Испорченное желание, или Злая шутка судьбы

Часть 1

Примечание: Главные герои – эльф и полуэльфийка. Время от времени они разговаривают на Старшей Речи. Когда это происходит, их речь оформлена [вот в такие квадратные скобки], чтобы мы понимали, о чём они говорят друг с другом.

По обыкновению тихая и мрачная, эта ночь была полна света и шума. Ночной мрак прорезали яркие языки пламени, взвивающиеся над огромными кострами, вокруг которых водили хороводы охмелевшие юноши и девушки. Повсюду раздавались задорный смех и весёлое повизгивание, где-то вдалеке слышалась банальная песенка пьяного барда. То тут, то там постоянно выкрикивали «Беллетэйн!», «Майская Ночь!», «Да здравствует Беллетэйн!».

Посреди всего этого радостного хаоса, напротив одного из костров, стояла девушка. Свет костра подчёркивал резкие контуры её лица, высокие скулы. Танцующие языки пламени отражались в карих глазах, оставляли отблески на длинных русых волосах, из-под которых виднелись заострённые кончики эльфских ушей. Девушку можно было бы принять за эльфку, но цвет глаз и низкий рост выдавали в ней человеческое происхождение. Анна, молодая полуэльфка, стояла в одиночестве посреди веселящейся толпы, и застывшим взглядом смотрела на колышущиеся языки пламени. «Беллетэйн… праздник повторяющегося цикла природы. Праздник возрождения. Наш, эльфский праздник, который, как и всё прочее, эти d’hoine извратили по-своему. Они придали ему новый смысл: нарожать побольше детей от незнакомцев, чтобы увеличить численность своей расы. Их и так больше, чем тараканов, а они всё рожают, и рожают, и рожают… Такова людская природа: им вечно всего мало. Мало денег, мало власти, мало самих же себя. И что я тут забыла?». Анна презирала этот «праздник», но каждый год всё равно приходила к кострам, сжимая в руке клочок бумажки и кусочек уголька. Она помнила об эльфской традиции, о которой ей рассказывала мать: «В ночь Беллетэйн загадай желание, напиши его на бумаге и брось в огонь. Оно обязательно исполнится! Но помни, желание только одно. Ты можешь бросить в костёр хоть сто бумажек, но исполнится только первое сгоревшее желание!» Девушка приходила к костру каждый год, но так ни разу ничего и не загадала. Почему, она не знала и сама.

В этот раз Анна пришла сюда, твёрдо уверенная, что вот сегодня её заветное желание исполнится. Раз за разом она проговаривала про себя заветные строки: «Хочу, чтобы Йорвет был моим командиром». Анна, всю свою жизнь терпевшая обиды и гонения со стороны людей, мечтала обрести свой дом среди эльфов. Мечтала она о том дне, когда скоя’таэли примут её в свой отряд. Но эльфы не доверяли ей, видя в ней человека, и потому прогоняли каждый раз, стоило ей прийти к ним в лес. «Ты жива лишь потому, что в тебе есть капля нашей крови, anad`enel. Не злоупотребляй нашим великодушием и не появляйся тут больше!» – такими были слова Дельвиэта, командира последнего отряда, к которому она обращалась. Анна убежала из леса в слезах. «Йорвет – мой последний шанс. Ходят слухи, что он сотрудничал с Девой из Аэдирна и ведьмаком. Чем я хуже? Они – люди, я же – наполовину эльф! Йорвет примет меня! Он не может не принять…» И вот сейчас, медленно приближаясь к возвышающемуся над ней костру, Анна взяла уголёк и начала старательно выводить на клочке бумаги письмена: «Хочу, чтобы Йорвет был моим…» – внезапно девушка натолкнулась на кого-то. Подняв голову, Анна увидела перед собой невероятной красоты женщину в красной парчовой накидке, которая сильно выделялась из толпы крестьян богатством наряда и украшений.

– Смотри, куда идёшь, девка! – надменно проговорила женщина.

– Простите, я не заметила вас.

Женщина лишь хмыкнула, сильно толкнув Анну в сторону. Девушка упала, разжав руку и выпустив листок с недописанным на нём желанием. В этот момент мимо пронёсся хоровод. Листок, подхваченный потоком воздуха, поднялся и попал в костёр.

Анна бросилась к костру, пытаясь выхватить листочек с желанием, но было поздно: охваченный пламенем, он в мгновение ока обратился пеплом.

– Что же теперь будет!?

В погоне за листочком с желанием девушка не заметила боли в колене. Только сейчас, осмотрев себя, Анна увидела большую кровоточащую ссадину. Раздосадованная и сбитая с толку девушка поспешила покинуть «праздник жизни», на котором она чувствовала себя лишней. Анна вернулась в своё скромную, но уютную и чистую комнату. Всхлипывая, девушка обработала рану, затем умылась, переоделась и, продолжая плакать, забралась под тонкое, едва согревающее одеяло. Мысленно перебирая события прошедшей ночи, девушка не заметила, как уснула.

– Доброе утро, именинница! – произнёс незнакомый мужской голос, и Анна сквозь сон почувствовала чьё-то прикосновение к собственному плечу.

Мгновенно проснувшись, девушка открыла глаза и резко села на кровати. «Bloede caerme, что происходит!?» – Анна в панике озиралась по сторонам. Кровать, на которой она проснулась, была мягкой и заправлена белоснежным шёлковым бельём. Большое пуховое одеяло держало ноги в тепле. Просторная светлая комната была обставлена дорогой мебелью. Анна с замеревшим сердцем, широко распахнутыми глазами посмотрела на хозяина чужого дома, который сидел рядом с ней на кровати. Это был мужчина средних лет с короткими русыми волосами. На нём был роскошный дублет из синего бархата, штаны из того же материала и кожаные сапоги. На пальце правой руки сиял лазурит в серебряной оправе. Что-то во внешнем виде мужчины насторожило девушку, но эта мысль ускользнула от рвущегося от отчаяния сознания Анны. «Меня убьют! Никто не будет выяснять, как полуэльфка попала в чужой дом! Убьют!»

– Милая, что с тобой? Тебе приснился дурной сон? – мужчина наклонился к девушке и приобнял её за плечи. Анна, забыв, как дышать, не шевелилась. – Всё хорошо! Что бы ты ни увидела, это был просто сон! Я рядом! Ты только посмотри, какая прекрасная картина за окном! Солнце светит, птички поют – весь мир отмечает День рождения моей милой дочурки!

– Дочурки? – едва слышно прошептала Анна.

– Милая, просыпайся же, – мужчина слегка встряхнул девушку. – Уж не знаю, что тебе там приснилось, но пора возвращаться в реальность.

Мужчина поднялся с кровати, подошёл к окну и распахнул его. В комнату ворвалась утренняя прохлада, принёсшая с собой мягкий запах сирени – любимых цветов Анны.

– Давай, вставай с кровати, умывайся, собирайся и выходи на террасу. Там тебя ждёт праздничный завтрак! А ещё я приготовил для тебя сюрприз, но это чуть позже, – мужчина улыбнулся и, ласково потрепав Анну по голове, вышел из комнаты, оставив недоумевающую девушку в одиночестве.

Стоило двери захлопнуться, сердце девушки забилось с новой силой. «Надо срочно убираться отсюда! Понятия не имею, что происходит, но чем скорее я убегу, тем будет лучше!» Соскочив с постели, Анна заметила, что она одета в шелковую ночную сорочку. «Это не моя одежда! Зачем они меня переодели? Что им от меня нужно?» Анна в панике огляделась по сторонам – её собственной одежды нигде не было. Девушка подбежала к шкафу, распахнула его и начала перебирать варианты. Не привыкшая к дорогим и ярким нарядам, Анна выбрала самые неприметные чёрные штаны и бордовую блузку. Обув чёрные сапожки на низком каблуке, девушка подбежала к окну, посмотрела вниз. «Bloede arse! Второй этаж. Прыгать опасно: сломаю себе что-нибудь, точно никуда не убегу». Глубоко вздохнув, Анна посмотрела на дверь, осторожно вышла из комнаты.

Озираясь по сторонам, опасаясь попасться кому-то на глаза, Анна побежала по коридору в поисках выхода из здания. Спустившись по винтовой лестнице, девушка увидела в конце коридора большую дубовую дверь. «Наверное, это выход!» Озираясь по сторонам, словно вор, Анна подбежала к двери, аккуратно приоткрыла её, заглянула внутрь и увидела полупустую столовую. На противоположной стене была ещё одна дверь, окна по бокам вели в сад. Прокравшись внутрь, девушка ринулась к двери, но, не добежав пару метров, споткнулась обо что-то и едва не упала. Анна обернулась и чуть не вскрикнула: на полу у колонны сидел ОН! Карминовая повязка с кожаным ремешком закрывала правую половину лица с покалеченным глазом и глубоким шрамом. Взгляд зелёного глаза выражал крайнюю степень презрения. Девушка, сглотнув, пробежалась глазами по высоким скулам, по носу с лёгкой горбинкой, мысленно отметив манящую привлекательность эльфа, задержала взгляд на татуировке с изображением листьев лозы, которая поднималась из глубокого выреза одежды. Сомнений не оставалось: это был Йорвет. Такой, каким Анна его и представляла. Одно только шло вразрез с устоявшимся образом командира скоя’таэлей: крепкая верёвка, огибая колонну, связывала его руки, в рот был вставлен кляп. От столь внезапной встречи девушка слегка опешила, но, резко мотнув головой, пришла в себя, подбежала к Йорвету и вынула изо рта кляп. Разрезая путы взятым со стола ножом, Анна спросила, всё ещё слабо веря в происходящее:

– Как ты здесь оказался?

Вместо ответа освобождённый эльф быстрым движением руки выхватил у Анны нож, повалил её на спину и, приставив лезвие к горлу, произнёс:

– Это я у тебя хотел спросить, d’hoine. И лучше тебе ответить чётко и по существу, пока я не залил пол твоей кровью.

– D’hoine? Я тебя освободила! Я тебе не враг!

Йорвет слегка надавил лезвием ножа, и девушка тут же замолкла.

– Я сказал «чётко и по существу».

– Я понятия не имею, что ты тут делаешь! – быстро затараторила Анна. – Я сама появилась тут не понятно как! Вчера заснула у себя дома, в маленькой халупе в Новых Вербицах! Сегодня просыпаюсь тут, в чужой кровати, в чужом доме! Даже в одежде чужой! Я испугалась и побежала. Наткнулась тут на тебя! Нам надо выбираться отсюда, а не сражаться друг с другом, Йорвет!

Эльф задумался, но нож от горла девушки отнимать не стал. Анна молчала, не двигаясь. Она понимала, что столь опытного бойца ни за что не одолеет, ей оставалось только ждать его решения. Взглянув девушке в глаза, Йорвет отпустил её, поднялся, помог ей встать. Анна с опаской глянула на него, но поблагодарила за помощь.

– Вчера я был в лесу под Новиградом, – после непродолжительного молчания произнёс эльф. – Засыпал в окружении бойцов моего отряда. Сегодня очнулся тут, уже связанный. Кто и как меня поймал – не помню; что с моим отрядом – не знаю. С утра как проснулся, никого не видел, а тут прибегаешь ты – в шелках, дорогой коже, словно светская дама из Боклера на охоте. Я и принял тебя за хозяйку дома. Ты хоть и anad`enel, но чем чёрт не шутит. Думал, ты как-то связана с тем, что я оказался тут.

– Если бы. Я сама ничего не понимаю. Я видела хозяина дома. Он почему-то считает меня своей дочерью. Я вижу его первый раз в жизни, а он мне – «дочурка, с праздником тебя, с Днём рождения!».

– Ну, с праздником тебя, – усмехнулся эльф.

– Мой не сегодня, – Анна стала расхаживать по кухне. –Какая-то чертовщина происходит. Надо убираться отсюда. И лучше нам держаться вместе, ибо мы здесь оказались схожим образом. Значит, и выбираться надо вместе.

Йорвет не стал возражать. Спрятав нож за поясом, эльф оглянулся. Обернувшись к Анне, спросил:

– Ты знаешь, где мы? Какая ближайшая деревня?

Девушка не успела ответить, как дверь из сада отворилась, и в столовую забежали двое слуг. Увидев Анну, они засияли от радости:

– Милсдарыня, мы так счастливы, что вы нашлись! Ваш отец вас обыскался!

Йорвет, находящийся за дверью вне поля зрения слуг, уже готов был напасть на них, но Анна преградила ему дорогу, подмигнула, после чего повернулась к слугам и, гордо запрокинув голову, произнесла:

– Сообщите моему отцу, что я нашла приготовленный им сюрприз. А теперь покиньте комнату. Живо!

– Как прикажете, милсдарыня! – раскланялись слуги и поспешили исполнить приказ.

Анна посмотрела на Йорвета. Он смерил её недоверчивым взглядом.

– Что? Я решила импровизировать и, как видишь, всё получилось. Не знаю, почему, но они словно и правда верят в то, что я дочь местного… кем бы он ни был. Думаю, пока не выясним, что происходит, надо играть отведённые нам роли.

– Тебе играть роль избалованной «принцессы», а мне – пленника? – скривился в недовольной гримасе Йорвет.

– Схватываешь на лету!

Эльф хотел что-то ответить, но дверь в столовую снова отворилась. Мужчина, считающий себя отцом Анны, вошёл в комнату в сопровождении троих вооружённых мужчин, которые тут же окружили Йорвета. Оглядев Анну с головы до ног и удостоверившись, что она не ранена, мужчина перевёл строгий взгляд на эльфа.

– Почему никто не следит за пленным!? Кто позволил ему освободиться!?

– Я, – тут же ответила Анна. – Ты говорил, что меня ждёт сюрприз. Разве это не он? – Анна надула губки, постаравшись как можно правдоподобнее изобразить грусть. – Я всегда мечтала о личном слуге-эльфе, ты же знаешь, папочка!

Мужчина подошёл к Анне и обнял её, погладил по волосам:

– Милая, ты всё правильно поняла. Когда мои солдаты случайно поймали его вчера, я подумал, что такой именитый пленник может стать для тебя отличным подарком. Ты у меня смелая девочка и любишь приручать «диких зверей», но не оставаться же с ним наедине!? Он мог убить тебя! Чем ты думала? Свяжите его! – последнюю фразу мужчина произнёс, обращаясь к солдатам, окружившим Йорвета.

Йорвет не сопротивлялся. Доверился ли ей эльф и решил играть роль, или же он надеялся, что теперь сможет освободиться самостоятельно при помощи припрятанного кухонного ножа, Анна не знала. Но когда «отец» повёл её на выход, она на всякий случай обернулась и подмигнула Йорвету, надеясь, что он действительно верит в её рассказ. Йорвет знак заметил, но никак на него не отреагировал.

– Ну и напугала же ты нас, дочурка! – произнёс мужчина, когда они с Анной оказались в саду. – Ждём тебя к завтраку – ты не идёшь. В комнате тебя нет, никто из слуг тебя не видел – как сквозь землю провалилась!

– Любопытство взыграло. Очень уж захотелось посмотреть, что за сюрприз ты мне приготовил!

– Да, терпеливостью ты у меня никогда не отличалась! Вся в мать. Она была бы рада увидеть, какой красавицей ты выросла.

Сослагательное наклонение и грустный тон «отца» дали Анне понять, что про «мать» лучше не расспрашивать. Воспользовавшись образовавшейся паузой в разговоре, девушка стала осматривать «свой» дом: это было красивое двухэтажное имение с огромным садом, в середине которого был небольшой прудик. У пруда располагалась терраса с большим столом, позволяющая принимать трапезу, созерцая миленьких уточек, мирно плавающих по поверхности воды. От красоты пейзажа у Анны перехватывало дыхание. «Возможно ли, что это – сон? Красивый, приятный сон?» Подойдя к террасе, Анна заметила, что стол был заставлен всевозможными блюдами, большую часть из которых девушка видела впервые. «Отец» отодвинул стул и жестом пригласил Анну сесть за стол. Девушка поблагодарила за учтивость и, сев, стала наблюдать за плывущими мимо утятами, чью колонну возглавляла большая мама-утка. «Отец» сел с другой стороны огромного стола.

К девушке подошла полуэльфка, одетая, как и другие слуги, и наполнила бокал Анны вином. Анне стало не по себе от того, что ей прислуживала девушка её же расы. «Это всё неправильно. Я не должна быть её госпожой, а она – моей прислугой. Меня не должно быть здесь…» Девушка огляделась по сторонам: в саду за цветами ухаживал низушек, чуть дальше собирала розы в букет ещё одна полуэльфка, остальные же слуги были людской расы. «Отец» произнёс поздравительный тост, большую часть которого Анна пропустила, погружённая в свои мысли. Стараясь не выдавать себя, девушка поблагодарила отца за поздравление, улыбнулась и, высоко подняв бокал, как бы чокаясь с «отцом» на расстоянии, сделала совсем небольшой глоток. «Как бы красиво тут ни было, надо отсюда убираться. А для этого я должна быть трезвой, хотя, надо признаться, вряд ли мне доведётся выпить такого превосходного вина ещё раз». «Отец» о чём-то спросил, но Анна не услышала вопрос: её внимание привлекла женщина в красной парчовой накидке, которую девушка мельком заметила среди кустов багрянника. Перед глазами девушки сразу же встала сцена прошлой ночи: костёр, женщина в красном, записка…

– Анна, ты слышишь меня?

– Прости, пап, ты не знаешь, кто эта женщина? Вон там, среди багрянника?

– Нет там никого.

– Разве? Только что же была там. Наверное, показалось…

– Девочка моя, с тобой всё хорошо? Ты сегодня какая-то рассеянная.

– Всё в порядке. Просто… Просто мысли о Йорвете никак не выходят из головы, – соврала Анна. – Мне так понравился твой подарок! Но меня немного расстроили твои слова. Я знаю, как общаться с такими, как он, и ты прав: я умею… как ты выразился? «Приручать диких зверей»? Так вот, я хотела бы, чтобы его привели сюда. Хочу доказать тебе силу своей власти над ним.

«Отец» усмехнулся, но отдал слугам приказ. Спустя несколько минут Йорвета со связанными за спиной руками привели на террасу. Анна встала и подошла к эльфу.

– Развяжите его!

Слуги неуверенно покосились на «отца» Анны, но получив от него одобрение, поспешили выполнить приказ. Пока они занимались верёвками, Анна снова подмигнула эльфу и произнесла одними губами на Старшей Речи: «[Умоляю, подыграй мне!]». Йорвет не отреагировал, но когда почувствовал свободу от верёвок, нападать или бежать не стал: просто молча выжидающе смотрел на Анну.

Анна протянула руку тыльной стороной ладони вперёд. Йорвет аккуратно обхватил пальцы девушки своими и поцеловал руку, демонстрируя, что готов ей подчиниться. Анна едва заметно вздохнула с облегчением, что не скрылось от зоркого взгляда эльфа. Он улыбнулся одним краешком губ, мстительно радуясь, что заставил её понервничать, выпрямился. Анна села за стол, закинув ногу на ногу, и с самодовольной улыбкой посмотрела на «отца». Мужчина с улыбкой закачал головой и медленно захлопал в ладоши:

– Ты меня удивляешь. И как ты добилась этого за одну короткую встречу?

– Такова сила моего убеждения. Мы с ним на кухне поговорили немного, и этого хватило, чтобы он понял: меня лучше слушаться, – Анна перевела взгляд с «отца» на Йорвета и обратно. – После обеда я хотела бы прогуляться где-нибудь на природе, вне этого сада. И я хочу, чтобы он меня сопровождал.

– Как пожелаешь. Но одну я тебя с ним не отпущу. Томас и Мартин пойдут с тобой.

– Хорошо. А пока я хочу, чтобы его накормили и отвели в отдельную комнату. Хватит держать его связанным – он не сбежит.

«Отец» отдал приказ, и слуги увели Йорвета. Желая поскорее удалиться, чтобы не оставаться надолго с «отцом», девушка произнесла:

– Завтрак был великолепный. Благодарю за приятное начало дня. Я, пожалуй, вернусь к себе. Хочу подобрать наряд для прогулки.

Попрощавшись, Анна ушла в комнату.

Через несколько часов Анна и Йорвет, в сопровождении двоих солдат – Томаса и Мартина, были готовы к прогулке. Йорвета больше не связывали, и теперь он шёл, скрестив руки на груди и, казалось, был безразличен к происходящему. К этому времени ослепительное солнце уже стояло в зените, припекая голову. День выдался на редкость жарким, и Анна, чтобы не умереть от жары, попросила Томаса взять фляги с водой. Вежливо оформленная просьба смутила солдата, который просьбу, тем не менее, выполнил без лишних слов. Мысленно ругая себя, девушка впредь старалась все свои дальнейшие желания отдавать в виде приказа. «Здесь ты больше не деревенская беднячка, ты – дочь богатого помещика. Веди себя соответственно, если не хочешь, чтобы они заподозрили неладное. А, может, они обо всём знают… Издеваются, а сами за спиной смеются тому, как ты им подыгрываешь? Ну, ничего. Скоро всё это закончится. Осталось подождать совсем немного».

Выйдя за ворота имения, какое-то время Анна шла молча, затем начала расспрашивать Йорвета буквально о каждой травинке: «А как называется это растение на Старшей Речи? Ой, а что это за цветок? А как он будет на твоём языке?». Йорвет лениво отвечал, то и дело закатывая глаз.

– Ты разве сама этого не знаешь? Это же и твой язык тоже. Ты полуэльфка, – в итоге не выдержал Йорвет.

– Меня никто не учил Старшей Речи, – соврала Анна и глянула на сопровождавших солдат, но те и глазом не повели.

Эльф заметил это. Отвернувшись и смотря вдаль, Йорвет словно бы себе под нос проговорил на Старшей Речи:

– [Ты хотела проверить, отреагируют ли они на твою ложь.]

Анна показала на ещё одно растение и спросила:

– А вот это я знаю! Мне как-то говорили, что на Старшей Речи оно называется [Ты прав]. Верно?

– Верно, – засмеялся Йорвет тому, каким образом Анна замаскировала ответ, – только произношение у тебя ужасное, – добавил он, пытаясь объяснить причину своего смеха.

– Так научи меня.

– Как пожелаете, милсдарыня, – съехидничал Йорвет, произнеся ответ максимально саркастичным тоном.

Анна это проигнорировала, вместо этого обратилась к своей охране:

– Я слышу шум воды! Там река?

Мартин кивнул.

– Я хочу устроить привал.

Спустя несколько минут все четверо сидели на берегу реки, пристроившись в тени раскидистой кроны дерева. Йорвет, указав на противоположный берег, произнёс:

– Видите, на той стороне растёт куст с жёлтыми цветами?

Анна устремила взор туда, куда показывал эльф. Кивнула.

– На моём языке это называется [Отвлеки солдат].

– Красиво звучит, – улыбнулась Анна и пошла к реке.

Не дойдя до воды пары шагов, девушка покачнулась и упала. Томас и Мартин тут же бросились к ней, стали нащупывать пульс, пытались привести в сознание. Йорвет улыбнулся хорошему представлению и, воспользовавшись суматохой, достал из-за широкого пояса зеленоватый порошок и подсыпал его в одну из фляг. Встряхнул содержимое, закрыл флягу пробкой и положил на место. Как раз в это время солдаты принесли «бессознательную» девушку в тень. Анна открыла глаза и схватилась рукой за голову.

– Солнце… солнце сегодня беспощадно.

– Милсдарыня, выпейте воды, вам полегчает.

Анна взяла флягу и краем глаза заметила, как Йорвет покачиванием головы даёт знак: не пей. Открыв флягу, девушка сделала вид, что глотнула, а затем протянула флягу охране:

– Вы тоже выпейте. Я настаиваю. Ещё не хватало, чтобы и вы без чувств свалились в такую жару!

Мартин с благодарностью принял у Анны флягу, сделал пару глотков, после чего передал воду Томасу. Томас, отпив, передал флягу эльфу. Йорвет удивился тому, что человек проявил заботу о нём, поблагодарил и, как и Анна, лишь сделал вид, что выпил. Спустя несколько минут охрана мирно дремала, облокотившись на ствол могучего дерева, укрывающего их от солнечных лучей.

– [Снотворное? Я так и подумала, когда ты предупредил о фляге. Но откуда?] – удивлению девушки не было предела.

– [Меня привели на кухню, как ты и велела, дали еды. А рядом сушились на окне несколько пучков трав. Специи и трава для обезболивания меня не заинтересовали, а вот это, – Йорвет достал из-за пояса горсть порошка, – используется для изготовления сильнодействующего снотворного. Как видишь, обладает почти моментальным эффектом, – эльф был очень доволен собой и не скрывал этого. – Я незаметно взял нужный мне пучок – знал, что пригодится нам на прогулке. Когда меня оставили в комнате одного, после еды, перетёр в порошок и спрятал в карман за поясом].

– [Да… Не зря тебя называют Лисом! Из любой ситуации выкрутишься, выход найдёшь! Кстати, спасибо, что предупредил. Что не стал и меня вместе с ними усыплять].

– [Ты отвлекла их, как я и попросил, – эльф пожал плечами. – Вся эта ситуация всё ещё кажется мне до безумия странной и нелепой, но ты доказала, что ты на моей стороне. Хотя… не думай, что я доверяю тебе целиком и полностью. Ты всё ещё кажешься мне подозрительной. Но уже гораздо меньше, чем раньше], – Йорвет улыбнулся.

Анна засияла от радости: каким-то очень странным образом, но её истинное желание как будто бы сбывалось. Оставив спящую охрану позади, Анна и Йорвет отправились дальше, намереваясь покинуть имение и дойти до ближайшей деревни. По пути Анна рассказала эльфу про Беллетэйн, про женщину в красной парчовой накидке, про желание, умолчав о его содержании.

– [Та женщина… Что, если она — чародейка? Разозлилась, что я едва не столкнула её в костёр, натолкнувшись на неё, и отомстила, закинув меня сюда?]

Описав подробно незнакомку в парчовой накидке, Анна спросила:

– [Она не кажется тебе знакомой? Может, ты её тоже чем-то обидел, вот она и тебе мстит?]

– [За последнее время произошло столько много событий, что… Я мог её видеть, но не придавал тогда этому значения. А на счёт обиды... – Йорвет невесело усмехнулся, – на всём Континенте едва ли не каждый второй человек желает моей смерти, если не каждый первый, так что я не удивлюсь, если среди них затесалась и какая-нибудь чародейка, – эльф поднял с земли небольшой камень и начал крутить его в руках. – В любом случае, кто бы над нами ни пошутил, надо выбираться отсюда,] – произнеся эти слова, Йорвет с силой метнул камень вперёд.

Камень пролетел меньше метра и, ударившись о какое-то невидимое препятствие, упал на землю. Анна и Йорвет удивлённо переглянулись и подбежали к камню. Йорвет выставил вперёд руку и упёрся в невидимую стену, которая не давала двигаться дальше. Пройдя несколько шагов в одну сторону, затем в другую, эльф убедился, что что-то преграждает им путь.

– [Проклятье! Здесь какая-то невидимая стена, от которой за версту несёт магией. Надо проверить, как далеко тянется этот барьер].

– [Может быть, он окружает имение? Надо оставить тут какой-нибудь знак, на случай, если мы вернёмся].

Вытащив нож из-за пояса, Йорвет подошёл к камню и высек на нём крест, после чего убрал камень с дороги.

Коснувшись стены, они пошли вдоль леса, перешли неглубокую реку, на берегу которой недавно отдыхали, потом снова шли по лесу… Спустя какое-то время они вернулись к помеченному Йорветом камню. Взяв его в руки, оглядевшись по сторонам и удостоверившись в том, что это действительно то место, с которого они начали обход, Йорвет снова швырнул камень в стену, теперь уже вполне осознанно, и взорвался фонтаном ругательств на всех известных ему языках.

Примечание:

d’hoine – уничижительное название человека. Также используется для выражения презрения к кому-либо.

anad`enel – полуэльф

bloede caerme/bloede arse –эльфские ругательства

Часть 2

Яркий солнечный свет, пробираясь сквозь кроны деревьев, освещал лесную поляну. Там и тут посреди травы виднелись крохотные фиолетовые цветы, источающие приятный сладковатый аромат. У поваленного когда-то ветром дерева копошился маленький ёжик, ничуть не боясь мужчины и женщины, что находились поблизости. Анна стояла посреди поляны, закрыв глаза и опираясь спиной на невидимую стену. Напротив неё прохаживался взад и вперёд Йорвет.

– [Интересно, насколько высок этот барьер? Может, у нас получится его перелезть?] – произнесла полуэльфка, открыв глаза и посмотрев на Йорвета.

Вместо ответа он подобрал с земли небольшие камни и стал кидать их в барьер, с каждым разом целясь всё выше и выше. Когда собственного роста и силы ему стало уже не хватать для достаточно высокого броска, Йорвет поднялся на самую верхушку могучего дуба, что стоял у невидимой стены, и стал бросать камни оттуда, целясь как можно выше. Но как бы высоко эльф ни кидал камни, они всё время отскакивали – казалось, будто стене нет конца. Спустившись с дерева, Йорвет заключил:

– [Нет, узнать её границы нереально. Она возвышается на сотню ярдов в высоту, не перелезть никак. Мы в ловушке].

Анна отошла от стены и обхватила себя руками. В голове жужжал рой мыслей: «Кто поставил этот барьер? Зачем он с нами так поступил? Как нам выбраться теперь? Мы умрём здесь? А те люди из поместья – они тоже пленники? Или они обо всём знают и могут покидать территорию поместья в любое время, когда захотят? Может, кто-то из них барьер и создал… Хозяин поместья? Та женщина с красной накидкой? Люди в поместье действительно верят в то, что я – дочь хозяина имения, или просто подыгрывают ему? Играют с нами? Можно ли это как-то проверить?» Мысли девушки прервало какое-то движение в траве, которое она раньше не замечала. Анна только теперь заметила ёжика по другую сторону барьера. Зверёк шёл к грибу, который находился с этой стороны невидимой стены, но барьер не давал пройти. Ёжик поднялся на задних лапках, упираясь передними в барьер, словно пытался его пододвинуть. Но стена не двигалась с места.

– [Смотри! – закричала Анна, указывая в сторону ёжика. Йорвет проследил за её взглядом. – Не только мы не можем выйти! К нам тоже никто не может попасть!]

– [Надо со всем этим что-то делать. Те стражники, что сопровождали нас, – может, они что-то знают? Отобрать оружие, связать их, припугнуть – думаю, заговорят. А если нет – что ж… я знаю несколько действенных способов развязать язык кому угодно].

– [Нет! Мы не будем их трогать, слышишь!? Если кто-то в этом поместье и играет с нами, то стража об этом, скорее всего, ничего не знает.К тому же, когда я попросила Томаса взять воды на прогулку, он на меня как-то странно посмотрел… Словно бы он привык видеть другое к нему отношение от меня; словно бы он знает дочь помещика, какой она была раньше, и подобное поведение не в её стиле. Словно бы помнит её! Будто бы здесь раньше была другая «Анна»! Не я! И когда я веду себя не как «она», то слуги этому удивляются. Если бы они были в сговоре с тем, кто засунул нас сюда, они тогда не удивлялись бы моему поведению].

– [Это всё лишь твои предположения].

– [Которых более чем достаточно для того, чтобы не пытать ни в чём не повинных людей. Я понятия не имею, где мы и что нас ждёт впереди, но точно знаю, что приобретать новых союзников гораздо полезнее, чем новых врагов. Как ты думаешь, захотят ли они нам потом помогать со всей искренностью, если ты их сейчас запытаешь до полусмерти?]

– [Ладно, считай, что уговорила. Пытки на время отложим. Ты сказала, что стража ожидает от тебя конкретного поведения. Якобы они тебя раньше уже знали, но другую. Ты заметила ещё что-то странное, пока общалась с жителями поместья?]

– [Мой… кхм… «отец». Он с такой искренностью и горечью говорил про свою жену – якобы мою «мать». Вряд ли это можно было сыграть. Мне кажется, он искренне верит в то, что говорит. Но… у меня такое ощущение, будто он тоже, как и мы, не отсюда. Я когда его первый раз увидела, заметила что-то неладное… но тогда не обратила на это особого внимания, слишком напугана была. И только сейчас поняла, что меня тогда насторожило: его руки! Они были грубые, в ссадинах, с мозолями на пальцах. Это были руки, измученные тяжким физическим трудом. Такие руки обычно принадлежат кметам, что целыми днями работают на полях (я часто их видела), но точно не богатому владельцу имения. Такие руки обычно «украшает» мотыга, а не серебряное кольцо с дорогим камнем].

Йорвет долго молчал, обдумывая сказанное. Наконец, он произнёс:

– [Я тоже заметил во время разговора на веранде, что зубы у «хозяина дома» в ужасном состоянии, и теперь согласен с тобой: этот мужчина не похож на живущего в достатке человека. Да и большая часть других людей, которых я видел в поместье, весьма хилого телосложения, словно бы всю жизнь недоедали. Хм… Люди, по всем внешним признакам выглядящие как кметы, наряжены в богатую одежду. Но при этом их речь грамотна, что для кметов нехарактерно. И они ведут себя так, словно бы знают тебя, будто ты уже давно живёшь тут. И более того, они словно и сами жили здесь раньше, имеют определённую историю, семьи… Что-то неладное творится здесь].

Йорвет снова замолчал. Снял с лица платок, ополоснул лицо прохладной водой из фляги. Анна скользнула взглядом по изувеченной глазнице эльфа, по шраму на лице, и в её груди неприятно кольнуло чёрное, скребущее по сердцу чувство, сотканное из боли за Йорвета и ненависти к тому, кто это с ним сделал. В то же время девушка ощутила уважение к эльфу, граничащее с восхищением. Сколько же мучений ему пришлось вынести? И как ему удаётся оставаться таким сильным и храбрым после всех перенесённых страданий? Из мыслей Анну вывели слова Йорвета:

– [Вот думаю обо всём этом, и на ум идёт только одно слово: маскарад. Всех здесь словно подвергли массовому гипнозу. Мы попали внутрь огромной иллюзии!]

– [Только вот мы помним, кто мы, а другие – нет. Они послушно играют отведённые им роли. Люди, полукровки, низушки… столько разумных существ взять под контроль, возвести огромную невидимую стену над имением… Разве может кто-то из чародеев сделать нечто подобное?]

– [Сомневаюсь. А вот демон вполне может].

– [Демон!?]

– [Ты бросила записку с желанием в костёр].

– [Так ты веришь в то, что моё желание исполнилось? Просто потому что я… в Беллетэйн? Но при чём тут демоны!?]

– [Беллетэйн – это один из тех магических периодов, когда границы между мирами истончаются, и духи природы спускаются к нам, чтобы одарить своими благами. Желания действительно сбываются, если искренне верить в это. Можно пожелать плодородной почвы, богатого урожая, скорой беременности или же исцеления от болезни… Такие желания духи природы с охотой исполняют. Но нельзя желать зла другим, нельзя пытаться связать свою судьбу с судьбой другого. Нельзя таким образом приворожить кого-то, повлиять на его чувства… Все эти желания идут против природы, духам они противны. Тот, кто загадывает нечто подобное, проявляет слабость и подлость. Поэтому духи не обращают на них внимания. Зато демоны любят развлекаться, извращая подобные желания, заставляя страдать того, кто их загадал].

Повисла гнетущая тишина. Затем Йорвет посмотрел в глаза Анне и спросил:

– [Что ты загадала?]

Суровый взгляд Йорвета прожигал девушку насквозь. Анна не ответила, лишь отвела взгляд. Ей было стыдно смотреть в лицо Йорвету.

– [Отвечай же. Ты захотела богатства? Власти?]

– [Тебя], – шёпот сорвался с губ полуэльфки. Ей захотелось провалиться сквозь землю, спрятаться, свернуться клубком и плакать. Но она осталась сидеть на земле, теребя рукава блузки, и чувствовала, как взгляд лиственно-зелёного глаза эльфа проделывал дыру в её душе. Ей хотелось всё объяснить Йорвету, сказать, что она вовсе не желала ему навредить или приворожить его, что всего лишь мечтала обрести дом среди своего народа, а женщина в парчовой накидке всё испортила… но слова застревали в горле, не желая обретать свободу.

Эльф молчал. Йорвет был зол и задумчив. Спустя некоторое время он всё же нарушил тишину.

– [Что ж… Вот он я, прямо перед тобой. Вокруг нас стена, и никуда я от тебя не денусь, – его слова, холодные, как лёд, такие смиренные по своей сути, и такие устрашающие по интонации, пугали девушку. – Твоё желание исполнили как нельзя лучше. Ты должна быть довольна. Но что-то ты не выглядишь счастливой. Неужели я тебя разочаровал?] – с притворной обидой спросил эльф.

Анна тяжело вздохнула, и, как и прежде, шёпотом заговорила:

– [Я – полукровка. Люди видят во мне эльфку и презирают за длинные уши. Эльфы видят во мне человека и презирают за карие глаза. Куда бы я ни пошла, я везде изгой. Одна, без друзей, без семьи… Никто из ниоткуда. И ты даже не представляешь, как отчаянно я желала обрести семью… Как сильно я хотела быть кому-то нужной… Меня тянет к белкам, мне постоянно кажется, что именно там я могу обрести то, что так давно ищу. Но все мне отказывали. Эльдайн, Гилар, Яевинн, Риордаин, Эйнар, Верноссиэль, Кирдан, Дельвиэт… Никто не доверяет полукровке, никто не хочет даже находиться рядом со мной! Слухи ходят, что ты сотрудничаешь с людьми, когда тебе это выгодно… Я и подумала… Чем же я хуже людей? Может, хоть ты примешь меня… Может, хотя бы в твоём отряде найдётся для меня место? Но где ты, я не знала. Я уже год путешествую в поисках тебя, но все зацепки вели в никуда. А тут Беллетэйн… Я и написала, что «Хочу, чтобы Йорвет был моим командиром». Думала, желание исполнится, и я наконец найду тебя… Что мы поговорим, и ты согласишься взять меня в отряд. Я постаралась бы, и со временем смогла бы завоевать твоё доверие… Я и не думала, что моё желание будет идти против природы… Но… я не успела дописать его… Мне осталось написать одно слово, а та женщина меня толкнула, листок выпал из руки и угодил в костёр. Я не собиралась ворожить, не думала, что этим желанием как-то серьёзно переплетаю наши судьбы… Я просто хотела обрести семью…]

Анна всё ещё не решалась смотреть в глаза эльфу. Ещё недавно всё было так хорошо… Йорвет говорил о доверии к ней, был доброжелателен… а сейчас, казалось, вся жизнь девушки трещала по швам, и последний шанс обрести дом среди эльфов ускользал из-под рук. В голове звучали слова «слабость», «подлость», произнесённые Йорветом ранее. «Так теперь он обо мне думает… Не смогла сама решить свои проблемы и обратилась к магии. Эльфам не под силу превратить гиблые земли в плодородные, не по силам исправить собственное бесплодие, но духи природы с этим могут помочь. А я же попросила у них того, чего вполне могла бы достичь и сама. Дана, что же я натворила!? Он не простит мне эту ошибку. Он наверняка теперь меня презирает. Я всегда буду одна…»

Но Йорвет смотрел на девушку уже совсем другим взглядом. В нём прослеживались понимание и сочувствие. Эльф подошёл, сел на землю рядом с Анной и приобнял её за плечи. Девушка вздрогнула от неожиданности: она ждала чего угодно, но явно не этого.

– [Почему ты не злишься на меня?]

– [Потому что видел достаточно поломанных судеб полукровок. Твоя попытка обрести семью довольно… мила и невинна].

Йорвет дружелюбно взлохматил волосы на голове Анны, поднялся на ноги и добавил с лёгкой улыбкой:

– [Только в следующий раз формулируй свои мысли чётче и подробней, пожалуйста].

Девушка решила не уточнять, о чём он: о желании, или прошедшем диалоге, и поднялась вслед за эльфом.

– [Йорвет… Если моё желание действительно угодило к демону в лапы… если всё это – его рук дело, как мы будем выбираться отсюда?]

– [Я мало что могу сказать о демонах. Пересказ мифов да легенд нам вряд ли поможет. Немного информации знаю со слов Белого Волка, да и тот встречал их лишь на страницах книг во время обучения в ведьмачьей школе. По его словам, демоны любят наблюдать за своими жертвами. Они всегда находятся где-то рядом, значит искать надо кого-то из окружения].

– [Женщина в красной накидке!]

– [Пока что это единственная зацепка, да. Надо найти её].

– [А когда найдём, что будем делать? Как победить демона? Серебро, соль?]

– [Как раз мифы и легенды. Демон – это тебе не вампир и не джин. Его побороть нельзя. Во всяком случае, если и есть способ, ведьмакам он неизвестен].

– [Что же тогда делать?]

– [Я не знаю. Сначала найдём его, а дальше будем действовать по ситуации. Может, удастся договориться, обхитрить].

– [Значит, возвращаемся в поместье? Играем наши роли, и попутно ищем женщину в красном. Попробуй расспросить слуг, а я спрошу ещё раз у «отца»].

Обговорив план действий заранее, чтобы снова не маскировать речь под обсуждение цветов, Анна и Йорвет вернулись к Томасу и Мартину. Ничего не подозревающие стражники спокойно дремали под раскидистыми ветвями липы. Йорвет сел на своё прежнее место, Анна же подошла к спящим и поднесла растёртое на ладони едко пахнущее растение к их ноздрям. Запах тут же привёл в чувства мужчин, и они лениво поднялись, озираясь по сторонам. Анна, уже вошедшая в роль горделивой дочери хозяина поместья, тут же надменно произнесла:

– Вы что себе позволяете!? Какая неслыханная дерзость – уснуть на посту! Я обо всём расскажу отцу!

– Милсдарыня, просим прощения! – в один голос заговорили перепуганные Томас и Мартин.

– Мы… мы… мы на солнце перегрелись, – Мартин согнулся в поклоне до самой земли.

– Клянёмся, такого больше не повторится! – Томас поклонился ещё ниже, хотя, казалось, ниже уже было некуда.

– Это вы отцу расскажете. Возвращаемся сейчас же! – на этих словах Анна развернулась на каблуках и отправилась в поместье. Пристыженная стража поспешила следом. Йорвет, насладившись спектаклем, обогнал охрану и зашагал рядом с девушкой.

«Домой» пришли уже вечером. Солнце почти скрылось за горизонтом, в окнах поместья горел свет. Ещё на подходе к имению Анна заметила какую-то тревогу, охватившую всех слуг. Люди суетливо сновали туда и обратно, а когда видели Анну, радовались и спешили скрыться в здании.

– [Что на этот раз?] – вопрос Йорвета остался без ответа, так как в сад вбежал взволнованный глава поместья, и слуги разом замерли. Следом за ними остановилась и Анна со своей свитой. «Отец» тут же заключил девушку в объятья, крепко прижав её к груди. Девушка ощутила мелкую дрожь, сотрясающую тело мужчины.

– Хвала Мелителе, ты жива! Тебя так долго не было – я испугался, что эльф убил тебя и твою охрану!

– Всё со мной хорошо… папа. Я ведь уже доказала тебе, что могу с ним управиться, – Анна мягко высвободилась из объятий «отца». – С эльфом проблем не было. Зато у этих неженок, – девушка указала на Томаса и Мартина, – случился солнечный удар! Представляешь!? Ты приказал им охранять меня, защищать, если понадобится, а они упали без чувств! Мы с Йорветом их очень долго приводили в чувства. На них никакой надежды нет! А если бы на нас кто-то напал!? Хорошо, что Йорвет был рядом! И в тень их помог оттащить, и растение нужное нашёл, чтобы разбудить этих слабаков. Ему можно верить. С этого момента меня охранять будет только он! Я на него теперь рассчитываю больше, чем на нашу охрану.

«Отец», часто моргая, переводил недоумевающий взгляд то на Йорвета, который, скрестив руки на груди, безразлично смотрел куда-то вдаль, то на Томаса с Мартином, чьи виноватые взгляды были прикованы к собственным сапогам. Наконец, взяв себя в руки, глава поместья произнёс:

– Я разочарован. Я возлагал на вас большие надежды, но то, что я услышал сейчас от своей дочери – непростительно. Пожалуй, пара десятков ударов плетью станет для вас хорошим уроком.

Глаза стражников округлились от страха, но никто не осмелился возражать своему господину.

– Прости, пап, но урок чего ты хочешь им преподать? Это ведь было не их осознанное желание – потерять сознание от жары? Они виноваты лишь в том, что оказались не настолько крепкими и стойкими, как эльф. Мне кажется, нужно перевести их из стражи в разряд тех слуг, чья работа им будет под силу. Пусть убираются в саду: пропалывают растения, чистят пруд от ряски. Тут и тень для них найдётся, и воды в избытке.

Томас и Мартин с надеждой посмотрели на «отца» Анны, ожидая его ответа.

– Ты сегодня необычайно добра, милая. Хорошо, пусть будет по-твоему. Я распоряжусь о переводе. А пока, – он посмотрел на стражу, – прочь с глаз моих!

Обрадованные тем, что им удалось избежать жестокого наказания, стражники скрылись в доме. Йорвета отвели на общую кухню, где был подготовлен ужин для всей прислуги. Анна вместе с «отцом» тоже отправилась на вечернюю трапезу, после чего все разошлись по своим покоям.

Проснулась Анна рано утром от стука в дверь. Стучала девушка-полуэльфка, которая прислуживала Анне вчера за столом. Она принесла свежие полотенца и кувшин с водой для умывания. Подойдя к зеркалу над бадьёй, Анна едва не закричала от испуга и досады. Сегодняшнее её отражение от вчерашнего отличала длинная седая прядь волос. «Да что здесь происходит, чёрт бы вас всех побрал!? Откуда это взялось!? И что это значит? Здесь идёт время быстрее? Неужели я старею!? Но… я ведь не человек! Ну… не в полной мере… у меня не должно быть седины! Другие тоже изменились?»

Наскоро умывшись и одев первую попавшуюся в шкафу одежду, Анна выбежала из комнаты. Все вокруг были точно такими же, какими девушка запомнила их со вчерашнего дня. Более того, седую прядь никто не видел. Никто кроме Йорвета, который, однако, в себе никаких изменений не заметил. Он успокоил девушку, предположив, что седая прядь может быть частью иллюзии демона, и исчезнет, стоит только развеяться магии. Анна, доверившись эльфу, перестала обращать внимание на поседевшую прядь волос, и рассказала о том, как прошёл ужин и что удалось разузнать у «отца».

– [У нас гостья. Хозяйка соседнего поместья. Зовут Ровена, по рассказу «отца» похожа на ту, которую я видела на празднике. Богато одетая, красивая, как чародейка. Приехала сюда вчера утром, якобы, поздравить меня с Днём рождения. «Отец» вспомнил, что, когда она прибыла к нам, на ней как раз была красная парчовая накидка. Возможно, именно Ровену я видела в саду во время завтрака].

– [Но после этого вы не пересекались? Если она пришла поздравить тебя, почему не сделала этого?]

– [«Отец» говорит, что ей большую часть дня нездоровилось. Он надеется, что она составит нам компанию за завтраком. Ей, кстати, выделили гостевую комнату, откуда она не выходила вчера весь день. Слуги за ужином про неё ничего не говорили? Должен же был кто-то ей еду хотя бы принести?]

– [На удивление, слуги здесь малоразговорчивы. Но я попытаюсь что-нибудь разузнать].

– [Хорошо. Пойду покажусь за завтраком. А то «отец» отправит войска на мои поиски – Анна широко улыбнулась. По выражению лица Йорвета девушка поняла, что шутка удалась. – А ты пока попробуй разговорить слуг. Только, пожалуйста, давай без рвения?] – подмигнув, Анна поторопилась уйти.

Йорвет, смотря ей вслед, поймал себя на мысли, что эта девушка начинает нравиться ему всё больше, и она не лишена чувства юмора, которое ему импонирует.

«Отец» уже сидел у пруда в саду и вёл оживлённую беседу с Ровеной. Женщина сидела спиной к Анне, её кудрявые волосы цвета воронова крыла мягко спадали на оголённые плечи, а стройный стан был облачён в роскошное изумрудное платье без рукавов. На запястьях красовались аккуратные браслеты из драгоценных камней. «Отец» приветливо махнул рукой «дочери», не отрываясь от диалога, и Анна, поздоровавшись со всеми, села за стол. Ровена обернулась к ней, приятно улыбнулась и кивнула головой в знак приветствия. От страха у девушки перехватило дыхание. Анна взяла стакан воды и начала медленно отпивать, стараясь скрыть подступающую панику. «Это и правда ОНА! Так… спокойно…. Надо держать себя в руках. Она не знает, что мы с Йорветом подозреваем её! У нас преимущество. А, может, мы ошибаемся, и она вовсе не демон. В любом случае, сейчас мне ничего не угрожает. Надо продолжать играть свою роль. Пока что это наилучший вариант».

Ровена, окончив разговор с главой поместья, снова обернулась к Анне и с теплотой в голосе проговорила:

– Анна, рада наконец-то видеть тебя! Ты ничуть не изменилась с нашей последней встречи: так же прекрасна, как и всегда!

«А вот ты сильно изменилась с нашей последней встречи: такая милая и вежливая внезапно стала».

– Прошу меня простить за то, что пропустила твой праздник! Мне ужасно неловко, и моё дурное самочувствие нисколько не является оправданием.

«И даже как будто бы скромная стала, что совершенно не вяжется с твоим внешним видом. Совсем не как на празднике. Притворяешься? Или ты тоже под чарами демона? Как бы это выяснить…»

– Сейчас мне, правда, уже гораздо лучше, и я рада, что могу начать свой день в такой замечательной компании, как ваша. Генри рассказал мне о его подарке для тебя. Надеюсь, мой тебя тоже не разочарует. Загляни в вашу конюшню, как будешь свободна.

«Генри… Так вот, как зовут моего «отца». Почему-то мне кажется, что это не его настоящее имя. И что ещё за новые сюрпризы!?» Вслух же Анна произнесла:

– Благодарю. Мне тоже очень приятно завтракать в вашей компании. У нас здесь нечасто можно встретить таких обворожительных гостей.

– Ой, ну что вы! Вы мне льстите! – женщина зарделась и поспешила перевести тему.

Внезапно лицо Ровены побледнело. Она поспешно встала из-за стола, извинившись за вновь нахлынувшее плохое самочувствие, поблагодарила за завтрак и удалилась в свои покои.

– Чего это она?

– Она подозревает беременность, а ты лучше меня должна знать, какими трудностями это может сопровождаться.

«Беременна? Что за чушь!? Разве демон может быть беременным? Наверняка не хочет оставаться со мной рядом, боится, я что-то выведаю, вот и придумала отговорку про беременность. Погодите-ка… Йорвет говорил, что демоны любят находиться около своих жертв, любят наблюдать… Зачем тогда ей куда-то убегать, если я, её жертва, тут сижу? Странно всё это. А если она не демон? Что, если я была права, и она действительно чародейка? Они не могут иметь детей. Тогда она тоже под гипнозом, и верит в то, чего на самом деле нет? Надо будет обсудить это всё с Йорветом».

Поев и попрощавшись с «отцом», Анна поспешила поделиться мыслями с эльфом. Они уединились в отдалённой части сада, где не было посторонних ушей, и Йорвет внимательно слушал рассказ девушки.

– [Тогда, на празднике Беллетэйн, она выглядела и вела себя иначе: у неё теперь другая причёска, другая одежда, и макияж даже совсем в ином стиле! Она стала вежливее и как будто бы добрее. Но это точно она, я уверена! Что ты о ней думаешь? Она может быть демоном? Тебе удалось что-нибудь выяснить у слуг?] – в заключении спросила Анна.

– [Если мы исходим из того, что демон где-то рядом, то скорый уход Ровены из-за стола выглядит странно и неуместно. Если же Белый Волк ошибался, и демону вовсе не обязательно находиться около жертвы, то подозрения с неё мы пока не снимаем. А насчёт слуг, – пока мне не удалось их разговорить, ведь ты просила меня выуживать информацию «без рвения»].

Анна рассмеялась.

– [А если серьёзно, – продолжил Йорвет, – то информации минимум, и она заключается в том, что слуги получили распоряжение от Ровены еду и лекарство оставлять на столике у двери снаружи, и не беспокоить её. Никто из них не может с уверенностью сказать, покидала ли она свои покои].

– [Иными словами, мы всё ещё топчемся на месте].

– [У нас есть зацепка, это уже больше, чем ничего. Мы точно знаем, что та женщина, что толкнула тебя на празднике, действительно тут и не привиделась тебе в саду. Мы знаем, где она расположилась, и нужно попытаться поговорить с ней без посторонних глаз и ушей. А ещё не помешает проверить, что за сюрприз она оставила тебе в конюшне].

– [Ну вот и отлично. Тогда я пойду в конюшню, а ты…]

– […отправлюсь с тобой, – перебив Анну, закончил фразу эльф. –Сюрпризы бывают и опасными. Не все же такие дружелюбные, как я. И ножички могут быть и побольше размером,] – Йорвет весело рассмеялся.

Девушка, вспомнив встречу со своим «подарком», тоже залилась звонким смехом.

В конюшне вчерашнюю именинницу ждал действительно неожиданный сюрприз. В стороне от стойла, запряжённый в элегантную узорчатую повозку, стоял белый в яблоках жеребец с роскошной длинной гривой, в которую была вплетена атласная серебристая лента. Привязанная к ленте открытка гласила: «С Днём рождения, Анна!». Девушка открыла рот от изумления:

– Учитывая всю чертовщину, что здесь происходит, увидеть в конюшне коня – само по себе необычно!

– Хвала Дане, что хоть тут нет подвоха.

Тщательно проверив жеребца и повозку и удостоверившись в том, что подарок не несёт никаких неожиданностей, Анна с Йорветом отправились в гостевые покои к Ровене.

Поднявшись на второй этаж, Анна постучалась в дверь. Получив разрешение войти, девушка пропустила Йорвета вперёд, после чего последовала за ним, закрыв за собой дверь.

– Прошу прощения за то, что нарушаю ваш покой. Я хотела бы поблагодарить за подарок. И я надеюсь, вы не возражаете против присутствия моей охраны, – Анна кивнула в сторону эльфа.

– Ну что вы, какие могут быть возражения против такой интересной компании? – женщина подмигнула Йорвету, из-за чего Анна почувствовала лёгкий укол ревности. – Так тебе понравился Харон?

– Харон?

– Жеребец. Мне пришлось изрядно потрудиться, чтобы достать его из самой Зеррикании!

– Он чудесен! У меня слов нет, чтобы выразить свою благодарность!

– Твои светящиеся счастьем глаза – лучшее её выражение.

Дальнейший разговор петлял между обсуждением лучших пород лошадей и последних модных новинок, воспоминаниями о прошлом «Анны» и планах на будущее. В ходе беседы стало ясно, что Ровена не помнит (или притворяется, что не помнит) ничего, связанного Беллетэйном. Она предпочитает тихий домашний отдых у камина шумным народным гуляниям у костра и, по её словам, никогда не посещала подобных празднеств. Когда стало ясно, что больше информации от Ровены сейчас получить не выйдет, Анна вежливо попрощалась, и они с Йорветом покинули комнату. Заговорили только после того, как вернулись в отдалённую часть сада:

– [Она меня не узнала. Воспринимает как дочку Генри].

– [Это твоего «отца» так зовут? Не крестьянское имя вроде как].

– [Я тоже так подумала. Ты заметил что-нибудь интересное при разговоре?]

Услышать ответ Анна не смогла. Внезапно у неё закружилась голова, и свет в глазах померк. Девушка упала в объятия тьмы.

Примечание:

Дана Меабд, или Королева Полей, – богиня, почитаемая эльфами.

Глава 3

Приходила в себя Анна долго. Веки отяжелели настолько, что она не могла их раскрыть, в голове невыносимо гудело. Непослушное тело потеряло ориентацию в пространстве – невозможно было определить, где земля, а где небо. Сидит ли, лежит ли она – Анна не понимала.

Резкий жгучий запах внезапно вернул мир на место. Девушка дёрнулась, желая оказаться подальше от источника этой вони, открыла глаза. Она всё ещё находилась в саду, который служил укрытием от посторонних глаз и ушей. Анна огляделась и с удивлением обнаружила себя, полулежащую, на коленях сидящего на земле Йорвета. От осознания его близости стало как-то неловко, но при этом очень приятно. Взгляд у эльфа был тревожным, и вместе с тем выражал нежную заботу.

– [Фу! Чем это так несёт?] – Анна прикрыла рукой нос.

– [Остатками той травы, которой ты будила солдат. Как ты себя чувствуешь?]

– [Живой. А остальное, надеюсь, поправимо].

Йорвет бережно помог девушке встать, словно боясь, что она вот-вот снова потеряет сознание.

– [Голова не кружится? Не тошнит? Стоять можешь?] – поднимаясь с земли, с беспокойством расспрашивал эльф.

– [Если не делать резких движений, то, вроде бы, всё хорошо. Почему это случилось? Мы разговаривали, всё было нормально, а потом… мир резко исчез…]

– [Видимо, я ошибся в тот раз, когда решил, что тебе нечего опасаться тут. В тот раз, когда мы обсуждали появившуюся у тебя седую прядь. Боюсь, это не просто иллюзия. Сейчас, после потери сознания, у тебя появилась ещё одна. И ты выглядишь… болезненно… Возможно, демон питается твоими жизненными силами].

Анна схватилась за голову и пропустила несколько локонов сквозь пальцы, рассматривая. Седых волос действительно прибавилось.

– [Утром одна, сейчас другая… такими темпами мне недолго осталось… Ведь… если все волосы поседеют, то я… умру?]

– [Мы выберемся отсюда раньше, чем узнаем ответ. Я обещаю. Мы с тобой на верном пути: проследим за Ровеной, она приведёт нас к свободе, я уверен].

Остаток дня прошёл без происшествий. Анна с Йорветом ещё какое-то время провели в саду, обсуждая план действий. Покинули сад только после того, как убедились, что девушка себя хорошо чувствует.

С наступлением ночи почти все жители поместья отправились ко сну. Лишь вокруг здания ходила стража, охраняя покой спящих. Анна вышла из спальни, осторожно озираясь по сторонам, и направилась в сторону комнаты Ровены. Завернув за угол, девушка натолкнулась на кого-то, едва ли не сбив его с ног. Резко отпрянув, Анна подняла голову, чтобы рассмотреть освещаемое лунным светом лицо того, кого она чуть не сшибла, и ахнула: это была Ровена.

– Ты всё-таки влипла в историю, amadana, и опять крутишься у меня под ногами! – голос женщины снова был пропитан высокомерным презрением, отражающимся в чертах красивого лица.

Анна опешила, но уже не столько от того, что натолкнулась так нелепо на объект своей слежки, сколько от осознания, что Ровена, будучи человеком, использовала Старшую Речь. Женщина обошла Анну и скрылась за поворотом. Когда девушка пришла в себя от ступора, Ровены нигде уже не было. Анна бродила по особняку, высматривала в окна знакомую фигуру – но отыскать след женщины так и не получилось.

«Молодец, Анна! Из тебя получился бы отличный разведчик! Выдать себя врагу, после чего потерять его – ну просто верх мастерства! Так держать! Продолжай в том же духе! И правда, дура. Хм… и почему она сказала это на Старшей речи? Откуда она вообще знает наш язык? Может, это был какой-то знак? Подсказка? Но зачем демону что-то мне подсказывать? Может, это насмешка?» Из мыслей девушку вывел приближающийся звук шагов. Взгляд Анны тут же заметался из стороны в сторону, в поиске возможного укрытия, но неприятель оказался рядом раньше, чем девушка успела спрятаться. Ровена, возвращающаяся к себе в комнату, медленно подошла к Анне, окинула её надменным взглядом и произнесла:

– Ты всё ещё тут? Выбираться не думаешь? Или тебе здесь понравилось? В самом деле, настолько бесполезная девка, что даже стыдно за тебя. Хорошо, что Тинвэ не видит твоего позора… Ладно, времени мало. Слушай меня внимательно и запоминай: ты должна как можно скорее…

Не успев закончить фразу, Ровена исчезла. Испарилась в воздухе, будто её и не было вовсе. В это же время Анне почудился какой-то ехидный инфернальный смешок. Ужас охватил её, и она побежала в комнату Йорвета, оглушаемая звуком биения собственного сердца. Дверь в комнату была не заперта, но внутри никого не было. «Он тоже исчез? Демон и его…?» Слово «убил» Анна не осмелилась произнести даже мысленно. Из глаз потекли слёзы, тело сотрясалось от дрожи. Девушка скользнула под одеяло и зашлась рыданиями. Одеяло не спасёт ни от демонов, ни от смерти – Анна точно знала это, и детских иллюзий не питала. Но и поступить иначе напуганная до смерти девушка не могла.

Внезапно чья-то ладонь аккуратно стянула одеяло с кровати, и Анна вся сжалась от ужаса, напоминая своим видом беззащитного котёнка.

– [Тише, тише, успокойся. Это я. Что случилось?] – звук голоса Йорвета на мгновение успокоил девушку.

– [Живой! Живой!!!] – она, не веря своим глазам, бросилась к эльфу с объятиями. Йорвет обнял её в ответ, крепко прижав к себе дрожащее от рыданий девичье тело.

– [Конечно, живой. Отчего же мне быть мёртвым? Ты из-за этого плачешь?]

Анна какое-то время просто тихо сопела в плечо Йорвету, безуспешно пытаясь успокоиться. Йорвет поглаживал её по волосам, приговаривая ласковым голосом, что она в безопасности. Но паника никак не отступала, Анна лишь сильнее прижалась к эльфу, боясь, что и он вслед за Ровеной вот-вот испарится. С трудом пересилив себя, в перерывах между всхлипываниями девушка всё же заговорила:

– [Она не была демоном, понимаешь..? Она была в заточении тут, как и мы..! Она знала мою мать. Назвала её имя – Тинвэ… Ровена… наверное, чародейка… Возможно, демон закинул сюда, под купол, всех, кто был на том празднике. И её тоже… Она всё время находилась под воздействием демона… но этой ночью её сила… её магия позволила ей сопротивляться… пусть и ненадолго. Она… она хотела что-то мне сказать, но не успела. Демон понял, что она может нарушить его планы, и избавился от неё… Я прибежала к тебе, а в комнате пусто. Я думала, он и от тебя избавился…]

– [Как видишь, нет. Возможно, меня он тронуть не может, так как именно со мной связано твоё желание. А по поводу Ровены… Ты была права изначально: она и правда чародейка. Я собирался залезть на дерево под её окнами и попробовать увидеть или услышать что-нибудь, как мы и планировали. Но заметил, что она покинула особняк. Крался за ней до конюшни, а она, войдя внутрь, наложила какие-то чары на двери и окна. Ни пробраться туда, ни подсмотреть, ни подслушать, что она там делает, не вышло. Провела там минут десять и вышла. Я заглянул внутрь, когда она ушла, всё там обыскал, но ничего, достойного внимания, не заметил. Может, она хотела рассказать тебе, что она там сделала?]

Поняв, что Йорвету ничего не угрожает, Анна наконец-то смогла совладать с собой и ответила уже более спокойным голосом:

– [Я, если честно, уже ничего не понимаю… Я ей однозначно не нравлюсь. Она только и делала, что оскорбляла меня. Смотрела на меня, как на ничтожество. Так зачем ей мне помогать?]

– [Может, во имя твоей матери? Либо она предполагала, что только ты можешь разрушить эту иллюзию раз и навсегда, поэтому и хотела тебе подсказать?]

– [Этого мы уже не узнаем… Но мы можем вернуться в конюшню и посмотреть ещё раз, но уже вдвоём].

– [Тогда пойдём?]

– [Утром. Сейчас у меня уже ни на что нет сил. Ужасно клонит в сон… Но… Мне не хочется сейчас оставаться одной. Могу я переночевать у тебя, пожалуйста?]

Йорвет кивнул, заботливо накрывая её одеялом.

– [Ничего не бойся. Я буду рядом].

В его голосе было столько теплоты и нежности, и при этом и силы, что Анна почувствовала себя самой защищённой девушкой на всём Континенте. Находясь в полузабытьи, на грани сна, она полушёпотом произнесла:

– [Спасибо, Йорвет. Встреча с тобой – лучший подарок судьбы, что у меня когда-либо мог быть].

На лице Йорвета промелькнула мимолётная улыбка. Он поставил рядом с кроватью кресло и устроился рядом с Анной. Засыпал эльф, с любовью сжимая ладонь спящей девушки.

Яркие солнечные лучи, освещающие маленькую скромную комнату, оповещали её обитателей о счастливом начале дня. Анна проснулась первая. События прошедшей ночи всё ещё казались девушке смутным сном. Внезапное исчезновение Ровены, демонический смех и… невозможно нежный и ласковый голос Йорвета… Последнее, Анна была уверена, ей точно приснилось. Неужели мог Йорвет, герой эльфов и Гроза Севера, полюбить такую, как она? Однако именно его крепкая ладонь всё ещё мягко сжимала ладонь Анны. И Анна это ощущала столь же отчётливо, как и тепло ласкающих кожу солнечных лучей, пробивающихся сквозь оконные стёкла. «Всё это не было сном». И Йорвет действительно дремал в кресле, держа Анну за руку. События прошедшей ночи калейдоскопом пронеслись перед глазами, Анна вспомнила все слова, все интонации, все прикосновения, что были между ними… И было во всём этом нечто сокровенное, нечто, выходящее за рамки дружбы, что в груди девушки зародилось сладостное осознание: она небезразлична этому эльфу. Мужчина, в которого она влюблена, испытывает взаимные чувства к ней! Анна лежала на кровати, боясь пошевелиться, чтобы не разрушить хрупкие мгновения эйфории. Она наслаждалась этим утром, позабыв совершенно о демоне, его иллюзиях и его могуществе. Она просто нежилась в лучах солнца и любовалась образом спящего рядом мужчины. Ей нравился солнечный зайчик, ласково скользящий по его щеке. Ей нравилась прядь тёмных волос, выбившаяся из-под немного съехавшей карминовой повязки. Ей нравилось тепло его руки, согревающее её ладонь. Ей нравилось находиться рядом, а всё остальное было неважно.

Сколько времени прошло перед тем, как Йорвет проснулся, Анна не знала, потеряв счёт времени от счастья. Эльф, открыв глаз и проморгавшись, и прищурив его от солнца, первым делом произнёс:

– [Кажется, утро обещает быть добрым, – затем, переведя взгляд на Анну, спросил: – Как ты себя чувствуешь? У тебя всё в порядке?]

Анна с благодарностью и нежностью кивнула. Йорвет, всё ещё не отпуская ладонь девушки, помог ей подняться с кровати. Их глаза встретились, и эльф с опасением, ибо не знал, как она отреагирует, сделал шаг к Анне, намереваясь обнять. Но в этот момент дверь в комнату отворилась без стука и застигнутая врасплох пара тут же отстранилась друг от друга. На лице Йорвета промелькнула досада, но в следующее мгновение оно приняло типично-безразличное выражение. Анна же, не научившись ещё так мастерски скрывать свои чувства, смущённо уставилась в пол. В дверях стояла девушка-полуэльфка, и Анне показалось, что смотрит прислуга на неё с каким-то странным в её положении ехидством. Анна тут же напустила на себя маску величия.

– Вас ищет ваш отец, госпожа, – произнесла служанка и добавила с не меньшей долей ехидства: – Как вы себя чувствуете?

– У меня всё хорошо, – ответила Анна, и в тот же момент почувствовала сильное головокружение. Не желая добавлять Йорвету причин для переживаний, девушка собрала все силы в кулак, и, не обращая внимания на своё состояние, повернулась к эльфу, продолжив отыгрывать роль:

– Я зашла тебе сказать, что мы сегодня отправимся на прогулку. Верхом. Хочу опробовать свой новый подарок. Оседлай моего коня, и жди меня в конюшне.

– Как прикажете, госпожа, – с лёгким поклоном ответил эльф.

Анна, не в силах больше терпеть головокружение, быстрым шагом вышла из комнаты, на ходу бросив служанке, не оборачиваясь:

– Передай отцу, что я скоро буду.

Стоило девушке подняться на свой этаж, как головокружение отступило, и силы как будто бы снова вернулись. Анна, переодеваясь и приводя себя в порядок после безумной ночи, старалась спокойно и без паники обдумать ситуацию. Теперь, когда Йорвет был далеко, и утренняя эйфория отступила, а ухудшающееся самочувствие снова дало о себе знать, девушка стала опасаться, что демон начал играть по-крупному. «Он… убрал Ровену, потому что она хотела помочь. Убрал грубо, совершенно не заботясь о том театре, что сам же здесь и устроил. Что теперь будет? Жители поместья исчезнут вслед за Ровеной? Но та полуэльфка-то тут. По пути в комнату я мельком видела ещё кого-то из слуг. И служанка сказала, что «отец» меня ищет. Значит, никто больше не исчез. Ведь так? Но зачем «отцу» меня искать? Они все обернутся против нас с Йорветом? Запрут нас где-нибудь, а демон спокойно может выкачивать из меня жизнь… Но я всё ещё свободна… относительно… А могли ворваться стражники в комнату, и связать… Демон запер нас под куполом, возможно, ему этого достаточно. Он тогда так смеялся… Как-то злорадно, но… как будто бы в предвкушении хорошего развлечения. Наверное, он хочет посмотреть, как я дальше буду выкручиваться. Буду ли вообще… Возможно, он не станет разрушать эту игру. Тогда и я постараюсь не сдаваться. Больше не буду рыдать в подушку, хватит. Театр продолжается, актёры на сцене. Играем дальше. Мы сделаем тебя в твоей же игре!»

Анна улыбнулась своему отражению, подбадривая себя, и спустилась на открытую веранду, где уже был накрыт завтрак.

– Доброе утро, папочка! Ты искал меня?

– Да, милая. Не люблю трапезничать в одиночестве, ты же знаешь. Присаживайся, составь мне компанию.

Анна села напротив «отца», и слуги тут же наполнили её тарелку и бокал.

– Хотел тебе сообщить, кстати, что Ровена покинула поместье из-за опасений по поводу беременности. Она хочет навестить лекаря, и не вернётся к нам до тех пор, пока не родит.

«Ты хотел сказать «никогда», верно?»

– Надеюсь, с её ребёнком всё будет хорошо, – соврала Анна, не найдя иного ответа.

Завтрак проходил в мирной обстановке. Генри пустился в пространные рассуждения о столичных художниках, и всё время спрашивал у Анны, портрет от какого мастера она хотела бы заказать. Девушка же совершенно не разбиралась в этой теме, и даже не была уверена, что её «отец» обсуждает творчество реально существующих портретистов. «Анри де Тулуз ван Кот? Это такая шутка демона? А кто ещё портреты рисует? Арно де Латрек ван Пёс?» «Отца» же эта тема воодушевляла. Рассказывая об очередном художнике, Генри так сильно махнул рукой, изображая свободное движение кистью по холсту, что с пальца слетел перстень, угодив прямо в пруд к уткам. На лице Генри выражение восторга тут же сменилось гримасой ужаса. Он подскочил из-за стола и в панике закричал, обращаясь к прислуге:

– Эй, вы! Срочно! Все сюда! Мой перстень! Он там, в воде! Срочно достаньте мне мой перстень!

Несколько слуг тут же бросились в воду. Искали недолго, ибо Генри обещал всем голову с плеч снести, если в ближайшее же время кольцо не будет найдено. Кричал и бранился, как заправский сапожник, что совершенно не шло образу богатого помещика. Вскоре кольцо было найдено и благополучно возвращено на его законное место – на палец Генри. Мужчина вмиг повеселел и пообещал на радостях, что нашедший перстень слуга получит сто крон и неделю выходных.

Завтрак продолжился, как ни в чём не бывало. Только «отец» ещё какое-то время ругался на кольцо, которое, по его словам, уже в печонках у него сидит, ибо «надоело убегать».

– Зачем же ты тогда его носишь? Сними его совсем и убери в сейф, раз оно тебе так дорого, – не выдержала в итоге Анна.

– Не могу я его убрать. Я должен его носить.

– Но зачем именно на пальце? Можно же в цепочку вдеть и носить на шее.

– Нет не можно. Я должен его носить на пальце, потому что… потому что я его должен носить! Не приставай ко мне, любопытная девчонка, и не отвлекайся от завтрака, – ответил Генри, чем необычайно рассмешил Анну – настолько неуклюжим был его ответ.

Анна про кольцо больше не спрашивала, но старалась рассмотреть подробнее вещицу, способную так легко вывести из себя всегда собранного Генри. Перстень был выполнен очень мастерски и представлял собой сердцевидный лазурит в серебряной оправе. Камень очень необычно блестел на солнце, переливаясь всеми цветами радуги, чем неимоверно притягивал взор. «Странно, что я раньше не замечала, насколько оно красивое! Да… если б у меня был такой перстень, я б тоже не хотела с ним расставаться, всегда любовалась бы».

Покончив с завтраком и попрощавшись с отцом, Анна поспешила в конюшню, где её уже дожидался Йорвет.

– [Я так сразу, после пробуждения, отправила тебя сюда… Прости, ты, наверное, даже поесть не успел. Я принесла тебе еды – забрала из кухни, когда проходила мимо].

Йорвет с благодарностью принял у Анны корзину с едой, с наслаждением вдохнул аромат свежезапечёной курицы, и начал есть. Девушка окинула взглядом конюшню – на первый взгляд, ничего необычного.

– [Как завтрак прошёл? Неожиданностей не было?]

Анна рассказала о перстне. Йорвет погрузился в собственные мысли, так ничего по этому поводу не прокомментировав.

– [А у тебя как утро прошло? Пока был тут, ничего не заметил? Что Ровена могла тут сделать?]

– [Понятия не имею. Осмотрел каждый дюйм тут – ни магических рун, ни приборов или артефактов, ни каких-либо помет на стенах и дверях. Пол везде осмотрел, сено перерыл – никаких люков в подвал, никаких пентаграмм. Ничего, связанного с магией. Лошади все обычные, ничем не примечательные в плане магии].

– [Зачем же она приходила сюда посреди ночи? Да ещё и магией защищаясь от посторонних глаз. Лошадок покормить? Она явно пришла сюда по своей воле, значит и объяснить её поведение играми демона мы не можем].

– [Может, она сбежать хотела? Сесть верхом и ускакать из этого поместья?].

– [Но она не сделала этого. Вернулась обратно. Почему?]

– [Пудреницу в комнате оставила?] – Йорвет пожал плечами и слабо улыбнулся.

Анна подошла к Харону, подаренному Ровеной коню, и погладила по роскошной белоснежной гриве. Конь ласково боднул девушку в плечо, выпрашивая сладостей. Подошедший Йорвет протянул ей разрезанное на дольки яблоко, взятое из корзины с едой:

– [Угости его].

– [А ему сейчас можно? Он ведь осёдланный уже. Удила не помешают?]

– [Нет. Ты ведь ему маленькие кусочки дашь, а не яблоко целиком].

Анна покормила коня яблоком, и снова погладила по гриве. Почесала за ушком, похлопала по шее. Жеребец радостно мотнул головой, и чёлка, откинувшись назад, открыла налобный ремень, в котором зияло отверстие сердцевидной формы.

– [Йорвет, посмотри! Ты видел это!? Тут что-то было?]

– [Хм… Нет, тут уже было отверстие, когда я запрягал коня. Наверное, декоративный элемент отвалился].

– [Я же… Я буквально полчаса назад видела камень такой же формы на перстне у «отца»! Сердце такого же размера!]

– [Думаешь, сюда именно этот камень надо вставить?]

– [Надо проверить! Что если… Если Ровена как-то узнала, зачем нужен этот камень? И магией как-то связала его и эту уздечку? Этого коня!]

– [Но Генри так легко не расстанется с кольцом. Он обещал, что головы полетят, если его драгоценное кольцо из пруда не выловят, сама говорила].

– [Знаю. Надо придумать что-нибудь. Но не тут. Мы уже долго в конюшне сидим. Поехали пока прокатимся по округе, подумаем, как забрать кольцо. Заодно и барьер проверим].

Прогулка заняла пару часов. Йорвет умело управлял повозкой, а Анна, пристроившись рядом, сидела, закрыв глаза и положив голову на плечо эльфу. В ответ он приобнял девушку за талию. В такой идиллии они приближались к барьеру, который находился там же, где и в прошлый раз. Удивительным было лишь то, что Харон, казалось, чувствовал наличие этого барьера, и сам, без команды, останавливался в нескольких шагах от невидимой стены. Во время прогулки Анна и Йорвет составили план по овладению кольцом и продумали пути его реализации.

Вернувшись в поместье и расседлав Харона, Анна с Йорветом взяли уздечку и отправились на кузницу. «Ну, хоть кому-то, кажется, не приходится играть чужую роль в этом маскараде», подумалось Анне, когда она увидела, что кузнецом был мускулистый краснолюд с длинной густой бородой.

– Мне нужно, чтобы ты починил эту уздечку. Тут был камень голубого цвета, но после прогулки он куда-то делся. Изготовь похожий и вставь его на место. Мне, к слову, очень понравился тот камень. Хочу, чтобы ты изготовил две копии, и из второй сделал кольцо. Ты ведь сможешь? Я слышала, что краснолюды – не только хорошие кузнецы, но и потрясающие ювелиры. Это правда?

– Вы всё верно слышали, милсдарыня. Сделаем в лучшем виде!

– У тебя времени до обеда. Успеешь?

– Да как два пальца обос…. Пардоньте, мильсдарыня! Я хотел сказать, что всё будет сделано в срок, вы не пожалеете! Я за свою работу отвечаю!

Время до обеда тянулось невозможно долго. Анна, не зная, куда себя деть от предвкушения, готова была едва ли не на стены лезть. Йорвет же воспользовался временем ожидания иначе: из найденной в лесу во время прогулки ветки он соорудил простенькую флейту, и теперь успокаивал себя и пытался успокоить Анну тихой умиротворяющей мелодией.

Наконец, краснолюд пришёл к конюшне с уздечкой и кольцом. Кузнец-ювелир и правда был мастером своего дела, так как по одному лишь словесному описанию Анны смог сотворить практически точную копию кольца Генри. Дело оставалось за малым.

Отправились на обед. Йорвет – на общую кухню слуг. Ждать. Анна – на веранду к отцу. От груза ответственности подкашивались ноги, но девушка прокручивала в голове наставления эльфа, и мысленно повторяла без конца «Ты всё сможешь! У тебя всё получится!».

Подойдя к «отцу», Анна обняла его, села за стол. Как и в прошлые разы, стол был накрыт всевозможными яствами на любой вкус. Но Анне есть не хотелось. Все её мысли были прикованы к кольцу на пальце «отца». Девушка указала слугам наугад блюда, которые она якобы желает отведать, и выполнить приказ госпожи подошла испортившая утреннее блаженство служанка-полуэльфка, о которой Анна уже и думать забыла. Стоило ей оказаться рядом с Анной, как девушка снова почувствовала головокружение и слабость. В голове кольнуло понимание.

– Напомни, как тебя зовут? – обратилась к служанке Анна, стараясь скрыть дурноту.

– Агнешка, госпожа.

– Хочу, чтобы ты, Агнешка, сходила ко мне в комнату и проверила… окно. Мне кажется, там с рамой что-то не то. Проверь и, если понадобится, скажи мастеру, чтобы починил.

– Как прикажете, госпожа.

Стоило Агнешке покинуть веранду, Анне снова полегчало. «Окно проверить… чушь какая! Не могла ничего лучше придумать? Надолго это её не задержит. Надо срочно решать с кольцом».

– Папочка, тебе не кажется, что тут слишком тихо? Такому прекрасному дню очень не хватает музыки, ты так не думаешь?

– Хочешь, позовём барда?

– Да, очень хочу! Пусть сыграет «Elaine Ettariel»! Обожаю эту балладу!

«Не люблю эту балладу. Особенно в исполнении людей. Но ничего лучше на ум не идёт».

Через несколько минут над верандой уже проносились звуки лютни и, к удивлению Анны, довольно приятный голос барда. Девушка встала из-за стола и начала кружиться в танце, изящно двигая руками в такт музыке. Генри, отложив вилку, стал любоваться танцующей «дочерью». Анна в танце словно подплыла к «отцу» и, взяв его за руку, вытянула из-за стола.

– Потанцуй со мной!

«Отец» рассмеялся:

– Куда ты меня тянешь? Я ведь не умею!

– А тут и не надо уметь! Надо просто чувствовать музыку! Повторяй за мной: ногу сюда, руку вот так… Отлично! У тебя хорошо получается. А теперь вот так сделай…

Ожидаемо, во время одного из движений кольцо снова соскользнуло с пальца.

– Ой! Давай я тебе помогу! – Анна, ждущая только этого момента, первая наклонилась к кольцу, подобрала его и ловко спрятала в карман. Выпрямилась, взяла «отца» за руку и надела ему на палец поддельный перстень.

– Спасибо, милая. Что бы я без тебя делал?

– Опять слуг гонял, – пожала плечами девушка. – Спасибо за танец. Надеюсь, это станет нашей семейной традицией.

Подмигнув, Анна поблагодарила за обед и поспешила к Йорвету. Эльф к тому времени уже оседлал Харона и подготовил всё к побегу. Но не успела Анна открыть дверь конюшни, как раздалось заливистое девичье хихиканье. Оно звучало как бы повсюду и из ниоткуда одновременно. Анну прошиб холодный пот.

– Кольцо вам не поможе-е-е-ет! – словно внутри головы раздался смеющийся голос служанки-полуэльфки.

– [Не слушай её! – прервал голос в голове Йорвет, который, по видимому, тоже слышал его. – Ты смогла?]

Анна трясущимися руками вытащила из кармана настоящее кольцо. Йорвет быстрым и ловким движением взял его, кинжалом вскрыл оправу, а камень вставил в уже подготовленное отверстие в налобном ремне. Стоило лазуриту закрепиться в уздечке, глаза Харона приобрели такой же насыщенный синий цвет.

– [Запрыгивай! – Йорвет помог Анне забраться в седло, а сам устроился на крупе коня позади. – Держись крепко за гриву!]

Эльф взял поводья и пустил лошадь с места в галоп. Выскочив в открытые двери конюшни, они поскакали к выходу из поместья. Если бы Анна или Йорвет оглянулись назад, они увидели бы, как им вслед несётся служанка-полуэльфка, чьё лицо, прекошенное от злобы, постепенно теряло человеческо-эльфийский вид. Но они не оглядывались. Они неслись вперёд. Вперёд, не озираясь на особняк. Вперёд, по направлению к барьеру. Вперёд, навстречу свободе. И только слышали отчаянный, полный гнева и досады, вопль демона.

Харон преодолел барьер и… исчез. А вместе с ним исчез и яростный вопль, раздававшийся где-то вдалеке. Анна и Йорвет упали на землю, более не поддерживаемые спиной волшебного жеребца. Посмотрели друг на друга, всё ещё не веря в то, что обрели свободу.

– [СВОБОДНЫ! У нас получилось! Мы выбрались!]

На радостях они кинулись в объятия друг к другу. Йорвет прильнул к губам Анны, и уста их слились в долгом страстном поцелуе. Влюблённые упивались близостью друг друга и вновь обретённой свободой. Отстранившись же наконец, Йорвет произнёс:

– [Анна… Твои волосы… Седина пропала!]

Анна тут же запустила руки в волосы, перебирая пряди перед глазами, и звонко, счастливо рассмеялась.

– [Если захочешь, буду твоим отныне и навек, – подмигнул Йорвет. – Только к кострам в Беллетэйн со своими бумажками не приближайся больше, ладно?]

Анна рассмеялась.

– [Интересно, кстати, – продолжил эльф, – Как Ровена смогла узнать, что именно нужно сделать, чтобы выбраться?]

– [Этого, боюсь, мы уже никогда не узнаем. В любом случае, спасибо ей!]

Йорвет привёл Анну в лагерь скоя'таэлей и представил её отряду как свою возлюбленную. Именно встречей с ней и определением с отношениями он и объяснил своё трёхдневное отсутствие. Вопреки опасениям девушки, отряд принял её радушно.

– [Ты теперь полноценная часть отряда, и что бы дальше ни происходило, ты уже являешься одной из нас. Ты уже – часть моей жизни. Но при этом тебе всё равно следует пройти испытание, которое проходят все новички. Своеобразное посвящение в Белки. Должен сразу предупредить: результаты испытания ни в коем случае не повлияют ни на твоё нахождение тут, ни на наше отношение к тебе. Это лишь проверка твоих умений, не более. Ты – часть Народа Гор, и ты ценна уже по праву рождения. То, как ты пройдёшь испытание, и пройдёшь ли его вообще, поможет лишь найти для тебя наиболее подходящую роль в битве].

– [Поняла. Что мне нужно сделать?]

– [Забраться на вершину дерева и отыскать в гнезде беличью шкурку].

– [Погоди… Ты сказал, что это что-то вроде посвящения. Выходит, каждая Белка свой хвостик в гнезде нашла!?]

– [Ты, что же, думала, мы намеренно убиваем несчастных зверьков ради трофеев?]

– [Поговаривают, что опытная Белка этого зверька и с закрытыми глазами подстрелит… Отсюда и хвостик в виде трофея…].

– [Ты бы меньше d’hoine слушала. Ни один уважающий себя эльф не убьёт животное. Разве что ради еды. Но в белках мяса меньше, чем в самом тощем больном зайце. Зато их в качестве еды любят использовать совы, ястребы и соколы. Вот в их гнёздах тебе и предстоит порыться. Если найдёшь шкурку – сделаем из неё тебе трофей. К слову, можешь отказаться, если опасаешься упасть. Как я уже сказал, на наше отношение к тебе это не повлияет].

– [Отказаться? Ну уж нет! Я слишком давно мечтаю о беличьем хвостике! К тому же, оказывается, ради него не придётся никого убивать. А по деревьям я могу скакать не хуже той самой белки! В общем-то, когда можно начинать?]

– [Сейчас].

– [Считай, что беличий хвостик уже у меня в кармане!]

Анна с кошачьей грацией взобралась на ближайший дуб и скрылась в густой листве. Испытание оказалось гораздо сложнее, чем девушке показалось на первый взгляд. На раскидистых ветвях могучих деревьев полуэльфка чувствовала себя легко и свободно, высоты совсем не боялась – Анна ещё с детства обрела любовь к деревьям, на верхушках которых она могла ощущать себя почти такой же свободной, как и птицы, что летали рядом. Сейчас же трудность испытания девушка находила в поиске гнёзд. Разумеется, они были далеко не на каждом дереве, и их было трудно различить издалека. В итоге, посвящение в скоя’таэли заняло почти полтора часа.

– [Мне кажется, кто-то очень не хочет, чтобы я была в отряде, – смеясь, произнесла Анна, когда вернулась, наконец, в лагерь. – Я видела Белок на ветвях и пустые гнёзда рядом с ними. Шкурку нашла только в восьмом].

– [Я свою только в двенадцатом гнезде отыскал, – ответил, пожав плечами, Киреадан, молодой и дружелюбный скоя’таэль, с которым девушка познакомилась в числе первых. – Так что тебе ещё повезло. Ты, кстати, вовремя пришла: у нас как раз почти готов ужин. Вдвойне везучая].

Вскоре свободная часть отряда собралась у костра и разделила друг с другом скромную трапезу. Одни эльфы тихо переговаривались друг с другом. Другие сидели в обнимку, не желая расставаться с любимыми ни на минуту. Киреадан, быстро управившись со своей порцией, теперь мелодично перебирал струны узорчатой лютни. Йорвет, тоже закончив со своим ужином, подыгрывал на флейте, и в дуэте с Киреаданом у них рождалась красивая и умиротворяющая мелодия. Анна, сидя совсем рядом с возлюбленным, с теплотой в душе отметила про себя: она наконец-то дома.

Примечания:

amadana - дура

d'hoine - непереводимое оскорбление в сторону людской расы