Каникулы Вериной и Таниной #2. Рыцари

Пролог. Посвящение в рыцари

Была ночь, или уже утро - для кого как. Но совершенно ясно было одно - темнота стояла кромешная, было тяжело что-нибудь разглядеть, пока не ударила молния, разрезавшая небо ослепительным светом.

Две тёмные фигуры приближались к двери начальницы лагеря, каждый сам по себе, даже не подозревая, что рядом кто-то есть.

Как вдруг, когда каждый из них решил постучать, их руки соприкоснулись.

– Ай! - прозвучал мальчишеский голос.

– Ой! - прозвучал девчачий.

– Ты кто? - спросили они одновременно, так как в данной ситуации это был самый правильный вопрос.

Первым ответил мальчик:

– Я Васечкин. Петя.

– Ой! - снова воскликнула девочка - Васечкин!

– Танина? - спросил мальчик, уже догадываясь о том, с кем он оказался ночью в грозу.

– Она самая! - гордо сказала девочка - а ты чего тут делаешь?

– А что здесь делаешь ты? - спросил Васечкин.

Танина задумалась. Стоит ли выдавать ему свой план? Свою игру? Наконец, решила, что стоит.

– Я хочу, чтобы Инна Андреевна посвятила меня в рыцари! - воскликнула она.

В темноте не было видно лица Васечкина, и хотя Танина этого не видела, он сначала удивился, потом испугался, а потом засмеялся:

– Девчонку - в рыцари?! Не смеши меня!

– И не собиралась! - серьёзно сказала Танина - я совершенно уверена в том, что женщина тоже имеет право совершать подвиги!

И она стала стучать в дверь.

Васечкин тоже застучал.

А бедная Инна Андреевна проснулась посреди ночи от этих жутких звуков. Дрожащей рукой она потянулась к включателю настольной лампы.

– Кто там? - тихо спросила она, стараясь не показывать, что ей страшно.

– Я... - послышался жалобный голос, а после снова загремел гром.

– Кто, я?! - переспросила бедная Инна Андреевна.

– Это я, Васечкин... - сказал тот же голос за дверью.

– Васечкин? - удивилась Инна Андреевна - ну, входи.

Она открыла дверь и заметила огромный зонт, под которым скрывался Васечкин.

– Что случилось, Васечкин? - спросила Инна Андреевна.

– А Вы пообещайте сначала, что выполните то, о чём я Вас попрошу - тихо, но внушительно сказал Васечкин.

– Что же случилось? - переспросила Инна Андреевна.

– Вы сначала пообещайте! - не унимался Васечкин.

– Хорошо, хорошо. Обещаю - сдалась Инна Андреевна.

– Посвятите меня в рыцари! - попросил Васечкин.

Инна Андреевна схватилась за голову. Потом протянула руку, чтобы потрогать лоб мальчика.

– Васечкин! - взмолилась она - ты не болен? Иди обратно в постель, спать ложись!

– Я не двинусь с места до тех пор, - решительно возразил Васечкин - пока Ваша любезность не соизволит исполнить мою просьбу, исполнение же того, о чём я прошу, покроет вас неувядаемой славой, а также послужит на пользу всему человеческому роду!..

Произнеся эту тираду, Васечкин встал на одно колено, протянул учительнице зонт, по всей видимости, исполнявший роль меча, и книгу про Дон Кихота.

– Вот здесь читайте, я тут заложил - сказал он, указывая на книгу.

Инна Андреевна машинально её открыла - это было место, где Дон Кихота посвящали в рыцари. Она вздохнула, ударила Васечкина зонтом по плечу и торжественно прочитала:

– Да поможет Бог Вашей милости стать удачливейшим из рыцарей и да ниспошлёт Он Вам удачу во всех сражениях! - И она протянула ему зонтик.

– Вы ещё обо мне услышите, Инна Андреевна! - многообещающе сказал Васечкин, поднялся на ноги и взял зонтик обеими руками.

Только рыцарь Васечкин вышел за дверь, а Инна Андреевна облегчённо вздохнула и собиралась снова лечь спать, как в дверь снова кто-то постучал.

– Ну кто же там ещё?! - голос учительницы уже срывался на крик.

– Это я... - ответил голос за дверью.

– Снова ты, Васечкин? Ну чего тебе ещё надо? - спросила Инна Андреевна.

– Я не Васечкин - ответил голос.

– А кто же тогда? - не поняла Инна Андреевна.

– Так, вы откроете дверь? - спросил голос и громко чихнул.

Инна Андреевна открыла дверь и перед ней предстала девочка в пижаме, промокшая насквозь. С её длинных распущенных чёрных волос стекали капли дождя.

– А Вы кто будете? - спросила сбитая с толку Инна Андреевна.

– Обещаете не смеяться, и не оскорблять моей рыцарской чести? - спросила эта девочка.

– Обещаю - вздохнула Инна Андреевна.

– Я Вера Танина - ответила девочка.

– И тебя в рыцари? - переспросила бедная Инна Андреевна - если столько рыцарей будет, кто же будет пионерами?

– И меня в рыцари! - воскликнула Танина, пропустив мимо ушей последний вопрос.

Девочка встала на одно колено и тоже протянула учительнице зонт.

Инна Андреевна, удивляясь, что же сейчас творится на свете, ударила и Танину зонтом по плечу, и торжественно повторила уже выученные слова.

– Спасибо, Инна Андреевна! - сказала Танина, забирая зонт обратно - Скажите, что женщина тоже имеет право совершать подвиги!

– Конечно, имеет - подтвердила Инна Андреевна - а теперь иди в постель, ещё ночь!

Счастливая Танина выбежала из помещения...

01. Рыцарь, в путь!

Васечкин пытался разбудить крепко спящего Петрова. Наконец, ему это удалось.

– Ты чего? - громко спросил Петров, присаживаясь на кровати - Как дам!

– Тише! - прошептал Васечкин, указывая на Гуся, спящего на третьей кровати.

Мальчики тихо вышли из помещения, перед этим Васечкин забрал рогатку Гуся, которая лежала в кармане его халата.

– Ну, и зачем ты меня разбудил? - возмущался вполголоса Петров - я спать хочу!

– Нет, если спать, то ты подвиги проспишь! - отвечал ему Васечкин.

– Какие подвиги в такую рань? - не понимал Петров.

– Эх, если бы ты прочёл "Дон Кихота"!.. - вздохнул Васечкин.

– Утром и прочту - согласился Петров.

– Утро должно застать нас в дороге! - вскинув руку, произнёс Васечкин - а "Дон Кихота" я тебе по дороге расскажу, своими словами. Будем подвиги совершать, в честь прекрасной Дульсинеи!

Не найдя больше слов, Васечкин запел:

– Рыцарь, в путь! Перед тобою

Простирается дорога,

Если хочешь стать героем,

То не медли у порога!

У тебя свои законы,

И, рискуя головой,

Великанов и драконов

Ты зовёшь на смертный бой!

Если ты подался в рыцари,

Надо соблюдать традиции

Надо драться и влюбляться,

Смело действовать кинжалом!..

В подтверждение своих слов, Васечкин взмахнул зонтом, но Петров его перебил, имея на этот счёт своё мнение:

– Прежде, чем за дело браться,

Стоит выспаться, пожалуй!

Вдохновлённый Васечкин продолжал петь:

– Рыцарь, в путь! Во имя славы

Одолеешь все препоны,

И заслужишь ты по праву

Благосклонность юной донны!

Петров возмущённо спросил:

– Кто такая эта донна,

Чтобы вскакивать чуть свет?!

Васечкин только на мгновение закрыл глаза, представляя её светлый лик, и ответил:

– Ах, глаза её бездонны,

Их прекрасней в мире нет!

Если ты подался в рыцари...

Петрову эта затея не понравилась ещё с самого начала. Он продолжал возмущаться:

– То окажешься в милиции!

Потому что если драться,

Ждёт беда, а не победа!

Васечкин рассердился, и махнув рукой собирался идти дальше один:

– Можешь сам тут оставаться!

Без тебя тогда уеду!

Рыцарь, в путь!..

Петров, догоняя друга, снова перебил его:

– Пора оставить

Эти странные затеи!

Васечкин остановился, и вздохнув, запел в ответ:

– Но ведь мы должны прославить

Имя славной Дульсинеи!

Петров, не понимая ничего, спросил:

– Что ещё за Дульсинея?

Чем других девчонок краше?

Васечкин снова вздохнул, и продолжил:

– Хорошо знаком ты с нею!

– Кто ж такая?

- снова спросил Петров.

– Это Маша!

- ответил Васечкин и запел дальше:

– Если ты подался в рыцари

Не сдавай свои позиции,

Бросим детские забавы

Ради славы и победы!

Петров решил, что Васечкина он не переспорит, поэтому согласился:

– Перекусим - и за славой,

Что за слава без обеда?!

Мальчики сделали себе костюмы. Петров взял скатерть и, разорвав её по середине, получил накидку, так же он отыскал шляпу, наподобие той, что бывает у огородного пугала.

Васечкин же где-то раздобыл настоящий рыцарский шлем.

Оседлав велосипед-тандем, они помчались навстречу подвигам...

Танина, вернувшись от Инны Андреевны, принялась будить Верину, крепко спящую в женской спальне.

– Ну, чего? - зевая, спросила Верина.

– Как, чего? - возмущалась Танина - подвиги будем совершать!

Услышав такую глупость, Верина накрылась одеялом с головой.

– Не мешай спать! - сказала она.

Танина стащила одеяло с подруги, а следом и саму подругу на пол.

– Какие подвиги? - возмутилась Верина - я спать хочу!

– Как Дон Кихот! - воскликнула Танина, оказавшись вместе с подругой за дверью спальни.

– Ты чего? Дура?! - продолжала возмущаться Верина - он же рыцарь, а мы девчонки!

– Я не дура! - обиделась Танина - я тоже рыцарь! Меня Инна Андреевна посвятила! А ты... Мой верный оруженосец!

– Не для девчонок подвиги! - отвечала Верина.

Танина была другого мнения, и она запела:

– Рыцарь, в путь! Перед тобою

Простирается дорога,

Если хочешь стать героем,

Так не медли у порога!

Кто бы что не говорил,

А я рыцарь, точно знаю!..

Верина хлопнула себя по лбу - ну вот, опять поёт! Она тоже запела:

– Ты - не рыцарь! Не глупи!

Лучше спать ложись, пожалуй!

Танина отрицательно покачала головой, и продолжила, всё больше загораясь идеей подвига:

– Если ты подался в рыцари,

Не сдавай свои позиции,

Бросим женские заботы

Ради славы и почёта!

Верина вздохнула, и запела дальше:

– Ну, к чему ж нам за почётом?!

Ведь он - для Дон Кихота!

Танина вздохнула, вспоминая кое-что (или кого?) и запела:

– Рыцарь, в путь! Хочу прославить

Я навеки Дон Кихота!

Танина отвечала:

– Надо подвиги оставить!

Это кончится всё плохо!

Да и кто же рыцарь этот?

Сам себя прославит пусть!

Танина обиделась и запела, едва сдерживая слёзы:

– Он за славою поехал!

А я что? Здесь остаюсь?!

Верина не понимала:

– Что за Дон Кихот?! Кто он?!

Говори, хорош тянуть!

А Танина ответила, срываясь на крик:

– Петя Васечкин! Довольна?!

Ты - как хочешь, а я - в путь!

– Ладно, не кричи так - попросила Верина - поехали на подвиги! Только может, сначала поесть!

– На голодный желудок подвиги совершаются лучше! - заявила довольная Танина.

– А в пижаме подвиги совершаются? - с иронией спросила Верина.

– Нет - смутилась Танина - не совершаются.

Она вспомнила, что где-то здесь был драмкружок, и потащила туда подругу.

Видимо, именно здесь Васечкин раздобыл рыцарский шлем, потому что стояли тут два рыцаря - один целый, а у другого не хватало головы. Скоро её не оказалось и у второго - Танина надела второй шлем на себя.

Верина нашла костюм Кота в Сапогах - он пришёлся как раз кстати. Она нахлобучила на голову шляпу с пером и завернулась в накидку.

В поисках верного коня, девочки заметили ещё один велосипед-тандем, который скрывался в кустах.

Оседлав этого "коня", "Рыцарь" и её верный "Оруженосец" отправились на поиски подвигов...

02. Реальная беда

А Петров и Васечкин уехали уже далеко от лагеря. Солнце было уже высоко, и припекало всё сильнее, но это не мешало мальчикам - они ехали с комфортом, под большим пляжным зонтом.

Петров вдруг что-то заметил, слез с велосипеда и пошёл осматривать окрестности.

Он неожиданно засмеялся:

– Васечкин! Иди сюда! Тебя тут подвиг ждёт!

Васечкин один потащил этот велосипед за Петровым.

– Какой ещё подвиг? - спросил Васечкин - где?

– Великан! - Петров указал рукой вдаль - Самый настоящий!

Васечкин посмотрел в ту сторону, куда указал Петров - дорога шла под уклон и далеко внизу стояла старая ветряная мельница.

– А... - разочарованно протянул Васечкин - Мельница...

– Нет, не мельница! - ехидно настаивал Петров - Какая же это мельница, когда невооружённым глазом видно, что это великан! Так что, давай, сражайся!

– Ты что? - закричал Васечкин - всерьёз, что ли? Я что, псих, чтоб с мельницей драться?!

– А как же Дон Кихот? - насмешливо спросил Петров - значит, он всё-таки был псих.

– Но он же думал, что это великан! - отчаянно закричал Васечкин.

– И мы думаем, что это великан! - невозмутимо сказал Петров.

– Я лично так совсем не думаю! - возразил Васечкин.

– Ах, так?! Тогда, вот что - решительно заявил Петров - или всё по правде, как в книжке, или я домой!

– Но почему? - растерялся Васечкин.

– А потому - неспеша объяснял Петров - что если это мельница, то Дон Кихот псих, ты сам так сказал, а если это великан, значит, давай, сражайся! Иначе, какой же ты рыцарь? Трепло ты!

– Дон Кихот не псих! А я не трепло! - твёрдо сказал Васечкин - вот, смотри!

Он вскочил на велосипед, закрыл зонтик, выставив его перед собой, как копьё и нажав на педали изо всех сил, ринулся вперёд - навстречу мельнице.

– Куда ты? - заорал Петров, поняв что переборщил - С ума сошёл?! Стой!!!

Но было поздно. Васечкин не слышал Петрова. Он на полной скорости мчался вниз и не смог бы повернуть назад, даже если бы и хотел.

Но мальчик горел желанием доказать Петрову, что он настоящий Дон Кихот, мечтал совершить настоящий подвиг, прославить Машу...

И Васечкин запел:

– Лечу! Ни пуха ни пера!

Я вам признаюсь честно,

Что эта странная игра

Чертовски интересна!

Воображать, что ты герой,

Добившийся успеха, -

Пусть это все зовут игрой,

Мне это не помеха!

Но если кто готов решить,

Что струсил ты немножко,

Что подвиг можешь совершить

Ты только понарошке,

То прочь фантазии тогда -

Старания утрою

И докажу всем без труда,

Чего я вправду стою.

Пускай победы нелегки,

Но такова работа!

Пускай хохочут дураки,

Глумясь над Дон Кихотом.

Их сам оставит в дураках,

Насмешек всех сильнее,

И он прославится в веках,

Восславив Дульсинею!

И, окончательно потеряв управление, Васечкин на полном ходу врезался в крыло мельницы, проткнув зонтом его насквозь. Незадачливый "рыцарь" изо всех сил ухватился одной рукой за зонт, а второй за край крыла.

Тут подул сильный ветер, крылья мельницы завертелись намного быстрее, и Васечкин, не в силах больше держаться, отпустил крыло и понёсся по воздуху, продолжая сжимать зонт.

Вдруг зонтик раскрылся, поток ветра подхватил "парашютиста" и понёс его над долиной, над поляной, над горами...

Отчаянно крича, Петров мчался за ним, пытаясь не отставать. Но Васечкина понесло с такой скоростью, что вскоре он и вовсе пропал из вида...

Безутешный Петров схватился за голову. Отчаяние его было настолько велико, что он не выдержал, и, глотая безудержно катившиеся слёзы, запел:

– Ну вот, беда подкралась, подлая!

Не понимаю я никак -

Кому нужны такие подвиги,

Ещё к тому же натощак!

Зря безрассудство уважали мы,

Оно нас губит иногда.

Хоть великан воображаемый,

Зато реальная беда!

Ведь от фантазий не изменится

Ничто реальное вокруг,

Как ни верти, а всё же мельница

Не станет великаном вдруг!

Зря безрассудство уважали мы,

Оно нас губит иногда.

Хоть великан воображаемый,

Зато реальная беда!..

– Ну, и что за подвиг ты собираешься совершать? - спросила Верина.

– Ещё не знаю - задумчиво протянула Танина - Дон Кихот сражался с великанами!

– Ну, и ты, сражайся с Великаном! - сказала Верина.

– Да где я тебе его найду?! - возмущалась Танина.

– Где хочешь, там и ищи! - рассердилась Верина.

– Вот и найду! - не отставала Танина.

Девочки снова нажали на педали и покатили дальше.

– Смотри, великан! - съязвила Верина, глядя на мельницу.

Внимание Таниной привлекло совершенно другое.

– Так это ж Петров! - возмутилась она.

– Где?! Где Петров? - спросила Верина, забывая про великана.

И девочки услышали печальную песню Петрова, подъезжая к нему:

– С ним вечно что-нибудь случается,

Он улетел так далеко!

Когда-нибудь он долетается,

Как с фантазёром нелегко!..

– Да, с фантазёром не легко! - воскликнула Верина, смотря на Танину.

Услышав это, Петров перестал петь и обратил внимание на странную картину - перед ним стоял Кот в Сапогах и... Ещё один Рыцарь! Сколько можно?

– Васечкин потерялся? - печально спросила Танина.

– Ага - вздохнул Петров - улетел.

– Разыщем! - воскликнула Танина, дружески хлопая Петрова по плечу.

– Обязательно - подтвердила Верина - ты только не волнуйся, всё хорошо закончится, как в сказке!

– Ну, если как в сказке - согласился Петров - тогда ладно!

И трое ребят направились на поиски четвёртого.

Велосипед девчонок сломался по дороге. Произошло это так: Танина, сидящая впереди, немного зазевалась, размышляя о подвигах, и потеряла управление. Велосипед, с обеими незадачливыми пассажирками съехал куда-то в канаву.

По счастью, девочки почти не пострадали, чего не скажешь об их транспорте. Верный железный конь помялся, погнулся и разлетелся на запчасти.

А из канавы, цепляясь руками за край, вылезла злая и ободранная Танина, а следом за ней и Верина.

Когда девочки уже твёрдо стояли ногами на земле, и их можно было рассмотреть получше, стала заметна ещё одна ссадина на тонкой ноге Веры. Плащ, наскоро сооружённый из занавески, порвался и остался на месте крушения вместе с останками велосипеда.

— Во, дела! — вздохнула Танина — дальше пешком. Наш конь колёса откинул.

— Да — подтвердила Верина — так откинул, что теперь и не найдёшь.

И пошли наши героини дальше на своих двоих — догонять Петрова.

И нашли они его стоящим на краю пропасти. Мальчик смотрел куда-то вниз, где виднелись острые скалы.

— Вот и всё — безнадёжно произнёс он и траурным жестом снял с головы шляпу, больше напоминающую блин.

— Ничего не всё! Разыщем ещё! — возразила Танина, размахивая руками и пытаясь вернуть равновесие своему телу. Но попытка оказалась неудачной, и девочка снова упала, ударившись об землю. Она резко встала, отряхнула шорты и потёрла себя чуть пониже спины.

— Да сколько можно! — закричала она и продолжила оглядываться по сторонам, как вдруг наткнулась на колодец.

Верина, которая тоже помогала поискам, нашла на одной из скал потрёпанный кроссовок, явно принадлежащий Васечкину, а на другой — книгу про Дон Кихота.

А Петров, совершенно отчаявшийся найти друга, принялся писать письмо Маше.

Но так как ни бумаги, ни чернил под рукой не оказалось, письмо стало писаться вслух:

Дорогая Маша, пишу тебе письмо в самую горькую для меня минуту. Наш друг, самый лучший, самый мужественный человек на свете, настоящий Рыцарь, короче, любимый наш Васечкин…

— Петров! — изо всех сил закричала Танина — Сюда иди! Хорош письмо писать, всё равно ведь не дойдёт!

Извини, Маша, на этом я пока письмо прерву — подумал Петров и побежал к девочкам, которые стояли возле колодца и едва сдерживали смех.

— Что случилось? Чего орёте? — спросил Петров.

— Рабочая сила нужна — сквозь смех говорила Танина — водолаза вытаскивать!

И девочка снова разразилась звонким смехом.

— Чего? — не понял Петров.

— Васечкин в колодец упал, достать нужно, а то утонет — объяснила Верина и толкнула подругу локтем в бок, мол, не смейся!

Петров заметно оживился, подбежал к колодцу и закричал вглубь:

— Васечкин, ты там?! Я тебя сейчас вытаскивать буду! Ты только смотри, не утони там!

Ответа не последовало, и Петров решил бросить в колодец ведро, чтобы вытащить Васечкина. Но ведро, по всей видимости, ударило того по голове, потому что послышался стук, звон, вскрик, бульканье, а следом наступила тишина.

— Ну как, поймал? — закричал Петров в колодец.

— Вылезу, ты у меня ещё не так поймаешь! — пригрозил обиженный Васечкин и схватился за это несчастное ведро.

Девочки сидели в сторонке, тихо посмеиваясь и наблюдая, с каким усилием Петров крутил ручку колодца.

Наконец оттуда показалась голова в сильно помятом рыцарском шлеме, а следом и весь «рыцарь». Смотреть на него было жалко — бедный Васечкин весь дрожал от холода.

Увидев Петрова, он сразу же обрадовался, а потом удивился, увидев картину маслом:

На земле, рядом с колодцем сидел человек в рыцарском шлеме, а рядом человек в шляпе и накидке, словно актёр, исполняющий роль Кота в Сапогах. Разумеется, наших героинь было очень трудно узнать в этих костюмах, практически невозможно.

— А ну, ты, дай сюда свою накидку! Тоже мне, Кот в Сапогах! — скомандовала Танина Вериной, и не дожидаясь реакции сняла с подруги накидку.

Васечкин, уже с трудом снявший помятый шлем, с удивлением смотрел на это «представление».

«Кот в Сапогах» получил подзатыльник от «Рыцаря» и обиженно сказал:

— Ладно, ты ещё получишь!

«Рыцарь» только пожал плечами и с накидкой «Кота» в руках двинулся к Васечкину.

Тот от удивления вскрикнул:

— Это ещё кто? Кот и Рыцарь? Во, дела!

«Рыцарь» усмехнулся и набросил на плечи Васечкина накидку «Кота».

— Это вовсе не Кот - сказал «Рыцарь» - а мой верный Оруженосец!

— Точно! Оруженосец! - воскликнул Васечкин и хлопнул себя по лбу.

— Становись на колени! - обратился Васечкин к Петрову.

— Зачем? - не понимал Петров.

— Буду тебя в Оруженосцы посвящать! - торжественно сказал Васечкин.

Петров подумал, и нехотя опустился на одно колено.

— Ладно, так и быть, посвящай! - согласился он.

Васечкин ударил Петрова зонтом по плечу и объявил, всё ещё немного дрожащим голосом:

— Отныне ты будешь зваться Санчо Панса! Верный Оруженосец славного Дон Кихота!

Петров кивнул, поднялся с колен и указал в сторону девочек.

— Это вот, тоже рыцарь. Говорит, что будет совершать подвиги в честь Дон Кихота, тебя то есть - сказал Петров, указав на «Рыцаря».

Она, то есть, Танина, кивнула и сняла с головы шлем, из-под которого тут же рассыпались длинные чёрные волосы, улыбнулась и сказала:

— Ну, здравствуй, Дон Кихот. Бонжур!

— Бонжур! - только и ответил Васечкин, очень удивлённый этим. Наконец, он собрал мысли в кучу и сказал:

— Ты всё-таки подалась в рыцари. Ну ты же девчонка! Какой из тебя рыцарь?

— Женщина тоже имеет право совершать подвиги! - всё твердила своё Танина.

Васечкин широко улыбнулся, насмехаясь над её словами, а потом продолжил, указав на «Кота-Оруженосца»:

— Дайте угадаю. Если эта - неугомонная Танина, то вот эта - Верина! Они всегда везде вместе, прям как мы с Петровым!

— Угадал! - улыбнулась Верина и сняла шляпу в приветствии, после чего снова нахлобучила её на голову.

Танина схватила Верину за рукав и с силой дёрнула.

— Мы пожалуй, отсюда пойдём, нечего рыцарям находиться в компании каких-то девчонок! - возмутилась Танина, сильно выделив голосом последнее слово.

— Да-да, мы пойдём - согласилась Верина.

Танина снова надела шлем, и девочки пошли дальше, оставляя мальчишек позади. А мальчики ещё долго смотрели им вслед, размышляя о чём-то своём.

Наконец, Васечкин толкнул Петрова в бок и сказал:

– Чего стоишь, Санчо Панса? Держи книгу. И пошли подвиги совершать!

– Пошли! - согласно кивнул Петров.

И мальчики пошли дальше. Васечкин, размахивая зонтом, увлечённо рассказывал о своём "путешествии ко дну колодца". Петров лишь изредка кивал, почти не слушая его. Он снова писал Маше письмо:

Дорогая Маша, в настоящее время наш Васечкин совершенно жив-здоров, и уже готовится к новым подвигам. И я вместе с ним, потому что я теперь посвящён в оруженосцы...

– Ну, Петров! Ты меня совершенно не слушаешь! - возмутился Васечкин.

– Слушаю! - возразил Петров.

И они пошли дальше...

Междуглавие 1. Это я во всём виновата!

Как известно, наши герои покинули лагерь ни свет ни заря, когда остальные пионеры ещё спали, соблюдая режим.

Но теперь и в лагере не было тихо. Маша Старцева проснулась и обнаружила у своей кровати записку, а точнее, две. Одна была от её верных друзей Петрова и Васечкина, а вторая от Таниной и Вериной, с которыми наша отличница уже успела подружиться.

Обе записки были подозрительно схожего содержания:

Дорогая Маша, мы уехали совершать подвиги - написано угловатым почерком, видно, что человек торопился.

Вернёмся к обеду - написано ниже мягким округлым почерком и почему-то, зачёркнуто.

Вернёмся, когда прославимся - ещё ниже приписано, тем же угловатым почерком.

И подписи. Четыре знакомые подписи на двух записках. Две округлые, и две угловатые. Четыре подписи, от которых на глаза наворачиваются слёзы.

Маша сейчас же вскочила и оглядела женскую спальню - девочек и в правду не было.

Тогда она побежала в изолятор. Из трёх кроватей занята была только одна, в ней безмятежно храпел Гусь. Маша немедленно подбежала к нему, разбудила и начала расспрашивать, не видел ли он мальчиков.

Гусь, который совершенно не был рад такому пробуждению, закричал:

– Не знаю я! Я тут сплю спокойно, никого не трогаю!

Маша только вздохнула:

– Эх, ты, спящий хулиган! - и выбежала за дверь.

А тем временем пробудилась совершенно не выспавшаяся Инна Андреевна. Всю ночь её преследовало дурное предчувствие, которое не давало ей спокойно спать...

И вот, оно оправдалось! Пропали пионеры - целых четыре человека. Две девочки, два мальчика... Какой ужас!

А самое ужасное, что двух пропавших ребят Инна Андреевна видела этой ночью, и своей собственной рукой посвящала их в рыцари, зонтом.

Тогда это казалось бедной начальнице лагеря только безумным сном, но сейчас она отчётливо помнила, что всё это было на самом деле.

С Васечкиным она знакома уже давно, и с тех пор этот фантазёр и искатель приключений принёс ей не мало проблем. Вот и сейчас, решил, что он взаправду рыцарь, который может совершать подвиги, а сам пропускает обед.

А Танина... Ох, эта девчонка не так давно в лагере, а уже натворила порядком. Видимо, появился у Васечкина последователь...

С этими мыслями Инна Андреевна тоже побежала в изолятор. Гусь уже снова заснул, но ему вновь пришлось просыпаться и отвечать на вопросы о пропавших ребятах.

– Да вы что, сговорились? Не знаю, сплю спокойно, никого не трогаю! - раздражённо ответил он.

– Эх, ты... - начала Инна Андреевна, но Гусь её перебил:

– А я перевоспитываюсь!

Женщина вздохнула и пошла проверить ещё и женские спальни, где девочек она, понятное дело, не нашла.

А Маша Старцева тем временем вбежала в зал для заседаний совета отряда.

– Это я, я во всём виновата! Я подарила им эту книгу! - твердила она.

Антон удивлённо посмотрел на неё и спросил:

– Что же случилось? Давай, говори.

Маша только вздохнула:

– Эх, чтобы рассказать, никаких слов не хватит...

Не в силах сдержать горя и отчаяния, она запела:

– Что же делать, скажите на милость?!

Это я во всём виновата!

Антон схватился руками за голову - не было беды, опять запели. А поют обычно в самых чрезвычайных ситуациях.

– Объясни, наконец, что случилось?

- спросил он Машу.

Не успела Маша открыть и рта, чтобы сказать хоть слово, в зал влетели местные сплетницы - Оля Бобкина и Оля Добкина.

– Просто ужас!

- закричала Бобкина.

– Сбежали ребята!

- закричала Добкина.

Маша, уже в который раз, вздохнула и запела:

– Это всё из-за меня!

Я над ними издевалась.

Что ещё им оставалось?!

Убежать, как от огня,

Не дождавшись света дня,

Мчаться прочь, судьбу кляня!..

Антон снова схватился за волосы и тоже вздохнул:

– Да, ребят, вот это жалость!

Тем временем в изоляторе, в соседней с Гусем комнате, происходила загадочная картина. Инна Андреевна, в свою очередь не сдержав нахлынувших на неё эмоций, тоже перешла на пение, каясь в содеянном перед медперсоналом лагеря:

– Удалось им загадочно скрыться!

Это я во всём виновата!

Ведь и в правду решили, что рыцари!

Медсёстры переглянулись, и хором спросили:

– Что случилось?

Инна Андреевна продолжала:

– Сбежали ребята!

Это всё из-за меня!

Это я не доглядела,

Я им лишь помочь хотела,

Все сомнения гоня,

Не дождалась света дня,

Впопыхах не оценя

Всю - увы! - серьёзность дела!

Это всё из-за меня!

И вот по лагерю двигались, параллельно друг другу, две энергичные процессии:

Первую, в которую входил весь совет отряда, и ещё больше, то есть Антон, Артём, Алик, Лёша, Анка, Дашенька, Бобкина, Добкина, Гусь и маленький Филя, вела за собой Маша.

А вторую, состоящую из пионервожатых и обслуживающего персонала лагеря, практически тащила за собой Инна Андреевна.

– Я должна вернуть их обратно!

- пела Инна Андреевна.

– Это я во всём виновата!

- продолжала Маша.

– Это просто невероятно!

- воскликнул целый хор голосов из обеих процессий.

– Далеко не ушли, вероятно!

- вставил своё слово и Гусь.

– Вот она, за насмешки расплата!

- всё пела Маша.

– Вот она, за беспечность расплата!

- пела Инна Андреевна.

– Это всё из-за меня!

- заключила Маша.

– Я побег проспал, к несчастью.

В поисках приму участье.

Это всё из-за меня!

- пел Гусь.

– Это всё из-за меня!

- повторила Инна Андреевна.

– Это всё из-за меня!

- пропели все трое, и скрылись в лагерном гараже.

Немного позже из этого самого гаража выехал уже не новый открытый автомобиль. За его рулём сидела Инна Андреевна, рядом с ней - Маша, а на заднем сидении разместился довольный Гусь.

Весь лагерь вышел проводить поисковую экспедицию в путь.

– Итак, в дорогу!

- пела Инна Андреевна.

– Что ж, пора!

- пела Маша.

– Счастливого пути!

- отвечали все.

– Ни пуха, братцы, ни пера!

- пожелал Антон.

Все хором запели, провожая экспедицию:

– Пусть не препятствует жара,

Пусть не препятствует жара

Вам беглецов найти!

После этого машина сорвалась с места и вылетела за ворота.

Участники этой экспедиции, вновь запели, уже в пути:

– Неужто, нам их не вернуть?

Неужто не найти?

- спрашивала Инна Андреевна.

– За славою пустились в путь!

С пути такого не свернуть!

- отвечала Маша.

– От Гуся не уйти!

- предупредил Гусь.

– Хоть всем лишь по двенадцать лет

Умны не по годам!

- снова запела Инна Андреевна.

– И у меня сомнений нет,

Они оставят в жизни след,

Они оставят в жизни след!

- продолжала Маша.

– Разыщем по следам!

- предположил Гусь.

– Но как же нам найти тот путь,

Что к славе их ведёт?

- вновь спросила Инна Андреевна.

– Тревога мне сжимает грудь!

- переживала Маша, и не зря.

– Не дрейфь, разыщем где-нибудь!

- пытался успокоить её Гусь.

– Вперёд! - пела Инна Андреевна.

– Вперёд! - пела Маша.

– Вперёд! - басил Гусь.

– Вперёд! - вдруг раздался тоненький голосок откуда-то снизу. От неожиданности все замолчали, а этот детский голосок продолжал распевать:

– Вперёд! Вперёд! Вперёд!

Наконец, Гусь догадался приподнять заднее сиденье, из-под которого сразу же выглянула довольная Филькина рожица.

Первое, что он сделал, это чихнул, так как под сиденьем, наверное, было очень пыльно.

А второе - это спросил Инну Андреевну, проглатывая окончания слов:

– А с какой скоростью мы едем? Кстати, здрасте, Инн Андрейна!

Инна Андреевна, и так перетерпевшая кучу невероятных событий, думала, что ничему больше не удивится. По крайней мере, пока они не найдут ребят.

Но это было не так - маленький Филя, неведомо как оказавшийся в машине очень её удивил. Так удивил, что женщина не нашла слов, чтобы ответить на его вопрос.

Зато, слова нашёл Гусь:

– Вот я тебе как дам по ушам! Будешь знать!

Но Филя, хоть и маленький, но не испугался. Он замахнулся на Гуся, да так, что последний отскачил к противоположной двери в машине.

– Но-но! Войдёшь без стука, вылетишь без звука! - угрожающе сказал Филя и так уже напуганному Гусю.

А автомобиль всё продолжал катить по дорогам, надеясь наткнуться на следы славных рыцарей...

03. Где тут подвиг?

Девочки всё шли и шли, никаких подвигов пока не наблюдалось, поэтому они оживлённо болтали на отвлечённые темы, стараясь не думать о мальчиках.

Первой негласное правило нарушила Танина.

— Подумаешь, они мальчишки! - возмутилась она - Мы-то девчонки, да тоже чего-нибудь стоим! Вот! Я такой подвиг совершу! Ой! Ай!

Что за подвиг, она объяснить не успела, потому что споткнулась о камни, лежащие на дороге, свалилась на землю и застонала от боли.

Девочка с трудом поднялась - в голове гудело, как в колодце, а по всему телу осталась тупая боль. Покачиваясь, она взмахнула рукой, поправила шлем и крикнула куда-то в пустоту:

— Набросали тут! Дороги честным людям нет! Вот я вам! Ух, как задам! Вы у меня ещё!..

С горем пополам, девочки перебрались через осыпь и собирались идти дальше, как заметили подходящего к осыпи пожилого грузина.

— Эх, плоха, когда дароги нэт - сказал он по-русски, но с грузинским акцентом.

Старик ухватил камень побольше и стал катить его к обочине.

— Дедушка, а зачем Вы камни убираете? - полюбопытствовала Верина.

— А куда спешить? - спросил старик, не прекращая работу - Мне спешить некуда, другой спешить будет, на машине поедет, может, плоха кому, помочь нада, а дарога камнем завалена, разбирать скока врэмени уйдёт… - он ухватился за следующий камень.

— Надо помочь - сказала Верина и схватила Танину за руку - мы поможем?

Танина вздохнула и ответила:

— Можно.

Она схватила небольшой камень, задумалась и стала подбрасывать его в воздух.

Тем временем Верина ухватилась за один из тяжёлых камней и потащила его.

Когда она еле-еле оттащила этот камень и потянулась за следующим, совсем-совсем рядом послышались знакомые голоса:

— …значит, лечу я, а оттуда вся земля, как на ладони… Вдруг чувствую: теряю высоту! Что делать? Вокруг никаких условий для мягкой посадки: валуны, острые скалы - живого места нет! Вдруг вижу… колодец…

— Это всё очень хорошо, только вот я за тебя переживал! Думал уж, всё! А что я бы твоим родителям сказал? А Маше что?..

Эти голоса, без всякого сомнения, принадлежали Васечкину и Петрову. Кто бы знал, что мальчики пойдут той же дорогой!

— Эй! - закричала Верина - смотри, там Петров и Васечкин идут!

— Где?! Ой! - это Танина зазевалась и уронила камень себе на голову.

А мальчики уже подошли и тоже заметили осыпь. Перелезли на другую сторону и обратили внимание, что пожилой человек и девочка разбирают обвал.

Петров тут же решил помочь, и стал тоже таскать камни.

— Может, поможешь? - спросил Петров друга.

— Времени на это нет - отвечал Васечкин - нас же подвиги ждут!

— Подвиг это тебе не мечом махать, а делать что-нибудь полезное для общества! - возразила девочка, и Васечкин разом узнал в ней Верину.

— Да ну? А ты у своей подруги спроси… Кстати, где она? - спросил он.

— Здесь я - ответила Танина - скучаю, сижу. Может, где-то кому-то нужна помощь, а мы тут камни ворочаем!

— Дело говорит, хоть и девчонка - согласился Васечкин.

— Ничего не дело! - возразила Верина - нужно помочь. Так давайте, рыцари, посмотрим на вас в деле.

Танина вздохнула, отбросила в сторону небольшой камень, который всё это время держала в руке и запела:

— Если хочешь, чтобы слава

О тебе жила в веках,

Значит, не имеешь права

Застревать на пустяках!

Поспешим отсюда прочь!

Поспешим отсюда прочь!..

Верина, перетащив очередной камень, ответила:

— Надо дедушке помочь!

Танина только махнула рукой и в запале запела дальше:

— Где тут подвиг? Тут работа!

Этим глыбам нет числа.

Может нас за поворотом

Ждут великие дела!

Васечкин же пытался убедить Петрова бросить это «не рыцарское» дело и тоже запел:

— Вдруг не будет больше шанса

В деле проявить талант!

Так за мной, мой Санчо Панса!

Так вперёд, мой Росинант!

Поспешим отсюда прочь!

Поспешим отсюда прочь!..

Петров, вытирая со лба пот, отвечал:

— Надо дедушке помочь!

Васечкин хлопнул себя по лбу, вздохнул и продолжил петь:

— Где тут подвиг? Тут работа!

А работам нет числа.

Может нас за поворотом

Ждут великие дела!

Поспешим отсюда прочь!

— Поспешим отсюда прочь!

- повторила Танина.

Петров и Верина, не прекращая работу, спели в ответ:

— Надо дедушке помочь!

— Ну вы и помогайте! - воскликнул Васечкин.

— А нас уже подвиги заждались! - продолжила Танина.

Они переглянулись и хором заявили:

— Не рыцарское это дело, дорогу расчищать!

— Ладно - вздохнул Петров - ты иди, обстановку разведай, только подвигов без меня не совершай!

Васечкин неопределённо развёл руками.

Танина выжидательно смотрела на подругу.

— Ладно - вздохнула Верина - и ты иди. Только не натворите чего-нибудь, а то вы вдвоём, это просто конец света какой-то.

— Да уж - согласился Петров.

Танина с Васечкиным уже и в правду ушли, а Верина и Петров остались разбирать камни.

— Как бы чего не вышло - переживала Верина, изо всех сил толкая большой камень.

— Обязательно выйдет что-нибудь ужасно глупое - ответил Петров, помогая ей.

Завал становился всё меньше и меньше, благодаря усилиям Петрова и Вериной. Ну, и конечно же, пожилого грузина, который выполнял практически всю работу сам.

Ребята, хоть и были заняты очень полезным делом, быстро заскучали таская одинаково серые камни, различающиеся лишь размером. Чтобы уж совсем не помереть со скуки они завели разговор.

– Вот, зачем сдались им эти подвиги? Все вместе мы бы намного быстрее управились бы - вздыхала Верина.

– Васечкин, если идеей какой загорится, то никаким огнетушителем не потушишь. Вот надо рыцарем стать, значит надо! - отвечал Петров.

– Ох, не к добру всё это. Танина, она же девочка - говорила Верина - Ей бы женскими делами заниматься, а она подвиги совершать удумала. Доказать кому-то хочет, а кому? Зачем?

– Тут всё предельно ясно - сказал Петров - это она хочет доказать Васечкину, что не он один такой весь из себя рыцарь. Он же всё смеётся над девочкой, а по факту, они же одинаковы.

– Да уж - снова вздохнула Верина - и с одинаковым успехом влипают в неприятности. Вечно их спасать надо.

– Такова жизнь, что тяжело с таким человеком - говорил Петров - но друга разве бросишь? Да никогда! Эти его идеи даже иногда интересны бывают... Только вот к добру не приводят.

– Вот про дружбу, это точно - согласилась Верина - с детства ведь подружились... И про последствия, тоже верно. Ничего хорошего из этих идей не выходит, вот хоть сейчас. Сидели бы в лагере, а там обед наверное...

– Обед, это конечно хорошо, но вот работу закончить надо - ответил Петров - тут уж и не много осталось...

– Ага, не много - горько усмехнулась Верина - лично я уже устала. Всё-таки женские руки не для тяжестей предназначены, а для домашней работы. Вот, полы помыть, посуду, обед приготовить и всё хорошо...

– Ну, скажи честно, ты за мной зачем опять увязалась? - спрашивал Васечкин, смотря по сторонам, не видно ли где подвига.

– Ничего я не увязалась! Ты всё надо мной смеёшься, что я девчонка, а это разве что-то значит? - возмущалась Танина.

– Естественно, значит. Рыцарь, это мужчина. А женщина, это дама в беде, и её спасать надо. Или дама не в беде, тогда её спасать не надо, а надо прославлять, как Машу - объяснял Васечкин.

– Опять Маша! - обиделась Танина - Это всё из-за неё ты решил быть рыцарем! Обойдется она и без твоих подвигов, она же отличница, какое ей дело до рыцаря?

– А ей и так до меня никакого дела - вздохнул Васечкин - может, если совершу что-нибудь такое, она хоть подумает, какой я молодец. И будет гордиться, что знакома со мной. А то говорит, двоечник ты, а двоечники люди не интересные... Тьфу, да разве оценки это главное?!

– Совсем нет - ответила Танина - у меня у самой одни двойки, тройки иногда, а по французскому четыре, но это исключение. Просто случай один вышел, интересный:

Язык то я хорошо знаю, и произношение у меня хорошее, только я забывчивая очень. И забыла выучить слова, а когда вспомнила, то поздно было.

Ставили наши, короче, "Кота в Сапогах", и на главную роль взяли меня. А я говорю, лучше бы Верину взяли, она лучше сыграет. А мне говорят, что оценку исправлять надо, потому что контрольная написана на два.

Ну, я слова на бумажке записала, и на сцене незаметно с этой бумажки читала. Только вот всё на бумажке не поместилось, я на руке дописала. А рука от волнения вспотела, и чернила размазались - фиг что поймёшь - ну я и стала импровизировать, сказку-то я с детства знаю.

Вот я и говорю, чистейшим, блин, русским языком, но так переволновалась, что и тут всё испортила. Говорю я, значит: "Кот в Сапогах пришёл просить руки принцессы!"

Шляпу так снимаю, кланяюсь "принцессе", и только тут понимаю, что сказала глупость. Поправилась: "Просить, конечно же, не для себя, а для хорошего человека. Маркиза де-Как-его-там" - взяла и имя забыла, так не вовремя!

Зал, конечно, хохочет, Лилия Степановна краснеет, а потом дают занавес. Ну, всё, думаю, пропала. А тут Верина выручила - костюм надела, и вперёд на сцену!

Произношение у неё - тихий ужас, зато всё по тексту, без ошибок. Я даже зааплодировала. А потом как поскользнулась и как шлёпнулась из-за кулис на сцену, без костюма, естественно, только в шляпе.

Ну Верина мне и говорит, по-французски, естественно, чтобы я со своей шляпой убиралась и не мешала играть. А я, с её корявым произношением ничего не поняла, и решила, что это она сказала "Убирайся отсюда, шляпа!"

Я обиделась и по-русски как заору: "Это ты шляпа, а не Кот!", и ухожу, этой шляпой в Верину запустив. А она нормально отыграла, а на меня даже не смотрит - обиделась.

А мне четыре поставили, за старание, произношение и юмор. Лилия Степановна так и сказала.

– А с Вериной мы, конечно же, помирились - закончила увлекательный рассказ Танина - мы часто ссоримся, но это так, не взаправду. Конечно, потом миримся. И дальше дружим.

– Во, история! - восторженно протянул Васечкин и поднял большой палец вверх - просто класс! А я, тоже, между прочим, в спектакле играл. В "Красной Шапочке". Серого Волка. И тоже на французском языке! И тоже смеху-то было!..

Вот, была значит, контрольная, а я её писать не хотел. И притворился, что заболел, дома, конечно, остался.

А у нас в школе спектакль, а у меня главная роль! Звонят мне по телефону, и говорят об этом. Ну, я и говорю: "Придётся мне прийти и выручить вас". А мне говорят, не надо. Я, конечно, в шоке, можно сказать, не понимаю ничего. А мне говорят, Петров будет играть.

Ну я разобиделся, а как представил, что Петров лучше меня сыграет, ещё и с Машей (она Красной Шапочкой была как раз), так сразу плохо стало. Ну, думаю, не бывать этому! Сам сыграю, и меня Маша хвалить будет!

Вот, прибегаю я, значит, думаю, вовремя. Маша на сцене песню свою поёт. На стуле за кулисами костюм Волка валяется, прямо для меня специально! Ну, я одел его по-быстрому и на сцену.

"Же сюи ле лю гри!" - говорю. Это значит "Я серый волк", хоть ты и сама знаешь.

А Маша на меня глазищи свои вытаращила и говорит что-то тихо-тихо, а я и спрашиваю, тоже тихонечко: "Что, слова забыла?"

А она голову гордо так подняла и говорит: "Я? Забыла? Да ни за что!" и свои слова говорит, в точности по тексту.

Я только хотел свои слова сказать, как влетает на сцену Петров в костюме Кота (он этот костюм у Вовки Сидорова отобрал) и орёт: "Это я - серый волк! Уходи, я уже играл!"

Я ему и говорю: "Это я - серый волк, а ты - Кот!" А тут на сцену выбегает Сидоров в шляпе, злой-презлой, что у него вместе с костюмом ещё и роль отбирают, и как закричит своим тоненьким голоском: "Это я - Кот!"

Зал со смеху чуть не помер, а заевший занавес наконец опустился. Петров потом долго дулся, что я ему весь спектакль испортил, ведь он, оказывается, всё уже сыграл, а потом занавес заел, и переводчик наш, Горошко, никак не заткнётся...

– Вот такая вот история - подытожил Васечкин.

– Круто! - воскликнула Танина, и так же подняла большой палец вверх - а у нас, оказывается, даже ещё больше общего!

– Это да - согласился Васечкин - и истории похожи, и вообще мы одинаковы! Ты только тут поосторожнее, тут склон крутой!..

Васечкин схватил едва не упавшую Танину за пояс и осторожно удержал от падения.

– Ой, спасибо - поблагодарила та - я вообще под ноги не смотрю, заслушалась...

– Ты смотри, кто там! - воскликнул Васечкин, переводя тему.

Танина оглядела окружающую местность - на траве мирно паслась отара овец. Овцы щипали траву, медленно передвигаясь по лощине - самая мирная картина, ничего интересного или героического.

– Хм, да это же просто овцы! - выразила своё мнение девочка.

– Да какие овцы?! - обиженно спросил Васечкин - сама ты овца! Вон, в кустах! Это ж Волк!

Танина обиделась:

– Это я значит, овца?! Это ты значит, так считаешь?! Ну я тогда ухожу!

Васечкин хлопнул себя по лбу.

– Ладно-ладно, прости, не подумал. Не овца ты, а симпатичная девчонка - извинился он - Только посмотри, там волк в кустах!

– Где?! - вскрикнула Танина, пытаясь высмотреть волка, но Васечкин уже заметил, как тот подбирается к одной из овец.

– Ах, ты вот так! Тогда получи! - закричал он, выхватывая из кармана рогатку Гуся, которая оказалась очень кстати. Подобрав с земли несколько камешков, он стал метко стрелять прямо в хищника.

Тот взвыл от боли, но долго не мог понять, откуда же в него бросают камни. Наконец, поняв, откуда летят снаряды, волк бросился в сторону Васечкина.

Мальчик, от испуга, больше не мог попасть в цель - дрожащая рука никак не хотела правильно и метко стрелять, снаряды бессмысленно улетали в голубые дали.

Танина, всегда чётко мыслящая в чрезвычайных ситуациях, сразу предположила:

– Может, попробовать с ним поиграть? Может, ему палку бросить?

Девочка подобрала с земли какую-то ветку и швырнула её в сторону хищника, но попала прямо ему по голове.

Волк страшно зарычал и собирался наброситься на ребят, но они сейчас же дали дёру. С криками "Волк, волк!" ребята бросились искать хоть кого-нибудь из людей, кто смог бы им помочь.

От криков, рычания и блеяния проснулся толстый чабан, который с криками "Волки? Где волки?" скатился со склона и увидел ребят, метающихся среди перепуганных насмерть, скачущих, куда глаза глядят, овец, и огромного чёрного хищника.

Васечкин, заметивший чабана, изо всех сил закричал:

– Дяденька! Бейте волка!

– Гдэ волки?! - спрашивал чабан.

– Так вот же, чёрный! - закричал Васечкин, а Танина пряталась за ним, и с перепугу не могла издать ни звука.

Чабан посмотрел на волка, потом на Васечкина и как заорёт:

– Ты што, мальшик, волка от собаки атличит не можешь? Ты зачем кричал? Зачем стадо пугал? Ты меня зачем разбудил?!

– Ой - тихо сказал Васечкин - сматываемся!

Он схватил Танину за руку и потащил туда, откуда они пришли, пока рассерженный чабан их не догнал.

А тот кричал ребятам в догонку:

– Вы двоешники! Хулиганы!

04. О славе

А Васечкин и Танина всё бежали и бежали, пока наконец не вернулись на то место, где раньше был завал.

Они помогли перетащить последний камень и грохнулись на землю, переводя дыхание.

– Вы чего?! - возмутилась Верина - Один камень перенесли, и то вдвоём, и уже устали?! А мы тут сколько работали!

– Да тише ты, пожалуйста, успокойся - сказал Петров и продолжил с иронией - они же подвиги совершали. Сейчас весь мир о них заговорит!

– Ага, подвиги! - ответила Танина, всё ещё пытаясь восстановить нормальное дыхание - Это и не подвиг вышел, а издевательство какое-то!

– Давай, рассказывай - попросила Верина - а мы, может, и не станем над вами смеяться. Вы же рыцари, а рыцари имеют право маяться дурью, пока честные люди трудятся!

Танина только вздохнула и решила взять всю ответственность на себя - пусть лучше на неё Верина как следует наорёт и успокоится.

Ну, она и рассказала всё: как они с Васечкиным болтали, как увидели волка, как Танина в него палкой кинула и как вся эта ситуация разбудила чабана, который на них наорал.

Верина не сдержала слово - она просто заливалась звонким смехом:

– Это ж надо, собаку с волком перепутать! А ещё рыцари... Рыцари хоть зоологию должны учить. У меня вот по ней твёрдая четвёрка.

Танина и Васечкин переглянулись и скромно промолчали, со своими скромными двойками по зоологии в уме.

– Ну вы и даёте, рыцари! - протянул Петров - ну да ладно, раз уж всё хорошо кончилось, то всё и хорошо.

Пошлите лучше обедать, а то после работы, и после подвигов, наверное так есть хочется...

Старый грузин подошёл к своей сумке, достал из неё чистую белую тряпку и расстелил её на большом плоском камне.

– Идите суда, кушайте на здаровье! - сказал он.

Наши голодные путешественники с огромной охотой согласились, заняли места вокруг камня, как вокруг стола, и с аппетитом начали есть.

Мимо них по расчищенной дороге время от времени проносились телеги, машины, мотоциклы...

– А всё-таки, хорошо, что мы дорогу расчистили! - сказала Танина с набитым ртом.

Верина показала ей кулак.

– Мало того, что вовсе не работала, сидишь ешь спокойно, да ещё и хвалишься! - возмутилась Верина - дать бы тебе разок по шее!

– Не надо мне по шее, я между прочим, тоже устала и проголодалась - пыталась оправдаться Танина.

– Вы, девчонки, такие забавные, ссоритесь по пустякам! - со смехом сказал Васечкин.

– А мы не ссоримся! - хором ответили Танина и Верина.

– Просто она рассердилась на меня, а если она сердитая, то ещё не такое может произойти... - тихо сказала Танина мальчикам, чтобы сама Верина не услышала.

Петров и Васечкин переглянулись и тихо засмеялись, а потом стали отбирать друг у друга последний кусок.

Старый грузин засмеялся, взял этот кусок из рук мальчишек и разломил на две части.

– Точно! Как же я сам не догадался! - воскликнул Васечкин и потянулся за своей частью.

Но старик усмехнулся и отдал одну часть Петрову, а вторую - Вериной.

– Они работали, им больше полагается. А вам с этого урок будет, в другой раз тоже помогать будете - сказал он.

Васечкин и Танина переглянулись и вздохнули.

– Но они же подвиги совершали! - сказала с набитым ртом Верина, потылась усмехнуться, но поперхнулась и закашлялась.

– А вот и тебе урок. Не смейся над другими, а то и над тобой будут смеяться - сказал старый грузин.

Васечкин и Танина и вправду смеялись, но вскоре замолчали, потому что старик запел:

– Только тот по-настоящему герой,

Кто о славе слова не проронит,

Не гонись за нею, мой родной,

Слава всё равно тебя обгонит.

И, победно в рог большой трубя,

Прогремит от края и до края,

Но зависит только от тебя,

Добрая она или дурная.

Помни, к славе выбирая путь,

К ней ведёт не всякая дорога!

Чтоб с пути прямого не свернуть,

Сил тебе понадобится много!

Нет, скажу вам, только тот герой,

Кто о славе слова не проронит,

Не гонись за славой, мой родной!

Всё равно она тебя обгонит!

– А я? Я же не ради славы! Я за права сражаюсь и признание - сказала Танина, собирая растрёпанные волосы в хвост.

– И за какие же права? За чьё признание? - серьёзно спросил старый грузин.

Танина задумчиво вздохнула и сказала:

– Да так, ерунда. Просто кое-кто, то есть, совсем никто, в меня не верит! Я говорю, что и женщина имеет право на подвиг, может быть рыцарем, а он, то есть все, смеются надо мной, что я девчонка! Ну вот очень нужно доказать ему, то есть всем, что я настоящий Рыцарь!

– А, ну тогда мой тебе совэт: не ищи подвига, моя милая, подвиг сам тебя найдёт, и всэ паймут, что ты очень хароший человек, настоящий Рыцарь - с понимающей улыбкой сказал старый грузин.

Танина улыбнулась в ответ, сдерживая нахлынувшие от переизбытка чувств слёзы и метнула взгляд в сторону мальчишек - они болтали о чём-то своём, и этот разговор пропустили мимо ушей. Может, это и к лучшему.

Танина глубоко вздохнула, окончательно избавившись от нежелательных слёз и сказала:

– Спасибо, дедушка, и за обед, и за совет, а нам уже, наверное, надо дальше идти.

– Ну, раз надо, значит надо! - с улыбкой сказал старик.

Ребята обняли его на прощание, подхватили свою поклажу - зонты и книгу и пошли дальше.

Верина схватила Танину за руку и заставила остановиться.

– Ты чего?! - возмутилась Танина.

– Это ты чего?! - спросила в ответ Верина.

– А чего я-то? - искренне не понимала Танина.

– А того - объясняла Верина - это что за слова? Что за взгляды? Что за беганье хвостиком? Влюбилась, что ли?

– А тебе-то какое дело? - тихо спросила Танина.

– А такое, что ты опять. Говорила, ошибка молодости. Ага-ага! - сказала Верина.

Танина задумалась - и в правду ведь, был такой случай...

...Было дело года два назад, ещё когда десять лет было мне. Звали того мальчика Женя Зайцев, он был круглый хорошист, а я - двоечница и хулиганка.

Я ж всегда была такой неугомонной - то на дерево полезу, упаду, чуть не расшибусь. То в воду полезу, а плавать не умею, чуть не утону.

Это всё старший брат, ему на тот момент было уже четырнадцать, он учился в седьмом классе. Он был самым настоящим хулиганом, не то что этот Гусь. Олегом его звали. Он и меня учил хулиганству.

Вот, значит Женечка Зайцев учился в параллельном классе, ну он конечно, и сейчас там учится.

Был он весь чистенький, светленький, с большими зелёными глазами и светлыми волосами, аккуратно зачёсанными назад.

С большим портфелем, который еле-еле тащил, но никогда не просил о помощи. А ещё он не выговаривал букву «Р», это выглядело так смешно и мило. Был этот Женя моей детской любовью.

Я всё смотрела, по каким дорожкам он ходит, и сама там ходила. Заводила разговор, а Женя молчал. Только изредка кивал головой и тихо просил «Толапиться» - торопиться, то есть, пока не опоздали.

И вот он вечно мне говорил, чтобы перестала ерундой заниматься и за ум взялась, потому что двоечников никуда не берут, а я ему, что после школы в армию пойду, там оценки не нужны, главное физическая подготовка. Волосы обрежу и буду сражаться с братом бок о бок, страну защищать.

Женя глаза круглые делает от удивления, а я смеюсь и убегаю. Не решила ещё, чем после школы заняться, наслаждаюсь, так сказать, детским возрастом...

– Э-эй! Земля вызывает Танину Веру! Чего задумалась? - закричала Верина и замахала руками перед лицом Таниной.

– А ты что, лучше, что ли? - обиженно спросила Танина - тоже ведь старалась.

– Но я-то... - начала Верина.

– Ты бы вообще молчала! За моим братом старшим бегала! Это уже ни в какие рамки! - возмущалась Танина.

– Ну, знаешь ли - Верина разозлилась - я тогда с тобой вообще разговаривать не стану!

– Ну и пожалуйста! - гордо задрав голову и опустив забрало шлема сказала Танина и пошла дальше.

А Верина за ней. Молча.

Стоял жаркий день, солнце палило вовсю, поэтому Танина наскоро избавилась от металлического шлема, достала из кармана панамку и нахлобучила себе на голову. У Вериной была шляпа, она тоже хорошо защищала от солнца.

Путешественники от усталости еле передвигали ноги, поэтому очень обрадовались, когда впереди появился дом.

А ещё больше обрадовались, когда заметили возле того дома Петрова и Васечкина, которые говорили с маленькой девочкой.

Танина и Верина остановились чуть подальше от дома и стали наблюдать...

Васечкин снял с головы панамку в приветствии, и снова нахлобучил её на голову.

– Не соизволит ли сообщить прекрасная донья - начал он, соблюдая все красоты стиля - в чьи владения занесла злосчастная судьба храбрейшего из рыцарей и его оруженосца? Не вы ли достославная хозяйка сего замка, и если это так, то не соблаговолите ли вы сообщить своё благородное имя?

– Я не хозяйка - испуганно пролепетала девочка - я с бабущкой живу...

– Брось, Васечкин! Совсем ребёнка запугал - прошептал Петров.

– Не мешай - отвечал Васечкин - так надо!

Девочка, месившая ногами глину, уже почти выбралась из ямы и смотрела на Васечкина огромными испуганными глазами.

А Васечкин закричал на неё ещё громче:

– В таком случае, Вы должны признать, что в мире нет прекраснее доньи Дульсинеи Тобосской, которая также известна повсюду под именем Маши Старцевой! - Васечкин сделал эффектный жест рукой. - Согласны ли вы признать это?! - Его указательный палец, описав дугу, уткнулся в перепуганную "донью".

– Согласна, согласна - закивала девочка.

Васечкин довольно улыбнулся.

– Ну, как? - спросил он у Петрова.

– Здорово! - восхитился тот - точно по книжке шпаришь!

Девочка, наконец выбралась из ямы и с криками «Бабущка, бабущка!» побежала к дому.

Петров и Васечкин недоуменно посмотрели ей вслед. Внезапно их лица вытянулись. Из дымохода большой печи, стоящей посреди двора, высунулось перемазанное сажей лицо. Высунулось и тут же исчезло. Зато из самой печи показались ноги в кроссовках и джинсах, а затем и их владелица.

– Манана, деточка, кито тебя абидел? - спросила бабушка.

– Слушай, Петров! - засуетился Васечкин - пошли отсюда?

– Пошли - согласился Петров - Баба-Яга какая-то, очень надо!

– Бабущка! - закричала осмелевшая девочка - тут к нам рыцари пришли, как в сказке!

– Рыцари? - спросила Баба-Яга - я люблю рыцарей!

– Съест! - испугался Васечкин.

– Точно, съест! - подтвердил Петров.

Девочки тоже перепугались и напрочь позабыв о своей ссоре бросились на помощь.

– Не ешьте их! - закричала Танина, становясь между Бабой-Ягой и мальчишками.

– А ты кто? - полюбопытствовала Манана, хватая Танину за футболку.

– Я тоже рыцарь! - гордо воскликнула Танина, высвобождая край одежды из цепкой детской ручки - будете обижать ребят, будете иметь дело со мной! - она воинственно выставила перед собой зонт.

– Ты не рыцар! - засмеялась Манана - Ты девочка. А девочка - не рыцар!

Танина обиделась, а Верина засмеялась.

– Чего смешного? - возмутилась Танина - я тоже рыцарь!

– Конечно-конечно! - согласилась Верина, не сдерживая улыбки - ты рыцарь, совершаешь подвиги и всё такое. Но малышка права, ты девочка.

– Я не малышка! - обиделась Манана - я взрослая и красивая!

Тут уже засмеялись мальчики.

– Ладно, рыцари, поможете мне этот замок достроить - сказала Баба-Яга - муж мой, её дедушка, уже пятьдесят лет никак его не достроит!

– Ну мы и влипли - прошептала Танина, сжимая руку Васечкина.

– Ну, это лучше, чем если бы она нас съела - прошептал в ответ Васечкин, тоже сжимая её руку...

05. Не мужское это дело!

Четверо друзей стояли молча, неподвижно. Баба-Яга подошла к ним и спросила, указав на Васечкина:

– Ты - рыцарь?

– Я... Я пошутил - запинаясь произнёс тот, ещё крепче сжимая руку Таниной.

– Значит, ты - рыцарь? - спросила Баба-Яга, переведя палец на Петрова.

– А я ещё не рыцарь, я только оруженосец - стал оправдываться Петров, сжимая руку Вериной.

Танина вздохнула, отпустила руку Васечкина, подошла к Бабе-Яге и сказала:

– Я - рыцарь. Только вы мальчишек не трожьте!

– И я помогу. Хоть я пока ещё только оруженосец, но польза и от меня будет! - заявила Верина.

Баба-Яга засмеялась и превратилась... В симпатичную женщину с добрым лицом и красивой причёской.

– Эх, вы, рыцари! - весело сказала она - Женщинам всё самим делать приходится!

Девочки скинули кроссовки и стали помогать женщине месить глину, пока Петров и Васечкин сидели в сторонке на скамейке.

Женщина усмехнулась, бросив быстрый взгляд на мальчишек, и запела:

– Ах, домашние заботы,

Пусть не видно им предела,

Это женская работа -

Не мужское это дело!

Лишь была бы острой сабля,

Лишь бы конь других резвее.

А семье построить саклю

Женщина сама сумеет!

Пусть мужчины отдохнут.

Легкий повседневный труд -

Это наш удел!

– Это наш удел! - подхватила Верина.

А женщина запела дальше:

– Масса есть у нас причин,

Чтобы поберечь мужчин

Для серьёзных дел,

Настоящих дел!

Чтоб кормить семью и мужа,

Надо действовать умело.

Тут подход особый нужен -

Не мужское это дело.

Ждет мужчину подвиг где-то -

Вечно он спешит куда-то.

Ну а женщина с рассвета

Не присядет до заката.

Пусть мужчины отдохнут.

Легкий повседневный труд -

Это наш удел!

– Это наш удел! - снова подхватила Верина.

– Масса есть у нас причин,

Чтобы поберечь мужчин

Для серьёзных дел,

Настоящих дел!

- закончила женщина.

Всё это время Танина не проронила ни слова - её совершенно не устраивала такая жизнь. Конечно, многие могут счесть её взгляды странными, но она никогда не мечтала о муже или детях, как это постоянно делала Верина.

Мечты Таниной были только о приключениях. Разных. Этим летом появилась новая мечта, и как бы она не старалась отпихнуть эту мечту на дальний план, она никуда не уходила.

Конечно, месить глину Таниной не было трудно. Эти движения похожи на танец, поэтому двигалась девочка легко и уверенно. Только вот одна деталь всё испортила...

Уже практически под конец, Петров всё же надумал помочь. Только Верина его не пустила, схватила за пояс, чтобы не грохнулся, и вытолкнула обратно, к Васечкину.

При этом, Верина нечаянно взмахнула рукой и толкнула подругу, которая не удержалась и шлёпнулась прямо в эту глину.

Смотреть на Танину было просто смешно - перепачканная одежда, лицо и волосы, и смотрела она так злобно.

Бабушка отправила Манану за водой, а Васечкин увязался за девочкой. Они дошли до родника, Васечкин взял у Мананы кувшин и набрал в него воды, потом взгромоздил его Манане на плечо, а сам пошёл рядом, держа над девочкой зонт.

Манана и не жаловалась, она давно привыкла таскать воду.

– А кто такой рыцар? - спросила она, немного погодя, когда ребята уже возвращались.

– Ты не знаешь? - переспросил Васечкин, от удивления уронив зонт.

– Не-а, не знаю. Расскажищ? - спросила Манана, глядя на Васечкина большими заинтересованными глазами.

– Ну, тут простых слов не хватит - вздохнул Васечкин.

Он подобрал упавший зонт, закрыл его, и, размахивая зонтом, как шпагой, запел:

– Рыцарь – это человек!

Он без страха и упрёка!

Он в сраженьях целый век

Против злобы и порока!

И с неправдою любой

Рыцарь борется упрямо,

И готов на смертный бой

Он за честь прекрасной дамы.

Что за радость, скажите,

С великанами биться?

Но он знает с пелёнок,

Что жизнь – борьба!

Есть такая профессия -

Называется "рыцарь".

Есть такое призвание,

Есть такая судьба.

Я не знаю слова "страх",

У меня свои законы.

У меня давно в руках

Великаны и драконы.

Жизнь мне не дорога,

Не могу я жить иначе -

Словно дикого быка

За рога беру удачу!

– Понятно, понятно - закивала девочка и заговорила без умолку - а рыцар, это ты? А девочка бывает рыцар? Там девочка с длинными чёрными волосами гаворит, что она рыцар. А я гаворю, что рыцар - это ты. А она - девочка. А девочка - не рыцар!

Васечкин усмехнулся с её слов, и серьёзно сказал:

– Ну, знаешь ли, это дело каждого. Лично я считаю, что девчонка не может быть рыцарем. Но эта девочка... Она другая немного. Таких я раньше не встречал. Смелая, что ли... Не знаю, в общем. Что ты такая настырная?

– А я не настырная, мне просто интересно - с широкой улыбкой сказала Манана. Она вдруг сделала глаза ещё больше и захихикала в кулак.

– А ты в неё влюбился, что ли? - спросила она.

– В кого? - не понял Васечкин.

– Ну как в кого, в ту девочку - пояснила Манана - её Верой зовут.

– С чего вдруг?! - закричал Васечкин и взмахнул зонтом так, что чуть не опрокинул кувшин с водой.

– Ну, ты так говоришь про неё... А она красивая девочка? - спросила Манана, чем ещё больше засмущала бедного Васечкина.

– Ну, ничего такая... Да к чему тебе это всё?! - возмутился тот.

А на тропинке, громко мыча, появился бык. Увидев Васечкина и девочку он прибавил ходу и понёсся прямо на них.

Страшный бык был уже в двух шагах, когда Васечкин выхватил у Мананы кувшин и выплеснул воду в морду животному. Бык замычал ещё пронзительнее и, опустив голову, кинулся вперёд.

Васечкин ухватил девочку за руку и, не разбирая дороги, бросился наутёк.

– Ты чиво?! - в ужасе кричала Манана, пытаясь вырвать свою ладошку из руки мальчика.

– Не бойся, я с тобой! - героически заявил Васечкин, и уже не так героически стал искать место для спасения.

Тут он увидел дерево, стоящее возле самой тропинки. Из последних сил он добежал до него, подсадил девочку на ветку, растущую невысоко над землёй, в мгновение ока сам оказался рядом с ней и потащил её выше…

– Успокойся, он сюда не залезет!.. - тяжело дыша сказал Васечкин, сочтя что они в безопасности.

Бык топтался под деревом и громко мычал.

– Петров! - сложив руки рупором заорал Васечкин.

Петров поднял голову и увидел Васечкина, сидящего на дереве.

– Ты чего там делаешь?! - заорал Петров в ответ.

– Сижу, не видно?! - сказал Васечкин - сюда иди! Только осторожнее, тут бык!

– Какой бык? - удивился Петров.

– Бешеный! - отвечал Васечкин.

Петров мгновенно оказался рядом с деревом.

– Ну и где же бык? - спросил он.

– Да вот, внизу! - ответил Васечкин.

– Какой же это бык? Это не бык... - спокойно сказал Петров, внимательно оглядев быка - у него же вымя... Это корова.

– Правильно! - смеясь сказала Манана - это наша Земфира.

Она ловко соскочила с дерева и, подойдя к корове, стала гладить её по мокрой и обиженной морде.

– А чего это он за нами бежал? - спросил Васечкин.

– Меня увидела, обрадовалас! - пояснила Манана.

– А мычала зачем? - не унимался Васечкин.

– Доить её пора, вот и мычала - раздался голос женщины и следом звонкий девчачий смех.

Женщина повернулась к Васечкину и улыбнувшись, сказала:

– А ты, рыцарь, слезай с дерева. Молоко пить будем, настоящее. Не то что у вас, в городе!

Васечкин обратил внимание на Танину, которая была уже идеально чистая, с красиво заплетёнными волосами.

– Ты когда успела?! - восторженно спросил он, коснувшись причёски девочки.

– Секрет фирмы! - смеясь, отвечала Танина.

– Чего? - переспросил Васечкин.

– Ну, должна же в женщине быть загадка! - сказала Танина и усмехнулась.

Попив парного молока, ребята собрались в путь. Манана с бабушкой вышла проводить их.

– Ну, будь здорова! - Танина крепко пожала маленькую ручку Мананы - и всем говори, что Петя Васечкин самый храбрый рыцарь на свете!

– Обязательно! - согласилась Манана, и вдруг, что-то вспомнив, поманила Танину пальцем - а он сказал мне, что ты смелая и красивая. Я тоже хочу быть смелая и красивая!

– Обязательно будешь! - тихо сказала Танина с лёгкой улыбкой.

И ребята ушли на поиски новых подвигов и приключений, а Манана ещё долго и печально смотрела им вслед...

Междуглавие 2. По следам героев

"Поисковая экспедиция" катила по дороге, надеясь хоть где-то отыскать пропавших ребят.

Шутка ли, четверых пионеров потерять!

Автомобиль подъехал к лощине. Возле самого шоссе, вытирая пот большим клетчатым платком, стоял уже знакомый нам чабан.

В лощине мирно паслись овцы, собака бегала вокруг отары, сгоняя в кучу зазевавшихся овец.

Автомобиль затормозил.

– Здравствуйте! - окликнула Инна Андреевна чабана.

Его толстое лицо расплылось в улыбке:

– Здравствуй, красавица!

– Скажите, пожалуйста - слегка смутившись, продолжала Инна Андреевна - вы не видели ребят на велосипедах?

– На тандемах - вставила слово Маша - двое мальчиков и две девочки.

– На велосипедах - не видел - сказал чабан, и Инна Андреевна собралась уже дать газ и открыла рот, чтобы сказать:

– До свидания! Спасибо за помощь!

Но чабан продолжал:

– Видал одын. Мальшик и девошка! Вот так хватыло!

Чабан провёл ребром ладони по горлу и достал из кармана рогатку Гуся.

– Во! Видалы?!

– Ой, это ж моя рогатка! - обрадовался Гусь - Ещё как видали! Рогатку на минутку нельзя оставить! Вот найдём их, я как дам по ушам!

– Не надо им по ушам - возразила Маша - им нужно прочитать лекцию о правилах поведения и безопасности.

– Значит, это были наши! - закричал Филя.

– Погади, мальшик, какие-такие ваши?! Двоешники и хулиганы?! - разозлился чабан.

Инна Андреевна решила не ждать продолжения, а дала полный газ, ребят отбросило на сиденья и аж вжало в них.

– А рогатка! - в отчаянии заорал Гусь.

– Рогатык?! Вот ваш рогатык! - взорвался чабан и с силой стукнул рогатку о колено.

Но, сработанная опытным Гусем из особо прочной древесной породы, рогатка даже не треснула, зато чабан застонал и схватился за колено...

А машина "экспедиции" покатила дальше.

Она подъехала к дому с глиняным забором, за которым девочка распевала песню Васечкина о рыцарях:

– Рыцар - это человек

Он без страха и упрёка...

- красиво пела она с грузинским акцентом.

Автомобиль затормозил рядом с забором.

– Здравствуй! - окликнула поющую девочку Инна Андреевна.

– Здравствуйте - весело ответила девочка.

– Тебя как зовут? - вежливо спросила Инна Андреевна.

– Манана... - отвечала девочка с широкой улыбкой.

– Скажи-ка, Манана - расспрашивала Инна Андреевна - ты не видела ребят?

– Двух мальчиков и двух девочек - дополнила Старцева.

– Видела! - радостно закивала Манана - только они не ребята, а рыцары!

– Вечно их за кого-то принимают - засмеялся Гусь - то за хулиганов, то за рыцарей...

– А вот и не правда! - оборвала его девочка - они настоящие! Девочки помогали нам дом строить, а мальчик победил великана, и волка, и даже с нашей коровой сражалса!

– Подумаешь - с презрением сказал Гусь - с коровой и я могу. Так что, я рыцарь, что ли?

Из-за забора высунулась коровья морда и замычала.

– Но-но! - закричал Гусь - я тебя трогал, что ли?

– Не бойси, она не бодаетса! - засмеялась Манана.

– Больно надо мне бояться! - возмутился Гусь - как дам... по рогам!

Корова снова замычала, Гусь отпрянул.

Все засмеялись, и только Инна Андреевна хотела дать газ и ехать дальше, как Манана её окликнула:

– Постойте, тётенька. Девочка с длинными чёрными волосами сказала, чтобы я всем говорила, что Петя Васечкин самый храбрый рыцар на свете!

Гусь прыснул, а Инна Андреевна серьёзно сказала:

– Хорошо, спасибо. Больше ничего?

Манана подумала и сказала:

– И ещё, мальчик сказал, что в мире нет прекраснее Маши Старцевой!

Теперь засмеялась Маша:

– Ладно уж, спасибо.

– Пажалуста! - с широкой улыбкой ответила Манана.

Потом улыбка медленно сползла с её лица.

– Ты Маша Старцева? - спросила она у Маши.

– Да, я - гордо ответила Маша.

– А девочка с чёрными волосами тебя красивее! - сказала Манана - мне она больше нравитса! Она сказала, что я буду смелая и красивая, как она!

Маша обиженно отвернулась.

– Ты что? - спросил Гусь у Мананы - зачем её обидела? Я тебе как дам по ушам!

– Не надо - залепетала Манана - я бабущку позову!

– Не зови бабушку - попросила Инна Андреевна - скажи-ка лучше, Манана, давно ли тут проходили ребята?

– Недавно - с улыбкой ответила Манана - час назад. Они у нас молоко пили. А вы, тётенька, очень хорошая, вы детей любите и заботитес, ищите их...

– Спасибо, Манана, до свидания! - сказала вконец смущённая Инна Андреевна, Гусь засмеялся, а Маша фыркнула.

Инна Андреевна дала полный газ и "поисковая экспедиция" поехала дальше - по следам героев...

06. О рыцарях в наше время

Наши герои решили больше не расставаться, а держаться всем вместе. В какой-то мере, это решение было правильным.

Ребята шли долго, и уже устали, нигде не найдя приключений, как вдруг увидели то, что пробудило в них интерес.

Перед нашими путешественниками виднелась высоченная скала, на которую поднимались люди в разноцветных костюмах.

Внизу стоял седой мужчина с секундомером и засчитывал результаты.

Рядом с ним проверяла снаряжение стройная девушка в голубом. Она выглядела немного встревоженной.

Мужчина её предупреждал:

– Ты, главное, не волнуйся. Лучше потерять секунду, чем сорваться. Хотя, секунды терять я тоже не советую - их не очень-то много.

И девушка осторожно поднималась. Но вскоре следить за ней стало скучно, и горящие детские взгляды обратились к парню в белоснежном костюме, который находился ближе всех к вершине.

– Вот это да! - восторженно протянул Васечкин.

– Скалолазы... - задумчиво сказала Танина.

– А может, и нам скалолазами стать? У них не жизнь, а сплошной подвиг! - немного подумав, задал вопрос Васечкин.

– Можно - согласился Петров.

– Да вы что?! - возмутилась Верина - Это же очень опасно! Один неверный шаг, и всё, поминай, как звали!

– Ты успокойся, мы же не всерьёз - сказала Танина - ну или всерьёз. Ты только не ори, а то итак голова раскалывается.

– Ну, знаешь ли - начала Верина - одно дело, если ты с дерева упадёшь. А со скалы, совсем другое. Потом по частям не соберёшь, как наш велосипед.

Танина вспомнила велосипед, покоящийся в канаве, и резко передумала становиться скалолазом.

– Нет, спасибо - поспешно сказала она - как велосипед не надо. Я предпочитаю остаться целой и невредимой.

– Это да, целым остаться хочется - согласился Васечкин - но всё же, интересно попробовать...

– Не интересно! - хором отрезали Петров и Верина.

– А всё-таки... - мечтательно протянула Танина.

И вдруг вскрикнула. Картина, что она увидела, перепугала девочку.

Тот самый парень в белоснежном костюме поднялся на самую вершину скалы, с большим отрывом от остальных. И вдруг полетел вниз.

– Разобьётся! - подумала Танина - и потом, как наш велосипед, не соберёшь...

И она, не мешкая, схватилась за конец страховочного каната, и только подумала, куда же его привязать, чтобы скалолаз не упал, а спустился осторожно...

Как вдруг что-то пошло не по плану и она взлетела высоко в воздух, так быстро, что закружилась голова. Скалолаз тоже не добрался до земли, а беспомощно вращался в нескольких метрах от неё.

Положение создалось критическое, девочка изо всех сил держалась за канат, чтобы не упасть.

– Танька! - закричала она, ещё крепче цепляясь за канат - Тань! Сними меня отсюда!

Верина посмотрела на подругу, которая висела высоко над землёй, потом повернулась к мальчикам, пожала плечами и полезла на скалу.

Осторожно, неспеша, высчитывая каждое движение, она поднялась на высоту, где беспомощно болтался скалолаз и схватила его за ноги.

Скалолаз оказался на земле, зато Танина с отчаянным криком взлетела ещё выше.

Девочка из последних сил хваталась за канат, и уже решила, что вот-вот упадёт, как начала быстро терять высоту.

Это седой мужчина внизу отстегнул снаряжение белоснежного скалолаза и стал осторожно, но быстро, спускать девочку на землю.

Наконец, она уже твёрдо стояла на ногах. Танина с радостным криком бросилась в объятия Вериной.

– Молодец! - похвалил Верину седой мужчина - правильно среагировала.

– А ты зачем за верёвку ухватилась? - спросил он у Таниной.

– Как зачем?! - обиделась девочка - он же разбиться мог!

Скалолазы засмеялись, а Танина ещё больше обиделась.

– Хоть ты скажи, я же правильно поступила? - спросила она у Васечкина, игнорируя смех скалолазов.

– Наверное - неопределённо ответил Васечкин - а вот, если бы ты разбилась?

Танина, уже в который раз, вспомнила велосипед и ответила:

– Да уж. Глупость это, а не подвиг. Видно, я вообще ни на что стоящее не гожусь... Вот, что называется, прямо лицом в грязь...

– Ты чего? Не говори так! - возразил Васечкин - ты очень хороший человек. И настоящий рыцарь. Ты только не расстраивайся.

– Не-а, не верю. Это ты из жалости так говоришь - продолжала Танина - я вон, собаки испугалась, а теперь ещё и вот...

– И ничего не из жалости! - возражал Васечкин - и вообще, я что, лучше что ли? Тоже ведь собаки испугался. А ещё с мельницей сражался, и в колодец упал...

И тут до ребят дошёл обрывок разговора - это общались скалолазы:

– Сегодня больше не успеем? - спрашивал парень в белоснежном костюме - а жаль.

Я на скале эдельвейс видел, прямо за расщелиной.

– Правда? - восторженно спросила девушка в голубом.

– Конечно - ответил парень - есть предание, что эдельвейс дарят самой красивой девушке. Я бы сорвал его для тебя.

– Ты бы свалился! - со смехом возразила девушка и стала собирать снаряжение.

– Слыхал? - Васечкин толкнул Петрова в бок.

– Ну, да - подтвердил Петров.

– Ну, я полез - решительно заявил Васечкин.

– Может, не надо? - робко спросил Петров.

– Надо - коротко ответил Васечкин.

Верина молча хлопнула себя по лбу.

Танина вздохнула. Наверное, для Маши хочет цветок сорвать. Что в ней такого особенного? Что такого прекрасного?

А Васечкин уже полез на скалу. Он был уже высоко, как вдруг глянул вниз - с его высоты ребята внизу казались совсем крошечными. Васечкин испугался и быстро слез вниз.

Спрыгнув с нижнего выступа, он сказал, не обращаясь ни к кому:

– Да ну его, этот эдельвейс! Лучше Маше роз нарвать. Она розы очень любит...

– Да - согласился Петров - тем более, розы тоже бывает опасно рвать.

– Ага - продолжила Верина - об шипы можно уколоться. Или от сторожа по шее получить. Или и то, и другое, всё сразу.

– Что-то мне и розы рвать расхотелось - задумчиво протянул Васечкин - лучше уж в цветочном магазине купить букет.

– Ну, что ты, это не по-рыцарски - издевательски протянула Верина.

Васечкин только махнул рукой.

И тут к ребятам обратился седой мужчина:

– Эй, спасатели, вы откуда?

– Аа-оттуда - сказала Танина и неопределённо махнула рукой, указывая какое-то направление.

– Есть хотите? - с улыбкой спросила девушка.

– Ещё как хотим! - выпалила Верина - мы вон как давно ели, ещё в обед.

– Тогда, приглашаю вас в наш лагерь - снова улыбнулась девушка, и поманила ребят за собой - пойдёмте.

Ребята послушно пошли следом.

– Как вас зовут хоть? - спросил парень в белоснежном костюме.

Каждый из наших героев представился, и они подошли к палаточному лагерю.

В лагере уже горел костёр, на нём что-то готовилось, в палатках были разложены одеяла, чтобы было удобнее сидеть.

А ещё в одной из палаток, где и собралась наши герои, нашлась ещё и гитара. Как только Танина её увидела, в глазах мгновенно вновь разгорелся задорный огонёк.

– Простите - сказала она одному из скалолазов - я сыграю?

Никто не возражал, Танина осторожно взяла инструмент и со знанием дела легко коснулась струн. Гитара отозвалась тихим звуком.

– Ну, не то, что моя - вздохнула Танина - но тоже ничего. Сейчас такое сыграю!

Танина только хотела вновь коснуться струн и заиграть, как Васечкин отозвал её в сторону и предложил сыграть одну мелодию, для песни. Девочка согласилась, но с условием, что тоже будет петь, потому, что у неё красивый голос.

Танина вновь взяла гитару и начала играть, а Васечкин запел:

– Говорят, что нам не повезло,

В том, что вpемя pыцаpей пpошло,

Что исчезли смелость и отвага.

Безнаказанно вокpуг гуляет зло.

Застоялись кони под седлом,

Ржавчиной покpылись меч и шпага.

Hесите мне доспехи, седлайте мне коня,

И даже не желайте мне удачи.

Все это ни к чему, поскольку у меня,

Hе может пpосто, пpосто, пpосто в жизни быть иначе!

И представилась ему такая картина:

Стоит в поле он, Васечкин, держит в руке пистолет, а в нескольких шагах от него стоит Гусь, и тоже с пистолетом.

Отвернулись они друг от друга, отошли на нужное расстояние и тут...

Видит Васечкин, в чистом беленьком платьице, бежит к ним Маша, платочком белым машет.

Засмотрелся Васечкин на неё, а Гусь в это время выстрелил. И упал Васечкин на землю, как подкошенный. И увидел, что Гусь пытается Машу схватить.

Нет, не допустит Васечкин этого! Из последних сил поднял пистолет и выстрелил в Гуся. Тот Машу отпустил, а она сейчас же бросилась к Васечкину.

Посмотрел Васечкин в последний раз на Машу, на Петрова, и закрыл глаза.

И не слышал больше, как Маша по нему проливала горькие слёзы...

– И тогда бы Маша поняла... - подумал Васечкин, сидя на мягком одеяле в палатке.

А Танина всё играла дальше, так ей понравился этот мотив. Посмотрела она на Васечкина, который о чём-то задумался, и запела:

– Пусть пpоходит вpемя - не беда.

Остаются pыцаpи всегда,

И всегда готовы ногу в стpемя.

Их не замечают иногда,

Но хотя пpоносятся года,

Рыцаpи нужны в любое вpемя.

Hесите мне доспехи, седлайте мне коня,

И даже не желайте мне удачи.

Все это ни к чему, поскольку у меня,

Hе может пpосто, пpосто, пpосто в жизни быть иначе!

– Опять о Маше думает - решила Танина, не отрывая взгляда от Васечкина.

– Интересно, а бывает женская дуэль? - задумалась Танина...

И представила, как стоит она в поле, и сжимает в руке пистолет. А напротив неё - Маша Старцева, и тоже с пистолетом.

Маша - отличница. Всё у неё идеально. Идеальная осанка, походка, с таким изяществом она держит в руке пистолет и... Стреляет без промаха! Да это и не удивительно. Она же отличница, и всё у неё идеально. Разве могла она промахнуться?

И Танина падает на землю, но чьи-то руки осторожно подхватывают её. И Танина знает, что это Васечкин её поймал. Он не мог не поймать.

Посмотрела она в последний раз на Васечкина, на Верину, и закрыла глаза.

И не слышала больше, как Васечкин по ней проливал слёзы...

– И тогда бы Васечкин понял... - подумала Танина, лёжа в палатке и прижимая к себе гитару. Так она и заснула, и сквозь сон почувствовала, что кто-то её мягко укрыл одеялом.

Верина? Да нет, она заснула ещё раньше. И вообще, причём тут она?

– Васечкин... - тихо прошептала Танина и провалилась в сон.

Это точно был Васечкин, кто ж ещё...

Междуглавие 3. О мальчишках и мужчинах

А тем временем, в каких-то нескольких километрах от скалолазов и наших героев, сидели у костра Маша и Инна Андреевна.

Они были очень печальны, потому что прошёл уже целый день с тех пор, как они отправились на поиски ребят, но так и не нашли их.

В машине, на заднем сиденье, тщательно укутанный спал маленький Филя, а рядом сидел Гусь.

Инна Андреевна задумалась, зачем вообще нужны эти подвиги? А даже если и нужны, их ведь можно и в лагере совершать...

Инна Андреевна запела:

– Зачем вы, мужчины, стремитесь из дома?

И Маша задумалась. А ведь подвиги эти ради неё совершаются...

И Маша тоже запела:

– Мальчишки, зачем не сидите на месте?

Так они и пели вдвоём:

– И страх, и отчаянье вам не знакомы.

– Бросаете дом ради славы и чести.

– И где найти ответ?

– В какой, скажите, книжке?

– Как докопаться нам до истинной причины?

– Куда уходят настоящие мальчишки?

– К чему стремятся настоящие мужчины?

– Коней загоняют,

– Сжимают штурвалы,

О скалы и рифы царапают днище.

– Но нет им покоя,

– Всего-то им мало!

– Чего же им надо?

– Чего они ищут?

И где найти ответ?

– В какой, скажите, книжке?

– Как докопаться нам до истинной причины?

– Куда уходят настоящие мальчишки?

– К чему стремятся настоящие мужчины?

Из глаз у них потекли слёзы, и девушки вместе запели:

– Мы ждём их, слезу вытирая украдкой,

И тяжесть разлуки ложится на плечи.

– Мальчишкам! - сказала Маша.

– Мужчинам! - сказала Инна Андреевна.

И они снова запели вместе:

– Живётся не сладко,

Но жить, ожидая, поверьте, не легче!

– И где найти ответ?

– В какой, скажите, книжке?

– Как докопаться нам до истинной причины?

– Куда уходят настоящие мальчишки?

– К чему стремятся настоящие мужчины?

И так это у них красиво и душевно получалось, что Гусь заслушался, а к середине песни даже растрогался.

– Да... - вздохнул он - всё-таки Маша Старцева очень красивая... И Инна Андреевна тоже - добавил он.

– Да... - согласился проснувшийся Филя - только чуть-чуть пожилая...

А Маша снова задумалась.

Чего-то им надо, мальчишкам?

И представила Маша, что стоят в поле, друг напротив друга, Васечкин и Гусь, оба крепко сжимают пистолеты...

А она, Маша, в красивом белом платье, бежит к ним.

И вот, уже Гусь собрался выстрелить, как Маша подскочила к Васечкину и закрыла его собой.

Побелело её лицо, закрылись глаза, стала она падать на землю, подхватили её Петров и Васечкин, не давая упасть на землю, и Гусь рядом присел...

А Маша глаза открыла, улыбнулась, взяла одной рукой Васечкина за руку, другой - Гуся, и скрепила их руки. Ещё раз улыбнулась и закрыла глаза, уже навсегда...

Маша уже не вытирала слёзы платком, они ручьями текли по её лицу из огромных красивых глаз.

Инна Андреевна уже заснула, кутаясь в старое одеяло, и маленький Филя давно спал в машине, даже Гусь задремал...

А Маше не спалось. Она сидела, поджав ноги к груди и обхватив их руками, а голову положила на колени.

Она всё думала...

А вот ладно, мальчишки уходят совершать подвиги, но зачем это девочкам?

Только сейчас Маша вспомнила про Верину и Танину, которые тоже сбежали из лагеря.

Видимо, не всё ещё знает Маша. А ещё отличница...

Не понимает Маша, что движет ребятами, которые хотят совершать подвиги.

Не понимает, зачем подвиги девочкам.

А какая разница, мальчик ты или девочка, если ты смелый и честный, верный своему слову?

Если ты бесстрашный и отважный, на всё готовый ради дорогого человека?

Если совершенно не знаешь слова "страх", если у тебя есть мечта, если ты любишь человека...

И ещё многого не понимала Маша, но со временем она всё поймёт...

Маше всё не спалось. Она сердцем чуяла, что ребята совсем-совсем рядом, но уже наступила ночь.

Придётся продолжить поиски наутро. Они обязательно найдут ребят, и всё им расскажут, что нельзя так поступать, нельзя пугать до смерти бедных женщин. А ребята посмеются, и ответят, что больше не будут.

Но это они только так говорят, Маша-то знает. Они обязательно снова влипнут в какую-нибудь историю. Это ж Петров и Васечкин, когда они могли прожить без приключений? Слишком хорошо Маша их знает, чтобы верить таким "обещаниям".

Но если они снова вот так, без предупреждения, уйдут совершать подвиги в неизвестном направлении, Маша точно сойдёт с ума.

И Инна Андреевна тоже. Она же ответственна за этих ребят, пока они на лето приезжают в лагерь. А теперь они потерялись неизвестно где...

И ни Маша, ни Инна Андреевна, не знали, что до ребят рукой подать. Палаточный лагерь совсем рядом, ребята рядом, и никого не надо искать целую вечность...

И уже рассвело, а Маша так и не заснула ни на минутку. Уже проснулись Инна Андреевна, Гусь и маленький Филя. Уже Инна Андреевна завела машину, чтобы пуститься дальше в путь. На поиски ребят.

А Маша всё думала.

Ничего ты, Маша не знаешь. Дура ты, Маша Старцева, даром, что отличница. Зато не понимаешь простых вещей...

Хотя, разве человеческие чувства - это такая простая вещь? Нет, в них нужно как следует разобраться. А у Маши не было на это времени. Вот она и не понимает, что значит, быть рыцарем.

А это значит не просто совершать подвиги, а быть готовым на что угодно, ради того, кого любишь...

А Маша никого кроме себя самой и мамы с папой никогда не любила.

Учителей она уважала, с ребятами дружила, но никого не любила...

Потому и не понять Маше Старцевой рыцарских убеждений. Не верит она, что есть в мире честь и рыцарство.

Это ж Маша, ей тяжело что-то доказывать. Ведь она всегда умнее. Даже если не знает многого, что знаешь ты.

Она умнее. Даже, если ты Рыцарь, а она обычная девчонка.

Она же отличница, и этим всё сказано...

07. Сюрпри!

Едва только рассвело, Танина проснулась. Это вышло совершенно случайно, но снова заснуть не получилось. Сон никак не шёл.

Девочка потянулась, зевнула и тихо вышла из палатки на свежий воздух.

Сама не зная, почему, она побежала к скале, на вершине которой рос эдельвейс.

"Не ищи подвига, он сам тебя найдёт..."

Девочка вспомнила слова старого грузина, и подумала, что это и есть настоящий подвиг.

И она полезла на скалу. Осторожно, как говорила Верина, чтобы не сорваться. Иначе, потом не соберёшь, как велосипед...

Ещё немного, вот уже вершина близко, осталось совсем чуть-чуть...

Несколько раз чуть не сорвавшись, изранив руки и ноги об острые выступы, Танина добралась до вершины скалы.

Ещё один рывок, и она уже на самой вершине, а перед ней скромный и невзрачный цветок.

– И это и есть эдельвейс?! - яростно прошептала девочка, срывая злосчастный цветок.

Конечно же, она его представляла иначе.

Танина задумалась:

– Это непременно должен был быть самый яркий цветок во всём мире, переливающийся всеми цветами радуги, как настоящий цветик-семицветик, сияющий в лучах рассветного солнца, как солнечные зайчики, так, что даже глазам больно становится, с большими и мягкими лепестками, как... даже не знаю у кого, по ботанике у меня двойка.

После того, как ляпнула на вопрос "Как питаются растения?", что "Цветы сами готовят себе еду". Все смеялись, а учитель меня серьёзно спросил: "И как они это делают?" А я не нашлась, что ответить, посмотрела на Верину, но она молчала. Ну я и ляпнула обиженно: " Ну как, как?! В кастрюле, наверное!". И учитель тоже смеялся, но двойку всё равно влепил...

Ну, должно быть, как у подсолнуха, у эдельвейса большущие лепестки, а цветок тянется не к солнцу, а к самой прекрасной девушке во всём мире... А это что? И ради этого я чуть не убилась? Издевательство какое-то, а не цветок. Тьфу!

Размышляя так, девочка наконец спустилась на землю. И только сейчас она ощутила жуткий холод, пробирающий до костей. Было только раннее утро, солнце ещё толком не встало, поэтому было холодно, как ночью.

Вернувшись в палатку, Танина пристроила эдельвейс в уголке и завернулась в одеяло, пытаясь согреться.

Рядом лежала гитара. Девочке очень хотелось сыграть на ней, чтобы выразить все свои чувства через музыку, но ребята спали, и будить их было нельзя.

Пусть отдыхают. А Танина положила гитару под голову и уставилась в то, что можно было бы назвать потолком, будь она в нормальном помещении, а не в палатке.

И тут она услышала странные голоса. Было в них что-то очень знакомое, красивое звучание...

– Са сэра ун гран сюрпри! – сказал один голос совсем близко от палатки.

– Тю э сюр ке ле рюс эм ле сюрпри? - спросил другой.

– Абсолюман! - отвечал первый.

– Да это же французский! - прошептала Танина и задумалась:

– "Ле рюс" - это значит, "русские", это они, значит, про нас говорят. А что значит "Сюрпри"?

Как Танина не пыталась вспомнить, ничего у неё не получалось, поэтому она растолкала Васечкина.

Когда он нехотя открыл глаза, и собирался что-то сказать, Танина мгновенно зажала ему рот.

– Тихо! - прошипела она - слушай!

Васечкин тоже услышал странные-иностранные голоса.

– Да это же французский! - в свою очередь удивился Васечкин.

– Ага - тихо сказала Танина - вот ты язык хорошо знаешь?

– Хорошо - подтвердил Васечкин - а что?

– А то, вот скажи мне, что значит "Сюрпри"? - спросила Танина.

– "Сюрпри" - задумался Васечкин - это значит, "захватить врасплох". Нам Инна Андреевна ещё рассказ переводила!

– Это что значит? - возмутилась Танина - французы русских хотят захватить врасплох?! Мало им Бородина, что ли?! Ишь, чего удумали!

Эти крики разбудили Верину и Петрова.

– Ты чего орёшь?! - возмутилась Верина - спать не даёшь честным людям!

– Тихо ты! - зашипела на неё Танина - там французы!

– Настоящие? - удивлённо переспросил Петров.

– Самые, что ни на есть! - заверил его Васечкин - и они хотят наших захватить врасплох!

– Да как они смеют?! - возмутился Петров - мы им сейчас приём окажем, шпионам!

– Ага! - подхватила Танина - сейчас такой "Сюрпри" им покажем!

– Чего? - не понял Петров.

– "Сюрпри", это значит "захватить врасплох" - пояснил Васечкин.

– Тогда понятно - протянул Петров.

Танина протянула руку, в поисках оружия и нащупала зонт.

– Это мой, вообще-то! - сказал Васечкин и протянул Таниной другой зонт - вот этот твой.

– Спасибо - сказала Танина и взяла свой зонт наизготовку.

– Вот он, подвиг! - восторженно кричал Васечкин, размахивая своим зонтом - Теперь-то все узнают, чего мы стоим! Мы им все планы сорвём!

– Да подождите вы! - Верина пыталась им что-то сказать, но ребята уже выскочили из палатки. Петрову и Вериной только и осталось, что следовать за ними.

И действительно, около самой большой палатки стояли двое молодых мужчин самого что ни на есть заграничного вида, если судить по их яркой, красочной одежде.

– Под скалолазов оделись! - неодобрительно заметил Васечкин - вот шпионы!

– А всё равно видно, что не наши - заметила Танина - плохо их там готовят, на Западе!

Французы тем временем решили перейти к действиям - один из них стал пробираться ко входу в палатку.

– Окружаем их! - прошептал Васечкин - ты, Петров, бери Верину, и обходите французов с тыла. А мы с Таниной перейдём в атаку.

– А может, разбудим взрослых? - предложил Петров, но Васечкина уже не было видно, как и Таниной. Тогда Петров вздохнул, взял Верину за руку и направился обходить французов с тыла.

И, надо заметить, вовремя. Обнаглевший француз уже просовывал голову в палатку. Второй, ухмыляясь, стоял рядом.

Вдруг, за спиной раздался звонкий мальчишеский голос:

– Руки вверх!

– Вит! Ле мэн! - подхватил девчачий.

Французы вздрогнули и обернулись.

За ними стояли Васечкин и Танина, чуть ли не тыкая во французов своими зонтами.

– Бонжур! - зловеще сказала Танина.

– Эй, ребята, заходи слева! - внезапно заорал Васечкин что есть мочи - Эскадрон, шашки наголо! Петров, наступай! Я прикрою! Огня не открывать!!! Это приказ!

– Ура! - заорал Петров, появляясь из ниоткуда - в атаку!

В одной руке он крепко сжимал сучковатую палку, подобранную неизвестно где, а другой держал за руку Верину, которая всё ещё пыталась что-то сказать.

Ошеломлённые французы ещё раз вздрогнули от неожиданности.

– Мэ, пардон, месье... - начал было один из французов.

Но Васечкин не дал ему договорить.

– Ничего, месье, всё расскажете! - сказал он.

– Се ля ви! - воскликнула Танина - тьфу ты, это кажется, не то... Мерси боку!

Надо сказать, что изо всех палаток тем временем выскакивали на этот поднятый нашими героями шум скалолазы. Плотным кольцом окружили они участников этих драматических событий.

– Всё! - торжествующе сказал Васечкин - ля же э фет! Игра окончена!

– Если что не комильфо - улыбнулась Танина пойманным врагам - то прошу пардону!

– А ля ге как а ля ге! - развёл руками Васечкин.

– Наполеон капут! - заявил Петров.

Верина хлопнула себя по лбу. Только она раскрыла рот, как за спинами ребят раздался восторженный голос:

– Мишель! Анри! - и двое скалолазов, раздвинув толпу, бросились в объятия французам.

– Гена! - сказал один француз.

– Слава! - сказал второй.

– Кэль сюрпри! - закричали оба и крепко обняли скалолазов.

Васечкин и Танина непонимающе переглянулись и пожали плечами.

А Верина, наконец прорвавшись сквозь толпу, громко заявила:

– Ребята, ведь "Сюрпри" не только "захватить врасплох", это значит ещё и "приятная неожиданность"!

– О, мадмуазель, ви правы! - ответил один из французов на ломанном русском языке - "Сюрпри" по-русски называется сюрпризом!

– О, мерси боку, а за ребят прошу пардону! - с улыбкой заявила Верина.

И тут раздались автомобильные гудки, и в лагерь, раздвигая толпу, въехала наша "поисковая экспедиция" на старенькой машине.

– Инна Андреевна! - испуганно прошептал Васечкин.

– Маша! - восторженно прошептал Петров.

– Ну, что я говорил?! - заорал Гусь, вылезая из машины - вот они, голубчики! Что, разбудить не могли? Гусь свинье не товарищ?

– Это кто это свинья?! - обиженно спросил Васечкин.

– Это я в переносном смысле - начал оправдываться Гусь.

– А как ваши подвиги? - деловито спросил маленький Филя - продвигаются? Сколько уже?

– Сорок три с половиной - не подумав, ляпнула Танина.

Все засмеялись.

– А если серьёзно, то сейчас я посчитаю - задумчиво сказала Танина - великан, это раз, волк, это два, бык, это три, скалолазы, это четыре и французы, это пять...

– Ровно пять подвигов! - закричала Танина растопырив пальцы на ладони, показывая "пятерню".

Инна Андреевна вздохнула, Маша закатила глаза а Гусь снова засмеялся.

– Бонжур, Инна Андреевна! - закричал Васечкин.

– Бонжур! - закричала Танина.

– Ох, бонжур - машинально ответила Инна Андреевна - ну, зачем же вы убежали, рыцари? Ведь в лагере всегда есть место для подвига! Не правда ли, Петров? Нёс па?

– Пуркуа па, Инна Андреевна! - ответил Петров.

– Само собой! - закричала Верина.

– О, мадмуазель, парль франсэ? - обрадовались французы, подходя ближе.

– О, зе ву франсэ?! - в свою очередь обрадовалась Инна Андреевна - Кэль сюрпри!

А Танина вспомнила кое-что важное...

Эпилог. Рыцари без страха и упрёка

Танина бросилась в палатку и отыскала припрятанный в уголке эдельвейс. Выскочив оттуда, девочка подбежала к Васечкину.

– Эй, Васечкин! Тут тебе "сюрпри"! - прошептала она, хватая мальчика за руку.

– Какой "сюрпри"? - уточнил Васечкин - тот, который "захватить врасплох" или тот, который "приятная неожиданность"?

– Второе - коротко ответила Танина и оттащила Васечкина в сторону.

– Вот - грустно улыбаясь, девочка вытащила из кармана скромный цветок - возьми, это эдельвейс. Я его сорвала. Ты хотел его Маше подарить, дари. Я совершенно не против...

Она быстро сунула эдельвейс Васечкину в руку и отвернулась.

– Эй, ты чего? - спросил Васечкин, повертев цветок в руках, а потом подошёл ближе к Таниной.

Чего это, Маше? - спросил он, мягко коснувшись её плеча.

– А? - переспросила Танина, поворачиваясь и вытирая слёзы.

– Ты чего это, плачешь? - изумился Васечкин, он совершенно не переносил женских слёз - не надо, успокойся.

Танина молча улыбнулась, собирая в хвост распущенные и растрёпанные после сна волосы.

Васечкин осторожно взял её за руку и вздохнул. Посмотрел куда-то под ноги и на одном дыхании выпалил:

– По преданию, эдельвейс дарят самой красивой девочке, поэтому я дарю его тебе. Вот!

Он вложил в ладонь девочке цветок, уже немного потрёпанный.

Танина посмотрела на цветок в своей руке как-то по-новому. Теперь он не казался ей серым и невзрачным, он был ярким и красивым.

— Так вот, в чём секрет эдельвейса… - прошептала Танина.

— Жаль, что цветок только один - вздохнул неожиданно подошедший Петров.

Танина только кивнула.

— А какие цветы твоя подруга любит? - спросил Петров у Таниной.

— Эм… Разные - задумалась Танина - одуванчики, к примеру, а тебе зачем?

— Да, так - Петров махнул рукой и тут же убежал.

Васечкин молча стоял и смотрел куда-то вдаль. Видеть его таким тихим и спокойным было очень необычно.

— Васечкин! - окликнула его Танина.

— Чего? - не оборачиваясь, спросил он.

— Ты настоящий Рыцарь. - сказала Танина - Правда. И вообще, самый лучший мальчик во всём мире!

— А, ну… спасибо - смутился Васечкин - ты тоже классная девочка. И прости, что над тобой смеялся. Ты ведь ещё больше рыцарь, чем я. Не я ведь цветок сорвал, а ты...

Танина засмеялась, оценив всю глупость ситуации.

– Это, получается - через смех пыталась говорить она - что я цветок сорвала, и он мне же и достался? Вот ерунда!

– Получается, так - согласился Васечкин - действительно очень дурацкая ситуация.

И тут к ребятам подошёл Гусь.

– Это чё у вас? - спросил он, не церемонясь.

– Эдельвейс - вздохнула Танина.

– По преданию, его дарят самой красивой - продолжил Васечкин.

– И это она самая красивая? Так, обычная девчонка! - возмутился Гусь, указывая на Танину.

– А тебя никто не спрашивал! - вступился за девочку Васечкин - она очень красивая, а ты проваливай!

– Ты это чё, не получал давно? Я тебе как дам по ушам!

– Хочешь, забирай - неожиданно предложила Танина - для меня этот цветок особой ценности не имеет, я его сама сорвала. Для меня более ценны слова.

Она протянула бедный цветочек Гусю, тот схватил его и мгновенно убежал...

...Верина сидела возле палатки, размышляя о том, что скоро они уже будут в лагере. И обязательно поедят. Ведь никто из них ничего не ел со вчерашнего вечера.

К ней подошёл Петров, он держал одну руку за спиной и смотрел себе под ноги.

– Привет - сказал он Вериной - в общем, что долго болтать, я ж не Васечкин... Короче, это тебе!

Петров вытащил из-за спины букет одуванчиков и протянул его Вериной. Некоторые из цветов осыпались по дороге, и теперь торчали среди остальных зелёными стебельками.

– Ой, спасибо - восхитилась Верина - какой красивый...

– Прямо, как ты! - выпалил Петров и покраснел.

– Спасибо... - протянула Верина и подула на букет. Семена одуванчиков разлетелись во все стороны, а в руке у девочки остались стебельки.

– Ты чего? - удивился Петров.

А Верина засмеялась.

– Теперь зато одуванчиков много будет - пояснила она - И если я ещё раз приду на это место, мне будет очень приятно стоять среди этих цветов. И, кстати, я тут слышала, ты у Таниной спрашивал, какие я цветы люблю. А ответ простой. Те, которые живые. Не в букетах.

– Понятно - протянул Петров - знаешь, ты хорошая девочка...

– Ага - кивнула Верина.

– И ты мне нравишься, вот! - наконец закончил Петров.

– Правда? Спасибо - с улыбкой ответила Верина - и ты мне тоже нравишься...

...Маша Старцева сидела в машине и всё думала.

К ней подошёл Гусь и сказал:

– Ты, Маша, и в правду, самая красивая. И этот цветок для тебя.

Он протянул ей многострадальный эдельвейс, который уже потерял добрую половину лепестков.

– Спасибо - коротко ответила Маша, смотря на бедное растение, которое лучше бы не срывали вовсе.

– И ещё, если понадобится, я тоже буду совершать подвиги в честь тебя! - продолжал Гусь.

Маша улыбнулась и сдержанно сказала:

– Спасибо.

...Инна Андреевна сидела рядом с Машей и тоже думала о чём-то своём.

– Инна Андреевна! - к ней подбежал Филя - тут все вокруг про красоту говорят. А я считаю, что в человеке главное не внешность, а внутренности!

– Это называется "внутренний мир" - с улыбкой поправила мальчика Инна Андреевна - а, в общем, ты конечно прав.

– А у Вас, Инна Андреевна, очень красивый внутренний мир - заявил Филя - и внешность у Вас красивая!

– Спасибо - улыбнулась она - мне очень приятно...

– Ребята! - закричала Инна Андреевна - все в машину, в лагерь поедем. И больше так нас не пугайте!

– Хорошо, Инна Андреевна! - ответил Васечкин.

– Ладно - согласился Петров.

– Постараемся - усмехнулась Танина - но ничего не обещаем.

– Не будем, Инна Андреевна, не переживайте - твёрдо сказала Верина.

– Ну, как не будем?! - возмутилась Танина - а приключения!

Не в силах выразить своё несогласие простыми словами, она запела:

– Что может быть печальней,

Чем комнатный уют,

Коль ветры странствий дальних

На подвиги зовут!

Васечкин взглянул на Танину, и тоже загорелся снова идеей подвига. Он тоже запел:

– Как трудно удержаться

И не попасть впросак -

Так хочется сражаться,

Сжимая меч в руках!

Все ребята уже сидели на своих местах в автомобиле, Инна Андреевна сидела за рулём, слушая песню, а потом улыбнулась ребятам и тоже запела:

– Кто за славой мчится вскачь,

Не избегнет неудач

И не извлечёт из них урока…

Кто не ставит славу в грош…

Французы переглянулись и хором запели, продолжая слова Инны Андреевны:

– Ле шевалье сан пер э сан репрош!

– Рыцари без страха и упрёка!

- перевели ребята.

Танина вздохнула, подскочила с места, не желая спокойно сидеть, и запела дальше:

– Но если к приключениям

Опять тебя влечёт?

Верина схватила подругу за руку, и чтобы та нечаянно не свалилась, с силой дёрнула на себя. Пытаясь удержать Танину на месте, Верина ответила:

– Такое увлечение

К добру не приведёт!

Петров и Васечкин переглянулись и хором запели:

– Легко прослыть героем,

Трудней героем быть,

И звание такое

Делами заслужить!

Маша Старцева снова вздохнула, и запела:

– Я не верила, что есть

В мире рыцарство и честь

И была наказана жестоко!

Посмотри вокруг - найдёшь

– Ле шевалье сан пер э сан репрош! - спели французы вместе с Машей.

– Рыцарей без страха и упрёка! - запели все остальные.

Песня кончилась. На прощание французы подарили ребятам открытку с изображением собора Парижской Богоматери.

– На память о сюрпризе! - сказали они - Оревуар!

– Оревуар! - сказал Васечкин, принимая подарок.

– Если что не комильфо - добавил Петров - то просим пардону!

Машина тронулась.

Петров взял у Васечкина открытку и прочёл:

– Нотр дам дэ Пари... Что бы это значило?

– Наша дама из Парижа! - машинально перевёл Васечкин.

– А где ж тут дама? - спросила Танина, забирая открытку и рассматривая её.

– Внутри, наверное - предположил Васечкин - не вышла ещё на улицу...

– Вы чего? - изумилась Верина - какая дама? Это же собор этой, как её... - она задумалась - какой-то матери...

– Эх, вы, знатоки - вздохнула Маша - собор Парижской Богоматери это. И нет здесь никакой дамы.

– Но написано про даму! - настаивал Васечкин.

– Это у тебя дословный перевод, а он чаще всего является неправильным... - начала объяснять Маша.

– Ну вот, опять нас учат! - возмутился Васечкин.

– Ты, Маша, продолжай - попросила Верина - нам очень интересно! - сделала она упор на последнее слово и посмотрела на Танину и Васечкина. Они не возражали.

– Если брать более правильный перевод - продолжала Маша - а здесь это необходимо, так как перед нами название достопримечательности, мы и получаем то, как это место называется по-русски...

– Париж Соборской Богоматери! - перебила её Танина.

– Нет, не так - засмеялась Маша - собор Парижской Богоматери.

– Вот это чудеса перевода! - изумилась Танина.

А старенький автомобиль уезжал всё дальше по извилистым дорогам, унося наших героев обратно в лагерь.

Как-никак, каникулы-то ещё не окончены - ребят ждёт ещё множество приключений, обыкновенных и невероятных...