И снова в бой!

Глава 1

Покой нам только снится.

Камера Голлопа почти достроена. Скоро, псионик XCOM, штурмовик в звании полковника, Джуан Альварес, с позывным «Казак», активирует артефакт древней расы эфириалов, и отряду предстоит полететь в последнюю битву, которая предопределить судьбу человечества.

Альварес усмехнулся. «Казак» такой позывной он получил от Командира, ещё в бытностью свою сержантом; вооруженный дробовиком и пачкой гранат, он смело шёл в бой первым, отступая последним, как полагается настоящему штурмовику проекта XCOM. На одной из операций он лично взял в плен мутона и берсерка, забыв перезарядиться. Глупый ход, необдуманный, но Командир отметил:

— Альварес, ты как русский казак, с шашкой наголо! Так и будет тебя звать! — Поначалу, отряд хохотал в сторонке от него; прогуглив, кто такой казак, Альварес уже хотел обидеться на Командира, однако, какое-то время спустя, ему понравилось. С тех пор он не обижался на хихишки и хахашки, наоборот, он был чертовски горд, что носит такой позывной.

Джуан Альварес не просто солдат, он генетически усовершенствован. Надпочечная хирургия, прокаченные мышцы, для дальности и высоты прыжков; феромоны, что выбрасываются при убийстве каждого инопланетного ублюдка. Второе сердце, позволяющее продержаться серьёзно раненым до подхода медиков. Можно сказать, что Казак стал намного сильнее и совершеннее простого человека, как и половина всего отряда XCOM.

Вдобавок ко всему, он ещё и псионик. Почти весь отряд не прошёл тестирование, и только у него оказался дар, зачатки корого проявлялись ещё в детстве в виде голосов, видений и кошмаров, что Альварес тщательно скрывал. Он спать нормально не может, из-за того, что проклятые эфириалы пытаются связаться с ним, переманить на свою сторону, показывая абстрактные видения прошлого, говоря загадками. Его псионическая сила способна защищать сослуживцев от паники и воздействия вражеских псиоников. И на него ложиться огромная ответственность, потому что в отряде его считают вроде как, за главного.

Он должен быть лучшим из лучших, подавать пример идеального солдата, высшего человека, как говорит доктор Вален:

— Новая ступень эволюции! — И да, фурия Вален, готовая лично распотрошить всех пришельцев у себя на операционном столе посматривает на Альвареса не как одинокая женщина, готовая рискнуть и провести отменную ночь, а как ученая, желающая вскрыть черепную коробку.

Альварес чувствует, что может на много больше. Как будто, он отчасти эфириал, совсем другой. Раньше он травил анекдоты направо и налево, радовался каждой победе, а теперь, став псиоником, стал молчаливым и серьёзным, он чувствует себя совсем иначе. Будто он, стал на много старше и выше своих ребят. Он часто коротал время в одиночку, собираясь с мыслями, задавая одни и те же вопросы.

«Кем я стал? Чего от меня ждут? Что я должен буду сделать? Смогу ли я сделать решающий выбор в конце?» — Вопросы, мучавшие его с первого дня становления псиоником.

Командир как-то сказал ему за стопкой водки:

— Ты лучший из лучших, Джуан. Ты — наше будущее, я даже представить не могу, как тебе сейчас тяжело, какое на тебя оказано давление, какой стресс. Но, редко встретишь такого как ты, Альварес. Ты готов исполнить любой приказ. Безотлагательно. Могу сказать, что скоро, тебе придётся сделать то, что должно. Отдохни, полковник. Выпей, выспись, сходи в лазарет, потом в камеру Голлопа.

Альваресу стало легче. Чтобы его не ждало впереди, Казак сделает что угодно, даже пожертвует собой, чтобы уничтожить инопланетных ублюдков. Только сильные сделают то, что обязаны.

Однако, есть и у него, одна слабость. Шонхейт.

Красавица, которую поискать надо. Белокурая, голубоглаза немка, которая каждый раз, получая ранения или промазывая, ругалась на родном немецком похлеще своих предков танкистов. Чем-то она была похоже на Мойру Вален, которая так же говорила с явно выраженным немецким акцентом, особенно в стрессовых ситуациях.

А вот Шонхейт, с немецкого — «Красотка». Она была идеальной, по мнению Альвареса, конечно.

Два штурмовика сменяли друг друга, когда один оказывался в лазарете. Они часто навещали друг друга, учились, подтрунивали между собой, всё делая вместе. Даже новобранцев приходилось гонять в паре. Конечно, это вроде как неуставные отношения, и командир оторвёт им башку, если узнает, хотя, вряд ли от гениального тактика хоть что-то скроешь. Этот мужик вероятно всё знал.

Прекрасная немка манила Альвареса своей красотой, а уж фигурой своей она заколдовала страстного испанца, с короткой стрижкой и идеальным торсом. Когда они остались в казарме одни, пока весь отряд, по приказу Командира, без которого не обходилось ни одно событие, отправился веселиться в бар, они отдались присносущим любви и страсти. Всё же, скоро последний бой, грех не воспользоваться такой ситуацией.

***

В баре царило веселье, на пару со спиртным. Бразильский снайпер, рекордсмен по убитым сектоидам, Эндрю Гонзалес решил сразиться на рюмках с бойцом МЭК, Морганом Роджерсом, с позывным «Ведьмак». Эти двое — закадычные друзья! Пока один лупасит сектоидов огромным механизированным тараном, второй работает в воздух, в броне модели "Архангел", с плазменной снайперской винтовкой. Учитывая то, что они похожи друг на друга как братья, таковыми не являющимися, работая в команде, они способны вынести целую летающую тарелку.

— Давай, Лимонный Джонни! Я тебе покажу, как надо пить! — Новобранцы делали ставки. Узнай об этом Командир - всем капут! Хотя, ох, уж этот всезнающий мужик... он, наверное, и так знает. Вот только, если узнает главный инженер Шень, что боец МЭК тут пьёт, то Ведьмака не спасёт даже Командир.

Гонзалес покраснел. У него в отряде было два позывных. "Орёл", за меткий глаз, и "Лимонный Джонни", за то, что в начале снайперской карьеры он мазал, словно слепой, но, отдать должное ему надо было, реабилитировался он быстро. А может, это была отсылка к пародийному вестерну, который Гонзалес так любил, кто знает?

"Ведьмак", в свою очередь, был единственным выжившим в отряде новичков. Тяжелый пехотинец, что на пару с Альваресом щелкал сектоидов и криссалидов как орехи, он первым согласился на кибернетическую модификацию, когда XCOM изучил «состав». Теперь, он не человек, а киборг, и он не вернётся к обычной жизни. Из органики у него остались внутренние органы и голова, всё остальное заменили механизмы. Иногда в его глазах виднелась грусть. Но себя он утешал тем, что это было необходимо. Черт возьми, он, как и Гонзалес, редко унывал. Лёгкий на подъём, боец МЭК, он был готов отдать всё, лишь бы победить проклятых пришельцев.

Гонзалес и Роджерс схватились в алкогольной бойне. Новобранцы и ветераны делали ставки. Наверняка, старший офицер Бредфорд тоже кинул пару долларов в общую кучу, учитывая то, что Бредфорду всегда в подобных ставках везло.

Пока шла борьба на рюмках, за столиком, в дальнем углу бара, сидели двое. Британец, второй снайпер, уступавший Гонзалесу на одного убитого пришельца, Уилл Смит, с позывным «Волкодав», который терпеть не мог, когда его сравнивали со знаменитым актёром, и британка, полевой медик Элис Беккер, с позывным «Киска».

Смит был прекрасным снайпером, с брутальной щетиной и шевелюрой (мазал ли он её гуталином неизвестно). Не по своей воле он прошёл генетическую модификацию. В бою был тяжело ранен, почти критично, он мог умереть прямо в лазарете, однако, ситуацию спас Командир, выделив почти весь запас «состава», чтобы провести пять операций. Можно считать, что именно он самый генетически модифицированный. Были у него и проблемы, после ранения он часто паниковал, пока рядом не появилась она.

Элис Беккер, черноволосая и кареглазая британка, второй полевой хирург отряда XCOM, для Смита была ангелом спасения, ведь именно тогда она спасла его от гибели. Как так говорят? Противоположности сближаются, да? Вот так и произошло, Элис, молчаливая и добрая и Уилл, резкий и строгий. Собака и кошка, "Леди и Бродяга", как поговаривали в казарме. К ним присоединился главный ангел-хранитель всех бойцов XCOM, на поле боя. Ганс Вагнер, с позывным «Скала».

Ох, сколько раз Вагнер лечил ребят, спаси их в тяжелой ситуации, сколько раз он штопал раны, применял мед пакеты и боевые шашки ос стимуляторами? Несметное количество раз. «Скалой» он стал, потому что сам выдержал семь попаданий из плазмера и два раза сумел отбить пси-атаку! За такую несгибаемость он и получил такой позывной. Наверное, он был единственным членом отряда, который ни как не изменился. Он всегда был спокоен и рассудителен.

Альварес стал серьёзным, потому что на его плечи ложилась огромная ответственность, за будущее всей планеты. Смит пережил пять операций, что поддерживает в нем жизнь, хотя по всем законам мирским, он должен уже был помереть смертью "Храбрых". Гонзалес скрывал то, что из-за его ошибки, во время войны с Глобальным Террором погиб весь его отряд. Роджерс стал киборгом, но уже никогда новь не станет человеком; он ведь сам отмечал, что начинает забывать некоторые эмоции. Софи Вульф, она же "Шонхейт", во время операции Устрашения в Нью-Йорке не успела спасти семью гражданских, когда на их накинулся криссалид. Элис Беккер, во время миссии, когда основой отряд валялся в лазарете, не успела спасти трёх новичков.

Вагнер отмечал, что работал личным психологом отряда, вылечивая нет только их телесные, но и духовные раны. Этот немец знал толк в том, как докопаться до сердца человека, как в душевном смысле, так и в анатомическом. Может быть, ему было просто приятно помогать и выслушивать людей? Многие поговаривали, что общаясь с ним, стресс уходит моментально. Доктор Вален говорила, что он эмпат.

В общем и целом, вечер проходил на ура. Карты, выпивка, разборка и сборка оружия. Байки для новобранцев, всё шло своим чередом, в бар пришли даже Альварес и Шонхейт, взявшись за руки. Через пару часов, пришёл Командир, освободив всех, кроме основного отряд. Оставшись наедине со своими лучшими людьми, Командир обратился к ним

— Дамы и господа. Не буду ходить вокруг да около. Альварес, завтра активируешь камеру Голлопа. А потом, на штурм дредноута. Я бы пошёл с вами, но я должен быть здесь и координировать действия с Центра. Друзья, для меня честь, что такие люди как вы, служите под моим началом. Вы — наше будущее, вы — защитники человечества и пример того, что мы готовы отразить любую атаку, пример того, что перед лицом общей угрозы, мы готовы встать и умереть плечом к плечу. Знаю, это будет сложный бой. Но, отставить панику! Вы вернётесь героями, поговорю с Советом, вас освободят от налогов. Вы пойдёте в бой, и покажите инопланетным ублюдкам, чего мы стоим! Вы — герои человечества, герои Земли! Я верю в вас, Штурм-один. Вы же мне, как семья. Готовитесь, ребята. Завтра в ад и обратно! Vigilo Confido! («Бдителен и надёжен».)

Штурм-один в один единый голос ответил: Vigilo Confido!

***

Гениальный тактический ум Командира позволил Штурму-один пронесись огненной бурей, снося и уничтожая каждого сектоидам, что подвластен эфириалам. Снайперы работали в воздухе, используя броню "Архангел", с реактивными движками. Смит и Гонзалес, вооружённые плазменными снайперскими винтовками, в улучшенным модулем "цель", со 100% вероятностью уничтожали любого. Альварес с пушкой из X-сплавов и Роджерс, с пучковой пушкой продвигалась вперед, выманивая противников на себя. Вагнер и Беккер лечили раненых, поддерживая огнём плаземров МЭК и штурмовика. Командир раздавал указания. Кого убить первым, к какому укрытию подойти, подождать в боеготовность, куда кинуть шашку или гранату. Сектоиды, гвардейцы мутоны, дроны и кибердиски, сектопоиды, криссалиды, дохляки, тяжелые летуны, все, абсолютно все падали под ударим Штурма-один.

Когда пал последний эфириал, весь отряд осталась у пульта управления. Ход назад завалило обломками разваливающегося корабля. Как бы Альварес не старался, он не смог уговорить ребят бежать. Все они были уставшими, ранеными, они все знали, что это был путь в один конец.

— Штурм-один! Возвращайтесь назад! Живо! — Прокричал в рацию Командир.

— Центр, это Рейнджер! Я ухожу, никто не вернулся, ждать больше нельзя, сжр!

— Возвращайтесь, Рейнджер. — Проговорил Командир, тихо выругавшись. Вскоре корабль превратится в чёрную дыру. Всё будет потеряно...

— Удачи, ребята. Храни вас Господь. Да поможет он нам всем! — Произнёс командир, ожидая развязки.

— Сер! Корабль Чужих, он поднимается! — Прокричал связист за панелью управления.

— Куда? — Спросил Бретфорд, опережая Командира.

— Вверх, сэр. — Отвечал ему связист.

***

Они все знали, что это будет путь в один конец. Альварес не мог допустить того, что может произойти, когда корабль взорвется. Применив псионическая силу на пульте управления, он поднял корабль в атмосферу.

Морган Роджерс в последней раз вздохнул полной грудью, с радостью почувствовав страх смерти. Гонзалес в последний раз закурил кубинскую сигару, о которой так давно мечтал. Смит всё же решился и поцеловал Элис. Альварес вспомнил Софи, вспомнил её запах и вкус губ, он жалел только о том, что оставил её одну. Они пожертвовали собой, чтобы спасти человечество. Они знали, что это путь в один конец и встретили смерть, как старого друга. Они сделали то, что должны были, они принесли высшую жертву, во благо человечества.