентами зелья.

Со своего места маги видели столы остальных и могли оценить старания соперников. Лучше всех оказался подготовлен Невилл, выложивший на стол пучки сушеных трав и какие-то свертки.

— Я как раз разбирался с заготовленными травами, — пояснил он тем, кто смотрел на него с завистью. — Письмо застало меня прямо у шкафов на складе.

— Повезло, — повздыхала Молли Уизли. — А я пропалывала грядку.

Волшебница принесла свеклу, морковь, петрушку, чеснок, яблоко и здоровенный мясистый томат. На столах других попадались и травы, и что-то темное в банках, похожее на флоббер-червей. А у кого-то, вроде Луны Лавгуд, имелась корзинка всякой всячины: букет полевых цветов, банка варенья из одуванчиков, нанизанные на шпагат сушеные сливы.

Сивилла вздохнула и сняла очки, чтобы протереть линзы о подол юбки.

— У вас красивые глаза, — отметил Гилдерой так спокойно и естественно, будто говорил о чем-то незначительном. — Темно-зеленые. Я никогда таких не видел. Ну… я так думаю.

Трелони часто-часто заморгала и поскорее водрузила на нос свои очки.

— Ну а теперь!.. — громко произнес Драко Малфой. — Можно открыть инструкции и приниматься за дело! У вас один час!

Сивилла дрожащими руками схватила конверт и попыталась его открыть. Пергамент скрипнул в пальцах. Волшебница нервно заозиралась, видя, что остальные уже читают рецепт.

— Давайте я, — предложил писатель и мягко вынул у Сивиллы из рук конверт. — Кажется, вы слишком взволнованны.

Волшебница испуганно взглянула на мага, но тот был спокоен и расслаблен, будто происходящее его мало волновало. Он вскрыл конверт и положил на стол между ними лист с инструкцией.

— Наполните котел на 2/3 из фиала с основой, — прочел Гилдерой. — Разожгите горелку. Приступим!

Он четкими движениями скинул черную мантию, оставшись в черных брюках с подтяжками и черной рубашке. После расстегнул манжеты и закатал рукава. Сивилла мялась рядом, сжимая пальцами края свитера.

Со всех сторон слышалось, как остальные наливают жидкость в котлы. Локхарт наклонил над котлом фиал — и вода хлынула, как из крана.

— Неплохо, — отметил Гилдерой скорбно. — Дальше…

— Измельчите в ступке ингредиент А, — сделав крошечный шажок к столу, тихо прочла Трелони и заозиралась. Все остальные раздумывали недолго — в ступку полетело первое, что попалось под руку.

— И что… что такое А? — спросила прорицательница, с мольбой глянув на Локхарта.

Тот пожал плечами и предложил:

— Давайте начнем с кофе. Любое утро лучше, если оно начинается с кофе.

Сивилла по утрам предпочитала чай, но спорить не стала. Она дрожащими пальцами сыпанула в ступку кофейные зерна и принялась остервенело их толочь. Кусочки полетели во все стороны, но женщина не остановилась. Щеки ее пылали от осознания собственной неуклюжести.

— Не так быстро, мисс Трелони, — тихо сказал Локхарт. — Медленнее.

Волшебница смущенно замерла.

— Добавьте ингредиент А в закипающую основу, помешивайте две минуты против часовой стрелки. После этого выставьте пламя горелки на минимум, — ничего не замечая, прочел писатель. — Отлично. Мисс, вы закончили?

— Да-а, — проблеяла Сивилла. — Я все…

— Давайте я буду резать и измельчать дальше, а вы — мешать? — предложил он.

— Ладно, — безропотно согласилась Сивилла.

— Возьмите ингредиент В и разделите на три части. Добавляйте в зелье ингредиент В с промежутками в одну минуту, постоянно помешивая зелье восьмерками по часовой стрелке, — прочел Гилдерой, глядя на то, как прорицательница размешивает кофе в кипящей воде. — Пахнет бодряще.

Сильно бодрым он при этом не выглядел.

— Что будет ингредиентом В?

Трелони закусила губу, осматривая их стол.

— Палочки? — выдавила волшебница неуверенно.

Локхарту, похоже, было все равно. Он открыл картонную коробочку и заглянул внутрь.

— Тут, как раз, три осталось, — сказал он задумчиво и вытряхнул ароматические палочки на стол. — Так, пора уменьшить пламя.

Вскоре в котел полетели палочки. За ними последовал шоколад, который писатель перед этим не столько нарезал, сколько раскрошил. Из котла запахло сладким восточным базаром.

— Это становится интересно, — отметил Локхарт. — Теперь… Ингредиент D нужно бросить целиком и дать опуститься на дно без помешивания. Что используем? Я предлагаю перо.

Сивилла кивнула, уже представляя, какое варево у них с волшебником получится.

— Не смотрите так, — дернул плечом писатель, отпуская глубинное перышко. То медленно приземлилось в самый центр булькающей коричневой жижи.

— Как?

— Как будто вы не верите в то, что, в конце концов, мы сварим какое-то зелье, — ответил Гилдерой и мотнул головой, откидывая назад кудрявую светлую прядь. Этот жест очень напоминал прежнего Локхарта, но взгляд был серьезный, и маг даже не думал улыбаться.

— А мы сварим? — уже в открытую усомнилась Трелони и посмотрела по сторонам. У всех что-то кипело в котлах, у кого-то даже струился ароматный пар. Зелье же прорицательницы и писателя начинало пахнуть так, будто в котел окунули почтовую сову.

— Сварим, — сказал Гилдерой убежденно. — И не думайте иначе!

Сивилла тихонько вздохнула и заглянула в котел. Зелье уже не было шоколадной жижей. Жижа стала серой и какой-то комковатой.

— Теперь… надо что-то снова растереть… — тем временем сказал писатель и цапнул банку с остатками чая. — О, это подойдет!

Трелони закрыла глаза и велела себе верить в удачу, хотя когда-то сдала зелья на экзамене ЖАБА на жалкое «Удовлетворительно».

Потом в котел отправились чернила и порезанная соломкой половина колдографии. Сивилла кусала губы, мешала варево то по часовой стрелке, то восьмерками и дергала свитер за край, пока не оторвала от него кусочек нитки. Повертев сиреневую шерстинку между пальцами, Трелони спросила:

— А вы… куда вы отправились после…

— После Мунго? — догадался Гилдерой. — Мне туда приносили мои книги. Издатель. Думал, это поможет мне восстановиться. И воспользовался моей слабостью и растерянностью. Вы знаете, ту книгу… — Маг брезгливо дернул плечом. — Ее написал не я. Но издатель подсунул мне договор на подпись и присылал ко мне своего помощника с самопишущим пером. Они записали тот бред, что я нес, а потом на его основе, подражая моему стилю, создали книгу. Рассчитывали на то, что одно лишь имя на обложке продаст им тираж.

Сивилла потрясенно взглянула на писателя.

— Да, возможно, я и сам написал бы нечто подобное. Но та подделка не продалась. И издатель решил, что надо меня вытаскивать. Волшебный осел должен бить копытцем, чтобы появлялись новые монетки. Меня выписали не из-за того, что я был достаточно здоров и адекватен, скажу вам правду.

Сверившись с инструкцией, Гилдерой разрезал на части, а после кое-как растер в мелкое крошево карту Таро.

— Меня сначала заперли в моей квартире, выдали чернила, бумагу, перья и стали ждать. А я добрался до своих дневников. А еще до своего тайника, где были деньги. И сбежал. Отправился по следам славы из своих книг.

Локхарт впервые за день улыбнулся, но улыбка была не той, которую Сивилла наблюдала год в Хогвартсе и много раз видела на снимках. Это была улыбка человека, который презирал сам себя.

— Меня обокрали на континенте. Я нищенствовал и приучался жить. Как ребенок, что только встал на ноги.

— Вы теперь совсем другой, — призналась Трелони.

— О, мне об этом часто говорят. Но я себя не помню. И стараюсь не помнить того, каким я был до Забвения. Так… что осталось? Влейте…

Мужчина оглядел стол, Сивилла пристыженно отвела взгляд, когда он взял в руки бутылку с хересом. После войны Трелони почти не пила, но продолжала хранить алкоголь в личных комнатах.

— Влить, — произнес Гилдерой, отвинчивая крышечку, а потом ухмыльнулся и щедро плеснул выпивку в густеющее варево. — Мешайте против часовой стрелки пять минут!

От стола Молли Уизли во все стороны распространялся запах рагу, и это несмотря на то, что Джинни Поттер принесла с собой карандаш, полироль для метел, грязный носовой платок, кусочек мыла и погремушку.

— Время подходит к концу! — крикнула Рита Скитер.

Сивилла сглотнула и изо всех сил пожелала, чтобы у них с Гилдероем что-нибудь получилось.

— Ну и последнее… Последний ингредиент нужно бросить внутрь и выключить огонь! — объявил Локхарт и посмотрел на стол. — А что последнее?

Тут Сивилла с ужасом поняла, что принесла с собой не пять, а четыре ингредиента. Она нервно оглянулась на корзинку, в которую сложила вещи, но та, при всем желании, не пролезла бы в котел. И тут она вспомнила о сиреневой ниточке, которую продолжала вертеть в пальцах. Посмотрев в глаза писателю, женщина подняла руку над зельем и разжала пальцы.

Оба мага склонились над котлом, следя за происходящим. Где-то поблизости раздался взрыв и возмущенный вопль Невилла Лонгботтома, но Трелони и Локхарт не оторвались от созерцания.

— Пять минут! — объявила Скитер.

Зелье в котле булькнуло в последний раз и вдруг начало светлеть. Кусочек пряжи вспыхнул радужными искрами и исчез. А зелье прямо на глазах у пораженных зельеваров стало сначала прозрачным, будто они не скидывали в него последний час все подряд, а после медленно окрасилось в сиреневый с перламутровым блеском.

— Что это? — спросила Сивилла шепотом.

— Кажется, у нас что-то получилось, — констатировал Гилдерой невозмутимо. — Похоже, мы все сделали верно.

— Время вышло! — радостно объявила Рита Скитер.

— Дорогие волшебники и волшебницы, — обратился к собравшимся Драко Малфой. — Если ваше зелье полностью преобразилось, то я вас поздравляю!

Многие зааплодировали. Даже умудренные опытом маги потрясенно рассматривали содержимое своих котлов. Вздыхал лишь Лонгботтом, которого Лавгуд ободряюще похлопывала по плечу.

— И что это такое? — спросила Августа Лонгботтом. — Это какой-то фокус?

— Нет, — ответила Гризельда Марчбэнкс. — Я, признаюсь, не сразу поняла, что происходит. Ах, мистер Малфой, ах вы проказник! Могу я им рассказать?

Малфой вежливо кивнул.

— Перед вами зелье, которое мистер Малфой представил на экзамене на получение мастерства. Это зелье Туман воспоминаний. Его основа похожа на обычную воду, но это не так. Варить зелье может и один человек, но лучше делать это вдвоем, тогда будет достаточно сил, которые приложены в процессе, чтобы зелье получилось. Ингредиенты для зелья обычно выбираются скрупулезно и долго, но, если я ничего не путаю, мистер Малфой, вы же проводили исследования?

— Да, сознательно выбранные компоненты срабатывали хуже, чем то, что маг собрал в ситуации спешки и стресса. Именно поэтому мы разослали громовещатели и ограничили время для сборов.

Собравшиеся волшебники притихли. Каждый вспоминал, что принес в качестве ингредиентов.

— Десять компонентов, добавленных один за другим, в выбранной вами последовательности, ваши мысли в процессе варки, ваша магия и вы сами и создают зелье, — продолжала Гризельда. — В самом конце нужно добавить последний компонент. Если после него над котлом появится сияющий пар, то у вас все получилось. Но… в чем там особенность, мистер Малфой?

— Это зелье позволяет увидеть яркие воспоминания. То, что поблекло, сделает ярче, то, что забылось, — вспомнится. Иногда зелье даже помогает исправить последствия заклинания Забвения.

Локхарт не дернулся, не подался вперед и ни о чем не спросил. Он даже на котел не покосился.

— Вы слышали? — тихо спросила Сивилла.

— Слышал, — ответил тот. — Но я не очень-то хочу вспоминать, каким придурком был. Да и… То заклинание было очень сильным. Едва ли можно восстановить память у того, кто забыл не день, не два, а всю жизнь. Забыл себя.

— А теперь мы проверим зелья, — сказал Малфой. — Победителем будет тот, у кого окажется самое большое облако пара! Ну и бонус… Если захотите, можете проверить зелье на себе. Для этого его нужно вдохнуть.

Маг взял большую пипетку, набрал в нее какую-то красноватую жидкость из непрозрачного фиала и направился к участникам. В каждый котел Малфой капал всего одну капельку реагента и переходил к следующему столу. Сивилла невольно залюбовалась тем, как над котлами один за другим будто наливаются цветные пузыри, а потом лопаются, застывая густым искристым дымком. Их с Локхартом стол был дальше всего, и магам предстояло увидеть чужие результаты, прежде чем узнать свой.

— Ну и последние… — пробормотал бывший слизеринец, когда капнул зелье в котел на столе писателя и предсказательницы. — А теперь…

Договорить молодой человек не успел. Над котлом надулся и с громким хлопком лопнул переливающийся пузырь. Малфой пригнулся и стремительно откатился в сторону. Трелони и Локхарт ничего сделать не успели. Их на миг окутало сиреневым туманом, а после просто раскидало в разные стороны.

— Сивилла! — услышала предсказательница возглас Помфри, прежде чем потеряла сознание.

* * *

Рождение Сивиллы предсказала прапрабабушка. Никто ей не поверил, ведь и дочь, и внучка Касандры родились без дара. Не поверила в это и мать Сивиллы, Патриция, всех магических сил которой хватало на слабенький Люмос. Но, когда прорицательница появилась на свет, никто из ее родни не возгордился этим и не кинулся рассказывать знакомым. Семья скрывала способности Сивиллы, ведь ей было предначертано не только стать великой предсказательницей, но и озвучить пророчество о величайшем темном маге столетия.

Девочку прятали, учили ничем не выдавать свои способности. И у нее это легко получалось, ведь она была очень необычной пророчицей — Сивилла не впадала в транс, не говорила замогильным голосом и помнила свои видения. А видения были короткими секундными вспышками о будущем.

В Хогвартсе никто и не догадывался, что юная волшебница — прорицательница. Даже учителя считали ее средненькой ведьмой со странностями: Сивилла то и дело отвлекалась, путалась в словах, могла забыть, что сказала секунду назад, и то и дело терялась в пространстве. Не удивительно, что на факультете у мисс Трелони толком не было друзей. Да и одевалась она не как остальные девчонки, постоянно носила магловские джинсы и растянутые свитера, из-за которых казалась еще тоньше, чем была на самом деле.

Сивилла была на третьем курсе, когда в Хогвартсе появилась Лили Эванс, и их тут же начали сравнивать, находя в рейвенкловке недостатки. Трелони нравились ее зеленые глаза и рыжие волосы, и она не завидовала другой девочке, но ее доставали постоянные шепотки за спиной. Внимание не злило, оно мешало скрывать тайну. И Сивилла решила превратить себя в еще более странную особу, чем прежде: она обзавелась огромными роговыми очками, закрутила волосы в безумное рыжее афро и стала носить вещи настолько психоделических цветов, что как-то раз один из хаффлпаффцев, которого девушка встретила в коридоре, упал в обморок.

А потом в жизнь Сивиллы ворвался он. Мальчик, что однажды подсел к ней в гостиной и спросил, почему она носит такие странные вещи. И почему прячет красивые глаза за очками с простыми стеклами. Мальчик, однажды просто так подаривший ей огромный сиреневый свитер.

Гилдерой был веселый, милый, обожал придумывать смешные истории и совсем не обижался, если Сивилла пыталась его прогнать. Сначала они дружили — Трелони помогала младшему с уроками, он веселил ее в минуты грусти — а потом все как-то само собой переросло во что-то большее.

Сивилла влюбилась. Влюбилась впервые в жизни. И сначала все было хорошо. Молодые люди проводили все свободное время вместе, даже строили какие-то планы на будущее. Но они были разные, они были противоположностями, и порой Трелони не могла не думать об этом. Она сама настолько сторонилась людей, что просто не умела ни с кем общаться, а Гилдерой легко сходился даже с первыми встречными. Она была тихой, а он шумным и веселым. Ее обходили стороной, а его вечно норовили окружить как сокурсники, так и ребята старше или младше.

Каждый день Сивилла страшилась услышать слова о расставании и еще больше страшилась собственных видений. Близился ее выпуск, Локхарту предстояло остаться в Хогвартсе еще на год. Трелони изнывала от ревности и чувства собственного несовершенства. Ей снились кошмары, а реальность представала, будто отражением в кривых зеркалах, где она была серой маленькой мухой, а Гилдерой, окруженный толпой поклонников, сиял в круге яркого света и улыбался ей с издевательским превосходством.

Та роковая ночь случилась за несколько дней до окончания учебного года. Сивилла ложилась спать без сил, голова ее трещала от переполнявших девушку сомнений и переживаний. Уснула выпускница после нескольких часов метаний на влажных простынях. И ей приснился то ли кошмар, то ли будущее, но утром она встала в полной уверенности, что Гилдерой очень скоро ее бросит. Сивилла была сама не своя все утро, но держалась. А потом Локхарт не пришел на обед, не явился на назначенную вечером встречу в Библиотеке, и девушка ощутила, как разваливается на куски.

Сивилла отправилась искать парня, не нашла, ушла спать в полной истерике, а утром Гилдерой сел рядом и улыбнулся так, будто ничего не случилось. Девушка начала задавать вопросы, и парень отвечал, но она видела, что он врет. Талантливо и изобретательно врет.

Вскочив, она почти выволокла его из Большого зала, дотащила до первого пустого класса и потребовала объяснений. Но прежде, чем Гилдерой успел сказать хоть слово, Сивилла погрузилась в очередное видение: любимый сидел на лавочке в коридоре Хогвартса и что-то ласково нашептывал на ухо одной из тех девчонок, что призывно поглядывали в его сторону все это время.

Именно тогда все и случилось. Трелони сдернула очки, заплакала и в сердцах крикнула:

— Будь ты проклят! И пусть будет проклят мой дар!

Их нашли лишь к вечеру. Не обнаружили никаких повреждений и перенесли в спальни. А утром Сивилла ничего уже не помнила. Она забыла, как проклинала и себя, и Гилдероя. Она забыла почти все о годах учебы в Хогвартсе. И с тех пор она перестала быть великой предсказательницей. Видения больше не являлись к ней практически каждый день. Ее дар ослаб. И за тридцать лет она озвучила всего два, хоть и судьбоносных, предсказания.

Гилдерой тоже все забыл, забыл ее и стал тем, кем виделся Сивилле в ее кошмарах: самовлюбленным выдумщиком, обманщиком и ловеласом.

— Сивилла! — услышала предсказательница, приходя в себя. — Милая! Сивилла! Ну же, девочка!

Трелони открыла глаза и посмотрела на склонившихся к ней Минерву и Поппи.

— Ох, она очнулась! — сказала Помфри куда-то себе за спину.

Сивилла попробовала сесть и нервно дернула рукой, не ощущая на носу очки.

— Что… что случилось?

— Вы потеряли сознание, милочка, — сообщила ей Марчбэнкс. — И мистер Локхарт тоже. Мистер Малфой, что это было?

— Я впервые такое вижу, — ответил молодой человек. — Но мой наставник предупреждал, что нужно быть осторожнее… Профессор Трелони, а вы когда-нибудь теряли воспоминания?

Сивилла сглотнула и попыталась рассмотреть из-за спин магов Гилдероя. Он сидел на земле, дезориентированный и потерянный. Обведя волшебников взглядом, он уставился на Сивиллу и вдруг сказал в наступившей тишине:

— Я все забыл. Все, кроме сиреневого цвета. Виви…

Сивилла не выдержала. Она вскочила и побежала прочь. Ее звали, но она не откликалась и даже не оборачивалась. Она бежала так быстро, как не бегала даже в юности. Она использовала все известные ей тайные проходы и лестницы, чтобы поскорее добраться до Северной башни, а там заперла двери на все известные ей запирающие, не замечая того, какая мощь рвется из волшебной палочки. А после, всхлипывая, забралась на кровать, накрывшись с головой одеялом.

* * *

Она собиралась плакать и жалеть себя до скончания жизни. Но уже через несколько минут откинула одеяло, утерла слезы жесткой ладонью и вскочила. Забегала по спальне, выкрикивая стенам:

— Да! Я сделала это с собой сама! И с ним — тоже! Да, я виновата! И что?! Что мне теперь делать?! Я ничего не могу исправить! Время назад не отмотать! А тогда мне было семнадцать. И он… он тоже виноват!

Звон браслетов и цепочек бесил, и Сивилла с воплем начала сдирать с себя все: украшения, одежду, белье. Ботинки подбитыми воронами разлетелись в разные стороны.

Замерев голая посреди комнаты, предсказательница невольно посмотрела на себя в ростовое зеркало. Она в него практически не смотрелась: с рамы вниз свисали наброшенные когда-то тонкие шелковые шарфы, и отражение вышло цветастое и размытое. Сивилла крутанулась на месте и скривилась. Годы не прибавили ей красоты. Она так и осталась худой и жилистой, только теперь еще и горбиться начала.

— Выпрямись! — велела себе Сивилла и последовала собственному совету, а после закрыла лицо руками и заплакала.

Она оплакивала свою жизнь, оплакивала то, что натворила. И оплакивала то, что уже никак нельзя вернуть.

Размазывая слезы по щекам, волшебница отправилась в душ. Долго стояла под жесткими струями, не замечая, как потускневшие за годы волосы вновь наливаются яркой рыжиной, как исчезают жесткие, трагичные складки меж бровей и разглаживаются морщины. Вода будто смывала маску, которую Сивилла сама себе придумала и позволила намертво прирасти к коже.

Выйдя из душа, не замечая собственной наготы, предсказательница волшебной палочкой вскипятила воду в чайнике. Через несколько минут по комнате поплыл успокаивающий, теплый аромат чая с шалфеем. Вдохнув его поглубже, Сивилла наполнила чашку и перенесла ту на подоконник. Ей предстояло о многом подумать и хоть что-то для себя решить.

И в этот миг в дверь требовательно забарабанили. Волшебница вздрогнула, сообразив, что кому-то снаружи пришлось изрядно потрудиться, чтобы снять большую часть запирающих и заглушающих, которые она навесила на дверь.

— Виви, открой! — раздался из-за двери спокойный, но требовательный голос Гилдероя.

Сивилла закусила губу, глядя на дверь. Потом осмотрелась, пытаясь понять, что ей делать. Комната пребывала в полнейшем беспорядке. На подоконнике остывал чай. Сивилла тяжело вздохнула. Она подхватила с пола и надела сиреневый свитер.

— Все, что могло, уже случилось, — подбодрила она себя, направляясь к двери.

Диагноз для двоих

Фандом: Гарри Поттер

Персонажи: Гилдерой Локхарт, Сибилла Трелони, Поппи Помфри, Драко Малфой, Новый Мужской Персонаж

Рейтинг: General

Жанр: Юмор

События: Не в Хогвартсе, ПостХогвартс, Колдомедицина

Предупреждения: AU, ООС

Серия: Клуб приключений #4

Аннотация: Где лучше всего выяснять отношения? Уж точно не в приемном покое Мунго!

— Я же говорил, что это плохая идея, — услышал Гилдерой Локхарт, проходя через витрину в приемный покой Мунго вслед за прямой, как палка, Поппи Помфри. Мимо, едва не задев вновь прибывших, колесом пронесся нервно вскрикивающий волшебник. За ним, причитая и утираясь платком, пробежал второй маг.

— Мадам Помфри, я вам говорю, это необязательно! — почти врезавшись в Гилдероя, воскликнул Драко Малфой. — Нет необходимости проводить обследование в больнице.

— Мистер Малфой, это все не шутки! — прервала молодого человека школьная медиведьма. — Где Сивилла?

— Я здесь, — тихо пробормотала волшебница, одергивая объемный сиреневый свитер, который едва-едва прикрывал коленки.

«Очень милые коленки», — отметил Гил и отвернулся, видя смущение Сивиллы.

— Даже если все серьезно, как вы говорите, — хмуро сказал он, — вы могли подождать несколько минут, а не тащить нас сюда как есть. Вас не смущает, что ваша собственная коллега… — писатель наклонился вперед, чтобы не перекрикивать ожидающих приема пациентов, — не совсем одета?

Медиведьма перевела взгляд на Трелони, нахмурилась, но потом безапелляционно заявила:

— Ничего страшного.

— Ну да, — вынимая палочку из крепления на боку, фыркнул Гилдерой.

— Не смейте! — воскликнула Помфри. — Вам нельзя колдовать!

Не дав волшебнику взмахнуть палочкой, медиведьма отобрала инструмент и с грозным видом сунула в карман собственных безразмерных брюк.

— Нарушение прав взрослого волшебника, — хмыкнул Локхарт. — Отлично.

— Я о вас забочусь! — поджала губы медиведьма. — Вы можете причинить себе вред, используя магию.

— Ну да, конечно, — язвительно произнес волшебник, складывая руки на груди и глядя на Помфри снизу вверх.

Малфой рядом как-то странно выдохнул, глядя на Гилдероя, но потом вынул собственную палочку и наколдовал прорицательнице большой зеленый плед из собственного носового платка.

— Спасибо, мистер Малфой, — произнесла Сивилла грустно. — Спасибо.

— Идите за мной, — велела Помфри. — Сейчас мы быстро…

Но быстро не вышло. Привет-ведьма, когда подошла их очередь, выслушала пояснения Помфри и сухо объявила, подавая квадратик пергамента:

— Ваш номер в очереди B13.

— Но у нас срочно! — возмутилась медиведьма.

— Тут у всех срочно, — преспокойно ответила волшебница. — Подождите в коридоре, вас позовут.

Привет-ведьма указала себе за спину, где начинался широкий коридор с множеством дверей и садовыми лавочками между ними.

— А тут все изменилось, — отметил Гил, забирая номерок и, подхватив Сивиллу под локоть, проходя вперед.

В коридоре посетителей было меньше, чем в приемном покое. Вырвавшись из захвата, предсказательница направилась к ближайшей свободной лавке. Гилдерой, пожав плечами, пошел следом. Малфой и Помфри остались спорить у стойки привет-ведьмы.

— С нами все нормально, — успокоительно сказал Локхарт. — Уж я-то знаю.

Сивилла фыркнула и, сев на лавку, отвернулась.

— Ничто не могло вернуть воспоминания, а зелье вернуло, — продолжил говорить Гил. — Правда…

— Я не собираюсь и дальше что-либо с тобой обсуждать! — обернувшись, заявила предсказательница. — Я уже все сказала!

Гил поморщился.

Когда воспоминания вернулись, Сивилла сбежала первой, но и Локхарт не задержался на лугу. Когда он уходил, Помфри и МакГонагалл наседали на Малфоя, а Марчбэнкс аж задыхалась от хохота. Волшебник выгадал всего-то полчаса, прежде чем медиведьма ринулась искать, как она посчитала, пострадавших. За эти полчаса Гилдерой успел дойти до Северной башни и частично взломать забаррикадированную дверь. А вот нормально поговорить с Сивиллой не удалось. Он, собиравшийся о многом спросить, молча таращился на рыжие кудри, решительно вздернутый нос и стройные ноги. Она что-то говорила, но так тихо, что слов было не разобрать. А потом явилась медиведьма и все испортила.

— Я ничего не услышал тогда, так что тебе придется повторить, — сказал Гил с усмешкой.

— Я ни в чем не виновата! — выдохнула Сивилла. — Я тоже пострадала!

Локхарт горько усмехнулся.

— Ну да. Ты превратила меня… в него!

— Я!.. Я видела тебя и ту… — задушенно произнесла она.

— А ты не думала, что все взаимосвязано? — спросил он. — Ты ведь предсказательница! Ты видишь то, что обязательно произойдет.

Она не повернулась и ничего не сказала, но сопела так яростно, что Гил невольно усмехнулся. Он не мог на нее злиться. Совсем не мог.

— Номер А15, — пронесся по первому этажу бесплотный, пробирающий до костей шепот. — Номер А15, в кабинет целителя Кюре.

Дальняя дверь в коридоре открылась, и на пороге показался высокий мужчина в лимонно-желтой мантии.

— Где пациент? — обведя взглядом собравшихся, спросил он строго. — Номер А15!

— Я сейчас! — донеслось сверху. Все разом задрали головы и уставились на огромное бледно-розовое желе с будто нарисованным на нем галстуком-бабочкой.

— Штерн? — недоверчиво спросил целитель. — Что вы устроили?

— Новый эксперимент! — сообщило желе, медленно перемещаясь по потолку и оставляя за собой влажный след.

— Вижу, — закатил глаза Кюре. — Заход… Заползайте скорее!

— Сейчас-сейчас.

— Давай все же поговорим, — попросил Локхарт.

— Не хочу, — плотнее заворачиваясь в плед, ответила Сивилла. — О чем разговаривать? О том, что я испортила тебе всю жизнь?

Напротив распахнулась дверь, и в коридор выступил волшебник внушительного телосложения с тремя головами.

— Да, да, идите на пятый этаж, — раздалось из кабинета. — Вам туда.

Две головы одновременно кивнули, а третья подмигнула Сивилле левым глазом. Она от неожиданности икнула и вдруг выдала:

— Не пейте чай в кафетерии.

Трехголовый вытаращился на нее всеми глазами, переглянулся сам с собой и утопал дальше по коридору, направляясь к лестнице.

— Почему ему нельзя пить чай? — спросил Гил.

— Он в местный кафетерий собирается до того, как пойти снимать проклятие, потребует три чашки, раз уж у него три головы, но заплатить захочет как за одну. А на кассе сидит чистая Горгона… — произнесла предсказательница, но спохватилась и прошипела: — Почему я должна тебе рассказывать?

— Не должна, — пожал плечами Гилдерой и отвернулся, сев к Сивилле спиной. — Но могла бы.

— Мистер Уилкс! Я вам еще раз объясняю, — раздалось от лестницы громогласное, — если ваша подчиненная перестала задерживаться на работе, больше не делает за вас отчеты и взяла несколько отгулов, то ее не прокляли!

В коридор первого этажа, передвигаясь удивительно ловко для своего немалого роста, влетел светило медицины и потомственный целитель Себастьян Сметвик. Локхарт улыбнулся при виде него, ведь именно этот маг стал прототипом героя для последнего мистического детективного романа, обогатившего писателя на неплохую сумму.

— А что это тогда, если не проклятие? Что? — вслед за целителем в коридор вкатился низенький пухленький маг.

— Она отрастила мозги, — усмехнулся Сметвик. — И самоуважение. А мне с этим делать нечего. Так что не надо меня уговаривать. Я не буду вызывать к себе эту вашу… помощницу. И проводить обследования тоже не буду. У меня полно пациентов.

— Но целитель! — возмутился маг, семеня за Себастьяном.

— Дабо! — гаркнул целитель.

— Да, целитель Сметвик? — просочившись мимо Помфри и Малфоя, откликнулась привет-ведьма.

— Если Уилкс еще раз явится, отправь его к милашке Леввель.

— Да, целитель Сметвик, — выпучив глаза и косясь на возмущенно сопящего Уилкса, промямлила привет-ведьма.

— К кому? — насупился посетитель.

— В отделение душевных расстройств, — с усмешкой пояснил ему Гилдерой.

Сметвик, обратив внимание на Локхарта и Трелони, хмыкнул и спросил:

— Гил, дурья башка, что ты здесь забыл?

Сивилла возмущенно пискнула, хоть обратились и не к ней. А Гилдерой усмехнулся и встал, протягивая целителю руку.

— Доброго дня, Себастьян. Тебя уже назначили главой Мунго?

— Смеешься? — пожимая руку, ответил Сметвик. — Отец мне этот сумасшедший дом не доверит, пока сам в силах ноги переставлять.

— Гиппократ всех нас переживет, — добродушно подмигнул Локхарт.

— А то! Так что вы тут?

— Целитель, — обратилась к Сметвику Помфри, — необходимо провести проверку мистера Гилдероя Локхарта и нашей преподавательницы Сивиллы Трелони. Они оказались в эпицентре взрыва зелья!

— Это был не взрыв! — вмешался Малфой. — Только лишь реакция зелья. Нормальная, прошу заметить, реакция!

— Тогда почему облако, образованное испарением зелья, было настолько большим и плотным?

— Что за зелье? — прислонившись к косяку ближайшей двери, уточнил целитель.

— Номер B7, в кабинет целителя Маллис, — объявил голос, и тут мимо магов, крутанув неудачно вставшего Малфоя спиной к собеседникам, что-то пронеслось. Дважды хлопнула, открываясь и закрываясь, дверь за спиной Сметвика. Сам целитель даже не вздрогнул.

— Это что было? — испуганно спросил Малфой.

— А, бабки, — дернул плечом целитель, — так и норовят первыми в кабинет проскочить.

Подтверждая слова Сметвика, по коридору, едва переставляя ноги, прошествовал маг с квадратиком пергамента в негнущейся руке. Дверь в кабинет целителя он открывал в три приема, а стоило ему войти внутрь, как из глубины раздался грозный возглас:

— Я! Я теперь! Я тут с шести утра жду!

Дверь захлопнулась, отсекая звуки. Сметвик невозмутимо повторил свой последний вопрос, а услышав ответ, взмахнул палочкой в направлении Сивиллы, с секунду поизучал проявившуюся ауру. Потом повторил те же действия на Локхарте. А после сказал школьной медиведьме:

— Нечего тут проверять. Все у них нормально. Даже лучше, чем было. Диагноз обоим: совершенно здоровы. Гил, к тебе вернулись воспоминания?

— Да.

— О как! — хмыкнул целитель и с интересом посмотрел на Малфоя. — Завтра… к обеду приходите в отделение к Леввель. Я читал про ваше зелье, но если у него такой эффект… Стоит изучить.

Малфой сглотнул и быстро закивал.

— И идите уже, — махнул Сметвик. — Не занимайте лавки. Эй, на потолке, хватит по мокрому шастать!

Все задрали головы и удивленно уставились на передвигающегося на корточках мужичка. Маг был облачен в полосатую пижаму и нервно цеплялся руками за шары-светильники, а ногами упирался в потолок, все еще мокрый после проползшего недавно желе.

— Я не могу-у-у… — провыл мужчина. — Меня земля не держит.

— Ничего, ползите в последний кабинет. Там вас быстро к земле прибьют.

— Мадам Помфри, — обратился Гил к медиведьме, — верните палочку.

Волшебница покосилась на целителя Сметвика, но спорить с его заключением не стала и вынула из кармана волшебный инструмент.

— Пойдем, — позвал Локхарт Сивиллу. — Раз нас отпускают, то не стоит задерживаться.

Прорицательница соскользнула со скамейки, замоталась в плед и позволила увести себя сначала в приемный покой, а потом и наружу.

— У меня даже палочки при себе нет, — вздохнула она. — Что на Поппи нашло?

— Просто беспокоилась, — утешил волшебник. — И нам тоже… не помешало бы утешение. Как на счет тортика? У меня дома стоит вкуснейший шоколадный торт. Магловский, но лучше, чем у Фортескью.

— И будешь допытывать? — вздохнула Сивилла.

— Не сразу, — честно ответил Гилдерой. — Сначала восстановим силы, успокоим нервы, а уже потом поговорим.

— Ладно, — смирилась Сивилла.

Улыбнувшись спутнице, Локхарт приобнял ее за талию и аппарировал в свою квартиру. Один день перевернул всю его жизнь, но Гилдерою это даже начинало нравиться.

«Это может стать сюжетом для новой книги!» — оптимистично подумал он, предлагая предсказательнице располагаться на широком черном диване.

«А это как произойдет?» — опускаясь на сиденье, подумала Сивилла, увидев короткую вспышку прозрения, в которой она передавала Минерве заявление на увольнение.

Дорога из желтого кирпича

Фандом: Гарри Поттер

Персонажи: Новый Мужской Персонаж, Гарри Поттер, Луна Лавгуд

Рейтинг: General

Жанр: Юмор

События: ПостХогвартс

Серия: Клуб приключений #5

Аннотация: Такие ли серые будни у тех, кто носит серую мантию Отдела тайн?

Доп.задание для 6 этапа:

Герои вашей работы неожиданно сталкиваются с домашними вредителями. Разумеется, магическими.

После продолжительной – или нет – борьбы за сферы влияния обе стороны приходят к консенсусу.

Над головой Пако раздался шорох, потом — пощелкивание, а когда реакции не последовало — скрежет и фырканье.

— Ус, — выдохнул Пако, переворачиваясь на другой бок, — выключись.

На несколько мгновений установилась тишина, а после звуки повторились, но уже совсем близко: щеки парня коснулось что-то тонкое и холодное.

— Хвост оторву и скажу, что так и было! — предупредил Пако.

— Ут-т-т-тро, — раздалось над ухом.

Пако застонал, но глаза открыл и уставился на сидевшего на подушке мышонка.

— Разберу на запчасти, — предупредил парень, но мышонок, плод многолетних трудов мага, сплав механики и волшебства, не шелохнулся. — Эх…

Потянувшись, Пако вскочил и оглядел комнату, выискивая, куда прошлым вечером бросил брюки.

— Давно пора прибраться, — поморщился маг, сообразив, что поиски осложняются захламленностью жилища. — Но когда? Когда?

Пако вот уже семь лет снимал вполне приличный домик в маггловском Лондоне: узкое строение, длинные комнаты-пеналы, но зато два этажа и нелюбопытные соседи. После шумного и людного Мадрида, где каждая мошка норовила заглянуть в окно крохотной комнатушки в полуподвале, Пако наслаждался жизнью. Он покупал книги, вещи и радовался тому, что все они легко умещались в новом жилище. Не надо было думать, куда положить очередную книгу — под стол, где уже не осталось места, или на подоконник окна, почти полностью скрытого за стопками.

— Ага! — углядев плотные коричневые брюки под стулом, воскликнул парень. — Попались.

Ус щелкнул металлическими зубками.

— Я успею, — прыгая на одной ноге, проворчал Пако, хотя и чувствовал, что безбожно проспал. Волосы молодого человека невольно покраснели, но он, остановившись, сделал несколько сосредоточенных глубоких вдохов, после чего цвет шевелюры вернулся к темно-русому. — Спокойно…

Семь лет Франсиско де Аяла не только жил в Лондоне, но старательно контролировал свою внешность в любом месте, кроме собственных лабораторий на тайном втором этаже Отдела тайн. Как любил говаривать младший из Смитов, невыразимец, с которым маг имел дело чаще, чем с другими коллегами, все остальные оставляли индивидуальность за порогом, сливаясь с общей массой, а де Аяла лишь на работе позволял своей уникальности сиять во всю мощь.

Вне Отдела тайн жил серый и неприметный Франсиско. Многие в Министерстве видели его, но едва ли кто-то помнил в лицо. Де Аялу путали с каждым первым уборщиком и каждым вторым мелким клерком. В Отделе же тайн обитал единственный и неповторимый Пако. Никто не мог назвать его профессию, ведь Пакито умел все и разбирался в любом направлении магических и маггловских наук. Все тот же младший Смит величал Пако главным экспертом Отдела тайн.

— Мерлин! — повалившись на пол, парень пребольно ударился копчиком. — Так и погибают в расцвете сил!

Механический мышонок защелкал зубами. Не знай Пако, что это существо не обладает настоящим разумом, решил бы, что Ус над ним посмеивается.

Четверть часа спустя Пако вышел из камина в атриуме Министерства и влился в толпу тех, кто желал отправиться вниз на лифте. Ус был надежно спрятан в холщевом мешочке, висевшем на плече мага.

— Слышали? — спросил один из клерков, оглядев толпу волшебников и убедившись, что среди собравшихся нет никого из вышестоящих. — Грейнджер пригрозила увольнением.

— Грейнджер-Уизли, — флегматично поправил один из работников архива.

— Да не в этом суть, — отмахнулся клерк. — Вы представляете, что теперь будет? Уилкс же лет пять как ни одного отчета сам не делал!

Послышались смешки, но нашлись и те, кто недовольно оглядел остальных, явно запоминая лица смехачей.

— Проблем хотите? — проворчал кто-то. — Зачем начальство обсуждать? Это не наше дело.

— Не ваше, — согласился еще кто-то. — А кого-нибудь, вроде меня.

Все посмотрели на стоявшую в стороне от других немолодую ведьму в очках. Пако не знал, кто она, но женщина часто выходила из лифта на этаже, где находился кабинет министра.

Прибыло несколько лифтов, и первые ряды дружно ринулись в открывшиеся двери. Пако философски сунул руки в карманы и остался стоять.

— Не боишься работу потерять? — проворчал проходящий мимо уборщик. — По лестнице иди.

Невыразимец проводил уборщика взглядом и остался стоять, хотя так и подмывало спросить, с кем в этот раз его спутали. Он знал около дюжины имен тех, за кого его принимали.

В итоге из атриума вниз парень уехал одним из последних и вышел с парочкой секретарей на десятом этаже. Официально Отдел тайн располагался на девятом этаже, но лишь сами невыразимцы были в курсе того, что на том этаже расположена так называемая витрина отдела — хитрая комната-ловушка, а за ней помещения, куда любят допускать министра, остальное начальство и всевозможных высоких гостей. Арка смерти, аквариум с гигантскими мозгами и, когда-то, комната пророчеств и хранилище хроноворотов производили куда большее впечатление, чем захламленные всякой всячиной кабинеты, лаборатории и разнесенные в щепки залы для испытаний на четырнадцатом этаже, о существовании которого даже не все невыразимцы знали.

В коридоре Пако подождал, пока секретари не разбежались каждый в свою сторону, и неспешно направился направо, а потом, хитро примерившись, ступил на стену, легко выровнялся и продолжил идти, по дуге поднимаясь к потолку. А там, улыбнувшись, ухнул прямо сквозь зеленую плитку, чтобы через миг выйти через широкую арку в совсем другой коридор.

Волосы молодого человека мгновенно сменили цвет на лиловый, черты лица поплыли, возвращая носу его длину, а глазам — цвет.

— Привет, Пако! — поприветствовал молодого человека маг в серой мантии. — Как погода?

— Тепло, — ответил метаморф и добавил, когда отошел подальше: — Ночной Смит.

Этот невыразимец часто встречался Пако именно по утрам, всегда спрашивал о погоде, пил кофе с парой капель лимонного сока и работал только в ночную смену, покидая Министерство к десяти утра.

В свою лабораторию Пако решил отправиться по лестнице, хотя тут у невыразимцев был свой отдельный лифт. По пути ему встретились хромающий Смит, Смит-хохотун и Смит, считавший себя большим начальником. Этот Смит искренне полагал, что лишь его задания всяким рукастым Смитам нужно выполнять первыми.

— Пако, соберешь мне Векторный Ускоритель Удлинителя Снов? — спросил очередной невыразимец в серой мантии.

— Расчеты? — вздернул бровь Пако.

— Да я… поднесу на будущей неделе! — заверил всегда-и-всюду-опаздывающий Смит.

— И как прикажешь быть? — вздернул другую бровь Пако. — Самому считать? Сам-то Удлинитель ты обсчитал и собрал?

Смит дернулся, вскрикнул и убежал.

— Он опять хроноворотом балуется, — угадал бывалый Смит.

Пако понимающе кивнул.

Официально все хроновороты были уничтожены в ночь, когда Гарри Поттер, Дамблдор и министр Фадж встретились с Темным Лордом Волдемортом. По той же официальной версии, в зале с хроноворотами были выставлены все имевшиеся артефакты Отдела тайн. На самом же деле в зале хранились макеты и сломанные экземпляры, а рабочие хроновороты оставались надежно закрыты в сейфах для ценного оборудования.

«Что не мешает каждому второму умельцу собрать собственный хроноворот по образцу», — усмехнулся Пако, наручные часы которого позволяли отмотать время на пять минут назад.

Всегда-и-всюду-опаздывающий Смит собирал по хроновороту примерно раз в месяц-два, пользовался артефактом неделю, а после попадался начальству, не считавшему повторно потраченные часы и не платившему за них ни кната. Хроноворот изымали, Смиту грозили пальцем, советовали работать упорнее, а тот шел собирать новый хроноворот, чтобы потом пытаться собрать очередной гениальный артефакт с длинным названием. И всем это было выгодно: Смит без потери работы годами собирал один и тот же гениальный новый артефакт, а начальство пополняло запасы хроноворотов.

Зайдя к себе, Пако опустил сумку на стол и велел:

— Ус, шаг один, два и три!

Мышь выбрался из сумки и побежал к стеллажам. Пока сам Пако варил кофе и переодевался, Ус включил все аппараты. Загорелся свет, заскрежетали счетные артефакты, стукнули и завертелись лопасти вентиляторов. Из-за стены раздался вопль Смита-со-слабыми-нервами.

— Как думаешь, — ухмыльнулся Пако, — он напишет очередную жалобу или придет бить мне физиономию?

Войну невыразимцы на этом этаже вели давно. И Пако зубасто включился во вражду, будто работал в Отделе тайн не семь лет, а полвека. Вентиляторы появились в его лаборатории после того, как Смит из соседнего кабинета устроил всему этажу газовую атаку, наварив какого-то зловонного экспериментального зелья. Магические вентиляторы были зачарованы так, чтобы затягивать из вентиляционных шахт свежий воздух, а любые примеси отправлять в проложенные в стенах трубы. Но главным их достоинством был надоедливый шум, едва слышный в самой лаборатории метаморфа.

Улыбнувшись, Пако уселся с чашкой на высокий стул и обозрел разложенные на столе детали. Ус, вернувшись к хозяину, взобрался на плечо и совершенно по-мышиному начал умывать мордочку тонкими металлическими лапками.

— А-а-а-а! — раздалось из коридора. — Пако! Сколько можно?

— В чем дело? — спросил метаморф, пряча улыбку за чашкой, но подозревая, что волосы у него в этот момент злорадно-рыжие.

— Этот шум! — завопил нервный Смит.

— Какой шум? — удивился Пако, у которого в лаборатории раздавалось лишь мерное потрескивание, пощелкивание и шелест.

— А-а-а-а! — вскричал Смит и убежал.

— Что это с ним? — спросил очередной Смит, заходя в распахнутую дверь.

Пако философски пожал плечами и взглянул на посетителя. Младший Смит явился не с пустыми руками. Он принес нечто прямоугольное, завернутое в плотный кусок оберточной бумаги.

— Что это?

— Можешь кое с чем помочь? — спросил младший Смит, закрывая дверь и подходя к столу. — Я хочу знать, что это такое.

Заинтригованный, Пако отставил чашку и спрыгнул на пол. Поддернул рукава ярко-синего свитера и склонился над завернутым в бумагу предметом.

— И что это?

Под бумагой оказалась картина. С виду довольно обычная, но оба мага работали в Отделе тайн, а в Отделе тайн обычными были разве что стулья да чашки для кофе и чая.

Нацепив на нос очки с увеличивающими линзами, Пако склонился над картиной, оглядел ее, почти обнюхал и усмехнулся:

— О, это интересно. Но кто так грубо сработал? Тут осталось совсем мало!

Отойдя к стеллажам, метаморф вернулся со стеклянной чашкой и специальной кистью. С ее помощью он ловко отделил от холста оранжевые крупинки, лишние на изображении заката над готическим особняком.

— Интересная структура, — отметил он, взяв стеклянный шпатель и медленно придавив крупинки в чашке. — Ус! Отменить шаг три.

В наступившей через минуту тишине оба мага услышали скрип. Смит изменил позу, Пако решил, что под плащом тот в этот момент удивленно хмурится.

— Хрустит, как песок под ногами.

Увеличив мощность линз, Пако покачал головой.

— Не песок. Глина. И необычная. Желтая.

— Желтая глина? — переспросил Смит.

— Обожженная желтая глина, — убежденно сказал Пако. — Но что она делает на картине?

— Ею или с ее добавлением было нарисовано изображение, перекрывшее эту картину, — сказал Смит.

Пако с интересом глянул на невыразимца, подцепил желтую крупинку пальцами и попытался растереть. Что-то все это ему напоминало.

— Ус! — позвал он мыша. — Анализируй!

Мышь сцапал с пальца хозяина частицы желтой глины, проглотил и замер, опустив лапки. Несколько секунд внутри мышонка происходили тихое гудение и мелкие вспышки, а потом Ус пискнул и вздернул хвост.

— Что? — спросил Смит.

— Я пускал его считывать архивы, — произнес Пако довольно. — Надеялся, что однажды это ускорит поиск по образцу, чтобы не приходилось идти и сравнивать пять видов… табачного пепла. Идем! У нас в архиве есть что-то такое же.

Подхватив Уса на руки, Пако стремительно направился к выходу. Смит последовал за ним. В этот раз метаморф не стал игнорировать лифт, ведь они собирались еще глубже в подвалы.

В кабине Пако оценивающе глянул на Смита и нажал комбинацию четырех кнопок сразу.

— Это какой этаж? — спросил Смит без тени удивления. — Разве нам не на тринадцатый?

— Нам на тринадцатый в секцию 5 и 3/8, — ответил Пако.

Лифт дернулся, поехал вниз, а потом резко полетел налево, чтобы несколько раз развернуться, затормозить, вильнуть так, что магам пришлось упереться в стенки кабины. Когда лифт остановился, его дверцы разошлись в темном помещении, полном картотечных шкафов.

Смит чему-то хмыкнул и вышел первым.

— Ус, искать! — велел Пако, спуская мышонка с рук.

Механический звереныш пискнул и побежал вперед. Над магами, отправившимися следом, по очереди зажигались и гасли магические светильники. Вскоре мышонок замер у одного из шкафов, а потом, ловко цепляясь металлическими коготками, побежал вверх и замер у одного из ящиков.

— Пандора Лавгуд, незавершенные разработки, — прочел Смит. — Что?!

— Ты ее знаешь? — спросил Пако.

— Нет, не знал… она… умерла давно. Очень много лет назад. Но… она была невыразимцем?

— Похоже, что да, — ответил Пако, открывая ящик. — Смотри.

Он указал на цвет папок. Документооборот в Отделе тайн соответствовал раз и навсегда установленным правилам. И по этим правилам любые документы в Отделе тайн имели свою цветовую маркировку. И зелеными ярлычками помечались личные лабораторные журналы местных мастеров.

— И что же такое она придумала? — спросил Смит.

Пако пересадил Уса на ладонь и позволил тому нырнуть в ящик. Через несколько секунд мышь вцепился в нужную папку.

— Давай посмотрим.

Дойдя до рабочего стола, Пако развязал тесемки на папке и откинул крышку. Внутри лежали лабораторные журналы, запаянные в магическую оболочку желтые прямоугольники размером с ладонь и все та же желтая субстанция в небольших прозрачных мешочках. На самом дне лежала тонкая стопка скрепленных пергаментных листов.

Взяв листы, Пако вчитался. Смит ему не мешал, щупая через магический материал желтые пластинки.

— Она пыталась изобрести новый способ перемещения в пространстве, — сообщил Пако через некоторое время. — И даже достигла некоторых успехов, судя по этим записям. Но…

— Но?

— Она не могла добиться стабильности, порой точка выхода не совпадала с заданной, а иногда все приводило не к ускорению, а к замедлению перемещений, — ответил Пако. — Записи оформлены без какой-либо системы. Просто наблюдения. Пандора Лавгуд пишет, что в процессе экспериментов она перемещалась назад в прошлое, теряла дни и даже недели, а несколько раз путь открывался и вовсе в другую реальность.

— Вот как? — не слишком удивленно отозвался Смит.

— Что это была за картина? — отложив бумаги и взяв в руки пакет с частицами, спросил Пако.

— Что ты знаешь о Тайной комнате Хельги Хаффлпафф?

— Комната с каминами-порталами? — вздернул бровь Пако.

— Знаешь, значит. Там, среди картин, была найдена та, что лежит в твоей лаборатории. Но поверх были нарисованы подсолнухи. И портал открылся не в выдуманное Хельгой пространство-пузырь, а в иной мир.

— Интересно… — пробормотал Пако, листая журналы. — Говоришь, Пандора Лавгуд погибла? Видимо, она не успела завершить свои исследования. Надо завершить…

— Серьезно? — удивился Смит. — Ты же твердишь, что времени вечно нет.

Пако фыркнул, его волосы потемнели и завились плотными колечками.

— У меня времени на глупости нет. Очки я тебе собрал за день, если помнишь. Потому что это было важно. А та история…

— Ладно, — примирительно поднял ладонь, скрытую перчаткой, Смит. — Я понял. Когда?

— А когда? — Пако усмехнулся, его волосы стали по озорному малиновыми. — Сейчас. Идем на полигон. Там есть защита. Посмотрим, что это такое и как работает.

В этот раз поездка на лифте была плавной, без поворотов и рывков, а дверцы открылись в полукруглой пещере, где каждый звук разносился гулким эхом. Пако подозревал, что залы для испытаний были вынесены далеко за пределы Лондона. Он даже подумывал выяснить точное место, но откладывал из-за занятости.

— Выберем шестой зал, там самая полная защита, — предложил Смит, направляясь к одному из выходов в лабиринт коридоров.

— Страшно? — хитро осклабился Пако.

— Нет, — ответил младший Смит. — Но если этот исследование было последним у миссис Лавгуд, то я не хочу повторить ее судьбу. Разумная предосторожность.

С этим Пако поспорить не мог. Он и сам старался максимально избегать опасностей.

— Не переживай. У нас есть Ус и защитные экраны. Ничего не случится.

— Ты уже понял, как использовать наработки миссис Лавгуд?

— Базовая инструкция номер два, — пожал плечами Пако.

Смит фыркнул, а потом и вовсе захохотал.

— Ткни и посмотри, что будет, — сквозь смех процитировал он первый пункт. — Если ничего не вышло, то повтори пункт первый. Если все равно ничего не вышло, используй малый магический импульс…

— И пункт восемь: примени кувалду, — в тон ему сказал Пако и тоже рассмеялся. Его волосы посветлели до нежно-сиреневого оттенка. — Но для начала используем Уса.

Невыразимец толкнул толстенные двери и первым вошел в большую овальную пещеру. Ее стены плотно покрывали рунические связки, а с высокого свода свисал на цепях переливающийся, как мыльный пузырь, защитный экран. При необходимости его опускали, закрепляли цепями к стенам и запускали рунные плетения прочности, благодаря чему оставшиеся по другую сторону исследователи-невыразимцы могли не опасаться своих же творений.

— Ус! — ссаживая мышонка на пол, негромко сказал Пако. — Приступим.

Но сколько маги ни пробовали, мелкая глиняная пыль и пластинки из нее оставались нейтральны и никак себя не проявляли.

— Видимо, это должен делать именно маг, — предположил Пако в конце концов.

Смит согласно кивнул. Волшебники переглянулись. Пако в который раз пожалел, что Смит носит плащ.

— Ладно, я это сделаю, — внезапно сказал Смит.

— Я не просил, — вздернул нос Пако. — Но спасибо. Обещаю, если вдруг ты пострадаешь, я все исправлю.

— Ты умеешь оживлять людей? — ехидно уточнил Смит.

— Ну… почти, — ответил Пако, незаметно коснувшись часов на запястье.

Смит сунул руку в мешочек, ухватил щепоть пыли и спросил:

— И что теперь?

— Попробуй тот же метод, что и с летучим порохом, — предложил Пако. — Если подумать, это ведь способ перемещения. Значит, попробуем что-то схожее сначала.

Смит кивнул, задумался на миг и кинул щепоть пыли себе под ноги. Но даже минуту спустя ничего не произошло. Смит попробовал снова, а потом задумчиво предположил:

— Почему мне кажется, что тут у нас ничего не выйдет?

— Я тоже об этом думаю все больше.

Четверть часа спустя сначала лифт Отдела тайн, а потом и лифт Министерства вернул в атриум двух магов. Один выглядел как неприметный клерк, а второй был облачен в обычную черную мантию с глубоким капюшоном. Пако думал, что на коллегу все будут оборачиваться, но остальные волшебники смотрели будто сквозь него.

— У меня базовая мантия невыразимцев, — ответил Смит на невысказанный вопрос. — Хамелеон с чарами отвлечения.

Пако фыркнул. Ему такую предлагали, но зачем, если его собственные способности давали больше возможностей.

За пределами Министерства маги немного посовещались и переместились в одно из безлюдных мест, которое невыразимцы порой использовали для своих нужд.

— Давай снова, — велел Пако.

— Твоя очередь? — предположил Смит.

— Не-а, — мотнул головой Пако.

Смит фыркнул, но больше спорить не стал. В этот раз он думал меньше и бросал пыль резче. И никто из магов не удивился, когда прямо под ногами у невыразимца возникли желтые кирпичи.

— Так-так, — произнес Пако, нацепляя свои очки с увеличивающими линзами. — Так.

Миг — и из кирпичей вытянулась, размываясь рябью в десяти шагах от них, самая настоящая дорога, по которой, не соприкасаясь плечами, могли пройти трое.

— Как интересно! — воскликнул Пако. — Дорога.

Смит замер, не смея шевелиться.

— Дай-ка руку, — велел Пако и шагнул ближе.

Через миг маги бок о бок стояли на дороге.

— Я читал о восточном изобретении прошлого, которое современные маги пока не могут воспроизвести, но там зачарованная ткань, — сказал Пако.

— А дорога ведьм? О ней читал? — спросил Смит.

— Интересная, кстати, штука, но она уж точно не имеет никакого отношения к исключительно к способу перемещения. Это же испытание на восстановление магических сил или увеличения оных.

— И что будем делать?

— Давай… один шаг?

Маги взялись за руки и шагнули по дороге на восток. В тот же миг мир за пределами дороги размылся маревом и завибрировал.

— Ого! — восторженно воскликнул Пако. — Контролируемая аппарация?

Мир снова стал четким, но теперь вокруг магов было совершенно иное пространство.

— Ты лучше объясни мне о картине, — предложил Смит, осматриваясь. — Это горы Шотландии.

— Картина с фальшивыми подсолнухами? — переспросил Пако, будто речь могла идти о чем-то другом. — Видимо, Пандора Лавгуд проводила много разных экспериментов с этой глиной. Не знаешь, она увлекалась рисованием?

Смит помолчал, а потом сказал:

— Вполне возможно. Ее дочь любит рисовать. Весь их дом украшен росписями.

— И там есть подсолнухи? — заинтересованно спросил Пако.

— Нет, кажется. Но… если именно Пандора нарисовала подсолнухи, то зачем она спрятала эту картину в Тайной комнате?

— А портал в тот другой мир… он только в Тайной комнате работает? — уточнил метаморф.

Смит кивнул.

— Нужно узнать, когда она бывала в Тайной комнате. Это может дать подсказку или даже объяснение, — пожал плечами Пако. — Если бы я выяснил, что проход сработает только в одном месте, то не стал бы оставлять его прямо там. Если только не хотел бы, чтобы кто-то отправился в тот другой мир.

— На картине были подсолнухи, висела она высоко, — задумчиво сказал Смит. — Из всех ключей в той комнате этот был самым непривлекательным. Я бы сказал, что она нашла идеальный способ спрятать что-то важное или опасное на самом видном месте.

— Или так, — согласился Пако. — Ты слышишь?

Внезапно все кругом стало синим, фиолетовым и зубастым. Маги заскакали на месте, пытаясь сбить то, что налетело и ослепило их.

— Это пикси! — рявкнул Пако, не в силах дотянуться до своей волшебной палочки.

Ус, выбравшийся из сумки, скакал по хозяину и клацал зубами, отгоняя особо прытких пакостников от лица хозяина. Но потом сдался и нырнул обратно в сумку.

— Целый рой, — согласился Смит, которого спасала его мантия невыразимца.

Орудуя палочкой, Смиту удалось оглушить часть пикси, но это разозлило остальных. Мелкие существа подхватили магов и поволокли с кирпичной дороги, но им это не удалось. Ударившись о невидимую стену, пикси зло заверещали и понеслись вдоль желтой ленты, не отпуская из своих когтистых лапок волшебников.

— Никому не говори! — крикнул Смит. — Засмеют!

— С ума сошел? — откликнулся Пако, висевший вниз головой. От мелькания желтых кирпичиков и слившегося в кашу пространства за пределами дороги к горлу подступил выпитый утром кофе. — Нет. Мне такие путешествия не нравятся! Я выбираю обычную аппарацию! Камин!

— Да что угодно лучше, — крикнул Смит. — Даже «Ночной рыцарь»!

Внезапно прямо в кучу пикси что-то прилетело. Существа сбились, затормозили и выпустили магов. Те, как два больших куля с мукой, упали на желтые кирпичи и поскорее скатились с дороги. Пикси же остались внутри и начали зло верещать и биться в невидимую преграду.

— Привет, Гарри, — вдруг раздалось над волшебниками. Те резко обернулись. Пако потрясенно уставился на невысокую тоненькую блондинку с пронзительными светло-голубыми глазами. Она смотрела на них так, будто совершенно не удивилась вторжению. А они именно вторглись, судя по тому, что сидели маги на траве у странного дома-башни, в котором, видимо, девушка и жила. В руках блондинка сжимала корзинку, полную слив.

— Гарри, что ты здесь делаешь? — спросила девушка, рассматривая Пако. — И кто это?

Смит издал непонятный звук и вдруг сдернул капюшон, к немалому удивлению Пако на самом деле оказавшись Гарри. Гарри Поттером.

— Это мой… друг. Пако. Пако, это Луна Лавгуд.

— Ты знаешь, что твой друг похож на профессора Снейпа? — задумчиво спросила Луна.

Пако зашипел от досады, сообразив, что потерял концентрацию в драке с пикси и его внешность изменилась. Но он быстро взял себя в руки и улыбнулся девушке.

— А если так? — спросил он, меняя облик.

— О! — впервые явно удивилась Луна, увидев, как поплыли черты Пако, как сменился цвет его глаз и волос. За несколько секунд он стал мужской версией самой Луны.

— Он метаморф, — сообщил очевидное Поттер. — Едва ли кто-то хоть когда-нибудь видел его настоящее лицо. И вряд ли Пако встречался со… Снейпом.

О Северусе Снейпе Пако слышал. Даже видел его колдофото и иногда задумывался над тем, что внешне немного на него похож. Но с тем же успехом на покойного мага был похож каждый второй испанец.

— Я его не знаю, — сообщил Пако девушке уверенно, пусть и вырос с бабушкой, никогда и ничего не рассказывавшей ему об отце. — Франсиско де Аяла к вашим услугам!

— Так что вы тут делаете и откуда столько пикси? — спросила Луна.

Маги переглянулись и без слов решили, что нет ничего ужасного в том, чтобы обо всем рассказать дочери Пандоры Лавгуд.

Девушка слушала внимательно, но несколько отстраненно, одну за другой кидая сливы пикси. Те хватали лакомства и радостно грызли, постепенно успокаиваясь.

— Я ничего не знаю о маминых исследованиях, — призналась Луна. — И папа не знает. Она… держала все в секрете. Но… я видела, как она однажды рисовала подсолнухи… Давайте сначала отпустим пикси, а потом я покажу.

— Ты уверена? — усомнился Поттер, стягивая мантию и скатывая ее в тканевый валик. — Мне общения с ними хватило надолго.

Закатав рукава тонкого синего свитера, молодой маг с отвращением уставился на испещренные маленькими укусами и царапинами предплечья.

— Вы просто не умеете с ними договариваться, — улыбнулась Луна.

Пако, волосы и глаза которого стали вновь темными, не спорил, просто отошел подальше. Девушка ушла и вернулась с полной корзинкой слив. А после стала брать сливы по одной и, запуская руку за невидимую преграду, протягивать пикси. Те сначала просто жужжали, а после стали подлетать и пытаться ухватить сливы. Стоило пикси сжать сливу, Луна выдергивала существо наружу.

— Как ей это удается? — удивился Пако, наблюдая, как пикси преспокойно опускаются на траву, чтобы полакомиться сливами. — Они не пытаются ее укусить!

— Это Луна, — сказал Поттер. — Она с любым существом договорится. Что ей пикси, когда у нее фестралы становятся послушными?

Постепенно все пикси оказались снаружи и с писком умчались прочь.

— Идемте, — позвала Луна. — Нам надо в дом.

— А дорога? — напрягся Поттер.

Луна подумала с секунду, а потом подошла к кирпичной дороге, присела на корточки и сделала движение, будто поднимает за хвост мышку. В тот же миг над кирпичами появилась рябь, они поблекли и исчезли. Лишь под пальцами девушки сияющей нитью повисла струйка желтой пыли. Пако подставил пакет, и Луна преспокойно ссыпала в него сухую глину.

— Похоже, ты понимаешь, как этим управлять, — улыбнулся де Аяла девушке.

Луна пожала плечами и улыбнулась в ответ.

— Милый мышонок, — сказала она, глядя на высунувшегося из сумки Уса.

В доме Луна провела магов на кухню и открыла шкафчик рядом с раковиной. На внутренней стороне дверцы Пако и Гарри увидели подсолнухи.

— Они такие же! — отметил Гарри, рассмотрев рисунок и даже пощупав его. — Я чувствую частицы под пальцами. Тут тоже есть примеси в краске.

— Да? — заинтригованно произнесла Луна. — Ну-ка!

Протянув руку, девушка сосредоточилась и… ее ладонь прошла сквозь дверцу. А миг спустя Луна вытащила из рисунка толстую пачку зеленых тетрадей.

— Еще исследовательские журналы! — запинаясь, выговорил Пако. Руки его вмиг стали влажными от волнения. — Там могут быть все объяснения! И подробности о том, где Пандора Лавгуд нашла эту глину.

— Отлично, — облегченно выдохнул Поттер. — Прочтешь, разберешься, да?

— Ага… — согласился Пако, принимая из рук девушки тетради. — Можно же, да?

Луна пожала плечами и лишь попросила:

— Только потом обо всем мне расскажите.

— И расскажем, и покажем, — заверил Пако.

— Тогда… как на счет пудинга? — спросила Луна.

— Отличная идея! — еще больше обрадовался Пако.

В дорогу! В дорогу!

Фандом: Гарри Поттер

Персонажи: Гарри Поттер, Луна Лавгуд, Новый Мужской Персонаж, Гермиона Грейнджер, Невилл Лонгботтом, Джордж Уизли, Драко Малфой

Рейтинг: General

Жанр: Флафф, Приключения

События: ПостХогвартс

Серия: Клуб приключений #6

Аннотация: Посвятив семь лет политической карьере, Гермиона решает все бросить. Но чем заняться теперь? Что ей на самом деле нравится, что увлекает? Когда она была довольна собой и когда была счастлива?

Джинсы чуть давили в поясе, но Гермиона старалась этого не замечать. Иначе пришлось бы признать не только то, что она изменилась внешне за эти годы, но и то, что внутри она стала совсем другой.

Оглядевшись, Гермиона пошла в сторону холмов, за которыми, как она помнила, на пустоши стоял дом Лавгудов. Если она останется в Норе, то будет по кругу обдумывать все, что произошло с ней за последние семь недель. Обдумывать все по седьмому кругу! Слова шефа, Кингсли, других чиновников, что изображали благожелательность и обещали великое будущее, а на деле… На деле Джинни была права. А Гермиона обманывалась последние семь лет.

— Куда делась та волевая и непримиримая ведьма, какой я была когда-то? — спросила себя Гермиона. — Я же тут! Но почему?..

Почему она могла воевать с Амбридж, Пожирателями, Волдемортом, всем миром когда-то, но лишь ворчала о несправедливости в пустом кабинете без окон, засиживаясь над отчетами до поздней ночи? Почему слушалась? Терпела? Почему позволяла собой пользоваться? Почему молчала, когда за ее труды хвалили других?

«Ты еще многого не знаешь, — с отеческой мягкостью сказал ей Кингсли два года назад. — Все не так просто, как тебе кажется». И Гермиона поверила. Поверила словам, чужому опыту. Позволила убедить себя в собственном незнании. А теперь пост помощника министра отдали тому, за кого Гермиона полностью вела все дела, и кто ни слова не мог сказать без бумажки, речь на которой написала она. А Кингсли? Он десять лет занимает пост и не собирается уходить в ближайшие годы, а если и позволит кому-то себя сменить, то это будет не Гермиона.

Волшебница проигнорировала тропу и начала подниматься по склону по высокой сочной траве. Та заплеталась вокруг ног, шуршала, сминалась, источая терпкий аромат. Не пройдя и трижды по семь шагов, Гермиона присела и спрятала лицо в ладонях.

Что делать? Она заявила, что увольняется. Уилкс орал, топал ногами и грозил подпортить репутацию. Но оба знали, что ничего он ей не сделает. И все же Гермиона уступила, не ушла сразу, дала начальнику две недели на поиск замены, внутренне даже немного злорадствуя при мысли о том, как и где он будет искать такую же безотказную…

— Овцу, — безжалостно произнесла Гермиона. — Что уж тут говорить. Доверчивая овца и есть.

Волшебница стянула резинку, удерживавшую буйные кудри, и как следует встряхнула головой. Волосы рассыпались по плечам, пара локонов упала на глаза. Вздохнув, Гермиона улеглась на траву, не думая о том, что может испачкать белоснежную офисную рубашку.

— Вот ты где! — раздалось неподалеку.

Гермиона села, приставила ладонь козырьком ко лбу, закрываясь от солнца, и посмотрела на того, кто стоял ниже по склону.

— Тебя Рон послал? — спросила волшебница с подозрением.

— Конечно, — легко согласился Гарри. — А кто еще?

Гермиона фыркнула, откинулась обратно на траву и закрыла глаза.

— У меня все хорошо.

— Само собой, Герм, — не стал спорить друг, подходя ближе и укладываясь рядом. — Само собой.

— Хоть ты не спрашивай, почему я решила все бросить, — попросила волшебница.

— Разве ты бросила? — удивился Поттер. — Думаю… ты сделала выбор. Это не значит все бросить. Это означает, что ты уважаешь себя и не хочешь терпеть, если что-то не устраивает.

— Именно, — согласилась Гермиона. — Я не хочу терпеть. Так что не надо ходить и утешать меня. Я…

— Ты во всем разберешься сама, — сказал Гарри так спокойно и уверенно, что эта уверенность передалась и Гермионе. Она вдруг поняла, что друг прав. Она на самом деле разберется. Жизнь не закончена. Она даже толком не начиналась. Гермиона все изменит. Хорошенько все обдумает и изменит. Может даже… вообще чем-то другим займется!

— Тогда зачем ты здесь? — с подозрением спросила Гермиона. — Поругать меня за отношение к Молли?

— А тебя надо ругать? — заложив руки за голову, флегматично спросил Гарри.

— Она когда-то просто обещала мне помогать с детьми. Приходила, готовила. Иногда. А потом… Я стала принимать ее помощь, как должное. Молли никуда не могла уйти, ведь я… я могла в любой момент притащить в Нору Розу и Хью… Молли и Артур даже отказались от поездки в Румынию два года назад и во Францию — прошлым летом, когда Билл и Флер звали их с собой отдохнуть на побережье.

Гарри хмыкнул, но ничего не сказал.

— Ты раздражаешь, — сказала Гермиона чуть обиженно.

— Чем это?

— За последние годы из нас двоих мудрым и знающим стал ты. Когда и как это произошло?

— Я ведь ничего не сказал, — напомнил Гарри.

— Зато очень громко и красноречиво думал, — ответила Гермиона.

— Подруга, ты себя слишком накручиваешь. И… Молли никогда на тебя не обижалась. Она тоже все понимает.

Гермиона поморщилась.

— Это не утешает, — сказала она, — знаешь ли.

Гарри снова фыркнул.

— Где она, кстати? Джинни утром забрала детей и Тедди и отправилась в какой-то большой детский центр. Давно обещала им купить побольше конструкторов, а то мальчишкам не удается построить настоящую башню у нас в гостиной.

— Молли на собрании клуба, — ответила Гермиона. — На прошлой неделе они с Джинни…

— Я знаю, — улыбнулся Гарри. — Придумывать соревнование должны были Локхарт и Трелони, но они самоустранились, так что победителями объявили Молли и Джинни. Я помогал Джинни выдумывать конкурсы. Моя жена решила, что раз она сама седьмой ребенок, то и заданий нужно непременно семь, и Молли ее поддержала, предложив первое — конкурс на метание гномов. Джин мне воспоминания показывала. Я и не думал, что в таком деле самой ловкой и сильной окажется миссис Малфой. Они же с Андромедой вместе победили еще на трех этапах, так что сегодня собрание проходит дома у Малфоев.

— Чем они могут там заниматься? — удивилась Гермиона.

— Драко обмолвился, что его мать разработала собственную технику укоренения, выращивания и окрашивания роз… Не удивлюсь, если сегодня всех обойдет профессор Спраут.

— Не Невилл? — удивилась Гермиона.

— Он сегодня не участвует, — со смешком ответил Поттер. — Точнее, он участвует в приключении, но не с Клубом приключений.

— В каком еще приключении? — спросила волшебница заинтригованно.

— Хочешь присоединиться? — спросил Гарри. — Нам бы не помешала помощь.

— Нам? — насторожилась Гермиона. — Кому нам?

— Мне, Невиллу, Луне, Драко, Джорджу и Пако. Пако — мой приятель.

— Что за странная компания?

— Ничего не странная, — прозвучало у них над головами.

Гермиона вздрогнула, запрокинула голову и уставилась на Луну и стоявшего рядом с ней парня. Он был высок. Ярко-зеленый свитер обтягивал широкие плечи, лишь сильнее подчеркивая, насколько парень худой. Волосы вились мелким бесом и выглядели так, словно на них опрокинули семь флаконов с краской: часть была красной, часть — оранжевой, отдельные пряди торчали в стороны синими, голубыми, зелеными, желтыми и фиолетовыми иглами.

— Знакомься, Герм. Это Пако. Метаморф и маг с сумасшедшими мозгами и золотыми руками.

Пако изобразил шутливый поклон.

— У нас отличная команда, — сказала Луна, спускаясь по склону и присаживаясь. — Гарри тебе уже все объяснил?

— О чем?

— О том, куда и зачем мы отправляемся, — сказала Луна.

Гермиона перевела взгляд на Гарри.

— Почти случайно я наткнулся на одну зацепку, а та привела меня к открытию: за несколько лет до свой смерти мама Луны обнаружила уникальное свойство одного вида глины. Пандора занималась экспериментами и, возможно, именно эти эксперименты и привели к ее смерти… Пако и Луна изучали наработки миссис Лавгуд последние недели и выяснили много интересного.

— Миссис Лавгуд пыталась придумать способ путешествовать, совмещающий в себе лучшее и исключающий худшее. Она хотела освободиться от привязки каминной сети и неприятных ощущений перемещения при помощи аппарации, — сказал Пако. — Но оказалось, что метод не подходит для повсеместного внедрения из-за неустойчивости…

— Мама придумала дорогу, которая скорее заведет в другой день, чем в нужное место, — мягко улыбнулась Луна.

Гермиона слушала удивленно, но с какой-то непонятной самой себе радостью.

В спирали аппарации у Норы появились Джордж и держащий его за локоть Невилл.

— Привет, парни! — махнул рукой Уизли. — Герм. Гарри, ты все объяснил Гермионе?

— Еще не совсем.

— А кто еще будет? — уточнил Невилл.

— Малфой, — ответил ему Гарри. — Если ты не против. Нам нужен целитель.

— Целитель? — нахмурилась Гермиона. — Для чего?

— Мы собираемся в путешествие, — ответила ей Луна. — Жаль… Жаль, что дорога, если верить маминым записям, не так уж далеко способна завести. Не дальше дня, когда она обожгла первую партию глины.

Лавгуд с сочувствием посмотрела на Гарри, но тот был спокоен и решителен.

— Все нормально, — сказал он. — Мне лично хватит и того, что мы можем вернуться в день… Добраться до твоей мамы.

Луна улыбнулась другу.

— Вернуться? — переспросила Гермиона. — Как… с хроноворотом?

— Использование хроноворота и вмешательство в прошлое меняет это самое прошлое, — сказал Пако. — Дорога так не может. Прошлое останется тем, которое мы знаем. Даже… даже если мы что-то оттуда заберем.

— Или кого-то, — добавила Луна. — Думаю, мама тоже это поняла.

— Но она решила, что это слишком опасно, — добавил Гарри. — Поэтому спрятала картину там, где она была бы на виду, но никого не заинтересовала. А свои наработки… э… не важно. В общем, это опасное путешествие.

— И ты хочешь, чтобы я отправилась с тобой? — уточнила Гермиона, игнорируя возникшего на дорожке внизу Драко.

— Да, — честно ответил Гарри. — Разве ты не соскучилась по опасностям и непредсказуемости?

— О, где есть Поттер, там всегда будут и приключения, и опасности. Даже не надо никуда ходить, — ехидно заметил Малфой.

— Но ты пойдешь, — в тон ему ответил Гарри.

— Пойду, конечно. Мне… мне это тоже надо.

— Мы идем в прошлое? — уточнила Гермиона, оглядывая собравшихся. — Мы… семеро? Луна, Гарри, Невилл, Джордж… Пако, я… Малфой.

— Да, нас семеро. И есть семеро, кого мы хотим там найти, — кивнула Луна. — Мама.

— Брат, — сказал Джордж.

— Сириус, — сказал Гарри.

— Северус, — хмуро добавил Драко.

— Седрик, — вздохнул Невилл. — Я думал о родителях, но им, кажется, можно помочь и здесь.

Молодой человек посмотрел на Малфоя.

— Люпин, — подумав секунду, прошептала Гермиона. — Я скучаю по нему.

— Девушка-метаморф… Тонкс? — добавил к общему списку Пако. — И ты обещал познакомить меня с малышом Тедди, Смит.

— Смит? — подняла бровь Луна.

— Это шутка, — отмахнулся Гарри. — Так что? Все готовы?

Гермиона осмотрела себя, порадовалась, что выбрала сегодня джинсы, и кивнула.

— Без подготовки? Без плана? — спросила она.

— Как всегда, — с улыбкой ответил ей Гарри.

— В дорогу! В дорогу! — звонко выкрикнула Луна.

Пако вытащил из кармана мешочек и, развязав горловину, протянул его Поттеру.

— Создавай дорогу.

Гермиона потрясенно охнула, когда под ногами Гарри и в обе стороны расстелилась дорога из желтых кирпичиков.

— Нам туда, — уверенно заявила Луна, ступила на кирпичи и вынула из кармана сливу, увидев которую, Пако нервно икнул.

— В путь! — скомандовал Гарри, и Гермиона поспешила взойти на дорогу одновременно с остальными. — В путь!

— А что будем делать, если все получится? — спросила она. — Как мы объясним их возвращение?

— О, профессор Трелони уверяла, что способ найдется, — сказал Малфой. — А Локхарт обещал самый заковыристый, но убедительный план. Он же писатель. И писатель талантливый!

— И он у тебя в долгу, — хмыкнул Гарри. — А Трелони уже не профессор. МакГонагалл вчера подписала ей заявление на увольнение.

Миг — и на траве за Норой никого не осталось. Лишь медленно оседающая на траву желтоватая пыль.