Идеальная гармония

Глава 1

Вечер пятницы для Хаын закончился примерно к часу ночи. Сопровождаемая подругой, она вышла на балкон.

— Может, ещё останешься?

— Не, я уже всё, — усмехнулась Хаын. — Завтра с утра надо к родителям съездить, неприятненько получится, если после тусовки я все углы в их доме сосчитаю и меня будут огуречным рассолом отпаивать.

— Хах, ну как знаешь. Настаивать не буду. Скажи тогда, как соберёшься, я тебе такси вызову.

Хаын не спешила уходить: холодный ночной воздух протрезвлял лучше всего после шумной вечеринки. От дискошара световая эпилепсия начнётся даже у того, кто не болел этим никогда, а от громкой музыки стоял звон в ушах. Да и слушать одни и те же треки уже обрыдло.

Она медленно прошлась по дому, собирая разбросанные вещи. Вечеринка ещё не заканчивалась, а как будто наоборот набирала обороты. Хаын брезгливо сморщилась, переодела туфли на кроссовки и вышла на улицу. В одном платье было достаточно холодно, но её всё устраивало. Она глубоко вдохнула, спустилась по ступенькам и вышла из-за ворот, в ожидании такси.

Машина подъехала достаточно быстро. Из неё вышел мужчина, больше похожий на главу мафии, чем на водителя такси, забрал её вещи и убрал в багажник, хотя сумка не была тяжёлой.

Хаын села на переднее сиденье и сразу почувствовала противоположную вечеринке атмосферу: полумрак салона, слабые отблески фонарей, скользящие по рулю, и тихую, тихую музыку, где-то за приборной панелью. Но она была другая: какая-то старая, давно забытая многими попса, которая мгновенно вызвала рой воспоминаний из детства.

Машина неожиданно тронулась, Хаын взглянула на навигатор — ехать предстояло каких-то полчаса. За это время сложно насладиться любимой музыкой, которую давно не слушал. Она перевела взгляд на зеркало заднего вида, в полумраке салона сверкнула серебряная подвеска в виде якоря, привлекая внимание, и она стала разглядывать водителя.

Простая чёрная майка, оголявшая большие накачанные руки, кожаные штаны с ремнём и огромной металлической бляшкой, кожаная безрукавка смотрелись на нём как лучший костюм Прада на какой-нибудь модели. На правой руке красовался двойной браслет, а на указательном пальце другой — тонкое кольцо. Он на мгновение поднял взгляд и, словно успел прочитать все мысли, крутящиеся в голове. Хаын вздрогнув, тут же отвернулась, а водитель, ухмыльнувшись, вернулся к дороге.

Но что-то в нём было притягательное. Она украдкой бросила ещё один взгляд в его сторону. В полумраке салона его профиль казался высеченным из камня: чёткая линия челюсти, прямой нос, чуть нахмуренные брови. Он не был красив в классическом понимании, в его чертах не было мягкости или изящества, но от него исходила такая концентрированная, почти осязаемая уверенность, что воздух вокруг, казалось, вибрировал. Это была сила, которая не нуждалась в демонстрации, она просто была.

Хаын вдруг ощутила контраст между его доминантностью и своей хрупкостью. В душе она всегда мечтала о том, за кем можно спрятаться от мира, как за каменной стеной. Она сложила руки на груди, сжалась и попыталась сосредоточиться на музыке. Она не знала ни названия, ни куплетов песен, но помнила эти припевы, запоминающиеся повтором одних и тех же слов. Что-то тёплое и далёкое прокатилось по телу на мгновение, и страх отступил на шаг.

Хаын вспомнила детство, автопутешествие с семьёй и эти треки, которые играли на повторе и никогда не надоедали. Как она с братом пела их на весь салон, а мама говорила, что им нужно создать музыкальный дуэт. Она слабо улыбнулась, и на секунду ей показалось, что салон машины снова наполнился солнечным светом, а на заднем сиденье сидит её младший брат, деловито дирижируя невидимому оркестру. В те моменты мир казался простым и понятным, а самой большой проблемой было — кто первым выберет песню. Хаын прикрыла глаза, и в памяти всплыл отцовский смех, глубокий и ободряющий. Он всегда говорил, что у них с братом «идеальная гармония», хотя на самом деле они просто орали во всё горло, абсолютно не попадая в ноты.

Машина припарковалась напротив её подъезда, и музыка вдруг стихла. Хаын открыла глаза, нужно было выходить. Она, обиженно вздохнув, словно маленький ребёнок, открыла дверь и уже сделала шаг, как вдруг услышала тихий, но уверенный голос:

— Если хочешь, могу ещё покатать, — почему-то он сразу перешёл на «ты». Она вопросительно взглянула на него. — Не переживай, денег не возьму, — немного насмешливо сказал он.

Внутри что-то перевернулось. С одной стороны, два часа ночи, может, он маньяк какой-нибудь и увезёт сейчас её в лес, но с другой...

— Считаю до трёх — раз... два... — неожиданной для самой себя Хаын всё же вернулась на место и захлопнула дверь. Сердце забилось быстрее, она впервые в жизни шла на такую авантюру.

— Чанбин, — представился он и протянул руку. Она оказалась очень тёплой и немного шершавой.

— Хаын, — и всё-таки она поняла, что с ним не страшно.

— Я заметил, как ты заинтересовалась песнями, — глядя в окно, начал Чанбин. — Такое уже давно никто не слушает.

— Просто... Они мне напоминают детство.

— А мне помогают разгрузиться после рабочей недели.

Машина вновь тронулась, и Чанбин вдруг заговорил про свою музыку. Кто бы мог подумать, что водитель такси умеет писать песни. Хаын слушала его, подперев щёку кулаком, и с удивлением понимала, что этот незнакомый мужчина, чья профессия казалась такой обыденной, живёт в мире, полном тайн.

Проехав пустой проспект, Чанбин свернул на набережную. Вскоре двигатель затих, и он, не говоря ни слова, вышел на улицу. Хаын последовала за ним. Бледное отражение луны дрожало на морской глади. Между ними повисла пауза — не давящая, просто дающая время подумать.

— Обращайся, если снова захочешь спрятаться от мира, — Чанбин протянул ей бумажку с номером телефона. — Или просто покататься.

Хаын хотелось запомнить эту ночь: запах моря, шершавое тепло чужой руки и ощущение, что иногда нужно довериться случайности, чтобы найти свою идеальную гармонию.