И после смерти им не обрести покой...

Пролог. Бойтесь своих желаний или Здравствуй, новый мир!

Погребальный костер горел ярко. Люк Скайуокер невольно жмурился, смотря в пламя. Но взгляда не отводил. Там, в пламени огня, исчезал тот, кто стал на несколько лет центром его жизни. Дарт Вейдер, его враг. И Энакин Скайуокер, его отец. Юноша до сих пор не мог чётко для себя провести различия. Он не мог ненавидеть ситха Дарта Вейдера, как это делал Бен Кеноби. Для него он все же остался отцом.

Последние искры погасли. Юноша некоторое время стоял, глядя на то место, где лежало тело отца. А потом резко повернулся и направился к лагерю эвоков. Лея и Хан ждали его.

— Люк! — сестра сразу бросилась к нему на шею. Хан тоже крепко обнял его. Люк почувствовал счастье — все верно. Теперь они его семья. И даже без отца у него есть родные люди. А потом… на краю поляны появились призрачные фигуры. Люк сразу узнал их — Йода и Бен. И третий. Неужели… отец?

Люк замер, смотря на подтверждение его мечты. Отец действительно умер джедаем. И Сила дала ему возможность прийти к сыну. Молодой джедай почувствовал, как укрепляется его решимость и дальше служить Республике. Он — джедай, и его долг поддерживать мир в галактике. И теперь он знает, что смерть — это ещё не конец.

Он ощутил, как его обнимают руки Леи. Люк улыбнулся сестре и позволил ей увести его к костру. Теперь его жизнь снова обрела смысл.

***

— Теперь ты видишь? — призрачные фигуры двух джедаев стояли на краю поляны. Люк ушёл к костру и уже не видел их. Бен с гордостью смотрел на своего бывшего ученика — он слышал мысли Люка и был рад тому решению, что принял юноша.

— Вижу, — Энакин Скайуокер тоже смотрел на сына. И на дочь. Как они похожи! Бывший джедай печально улыбнулся, понимая, как много он упустил. Но этого уже не вернуть.

— Пойдём, — Оби-Ван крепко взял его за руку и они растворились в Силе. Энакин почувствовал успокоение. Очень долго, больше двадцати лет, он не мог найти покоя. Вина, обида, злость — каждый день эти эмоции разъедали его душу. И теперь, наконец, наступил долгожданный покой.

— Оби-Ван, — позвал он. Учитель обернулся, с улыбкой смотря на него. Энакин тоже улыбнулся, чувствуя его эмоции — принятие, прощение… как ему этого не хватало! Поэтому следующее слово получилось легко. — Прости.

— Уже простил, — Оби-Ван Кеноби почувствовал гордость. Его ученик растёт (и неважно сколько ему лет).

— Спасибо. — Сила приняла их. Оба ощутили полную гармонию и довольство обстоятельствами. Теперь так и будет всегда?

***

— Скучно, — Энакин развалился на диване в их квартире. Здесь, в мире Силы, оказывается, существовал аналог привычного им окружающего мира. Например, жилье. Бывшие джедаи имели возможно проводить все время в медитации и самосовершенствовании, познавая Силу. Но, как оказалось, такой способ существования не подходил Энакину Скайуокеру.

— Смотри, твои дети снова спасают галактику, — Оби-Ван кивнул на подобие экрана, на котором отражался мир, который они покинули. Люк и Лея снова от кого-то отстреливались. Все как всегда.

— Ничего нового, — мельком взглянул Избранный. Он заложил руки за голову и уставился в потолок. — В свое время мы тоже так развлекались. Смотреть не интересно. Надо делать.

— Ты прав, — Кеноби вздохнул, мысленно отдавая команду. Экран погас. Джедай внимательно посмотрел на бывшего ученика. — Но что мы можем поделать? Путь джедая — это не только развлечения и махание лайтсейбером.

— Я знаю, — Энакин раздраженно выпрямился, глядя на учителя. — Просто мне не хватает деятельности. Ну, не привык я так жить! Это ты привык на Татуине ничего не делать!

— Тебя послушать, так Татуин — это курорт, — хмыкнул Оби-Ван. — Там, между прочим, тускены живут.

— Тогда, — Скайуокер задумался, вспоминая кое-что. — Давай смотаемся в наш мир! Как на Эндоре!

Оби-Ван задумался. Он не понаслышке знал характер своего ученика и понимал, что тот не отступится. Но и идти на подобную авантюру тоже не собирался. Он открыл рот, собираясь что-то сказать, но не успел.

Сила решила все за них. Её дети должны были усвоить ещё несколько уроков. И если для этого им необходимы острые ощущения… что ж, они их получат!

Энакин и Оби-Ван почувствовали, как их сознание растворяется в Силе. А в следующий момент они исчезли из этого мира. Зато в другом родилось два новых человека.

Глава 1. Новое старое знакомство

Гарри Поттер был счастлив. Он едет в школу чародейства и волшебства «Хогвартс»! Мальчик поудобнее устроился на сиденье в купе поезда и выглянул в окно. Ученики поспешно прощались со своими родителями и заскакивали в поезд. Он увидел семью рыжеволосых людей, которые помогли ему пойти на платформу. Они стояли достаточно близко, чтобы мальчик услышал их разговор.

«Гарри Поттер». Мальчик быстро откинулся назад, на сиденье. Да, здесь все слышали о нем. А он так надеялся, что произошедшее в Косом переулке не повторится! Быть популярным очень неприятно.

Тем временем поезд двинулся с места. Гарри увидел, как женщина машет сыновьям рукой, а маленькая девочка, то ли смеясь, то ли плача, бежит за вагоном. Но вскоре она отстала, потому что поезд набирал скорость.

Поезд чуть вильнул вправо, и платформа пропала из вида. За окном замелькали дома. Гарри ощутил прилив возбуждения. Он еще не знал, что ждет его там, куда он едет, но он был уверен: это будет лучше, чем то, что он оставлял позади.

Дверь в купе приоткрылась и внутрь заглянул один из рыжих мальчиков.

— Здесь свободно? — спросил он Гарри, указывая на сиденье напротив. — В других вообще сесть некуда.

Гарри кивнул, и рыжий быстро уселся. Он украдкой покосился на Гарри, но тут же перевел взгляд, делая вид, что его очень интересует пейзаж за окном. Гарри заметил на носу у мальчика черное пятно, которое матери так и не удалось стереть.

Мальчик уже понял, что новый знакомый сел к нему не просто так. «Интересно, а если бы я был не Гарри Поттером, он хотел бы со мной познакомиться?» пришла неожиданная мысль.

— Я Рон. Рон Уизли, — нарушил тишину рыжий. Гарри кивнул.

— Гарри Поттер, — «но ты и так это знаешь», мысленно добавил он. Реакция Уизли это подтвердила.

— Ух, ты! — рыжий восторженно уставился на Гарри. — А у тебя есть шрам?

— Да, — мальчику стало неприятно. Неужели все волшебники такие? И как ему теперь жить, если окружающие так себя ведут? Рон Уизли смотрел на него, но Гарри притворился, что не понимает намёков. Рон тоже что-то понял. Он немного сник.

И тут дверь в купе распахнулась.

— Я ищу жабу, — в проёме стояла девочка с густыми и длинными каштановыми волосами. И очень самоуверенным выражением лица. — У вас её нет?

— Нет, — Уизли неприязненно посмотрел на неё. А Гарри… Это было похоже на вспышку молнии. Перед ним мгновенно пронеслись кадры жизни. Чужой жизни. И в то же время — его жизни. Он шокировано распахнул глаза, чувствуя, как Сила окружает его. И девочку в проёме купе. Нет, не девочку. Это напряжение Силы, такое знакомое… Оби-Ван!

Судя по тому, как расширились её глаза, она тоже что-то почувствовала. Девочка немного покачнулась, а затем буквально впилась взглядом в Гарри.

«Энакин?» мысленный голос был нечётким, но он узнал его.

«Оби-Ван?» мальчик улыбнулся, на мгновение забыв о том, где находится. Он жив! И Оби-Ван тоже!

— Нет у нас никакой жабы, уходи! — голос Рона Уизли вернул его к действительности. Он с трудом вспомнил: теперь его зовут Гарри Поттер.

— Грубиян! — девочка задрала нос и вышла. Но Гарри-Энакин услышал мысленный голос «Выйди из купе. Есть разговор». Гарри быстро поднялся.

— Извини, мне нужно в туалет, — бросил он Уизли, быстро выходя из купе. Девочка уже ждала его. Она крепко схватила его за руку и потащила в конец вагона.

— Здесь никого нет, — они нашли пустующее купе и закрылись в нем.

— Мое имя Гермиона Грейнджер, — быстро сказала она, увидев как Гарри открывает рот для вопроса. — И… здравствуй, ученик.

— Оби-Ван, — Энакин облегченно закрыл глаза, чувствуя огромную радость. Они снова вместе!

— Думаю, в этом мире мы будем пользоваться своими новыми именами, — деловитый тон Гермионы вернул его к действительности. Гарри кивнул. А потом вспомнил:

— Меня зовут Гарри Поттер.

— Гарри Поттер, — Гермиона приподняла брови. Похоже, это имя было ей знакомо. — Это проблема.

— Проблема? — Гарри недоуменно посмотрел на неё.

— Ну, если тебе понравилось быть Избранным… — ехидно протянула девочка, глядя на него.

— Что? — а вот такого он не ожидал. Каким Избранным? Он… она издевается?

— Понятно, — Гермиона вздохнула в точности как Оби-Ван в былые времена. — Ты так ничего и не читал. Во многих книгах о Гарри Поттере именно эта идея и прослеживается.

— Не хочу! — Гарри расстроенно плюхнулся на сиденье. Почему именно он всегда так попадает? Кстати… он припомнил жизнь Гарри Поттера. Да, и в этом мире он тоже вырос рабом. Иначе он это назвать не мог.

— Не паникуй, — спокойный голос Гермионы его успокоил. Действительно, ведь теперь рядом с ним учитель! Значит, не все так плохо. Гарри улыбнулся и расслабился. Не все так плохо.

Оставшееся время они провели вдвоём, вспоминая былое и строя планы на будущее.

Глава 2. Распределение

— Где ты был? — расстроенный голос Рона Уизли ввинтился в уши. Гарри недоуменно обернулся. Он уже успел забыть о нахальном попутчике. А вот тот забывать о нем не собирался.

Кстати, аура у Уизли плохая. Гарри немного присмотрелся. Не как у ситхов, но и до джедаев тому о-очень далеко. «Как до Луны пешком», вспомнил он местную поговорку. Дружить с таким… он поежился. Нет уж, ему ещё в той жизни хватило подобных «друзей».

— Не твое дело, — он спохватился, заметив, что рыжий ждёт ответа. Мальчик повернулся и направился к Хагриду, махавшему первокурсникам. Сила пошла рябью: Рон Уизли сильно обиделся. Даже удивительно — как будто он ему что-то должен.

Гермиона шла рядом. Её присутствие в Силе очень успокаивало. Хорошо, когда есть учитель, на которого можно положиться! Гарри твёрдо решил в этой жизни всегда слушаться учителя. И больше не идти на поводу у своих желаний — ему уже хватит, насмотрелся и прочувствовал, к чему это ведёт.

— Первокурсники, ко мне! Гарри, ты как? — улыбка Хагрида казалась искренней. Но мальчик вдруг вспомнил, что он не подсказал ему, как пройти на платформу. А если бы ему не помогли? Гарри насупился и коротко кивнул полувеликану:

— Нормально, — краем глаза он заметил заинтересованный взгляд Гермионы. Она подвинулась к нему поближе и взяла за руку. Мальчик сразу успокоился. Сжав её пальцы, он пошёл вместе со всеми по темной тропинке.

Все первокурсники спотыкались в темноте, потому что фонаря Хагрида хватало только на то, чтобы освещать небольшое пространство впереди. Не сзади. Не спотыкались только двое. Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер. Да и с чего бы, интересно? В Храме джедаев были тренировки и посложнее, чем проход в темноте.

— О-о-о, — слитный вздох вырвался при виде замка, горящего огнями. Хогвартс действительно оказался на вид сказочным местом. Гарри улыбнулся, на мгновение забыв о проблемах.

— Садитесь в лодки, по четыре человека, — Хагрид сел в одну из лодочек, находившихся у берега, сразу заняв её всю. Гермиона потянула Гарри к одной из лодок, где уже сидел полноватый мальчик с круглым лицом и девочка со светлыми косичками.

Озеро Гарри понравилось. Он смотрел в чёрную воду, на которой играли отблески огней замка и думал. Теперь, когда волнение немного улеглось, мальчик начал понимать: его жизнь в волшебном мире лёгкой не будет. А с другой стороны — он ведь хотел приключений? И теперь рядом с ним Оби-Ван!

Гарри облегченно вздохнул, поднимая взгляд на приближающийся замок. Теперь можно и полюбоваться местными красотами…

Гермиона Грейнджер одобрительно кивнула. Похоже, ученик начинает понимать, как относиться к сложившимся обстоятельствам. Хорошо. Она все ещё ощущала некоторое неудобство от проснувшейся памяти — ведь в прошлой жизни она была мужчиной. Но, похоже, психика сама справляется — чем больше времени проходило, тем легче это воспринималось. Но ощущение «взрослости» оставалось — она не чувствовала себя полностью ребенком.

Лодки пристали к берегу и первокурсники подошли к входным дверям. Хагрид громко постучал и через пару секунд они распахнулись. «Стояли там, что ли?» невольно подумал Поттер. Он увидел высокую сухопарую женщину в темно-зелёной мантии и высокой шляпе с тульей. Она окинула первокурсников строгим взглядом.

— Вот первокурсники, профессор МакГонагалл, — пробасил Хагрид.

— Спасибо, Хагрид, — она поджала губы, осматривая детей. Гарри почувствовал себя неуютно. Но тут его окутала Сила — Оби-Ван заметил его состояние и помог справиться с чувствами. Гарри порадовался, что в этом мире нет джедаев — в Храме подобное использование Силы не одобрялось. Волшебница повернулась и направилась вглубь замка. — Следуйте за мной.

Первокурсники нестройной толпой направились следом за ней. Гарри почувствовал потребность снова взять Гермиону за руку. Но сдержался, понимая, что со стороны это будет выглядеть немного странно. Ещё подумают что-то не то.

Он заметил ещё одну странность. Рядом с Оби-Ваном (Гермионой, поправил он себя) его охватывает какое-то спокойствие и умиротворенность. Раньше — в той жизни — такого никогда не было. Неужели, это проделки Силы?

— Подождите здесь, — они оказались в какой-то комнате, занавешенной гобеленами. МакГонагалл ушла, оставив первокурсников одних. Гарри нахмурился, заметив как Уизли идёт к нему с явным намерением поговорить. Но тут того опередили.

— Ты действительно Гарри Поттер? — перед ним стоял светловолосый мальчик в дорогой мантии. Он вспомнил, что встречал его в Косом переулке. Воспоминания этой жизни были какими-то размытыми, наложенными на память о той жизни. А ещё он вспомнил, что он ему сразу не понравился.

— Да, — он холодно посмотрел на мальчика. Аура маленького волшебника оказалась не лучше Уизли, хотя не такая мутная.

— Я Драко Малфой, — он протянул руку для рукопожатия. — И я предлагаю тебе свою дружбу. Тебе понадобится помощь, чтобы разобраться в том, что к чему в волшебном мире.

Гарри смерил его взглядом и демонстративно сложил руки на груди. Малфой понял намёк и покраснел некрасивыми красными пятнами. Медленно опустив руку, он процедил:

— Ты ещё об этом пожалеешь! — и, резко развернувшись, зашагал в сторону. Зато Рон Уизли подошёл поближе.

— Молодец, так и надо! — рыжий просто сиял. Гарри недоуменно посмотрел на него. С его точки зрения, у Уизли не было никакого повода так себя вести — они ведь не друзья. И с чего это он решил, что Гарри волнует его мнение?

Но высказать все это не успел. Внезапно в толпе послышались испуганные крики. Мальчик вскинул голову и замер от удивления. Сквозь стены просачивались призраки! И самое удивительное — они чувствовались в Силе! Неужели они похожи на призраки Силы?.. Обдумать мысль он не успел. Вернувшаяся МакГонагалл прогнала призраков и повела детей в Большой Зал.

Большой Зал совершенно очаровал мальчика. Гарри запрокинул голову, вглядываясь в необычный потолок. Он полностью повторял ночное небо. И самым удивительным было странное переплетения Силы, которое там чувствовалось.

— Потолок зачарован, чтобы показывать небо, — он услышал тихий голос Гермионы. Девочка шла рядом с ним, внимательно оглядываясь. В отличие от Гарри, увлекшегося чудесами Хогвартса, она сразу обратила внимание на главное — на стол преподавателей. Точнее, на высокого старика с длиной бородой и очками-половинками, сидевшего в центре на троноподобном кресле.

Старик ей сразу не понравился. Было в нем что-то… «На Палпатина похож», сделала вывод девочка. Конечно, аура не темная — значит не ситх. Но и не светлая джедайская. Хотя и сильная в Силе. Опасный человек. И тут она уловила его мысль.

Первокурсники построились в шеренгу. Профессор МакГонагалл вынесла старую шляпу и поставила её на табурет. Гарри не слушал песню, потому что услышал «голос» Гермионы.

«Нам нужно попасть на один факультет. Помнишь, о чем мы говорили?» Гарри помнил. Ещё в поезде Гермиона рассказала ему о факультетах и объяснила особенности. Но почему она повторяет все сейчас?

«Нет времени объяснять. Я узнала, что тебя попробуют отправить на Гриффиндор. Не соглашайся». Гарри озабоченно нахмурился. Как он это сделает? Девочка почувствовала его беспокойство и послала мысленный посыл-ободрение. «Помни, связь учителя и ученика важнее всего».

Спросить он не успел, так как началось Распределение.

— Грейнджер, Гермиона, — он смотрел, как девочка идёт к табурету уверенной походкой. И как на голову опустилась Шляпа. Короткое напряжение Силы и:

— Хаффлпафф! — Гермиона легко вскочила и направилась к столу названного факультета.

Гарри собрался. Теперь он знал, куда ему нужно. Почувствовав движение Силы, он убедился, что учитель был как всегда прав. Что-то было не так с его Распределением. Укрепив ментальные блоки, он шагнул, услышав:

— Поттер, Гарри!

В зале вспыхнули огоньки удивления. Многие вытянули шеи и наклонились вперед, пытаясь рассмотреть худенького мальчика. Тот уверено прошёл к табурет и сел. Последнее, что он увидел, перед тем как Шляпа закрыла ему глаза — внимательный и ободряющий взгляд Гермионы.

«Так-так, непростой вопрос» он услышал тихий голос. Значит, этот артефакт обладает разумом! «Храбрость и мужество. Ум. Хитрость и верность. И куда же тебя отправить?»

«Хаффлпафф», Гарри постарался вложить в мысленный посыл всю твёрдость.

«Интересно», голос ненадолго замолк, а затем: «Мне кажется, не твой это факультет. Ты слишком безрассудный…»

Гарри запаниковал, понимая, к чему ведёт артефакт. И тут вспомнил.

«Связь учителя и ученика нерушима. Ты не можешь её разрушить».

«Учителя?» он почувствовал ментальное воздействие. Шляпа пыталась взломать его воспоминания. Но Гарри стоял твёрдо, позволяя ей увидеть только связь на ментальном уровне. «Хорошо, да будет так!»

— Хаффлпафф! — ему показалось, что это слово Шляпа выкрикнула громче остальных. Мальчик стянул артефакт и в полной тишине направился к столу своего факультета.

Глава 3. Первая проблема

Тишина оглушала. Гарри раздраженно скривился — маги вызывали в нем все меньше и меньше уважения. И тут раздались редкие хлопки.

Первой захлопала, естественно, Гермиона. За ней стали повторять и другие. Поттер, наконец, дошёл до стола и сел рядом с учителем. Сразу стало как-то спокойнее.

— Ну, что ж, Поттер. Приветствую тебя на нашем факультете, — рослый семикурсник со значком старосты первым заговорил с новичком. Гарри кивнул. Церемонии ему не нравились, но необходимо было соблюдать приличия.

Распределение тем временем продолжалось. Поттер со злорадством посмотрел, как Уизли отправился в Гриффиндор. И уверился в том, что на том факультете ему делать нечего.

— Итак, да начнётся пир! — эти слова мальчик понимал очень даже хорошо — полуголодное детство наложило свой отпечаток. Гарри набросился на еду, временно забыв обо всем.

Гермиона внимательно смотрела на стол преподавателей. Теперь, в более спокойной обстановке она увидела больше и это ей не понравилось. Особое внимание — кроме директора — привлекли двое. Черноволосый и черноглазый волшебник с темной аурой. Не ситх, если размышлять категориями их прежнего мира, но и не джедай. Скорее, темный джедай. И человек рядом с ним, в лиловом тюрбане. Вот этот как раз был ситхом. Аура чёрная аж до дрожи.

Короткий взгляд подтвердил — ученик ни на что не обращает внимания. Девочка вздохнула. Энакин всегда был скорее тактиком, чем стратегом. И если бы не их связь, точно бы оказался в Гриффиндоре.

Гарри поднял взгляд и случайно посмотрел на стол преподавателей.

— Ой! — он схватился рукой за лоб, где, Гермиона знала, был знаменитый шрам. Но интереснее было другое — вокруг лба на мгновение завихрилось тёмное облако, почти мгновенно исчезнувшее. И аура странного ситха всколыхнулась.

— Что такое? — однокурсники заметили странное поведение героя.

— Нет, ничего, — Гарри растеряно улыбнулся и спросил. — А кто это рядом с профессором Квирреллом?

— Ты знаешь Квиррелла? — удивилась какая-то третьекурсница.

— Встречал летом, в Косом переулке, — помрачнел мальчик. Он вспомнил, что Квиррелл ему совсем не понравился. Хотя, ему тогда никто не понравился. Все были какими-то неадекватными.

— Это профессор зельеварения Северус Снейп, — объяснил староста. — Мрачный и неприятный тип. Бедный Квиррелл рядом с ним прямо трясется.

Гермиона всмотрелась повнимательнее. Нет, дети ошибались. В ауре Квиррелла не было никаких следов страха. Здесь что-то кроется…

***

Альбус Дамблдор был удивлен. И раздосадован одновременно. Гарри Поттер, поступления которого в Хогвартс все так ждали, неожиданно попал на Хаффлпафф. И это было действительно странно — по рассказам Хагрида, характер мальчика более соответствовал Гриффиндору. Что же произошло?

Директор встал из-за стола в своем кабинете и подошёл к одной из полок. Празднование давно уже закончилось и во всем замке, наверное, не спал только он один. Дамблдор постучал пальцем по полке, привлекая внимание Шляпы.

— Вы что-то хотели, директор? — старая Шляпа любила ворчать. Вот и сейчас её голос был очень недовольным.

— Да, — Альбус немного собрался с мыслями. Необходимо задать точный вопрос. — Меня интересует распределение Гарри Поттера. Мне казалось, мальчику подходит Гриффиндор…

— Да, — Шляпа немного шевельнулась. Складки на тулье сложились в улыбку. — Но мне пришлось отправить его на Хаффлпафф.

— Пришлось? Почему? — удивился директор.

— Извините, директор, я не могу сказать. Мои создатели наложили на меня некоторые ограничения.

— Понятно, — Дамблдор понял, что ничего не узнает. Он задумчиво отошёл к окну. Как бы то ни было, теперь уже ничего не изменить. Но Гарри Поттер в Хогвартсе и это главное. А, значит, все пойдет по плану.

***

— И почему мы не спим? — Гарри широко зевнул. Он устал после пира, но поспать ему не дали. Гермиона настояла, чтобы они встретились в гостиной, когда все уснут. И ждать пришлось долго.

— Молчи, ученик, — наедине Гермиона не собиралась с ним церемониться. — Лучше сядь в кресло.

Гарри послушался, осоловело хлопая глазами. Спать хотелось просто неимоверно. Девочка встала прямо напротив и прикрыла глаза, входя в медитативный транс. И взглянула на Гарри.

Да, все верно. На лбу, прямо на месте знаменитого шрама, чернел сгусток чужеродной энергии. Энергии, которая самому мальчику не принадлежала.

— Ну и задачка, — Гермиона открыла глаза и оценивающе уставилась на ученика. Поттер все так же непонимающе смотрел на нее.

— Что такое?

— На твоей ауре ментальный паразит, — коротко проинформировала его девочка. — Хуже того, связанный с местным ситхом.

— Что? — Поттер выпрямился. Весь сон пропал от неожиданности. Какой паразит? Какой ситх? Почему он ничего не заметил?

— То, — передразнила его Гермиона, устало сев на диван. События дня, все же, давали о себе знать. И усталость чувствовалась все сильнее. — Ладно. Давай подумаем об этом завтра. Действительно, пора спать.

— Какой тут сон, — проворчал Гарри, тем не менее поднимаясь и идя в свою комнату. Но, как ни странно, заснуть удалось довольно быстро. Проблемы проблемами, а бывший джедай и бывший ситх умел хорошо отдохнуть в любых обстоятельствах.

Глава 4. Подозрения

— Вон смотри, это он!

— Где?

Эти перешептывания порядком доставали. И Гарри решил все привычным способом. Применив Силу для того, чтобы стать не заметным. Хотя это удавалось ему недолго — учитель заметил его манипуляции и сделал строгое внушение. Тогда Гарри пошёл другим путём…

— Гарри Поттер! — очередной поклонник (кажется, второкурсник с Рейвенкло) с восторгом уставился на него. Поттер немного приосанился и сделал лицо, похожее на выражение лица императора Палпатина при долгих дебатах в Сенате. Эффект проявился сразу — мальчик шарахнулся в сторону с безумным выражением лица. Гарри довольно усмехнулся и мысленно показал язык Гермионе — вот как я умею! Гермиона на это лишь покачала головой — ее ученик неисправим.

Но это действительно помогло. Теперь многие старались обходить Поттера и Грейнджер (которая всегда была рядом) стороной. И это полностью устраивало учителя и ученика.

— Поттер, что с тобой? Ты заболел? — Драко Малфой попробовал было как-нибудь задеть Гарри. Светловолосый слизеринец до сих пор не мог простить обиды. Гарри нарочито неторопливо посмотрел на него.

— Малфой, а с тобой что? Неужели никак не можешь забыть меня? — первокурсники, стоящие рядом, захихикали. Малфой покраснел, но ответить не успел. Профессор Квиррелл пришёл и впустил всех в класс.

Гермиона сразу же уделила пристальное внимание профессору. И снова удивилась — теперь аура была немного другой. Темная сущность, чью ауру девочка заметила на пиру, оказалась таким же паразитом, что и сгусток в шраме Гарри. Хотя и вторая сущность (предположительно сам Квиррелл) не была светлой. Скорее, такой же темный джедай, как и Снейп.

На сами уроки девочка не стала обращать внимание, как только поняла их абсолютную бесполезность. Квиррелл, казалось, поставил своей задачей, что-то сказать, не сказав на самом деле ничего. А когда урок закончился, она сразу же потащила Гарри в сторону, собираясь поделиться своими наблюдениями.

— Гермиона, зачем ты так? — Гарри уселся на парту в пустующем классе и укоризненно посмотрел на подругу. — Ещё подумают что-нибудь не то…

— Не говори глупостей, — Гермиона нетерпеливо откинула длинную прядь волос за спину, глядя на ученика. — Какая разница, что думают другие? Главное — что есть на самом деле.

— Ладно, — Гарри вздохнул и устроился поудобнее. Помня Оби-Вана, он приготовился к длинным и нудным нотациям. Но Гермиона его снова удивила, не став развивать тему дальше.

— Я наблюдала за Квирреллом, — сразу начала она. — Оказывается, на нем тот же паразит, что и на тебе. Только больше. И они как-то связаны.

— И что теперь? — Поттер попытался обдумать информацию. Получалась невеселая картина.

— Слушай, а у ситхов есть подобные практики? — внезапно спросила девочка. Гарри удивлённо посмотрел на него. После примирения, они никогда не обсуждали эту сторону жизни Энакина Скайуокера. Казалось, Оби-Ван хочет не вспоминать об этом. И тут такой вопрос…

— Знаешь, кажется Палпатин владел чем-то подобным, — медленно произнёс он. — Он никогда не говорил, но в Силе было странное ощущение перед его смертью. Я только сейчас вспомнил.

— Значит, я не ошиблась, когда подумала, что Квиррел ситх. По крайней мере, паразит на нем точно является ситхом, — заметила Гермиона.

— Ладно, давай поговорим об этом потом. Сейчас перемена закончится, — дети поспешно выбежали из класса. Следующий урок должен был быть через десять минут.

***

Северус Снейп чувствовал смутную тревогу. А причиной, естественно, был Поттер. В первый раз он удивил его при Распределении. Даже ему, не знакомому лично с Гарри Поттером, было ясно, что Хаффлпафф — не его факультет. Скорее, Гриффиндор.

Да и потом… Снейп чувствовал, что происходит что-то странное. Рядом с Гарри Поттером всегда находилась девочка с каштановыми волосами — Гермиона Грейнджер, как он вспомнил. Когда он глядел на эту парочку, ему казалось, что они давно знакомы. Хотя, он это знал точно, они даже не жили поблизости друг от друга.

Гермиона Грейнджер. Снейп снова задумался. Эта девочка тоже была загадкой для него. Судя по её успехам в учёбе, Хаффлпафф — тоже не её факультет. Рейвенкло подошло бы больше. Почему Шляпа направила на этот факультет двух учеников, явно не подходящих для него? Двух учеников, явно знакомых друг с другом…

— Северус, вот ты где! — Альбус Дамблдор был, как всегда, жизнерадостен. Снейп неприязненно взглянул на директора — сейчас ему было уж точно не до школьных проблем. — У меня к тебе есть срочное дело.

— Мои слизеринцы снова что-то натворили? — вздохнул декан, готовясь к длинном разговору и нотациям. И удивился, увидев, как Альбус отрицательно качает головой. — Но что тогда?

— Гарри Поттер, — эти два слова не внесли ясности, но настроили зельевара на нужный лад. Он внутренне собрался и настороженно посмотрел на директора.

— У его класса ещё не было занятий по зельеварению.

— Я знаю, — кивнул директор. — Но мне хотелось бы, чтобы ты проверил знания юного Гарри. Меня беспокоит, что Шляпа направила его на Хаффлпафф.

«Вот оно что», Снейп уважительно взглянул на директора. Тот явно думал в том же направлении, что и он. И эта идея тоже показалась ему разумной.

— Хорошо, — он отрывисто кивнул. Уж он-то проверит Поттера как следует.

***

Северус оглядел класс. Первый курс Хаффлпаффа и Рейвенкло. И, конечно, Гарри Поттер сидит рядом с Гермионой Грейнджер. Да, все готово для проверки.

— Гарри Поттер, наша новая знаменитость, — он не мог не отметить мальчишку при перекличке. Зельевар ожидал разной реакции — возмущения, злости или, наоборот, смущения. Но тот удивил его отсутствием вообще какой-либо реакции. Не считать же ею спокойный и какой-то изучающий взгляд?

— Так, — он захлопнул журнал, немного раздосадованный неудачей. — Проверим ваши знания. Поттер! Что получится, если я смешаю измельчённый корень асфоделя с настойкой полыни?

Хаффлпаффец был, похоже удивлен вопросом. Он неуверенно покосился на Гермиону Грейнджер, которая еле заметно улыбнулась. Мальчик встал прямее.

— Из корня асфоделя и полыни приготавливают усыпляющее зелье, настолько сильное, что его называют напитком живой смерти, — ответ звучал чётко и без запинки. Северус несколько секунд просто стоял в растерянности, пытаясь понять, откуда мальчишка это знает. Затем собрался.

— Верно. Но давайте попробуем ещё раз, Поттер. — Снейп упорно смотрел только на него. — Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать?

Гарри Поттер ненадолго задумался. Гермиона Грейнджер сцепила руки в замок, не глядя на приятеля.

— Безоар — это камень, который извлекают из желудка козы и который является противоядием от большинства ядов, — Гарри улыбался, произнося эти слова. Снейп крепко стиснул зубы. Осведомлённость мальчишки начала его раздражать.

— Что ж, похоже, вам пришло в голову почитать учебники, прежде чем приехать в школу, так, Поттер?! — получилось эмоционально. Теперь многие ученики с недоумением смотрели на него. Зельевар заставил себя успокоиться. — Хорошо, Поттер, а в чём разница между волчьей отравой и клобуком монаха?

— Волчья отрава и клобук монаха — это одно и то же растение, также известное как аконит, — теперь он ответил почти без задержки.

— Хорошо, — выдавил Снейп. Он увидел, что дальше продолжать нет смысла. Он оглядел класс и рявкнул. — А вы почему не записываете?

Дети поспешно похватали пергаменты и заскрипели перьями. Снейп мрачно смотрел на Гарри Поттера, который непринуждённо уселся на место и тоже начал записывать. Похоже, проверка провалилась…

***

— Снейп тебя специально проверял, — они сидели в гостиной Хаффлпаффа в уголке, отгородившись книгами. Сокурсники старались им не мешать — Гарри Поттер уже показал свое отношение к тому, что кто-то пытается влезть в его личное пространство.

— Я понял. Спасибо за подсказки, — Гарри задумчиво теребил перо, которым только что писал эссе. — Но что теперь делать?

Гермиона поняла. Это был вопрос о тех ментальных сущностях, которых они обнаружили.

— Есть у меня одна идея. Я ещё посижу в библиотеке, чтобы все узнать.

Гарри кивнул. Он никогда не любил сидеть в Архиве (джедайском аналоге библиотеки), и потому решил, что в этом вопросе надёжнее положиться на учителя. Кажется, ей нравилось приобретать новые знания…

— Ладно, — согласился он.

Глава 5. Законы дружбы

Она сидела в позе лотоса, чувствуя, как потоки Силы текут вокруг неё и сквозь неё. Недалеко чувствовалось сознание ученика — Гарри, как теперь было привычнее его называть — тоже сидел в медитации.

Гермиона вздохнула и направила мысленный взор внутрь. Медитация помогала взять под контроль сознание и убрать психологический дискомфорт. Неудобство, которое она ощущала ещё несколько дней от осознания себя девочкой, почти прошло. Потоки Силы пришли в гармонию. И она чувствовала необычайную ясность ума.

Библиотека. Девочка мысленно улыбнулась. В той жизни она не любила часто посещать Архив Храма. А в этой у неё была просто невероятная тяга к знаниям. И это сейчас пригодится. Она успела посетить местную библиотеку и найти кое-что интересное.

— Грейнджер! — она нехотя открыла глаза. Перед ней стояла Ханна Эббот и напряжённо смотрела прямо на неё. — Ты… в порядке?

— Да, конечно, — Гермиона вспомнила, что в этом мире очень немногие практикуют медитацию. И уж точно не маги Великобритании. Поэтому её поведение и удивило однокурсницу. Она поднялась с пола их комнаты, куда уселась для лучшей концентрации.

— А что ты делала? — Ханна не отставала, с любопытством смотря на неё.

— Медитация, — коротко ответила Гермиона. И добавила, увидев непонимающий взгляд. — Для того, чтобы лучше думать. Учиться.

— А, — разочаровано протянула Ханна, теряя интерес. Учёба не была первой в списке её интересов. Гермиона внутренне улыбнулась. Этот метод действовал безотказно в любом мире — Энакин тоже так отвечал когда-то.

— Ладно, мне надо идти, — девочка подхватила и направилась в библиотеку. Необходимо было кое-что проверить…

***

— Гарри, к озеру! — Поттер лениво посмотрел на Джастина. Тот только что, возбуждённо размахивая руками, ворвался в общую спальню мальчиков. И отвлёк Гарри от медитации. Но, похоже, этого даже не заметил.

— Зачем? — коротко спросил он. Концентрация была нарушена и мальчик с неудовольствием посмотрел на Джастина. Заниматься джедайскими практиками в новом мире оказалось неожиданно тяжело. Сила ощущалась совсем не так, как раньше. И его опыт ситха никак не помогал. Наоборот — практики Темной Стороны были какими-то размытыми и даже вспоминались с трудом.

— Наши устраивают пикник, — Джастин достал сумку и начал запихивать туда плед. — Пока стоит хорошая погода, можно немного расслабиться на природе. Так ты идёшь?

— Иду, — идея посидеть на свежем воздухе показалась привлекательной. Гарри легко поднялся и тоже вытащил небольшую сумку.

— А еда? — он вспомнил о немаловажном элементе посиделок на природе.

— Ребята знают, как пройти на кухню, — Финч-Флетчли застегнул и повесил её на плечо. — Они уже пошли. Ждут только нас.

— Тогда идем, — Гарри улыбнулся и мальчики вместе вышли из комнаты. Гарри чувствовал приятное возбуждение — в этом мире у него вообще не было друзей. Да и в том их было очень немного. Поэтому дружеские посиделки были неожиданным, но приятным опытом.

***

«Разделение души и тела», Гермиона задумчиво смотрела в книгу. Эта мысль возникла у неё, когда на глаза попалась книга о дементорах. Жуткие демоны, высасывающие души… Если в этом мире существовало такое, значит можно было как-то повторить это заклинанием.

Только заклинания она не нашла. Девочка задумалась. Интуиция подсказывала, что она на верном пути. И разгадка где-то близко.

— Что ты ищешь? — она подняла глаза от книги. Перед ней стоял полноватый мальчик с Гриффиндора — она видела его на Распределении. «Невилл Лонгботтом», вспомнила она. Гермиона присмотрелась: он был явно чем-то расстроен.

— Ты Невилл? — задала она встречный вопрос. Мальчик кивнул. Казалось, он чего-то хочет, но боится сказать. — Садись, у меня не занято.

Он поспешно сел за и любопытством посмотрел на книгу о дементорах.

— Я Гермиона, — она протянула ему руку для рукопожатия. Он робко посмотрел на неё и осторожно пожал. — Ты чем-то расстроен?

— Да, это видно? — он застенчиво улыбнулся. Потом вздохнул. — Просто у нас недавно было зельеваренье. И я взорвал котёл. И Снейп наорал на меня.

— Он на всех орёт, — Гермиона успела наслушаться о характере Северуса Снейпа. Ей стало жаль мальчишку. Почему-то вспомнился гунган Джа-Джа Бинкс. Всегда есть неуклюжие люди (и не-люди), которые не находят своего места в мире. — Не обращай внимания.

— Скажи, ты ведь дружишь с Гарри Поттером? — внезапно выпалил мальчик. Стало ясно, что именно это он и хотел спросить с самого начала.

— Да, — девочка оценивающе посмотрела не него. Неужели он еще один поклонник Гарри Поттера?

— Я… хотел бы с ним подружиться, — Невилл ярко покраснел. И добавил совсем тихо. — Помоги…

— Почему ты стесняешься? — Гермиона думала. Несмотря на то, что они в этой жизни были ровесниками, она чувствовала себя старше и неосознанно стремилась учить и защищать своего ученика. И она сомневалась, нужен ли ему такой друг.

— Не знаю, — Невилл опустил глаза. — Просто… всю мою жизнь за меня решала бабушка. И она не любила, когда с ней спорят. Вот я и привык…

— Ну, — она все ещё сомневалась. Но мальчик казался безобидным. Можно попробовать. — Я вас познакомлю, но Гарри сам решит дружить или нет.

— Спасибо, — Невилл повеселел. Он давно хотел познакомиться со знаменитым Гарри Поттером. Но подойти боялся. Но теперь у него есть шанс.

— Тебя интересуют дементоры? — он снова посмотрел на книгу, лежащую перед Гермионой.

— Да, просто интересно, — небрежно ответила она. — Магические создания такие… странные.

— Да, ты же не родилась в магическом мире, — Невилл посмотрел на неё, вспоминая, что она маглорожденная. — Дементоры самые страшные создания, — он издал нервный смешок. — Иногда мне кажется, что Ты-Знаешь-Кто на самом деле дементор.

— Интересная теория, — девочка посмотрела на однокурсника. Этот Невилл может оказаться полезным — все же он вырос в этом магическом мире и может знать те подробности, что ей неизвестны. Она улыбнулась. — Тебе нравится читать?

— Да, наверное… — мальчик немного испугался энтузиазма, который зажегся в её глазах. Он нервно сглотнул.

— Тогда, помоги мне в одном исследовании, — Гермиона уже подвигала ему толстую стопку книг. Перед ней стояла такая же стопка. Невилл посмотрел на неё с ужасом в глазах, но побоялся отказаться. И покорно взял первую книгу. Поход в библиотеку обещал стать долгим…

***

— Я проверил его, — Снейп с удобством разместился в кресле. Сегодня зельевар зашёл в кабинет директора в хорошем настроении. Которое не мог испортить даже Гарри Поттер. — Знания первого курса он знает неплохо. Явно читал учебник.

— Понятно, — Альбус налил чаю в две чашки и привычно пододвинул вазочку с конфетами. Северус так же привычно взял чай, проигнорировав сладости. Директор задумчиво спросил. — А тебе не показалось ничего странным?

— Нет, — Снейп покрутил чашку в руках, а затем осторожно отхлебнул. «Травяной», с одобрением определил он. — Поттер ведь ученик не моего факультета. Хотя…

— Что такое? — Альбус нетерпеливо подался вперед.

— Я заметил, что он дружит с девочкой, Гермионой Грейнджер. Иногда мне кажется, что они давно знакомы.

— Вот как, — Дамблдор задумался. В этой ситуации ничего не было ясно. Но странности требовали тщательного рассмотрения. — А что ты скажешь про мисс Грейнджер?

— Ничего, — зельевар пожал плечами. Заметив недоуменный взгляд, пояснил. — Она никак себя не проявила на моих уроках. Хотя я слышал, что она учится хорошо. Недавно Флитвик хвалил её перед другими учителями.

— Интересно, — пробормотал Альбус. Это стоило обдумать. — Спасибо, Северус. Я тебя понял.

— Всего хорошего, директор, — Снейп понял намёк и решил не задерживаться. Директор смотрел, как он уходит и размышлял. Ситуация с Гарри Поттером выходила из-под контроля. И как в этом была замешана Гермиона Грейнджер?

Глава 6. Совпадения

— Гарри, привет, я Невилл Лонгботтом, — полноватый мальчик-гриффиндорец стоял перед ним, мучительно краснея. Гарри удивлённо посмотрел на него. Гермиона, которая и привела Невилла, спокойно уселась на скамейку рядом с Гарри.

— Невилл мне очень помог в библиотеке, — невозмутимо пояснила она. «Я думаю, вам стоит завести знакомство», услышал он мысленный голос учителя. Поттер вздохнул.

— Привет, Невилл, — от этих простых слов гриффиндорец просиял. Гарри кивнул на свободное место рядом с собой. — Садись, поболтаем.

— Ты любишь учиться? — спросил он, когда Невилл сел. Мальчик покраснел ещё больше.

— Нет, не очень, — признался он. — Просто в библиотеке была Гермиона…

— Невилл чистокровной волшебник, — вставила девочка, которая все это время наблюдала за ними. — Он многое знает о магическом мире.

— Например? — заинтересовался Поттер. Магический мир был ему интересен. Он все ещё помнил тот восторг, который почувствовал, когда услышал о том, что он волшебник. Да и он не мог считать свою жизнь в этом мире неважной. Воспоминания объединялись и теперь мальчик с трудом мог их различить. Это была его жизнь и этим все было сказано.

— А ты знаешь, что мы родились почти в один день? — от волнения Невилл ляпнул первое, что пришло в голову. — Я тридцатого, а ты тридцать первого июля.

— Нет не знаю, — Гарри задумался. Невилл был ему по-своему интересен. Но вот его застенчивость… — А кто твои родители?

— Они… они были аврорами, — мальчик погрустнел. Но добавил. — На них напали Пожирателя Смерти на Хэллоуин. Они потеряли память… от пыток.

Он всхлипнул. Говорить об этом оказалось тяжело. И удивлённо поднял глаза, почувствовав руку на плече.

— Извини, Невилл, — Гермиона сочувственно ему улыбалась. — Гарри не хотел обидеть тебя.

— Он не обидел, — тихо сказал гриффиндорец. — Просто, я никому не говорил об этом. Это тяжело.

— Прости, Невилл, — произнёс Гарри. Он не помнил своих родителей в этой жизни. Но помнил смерть мамы в той. И это было по-прежнему тяжело.

— Скажи, а какие предметы ты любишь? — Гермиона явно пыталась отвлечь мальчика от грустных мыслей. Невилл сразу повеселел.

— Травология. Она такая интересная! — дальше Гарри не слушал, оставив разговор на Гермиону. Он сидел и пытался вспомнить — почему-то, что сказал Невилл показалось ему странным? Пока не получалось…

***

— Смотри, твои родители погибли на Хэллоуин, — Гермиона показала ему старую газету. «Ежедневный пророк». Гарри полистал пожелтевшие страницы. «Джеймс и Лили Поттеры убиты Сами-Знаете-Кем», «Трагедия семьи Лонгботтом», «Гарри Поттер — Мальчик-Который-Выжил». Гарри задумался.

— Кажется, маги любят придумывать глупые прозвища, — сделал он неожиданный вывод. — Сам-Знаете-Кто, Мальчик-Который-Выжил… бред.

— Балбес, — Гермиона легонько толкнула его в плечо, как раньше, бывало, Оби-Ван. И с теми же интонациями. — На родителей Невилла напали тогда же, когда и на твоих.

— Совпадение? — предположил Поттер, снова пробегая глазами статьи. Да, точно, это было на Хэллоуин.

— Не думаю, — девочка серьёзно посмотрела на друга. — Нападений в тот день больше ни на кого не было.

— И что это значит? — Гарри не понимал.

— Знаешь, здесь есть ещё одно совпадение. У вас с Невиллом дни рождения совсем рядом.

— Бред, — Гарри даже коротко рассмеялся. — Ну и что?

— Слишком много совпадений, — Гермиона замолчала, что-то обдумывая. Гарри вздохнул и снова посмотрел на газету. Сообщение о смерти родителей никак его не тронуло. Он их не помнил. Да и вообще, в этом мире не было никого, кто был бы ему дорог — кроме Гермионы, разумеется.

— Ладно, сейчас мы ничего не узнаем, — привлёк его внимание голос Гермионы. Девочка резко встала из-за стола. — Пойдём лучше к озеру.

— Зачем? — его сбила с толку резкая смена темы.

— Медитация, ученик. Надо все же понять, что там у тебя за паразит, — Гарри и Гермиона вышли из библиотеки, куда мальчика затащила любознательная Грейнджер. Мадам Пинс расправила старые листки газеты и положила её в стопку.

***

Сила текла сквозь него. Абсолютная гармония и довольство жизнью. Гарри улыбнулся. Как же ему не хватало этого! А он даже не понимал. Пока не обрел снова.

«Не отвлекайся, ученик» Гермиона как всегда, понимала его состояние. И возвращала назад. «Смотри на шрам».

Гарри недовольно вздохнул, но послушался. И чуть не вскрикнул от удивления. На этом месте действительно оказалось… нечто. Причём, живое нечто. И очень тёмное. «Что это?»

«Кто из нас был ситхом?» Гермиона не церемонилась, напоминая о том прошлом, которое Энакин так старался забыть, что ему это почти удалось. Мальчик вздохнул и сосредоточился. Воспоминания нехотя всплыли в голове.

— Есть практика Темной Стороны, которая разрывает саму ткань бытия, — Сидиус расхаживал по комнате, искоса смотря на ученика. Дарт Вейдер замер у стены, слушая учителя. Тот редко уделял ему время — государственные дела занимали все дни нового Императора — но все же такие моменты случались. — И ситх обретает бессмертие.

— Ей пользовался Дарт Плэгас? — Вейдер помнил тот разговор в канцлерской ложе в опере. Как давно это было…

— Нет, — к его удивлению, Палпатин покачал головой. — Он боялся применять её. Потому что она влияет на ясность рассудка. А мой учитель очень этого боялся.

— И как же она действует?

— Ситхи убивают очень часто. Но иногда необходимо особое убийство, — большего Дарт Сидиус так и не сказал. И никогда не возвращался к этой теме.

Он передал это воспоминание Гермионе, девочка замерла, напряжённо размышляя.

— Думаю, для ритуала нужно убийство, — наконец сказала она. — Кажется… да, на Хэллоуин были убиты твои родители!

— И Волдеморт тоже, — напомнил Гарри. Он не мог понять, к чему ведёт учитель.

— И Сидиус тоже, — обронила девочка. Она хлопнула руками по коленям и встала с земли, на которую уселась. — Хватит. Мне надо в библиотеку. Пока ничего не понятно.

— Мне тоже, — пробурчал мальчик, следуя за подругой к замку. Его удивляла склонность Гермионы искать все ответы в библиотеке. Но тут уж он был бессилен.

Глава 7. Хэллоуин

Приближался Хэллоуин. Странный праздник, по мнению Гарри. Раньше, до того как проснулась память о прежней жизни, ему было все равно — Дурсли никогда не позволяли ему праздновать. А теперь этого и не хотелось.

— Особая дата, — Гермиона смотрела на него с намёком. Гарри не сразу понял, в чем дело. Да, ведь именно на Хэллоуин он стал сиротой. Он и забыл.

— Ничего особого, — он небрежно пожал плечами. Они опять сидели в библиотеке. Гарри Поттер иногда думал, что ему придётся провести в ней всю жизнь — так часто Гермиона таскала его туда.

Думая о том, что произошло в Хогвартс-Экспрессе, он понял: пробуждение памяти повлияло на них. Но характеры, которые уже сложились в этой жизни никуда не делись — Гермиона стала более ответственной и, так сказать, умудренной жизненным опытом. Но любовь к знаниям никуда не исчезла. А сам Гарри… ещё после смерти в том мире он изменился. Все-таки Тёмная и Светлая стороны Силы — это не просто названия. Это определённое мировоззрение. Став снова джедаем, он осознал, насколько ему ненавистен прежний путь ситха. И теперь, получив шанс прожить жизнь заново, он не собирался к нему возвращаться.

— Ты хочешь идти на праздник? — Гермиона снова отвлекла его от размышлений. Он посмотрел на неё.

— А что такое? — и испугался. Глаза девочки сияли почти маниакальным блеском.

— Давай посидим в библиотеке!

— Нет, — он отрицательно мотнул головой. Это уже слишком. Тем более… — Праздник же, ты забыла? Библиотека будет закрыта.

— Тогда… — она задумалась. Было видно, что она не хочет оставлять свою затею. — Посидим в гостиной факультета! Никого не будет и нам никто не помешает. А книги мы возьмём заранее.

— Гермиона, тебе не кажется, что это чересчур? — Гарри решил не сдаваться. Он же не фанат знаний, в конце концов! — Книги мы можем почитать и потом. Не будь занудой.

Гермиона поджала губы. То, что сказал ученик, ей не понравилось. Но в чем-то он был прав — тяга к знаниям действительно стала немного чрезмерной.

— Хорошо! — она подвинула к себе фолиант и открыла на том месте, где остановилась. — Как хочешь.

Гарри улыбнулся. Последнее слово все равно осталось за ним.

***

— Тролль! Тролль в подземелье! — истошный крик Квиррелла вспорол праздничную атмосферу. Все на какое-то мгновение замерли.

«Вот и повеселились», Гарри почувствовал досаду. В кои-то веки он собрался отдохнуть и вот, на тебе! Опять опасности!

«Хм. Тролль в школе? Как такое может быть?» Гермиона внимательно смотрела на Квиррелла. Тот старательно изображал обморок. Но девочка видела правду через Силу — хитрый ситх притворялся. «Зачем ему это надо?» Она уже не сомневалась, что за всем этим стоит Квиррелл.

— Так, старосты факультетов! Отведите всех учеников в их гостиные! — магически усиленный голос Дамблдора прокатился по Залу. Гермиона недоуменно посмотрела на директора. Может, она чего-то не понимает? Но, увидев, как все ученики послушно собираются в группы, решилась.

— Директор Дамблдор! Почему вы отправляете Слизерин в гостиную? Ведь тролль в подземелье? — её звонкий голос легко перекрыл шум, который создали множество учеников. Слизеринцы замерли. Кажется, об этом нюансе никто не подумал.

— Директор Дамблдор, слизеринцы остаются здесь, — сориентировался Снейп. Он с уважением взглянул на юную ведьму.

— Хорошо, — Дамблдор выглядел так, будто надкусил лимон. Его авторитет пошатнулся. — Мисс Грейнджер, спасибо за то, что вовремя заметили. Думаю, тогда всем факультетам лучше остаться в Зале. Профессора наложат защитные заклинания.

Дети, возбужденно переговариваясь, снова стали рассаживаться по местам. Альбус Дамблдор внимательно присматривался к Гермионе Грейнджер. Та казалась невозмутимой, что было удивительно, учитывая всеобщее возбуждение.

— Северус, проверь третий этаж, — тихонько шепнул он зельевару. Тот понятливо кивнул и растворился в толпе.

***

Гермиона украдкой наблюдала за Квиррелом. Тот немного полежал, изображая обморок. Потом «очнулся». Профессор трансфигурации Минерва МакГонагалл сразу же приобщила его к общему делу — установке заклинаний на стены и двери. Как показалось девочке, профессор-ситх был очень разочарован. Она легко догадалась почему — скорее всего, он хотел незаметно улизнуть во время суматохи. И ему это не удалось из-за того, что все остались в Зале.

— Ты видела, Снейп куда-то пошёл! — Гарри толкнул её локтем, привлекая внимание. Гермиона осмотрелась. Да, точно, зельевара нигде не было. Она обернулась к Поттеру.

— Ты заметил, когда он уходил?

— Да, — кивнул мальчик. — Директор что-то сказал ему и он ушёл.

— Директор… — протянула девочка. Она чувствовала тайну, которая скрывал директор. Тайну, опасную для Гарри. А предчувствия никогда её не обманывали. — Это интересно.

— Первогодки, давайте к нам! — староста Хаффлпаффа махнул рукой первокурсникам. Ученики их факультета уже собрались в круг, явно что-то задумав. Дети заинтересовано подошли.

— Что это? — Гермиона с любопытством посмотрела на пятерых семикурсников, стоявших на концах нарисованной прямо на полу звезды. «Какой-то ритуал?»

— Защита, — кивнул староста, подтверждая ее подозрения. — Возьмитесь за руки, все.

Хаффлпаффцы соединили руки. Как ни странно, это произвело эффект. Гарри почувствовал странное спокойствие и чувство защищённости, когда цепочка замкнулась. Ученики образовали круг, в центре которого была звезда и маги, стоящие на концах.

Гермиона украдкой огляделась по сторонам. Слизеринцы тоже делали что-то подобное. Факультет Рейвенкло собрался в круг и что-то обсуждал. И только гриффиндорцы, казалось, ничего не замечали. И продолжали сидеть за своим столом, как делали это и обычно.

«Гриффиндор. Почему они так странно себя ведут?» Девочка сделала для себя пометку. Когда кто-то ведёт себя странно, это может быть опасно для окружающих. Значит, надо разобраться.

***

Альбус Дамблдор был недоволен. Мало того, что его авторитет упал в глазах многих учеников — спасибо Гермионе Грейнджер! — так ещё по школе бродит опасное существо. А кто виноват? Конечно, директор!

Дамблдор раздраженно передернул плечами. Он стоял на втором этаже и мрачно рассматривал следы разрушений. Тролль явно проходил тут. Но вот где он сейчас… директор взмахнул палочкой, убирая следы чудовища, и повернулся к лестнице. Возможно, стоит вернуться в Зал…

Потом, вспоминая этот момент, Альбус удивлялся. Как такое большое (и вонючее) существо могло двигаться абсолютно бесшумно? Он помнил только, как случайно повернул голову и увидел его. Тролль стоял совсем рядом. И смотрел на мага своими маленькими глазами, в которых плескалась откровенная злоба.

А дальше события развивались стремительно. Тролль шагнул к нему, поднимая огромную дубину. Директор проворно — даже для своего возраста — отпрыгнул и взмахнул волшебной палочкой. Мощное невербальное заклинание — и на месте тролля сидит маленький пушистый кролик.

— Я всегда подозревал, что в душе вы романтик, — ядовитый голос Северуса Снейпа раздался сзади и сбоку. Альбус несколько раздраженно обернулся. Мастер зелий стоял у самой лестницы и саркастично смотрел на директора.

— Просто это первое заклинание, пришедшее в голову, — пробурчал он, зная, что это бесполезно. И оказался прав. Снейп только хмыкнул, явно не изменяя своего мнения.

— Как дела на третьем этаже? — сменил тему Дамблдор. Как он и ожидал, зельевар только небрежно пожал плечами.

— Ничего, — Северус с интересом наблюдал за кроликом. Тот, похоже освоился и начал подбираться поближе к яркой мантии директора. «Зря он сегодня надел мантию с узором из морковок», мелькнула мысль.

— Хорошо, — Альбус, похоже, не заметил маневра бывшего тролля. Старый маг глубоко задумался, ни на что не обращая внимания. Сейчас его волновало только то, почему тролль оказался в замке? Очнулся он только после замечания Снейпа.

— Альбус, вы бы поосторожнее с кроликом. Он же съест всю вашу морковку.

Дамблдор растеряно посмотрел Снейпа, не понимая, о чем тот говорит. Затем медленно опустил глаза, почувствовав, что его кто-то дернул за мантию. И издал вопль негодования.

Северус Снейп некоторое время постоял, наслаждаясь видом директора, который подпрыгивал на месте, пытаясь отцепить кролика от своей мантии. А затем повернулся и направился вниз: надо было сообщить о том, что угроза миновала. «Лучше бы к этому времени директору уже разобраться со своей проблемой», злорадно подумал он.

В конце концов, имидж директора не его проблема. Ведь так?

Глава 8. Перо феникса

— А ничего был праздник, весёлый, — Гарри лукаво посмотрел на Гермиону, ожидая ее мнения. К его удивлению, девочка согласно кивнула.

— Да, интересный. Я узнала много нового.

«Нового? Это чего же?». Мальчик задумался над непостижимостью женской логики — именно женской, потому что Оби-Ван в прежние времена был достаточно прост и понятен. Он уже собирался задать вопрос, но не успел. К ним подошла профессор МакГонагалл.

— Мистер Поттер, мисс Грейнджер, вас вызывает директор. Я провожу, — пожилая женщина несколько чопорно посмотрела на детей. Гарри немного поежился: ему показалось, что она смотрит уж слишком строго.

— Директор Дамблдор? Но мы ничего не нарушали, — Гарри удивился ещё больше. Гермиона говорила голосом пай-девочки, который был ей так не свойственен. Да и лицо — точь-в-точь примерная ученица.

— Нет, конечно. Директор просто хочет с вами поговорить, — поспешно ответила профессор, отводя глаза.

«Не хочется мне с ним встречаться. Очень уж на Палпатина похож», мысленный голос Гермионы отчётливо прозвучал в голове Гарри. Тот задумался. Если Дамблдор хоть чем-то похож на Императора, он все равно добьётся своего. Не лучше ли пойти?

— Хорошо, — кивнул он, проигнорировав взгляд Гермионы. Он объяснит все попозже, в более удобной обстановке. А сейчас… они пошли за профессором МакГонагалл.

Вход в кабинет директора скрывала статуя горгульи. Гарри заинтересовался, почувствовав напряжение магии вокруг нее — горгулья была явно не простым украшением. Или даже артефактом.

— Вишнёвые тянучки, — когда хаффлпаффец услышал пароль, он не сдержался и громко фыркнул. Разве такие вообще бывают? И почувствовал, как Гермиона сжала его ладонь. «Будь сдержанней, ученик», услышал он строгий голос Оби-Вана. Да, именно Оби-Вана — так похоже он звучал. Гарри замер от удивления — раньше мысленный голос учителя всегда был похож на реальный, т.е. голос Гермионы. Неужели, что-то изменилось?

Он украдкой взглянул на МакГонагалл. Декан факультета Гриффиндор недовольно поджала губы, явно заметив его реакцию. Гарри быстро опустил голову. Он не будет извиняться — так ещё глупее.

— Идем, Гарри, — Гермиона потянул его за руку, заводя внутрь, на ровную площадку. Поттер ахнул от удивления, почувствовав, что она начинает двигаться, оставляя за собой витую лестницу.

«А МакГонагалл осталась внизу», мелькнула мысль. Он тревожно посмотрел на учителя. Девочка стояла с абсолютно спокойным лицом, и только пальцы, все ещё сжимающие его ладонь, говорили о внутреннем волнении.

Он уже собирался задать вопрос, как площадка остановилась. Перед ними стояла массивная деревянная дверь. Кабинет директора явно был за ней.

Гермиона неожиданно выпустила его руку и толкнула дверь, которая поддалась со странной лёгкостью. И первое, что увидел Гарри — директора Дамблдора, сидящего за большим столом напротив двери. Он улыбался, глядя прямо на него. И очки-половинки неожиданно ярко сверкали серебристым светом.

— О, мистер Поттер, мисс Грейнджер, проходите, рад вас видеть, — голос Дамблдора прямо-таки сочился мёдом. Гарри немного передернуло. И мнение о директоре понизилось на несколько пунктов. Может, Гермиона права?

— Здравствуйте, директор Дамблдор, — Гермиона подошла к одному из стульев, стоящих напротив стола и решительно села. Мальчик последовал ее примеру, уже немного настороженно косясь на директора. Он так и не смог решить — похож или нет Дамблдор на Палпатина? Не внешне, конечно.

Дамблдор тоже просматривался к детям. Его немного удивила явная настороженность Гарри — он ведь, кажется, не подавал повода к подобному отношению. Но ещё больше его заинтересовала Гермиона Грейнджер.

Девочка сидела с абсолютно спокойным лицом, лишь слегка улыбаясь. Но не смотря ему прямо в глаза. Ее взгляд, скорее, блуждал вокруг его лица. Она… знала? Опытный легилимент нахмурился. Он не мог установить связи, если не будет зрительного контакта.

Дамблдор перевел взгляд на мальчика. Может, хотя бы с ним получится. Но Гарри неожиданно уставился в пол.

— Директор Дамблдор, а зачем нас позвали? Мы, вроде бы, не нарушали правил, — Гермиона напомнила о себе голосом примерной ученицы. Альбус добродушно улыбнулся.

— Конечно, нет, мисс Грейнджер. Я просто хотел поговорить с вами. На Хэллоуин вы продемонстрировали весьма здравый ум и умение быстро реагировать на сложные ситуации. Как директор, я считаю, что способных учеников надо поощрять.

— Спасибо, директор, — девочка опустила взгляд ниже, на столешницу. Казалось, ее заинтересовали странные предметы, которые еле слышно жужжали и свистели. Дамблдор почувствовал досаду. Вредная девчонка не давала ему установить мысленный контакт, необходимый для более глубокого чтения мыслей. Но следующие слова заставили его на время забыть об этой проблеме. — А зачем вы позвали Гарри? Он ведь ничего не говорил и не делал?

— Да, конечно, — Альбус мысленно проклял внимательную девчонку. Ну вот чего ей стоило промолчать? Нет, надо высказать свои умные мысли! Надо что-то срочно придумать. — Мистер Поттер, ведь вчера для вас была значимая дата. А я хорошо знал ваших родителей. И пригласил вас высказать свои соболезнования. Или, может, есть какие-то пожелания? Если что, то не стесняйся, мальчик мой.

Гарри немного передернуло внутри. Да, Гермиона права во всем — этот старый хрыч точно похож на Палпатина. Хотя и не клон. Угораздило же его так попасть! Но тут он понял, что надо что-нибудь ответить.

— Спасибо, директор Дамблдор. Меня все устраивает, — пробормотал он, уставясь в пол. Чувства обострились и мальчик почувствовал ментальное давление. Этот старик определённо пытался что-то сделать при помощи магии!

— Ну, что ж, — Дамблдор с сожалением понял, что ничего не выйдет. И держать их дальше не имеет смысла. — Тогда всего хорошего. И помните, что если у вас возникнут какие-либо вопросы или просто захочется поговорить, я всегда буду рад помочь.

— Спасибо, директор, — они ответили одновременно. Гермиона встала первой, уже собираясь выйти, как ее взгляд упал на странную птицу. Девочка даже нахмурилась на мгновение — так сильно было сияние Силы во внутреннем взоре.

— Что это? — она благоговейно уставилась на странное существо. Еще нигде и никогда ей не встречалось ничего подобного. Казалось, оно целиком состоит из Силы, в нем не было ничего от этого мира.

— О, тебя заинтересовал Фоукс? — Дамблдор улыбнулся. Кажется, у него появился шанс — Гермиона Грейнджер оказалась не таким уж и твёрдым орешком. Маг поднялся и подошел к насесту с фениксом. — Это феникс, он мой фамилиар. Фениксы удивительные создания…

Тут Фоукс встрепенулся и уставился прямо на девочку. Казалось, его что-то заинтересовало. А затем… феникс легко взлетел и опустился ей прямо на плечо. Гермиона покачнулась — феникс был достаточно тяжелым. Но тут же забыла про неудобства, почувствовав, как Сила окутывает ее полностью.

«Кто ты?» голос, который она услышала был странным — не мужской и не женский, какой-то обезличенный. Но наполненный любопытством. «Я чувствую в тебе Изначальный Огонь. В людях не должно быть такого».

Изначальный Огонь? Гермиона ничего не понимала. Что это такое? Она никогда не слышала ни о чем подобном. Может, он так называет Силу? Но Сила была в магах этого мира, она знала. Но тогда что?

«Я не понимаю», призналась она, осторожно касаясь перьев необыкновенного существа, «Что такое Изначальный Огонь? Он есть только во мне?»

Фоукс курлыкнул, чувствуя ее руку. Да, он не ошибся — эта девочка отличалась от всех остальных. Никто в этом кабинете — ни маг, который считал себя его хозяином, ни мальчик рядом — не имели той особенной субстанции, которая принадлежала только фениксам — детям Изначального Огня. И было странно, что она не знала об этом.

— Мисс Грейнджер, кажется, вы понравились Фоуксу, — директор, ничего не заметил. Он добродушно улыбнулся волшебнице. — Знаете, что я подумал? Было бы неплохо, если бы вы приходили сюда время от времени. Думаю, Фоуксу немного одиноко одному.

Феникс оттолкнулся и снова взлетел. Гермиона проводила его задумчиво-растерянным взглядом, чувствуя как в ладони осталось перо. Она быстро сжала кулак, опуская руку.

— Спасибо, директор Дамблдор, — она подошла к Гарри, все это время стоявшему неподалёку. Она заметила, что ученик о чем-то задумался. — Мы пойдём.

— Конечно, — директор проводил их взглядом и направился к своему столу. Что ж, встреча прошла не так, как он хотел, но результат все же был: Гермиона Грейнджер снова придет сюда, в этом он не сомневался. И тогда-то он узнает ее секрет…

***

— Что это было? — Гарри еле дождался, пока они спустятся вниз. Горгулья за их спинами слегка шевельнулась. И они почувствовали короткую рябь в Силе. Гермиона схватила Гарри за руку и потащила в сторону. Лишние уши им были не нужны.

Только отойдя достаточно далеко, она успокоилась. Отпустив руку Гарри, она огляделась. Рядом никого не было. Она повернулась к ученику.

— Дамблдору что-то от нас нужно.

— Это я понял, — мальчик нетерпеливо махнул рукой. — А вот что было с фениксом? Мне показалось, что он говорил в Силе. Да и вообще это странное создание… кажется, он имеет отношение к Силе.

— Ну… да, — кивнула девочка. Она разжала кулак и посмотрела на перо. Вроде обычное перо на вид, только ярко-красное. Но в Силе… это был сгусток энергии, причём не слабый.

— Что это? — Гарри придвинулся поближе, рассматривая трофей.

— Перо феникса, — ответила Гермиона, зачаровано рассматривая переплетение линий Силы. Она еще никогда не видела ничего подобного. — Фоукс дал мне его.

— Перо феникса? — Гарри нахмурился. Память царапнуло какое-то воспоминание. — В моей палочке перо феникса — так сказал Олливандер. И у Волдеморта тоже в палочке было перо.

Он достал свою палочку, смотря на нее, как в первый раз. Теперь он чувствовал ее по-другому — странная энергия пульсировала в ней.

— Ну-ка, — Гермиона вдруг отвела руку с пером в сторону. Глаза Гарри удивленно расширились — палочка перестала пульсировать. Получается… это перо на нее как-то воздействует?

— Я так и думала. Твоя палочка реагирует на это перо, — девочка тоже заметила странную реакцию. — Думаю, это необходимо исследовать.

— В библиотеке? — обреченно спросил Поттер, пряча палочку. Он почти не сомневался в ответе, но Гермиона снова его удивила.

— Можно и в библиотеке. Но сначала мы спросим кое-кого… — она улыбалась, видя удивлённое лицо ученика. Нет, она не настолько предсказуема. Хотя библиотека, конечно будет не лишней…

Глава 9. Призрачный союзник

Но отправляться на изыскания прямо сейчас не было смысла. Гарри устало хлопал глазами, враз утратив свой боевой настрой. И Гермиона отправила его обратно в гостиную факультета. Мальчик для вида немного посопротивлялся, но быстро согласился. Волшебница хмыкнула, наблюдая за тем, как маленькая фигурка исчезает в глубине Хогвартских коридоров. Отлично.

Она поправила ремень сумки с книгами и зашагала в противоположную сторону.

— Гермиона! — знакомый голос сопроводился торопливым шлепанием. Грейнджер мельком удивилась — откуда здесь тихий гриффиндорец? — Подожди!

— Невилл? — она повернулась к мальчику. Невилл Лонгботтом тяжело дышал, почти мученически глядя на подругу. Но почти сразу замотал головой.

— Еле… ух-х… догнал. Подожди, — Невилл уперся руками в колени, стараясь отдышаться. Гермиона оглянулась по сторонам. Но никого рядом не было. Значит, Невилл ни от кого не убегал. Девочка тайком сжала в руке перо Фоукса, чувствуя странное успокоение. И вынула руку из кармана мантии.

— Что такое, Невилл? — она видела, что гриффиндорец почти отдышался. Мальчик растерянно взъерошил темные волосы.

— А где Гарри? — спросил он. Девочка нахмурилась. Поведение Невилла ей совсем не нравилось. Вот только она не могла определить, чем.

— Пошел обратно в общежитие, — сдержанно ответила она.

— Просто он сказал, что хочет поговорить с тобой и Гарри, — Невилл огляделся, будто опасаясь, что их подслушивают. Гермиона сосредоточилась. Но рядом не было никого — даже вездесущих призраков.

— И кто это — он? — требовательно спросила она. Гриффиндорец внезапно покраснел.

— Н-нет. То есть… — он отчаянно посмотрел на нее. Гермиона вздохнула. Вот почему она не любила Джа-Джа Бинкса — подобные типы всегда эффективно выводили ее из равновесия. Даже Энакину не удавалось делать это с такой легкостью.

— Невилл, не волнуйся, — вкрадчиво произнесла она, одновременно направляя слабый поток Силы. Мальчик сразу расслабился и перестал озираться.

— Да, ты права, — гриффиндорец улыбнулся, чувствуя внезапный прилив эйфории. Он не задумался, почему это произошло, просто наслаждался. — Кровавый Барон… он меня напугал. Вдруг как вышел из-за стены. И почему-то сразу спросил про Гарри и про тебя.

— Стоп, — Гермиона знала, что эффект «опьянения» заставит Невилла говорить безостановочно, вспоминая мелкие ненужные подробности. Если не направлять разговор, так и получится. — Кровавый Барон? Это же привидение Слизерина!

— Ну да, — Невилл смешно округлил глаза. Видимо, тоже показывал удивление. — Я сначала и не понял, что он хочет. Такой худой и страшный… бр-р, — мальчик поежился, заново вспоминая встречу. Гермиона его понимала — ей самой не нравился Кровавый Барон. Она с ним даже не говорила ни разу.

— То есть, он хотел поговорить со мной и Гарри? — уточнила она. Гриффиндорец с готовностью кивнул. — А когда?

— Н-не знаю, — Невилл начал заикаться и Гермиона с сожалением отменила воздействие. Похоже, тот действительно не знал. — Он с-сказал, что б-будет ждать в коридоре на т-третьем этаже.

— Понятно, — девочка протянула руку и коснулась лба Невилла. Мальчик закатил глаза и потерял сознание. Но не упал — Гермиона удержала его Силой и мягко опустила на пол. И пробормотала. — Прости, но так надо.

Да, если Невилл запомнит их разговор, от вопросов не увернешься. Проще стереть память. А с призраком она договорится. Девочка решительно встряхнула волосами и направилась к лестнице.

***

Коридор на третьем этаже был ожидаемо пустым. Гермиона огляделась, но не почувствовала ничьего присутствия. Кажется, ученики Хогвартса разом решили стать законопослушными — коридор-то запретный.

— И долго мне стоять? — тихонько проворчала она. Рядом не было не только живых, но и неживых. Уж она-то почувствовала бы!

Но Кровавый Барон явно не торопился на встречу. Девочка решила подождать полчаса, а затем уйти — если ее здесь увидят, наказания не избежать. Она сунула руку в карман и нащупала перо.

Сейчас, в более спокойной обстановке, ей захотелось рассмотреть его получше. Вытащив руку из кармана, Гермиона с исследовательским интересом уставилась на неожиданный подарок.

Чутье не обмануло. Переплетения Силы в нем, как она теперь видела, образовывали четкий рисунок. Или схему. Девочка задумалась. В прошлой жизни она редко сталкивалась с научной стороной Силы. Попросту говоря, исследования ее никогда не интересовали. Но все же однажды она поучаствовала в научном эксперименте…

— Ну и дыра, — Оби-Ван скептически осмотрелся по сторонам. Каменистый пейзаж навевал только тоску. И что они тут делают?

— Учись ценить Вселенную в любом проявлении, падаван, — Квай-Гон усмехнулся, сосредоточенно рассматривая горизонт. Джедаи стояли у входа в небольшую пещеру. И стоять им предстояло еще долго.

— Такие проявления мне не нравятся, — семнадцатилетний мальчишка сел на большой валун у входа. Хорошо еще, солнце успело нагреть его поверхность! И протянул, косясь на мастера. — Скучно же! От кого тут защищаться?

— Совет считает иначе, — Джинн лукаво улыбнулся. Опять его падаван пытается найти себе приключения на ровном месте. — Можешь сходить к мастеру Тэнну. Он-то найдет тебе занятие.

Обычно, Оби-Ван только вздыхал и оставался на месте. Лишняя работа совсем не привлекала любопытного падавана. Но сегодня было иначе.

— Ладно, — мальчишка вскочил и умчался прежде, чем мастер успел что-нибудь сказать.

Мастер Тэнн нашелся быстро. Бит наверняка узнал о его приближении даже не благодаря Силе, а из-за поразительно острого слуха — падаван иногда спотыкался и шепотом выражал свое мнение о местной «архитектуре».

— Падаван Кеноби, — мастер приветственно наклонил голову. Большая голова бита качнулась. Оби-Ван торопливо кивнул

— Вам не нужна помощь? — с тайной надеждой на отказ поинтересовался юноша. Наука его не интересовала. Да и не могло здесь быть ничего интересного — падаван был в этом твердо убежден.

— Спасибо за предложение, — мастер Тэнн внимательно посмотрел на Оби-Вана. Но просить помощи не стал. Вместо этого он повернулся к большому — по пояс — булыжнику, возле которого его и застал неугомонный падаван. — Не хотите посмотреть?

— Хочу! — Оби-Ван тут же подскочил к булыжнику. Неужели, все же нашлось что-то интересное? И сразу увидел это.

В круглой выемке, прямо посередине камня, лежал шар идеально круглой формы. Явно искусственного происхождения. Кеноби непроизвольно нахмурился, чувствуя легкое напряжение Силы. И взглянул на непонятный предмет, используя чувства Силы.

— Что это? — выдохнул он. Шар казался сотканным из линий Силы, которые слабо пульсировали, будто живые.

— Еще не знаю, — в голосе мастера Тэнна звучали странные нотки. Интерес, благоговение, задумчивость. Падаван озадаченно замер, смотря на артефакт. — Я думаю, что это ключ к тайнику, запечатанному Силой. Некоторые линии направляют свое воздействие наружу…

Оби-Ван немного заскучал. Тема была интересной, но вот мастер умудрялся говорить таким занудно-тихим голосом…

— Ну, если вам не нужна помощь, я постою снаружи, — он торопливо направился к выходу, не заметив улыбку бита.

… Он так и не узнал предназначение этой штуки. Мастер Тэнн изучал ее еще долго, а их с мастером Джинном через месяц отправили на другое задание. И он вскоре забыл о загадочном предмете на забытой планетке.

Почему ей это вспомнилось? Гермиона всмотрелась в переплетения Силы. Наверное, мастер Тэнн смог бы понять больше. Ей и тогда-то было непонятно, что все это значит. А разобраться надо…

— Кхм. Как интересно, — глубокий мужской голос рядом заставил ее подскочить. Гермиона растеряно обернулась — она так увлеклась, что забыла следить за тем, что происходит вокруг.

К ее облегчению, это оказался не один из профессоров. Возле самой стены, зависнув примерно в метре от пола, парил призрак. Кровавый Барон.

Гермиона сжала кулак, пряча перо. А затем сунула руку в карман, наблюдая за призраком. Она вспомнила, что почувствовала, впервые увидев привидений Хогвартса. Они чувствовались в Силе, хотя и не так явно, как живые существа. Значит, у них есть связь с Силой?

— Вы пришли очень быстро, юная леди, — не дождавшись ответа, Барон подплыл поближе. — Простите за ожидание.

— Мне было интересно, — осторожно сказала девочка, следя за перемещением призрака. Ей показалось, что он похож на призраков Силы. А это уже джедайская техника. И внезапно спросила. — Скажите, а как становятся призраками?

— Обычно живые стараются ими не стать, — жутковато хохотнул Барон, чуть ярче засветившись по контуру. — Вообще-то это тайна.

— Которую вы никогда не откроете? — Гермиона решила не сдаваться. Еще бы — у нее появился шанс немного лучше понять этот странный мир!

— Узнаете после смерти, — призрак поджал губы. Любопытная хаффлпаффка начала его немного раздражать. Совсем немного. — Вообще-то я не просто так позвал вас и вашего друга сюда.

— А для чего? — Гермиона продолжала смотреть на призрака с жадным интересом исследователя, заставляя того нервничать. Ему еще не попадались такие собеседники — даже рейвенкловцы боялись подходить к жутковатому призраку.

— Показать нечто интересное, — Барон повернулся и поплыл дальше по коридору. Гермиона поняла намек и бросилась следом. Почему-то ей показалось, что призрак не станет ее ждать. Неужели обиделся?

— Что это? — она смотрела на закрытую дверь. Переплетения чар были хорошо видны в Силе — как паутина, покрывающая поверхность.

— То, что прячет директор Хогвартса, — Кровавый Барон завис справа от нее, тоже глядя на дверь. — Естественно, там много ловушек.

— Но… зачем мне это? — растерялась она. Еще на праздничном пиру Гермиона сразу решила, что не будет интересоваться Запретным коридором. И Гарри не позволит. А тут ей внезапно пытаются навязать этот интерес…

— Директор хочет, чтобы Гарри Поттер полез сюда, — Барон теперь смотрел прямо на нее. И на его лице не было даже тени улыбки. — А я хочу помешать этому.

— Почему? — волшебница почувствовала подвох. Жизненный опыт говорил ей, что никто не помогает просто так. Всем чего-то надо.

— У меня свои причины, — Барон снова засеребрился по краям. Гермиона еще не поняла, что это значит — может, так проявляются сильные эмоции? — Но я буду помогать вам, чтобы планы Альбуса Дамблдора не воплотились.

— Хорошо, — Гермиона приняла решение. Ненадежный союзник лучше никакого. А если он еще поможет им в исследовании загадок магии… — Но у меня условие.

— Условие? — призрак хрипло засмеялся. Еще никто не пытался ставить ему условий. Как забавно! Он прищурился и неожиданно сказал. — Какое условие?

— Мне нужно разобраться в действии магии, магических артефактов. Где я могу найти информацию?

— В библиотеке есть Запретная секция, — буркнул призрак. Исследования его не интересовали.

— А в Хогвартсе нет потайных комнат? — не поверила девочка. Про библиотеку она и сама знала. Но ведь она-то хотела чего-то другого!

— Есть. Но я не могу рассказать о них — запрещено.

Гермиона разочаровано вздохнула. То, что Барон не лжет она могла определить. Но легче от этого не становилось. Хогвартс вообще странное место — все под запретом. И как ей быть?

— Ладно. Спасибо за помощь, — Барон хмыкнул и не прощаясь прошел сквозь стену. Гермиона задумчиво посмотрела на запертую дверь, но решила ничего не трогать. Вот еще — связываться с Дамблдором! Хаффпаффка развернулась и пошла к лестнице.

Ничего. Тайны Хогвартса никуда от нее не денутся. И за Гарри она присмотрит — чтобы не попал в беду. А непонятные игры Дамблдора ее не пугают — и не таких переигрывали!

Глава 10. Lumos Lamina

Прошло несколько дней. Гермиона ходила задумчивая, явно пытаясь найти ответ на какой-то вопрос. Под влиянием ее настроения, Гарри тоже ощущал неясное беспокойство. И это привело к неожиданным результатам.

— Тренировки? — Гермиона удивленно посмотрела на ученика. Гарри подсел к ней в библиотеке, где она разбирала очередную стопку книг. И сразу огорошил вопросом.

— Да. Мы же джедаи! Нам надо уметь сражаться не только при помощи Силы! — Гарри говорил непривычно запальчиво. Девочка не могла припомнить, когда он вообще так страстно стремился к тренировкам. Что же случилось?

— Ну… ты прав, — признала она. Действительно, пока она еще не задумывалась об этом. Прошло всего два месяца с момента «пробуждения» и девочка только-только освоилась с новыми обстоятельствами. Да еще эти странности, постоянно происходящие в магическом замке… — Я об этом не подумала.

— Вот! А это тоже необходимо! — Поттер улыбнулся. Он понял, как можно отвлечь Гермиону от вечного поиска знаний. И это неожиданно сильно обрадовало мальчика, который любил находиться в постоянном движении. Нет, книги — это полезно, но надо же и отвлекаться…

— Вот только полностью джедайской тренировки не получится, — Гермиона скептически поджала губы. Она начала догадываться, что стоит за энтузиазмом Гарри и поспешила привести свои доводы. — Лайтсейберов-то у нас нет. А палки — это не то.

— Ерунда, — не смутился Гарри. Он воровато огляделся, проверяя. Но никто не интересовался двумя первогодками. Даже если один из них — знаменитый Гарри Поттер. — Главное — ловкость. Можно создать подобие лайтсейберов с помощью какого-нибудь светового заклинания. Или иллюзии.

— Ты так сильно хочешь тренироваться? — в голосе Гермионы послышался стальной лязг. Если ученик так хочет, она найдет, чем его занять. Вот только, пускай потом не жалуется. Поттер что-то понял и слегка побледнел. Но упрямо кивнул. Он уже решил — если он джедай, то будет им и в этом мире. Книги — это не его. Гермиона кивнула. — Хорошо. Начнем с завтрашнего утра.

И пододвинула к себе стопку книг. До завтра она найдет необходимое заклинание.

***

— Как хорошо, что я взяла спортивный костюм, — девочка критически оглядела себя в зеркале. В Хогвартсе не было ничего, что напоминало спортивные упражнения. Квиддич, как она считала, ими не являлся. И юные маги, по сути, становились зависимыми от своей магической силы — физической-то у них не было.

Гермиона накинула мантию и спустилась вниз. Как хорошо, что сегодня суббота — не надо идти на занятия. И можно провести первую тренировку как следует.

Гарри уже ждал ее. Мальчик был облачен в старые джинсы, явно большего размера, чем нужно, и растянутый свитер — ноябрь, как-никак. Мантии на нем не было.

— Я смотрю, холода ты не боишься, — сказала Гермиона вместо приветствия. Поттер хмыкнул, показывая свое отношение к такой незначительной «мелочи», как ноябрьская прохлада. И первым направился к выходу. Девочка последовала за ним, неодобрительно качая головой.

На улице и правда было прохладно. Гарри поежился, но упрямо выпрямился, заметив насмешливый взгляд учителя. И призвал Силу, мгновенно согревшись.

— Думаю, сейчас ты согреешься и так, — Гермиона скинула мантию и повесила ее на небольшую скамеечку, стоящую во дворе. — Сначала мы пробежимся восемь километров.

— Сколько? — Гарри был готов, что учитель будет показывать свою строгость. Но все же такого не ожидал. — Мое тело ведь не тренированное!

— Используй Силу, ученик, — Гермиона первой сорвалась с места. Ее тело тоже не было тренированным. Но она намеревалась исправить это положение. Девочка слегка улыбнулась, услышав за спиной сосредоточенный топот. И почувствовав напряжение Силы. Тренировка началась!

Они смогли пробежать восемь километров, затратив на это полчаса. Под конец оба почти валились с ног. У Гарри даже не было сил высказать все, что он думает учителю. Впрочем, Гермиона понимала все сама.

— А теперь — медитация, — что помогает лучше сбросить напряжение и усталость кроме медитации? Гермиона помнила принципы хорошей тренировки. Мелькнула даже мысль о том, что можно организовать здесь Храм…

Гарри послушно остановился и постарался погрузиться в нужное состояние. Садиться на землю он не стал — слишком холодно. Он почувствовал волну Силы — Гермиона тоже погрузилась в медитацию.

Сила. Она окружала их со всех сторон, пульсируя в живых существах и медленно двигаясь в неживых предметах. Гарри понял, чем отличается эта медитация, от многих, уже проведенных в этом мире. Сила была более… живой. Более свободной. Как будто то, что они напрягли свои физические тела, повлияло на способность ощущать мир.

Мальчик слегка улыбнулся. Да, это то, что он хотел бы изучать. Возможности своего тела и возможности Силы. Он был воином почти всю прошлую жизнь — и это ему нравилось. Теперь, получив шанс на новую жизнь, бывший Энакин Скайуокер понял, сила — это его судьба. Причем, сила именно физическая — умение постоять за себя, уметь нечто, что не могут другие. Быть воином.

— Пора, — голос Гермионы звучал печально. Девочка слышала мысли ученика. И понимала его. Гарри не хотел опасных приключений. Но Сила избрала его, надо признать это. И она может только помочь ему, защитив от того, что угрожает в этом мире. Гарри открыл глаза, улыбнувшись ей.

— Мы будем сегодня фехтовать? — он чувствовал полное довольство обстоятельствами. И даже не слишком хотелось чего-то еще — все устраивало. Но, к его удивлению, Гермиона кивнула. И хитро улыбнулась.

— Давай, после завтрака, — девочка подошла к снятой в начале тренировки мантии и накинула ее на плечи. — Я покажу тебе новое заклинание. Не хочу, чтобы кто-нибудь видел.

— Хорошо, — Гарри последовал за ней в замок. И, глядя в спину шедшей впереди Гермионы, неожиданно подумал — а что хочет она от своей жизни? И будет ли ей по пути с ним в этом новом мире?

***

Завтрак пролетел быстро — из-за выходного дня многие к нему даже не вышли, предпочитая отсыпаться. И это относилось не только к учениками. За преподавательским столом также было много пустых мест. Хотя Гермиону заинтересовал тот, кто там был.

Профессор Квиррелл вяло ковырялся в тарелке, явно не испытывая аппетита. Внутренним взглядом девочка видела черную ауру паразита — она стала больше. И это явно влияло и на самого профессора.

Гермиона оценивающе взглянула на ученика. Точнее, на его шрам. Небольшое темное облачко пульсировало, явно реагируя на Квиррелла. Хотя и вяло — Гарри ничего не замечал, увлеченный едой. Хаффлпаффка снова убедилась, что ментальный паразит на Квиррелле и маленькая часть на Гарри каким-то образом связаны. И она собиралась уничтожить эту связь.

Гарри внезапно поднял глаза, почувствовав на себе ее взгляд и с немым вопросом посмотрел на нее. Гермиона слегка улыбнулась.

— Готов к новым подвигам? — Поттер чуть скривился, но кивнул. И последовал за девочкой к выходу из зала. Никто из них не заметил долгого взгляда, которым их проводил профессор ЗоТИ.

***

— Ух! — Гарри поежился от порыва холодного ветра. С утра, на улице стало еще холоднее. Мальчик покосился на закутанную в теплую мантию Гермиону. И снова призвал Силу, заставляя кровь бежать быстрее.

— Доставай палочку, — Гермиона подала пример, достав свою. — Повторяй за мной. Lumos Lamina!

Из кончика ее палочки вырвался ослепительно-белый узкий луч. Гарри завороженно уставился на него. Это был не лайтсейбер. Но… гораздо лучше того, что он думал. Удивительно.

— А… он может порезать? — насколько он помнил, люмос — заклинание света. Значит, это просто иллюзия? И где Гермиона выкопала такое заклинание?

— Давай проверим, — Гермиона улыбнулась кончиками губ и неожиданно резко выбросила руку. Внезапно взвывшее чувство опасности заставило мальчика отпрыгнуть в сторону. Импровизированный лайтсейбер вспорол воздух на том месте, где стоял он.

«Как настоящий!» Гарри почувствовал прилив возбуждения. Похоже, скучно не будет. Он выдернул из кармана джинс свою палочку.

— Lumos Lamina! — и вздрогнул от неожиданности — луч, появившийся из палочки был огненно-рыжим. Как огонь.

— Как интересно, — в голосе Гермионы звучал неподдельный интерес. Девочка уставилась на его палочку, будто увидев нечто совершенно новое. — Интересно…

Палочка была по-прежнему легкой. Гарри усмехнулся. Теперь посмотрим кто кого! И сделал выпад. Тело двигалось легко, а длина палочки совершенно не мешала фехтовальным приемам. К его разочарованию, девочка увернулась, взмахнув своими длинными волосами, собранными в хвост.

— Коварный прием, — она не злилась. Энакин никогда не отличался терпением. Зато очень любил выигрывать. Но… Гермиона покрепче сжала палочку, внимательно наблюдая за учеником — она не проиграет!

Следующие двадцать минут напомнили ей о том времени, когда они оба жили в Храме. Частые тренировки, вспышки лайтсейберов… это было так давно. И Гермиона почувствовала неожиданную тоску.

Она отпрыгнула, разрывая дистанцию.

— Хватит, — она удивлено прислушивалась к себе — что на нее нашло? Почему эти чувства не возникли там, в мире Силы? Что изменилось? Она заметила непонимающий взгляд Гарри. Мальчик что-то почувствовал, но не понял, что происходит.

— Гермиона? Что такое? — но девочка лишь мотнула головой. Нет, это не важно. Но… тренировку можно уже закончить.

— На сегодня хватит, — она подняла палочку перед собой, любуясь тонким световым лезвием. — Nox Lamina.

Световое лезвие погасло. Гармиона спрятала палочку в карман. И взглянула на Гарри, который не торопился повторять заклинание. Поттер опустил руку и качнул палочку так, чтобы кончик лезвия задел небольшой камень, выступающий из земли. Раздалось негромкое шипение. И на поверхности камня появилась выжженная борозда.

— Что это за заклинание? — Гарри был заинтригован. Такой эффект очень напоминал привычные лайтсейберы. Где Гермиона достала такое заклинание?

— Я придумала его сама, — Гермиона усмехнулась, видя потрясенно-недоверчивое лицо ученика. Почему это первогодки не могут придумывать заклинания? Это ведь просто! — Так что не говори о нем никому.

— Конечно, — Гарри почувствовал, как растет его уважение к учителю. Придумать заклинание… он бы не смог. Мальчик посмотрел на лезвие, еще выступающее из палочки. Огненно-рыжее. — Nox Lamina.

Оно погасло. А Поттер… задумался.

— Почему цвет был таким разным? — спросил он. Этот цвет… он напоминал ему что-то очень знакомое. Но вот что?

— Я… не знаю, — Гермиона тоже заметила эту деталь. Но, так как заклинание было новым и непонятным до конца ей самой, девочка не знала. Но кое-что она вспомнила. — Цвет очень похож на перо феникса. Помнишь?

— Точно! — Гарри вспомнил. Действительно, поразительное сходство. Он нахмурился. — В моей палочке перо феникса. Как ты думаешь, это может повлиять?..

— Вполне возможно, — Гермиона улыбнулась. Новый мир оказался таким интересным! Она почувствовала, что хочет разгадать его загадки. — Но, думаю, это не так важно. Главное — у нас теперь есть оружие.

— Да, — Гарри улыбнулся, пряча свою палочку. Теперь они небезоружны. И могут встретить любую опасность. А что еще нужно для счастья джедаю?

Глава 11. Комната с секретом

Сегодня Северус Снейп был недоволен. Суббота, заслуженный отдых от надоедливых детей… а все валилось из рук. Зельевар раздраженно вздохнул, отодвигая стопку пергаментов с непроверенными эссе.

«Может, прогуляться у озера?» Он несколько минут недовольно размышлял над альтернативой, но желание отдохнуть и немного проветриться, победило. Маг вышел из кабинета, привычно запечатав его заклятием, и неспешно направился к выходу из подземелий.

Северус рассеянно скользил взглядом по стенам коридора. Тишина и покой. Даже слизеринцы не хотели попасться на глаза декану и успешно обходили этот участок подземелий стороной. Не то, чтобы Снейп их не понимал — он никогда не заблуждался о своих недостатках — но все это не добавляло любви к детям.

— Гермиона, давай пройдем еще немного, — он услышал приглушенный голос какого-то мальчишки. И успел удивиться: «Кто это ходит по подземельям?». А потом узнал голос.

— Нет! — решительно отрезала девочка. Северус помнил этот командный тон — Гермиона Грейнджер неоднократно говорила так во время занятий, подгоняя своего медлительного напарника по приготовлению зелий. Гарри Поттера. — Мне не нравится эта идея. В Хогвартсе полно мест, давай поищем получше.

— Больше всего тайных комнат и помещений именно в подземельях. Это знают все, — Гарри не смутился. Налицо большая практика общения.

— Все магловские писатели, ты хотел сказать? — голос девочки стал насмешливым. Северус невольно позавидовал — вот уж кто в карман за словом не лезет. Ему не нравились наглые дети… но были и исключения. Он решил дальше не подслушивать и широким шагом дошел до поворота, из-за которого доносились голоса.

Девочка увидела его первой — он понял это по ее изменившемуся взгляду. А еще — по ехидной улыбке, с которой она посмотрела на Поттера. Гарри стоял к нему спиной, но по его позе было ясно, что он хочет продолжить спор.

— Развлекаетесь, молодые люди? — когда он хотел, его голос приобретал завораживающие интонации. Хотя никто не знал, что Северус хотел добиться четко определенного эффекта — как у сирен в магловских мифах. Пока этого не получалось, но и тот эффект, что был, самому магу очень нравился.

— Мы уже уходим, профессор Снейп, — Гермиона схватила приятеля за рукав и потянула. Гарри Поттер зыркнул на профессора исподлобья, но подчинился. А Снейп смотрел, как они уходят и его мысли занимало одно: зачем Гарри Поттеру и Гермионе Грейнджер тайное место?

***

Гарри недовольно пыхтел про себя всю дорогу из подземелий. Гермиона прекрасно слышала его мысли, но только украдкой посмеивалась. А затем и вовсе — расхохоталась во весь голос. Хорошо еще, что рядом никого не было.

— Видел лицо Снейпа? — пояснила она свое поведение. Гарри надулся.

— Он меня не любит, — пробормотал он, осматриваясь. Они уже дошли до холла. Можно было повернуть направо и подняться на следующие этажи. Или… отложить этот вопрос еще ненадолго.

— Да, — согласилась с ним девочка. Она неожиданно потянула его в сторону выхода из замка. — Он никого не любит. Хотя к тебе особое отношение.

— Куда мы идем? — не то, чтобы Гарри был неинтересен Снейп. Темный джедай этого мира был загадкой, которую было приятно разгадывать, если осторожно, конечно. Но Гарри уже не был джедаем или ситхом, и потому мог и не реагировать на подобных типов. Пускай они сами разбираются, главное, чтобы его не трогали.

— Я знаю место, которое нам подходит, — Грейнджер заговорщицки понизила голос. Поттер даже остановился от возмущения.

— А почему мы тогда шли в подземелья? — он чуть обижено посмотрел на учителя, забывая, что это он первым начал настаивать на подземельях. А что? Темнота, сырые каменные стены и привкус опасности попасться кому-то из профессоров (вероятнее всего, Снейпу) — чем не романтика тайны? Но Гермиона явно считала иначе.

— Ну, не могла же я предлагать скучный вариант, когда ты так воодушевленно рассказывал о подземельях, — поблескивая глазами, нарочито серьезно сказала она. И проигнорировала возмущенный взгляд мальчика, который понял, что над ним смеются.

Они быстро дошли до неприметного коридорчика, который заканчивался тупичком. Гарри недоуменно огляделся. Он не видел ничего, напоминающего комнату. Гермиона молчала и Поттер догадался, что она ждет его вопроса. Мальчик упрямо нахмурился и огляделся еще раз, используя возможности Силы.

— Я нашел! — сразу же ликующе воскликнул он, увидев светящийся в Силе прямоугольник по форме двери. И сразу же направился к нему.

— Прикоснись палочкой в любом месте двери, — подсказала Гермиона. Гарри послушался и, о чудо, перед ним возникла настоящая деревянная дверь.

— Как ты нашла это место? — он толкнул дверь и первым зашел внутрь. Девочка последовала за ним.

— Мне подсказал Кровавый Барон. Призраки знают этот замок от и до, — она с гордостью посмотрела на помещение. Не так-то легко было заставить привидение Слизерина рассказать о нем. Но это того стоило.

— Интересно, чем ты его шантажировала, — хмыкнул Гарри, тоже осматриваясь. Большая комната, свободная от хлама и мебели идеально подходила для того, что задумал Поттер. Точнее, задумали они. Ему нужно было место для тренировок с новым оружием, а Гермиона собиралась, помимо этого, тестировать новые заклинания. Как она объяснила, при помощи практики Силы можно понять, как сотворить новое заклинание. Именно так и была получена «Ламина». Гарри понял не все, но согласился. Новые заклинания — это секретное оружие.

— Это мой маленький секрет, — хаффлпаффка весело улыбнулась на замечание ученика. И вспомнила еще кое-что. — Мне нужно в библиотеку, я обещала помочь Невиллу с эссе по Трансфигурации. Занимайся пока один. Да, чтобы дверь исчезла, прикоснись к ней палочкой снова.

— Ладно, — Гарри посмотрел, как она исчезает за дверью и вздохнул. Иногда он понимал, что его учитель достиг таких высот, до которых ему далеко. И это уязвляло. Поэтому он и хотел добиться совершенства в том, что получалось у него лучше всего. Чтобы хотя бы в чем-то быть действительно первым.

Он принял базовую стойку и вызвал ярко-рыжий клинок. Сначала, первый комплекс…

***

— Привет, Невилл, — Гермиона пришла как раз в тот момент, когда неуклюжий гриффиндорец садился за один из столов. И, поставив сумку на столешницу, побежала собирать намеченные книги с полок.

Встреча с Невиллом была отчасти предлогом. После встречи с Кровавым Бароном девочка неосознанно сторонилась гриффиндорца. Хотя и жалела его. Но сегодняшний поход в библиотеку был важен ей и по другой причине.

— «Фениксы. Виды и особенности», — прочитал Невилл заголовок первой книги, венчавшей стопку, которую принесла хаффлпаффка. — Ты интересуешься фениксами?

— Я недавно видела одного в кабинете директора. Просто стало интересно, что это за птицы, — Гермиона выдала «официальную» версию своего интереса. Но то, что с фениксами связано много загадок вокруг Гарри она уже поняла. Потому и искала информацию.

— Это очень редкие магические существа, — Невилл улыбнулся, что-то вспоминая. — У моей бабушки есть картина с нарисованным фениксом. Очень красивая.

— Правда? — Гермиона задумалась. Волшебники, с ее точки зрения, очень странно относились к окружающему их миру. Никаких попыток исследовать, понять — они просто пользовались им и все. — Интересно, почему такое редкое существо находится у директора Дамблдора?

— Это же сам Альбус Дамблдор! Он великий волшебник, — Невилл сказал это с видом человека, который и не сомневается в своих словах. Но Гермиона не была в этом так уверена. Аура Дамблдора была сильной, да. Но до уровня великий все же не дотягивала.

— Да? Ну, ладно, — она решила не спорить. В конце концов, каждый человек имеет право заблуждаться по-своему. А в случае с Невиллом и повод был пустяковым — даже если она убедит неуклюжего гриффиндорца в том, что Дамблдор не является великим волшебником, в истории ничто не поменяется. — Ты лучше давай, пиши свое эссе. Я подскажу, если что-то непонятно.

Невилл обиженно хмыкнул, но послушно открыл учебник и приготовил пергамент. Гермиона тем временем открыла книгу и погрузилась в чтение.

Оказывается, было несколько видов феникса. Но больше всего ее заинтересовал один вид. Королевский феникс — самый редкий подвид. Эти существа являлись, так сказать, элитой своего вида. И могли управлять даже Адским пламенем — самым неуправляемым и опасным типом магического огня.

Гермиона задумалась. По описываемым признакам, Фоукс как раз принадлежал к такому виду. Значит и его перо обладало особенной силой. Она вернулась к тесту и замерла.

«Перья королевского феникса связаны магически со своим хозяином. Даже если такой феникс отдаст перо волшебнику, по этому перу возможно отыскать и само существо. Перья могут использоваться также для наложения особенно могущественных заклятий — даже слабое волшебство, произведенное палочкой с сердцевиной из такого пера, будет сильнее, чем у более сильного волшебника».

Мозаика сложилась. Перо Фоукса реагировало на палочку Гарри. Возможно, это потому, что сердцевиной было такое же перо. И ведь Гарри говорил ей, что палочка Волдеморта имеет такую же сердцевину! Она еще не могла сделать окончательный вывод, но чувствовала, что разгадка этой тайны даст ей понимание того, что вообще произошло с Гарри в этой жизни. И что ему надо сделать дальше.

— Гермиона, подскажи мне, пожалуйста, — отвлек ее от размышлений голос Невилла. Лонгботтом пододвинул ей учебник и умоляюще посмотрел. Гермиона вздохнула, но согласно кивнула. И углубилась в тонкости Трансфигурации.

Невилл ушел через полчаса с готовым эссе. Гермиона подумала… и решительно отодвинула стопку книг. Ей необходимо расслабиться, прежде, чем снова браться за книги. И она знала идеальный способ.

***

Гарри еще не ушел. Когда Гермиона появилась в их секретной комнате, мальчик отрабатывал связку приемов начального курса обучения джедаев. И по тому, как он двигался, было понятно, что время было проведено не зря. Девочка хмыкнула про себя. Она знала причину настойчивости ученика — боевые техники были единственной настоящей страстью Энакина Скайуокера, и в них он мог совершенствоваться бесконечно. Тем более теперь, когда он хотел превзойти ее.

— Молодец, — она хлопнула в ладоши и подошла к нему, вынув палочку. Хорошо еще, она успела забежать в общежитие Хаффлпаффа и переодеться в спортивный костюм, который спрятала под школьной мантией. Девочка вызвала клинок. — Потренируемся?

— Давай! — глаза Гарри азартно блестели. Теперь, когда он лучше чувствовал свой «меч», мысль сразиться с учителем была очень привлекательной. Он сделал первый выпад, как всегда предпочитая наступление обороне.

Гермиона легко парировала. Несколько минут они кружили в спарринге, похожем на танец. Гермиона довольно улыбалась. Гарри действительно неплохо восстановил прежние навыки — она даже чуть не пропустила удар пару раз.

— Все, — наконец остановилась она. Тренировка дала необходимое расслабление. И помогла вспомнить прежние навыки боя, что немаловажно. Она не собиралась проигрывать ученику слишком быстро.

— Вечно ты так, — проворчал Поттер, но довольный вид говорил сам за себя. Хаффпаффец отозвал клинок и посмотрел на подругу. — Надо обустроить эту комнату для тренировок.

— И я даже знаю, как это сделать, — Гермиона загадочно улыбнулась.

Глава 12. Наш мир

— И как? — Гарри оглядел пустую комнату, прикидывая фронт работ. Получалось… внушительно. Но улыбка Гермионы его настораживала.

— В Хогвартсе есть место, где живут существа со странной магией. Они нам помогут, — девочка спрятала свою палочку в карман и прошла вдоль одной из стен, будто размышляя. Поттер невольно проследил за ней взглядом. Гермиона внезапно остановилась и резко произнесла. — Тилли!

Раздался негромкий хлопок. Гарри на секунду почувствовал, как пространство вздрогнуло, будто искажаясь. А посередине комнаты появилось странное лопоухое существо, завернутое в белоснежное полотенце. Мальчик застыл на месте, с удивлением смотря на неожиданного гостя.

Существо огляделось… и широко улыбнулось ему, показывая мелкие зубы.

— Гарри Поттер, сэр!

— Тилли, нам нужна твоя помощь, — Гермиона невольно улыбнулась, видя ошарашенное лицо ученика. Гарри явно не понимал, что происходит, но чувствовал искренний восторг маленького ушастика.

— Тилли все сделает! — закивал тот, смешно мотая ушами.

— Гарри, не волнуйся, — поспешила объяснить девочка, видя взгляд Поттера. — Это домовой эльф. Что-то вроде магического слуги.

— Понятно, — Гарри немного успокоился. Теперь он ощущал, что похожее на Силу вокруг этого существа. Не та магия, что была уже привычна в людях и даже в некоторых предметах, а нечто новое. «Как Хогвартс!», вспомнил он ощущения от старого замка при медитации. Он слушал краем уха, как Гермиона объясняет эльфу, что им надо, и думал.

Что-то изменилось. Мальчик еще не до конца понял, но сейчас все казалось… другим: этот замок, Гермиона, он сам. Гарри нахмурился, стараясь понять… и потрясенно выдохнул сквозь зубы, не обращая внимания на любопытный взгляд Гермионы.

Сила! Он чувствовал ее совсем не так, как тогда, когда только приехал в Хогвартс. Последние месяцы он был занят тем, что пытался совместить новые (или старые) воспоминания, да еще привыкал к новой жизни… А теперь он привык. И мог сказать, что его зовут Гарри Поттер — а вовсе не Энакин Скайуокер, хотя что-то в его характере и поменялось. Когда он смотрит на Гермиону, то не вспоминает Оби-Вана, хотя и признает ее ум и авторитет, как будто она действительно его наставница.

— Гарри, что с тобой? — он понял, что Гермиона стоит совсем близко, с тревогой вглядываясь в него. Мальчик посмотрел в сторону — Тилли устанавливал мебель и вроде бы их не слушал.

— Гермиона… — он запнулся, не зная, как правильно сказать. И спросил. — Скажи, а ты ничего необычного не чувствуешь?

— Что? — она удивлено моргнула, не понимая. Почему Гарри задает такие странные вопросы?

— Я вдруг подумал… — он перевел взгляд на стену. Но девочка неожиданно поняла, что он не хочет смотреть ей в глаза. — Я — Гарри Поттер, мне одиннадцать лет. Я помню жизнь, где я был джедаем Энакином Скайуокером. И ситхом. Но… я — не он. Это просто воспоминания, будто я просто когда-то жил, и все. А ты?

— Я? — Гермиона задумалась. Теперь она поняла, о чем пытался сказать ученик. Да, она чувствовала себя именно Гермионой Грейнджер. Хотя и думала и чувствовала себя иногда как взрослый джедай Оби-Ван Кеноби. Она призналась: — Ты прав. Я — Гермиона Грейнджер. Хотя я почему-то иногда думаю о себе, как о джедае. И о тебе — как о своем ученике.

Она вдруг подумала, что это правильно. Жить в чужом и странном мире — зачем и почему, непонятно. А теперь это их мир. И они выбирают себе такую жизнь, какая им нравится. А джедаи…

— Хорошо, — Гермиона повернулась к другу, улыбаясь. — Значит, это наш мир! Это же здорово!

Гарри только кивнул. Да, теперь все правильно. Хотя он бы не назвал Хогвартс безобидным местом. Но теперь у него действительно появилась цель. И это — права Гермиона! — здорово.

***

Где-то в глубине Хогвартса ярко вспыхнула поверхность магического зеркала. И на мгновение показалось отражение двух детей — мальчик с зелеными глазами и черными волосами держал за руку девочку с густыми каштановыми волосами. А за их спинами появились и пропали полупрозрачные фигуры в просторных одеяниях.

Что бы это значило? Но это явление не увидел никто — а потому, тайна осталась тайной. До времени, когда те, кто был отражен, не придут к зеркалу Желаний…

***

Гермиона достала очередную книгу из стопки рядом с собой и откинула тяжелую обложку. Гарри вздохнул.

Они снова сидели в библиотеке — девочка решительно потащила его за собой, когда они вышли из комнаты.

— Нам нужны знания. А знания — это сила, — авторитетно заявила она, увлекая друга за собой.

— А силы много не бывает? — Гарри смирился. Действительно, теперь он чувствовал себя по-новому. Но даже если так, и в этом мире он был никем — очень знакомое ощущение! Поэтому он решил попробовать что-то изменить.

… — Смотри! — прервала его мысли Гермиона, пододвигая книгу. Гарри вчитался в первые строки и замер. Рекомендации по тому, как чувствовать магию и увеличение силы в перспективе. Очень похоже на практики джедаев — для совсем неопытных падаванов. Неужели, и в этом мире есть нечто подобное? А почему никто из учителей никогда не говорил об этом?

— Где ты это взяла? — ему показалось что-то странным. Через секунду он понял — обложка книги казалась немного запыленной. Как будто книгу давно никто не брал. Мальчик поморщился, когда пыль попала на пальцы. — Ее что, никто никогда не брал?

— Кто-то брал, — Гермиона провела пальцем по обложке и внимательно смотря на слой пыли. — Пыли много, но не чересчур.

Девочка захлопнула обложку и решительно пододвинула книгу ученику. Все же, Гарри ее ученик, что бы они ни думали.

— Мы будем изучать ее, — тоном не терпящим пререканий, заявила она. — Мы же хотим стать сильными магами?

— Почему учителя никогда не говорили об этом? — Поттер послушно взял книгу и, достав носовой платок, протер обложку.

— Не знаю, — Гермиона украдкой посмотрела на мадам Пинс, но та не обращала внимания на двух первокурсников. Девочка понизила голос. — Я взяла эту книгу в секции, куда первокурсников не пускают. Поэтому, спрячь ее.

— Мы воруем книги? — Гарри удивленно хмыкнул. Кажется, Гермиона смогла его удивить. Но он был не против — эти знания действительно казались полезными. Да и вообще… судя по слою пыли, книгой все равно не интересовались.

— Мы вернем ее, — Гермиона слегка покраснела. Конечно, она поступила неправильно. Но ей казалось, что времени почти не осталось…

— Знаешь, Гермиона… — Гарри вдруг серьезно посмотрел на нее. — Я не думаю, что знания спасут нас от всего. Даже в том мире… мы знали не все.

— Мы знали достаточно, чтобы достичь своей цели, — резковато ответила девочка. Настроение друга ей не нравилось. Если они будут опускать руки, то ничего не добьются. А вокруг и так много странностей — взять, хотя бы, Дамблдора. Или тролля. А ментальный паразит в шраме? Возможно, пробуждение памяти дано им именно для того, чтобы они могли противостоять неведомой опасности. Гермиона подумала, что в том мире это называлось бы волей Силы. Она посмотрела на своего ученика. — Представь, что было бы, если бы память не проснулась? Ты бы смог хоть что-нибудь сделать?

— Извини, — Гарри понял, что она права. И поежился от неожиданного озноба. Кем бы он был — забитым мальчиком из чулана? Он уже знал, как жесток этот мир. Хогвартс — не сказка. И он мог бы запросто умереть.

Мог бы. Но не теперь. Да, воспоминания не кажутся полностью «своими». Но они есть и он может их использовать.

Гарри Поттер кивнул сам себе. Им выпал редкий шанс. И они воспользуются им по полной. Сомнения отступили.

***

Альбус Дамблдор стоял у окна своего кабинета, задумчиво смотря вниз. Пейзаж был так себе — ноябрь, как-никак — но его интересовал не он. Природа всегда действовала на него успокаивающе — в отличие от людей, которые окружали его.

— И что ты на это скажешь, Фоукс? — пробормотал он. Феникс за его спиной коротко курлыкнул. Директор вздохнул. Если бы он мог отогнать мысли, которые назойливо вертелись в голове. Вроде и мелочь — а вон как!

Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер. Все-таки, это странно. В этом возрасте дружбы между мальчиком и девочкой почти не бывает — а они встретились совсем недавно. И ведут себя так, будто знакомы много лет. Педагог со стажем, он полагался на свою интуицию. А она предупреждала его о странности, вызывая тревогу. В мире магии много странных вещей, но ничто из этого безобидным не является.

Дамблдор отошел от окна и подошел к насесту со своим фамилиаром. Феникс выгнул шею, подставляясь под поглаживающие движения ладоней. Но больше ничего. Тишина. Альбус невольно вспомнил, что было раньше — Фоукс разговаривал с ним. Давал советы. Помогал. А теперь… формальное послушание и все. И не поймешь, что его так обидело.

— Если бы ты мне помог, все было бы лучше. Всем. Почему ты так поступаешь? — не удержался он, чувствуя под ладонями магическое тепло. Ответа не было. И маг, тяжело вздохнув, отошел.

Скоро Рождество. Он покажет Гарри Поттеру зеркало Еиналеж. А потом… посмотрим. Директор не собирался отступать из-за мелочей. Если повезет, зеркало поможет решить многие проблемы.

Глава 13. Рождество. Ожидания и реальность

Гарри никогда не думал, что на Рождественские каникулы Хогвартс будет таким пустым. И что многие ученики будут покидать его с радостью. Именно это снова напомнило ему свою непохожесть на них. Ему было некуда возвращаться. А то место, где он жил раньше, его домом не было.

И самым тяжелым было, что Гермиона тоже уехала. У девочки была семья в этом мире.

— Прости, Гарри, — она виновато смотрела на него, кутаясь в теплую мантию. Парочка первокурсников стояла на улице, на берегу Черного озера. Гарри смотрел на середину озера, которая так и не поддалась льду, и молчал. А что он мог сказать?

— Мне нужно вернуться домой — родители будут беспокоиться, — нарушила возникшую паузу Гермиона. Она отлично понимала друга. Почему-то вспомнились отрывки той жизни. Как Энакин потеряно бродил по коридорам Храма, пытаясь привыкнуть к тому, что стал падаваном. Ни друзей, никого… одиночество окутывало маленькую фигурку мальчика. И Оби-Ван потом корил себя за то, что не смог этого понять — тогда. Девочка с досадой закусила губу. Сейчас в глазах Гарри она видела то же самое. — Ты не один. Веришь?

— Верю, — Гарри улыбнулся бледной улыбкой. На душе немного потеплело. И предстоящая разлука уже не казалась чем-то ужасным. Это ненадолго — он справится!

Мальчик улыбнулся воспоминанию. Завтра Рождество — и подарки. По крайней мере, один подарок у него будет: от Гермионы. И он тоже кое-что приготовил…

— Мистер Поттер! — он подпрыгнул, услышал за спиной знакомый резкий голос. «Снейп!» — Что вы тут делаете?

— Гуляю, — он повернулся, заранее опуская глаза. И принимая виноватый вид. Он не знал, почему мастер Зелий ненавидел его — а в оценке его чувств он не ошибался — но старался лишний раз не давать повода. Ему не привыкать…

— Советую вам вернуться в гостиную, — Снейп сверлил мальчишку подозрительным взглядом. Гарри показалось, что он хочет что-то спросить и не решается.

— Поттер… — мальчик мазнул взглядом по его лицу, но не посмотрел в глаза. И Почувствовал внутреннее раздражение профессора смешанное с удивлением. — Вы занимаетесь спортом? Или борьбой?

— Мы с Гермионой занимаемся бегом, — сразу признался Гарри, лихорадочно размышляя. Почему такой странный вопрос? Снейп что-то понял? Но маги не занимались боевыми искусствами — за все время пребывания в Хогвартсе он точно ни о чем подобном не слышал.

— Бегом, — профессор хмыкнул. Гарри чувствовал, что подозрение никуда не делось. Но мужчина немного расслабился. — Это не магловский мир. В Хогвартсе есть спорт — занимайтесь квиддичем. Вы слышали о нем?

— Да, — Гарри уже понял, что ему нравится летать. В прошлой жизни тоже было это чувство свободы — но магический мир давал совсем другие возможности. Метла была более маневренной, а значит и подвижной. Гарри Поттер очень любил уроки полетов и это знали все, кому это интересно. Но квиддич… мальчик совсем не хотел этим заниматься. И Гермиона была против — подвергать себя ненужной опасности ради ублажения толпы — глупо. Он тогда промолчал, но все же согласился. — Мне не нравится квиддич.

— Понятно, — мастер Зелий выпрямился и немного брезгливо оглядел мальчика. — Идите в свою гостиную, Поттер.

— Да, сэр, — Гарри послушно развернулся и пошел по коридору. Хорошо еще, гостиная Хаффлпаффа была недалеко. Со Снейпа станется проверить.

И все же, почему профессор спросил про борьбу?

***

Северус Снейп проводил взглядом маленькую фигурку, нарочито медленно шедшую по коридору. Гарри Поттер. Его персональная головная боль. И то, что он увидел сегодня, никак эту боль не уменьшило.

А дело было в том, как мальчик двигался. Опытный дуэлянт сразу уловил знакомые движения. Так двигаются воины. Он уже слышал, что Поттер занимается бегом — его с Грейнджер видели несколько раз утром возле озера — но этого точно недостаточно для подобной пластичности суставов. А она была — хоть и не на высоком уровне. И все равно — для этого необходимы специальные упражнения, которые ребенку знать совершенно неоткуда.

Снейп внутренне вздохнул. Он не может выбивать признание силой — как бы ему этого ни хотелось. А так Поттер не скажет, это точно. И тем более не ему.

Он направился в подземелья, на время отложив вопрос. Гарри Поттер не был единственной странностью Хогвартса в этом году. И освободившееся свободное время дает ему возможность попробовать разобраться во всем. Или хотя бы попытаться.

***

Поверхность магического зеркала поблескивала серебром, но присмотревшись, можно было понять, что блики никак не связаны со светом, падающим на ровную поверхность. Альбус отступил на шаг и, не удержавшись, кинул взгляд на отражение.

В глубине зеркала заклубилась темная тень, постепенно приобретая форму. Но маг уже поспешно отвернулся, жалея о случайном порыве. Он и так знал свое самое заветное желание. Но дело было даже не в нем.

Альбус Дамблдор знал, что на самом деле представляет из себя старинное зеркало. И знал, что использовать его так, очень опасно. Древний артефакт мог разрушить разум и волю, если его не контролировать. Он небрежно провел ладонью по витиеватой надписи. Зеркало не просто показывало — оно вызывало жгучее, непреодолимое желание, ради которого человек был способен на все.

Властолюбец, после такого сеанса, становился бы одержимым властью. И шел «по головам» ради своей мечты. Альбус иногда подозревал, что Том Риддл все-таки в него заглянул. Иначе как объяснить странную одержимость нелепой идеей?

И сопротивляться этому воздействию было очень трудно. Кто-то бы сказал, что невозможно. Но Дамблдор верил — очень хотел верить! — что это не так. Потому что… он тоже стал жертвой этого артефакта. И смог найти заклятие, которое обезвреживало темную сторону артефакта.

Именно поэтому, Гарри Поттер сможет заглянуть туда — если он, Альбус Дамблдор, будет рядом, чтобы защитить. И направить туда, куда нужно. Если бы не странное поведение Гарри, он бы так не рисковал. Но теперь у него не было выхода.

Старый волшебник вышел из комнаты, аккуратно прикрыв дверь. Скоро, совсем скоро все станет так, как и должно быть.

***

Рождество. Мальчик открыл глаза, осознав наступление нового дня. И праздника. Гарри поднялся с кровати. В спальне он был один — соседи разъехались на каникулы. И на всем факультете осталось человек пять — все старшие курсы, кроме него.

Так даже лучше. Он с улыбкой потянулся, думая как проведет этот день. Тренировка — обязательно. Но нужно же и отдыхать! И начнет он, пожалуй, с подарков…

Подарки лежали маленькой кучкой у кровати. Гарри был уверен, что они будут — по крайней мере, Гермиона ему уж точно что-то подарит. И точно — маленький сверток. Открытка и… маленький стеклянный шарик. Мальчик озадаченно встряхнул подарок. Внутри заклубился белый дым. И все.

Что это? Он повертел открытку, заглянул в упаковку. Ничего. Ни строчки, ни намека. Как будто он должен сам догадаться! Гарри замер от неожиданной мысли. Неужели, Гермиона способна так поступить? Чутье нашептывало, что да.

Он кивнул сам себе и отложил подарок. Потом. А сейчас его внимание привлекли другие подарки. Открытки с поздравлениями от сокурсников — он сам послал нечто подобное. Мелкая монета — от Дурслей. Гарри ухмыльнулся. Кажется, дорогие родственники были рады приплатить, чтобы его никогда больше не видеть.

Коряво сделанная флейта — от Хагрида. Мальчик пожал плечами и засунул поделку в тумбочку: подальше с глаз. С Хагридом он не общался и подарок казался странным. Потом покажет его Гермионе.

А последний сверток наставил его насторожиться. Внутри было нечто магическое — он уже умел чувствовать магические ауры предметов и мог точно сказать. Не враждебная. Но кто станет посылать ему вещь, которая буквально сочится магией?

Гарри осторожно развернул сверток, стараясь не коснуться предмета внутри. На пол упало что-то серебристое и невесомое. И клочок пергамента сверху. Мальчик также аккуратно поднял записку.

«Твой отец отдал эту мантию мне на хранение. Настало время вернуть ее сыну. Используй ее с умом».

И все. Ни подписи, ни пояснений. Поттер нахмурился. Слишком много странностей. Мантия? Он присмотрелся. Если это и мантия, то из странного материала. Прикасаться к ней ему не хотелось — от магического фона покалывало кончики пальцев. Что будет, если он прикоснется к ней — или наденет?

Нет. Знакомство с магическим миром уже успело научить юного волшебника одному — не прикасаться к странным магическим вещам. Во избежание.

И поэтому Гарри Поттер взял старый пакет и осторожно затолкал в него странную мантию. Пользуясь какой-то палкой. И запихал пакет на дно чемодана. Пусть посмотрит Гермиона, она лучше него разбирается во всяких магических штуках. А пока ее нет, пусть будет подальше.

И мальчик с легким сердцем побежал вниз. Скоро будет завтрак, на который он не хотел опаздывать. А дальше будет видно.

***

Ночной Хогвартс обладает своей особой прелестью. Темная в ночном полумраке фигура скользнула в неприметный коридор. Ни факелов, ни светильников — только густая почти осязаемая тьма вокруг.

Северус присел на корточки, сливаясь со стеной. Если Барон прав — а так оно почти всегда и было — чуждая этому миру сущность пройдет здесь. Зельевар догадывался, кого увидит. Но вел себя так, будто он ничего не знает. Ведь Барон не сказал ему имени? И потом никто не сможет обвинить…

Легкое движение. Не воздуха — жизни. Все живое излучает энергию и опытный менталист умеет это чувствовать. А Северус мог даже определить степень физического и психического состояния. Существо, которое шло недалеко, распадалось.

— Какая неожиданная встреча, Квирринус, — Снейп вышел прямо перед мужчиной в тюрбане, загородив дорогу. Он так и думал. Заика Квиррелл. С чуждой сущностью в своем теле. Зельевар даже удивился, как он раньше этого не почувствовал — настолько сильным сейчас было иное присутствие. — Вы куда-то торопитесь?

— Ссеверусс, — Квиррелл говорил странно — не заикаясь, но теперь почти шипя. И это шипение казалось странно знакомым. Снейп нахмурился, пытаясь вспомнить. — Я сспешшу.

— Я чувствую в тебе ментального двойника, — почти спокойно произнес Северус, крепко сжимая палочку. Это был риск… но не больший, чем присутствие этого существа и дальше в школе. О детях зельевар не волновался — ему было все равно. Но само присутствие этого нарушало магическое равновесие замка. И, конечно, влияло на тех, кто здесь жил. И на него тоже.

— Собираешься заняться экзорцизмом? — теперь Квиррелл говорил чисто, без заиканий и шипения. Снейп тревожно шевельнулся. Что-то было не так. И чуждое присутствие стало ощущаться слабее.

— Я не могу допустить присутствие одержимого в Хогвартсе, — почти спокойно сказал он. На грани слуха возник тонкий и очень пронзительный звук. Он, казалось, шел отовсюду. Зельевар увидел лицо Квиррелла — слишком спокойное для этой ситуации.

— А если это допускает Дамблдор? — Квиррелл чуть улыбнулся и сделал шаг назад, увеличивая расстояние между ними. — Неужели директор ничего не заметил?

— Он сам тебе так сказал? — оскалился Снейп, чувствуя, как забилось сердце. Альбус… на этот раз ты перешел все границы. Магия такого не прощает.

— Если ты не дашь мне пройти, то умрешь, — звук нарастал. Северус невольно завертел головой, отмечая, что Квиррелл отходит все дальше. А потом… его накрыло. В глазах резко потемнело, а грудь сдавило так, что стало невозможно дышать. Мужчина пошатнулся и упал на колени, сжимая голову. Мыслей не осталось — только странный пронзительный звук, который казалось разрывал череп изнутри.

Он попытался поставить блок. Не получилось. Магический щит. Опять не то. Звук нарастал и через минуту он просто потерял сознание, мешком повалившись на холодный пол коридора. А человек в тюрбане холодно улыбнулся и аккуратно обошел застывшую фигуру. И скрылся в ночном полумраке.

***

Он очнулся рывком, в первое мгновение только слыша бешеный стук своего собственного сердца. Темнота вокруг. Где факелы? Затем пришло ощущение запредельного холода, окутывающего его целиком — от макушки до пяток.

— Северус! — знакомый голос раздался прямо над ним, принеся еще одну волну холода. Мужчина поднял глаза, невольно прищуриваясь от мерцания, особенно яркого в кромешной темноте.

— Барон? — над ним завис призрак Слизерина, Кровавый Барон. И Снейп вдруг понял причину холода — от привидения шел весьма мощный поток. Похоже, именно поэтому он и очнулся. Он хрипло пробормотал. — Спасибо.

— Мальчишка! — призрак немного отлетел назад, унося ощущение холода с собой. Маг немного повел плечами, чувствуя, что тело задеревенело. Он долго лежал?

— Где я? — он по-прежнему не понимал. Это не походило на коридор, где он встретил Квиррелла. Но призрак не мог его перенести. Снейп вопросительно посмотрел на Барона. — Сэр?

— Мы в подземельях, — призрак снова подплыл поближе, притушив свое и так неяркое сияние. — И недалеко от твоих комнат.

— Почему я здесь? — он попробовал встать. Получилось, хотя ноги сильно дрожали. Зельевар нащупал стену рядом с собой. И все же, почему не горит ни один факел? — Так темно…

— Это… существо перенесло тебя сюда. Примерно полчаса назад. Я заметил это, когда все факелы стали гаснуть. Прилетел сюда — а тут ты, — Барон сердито замерцал, вспоминая. Ему не хотелось признаваться в том, что он — призрак! — впервые за много лет почувствовал страх. И когда он все же пришел туда, то увидел почти бездыханного декана Слизерина. И потратил много сил, чтобы привести его в чувство.

— Спасибо, — голос Снейпа звучал искренне. Мужчина слабо улыбнулся призраку. — Проводите меня до комнат, а то я ничего не вижу.

— Иди за мной, — Кровавый Барон повернулся и поплыл вперед, разгоняя тьму своим сиянием. Снейп, пошатываясь, побрел за ним.

***

Квиррелл сумрачно смотрел на дверь перед собой. Там, внутри, было то, что ему нужно. Все его чувства буквально кричали об этом. Но перед дверью виднелась тонкая вязь заклинания. Автор не вызывал сомнения — Альбус Дамблдор. И если он просто войдет в комнату, директор об этом сразу узнает.

А это совсем не нужно. Возможно, Дамблдор догадывается о том, что скрывает Квиррелл. Но не может знать точно. Здесь он обманул этого настырного мага — Снейп оказался проницательнее директора, кто бы мог подумать! Хорошо бы он замерз насмерть в том коридоре…

Темная сущность внутри слегка шевельнулась. Маг почувствовал, как тело охватила еле заметная дрожь. Лорд выражал неудовольствие препятствием. Но не более. Квирринус облегченно выдохнул. Волдеморт не стеснялся причинять боль, если хотел. Сегодня ему повезло.

«Мой Лорд, я не смогу снять заклятие Дамблдора незаметно». Он активировал ментальную связь, прося совета.

«Зеркало там, я знаю». Мысленный голос Волдеморта был таким же холодным и безжалостным, как и настоящий. И так же вызывал невольную дрожь страха. Квиррелл сглотнул. Ни одно место сосредоточия магии не могло долго выдерживать подобное существо — оно просто разрушало его, даже ничего не делая. И именно поэтому Квирреллу хотелось поскорее уйти из Хогвартса, достигнув цели. Если он останется, даже его тело станет разрушаться от противоречия магических потоков. А ему хотелось жить.

«Камень внутри?» Это казалось странной ловушкой даже для Дамблдора. Спрятать Философский камень внутри опасного артефакта. Но все указывало именно на это.

«Сейчас я не чувствую его вибрации». Волдеморт беспокойно шевельнулся. Одним из преимуществ такого существования была способность чувствовать эманации магии, присущие чему-то одному. Квиррелл так не умел — и именно поэтому согласился «впустить» жильца внутрь. Он не смог бы найти в Хогвартсе то, что ему надо.

Вот только потом он осознал, что избавиться от него не получится. А значит, нахождение камня становится вопросом жизни и смерти. И на это молодой маг уж никак не рассчитывал.

Квиррел немного постоял перед закрытой, но не запертой дверью, а затем пошел обратно. Максимум, что у него осталось — три месяца. А вот что будет потом — он предпочитал не думать. Чтобы не сорваться и не наделать глупостей.

***

Дамблдор был в ярости и недоумении. Гарри Поттер явно не брал мантию в руки — иначе уже в первую же ночь он это узнал. На артефакт были наложены слабые чары Обольщения — хозяин вещи не захотел бы оставить ее никогда. И использовать как можно чаще.

Но Гарри не использовал мантию. Не ходил ночью, чтобы исследовать Хогвартс. И никак не попадал в комнату с зеркалом. Хотя у двери были слабые следы — но внутрь никто не входил. И это тоже навевало нехорошие подозрения.

Что же делать? Директор побарабанил пальцами по столу, размышляя. Он не может оставить зеркало там. После каникул риск того, что его найдет кто-то другой, возрастет в разы. Каникулы были идеальным вариантом — но Поттер снова все испортил. И завтра уже ученики приедут в школу…

Альбус тяжело вздохнул. Делать нечего — артефакт придется убрать. И это значит, что он будет просто вынужден более явно воздействовать на мальчика. А ведь он так не хотел этого! Для Альбуса не было ничего желаннее красоты интриги и того, что люди делают то, что он хочет, думая при этом, что это их выбор. Грубое воздействие — для неумех, вроде Тома Риддла.

И если ему придется опуститься до такого… Гарри Поттер пожалеет.

Глава 14. Сомнения Гермионы

Каникулы пролетели действительно быстро. И вот уже Гермиона возвращается в знакомый замок. И со смешанными чувствами. Потому что…

Родители были ей рады. Только увидев их, она поняла, что чувства никуда не делись — а ведь она боялась, что это странное пробуждение памяти скажется на этом. Но нет — и мама и папа были ей по-прежнему близки.

Странное ощущение. Она их не предавала и не отрекалась. И действительно хотела защитить. Но внутри все сжималось в ожидания подвоха. Будто родители возьмут и исчезнут, оставляя ее наедине с этим враждебным миром.

— Гермиона, что-то случилось? — мама заметила ее нервозность и обняла девочку. Гермиона немного растерянно улыбнулась.

— Нет. Просто… соскучилась по дому. Я уже и забыла, как он выглядит, — папа хмыкнул, останавливая машину. Девочка выбралась наружу, привыкая к виду родного дома.

Да, так и есть. Дом кажется немного чужим — и вместе с тем, удивительно знакомым. Ее дом. Она радостно улыбнулась. Какое приятное чувство — что есть место, где она может просто жить. Проснувшаяся память не давала такого ощущения — и Храм, и Татуин были просто убежищами временного, хотя и долгого проживания. А здесь был ее дом.

«Ради этого стоило умирать», неожиданно подумала она. И она обязательно приведет сюда Гарри — это не его дом, но все равно. Они пришли в этот мир вместе и хотя бы частично могут разделить радости друг друга. А однажды и Гарри найдет свой дом и пригласит ее в гости…

— Гермиона, не стой! — мама, смеясь, подтолкнула ее в плечо. Только сейчас девочка заметила, что застыла перед входом, углубившись в свои мысли. Она тряхнула волосами и прошла в дом за мамой, расстегивая теплое пальто.

— Елка! — она ахнула, уловив хвойный аромат. Родители никогда не покупали настоящую елку — чтобы не уничтожать природу, как ей объясняли в детстве. Но сейчас… она присмотрелась. Елка была искусственной. Но на столе и подоконнике стояли вазочки с пышными еловыми ветками. И аромат хвои пропитал весь дом.

— В вашей школе рубят ели? — от мамы не укрылась реакция Гермионы. Женщина прошла в комнату, держа пакеты с покупками. Девочка последовала за ней.

— Да, когда я уезжала, в холле стояла большая елка, — Гермиона с удовольствием вдохнула лесной запах. — Профессор Флитвик украшал ее при помощи волшебства. Это так красиво!

— Ну, наша елка тоже ничего, — Дэн Грейнджер поставил сумку с ее вещами в углу. Девочка не стала брать с собой чемодан, уезжая на неделю.

— Конечно! — Гермиона улеглась на диван и с удовольствием потянулась. Она дома!

— Так, юная леди, отдыхать будем потом, — мама посмотрела на нее смеющимися глазами. — Пойдем, поможешь мне на кухне.

— Да, мам, — Гермиона послушно направилась следом за ней. Это Рождество определенно будет необычным, она это знала.

***

День прошел как обычно. Родители шутили, расспрашивали ее о Хогвартсе — и хвалили за ответственное отношение к учебе. Гермиона вспомнила, что так было всегда. Она старалась учиться как можно лучше, потому что знала, что родители этому обрадуются.

— Мам, а можно мне пригласить в гости на каникулы друга? — она свернулась калачиком в кресле, наблюдая за огнем в камине. Рыжие язычки плясали в неведомом танце, завораживая девочку. Огонь… почему-то сейчас он казался ей таким красивым…

— У тебя появился друг? — Эмма Грейнджер с интересом посмотрела на дочь. — И кто он?

— Его зовут Гарри Поттер, — Гермиона встала с кресла и медленно подошла к камину. Пламя… оно звало ее. Девочка протянула руку…

— Гермиона! — мама встревоженно вскочила и замерла, пораженная увиденным. На ладони Гермионы танцевал маленький огонек. А девочка улыбалась.

— Мама, правда красиво? — она повернулась к матери, показывая ладонь. Женщина с трудом сглотнула. Почему ее девочка ведет себя так странно? Это же ненормально — хватать огонь голыми руками.

— Красиво, — растеряно сказала она, не зная, что делать. Вроде бы, огонь не повредил Гермионе. Это потому, что она волшебница? А Гермиона открыто улыбнулась. И сжала руку в кулак, пряча огонек.

— Ой, я забыла, — девочка стремглав помчалась к лестнице и мигом взлетела на второй этаж. Мать услышала, как дверь ее комнаты легонько стукнула.

«Что это было?» Эмма опустилась на диван, чувствуя себя абсолютно потерянной. Рождественские каникулы оказались совсем не такими безмятежными, как ей хотелось.

***

«Перо феникса!» Гермиона смотрела на маленькое перышко в своей руке. Оно было похоже на перо Фоукса — но не полностью. Более светлого оттенка. И по краям пробегали маленькие искорки — как от огня.

Девочка села на стул, все еще смотря на перышко. В голове было пусто. У нее получилось… что? Преобразовать огонь в перо феникса? Разве это вообще возможно? Она вдруг вспомнила, что Фоукс сказал ей: «в тебе Изначальный Огонь». Может, дело именно в этом?

Маленькая волшебница поежилась от этих мыслей. Мало того, что в ней пробудилась память человека из другого мира — так еще и эти странности с огнем. Почему-то она не сомневалась, что это связано с Гарри и тем, что у него палочка с пером феникса. Скорее всего, Фоукса.

— Сила хорошо пошутила над нами, — мрачно сказала она, вспоминая последние мгновения той жизни. Им было скучно? Теперь точно нет!

— Гермиона, с тобой все в порядке? — мамин голос раздавался немного приглушенно. Девочка вдруг вспомнила, что она только что видела — и с тревогой закусила губу. Ей совсем не хотелось, чтобы ее родители считали ее странной или ненормальной. Что же делать?

— Да, мам! Я… сейчас приду! — крикнула она, надеясь, что мама услышит. Гермиона осторожно положила перышко на стол, решив рассмотреть его позже. И решительно направилась к двери. Сначала она успокоит родителей. А потом решит, что делать ей самой.

***

Успокоить родителей ей удалось с большим трудом. Несмотря на то, что они вроде бы привыкли к мысли, что их дочь — волшебница, магия их все же шокировала. Гермиона расстроилась еще больше, когда папа невзначай поинтересовался, «не может ли она уйти из этой школы».

Но, увидев ее реакцию, они больше не поднимали вопрос. Девочка и сама не понимала, что ее больше возмущает. Да, родители не были готовы к проявлениям магии, это понятно. Но Гермиона чувствовала, что причина ее обиды гораздо глубже этого…

И тут перед глазами всплыло неожиданное воспоминание.

Оби-Ван не знал своих родителей, как, впрочем, и многие джедаи. И он искренне считал Храм своим родным и единственным домом до одного случая, изменившего все…

… Молодой падаван стоял рядом со своим учителем, радуясь, что тяжелая миссия наконец закончена. Вот уже полгода как они жили на этой планете, раздираемой гражданской войной — спасая невинные жизни и помогая мирному населению. Оби-Ван даже подумал, что ему жаль расставаться с Нэлли — девочкой-сиротой его возраста, которая помогала им все это время. Но расстаться все равно придется. Его ждал Храм, а ее — планета, на которой наконец наступил мир.

— Когда вы улетаете? — Нэлли грустно смотрела на фонтан посреди парка. Юноше показалось, что она не хочет смотреть ему в глаза. Оби-Ван присел на скамейку рядом с подругой, смотря только на нее.

— Завтра. Учитель сказал, что войны больше не будет. Значит, и джедаи больше не нужны, — он смотрел, как ветерок играет непослушной прядью волос девочки и думал, что хочет остаться. Храм впервые не казался ему желанным домом, куда он хотел вернуться. Даже несмотря на войну и множество смертей, что он видел на этой планете. Он осторожно улыбнулся. — Теперь тебе ничего не угрожает.

— Оби… — она давно звала его так. И ему даже нравилось, как Нэлли сокращала его имя. Было в этом что-то… доверительное. — А ты хочешь остаться? Здесь, со мной?

— Не знаю, — честно признался молодой падаван. За время миссий у него появлялись друзья, по которым он даже скучал. Но остаться навсегда? Нет, не хотел. Храм был его единственным домом и он хотел в него возвращаться не смотря ни на что. — Я джедай и мой дом на Корусканте.

— Я слышала об Ордене, — неожиданно неприязненно сказала девочка. — Они забирают Одаренных детей и даже не спрашивают их родителей. Надо — и все. Это как воровство. Ведь и тебя когда-то украли из твоего настоящего дома.

Тут он ее понимал. Родители Нэлли пропали во время этой войны. Тогда он решил, что она так странно говорит из-за этого. Он улетел с учителем на Корускант и скоро почти забыл об этой миссии, поглощенный новыми впечатлениями и делами.

… Но почему-то он уже не мог считать Храм своим домом…

Гермиона осознала, что сидит на своей кровати, обняв колени. Воспоминание из ее почти-другой жизни оставило четкое чувство растерянности и тоски. Девочка вдруг подумала, что это похоже на то, что происходит с ней сейчас. Странная закрытая школа, оторванность от семьи… как будто волшебники действительно похитили ее из привычного мира. И внушают свое видение мира. А она — хочет ли она всего этого?

… Вид Хогвартса не вызвал такой радости как раньше. Она знала, что там ее ждет Гарри. И она может многое узнать об этом новом мире из библиотеки и просто от других волшебников. Но, вместе с тем, ей хотелось… выбора, наверное. Волшебный мир его не оставил. И это осталось горьким осадком в душе.

Глава 15. Обещание

— Вот! — Гарри с осторожностью поставил перед Гермионой пакет с чем-то мягким. Девочка сразу почувствовала напряжение магического поля. Вещь была явно непростая. — Кто-то прислал на Рождество со странной запиской. Я не стал это трогать.

Он протянул подруге клочок пергамента. Та самая записка. Но содержание ситуацию не прояснило.

— Мантия-невидимка, — Гермиона задумалась. Она читала о таких штуках и знала, что это очень редкая вещь. Кто же мог подарить ее Гарри? Все это очень подозрительно. — Хорошо, что ты к ней не притрагивался. В волшебном мире есть возможность проклясть человека через вещь. Мало ли что…

— Думаешь, она правда принадлежала моему отцу? — в голосе мальчика проскользнули грустные нотки. Он еще помнил, как хотел, чтобы родители были рядом с ним. А тут еще вещь, которая принадлежала отцу… несправедливо, что кто-то может использовать ее в дурных целях!

Гермиона нахмурилась. У нее совсем не было опыта в проверке вещей на проклятия и заклятия. Даже если там что-то есть, она не сможет обнаружить. Хотя интуиция прямо кричала о том, что она права. Или это так действовала Сила?

— Мы можем пока спрятать ее, а потом, когда научимся, снимем все лишнее, — наконец сказала она. Она понимала чувства Гарри — но нужно было реально оценивать свои силы. Они еще дети, тем более ничего не знают об этом мире и о магии. Владение Силой — немного не то. Магия этого мира отличалась от Силы, хотя между ними точно было что-то общее.

Поттер вздохнул и молча кивнул. Странно, но слова Гермионы помогли. Сам он все же не удержался бы — он привык сразу действовать, несмотря на риск. Но учитель права.

— А мы сможем узнать, кто это? — он не хотел оставлял подобное без наказания. Это же оскорбление — так использовать память его родителей!

— Посмотрим, — неопределенно ответила Гермиона, мысленно отметив настрой ученика. Она его понимала. Но месть… ни в этой, ни в той жизни это не могло быть выходом. А Гарри все еще не мог до конца принять этого. — Сейчас самое главное — не поддаваться на провокации.

Гарри кивнул. Тут он был полностью согласен — тем более, он умел чувствовать подвох. И сейчас остро ощущал, как вокруг него плетутся интриги. Как хорошо, что рядом Гермиона, которая помогает успокаиваться! Без нее он точно бы натворил делов…

— Я не очень хорошо разбираюсь в интригах, — признался он. Ему всегда было проще сначала делать, а потом разбираться с последствиями. Причем эта черта характера была с ним всегда — он помнил себя таким как Энакина, так и Гарри. Наверное, это врожденное.

— Думаешь, я не знаю? — слегка улыбнулась Гермиона. Она не могла назвать и себя искусным интриганом. Но в данном случае этого и не требуется. — Но сейчас лучше ничего не делать. У того, кто послал мантию, наверняка были планы на тебя. И если ты ничего не сделаешь, то он точно себя выдаст.

— Наверное, мой отец ему доверял, — задумчиво сказал Гарри, обводя пальцем записку. Он много думал на этих каникулах. И все чаще ловил себя на мысли, что все, что с ним происходит, похоже на прежнюю жизнь. Тогда от него тоже много чего ждали. И он помнил, чем это закончилось. Он серьезно посмотрел на Гермиону. — Мне все это не нравится.

— Да, мне тоже, — девочка кивнула. Сомнения, появившиеся на каникулах, снова всколыхнулись неприятной волной. Гермиона решительно вскинула голову. — Не поддавайся на провокации. Мы сейчас в школе — значит, будем учиться. А все остальное нас не касается!

Она еще не знала, что будет делать, если анонимный посылатель мантии проявит себя. Наверняка это опытный маг, который может легко справиться с первокурсниками, которые еще ничего не умеют. Но — тут Гермиона решительно сжала кулаки, принимая решение — это не повод сдаваться. У них есть Сила — и клинки. Отобьются!

***

Северус вяло ковырялся в тарелке, слушая краем уха разноголосый шум Большого Зала. Каникулы окончились. Но зельевар не чувствовал в себе сил порадоваться или огорчиться этому. Это Рождество как будто что-то надломило в нем — мужчина не обращался к Альбусу за помощью и разъяснениями, старался не оставаться наедине с Квирреллом, да и вообще почти замуровался в своих подземельях.

— Северус, зайдешь ко мне после завтрака, — услышал он решительный голос директора. Неслышно вздохнул, но кивнул. Конечно, Дамблдор заметил и сделал выводы. А теперь придется изворачиваться — опять морока!

Подозрения оправдались. Снейп понял это по очень внимательному взгляду, которым наградил его директор, как только он вошел в кабинет.

— Вы вызывали, господин директор? — внешне спокойно спросил он, тут же поднимая внутренние щиты разума. Дамблдор был искусным легилиментом, но и Снейп был не хуже. Правда, еще не проверял это практически. Станет ли сегодняшний день исключением?..

— Сядь, Северус, — давления не последовало, хотя директор явно все заметил. Зельевар сел в кресло, испытывая легкую растерянность. И удивленно моргнул, увидев, как Фоукс легко вспорхнул на спинку его кресла. На его памяти феникс еще никогда так не поступал. А Дамблдор… улыбнулся. И сказал мягким тоном. — Я не враг тебе, Северус. Но твое поведение после Рождественских каникул меня очень тревожит.

Снейп почувствовал, как его тревога медленно уходит. Хотелось довериться человеку напротив себя… зельевар панически сжал кулаки, поняв в чем дело. Он и не знал о таком эффекте присутствия феникса — а то, что дело именно в этом, даже не сомневался. С другой стороны, он был даже рад. Сейчас он скажет все, что думает. И посмотрит на реакцию этого… директора.

— Я знаю, что в школу проник одержимый темным духом, — осторожно начал он, пристально следя за собеседником. Дамблдор помрачнел, но пока ничего не сказал. И маг продолжил. — На Рождество я попытался изгнать это существо из школы. Как вы знаете, присутствие одержимого влияет на общий магический фон окружающих, а дети в этом плане наиболее беззащитны.

— Приятно видеть твою заботу об учениках, — насмешки в голосе не было, но Снейп мысленно ощетинился. Уж Дамблдор-то точно знал, как зельевар относится к своим ученикам. Но следующая фраза заставила его замереть. — Значит, личность одержимого тебе известна? И кто это?

— Он утверждал, что вы знаете это, — попробовал увильнуть Снейп. К прямой конфронтации он точно не был готов. Взгляд Альбуса стал острым, как нож. Северус впервые за разговор почувствовал ментальное давление, пока не слишком сильное. Пока. Маг решил не искушать судьбу — признания он явно не дождется — и обреченно выдохнул. — Это Квиррелл.

— Мне больно видеть твое недоверие, Северус, — Альбус чуть покачал головой. Если бы Снейп знал его чуть хуже, то даже бы поверил. — Я ничего не знал об этом.

— Значит, теперь вы его изгоните? — ровным тоном спросил зельевар, догадываясь об ответе. Альбус Дамблдор был не тем человеком, с которым хотелось шутить. И сейчас он бы с большим удовольствием оказался бы подальше и от него и от Квиррелла.

— Это не так просто, — покачал головой старый маг, пристально глядя на Снейпа. Он был недоволен — угораздило же этого выскочку влезть куда не надо! Теперь эту проблему так легко не решить… — Если этот дух настолько искусно прятался все время, изгнать его будет весьма сложно.

Северус на мгновение прикрыл глаза. Он так и думал, в общем-то. Но вот получить подтверждение своим подозрениям было… неприятно. Конечно, он не говорил, что это за дух. И не скажет. Дамблдор точно все знает.

— Я понял, — он устало посмотрел на директора. — Но я не собираюсь приближаться к этому… существу.

— Это твое право, — кивнул Дамблдор, устало опуская плечи. Конечно, он понял все, что тот не сказал. Северус Снейп ему явно не доверял. Но с этим ничего не поделаешь. Главное — теперь он не будет вмешиваться. — И можешь приходить ко мне в любое время. Ты можешь мне доверять.

Северус молча кивнул и встал. Это были просто слова — и оба прекрасно это понимали. Зельевар направился к двери своей обычной стремительной походкой, не оглядываясь.

***

С Квирреллом явно было что-то не так. Гермиона поняла это, как только пришла на первый после Рождества урок ЗоТИ. В Большом Зале почувствовать было трудно — но теперь, когда «профессор» находился совсем рядом… эманации разложения и отчаяния буквально окутывали худую фигуру в нелепом фиолетовом тюрбане. И они были настолько сильными, что девочка даже удивилась, что больше никто этого не замечает. Кроме Гарри.

Мальчик явно чувствовал себя плохо. Гермиона с запозданием заметила, что его глаза совсем мутные от боли. И, приглядевшись, поняла почему. Ментальный паразит в шраме активизировался и теперь небольшое темное облачко буквально окутывало голову Гарри, пульсируя в такт пульсу. Оно явно реагировало на изменения в состоянии Квиррелла.

«Да что же это такое!» Гермиона прикусила губу, лихорадочно соображая. Полгода прошло, а она так и не узнала, почему Гарри реагирует на странного местного ситха. Несмотря на всю кучу книг, что она прочитала, Гарри также мучается в присутствии мутного мага. Этот паразит в шраме… на этой мысли она будто споткнулась. Шрам! Конечно, и как она не подумала! Шрам оставшийся от проклятия Темного мага — возможно, это связь с этим самым магом. Недаром же многие говорили, что тот не умер, а просто где-то прячется…

Она с новым интересом присмотрелась к заике-ситху. Вторая сущность в нем — возможно Волдеморт. Но почему этого никто не заметил? Ей как-то не верилось, что школа магии не имеет никаких защитных и опознавательных щитов — не идиоты же они, в самом деле. Гермиона поняла две вещи. Во-первых, книги ей не помогут — ситуация слишком уникальная и редкая. Если и есть такие книги, то точно не в школьной библиотеке. И второе, учителя или, как минимум, директор точно в курсе проблемы. И то, что никто ничего не делает, означает опасность — и для них с Гарри, и для других учеников.

— Гарри, ты как? — она постаралась незаметно поддержать друга за локоть, когда все выходили из класса. Поттер явно чувствовал себя очень плохо. И странным было как раз то, что никто не обращал на это внимания.

— Плохо, — еле слышно прошептал он, наваливаясь на подругу своим весом. Гермиона подхватила его при помощи Силы. Оглянулась — никого нет. И, потащив в конец коридора, затолкнула друга в пустой класс.

— Сейчас, — лечебных заклинаний она еще не знала, потому и палочку доставать не решилась. Вместо этого, девочка решительным движением приложила раскрытую ладонь ко лбу мальчика и сконцентрировалась, призывая все свои способности джедая. И сразу ощутила, как расслабляются скрученные мышцы Гарри.

Темное облачко под ее пальцами всколыхнулось, но тут же уменьшилось. Полминуты — и все вернулось в норму. Если считать нормой паразита, что остался на своем месте, только значительно уменьшившись в размерах. Став даже меньше, чем раньше.

— Интересно, — Гермиона хищно посмотрела на шрам, подавляя в себе желание немедленно проверить свою догадку. Вот если воздействовать целебными эманациями Силы на шрам, уйдет ли паразит совсем? Но сейчас было точно не время это проверять — скоро следующий урок. — Гарри, ты как?

— Уже лучше, — Гарри с удивлением смотрел на подругу. Он понял только, что она применила Силу, что-то из целительных практик. И у нее получилось! — Что это было?

— Давай поговорим вечером, — Гермиона уже тащила его к двери. — Но кажется я нашла способ избавить тебя от паразита!

Гарри улыбнулся, следуя за учителем. В груди поселилось необъяснимое чувство уверенности и защищенности. Он вдруг понял, что Гермиона стала для него не просто другом, каким он видел Оби-Вана. Она защищала и заботилась о нем, давала правильную цель в жизни…

«Я никогда не предам тебя», молча поклялся он, смотря на густую гриву каштановых волос идущей впереди подруги. И наставника. Оби-Вана он когда-то предал. Но история больше никогда не повторится!

Глава 16. Песня феникса

Уроки тянулись медленно. И трудно было сказать, кто нервничал больше — Гарри, на которого периодически накатывали приступы дурноты, или Гермиона, твердо решившая разобраться с проблемой сегодня.

Она потащила друга в их тайную комнату сразу после обеда. Хорошо, что уроков в этот день было немного! И удачно, что на их уход никто не обратил внимания: все уже привыкли к тому, что они постоянно пропадают где-то вдвоем.

— Ты чего-то боишься? — Гарри с любопытством смотрел на то, как Гермиона тщательно проверяет дверь комнаты. Мальчик уже немного успокоился и начал думать, что все не так серьезно, как ему показалось утром. Но подруга видимо так не считала.

— Это на всякий случай, — немного непонятно отозвалась она, поворачиваясь к нему лицом. Гарри заметил нахмуренные брови. — Сегодня я попробую избавить тебя от паразита в шраме.

— Сегодня? — он почему-то испугался. Все происходило очень быстро. Да и эта неуверенность в ее голосе…

— Я полгода пыталась найти хоть что-то, — Гермиона с досадой сжала кулак. Конечно, она злилась в первую очередь на себя. — А сегодня поняла — помнишь, после урока ЗоТИ?

— Лечебная практика джедаев, — Гарри задумался. Он плохо в этом разбирался. Но его знаний хватило, чтобы понять принцип ее действий. — Но… почему не магия? Ведь в этом мире Сила действует немного по-другому.

— Потому что я не смогла найти ничего похожего. Может, и есть такое заклинание — но искать его можно всю жизнь. Ты хочешь растянуть это удовольствие подольше? — девочка требовательно посмотрела на него. Да, здравый смысл говорил о том, что нужно подождать — как маги они еще ничего не умеют. Но… Гермионе не хотелось ждать. Почему-то ей казалось важным избавить Гарри от паразита как можно быстрее — и не важно, как.

Гарри, кажется, тоже что-то понял. Поттер серьезно кивнул и сел на диванчик у стены.

— Знаешь, так плохо, как сегодня, мне еще не было, — вдруг сказал он, вспоминая урок ЗоТИ. И присутствие Квиррелла казалось почти непереносимым… наверное, Гермиона права. Если им удастся, по крайней мере одна проблема будет решена.

Гермиона кивнула. Она понимала, что с Квирреллом они не справятся — он точно не так прост, как кажется. Да и его Темная аура…

— С Квирреллом что-то случилось, — сказала она, подходя к другу. Поколебавшись, присела рядом на диван. — Наверное, на Рождественских каникулах что-то произошло.

— Я ведь его почти не видел, — Гарри задумался. Гермиона права. Жаль, что Квиррелл совсем не пропал — им же было бы легче. Мальчик слабо улыбнулся. — Правда, я видел, как Снейп на него косится за завтраком. Может, он что-то знает?

— Мы не будем спрашивать у него, — девочка фыркнула, представив себе эту картину. И решительно встала с дивана, глядя на друга. — Давай ложись. Хватит болтать о пустяках.

— Это не пустяки, — все еще улыбаясь, запротестовал Гарри. И как ей получается так легко догадываться о том, что он хотел сделать? Магия, не иначе.

— Закрой глаза, — Гермиона сосредоточенным движением положила обе руки ему на лоб. И призвала Силу.

***

В подземельях было тихо. По его мнению, даже слишком. Северус Снейп завернул за очередной поворот, чувствуя неприятное тянущее чувство. Что-то происходило. И это «что-то» могло повлиять на общую магию замка. И на его обитателей, естественно.

— Не стоить бродить сегодня по коридорам, декан, — Кровавый Барон выплыл из стены неожиданно. Снейп обрадовался тому, что даже не вздрогнул. Почти. Маг изучающе посмотрел на призрака.

— Вы знаете, что происходит? — прямо спросил он. Он знал, что волшебники недооценивают привидения. А между тем, общение с этим народом могло привести к неожиданным последствиям. И дать ощутимую выгоду.

— В этом году в Хогвартсе много странного, — туманно произнес Барон. Но не сдвинулся с места. Зельевар понятливо кивнул. Иногда привидения не могли говорить прямо. Но то, что Барон остался, говорило о том, что он хочет поделиться с ним информацией.

— Одержимый был… в подземельях Слизерина? — он невольно вспомнил неприятные ощущения прошлой встречи. А ведь тогда он действительно был уверен в своем превосходстве!

— Нет, — Барон чуть засеребрился, показывая эмоции. Северус с удивлением опознал недовольство и смущение. Но что может смутить призрака? — Он ходит возле того коридора. Но вы это знаете и без меня.

— Я пообещал директору, что не буду ничего делать, — признался Снейп, чуть опираясь на стену. Разговор с Бароном помог ему, и теперь маг чувствовал, что беспокойство немного уменьшилось. Хотя и не пропало совсем. — Мне не нравится, что это находится в замке.

— Пивз рассказал мне интересную вещь, — Барон вдруг ухмыльнулся. Зельевар попытался подавить невольную дрожь — это выглядело неприятно… — Гарри Поттеру стало плохо после урока ЗоТИ. Его подружка даже приводила его в чувство на перемене.

— Гарри Поттер? — Снейп скривился. Еще один неприятный лично ему обитатель замка. Но тут смысл слов дошел до сознания. — Плохо? То есть, он реагирует на Одержимого?

Это было действительно странно. Юные маги были более чувствительны к магическому фону, это так. Но Квиррелл в Хогвартсе около полугода. И еще никто не реагировал на его «вторую сущность». Если бы Поттер обладал повышенной чувствительностью, он реагировал бы не только на Квиррелла. А этого не было заметно. Но был еще один вариант.

— Воздействие стало сильнее, — маг пристально посмотрел на Барона, но призрак оставался в том же положении. Не подтверждая и не отрицая. А потом неожиданно наклонил голову, как при прощании.

— Хорошего дня, господин декан, — и прошел сквозь противоположную стену. Снейп несколько ошеломленно посмотрел ему в след.

Впервые за много лет он ощутил желание оказаться подальше от Хогвартса. Предчувствие неприятностей на этот раз грозило сбыться. Однако… маг вздохнул и продолжил обход территории.

***

Он плыл в странном сером пространстве, чувствуя странное удовлетворение. Чувство цельности заполнило его до краев, делая мысли ленивыми и неторопливыми. Не нужно было никуда спешить, что-то делать…

Черное облако возникло незаметно. Казалось, оно просто раз — и появилось прямо перед ним, излучая явную угрозу. И это немного отрезвило его.

— Гарри, ты его видишь? — сначала он не понял. Голос Гермионы отдавал странным эхом. И серое пространство вдруг расцветилось разноцветными линиями со всех сторон. Мальчик вспомнил.

Он сейчас в трансе, а это его собственное метальное пространство. А значит, черное облако — это…

— Вижу. Черное облако, — это было немного похоже на ментальную сущность ситхов. Не зря же их называли Повелителями Тьмы. Хотя навряд ли многие могли по-настоящему понять правду… в глубине памяти неожиданно шевельнулись воспоминания Дарта Вейдера. Но слишком слабо, чтобы повлиять.

— Я начинаю, — откуда-то сверху упал луч ослепительно-белого света, вонзившись в центр «облака». Гарри невольно отпрянул, чувствуя странное притяжение. Сгусток черной энергии вздрогнул и… потянулся за мальчиком. Он отступил еще дальше. Не помогло. Странная сущность будто чувствовала, где он находится. А еще стремилась уйти от ярко-белого луча.

Гарри почувствовал странное напряжение внутри себя. Что-то пыталось пробудиться. И почему-то ему этого точно не хотелось. Перед глазами замелькали картинки «прошлой» жизни.

— Твое имя… — темная фигура застыла над ним, подавляя в Силе насыщенной Тьмой. Он понимает, что раньше его просто вывернуло наизнанку от такой концентрации. А сейчас ощущения почти нормальные. И от этого «почти» еще больнее. Потому что назад пути нет. — Дарт Вейдер.

Инициация Тьмы. Это только кажется легким — просто назвать имя, ну и убить кого-то: что сложного? Джедаи так и думали всегда. Они считали ситхов сумасшедшими фанатиками. Да он и сам так когда-то думал. Пока не узнал правду.

Тьма изменяет саму суть, искажая мышление и ценности. Раньше он думал, что необратимо. Но ему повезло. Странная нелогичная вера Люка Скайуокера нашла тот последний кусочек Света, который затерялся где-то глубоко в душе. И смог раздуть эту искорку до настоящего пожара, поглотившего Тьму. Теперь он был Светлым. Навсегда. Это его выбор.

— Ты не имеешь надо мной силы, — кажется, он сказал это вслух, отгораживаясь от темной сущности рядом с собой. Он не Темный. А значит, эта сущность должна быть уничтожена. Гарри собрал все силы для последнего рывка.

***

Гермиона хмурилась. Ритуал шел совсем не так, как она рассчитывала. Да, сначала ментальный паразит явно уменьшился от воздействия чистой Силой, в которую вплелись нити Света. Но потом… все остановилось. Подселенец явно крепко держался за Гарри, буквально прорастая в его ауру. И ей не удавалось это поменять.

Гарри внезапно дернулся, как от удара. А затем… его сознание вспыхнуло Светом. И новая волна прокатилась по всему телу, выжигая Тьму.

— Нет! — девочка лихорадочно напряглась, удерживая сознание друга. Так не должно было случиться! Но случилось. Если ничего не сделать, Гарри погибнет!

Песня раздалась внезапно. Странно-успокаивающие звуки, непохожие ни на что были, казалось, везде. Потрясенная Гермиона увидела, как аура Гарри успокаивается, а Свет уменьшается. И никакого сгустка Тьмы больше нет.

Тепло она почувствовала сначала щекой. А когда повернула голову, чуть не зарылась лицом в пушистые теплые перья. И, самое странное, никакой тяжести на плече, как в прошлый раз.

— Фоукс, — девочка осторожно погладила невесть откуда взявшегося феникса. Руку обожгло. А феникс наклонил голову так, чтобы их глаза оказались напротив.

«Огонь чуть не сжег мальчика. Нельзя так делать, маленький птенчик».

Огонь? Гермиона застыла от неожиданности. О чем говорит Фоукс? Она видела Свет, но огонь?

— Мы не знали, что так будет. Внутри Гарри было что-то темное, наверное опасное, — почему-то захотелось оправдаться ей. Сейчас она и вправду чувствовала себя глупо. Кто же занимается такими вещами без подготовки? А если бы с Гарри действительно что-то случилось и он умер? Им просто повезло, что Фоукс пришел на помощь.

«Сейчас этого уже нет». Феникс слегка сжал когти и Гермиона почувствовала легкое давление на плече. «Ты хочешь о чем-то спросить меня, птенчик?»

— Да, — девочка смущенно покраснела. Сразу вспомнилось странное Рождество. — Почему я могу касаться огня? И… получать перо, как у феникса. И что такое Изначальный Огонь? И…

«Погоди». Кажется, Фоукс рассмеялся. Хотя при мысленной речи это считалось невозможным. Феникс взмахнул крыльями и спланировал на диван рядом с лежащим Поттером. Мальчик все еще был без сознания. Фамилиар негромко курлыкнул и Гермиона почувствовала волну чистой Силы, пронесшейся по комнате. Гарри дернулся и открыл глаза.

«А теперь поговорим». Гермиона непроизвольно поежилась. Кажется, сейчас она узнает все.

Глава 17. Сила Изначального Огня

Песня. Гарри прикрыл глаза, испытывая чувство невероятной свободы. Кажется, такого с ним никогда еще не было. Даже когда он летал. В воздухе он был свободен — но не так. Прекрасные звуки, окружающие его со всех сторон, давали силы быть… собою?

Ему казалось, что еще чуть-чуть, и он поймет нечто важное. Мальчик мысленно улыбнулся. А еще где-то рядом была Гермиона…

— Здравствуй. — Голос был похож на песню. Гарри нахмурился, не открывая глаз. Он почувствовал, как разом навалилась усталость.

— Кто ты? — чего-то не хватало. Гарри сосредоточился и понял. Странная темная аура, которую он чувствовал со дня прибытия в Хогвартс. Ее теперь не было. Был свет. И присутствие чего-то теплого.

— Мы уже встречались, — голос немного отдалился. Мальчик почувствовал ментальное давление. Его как будто выталкивало из энергетического пространства. И тянуло вверх.

… — Гарри, ты как? — подруга склонилась над ним, с тревогой всматриваясь в глаза. Гарри улыбнулся.

— Все хорошо. Кажется, у нас получилось, — он с некоторым трудом сел, чувствуя странную тяжесть в теле. И увидел феникса. Кажется, Фоукс? Фамилиар Дамблдора. Поттер напрягся, готовясь давать отпор.

— Фоукс нам помог, — Гермиона тоже обернулась, заметив его реакцию. И неожиданно тепло улыбнулась фениксу. — А еще он обещал нам кое-что рассказать.

— Да, — феникс чуть взмахнул крыльями, устраиваясь поудобнее. В Силе он чувствовался как ослепительно-яркий сгусток Света. Гораздо чище любого джедая, из всех знакомых.

— Все прошло успешно? — мальчик чувствовал себя великолепно. Но его встревожило озабоченное выражение на лице Гермионы. Девочка кивнула и улыбнулась ему, садясь рядом.

— Фоукс помог. Кажется, нам не надо было заниматься этим в одиночку, — она слегка сжала его пальцы, переживая заново неприятные минуты. А ведь их спасло действительно чудо!

— Сила Изначального Огня не игрушка, — Фоукс снова напомнил о себе, глядя на детей. Гарри насторожился. Что-то такое он уже слышал, вот только где?

— Так что же такое этот Изначальный Огонь?

***

— Вставай, ну! — разъяренное шипение ввинчивалось в мозг, раскалывая голову на части. Квиррелл с трудом открыл глаза и огляделся мутным взглядом. Что с ним произошло? Он вспомнил, как в затылке внезапно вспыхнула боль, и почти сразу все тело охватила странная слабость. А потом он, кажется, упал. Хорошо еще, он был в своей комнате!

— Хозяин, что произошло? — он осторожно сел, прислушиваясь к себе. Вроде, все в порядке. Хотя нехорошая слабость осталась… Волдеморт выдал шипящую серию ругательств.

— Я не знаю! — в итоге признался Темный Лорд. Странная ситуация выбила его из равновесия. Он не знал, что точно почувствовал Квиррелл, но подозревал, что далеко не все, что досталось ему. Эта жуткая боль… как будто кто-то прицельно ударил именно по нему. Но кто мог знать где он?

Квиррелл с трудом встал. Комната качалась перед глазами, вызывая тошноту. Но сейчас мага волновало совсем не это. Хозяин не мог справиться с ситуацией! Сердце сжал дикий страх. Захотелось бежать, спрятаться, найти какое-нибудь укрытие — только бы не быть здесь. Не быть уязвимым.

— Стоять! — Волдеморт наконец обратил внимание на состояние носителя. И оно его категорически не устроило. Неважно, что произошло — он разберется с этим позже. Тем более последствий пока не видно. А вот настроения Квиррелла другое дело. Что-то слишком часто он в последнее время думает о побеге… — Никуда ты не пойдешь!

Молодой маг судорожно вздохнул. И склонил голову, признавая поражение. Опять.

— Да, хозяин.

***

Сила закручивалась вокруг феникса причудливыми узорами. Гарри зачарованно смотрел — и понимал, что ничего, абсолютно, не знает о том, что происходит. И почему это происходит.

— Изначальный Огонь — первопричина и суть всего в мире. В вас обоих есть его отпечаток. Но в тебе, — Фоукс посмотрел прямо на Гермиону и щелкнул клювом, — его больше. Ты похожа на нас, фениксов. Детей Изначального Огня. Он горит в тебе. А перо… материальное выражение Его силы.

— Почему я? — девочка почувствовала недосказанность. В ней не было ничего особенного — по крайней мере, Гарри был таким же. Они оба пережили слияние с Силой, оба обратились к Свету, оба пришли в этом мир. Но этой странной способностью обладала она одна. И это было странно. — Гарри ведь тоже чувствует Силу! Но он не имеет этой способности…

— Отпечаток Тьмы, — Гарри вздрогнул. Он почему-то сразу понял, что имел в виду феникс. И это совсем не ментальный паразит. Нет. Он был ситхом, а это не могло пройти бесследно. Даже если он и смог обратиться в конце концов к Свету.

Фоукс перелетел поближе и сел напротив мальчика. Поттер почувствовал странное напряжение Силы.

— Твоя душа отмечена Тьмой. Навсегда. Именно потому симбионт и смог присосаться к тебе.

Гарри медленно кивнул. Да, теперь кое-что стало понятным. Палпатин называл подобное шлейфом Тьмы. Ситх укреплялся в Силе при помощи особой практики. И Сидиус заставил ученика в свое время закрепить ее. Значит, шлейф остался с ним и после смерти и перехода на Светлую Сторону. И теперь к нему легко может прицепиться всякая дрянь...

— Я хочу научиться управлять этой способностью, — Гермиона тоже что-то поняла. Желание защитить Гарри стало больше. Надо же — и в этой жизни он нуждается в ее помощи! Девочка решительно вскинула голову и сверкнула глазами. Она справится!

— Хорошо, — феникс склонил голову, светясь в Силе. Казалось, он был доволен. Маги тоже были довольны. Хотя бы такой определенностью.

***

И дни снова потекли, сливаясь в недели. Тренировки, общение с фениксом, наблюдение за Квирреллом — это занимало все время. Но Гарри вздохнул с облегчением, погружаясь с успокаивающую суету.

А вот Квиррелл стал еще более странным, чем раньше. К заиканию добавились странные заминки, когда маг просто застывал на месте, глядя на окружающих пустыми глазами. А затем, как ни в чем не бывало, продолжал разговор. И, как ни странно, никто из учителей не встревожился. А ученикам было все равно.

… — Смотри, — Гермиона раскрыла ладонь, на которой танцевал маленький огонек. Гарри завороженно посмотрел на него и протянул руку. Хотелось коснуться… в последний момент он отдернул пальцы и виновато посмотрел на подругу. К его удивлению, она улыбалась. А затем кивнула ему, потягивая ладонь ближе. — Коснись, не бойся. Это даже полезно.

Повторять не пришлось. Кончики пальцев погрузились в манящее тепло. И Гарри впервые за долгое время почувствовал покой.

Тепло. Оно согревало пальцы и распространялось вверх по руке, растекаясь затем по телу. И все тревоги становились совсем не важными.

— Изначальный Огонь прогоняет Тьму, — Грейнджер смотрела на него с исследовательским интересом. Даже карие глаза, казалось, немного посветлели и приобрели рыжий оттенок. Оттенок огня. — Хорошо помогает при стрессах.

— Полезно, — только и смог сказать ошарашенный мальчик. Сердце кольнула мимолетная зависть — прошлое перечеркнуло для него всякую возможность стать таким. И этот Свет никогда не станет его полностью. Поттер опустил руку и посмотрел на Гермиону. На ее оживленную улыбку и радость от того, что получилось чего-то достичь… и стало немного легче. — Пойдем на следующий урок.

— Пойдем, — Гермиона что-то заметила, но промолчала. Гарри просто не привык. Потом все будет нормально. По крайней мере, она очень на это надеялась.

***

— Проклятье! — Северус Снейп с ненавистью посмотрел на чистый пергамент перед собой и снова отложил перо. И почему он не может просто написать жалобу «кому надо» и решить наболевший вопрос?

А вопрос действительно наболел. Квиррелл, странный заика и Одержимый, кажется перешел на новую грань опасности. Северус почти физически чувствовал ауру отчаяния и разложения, когда оказывался рядом с ним. А эти приступы… бр-р. Когда это случилось в первый раз, ему показалось, что одержимый маг внезапно умер — такая пустота без единого признака жизни во взгляде… Но потом он отмер и Снейп испугался еще больше. Потому что он не понимал, чем является это странное существо. Не лич и не инфернал — но и живым он его назвать тоже не мог.

Он тогда даже обратился к призракам. Но Кровавый Барон ничего не сказал — хотя маг понял, что он что-то знает. Ушедшие-за-Грань не могли совсем ничего не почувствовать. Но все молчали — даже надоедливый Пивз, что странно.

И вот теперь он сидит и пытается написать письмо. Кому? В том-то и дело, что он не мог решить. В Министерство обращаться не хотелось, старые «друзья» могли что-то потребовать взамен — и совсем не безобидное. Международная полиция? Северус понял, что грызет перо.

А Дамблдор притворяется, что ничего не происходит. Зельевар вздохнул… и решительно поднялся из-за стола. Он снова поговорит с директором. А потом решит. Потому что проблема стала больше, чем они смогут справиться, это очевидно.

***

Дамблдор был в замешательстве. Нет, не так. Директор стоял у окна кабинета и смотрел вниз, пытаясь понять, что происходит. Почему странные мелочи, происходящие в последнее время, складываются в странную или даже страшную картину? И этой ситуацией он управлять не сможет — несмотря на напускную важность, Альбус знал свои пределы.

Все началось, как ни странно, с Фоукса. Верный фамилиар вдруг проявил несвойственную ему тягу к прогулкам и стал исчезать почти каждый день в неизвестном направлении. Не то, чтобы Альбус возражал — Фоукс был свободен делать, что хочет. И маг никогда не ограничивал своего любимца. Но вот состояние странной тревоги, появившееся в результате этого, стало неприятным сюрпризом. Как и то, что фениксы отгоняют негативные эмоции — как он узнал из древнего фолианта.

А вот состояние Квиррелла внушало уже реальные опасения. Одержимость перешла в другую стадию — да, сам маг стал разрушаться и физически и ментально. Но и «жилец» набрал больше сил. И Альбуса волновало то, что причин к такому повороту не было совсем. Абсолютно!

И Гарри Поттер. Мальчик повеселел в последнее время. Чему не мешало даже присутствие Одержимого Темным Лордом. Дамблдор помнил пронзительное чувство опасности, когда он заметил этот факт. Раньше реакция всегда была. А теперь не было. И что бы это значило, старый маг не знал. И это уже выводило из себя.

Осторожный стук дверь отвлек его от мыслей. Дамблдор быстро посмотрел в сторону — Фоукс опять исчез неизвестно куда. Внутри шевельнулось недовольство и маг озадачено нахмурился.

— Да, открыто! — дверь открылась сразу. Дамблдор нахмурился еще сильнее. Северус Снейп. Вот уж кого он не хотел бы видеть. Настырный мальчишка, казалось, не понимал намеки и влезал не в свое дело с упорством, достойным лучшего применения.

— Господин директор, — Снейп формально поклонился, отмеряя наклон головы с отточенной четкостью. Чем больше официальности, тем лучше. А с Дамблдором особенно.

— Северус, рад тебя видеть, — Альбус невольно подавился словами «мальчик мой» и скривился еще сильнее. Ну никакой радости в жизни! — Что-то случилось?

— Да, случилось, — Снейп сел в кресло напротив директора, неестественно прямо выпрямив спину. — Меня беспокоит ситуация с Квирреллом.

— Кажется, мы говорили об этом в прошлый раз, — Дамблдор переплел пальцы перед собой. Да, недооценил он декана Слизерина, недооценил. Но власть директора еще никто не отменял.

— Тогда ситуация не была настолько… угрожающей, — Северус подавил порыв отвести глаза. Нет, он не уступит. Больше нет. — Присутствие этого существа угрожает детям и взрослым магам. И я считаю, что даже вы скоро не сможете справиться с ситуацией.

— Неожиданно… — Альбус пристально посмотрел на молодого мага. Ему уже давно не ставили ультиматума. И кто — молодой щенок, зависящий от его милости! Но и проигнорировать он этого тоже не мог. Директор вкрадчиво спросил: — Что ты предлагаешь, Северус?

— Уберите его из школы, — Снейп крепко сжал подлокотники кресла. Он боялся — и понимал, что Альбус может сделать с ним все что захочет. — Пока не стало слишком поздно.

Дамблдор замер, размышляя. Снейп был прав, к сожалению. Квиррелл стал реальной угрозой. Но что тогда делать с его планами? И можно ли что-то сделать вообще?

— Сегодня вечером, — он принял решение. И недобро улыбнулся, смотря на зельевара. — Ты пойдешь со мной, Северус.

— Да, господин директор, — Северус снова поклонился и быстро встал с места. Он и не надеялся, что Дамблдор так просто оставит его неповиновение. Но он будет готов. — Увидимся вечером.

Дамблдор проводил его тяжелым взглядом. И мрачно посмотрел на пустой насест феникса. И где Фоукс, когда он так нужен?

Глава 18. Сокрытое в ночи

Фоукс вернулся перед ужином. Дамблдор сразу же подошел к фамилиару и приложил ладони к пушистой спинке. Полегчало. Маг более свободно выдохнул и начал наглаживать перья строптивого любимца.

— Совсем ты меня оставил, Фоукс, — магия феникса текла свободно и маг расслабился еще больше. И тревожность прошла. Феникс закурлыкал и потерся клювом о руку Альбуса. Тот засмеялся. — Пойдешь со мной вечером? Без тебя я не справлюсь.

Фоукс внимательно посмотрел на мага своими умными глазами. И наклонил голову. Дамблдор улыбнулся. Сейчас, рядом с Фоуксом, предстоящее не пугало и будущее казалось легко достижимым.

Жаль, что так бывает не всегда…

***

— Сегодня будет хорошая ночь, — Волдеморт шипяще засмеялся. У него было хорошее настроение. Несколько недель Квиррелл, этот жалкий маг, пытался сопротивляться ему. Ему! И Темный Лорд с удовольствием ставил его на место. Власть была все так же сладка, несмотря на его состояние…

— Да, хозяин, — вяло согласился Квиринус. Сил не осталось. Что самое удивительное — на его попытки никто не обратил внимания. Ну ладно, ученики — он не обольщался насчет своей популярности. Но учителя! И слепой бы понял, что с ним что-то не так. А вот маги не поняли. А теперь у него сил не осталось даже на это — Волдеморт победил окончательно.

— Самое время для охоты на единорога! — Темный Лорд почувствовал искренний ужас Квиррелла и снова рассмеялся. Решение было очевидным, и Волдеморту оно нравилось еще тем, что он ничем не рисковал в этом случае. Кровь единорога воздействовала физическое тело, настолько перенасыщая его энергией, что оно со временем не выдерживало. Обыватели называли это «проклятием», но он-то точно знал, что это не так. Впрочем, объяснять что-либо он не собирался. Ему нужна дополнительная энергия и он достанет ее. А Квиррелл… все равно не достоин ему служить. Не с тех пор, как попытался сопротивляться.

Темный Лорд потер руки, чувствуя притухшее сознание слуги. Тот даже не сопротивлялся тому, что Лорд управляет его телом. И это более чем устраивало мятежного духа.

***

Сумерки мягко опустили на землю. Дамблдор небрежно провел ладонью над артефактом, выглядящим как маленький стеклянный шар. Кабинет осветило неяркое зеленоватое сияние. Маг нахмурился, уловив направление потока. Что Квиррелл делает в Запретном Лесу? И почему именно тогда, когда он принял решение?..

Тихий стук. Снейп шагнул в кабинет без приглашения. Альбус искоса посмотрел на коллегу — черные глаза казались провалами на бледном лице. Куда там вампирам и прочим зомби.

— Господин директор?

— Квиррелл сейчас в Запретном Лесу, — Дамблдор отошел от стола. Артефакт почти сразу стал успокаиваться. Маг протянул руку, на которую сразу же опустился феникс. — Идем сейчас. Вне школы будет даже проще сделать все… что мы хотим.

Губы зельевара беззвучно шевельнулись, но он ничего не сказал, только отрывисто кивнул. Да и что он мог сказать Дамблдору? Оставалось только надеяться на то, что Одержимый не так силен, как на Рождество. Иначе у них будут проблемы…

Впрочем, они будут и так. Снейп аккуратно прикрыл за собой дверь, спускаясь по лестнице вслед за директором.

***

Шаг. Последний шаг — и у него никогда не будет будущего. И никакое чудо не сможет спасти человека, выпившего кровь единорога. Квиррелл с еле слышным всхлипом втянул воздух, чувствуя тяжелое присутствие хозяина.

Волдеморту было все равно, что станет со слугой. Квиринус понял это на Рождество — но реальное понимание обрушилось на него только сейчас. Ни будущего, ни даже просто награды за верную службу — Темный Лорд не собирался выполнять свои обещания. А у самого Квиррелла не было сил, чтобы отказаться от ставшей неприятной службы. И от этого отчаяние становилось больше.

— Квиринус, — холодное неудовольствие Волдеморта вызывало настоящий озноб. Молодой маг подавил порыв по-детски зажмурить глаза и шагнул на поляну, в центре которой лежало прекрасное магическое существо. Единорог. Всего лишь оглушенный каким-то неизвестным заклинанием Волдеморта. Пока оглушенный.

Он опустился на колени рядом с единорогом и достал маленький острый нож. Руки почти не дрожали — хотя внутри царила густая Тьма. И какая-то звериная тоска. Последний шанс… Маленький и глубокий надрез — и серебристая жидкость потекла тонкой струйкой.

Кровь обожгла губы. Квиррелл все же закрыл глаза, отчаянно глотая свою смерть. Да, смерть — кровь единорога могла спасти жизнь на короткий период. А затем маг, совершивший подобное, начинал постепенно угасать. Он не знал, можно ли обратить процесс. Но понимал, что Волдеморт точно не станет делать этого для него. Все так просто…

Чужая злая радость заполнила разум, вызывая почти тошноту. Темный Лорд был очень доволен. А затем… тело омыла волна энергии, снимая усталость и боль. Квиррелл изумленно распахнул глаза, не доверяя собственным ощущениям. Могущество, сила… его просто переполняли удивительные ощущения. Теперь он мог все.

Хриплый смех прозвучал в тишине ночного Леса неестественно громко. Но теперь это было неважно. Квиррелл хохотал, подняв лицо к небу. И странное шипение, похожее на смех совсем не смущало. Здесь и сейчас ему было хорошо.

И даже полупрозрачный купол, накрывший поляну, не мешал этой нежданной радости.

***

«Отвратительно». Северус смотрел на безумно хохочущего мага со смесью брезгливости и недоумения. И опаски. Одержимый, выпивший крови единорога… опасность ночной прогулки возросла вдвое.

Альбус взмахнул палочкой, накрывая поляну охранным кругом, замыкая противника в ловушку. Снейп подобрался, нащупывая в кармане флаконы с зельями. Но Квиррелл снова его удивил. Одержимый перестал смеяться, но поза все так же была расслабленной, будто не произошло ничего необычного. А потом повернулся к ним спиной.

Боль. Левое предплечье прошило неожиданным спазмом. Северус еле удержался на месте, хватаясь за руку. Метка горела огнем, как если бы Темный Лорд стоял рядом с ним и умышленно воздействовал на него. Но, несмотря на это, он заметил взгляд Дамблдора. Директор смотрел на него почти с научным любопытством.

— Какая встреча! — Снейп почувствовал, как по спине побежала холодная струйка пота. Волдеморт! Он не мог ошибиться, хотя и почти убедил себя, что этого не может быть. Как наивно с его стороны…

— Ты зашел слишком далеко, Том, — Дамблдор был подозрительно спокоен. Северус привалился к какому-то дереву и полез в карман за зельем. Глоток — и боль немного отступила. По крайней мере, теперь он мог следить за тем, что происходило на поляне и даже что-то сделать при случае. Он был уверен, что Дамблдор это тоже заметил.

— Не смей называть меня так! — опять этот голос. Но губы Квиррелла не двигались — Снейп был точно уверен. Тогда как?.. Виски сдавило, мешая думать. И Северус решил, что это неважно. Главное — избавиться от врага. И тут надежда на Дамблдора, который был все-таки сильным магом. — Ничтожество!

— Но ты всегда боялся меня, Том, — Альбус криво улыбнулся. Как же бесили подобные типы! Мнят о себе Бог знает что… Жаль, что сейчас уничтожать его нельзя. История Гарри Поттера научила его осторожности. — Даже сейчас.

— Никогда! — Волдеморт был в бешенстве. Как они посмели мешать ему? Темный Лорд сосредоточился, ощущая энергию крови единорога. Он сильнее! Купол заклинания лопнул.

Но в лицо уже летело заклинание. Над поляной раздался дикий вой и тело Квиррелла сломанной куклой упало на землю. В небо унесся сгусток черного дыма, за которой устремилась рыжая молния. Северус Снейп обессиленно сел на землю, чувствуя, что боль утихла.

— Он ведь жив? — тихо спросил он, глядя на то, что было Квирреллом. Заику жалко не было. Но такой смерти он не пожелал бы никому.

— Конечно, — Альбус быстро наложил диагностирующее заклинание на Квиррелла и кивнул, убеждаясь в догадках. Мертв. Директор задумчиво посмотрел на обессиленного зельвара. Реакция бывшего слуги на присутствие хозяина даже в таком виде… удивляла. — Фоукс проследит за ним, не волнуйся. Главное, что Хогвартс в безопасности.

— Да, — Северус собрался с силами и кое-как встал, держась за дерево. Слабость уходила неохотно, но маг чувствовал себя значительно лучше. Хорошо, что он не пытался справиться с ситуацией самостоятельно, пришла запоздалая мысль.

— Идем. Тебе надо отдохнуть, — Дамблдор повернулся и первым пошел по тропинке. Помощь он даже не предлагал. Снейп вздохнул и пошел следом. Ночная прогулка вытянула из него все силы.

***

Яркий костер догорал, озаряя своими всполохами окружающий лес. Вот только никто не мог видеть этой необычной картины — костер в Запретном Лесу. Никто, кроме…

Феникс поудобнее уселся на крупном валуне и пространство огласили чарующие звуки. Огонь стал ритмично пульсировать в такт. Внутри еще можно было заметить бесформенную субстанцию. Но что это, уже определить было невозможно.

Огонь догорел и Фоукс взмахнул крыльями. Невесомый пепел закружился в воздухе, закручиваясь спиралью. И опадая. Темный Лорд Волдеморт покинул этот мир.

Глава 19. Выбор

Пространство вокруг нее вздрогнуло, принося почти физическую боль. Гермиона замерла с расширенными от шока глазами. Видения… внезапные видения накрыли ее с головой, путая сознание.

… Вот красивая чаша на какой-то подставке медленно оплывает и теряет форму. А внутри нее бьется чей-то крик — боль такая, что темнеет в глазах…

… Старый домовик катается по полу, прижимая руки к груди. А на груди горит синим пламенем старинный медальон…

… Убогая хижина вспыхивает как свечка в моментальном пожаре. А на полу лежит кольцо со странным камнем…

… Груды хлама на странном складе горят, превращаясь в черный пепел. И изящная диадема находится прямо в центре…

… Костер посреди Запретного Леса. Величественный феникс взлетает вверх, под торжествующую песню…

«Фоукс?» Гермиона шевельнулась, с трудом приходя в себя. Хорошо еще, никто не заметил — соседки по комнате спали крепким сном. Только маленький ночник горит у кровати.

Девочка села, обхватывая себя руками. Эти видения были истинны — она чувствовала такие вещи. Но смысл ускользал. Главное — это как-то касалось Фоукса. Он был в ее последнем видении. Волшебница уже вытащила перо, которым могла позвать его, но в последний момент остановилась.

Она никогда не вызывала феникса посреди ночи. А что, если кто-то проснется и увидит его? А в гостиной вероятность встретить еще кого-нибудь больше. Нет, рисковать нельзя. Гермиона спрятала перо и снова легла в кровать. Завтра у нее будет возможность. И рядом будет Гарри — вместе они разберутся.

Больше в эту ночь ее сон ничего не побеспокоило.

***

Северус мрачно смотрел на стакан в своей руке. Кажется, он хотел напиться до потери сознания. Опьянение было, он чувствовал. Но сознание покидать не спешило. И пронзительно четкие картинки произошедшего этой ночью снова и снова всплывали перед глазами.

— Будьте прокляты, — язык заплетался, но Северус с извращенным удовольствием подумал, что давно хотел это сделать. Послать подальше Лорда, Дамблдора, да и эту школу. Поттер? Плевать он хотел на мальчишку, пусть живет, как хочет. А его от этих игр уже тошнит. Вот, уедет он из Англии, может даже сменит имя… и заживет припеваючи.

Мечты. Северус Снейп поднялся с кресла и, шатаясь, побрел в спальню. Отчаянно хотелось чуда. Вот только даже в мире магии это практически нереально. Увы.

Оставленный в кабинете камин вспыхнул неожиданно ярким пламенем. Но маг этого уже не видел.

***

— Ты заметила? Квиррелл куда-то пропал, — Гарри толкнул Гермиону локтем, привлекая внимание подруги. Девочка рассеяно посмотрела на стол преподавателей. Гарри был прав. Но за столом не было не только Квиррелла.

— Снейпа тоже нет, — отметила она и вернулась к своему завтраку. Настроения не было. Произошедшее этой ночью не давало Гермионе покоя. Случилось что-то очень важное, что может изменить их жизнь. Девочка чувствовала это достаточно четко. И теперь все мысли были заняты тем, как увидеться с Фоуксом. Феникс был единственным, кто мог ответить ей на вопросы — в этом она и не сомневалась.

— Его часто не бывает за завтраком, — Гарри пытался растормошить подругу. — Но я не о том. Кажется, я могу чувствовать его на расстоянии. Эту ауру, понимаешь? А сейчас я ее совсем не чувствую.

— Да? — Гермиона почувствовала интерес. Может ли это быть совпадением? В мире Силы совпадений не бывало. А здесь? Девочка задумалась. Но тут ее внимание привлекло другое событие.

— Дорогие ученики, минуточку внимания, — голос директора эхом разнесся по Залу. Дамблдор встал, привлекая внимание. — Сообщаю вам, что профессор Квиррелл внезапно покинул Хогвартс по семейным обстоятельствам. В связи с этим, уроки по Защите сегодня отменяются, а с завтрашнего дня будет составлено новое расписание. Всем спасибо за внимание.

— Вот, что я говорил? — Гарри возбужденно посмотрел на Гермиону. — С Квирреллом точно что-то случилось!

— Ты прав, — согласилась она. Ей не нравилась эта ситуация. Но… сейчас им лучше пойти на уроки. Желание повидаться с Фоуксом стало сильнее.

***

Альбус Дамблдор пытался решить важный вопрос — надо ли демонтировать полосу препятствий? Квиррелла нет, а значит и повода доходить до конца тоже не будет. Да и Гарри до сих пор не проявил никакого интереса к Запретному коридору.

— Почему все так сложно, Фоукс? — он улыбнулся, смотря на феникса — сегодня фамилиар поддерживал его, тихонько напевая успокаивающую мелодию. Жаль, что он не смог догнать дух Волдеморта в Запретном Лесу… Маг прошелся по кабинету, разминая ноги после долгого сидения.

Цель есть — привести Поттера к зеркалу Еиналеж. Магия артефакта обязательно повлияет на мальчика и направит его в нужную сторону. Но как это сделать, если Гарри Поттер так равнодушен к приключениям и не стремится разгадать тайны? Хотя…

— Фоукс, у меня есть для тебя задание.

Если невозможно сделать что-то напрямую, следует зайти с другой стороны. Этот подход Альбус Дамблдор освоил в совершенстве.

***

— Гермиона, а что мы забыли в подземельях Слизерина? — Гарри без энтузиазма огляделся. Сегодня уроки закончились раньше — ЗоТИ стояли последней парой — но вместо этого, Грейнджер потащила его в подземелья. — Еще наткнемся на Снейпа.

— Я хочу поговорить с Кровавым Бароном, — она сосредоточенно нахмурилась, вслушиваясь в Силу. Как оказалось, привидения можно отследить по характерному эху в Силе. И теперь девочка использовала открывшиеся возможности для своей пользы.

Поттер вздохнул и не стал уточнять, зачем ей это понадобилось. Ему показалось, что внезапное исчезновение Квиррелла встревожило подругу сильнее, чем она говорит.

— Мне кажется, что ты слишком волнуешься, — он рассеяно скользнул взглядом по стенам коридора, в котором они находились уже десять минут. Ничего интересного, тот же серый унылый камень, что и везде.

— А мне кажется, что ты слишком беспечен, — парировала Гермиона, наконец уловив нужный след. К счастью, совсем свежий. Девочка уверено двинулась вперед, зная, что Гарри пойдет за ней.

Поттер пожал плечами и тоже двинулся с места. Иногда Гермиона бывала настоящей занудой. Нет, он уважал подругу и признавал ее таланты. Но чрезмерная серьезность его иногда раздражала.

— Он здесь!

Очередной поворот — и Гарри увидел знакомую призрачную фигуру. Он удивленно нахмурился. Барон сегодня чувствовался в Силе совсем по-другому. Но ведь местные маги не могут иметь связи с Силой?

— Я знал, что вы будете искать меня, — Барон подплыл поближе, заставляя ежиться от холода близкого присутствия. — Особенно ты,

— Я хочу спросить, — Гермиона бесстрашно посмотрела на привидение. Решение поговорить именно с ним пришло к ней неожиданно — вдруг вспомнился собственный опыт нахождения в Силе в качестве призрака. И то, что в этом состоянии можно получить особые знания.

— Ваше время почти истекло, — Барон, казалось, проигнорировал девочку, поднявшись немного выше. Детей обдало волной запредельного холода. И тут произошло нечто странное — ощущение Силы изменилось. Как будто они находились в том, другом мире!

— Гермиона! — Гарри порывисто схватил подругу за руку, неосознанно ища поддержки. Мир стал размытым и нечетким. Мальчик почувствовал укол страха.

— Идите за мной, — призрак двинулся вперед, ослабляя воздействие. Хаффлпаффцы несколько мгновений ошеломленно стояли, а затем бросились следом.

Гермиона скоро поняла, куда они идут — вглубь подземелий. Кажется, там не бывали и сами слизеринцы. Девочка крепче сжала пальцы, чувствуя ответное пожатие. Почему-то, когда они держались за руки, было легче. Сила текла между ними, даря покой. Невольно вспомнилось боевое единение в прошлой жизни — когда они могли чувствовать намерения друг друга в бою и успешно вели сражения. Это было так давно — и кажется, что так недавно…

— Гермиона… — Гарри шептал тихо, но девочка услышала. С улыбкой повернула голову, смотря прямо в зеленые глаза. Он тоже вспомнил — она видела. Как и то, что теперь в его глазах больше никогда не появится той страшной Тьмы, что разделила их когда-то. Больше никогда.

— Сила ведет нас, — неожиданно сказала она, чувствуя, что это правда. Пусть в этом мире Сила другая — но Она есть. И она привела их именно к этому моменту. И скоро случится нечто необыкновенное. Возможно то, ради чего они и появились в этом мире. — Не бойся.

— Я не боюсь, — Поттер крепче сжал тонкие пальцы в своей ладони, чувствуя пульсацию энергии между ними. Он хотел сказать еще кое-что… но впереди послышался сухой голос Барона.

— Мы пришли. За этой дверью вы найдете все ответы. — Привидение парило посередине коридора, распространяя волны запредельного холода. А рядом обнаружилась тяжелая резная дверь с четко различимой сеткой заклятия. Очень мощного заклятия!

Которое резко потускнело, а потом исчезло, как только Кровавый Барон коснулся центра двери. Гермионе даже показалось, что на поверхности дерева показался легкий налет изморози. Она молча двинулась вперед, зная, что Гарри идет следом. Тепло его руки было единственным, что придавало хоть какую-то уверенность.

Девочка толкнула дверь, которая послушно распахнулась во всю ширь. И сделала первый шаг.

Небольшой зал. Никакой мебели — только большое, больше человеческого роста, зеркало в вычурной оправе. А еще — Фоукс, сидящий прямо на зеркале. Огненные искорки пробегали по длинным перьям, делая феникса похожим на тлеющий костер.

— Фоукс? — они остановились, не дойдя до зеркала. За спиной гулко хлопнула дверь. И Гермиона почувствовала, как кожа покрывается ледяными мурашками — только не от холода. Странная магия окружала их. И беспокойство нарастало с каждой минутой.

— «Загляните в зеркало», — феникс склонил голову, разглядывая детей. — «Оно даст ответ на ваши вопросы».

Гермиона сжала зубы, чувствуя подвох. Подходить к странному артефакту не хотелось. Но тут… вперед шагнул Гарри, не выпуская ее руки. И она вынужденно подошла, с удивлением смотря на гладкую поверхность, в которой появились их отражения.

Пару секунд ничего не происходило. А потом — за спинам сгустились тени и Гермиона с удивлением увидела двух мужчин в широких одеяниях джедаев. И они были ей знакомы!

— Ну, вот мы и встретились, — Оби-Ван Кеноби широко улыбнулся, смотря на девочку, как на старую знакомую. Гермиона почувствовала, как на мгновение закружилась голова. Сознание будто разделилось — она чувствовала эмоции странного отражения, и в то же время понимала, что они разные. Несмотря на одну душу. Рядом прерывисто вздохнул Гарри, наконец, отпуская ее руку. А Энакин Скайуокер в зеркале немного печально улыбнулся.

— Как такое может быть? — прошептала волшебница, ощущая, как внутри дрожит какая-то струна. Она снова менялась, но еще не могла понять изменения. И с Гарри происходило то же самое. — Что это значит?

— Это воля Силы, — Кеноби вздохнул. — В этом мире было нарушено равновесие. И Она использовала нас… то есть, вас, чтобы восстановить его. И теперь предлагает выбор. Вы можете уйти в Силу и тогда наши сознания снова объединятся. Или вы останетесь здесь и проживете отмеченный срок жизни. Но постепенно забудете многое из прежней жизни.

— Почему я чувствую себя… другой? — Гермиона запнулась, не зная, как выразить свои ощущения. Но Оби-Ван понял. И понимающе кивнул.

— Ты — не совсем я. Ты другая личность, как и Гарри — не совсем Энакин.

— А если наши сознания объединятся, то что будет? — девочка подозрительно прищурилась. Почему-то ей казалось, что ответ ей не понравится.

— Это будет новая личность. Не ты и не я, — подтвердил Кеноби. Гермионе показалось, что ему этого не хочется. Хотя теперь эмоции джедая чувствовали гораздо хуже. Она повернулась к Гарри, мельком отметив молчание его двойника. Почему Энакин ничего не сказал?

— Я не хочу уходить, — вдруг сказал мальчик, глядя на нее широко распахнутыми глазами, в которых почему-то появился странный испуг. Гермиона замерла, не понимая. Но разгадка не заставила ждать.

— Я могу говорить только с тобой, — сказал Оби-Ван, смотря на Гарри, — а Энакин говорил с ним.

Она задумалась. С начала этого учебного года все было не так. Новые ощущения, новые возможности… новая память. И новая — или старая? — дружба. И все эти события мешали задуматься о будущем — что они будут делать, когда вырастут. Как жить. Для чего. Предложение Оби-Вана не было полностью неприятным. Новые миры и другая жизнь — ее это привлекало. Но и этот мир тоже не был чужим. Здесь были ее родители, семья. И был лучший друг. И она не знала, как поступить.

— У меня никогда не было нормальной жизни, — с горечью сказал Гарри, глядя на нее. — Ни в той жизни, ни в этой. Но сейчас все может поменяться. Энакин сказал, что равновесие этого мира восстановлено. Это значит, что нам больше не надо спешить, или спасать этот мир. Можно… просто жить. И я хочу жить. Просто человеком. А ты… хочешь?

— Хочу, — почти сразу ответила она, видя необходимый ответ в его глазах, в его ауре. Да, она хотела эту жизнь — немного странную, во многом непонятную, но в их мире. А потом… кто знает, что будет. Ведь они точно знают — смерть еще не конец.

— До встречи, маленькая волшебница, — донесся до нее тихий шепот Оби-Вана. Гермиона резко повернула голову в сторону зеркала — но отражения джедая за ее спиной больше не было. Как не было и Энакина Скайуокера. А были они — Гарри и Гермиона. И теперь все казалось правильным. Гермиона неуверенно улыбнулась, поворачиваясь к другу и…

По поверхности зеркала прошла неясная рябь. Потом еще одна. И, наконец, оно погасло, стерев все отражения. Дети осторожно попятились, видя странный серый туман внутри зеркала. Нет, уже снаружи! Гермиона с холодком увидела, как плотные клубы тумана заполняют все помещение. И почувствовала странную вялость.

А дальше наступила темнота.

Эпилог. Что-то заканчивается, что-то начинается...

Северус Снейп стоял у опушки Запретного Леса, задумчиво смотря вглубь. Нет, он не собирался идти туда прямо сейчас. Но… скоро. Скоро, когда уедут последние ученики, уже отпраздновавшие на Пиру конец учебного года. И в Хогвартсе не останется никого лишнего.

И он не останется. После того, как Альбус Дамблдор неожиданно впал в магическую кому, школа осталась без директора. МакГонагалл не могла заменить старого волшебника во всем. И не могла заставить Северуса остаться — не тогда, когда сковывающие его Обеты пали, будто Дамблдор не жив, а на самом деле умер. Снейп не стал разбираться в этой странности — ему хотелось поскорее уйти. И он решил. Сначала он пойдет в Запретный Лес, как давно хотел. А потом… перед ним весь мир. И он найдет себе место в нем.

Зельевар вздохнул и пошел по направлению к замку. Его здесь больше ничего не держало. И это было просто замечательное чувство.

***

— Гермиона, а можно тебя навестить летом? — они сидели в купе вдвоем. Гарри немного волновался перед предстоящей встречей с родственниками — он уже успел немного забыть о своей нынешней «семье» из-за всех событий в этом году. Но чувство неприязни все равно тревожило.

— Конечно, я буду очень рада. Я думаю, что ты можешь погостить подольше. Я хочу показать тебе мой родной город, — девочка мечтательно улыбнулась. Чувство легкости и какой-то радости не оставляло ее последние пару месяцев. С тех пор, как они побывали у волшебного зеркала и сделали тот выбор. Теперь жизнь казалась абсолютно правильной и замечательной. Несмотря на сложности. Гермиона посмотрела на друга, с которым ее связывала не только эта жизнь. Это настоящее чудо даже для мира магии! И она не собиралась это чудо терять.

Как и говорил Оби-Ван, воспоминания прошлой жизни медленно тускнели. Гермиона даже рассчитала, что лет через пять они не то, чтобы все забудут — но уже не будут считать те воспоминания важными. Или относящимися именно к ним. Девочка немного расстроилась, сожалея о тех знаниях, которые точно будут утеряны. Но тут же придумала выход. Пока все еще есть, она будет тренироваться — и записывать. Она сохранит все, что возможно.

Гарри был согласен. Хотя Гермионе казалось, что его больше интересуют не знания, а сила и боевые навыки. Но она не была против. Гарри Поттер будет хорошим боевым магом. А она — ученым. И эта судьба устраивала ее гораздо больше.

Она вышла на перрон следом за Гарри. Прошла барьер, думая о своем. Но сразу узнала Вернона Дурсля, который стоял недалеко от платформы девять. Да, он был таким же, как и в воспоминаниях Гарри — большим, усатым и злым. Именно последнее заставило девочку пойти вместе с другом, а не к своим родителям, которые тоже были тут.

— Здравствуйте, дядя, — Гарри слегка улыбнулся, применяя отточенный прием — «убеждение Силы». Именно его он тренировал с особым усердием и теперь Гермиона поняла, почему: сердитые складки на лице Дурсля разгладились и мужчина неуверенно буркнул что-то приветственное. Гарри лукаво прищурился, смотря на подругу, будто говоря: «видишь?» Она кивнула и невольно улыбнулась. Кажется, волновалась она зря.

— Гермиона! — а вот и ее родители. Эмма сразу обняла дочь, с любопытством рассматривая черноволосого паренька в круглых очках. То, как Гермиона стояла рядом, сразу подсказало, что они друзья. И теперь женщине было интересно.

— Мама, папа! — девочка с радостью ответила на объятия и обернулась к другу, который со странной жадностью смотрел на них. Да, вспомнила она, он же сирота… Она шагнула к Гарри взяла его за руку. — Знакомьтесь, это мой друг, Гарри Поттер.

— Приятно познакомиться, мистер и миссис Грейнджер, — вежливо кивнул мальчик. Эмма и Дэн благожелательно улыбнулись. Вежливый мальчик им понравился.

— Мы тоже очень рады, Гарри, — Эмма припомнила разговор с дочерью на Рождество и неожиданно сказала: — Мы приглашаем тебя погостить у нас хотя бы часть лета. Думаю, Гермиона будет рада.

— Я тоже буду рад, — Гарри склонил голову, скрывая неожиданный блеск в глазах. Гермиона понимающе улыбнулась и взяла родителей за руки, отвлекая их от мальчика.

— Я буду ждать твоего письма, — сказала она и, дождавшись кивка, потянула взрослых за собой. Эти летние каникулы будут замечательными, она это точно знала. А потом их ждала не менее замечательная жизнь. И это было здорово.

***

Феникс вывел последнюю печальную трель и немного виновато посмотрел на фигуру лежащего на кровати человека. Альбус Дамблдор даже не пошевелился, будто ничего не слыша. Да так оно и было. Сильнейший магический выброс при уничтожении зеркала Еиналеж сосредоточил весь удар на взрослом маге, как раз находившемся поблизости. И примчавшиеся преподаватели и мадам Помфри могли только констатировать магическую кому. Хотя, и это было странно, двух детей совсем не задело.

Присутствие феникса как будто не заметили. А потом это стало не важно — даже слезы не могли бы вернуть Дамблдору разум. Фоукс некоторое время находился рядом с «хозяином». Но сегодня… сегодня он его покинет. Потому что его миссия выполнена. И он должен быть в другом месте.

Феникс легко взмахнул крыльями и вылетел в распахнутое окно. Поднялся повыше, чувствуя потоки магии, которыми был насыщен сам воздух. И… исчез в яркой огненной вспышке.

Чтобы появиться в небе над странным замком, окутанным аурой Силы. Новый мир приветствовал его.