Изуку - Великий Арлекин

Глава I Пролог.

— Прости меня, — сказала Мама.

— У тебя нет причуды, — сказал Врач.

— Тебе не стать героем, — сказал Друг.

Вдруг в пустоте раздался голос:

— Где твоя улыбка, мальчик?

— А у меня ее и нет, — ответил голосу Изуку.

А ведь и правда, когда Изуку последний раз улыбался после того злополучного дня? Ни на днях рождения, ни на Рождество, ни на какие другие праздники у него не было настоящей улыбки, только имитация, чтобы мама не волновалась.

— Как это нет? — притворно возмутился голос. — Улыбка должна быть у каждого, и дается она нам при рождении.

— Я ее потерял, — ответил Изуку.

— Хм, — голос нахмурился.

Не спрашивайте меня, как голос может нахмуриться, я и сам не знаю.

— Кажется, я ее нашел, — ехидно произнес голос.

Изуку поднял взгляд. Перед ним стоял размалёванный арлекин с улыбкой до ушей и протягивал старую, улыбающуюся карнавальную маску. Изуку тоже улыбнулся.

***

Наши дни.

Высокий, улыбчивый парень двенадцати лет с непослушными зелёными волосами стоял на переходе. Уже не столь старая и даже, подновленная одним мастером, карнавальная маска комедии, как обычно, лежала за пазухой.

С того злополучного дня она стала его талисманом. В те моменты, когда он не знал, как поступить, его сковывала неуверенность, или же вновь голову поднимала всепоглощающая тоска, тогда он старался поступить так, как поступил бы его второй кумир.

— Как мало нужно человеку, чтобы стать чьим-то кумиром», — подумал с мысленной усмешкой Изуку, переходя на другую сторону.

До дома оставалось пару кварталов по переулкам. Бакуго со своими дружками давно уже не задирал Изуку. Когда жертва начинает огрызаться, шпынять ее становится не так весело. А пара небольших странностей, коим Изуку дал выход, копируя поведение Шута и желая повеселиться, превратили взрывную ярость Бакуго в жгучее недоумение, что исчезло через пару дней, не оставив после себя никаких последствий. Бакуго не понимал Изуку, а потому и не желал с ним связываться.

Дойдя до дома, Изуку поднялся, открыл дверь, разулся и, пройдя в свою комнату, рухнул на кровать. Взгляд сам собой упал на постер Всемогущего. И пусть мама считает, что он давно отказался от своей мечты, а заявка в лучший театральный ВУЗ уже отправлена. Никто не помешает Изуку попытаться достичь своей мечты, чего бы это ему ни стоило.

Остаток дня так и прошел в размышлениях о будущем, мотивационных речах, и выполнении домашнего задания.

Дополнение к главе I.

Примечание автора: Я знаю, что в каноне Изуку был меньше ростом, но его рост косвенно сюжетно обоснован.Тот, кому это кажется проблемой, найдет ответ далее в произведении.

P.S. Благодарю всех, кто читает мою первую работу.

Глава II. Начало канона.

Как обычно, встав на час раньше, Изуку выполнил привычный комплекс разминки и растяжки, который он выполнял уже восемь лет подряд. Как раз когда он заканчивал,снизу донесся мамин оклик:

— Изуку, вставай, в школу опоздаешь!

Развязав тот замысловатый узел, в который он завязал своё тело, Изуку, встав сначала на руки, а затем, вернувшись в стандартное для любого нормального человека положение, побежал вниз по лестнице. Внизу его уже тёплой улыбкой встречала мать, накрывая на стол. Она всегда и во всём его поддерживала, во всём, кроме его мечты. Отогнав от себя грустные мысли, Изуку широко улыбнулся и, сев за стол, принялся за еду.

После еды, выйдя на улицу, Изуку устремился к школе. Школу он не особо любил, так как хоть его и перестали доставать школьные задиры, кольцо отчуждения никуда не делось.А учитывая то, каким методом, хоть и неосознанно, Изуку избавился от горячей«любви» Ка Чана и его друзей, эта аура отчуждённости ещё и усилилась.

До окончания школы осталось недолго, а значит, скоро им предоставят бланки по поводу поступления. И пусть в нём он укажет не безызвестный всем театральный, но все мы знаем, куда на самом деле пойдёт поступать Изуку.

Так, злобно похихикивая и потирая ладошки друг о друга, Изуку, распространяя вокруг себя ауру пакостности, подошёл к адскому учреждению под безобидным названием «Школа».

***

Как и ожидалось, на первом уроке учитель раздал всему классу бланки поступления. Изуку спокойно вписал в него горячо любимый им театральный, где он ни разу не был, и просидел до конца всех уроков, смотря в окно и размышляя о вечном. Как и главные герои тех историй, что были написаны в те времена, когда герой был не профессией, а обозначением центральной единицы в произведении.

Выйдя из школы, за углом Изуку узрел Бакуго за его любимым занятием — прессингом тех, кто определённо слабее его. Увидев так знакомую ему картину,Изуку остановился. Сделал вдох, выдох, чтобы унять дрожь в руках,и направился к парочке.

Так как Бакуго был очень занят своим делом, да ещё и Изуку совершенно случайно подходил к ним со спины, а жертва была слишком напугана, чтобы преданно сообщить улёгшемуся Бакуго об изменившейся обстановке,у улыбающегося Изуку получилось вплотную подобраться к действу незамеченным.

Подойдя к Бакуго со спины, Изуку одновременно начал щебетать:

— Привет, Бакуго-кун! Как дела? Чем занят? Как вижу, малолеток прессуешь — дело безусловно подходящее будущему герою! Ну а что мне судить, я же от своей мечты, по твоим мудрым советам героя, от неё отказался! Вот теперь собираюсь поступать в театральный. А ты куда в UA?

— Отвянь, болезный! — крикнул блондин, отшатываясь.

Изуку неохотно, но с той же ехидной, дразнящей улыбкой отпускает добычу и начинает наступать.

— Что же ты, Бакуго-кун, мы ведь с тобой друзья, или когда-то ими были? — спрашивает Изуку, по-птичьи наклоняя голову.

— Мы ими были до того, как ты начал вести себя так странно, Деку,— зло процедил Бакуго.

— Нет, Ка-чан, мы перестали ими быть гораздо раньше, гораздо раньше.

Тон Изуку вернул свою жизнерадостность.

— Лет где-то к четырем,— говорит Изуку, разворачиваясь на пятках и бросая вслед:

— Брось парня, он тебе не пригодится.

Оставив последнее слово за собой, Изуку скрывается за углом по направлению к дому.

Бакуго долго смотрит в то место, где исчез тот, кто был ему когда-то другом, а затем тоже уходит, оставляя несостоявшуюся жертву в одиночку собирать разбросанные по земле тетради.

Зайдя за угол, Изуку выдохнул и уже менее пафосно пошел домой.

Дополнение к главе II

Прошу учесть, что главы будут выходить не нормировано, так как произведение пишется из мотивации "почему бы и не да?".

P.S. Сейчас мною расчехляются главы из заначки.

Глава III. Встреча с кумиром и обретение сил.

Изуку шел домой, когда сзади что-то услышал.

Хлюп.

Обернувшись, перед его лицом оказалась морда какой-то дряни,которая не преминула воспользоваться его замешательством и начала проводить противоправные действия, которые автор не будет описывать ввиду их непотребности и отвратительности.

И вот, когда из-за этих противоправных, и непристойных, и отвратительных, и, как бы написал адвокат Изуку,«порочащих честь и достоинство моего клиента» действий Изуку уже заканчивал терять сознание от удушья, между сном и явью он услышал знакомый голос, произнесший знакомую фразу, фразу, ставшую вторым девизом его жизни:«Все хорошо! Почему?Потому что я здесь!» Хлопок, и вот он уже лежит у стены, а злодей кинемотографично разлетается на куски от одного удара Всемогущего.

— Спаси…

Бвееее…

— Спасибо,— говорит Изуку. И его взгляд падает на бутылку, в которой теперь был заперт злодей.

— А на тебя я в суд подам за моральное и физическое изнасилование, порочащее честь и достоинство безпричудного, — говорит Изуку, пиная бутылку, которая от такого неуважения с достоинством укатывается в переулок.

— Ну…— начинает Всемогущий, чувствуя, что у него осталось мало времени после битвы накануне, и смотрит в ту сторону, куда укатилась обидевшаяся бутылка.

— Ну ладно, спасибо еще раз за спасение, но мне пора идти домой, готовиться к экзаменам в UA,— перебивает Изуку, уходя из переулка.

— Этот мир сошел с ума. Безпричудные готовятся поступать в UA,— думает Всемогущий, вступая дальше в переулок, чтобы отыскать вместилище злодея.

Далее повествование идет от первого лица.

И вот я опять стою на том самом переходе и жду светофор.

Как вдруг где-то рядом происходит взрыв. Разворот на пятках. Достаю телефон и, на опыте, отправляю сообщение маме.

Непризнанный артист.

Непризнанный артист: Независимо от того, что будут показывать по телевизору, со мной все хорошо.

Мать непризнанного артиста: Независимо от того, что будут показывать по телевизору, дома будет выволочка.

Непризнанный артист: Независимо от выволочки, я тебя люблю.

Мать непризнанного артиста: Я тебя тоже.

Убираю телефон в карман. Я уже на месте. Вижу, как непотребная сопля рушит город, используя причуду заложника. У него в заложниках Бакуго. Он, конечно, идиот, но это мой бывший друг-идиот. А следовательно, его спасать надо. Только как? Думай. Думай. Думай. Метаюсь глазами по полю боя. За брата страшно, но страх переходит в смех. Смех рвется из горла. Насильно заталкиваю его внутрь, сковывая цепями воли. Не время. Всемогущий недалеко — нужно только подождать.

Осматриваю поле битвы еще раз. Бакуго долго не протянет. Думай! Думай! Думай! В голове всплывает фраза, слышанная когда-то мельком: "Если не знаешь, что делать,— делай то, что хочешь сделать больше всего". Ха-ха-ха...

Надеваю маску не для того, чтобы спрятать лицо.Волосы у меня приметные, если надо, найдут по волосам.А маска — как талисман. На удачу.

"Если не знаешь, что делать,— делай что-то безумное". Выхожу из толпы, пользуясь моментом.Представляю, что я Всемогущий. Баловство, но ничего не могу с собой поделать. Иду спокойно, без нервов. Хм... А находиться в центре внимания оказывается приятно. Чувствую кожей взгляды, направленные на меня. Вдыхаю носом ту надежду пополам с замешательством. Смеюсь. Голос не мой, а гораздо сильнее.

— Всемогущий! — слышу в толпе и решаю подыграть шутке. Вот я уже напротив злодея, заношу кулак, кричу: — Детройтский-и-и-и-ий у-у-у-удар!!!

Рука в поле зрения — не моя. А Всемогущего? Не знаю, что тут происходит, но это мне уже нравится. Волна проходит по всему телу монстра, но на куски он не разлетается, как я подспудно того ожидал. В ответ мне прилетает взрывное щупальце этой слизи, и я, отлетая на пару метров, впечатываюсь в ближайшее здание.

Нужно достать Бакуго, иначе эта сопля зеленая закидает меня взрывами, а я даже не смогу к нему приблизиться.

Пыль рассеивается. Монстр смотрит на меня с недоверием, не веря, что может противостоять символу мира один на один. И правильно, в этой форме сил у меня на 30% от оригинала. Пора заканчивать, пока он ни о чем не догадался. Концентрирую силу в правой руке, одновременно делая прыжок в его сторону из всех сил. Он готовится защищаться, но вместо того, чтобы атаковать, вырываю Бакуго у него из щупалец, отростков, тен... гхм... неважно.В общем, пролетаю дальше. И, уже укладывая Бакуго на асфальт, слышу громкий, голосистый возглас: "Все хорошо!!! Почему?!! Потому что я здесь!!!"

Улыбаюсь коже, ощущая непонимание толпы. Вместе с этим на меня накатывает усталость от непродолжительного боя. На инстинктах отменяю трансформацию, в последний момент, меняю облик на первый попавшийся. Удачно. Это оказался облик второго, кто в моей жизни равен Всемогущему.

Не делая передышку, начинаю играть новую роль. С загримированной улыбкой поворачиваюсь к Всемогущему и, обращаясь к толпе, одновременно разводя руками, провозглашаю: — Дамы и господа, вас одурачили!!! Цк-ха-ха-ха!!! Ну а раз к нам вышел сам Всемогущий, скромному Арлекину пора уходить со сцены.

Говорю я, выполняя фляг прямо в толпу позади себя. На ходу, спустя пару переворотов, отменяю трансформацию, закономерно падая на пятую точку. — Хм... Веселые у меня рефлексы в этой форме,— думаю я, поднимаясь с асфальта, и стараясь выполнить тот же переворот без трансформации.

Этот фанфик является полем для рубрики э-э-э-эксперименты. Поэтому здесь будут происходить всяческие колдунства с оформлением и методами повествования.

P.S.Всячески прошу ответной реакции.