Хроники Мерулы Снайд. Книга 2. Как ты, моя Валентинка?

Глава 1. Уроки любви и лекция нарцисса

Лето я провела в России, в доме Николая Перечихина, талантливого русского мага и флейтиста, чья музыка надолго осталась в моем сердце (Но, если кто спросит, я буду все отрицать). И знаете, мне там очень понравилось! Но мне нужно было окончить обучение в Хогвартсе, поэтому я вернулась на очередной год, скучный и опасный, как и предыдущие. Но я хотела начать не с разлуки, а с новой встречи. Произошла она в феврале, за несколько дней до дня всех влюбленных. Несколько лет назад я не смогла бы найти более сладкого, приторного и до ужаса скучного праздника в мире, не имеющего смысла. Но давайте я расскажу все по порядку, а то вы запутаетесь.

Нас собрали в Большом зале. Сели все, кто как хочет, поэтому я присоединилась к столу факультета Пуффендуй. Собрались все учителя, кроме директора Дамблдора, который снова куда исчез «по неотложным делам». Я скептически осмотрела соседние столы: были практически все, кого я знала лично, или о ком слышала. Баадеа Али, художница, раскрашивающая портреты на движущейся лестнице, вроде нормальная девчонка, но все время носит хиджаб, что меня настораживает немного, но не суть; главный модник школы Андре Эгву нервно теребил свой шарф, о чем-то бурча себе под нос. Тулип Карасу хитро поглядывала на смотрителя Филча, стоявшего у дверей и поглаживающего миссис Норрис. Наверняка, задумала очередную шутку. Даже Талботт, самый загадочный когтевранец, сидел за столом при полном параде. За столом Гриффиндор тоже царило небывалое оживление, и виной тому, разумеется, был Джейсон Страйк, который, после второй победы на Чемпионате Хогвартса по квиддичу стал просто невыносим. Эрика Рат, загонщик Когтеврана, беседующая с Андре, изредка бросала на Страйка полные ненависти взгляды, и я отчасти разделяла ее мнение. Кроме Джейсона, там сидели Джаэ Ким, завсегдатай кухни под Большим залом: очень не любит учиться, но знает все правила. Как он сам говорил: «Чтобы нарушать правила, нужно их знать очень хорошо». Трудно спорить. Помимо нарушителей школьных правил, сидел там и любитель драконов Чарли Уизли. Рождество я праздновала вместе с семьей Уизли. Билл, закончивший Хогвартс, не был против, и пригласил меня (правда пришлось немного разобрать их летающий автомобиль, но это того стоило). Я не чувствовала себя одинокой. Будете ругаться, но я даже Николая не поздравила, оставив все на потом. Признаюсь, миссис Уизли меня удивила: она подарила мне замечательный вязаный свитер с изображением змеи – символом факультета Слизерин. Было просто замечательно, и даже Джейсон вел себя как человек, а не как бесчувственный истукан, когда я видела его поблизости от Пенни. Но вернемся к настоящему.

Я попыталась увидеть, что делают Лиз, Барнаби и Измельда за нашим столом, но не смогла. С Мёрк мы немного поругались, Барнаби стал больше походить на любителя мальчиков, а Лиз… она просто помешана на волшебных животных, что с этим поделать. Я повернулась к Кьяре, впервые на моей памяти одевшей мантию с желтым воротником. Это было очень непривычно, но амулет на ее шее доказывал, что передо мной та же самая Кьяра, с которой я подружилась несколько лет назад. Пенни, первая красавица Хогвартса и мастерица зелий, общалась с сестрой Беатрис, и одновременно что-то пыталась доказать задумчивой Тонкс, сидящей напротив нас.

Профессор Макгонагалл постучала палочкой по кафедре в форме совы с расправленными крыльями и произнесла вкрадчиво, ожидая, пока стихнет гул.

- Могу я попросить немного вашего внимания? Скоро День Святого Валентина, а это значит, что пришло время пересмотреть социальные правила этикета в Хогвартсе.

Тулип не выдержала и громко спросила:

- Какие правила?! В Валентинов день? Серьезно?

Андре добавил задумчиво:

- Если необходим особый дресс-код, я желал бы узнать побольше.

Профессор Макгонагалл произнесла спокойно.

- К примеру, если кто-то отправил кому-то восемьсот валентинок за раз, прервав тем самым завтрак путем совиного десанта, своими экскрементами, испортившими пищу. – я поперхнулась и отложила стакан с тыквенным соком. - Такой студент определённо получит вместо валентинки наказание на неопределенный срок.

- Если хотите узнать о вещах, хуже наказаний, спросите меня, - произнес Джаэ Ким. – Я завсегдатай!

- Кто-то отправил кому-то целых восемьсот валентинок, - с сомнением произнес Чарли, - думаете, это правда?

Профессор снова откашлялась, привлекая к себе внимание.

- Таким образом, если мы хотим надлежаще встретить Валентинов день, мы решили провести особые, «праздничные» уроки.

«Уроки любви, брр, мерзость какая»! – брезгливо поморщилась я, поинтересовавшись у Кьяры, - Чем ты будешь заниматься?

- Как обычно, - пожала плечами девушка, улыбнувшись, - буду дежурить в Больничном крыле вплоть до праздника, а потом… - она наклонилась и зашептала, - кто может полюбить такую, как я?

Я закатила глаза. Опять началось.

- Ты еще встретишь кого-нибудь. Не сейчас, так в Больнице Мунго, где будешь работать. Я слышала, ты получила приглашение на стажировку после сдачи С.О.В.

- Да, было такое, но я теперь не уверена.

- Обалдеть! Лобоска отказывается от своей мечты, я в шоке.

Лобоска улыбнулась, наблюдая за мной, тихо произнесла:

- Спасибо, Мерула.

Меня отвлек очередной перл от тупоголового качка Барнаби. Он спросил, получим ли мы хорошие оценки, если все будем искать себе предмет обожания. Дебил! Я написала на клочке бумаги ответ и послала ему. Я написала: «Тот, кто зовет себя «предметом обожания», должен получить только плохие оценки»!

- Я требую, чтобы вы все ответственно использовали магию, - покачала головой Макгонагалл. – Особенно когда речь идет о делах сердца.

- Как же я люблю сердечные дела! – с восхищением произнесла Пенни, с энтузиазмом ожидающая любого грандиозного события.

- Да ты вообще все и всех любишь, - улыбнулась Тонкс, не разделяя энтузиазма подруги.

- Я люблю, что ты знаешь об этом, Тонкс! – рассмеялась Пенни, а я прыснула. – Тебе смешно, Мерула?

- Да нет, просто так забавно наблюдать за тем, как вы планируете столь глупый праздник. Немного противно.

- А чего ты тогда здесь сидишь?

- Поддерживаю Лобоску, вот и все.

Пенни хитро посмотрела на меня, криво улыбнувшись.

- А может, ты тоже чуда ждешь? Ждешь своего русского?

Я ощетинилась.

- Он не мой русский, не выдумывай того, чего нет!

- Ну-ну. А почему тогда ты так покраснела?

Я запыхтела, пытаясь придумать отговорку получше.

- Тут жарко, вот! – выпалила я наконец, отвернувшись, - достали!

Кьяра успокаивающе погладила меня по плечу. Все вновь стали слушать Макгонагалл.

- Последнее объявление: Златопуст Локонс, бывший студент Хогвартса и восходящая звезда литературы посетит нас во время своего литературного турне.

Джейсон гордо вскинул свою белокурую голову и произнес на весь зал:

- Кажется, я уже видел его физиономию на суперобложке в «Флориш и Блоттс».

- А я слышал, что у него и вправду красивые волосы, - произнес мечтательно Барнаби, отчего Измельда брезгливо отодвинулась от него подальше. Еще не забыла свой провал со свиданием.

Макгонагалл подтвердила, что мистер Локонс прочитает специальную лекцию после наших особых «уроков любви». Потом она отпустила нас и пожелала счастливого Дня Святого Валентина, в чем я уже начала сомневаться. Я утащила Кьяру с общего собрания по поводу глупого праздника.

***** *****

Первым нашим «уроком любви», как я его окрестила, была Травология, на котором профессор Стебль рассказала, что мы будем выращивать цветы. Старушка что-то болтала о том, что выращивание цветов, как волшебных, так и обычных, во все времена было связано с романтикой. Диего Каплан, мастер дуэлей, у которого я взяла несколько уроков, поинтересовался, является ли омела белая цветком. Пенни, стоявшая рядом с Джейсоном, вздрогнула и поинтересовалась:

- Омела? Мы что, будем целоваться?

Я рассмеялась, увидев, как Джейсон наклонился к ней и зашептал что-то на ухо. По цвету лица девушки я поняла, что парень не против поцелуев, если это поднимет ей настроение. Пенни захихикала в ответ, а профессор сконфуженно отметила, что мы все захвачены тематикой Валентинова дня больше, чем она думала и заверила, что никаких поцелуев в теплицах не будет, чем обломала приунывшего Страйка.

- Отвечая на вопрос мистера Каплана, омела белая – паразитирующее и ядовитое растение. Его ягоды часто используются в качестве ингредиентов для ряда зелий. Теперь вернемся к уроку. Розы – цветы, которые чаще всего ассоциируются с Днем всех влюбленных, особенно среди маглов. Как вы уже наверняка догадались, сегодняшний урок будет связан с розами…

Тонкс перебила ее, осмотрев пустые горшки со свежей землей.

- Но я не вижу роз…

- Потому что вы их сами вырастете, - ответила Стебль, - прямо сейчас!

И мы прослушали лекцию о заклинании Хербивикус. После нескольких часов мучений, мы смогли вырастить розу. Наблюдая за своей розой, я подумала о том, что мне одиноко. Снова. Помотав головой, я схватила сумку и побежала в подземелья. Интересно, что же придумает для нас профессор Снейп?

***** ***** *****

Ворвавшись в класс зелий, я врезалась в профессора Снейпа. Он строго посмотрел на меня, но сказал лишь держаться подальше от котла. Посмотрев ему за спину, я увидела большой котел, в котором кипела какая-то розовая жидкость, испускающая соблазнительные фимиамы. Я зажала нос рукой и прошмыгнула на свое рабочее место рядом с Джейсоном и Барнаби. Худшего соседства и придумать нельзя. Но профессор Снейп никогда не разрешал пересаживаться без его ведома, а злить его мне не хотелось. Лиз что-то строчила на пергаменте, поскрипывая пером, изредка с опаской глядя на котел. Измельда хмуро посмотрела на меня, даже не поздоровавшись. Последнее время мы с ней не разговариваем. Дождавшись, пока все сядут по местам, Снейп заслонил собой котел и произнес медленно и сухо, как всегда:

- Сегодня мы будем изучать Любовное зелье. – я выпала в осадок. Чтобы Снейп преподавал амортенцию на зельеварении! Что праздники с людьми делают?! – Вам понравится, - он хитро улыбнулся и мне не понравилась эта улыбочка, - напоминаю, что любовные зелья любых видов запрещены в Хогвартсе, - ага, ты расскажи это Джаэ, отъявленному контрабандисту. – К сожалению, День всех влюбленных часто вдохновляет глупых молодых колдуний и волшебников на эксперименты с этими зельями… и к тому, что находится сейчас в котле за моей спиной.

- А я знал, что содержимое котла важно! – гордо ответил Барнаби.

- Ты идиот! – разозлилась Измельда, но притихла под строгим взглядом профессора Снейпа, который подошел к нашему столу и навис над Ли, как туча.

- «Содержимое» котла, как вы изволили выразиться, мистер Ли, - это Амортенция – самое мощное любовное зелье из существующих. Вместо того, чтобы вызвать чувство настоящей любви, Амортенция вызывает у того, кто ее выпьет, нездоровую одержимость объектом любви. Поэтому оно чрезвычайно опасное, мощное, не говоря уже о полном контроле за процессом изготовления и сохранения эффекта зелья. И те, кто попал под пагубное влияние Амортенции, обречен на страдания любви, либо вовсе лишиться этого чувства. – от этих его слов меня передернуло, что не укрылось от профессора, который добавил, - не волнуйтесь, мисс Снайд, вы здесь для того, чтобы изучить это зелье, а не пробовать его на себе.

- Но зачем нам изучать столь опасное зелье, - не поняла Лиз.

- Чтобы вы знали о его существовании и помнили об этом. Тогда вы сможете легко распознать амортенцию и избежать при случае ее пагубного влияния. И предупреждаю: держитесь подальше от котла, иначе вдохнете любовные фимиамы и будет очень… нехорошо.

- Разве Амортенция плохо пахнет? – не понял Барнаби, - как брокколи или шпинат?

- Амортенция будет пахнуть для каждого по-своему, в зависимости от того, что или кто вам нравится.

- То есть, я почувствую запах того, что мне нравится? – переспросил Барнаби, задумавшись, - а что противоположно брокколи?

Снейп тяжело вздохнул, покачав головой, а я захотела кинуть в лицо парня чудовищную книгу о чудовищах. Профессор пригласил всех исследовать содержимое котла «с особой осторожностью».

Не успела я встать из-за стола, как Джейсон Страйк спросил:

- А какие ассоциации вызывает Амортенция у тебя, Снайд?

- Не твое дело, Страйк! Не мешай мне! Ты то небось по Пенни сохнешь, так что с тобой все ясно.

- Грубиянка, - надулся Джейсон, почесав затылок, - впрочем, ты права.

- Я всегда права, надо тебе это запомнить! А если попробуешь снова влезть ко мне в голову, то у тебя ничего не выйдет – я обучилась окклюменции! Не забывай, я – самая сильная волшебница Хогвартса!

- А если бы оно пахло для тебя, как Барнаби, - задумался Ли, - наверняка это было бы ужасно, правда?

Я брезгливо отшатнулась от него. Страйк покрутил пальцем у виска. Снейп подошел к нам:

- Вам троим нужно персональное приглашение для изучения зелий?

- Простите, профессор, - произнес виноватым голосом Страйк, - мы понюхаем… эм… то есть приступим к изучению зелья прямо сейчас.

- Вам нельзя нюхать его, мистер Страйк, - закатил глаза Снейп, вообще пожалев, что начал это занятие сегодня, - только смотрите и записывайте!

Но не принюхиваться к соблазнительным парам кипящего котла оказалось легче на словах, чем на деле. Концентрация была очень высокой. Я ощутила нежные запахи хвои, березы и аромат… Ника! Похоже, он навсегда занял место в моем сердце, и сейчас зелье проектировало мои самые сокровенные мысли. Я с трудом заставила себя отойти от котла и взялась за перо, чтобы вести отчет наблюдений. Николай начал очередной год в Колдовстворце, ему сейчас не до меня, но я многое отдала бы, чтобы он оказался сейчас рядом. Снейп продолжал читать лекцию, изредка повышая голос на тех, кто намеревался искупаться в Амортенции. В целом, урок прошел без проблем. Но я покланялась, что никому не скажу, что я почувствовала, вдохнув пары самого опасного зелья в мире.

К сожалению, не все следовали четким указаниям Снейпа, поэтому он поспешил закончить занятие, попросив не изливать свои чувства в его классе. Дальше у нас было окно, поэтому я отправилась в Больничное крыло – помочь Кьяре с больными.

**** ***** *****

Ближе к вечеру нас снова собрали в Большом зале. По возбуждению преподавателей, шепоту девушек и озабоченному виду Андре я поняла, что скоро должен прибыть сам Златопуст Локонс. Но мне от этого было ни горячо, ни холодно. Я села напротив Андре, не представляя, какую ошибку совершаю. Джейсон ворвался в зал, чуть не споткнулся о скамью и плюхнулся рядом с Андре, бросив озабоченно:

- Я не опоздал? Лекция еще не началась? Локонса еще нет?

- Слушай, артиллерист, - цокнула я, - я знаю не больше тебя!

- Он конечно, опоздает, потому что подбирает наряд. – предположил Андре.

- Не думаю, что в мире волшебников найдется кто-то… - начала я, но осеклась, посмотрев в сторону входа, - э, нет, беру свои слова назад, ты нормальный парень.

В нашу сторону шел высокий мужчина с напудренными крашенными волосами, дебильной слащавой улыбкой от уха до уха, в золотистом плаще и костюме с иголочки. Проходя мимо нас, он скинул свой плащ и бросил на Андре. Бедняга скрылся под складками блестящей ткани. Я посмотрела на сцену, куда взошел наш «гость» и скептически осмотрела его наряд: золотистый пиджак, белая сорочка, жилет с золотистыми пуговицами, зауженные черные брюки и ботинки с квадратными носами. Волосы завиты так, что того и гляди оторвутся от его головы и улетят подобно волшебным запискам. Вместо приветствия Локонс произнес:

- Какой замечательный момент для всех и каждого из вас! – он поклонился, - разумеется, вы уже слышали имя Златопуста Локонса от ваших почитаемых преподавателей. – я заметила замешательство Макгонагалл, гнев Снейпа, на секунду отразившегося на его бледном лице и про себя подумала, что перед нами выступает человек, который не видит дальше собственного носа. Локонс посмотрел на свои ногти, недавно покрашенные прозрачным лаком, и продолжал, - но видеть перед собой волшебника, автора, легенду во плоти – грандиозное событие, я понимаю.

Адре тем временем выпутался из золотистой мании мага, и спросил у Джейсона, как тот находит мага.

- Я бы сказал, что он невыносим.

Впервые я была с ним согласна, добавив:

- Я нахожу практически всех невыносимыми, но Локонс бьет все рекорды.

- Тшшш! – прошипела мадам Пинс, влюбленными глазами глядя в сторону Локонса. Я закатила глаза и прислушалась к болтовне гостя.

- Разумеется, первой мыслью, когда я начинал свой литературный тур с новой книгой, была … не помешает ли мне сломанная рука подписывать многочисленные книги для моих поклонников. Второй же мыслью было: надеюсь, у меня будет время заглянуть в Хогвартс и повидать новое поколение магов и волшебников. Боюсь, у меня не так много времени, поэтому я потрачу его, рассказав вам о моей жизни и приключениях, из которых родилось столько книг. Фотографировать разрешаю.

«Пфф… тоже мне, индюк напыщенный, нарцисс»! – мне стало жутко скучно, а после того, как мужчина почти три часа читал лекцию о своей жизни, мне хотелось выть на луну, лезть на стенку и искупаться в котле с любовным зельем, и все сразу.

Локонс рассказал о своей новой книге «Путешествие с вампирами», о том, как будучи студентом, получил целых восемьсот валентинок (понятно, о ком шла речь), и хвастался своими успехами, как павлин, распустивший свой великолепный хвост. В конце своей бесконечной речи Локонс произнес торжественно:

- Я знаю, у вас могут быть вопросы, но вряд ли среди них будут те, которых я не слышал. «Почему вы так прекрасны? Как мне стать таким, как вы? Какая часть вашей жизни позволяет вам быть экстраординарным?» Все ответы вы можете найти в моих автобиографичных приключенческих книгах. Но я пришел, чтобы объявить о празднике Святого Валентина…

«Боже, неужели!» - вскинула глаза к потолку, поблагодарив Всевышнего за окончание пыток.

- Я выберу случайным образом тех из вас, кого приглашу на раздачу автографов от Златопуста Локонса. Эти счастливчики получат письма вместе с совами. И ожидаю победителей в «Флориш и Блоттс»! Благодарю за гостеприимство! До свидания, Хогвартс!

Но не успел он сойти с кафедры, как двери в Большой зал с грохотом распахнулись, и вошел хромающий и изрыгающий проклятия Филч, таща за собой какого-то парня в полушубке, рваном плаще, шапке-ушанке… боже… не может быть!

Я резко вскочила на ноги, чуть не сбив Локонса и помчалась навстречу свирепому сквибу, крикнув:

- Отпустите его! Что он вам сделал!

- Отойди, девчонка! – прорычал Филч, таща за собой Николая, а это действительно был он, сильно помятый, наверное, Гремучей ивой, - этот паршивец слонялся по территории замка в неположенное время, да еще повредил Гремучую иву. Его ждет наказание, но я сам с удовольствием бы повесил его за пальцы в подземельях.

- Грязное животное! – попыталась ударить его, но угодила по шипящей миссис Норрис, укусившей меня – Ай! Больно, тварь!

К нам поспешили Минерва Макгонагалл и Северус Снейп. Он с трудом оторвал меня от руки смотрителя и вкрадчиво произнес:

- Мисс Снайд, сейчас не время и не место! Успокойтесь!

- Но профессор! – я посмотрела ему в глаза, - этот сквиб.. он…

- Не выражайтесь, иначе мне придется отнять у вас пятьдесят баллов и подвергнуть наказанию. Зам. директора во всем разберется, идите в общую гостиную, сейчас же!

Я запыхтела, слезы обиды брызнули из глаз, но голос парня отрезвил меня:

- Со мной ничего не случится, Мерула. Ступай в гостиную, мы обязательно поговорим. Даю слово.

- Ага, если доживешь до утра, поганец! – проворчал мистер Филч, под строгим взглядом профессора Макгонагалл освободив парня.

В зале воцарилась тишина, даже Локонс застыл в нерешительности. Потом он лучезарно улыбнулся и прошел мимо нас. Я нахмурилась и покинула Зал вслед за ним. А по дороге к подземельям я раздумывала над тем, почему Николай не написал мне о том, что приедет.

«Или он совершил побег, не предупредив руководство школы? Его же могут отчислить! Вот глупец! Ненавижу! Но так люблю». Определенно, этот день всех влюбленных будет особенным.

Глава 2. Капитан-Валентинка, или трудности перевода

В гостиной Слизерина было тихо и темно. В камине посреди комнаты, богато украшенной коврами и расписными полотнами на каменных стенах, трещали поленья. Пламя освещало густые тени, принимающие причудливые формы. Я сидела в глубоком кресле, остальные ушли в спальни. Я не могла уснуть, пока не узнаю о судьбе Николая. Профессор Снейп наверняка зайдет в гостиную, чтобы разъяснить произошедшее.

«Что же побудило тебя сбежать в Англию, Перечихин! Неужели я? Глупо! Если останешься жив, я обязательно устрою тебе ликбез. Если бы ты только мог представить, как я рада тебя видеть… Ник».

Часы на стене, в которых отражались волны черного озера, пробили час ночи. Ничего, он вернется, Филч ничего не сделает, пока Дамблдор и Снейп рядом с ним! Не зная хорошенько, чем себя занять, я стремительно поднялась с кресла и стала мерить шагами помещение. Голова раскалывалась от самых плохих мыслей, поэтому я с разбегу упала на кожаный черный диван и закрыла уши руками, чтобы не слышать ничего, кроме сердца, бьющего набатом. С каждым годом, проведенным с Николаем или без него я стала сентиментальной. Теперь мне нужна была эмоциональная подзарядка.

Звук открываемой двери в гостиную заставил меня поднять голову и взглянуть сонными глазами на вошедших. Пелена перед глазами пропала, и я рассмотрела бледное лицо профессора Снейпа, бледнее чем обычно. Я бросилась к нему навстречу, споткнулась об завернувшийся угол ковра и полетела на пол. Я зажмурилась, ожидая удара, но его не было. Я упала на что-то мягкое. Услышала дыхание и ощутила силу объятий. Открыла глаза и посмотрела на… Ника! Он устало улыбнулся, схватив меня за обе щеки, чмокнул в нос и поправил мою челку, прошептав:

- Ай-яй-яй, мисс Снайд, в столь поздний час вам полагается спать.

- Думаю, ты знаешь, почему я не сплю, - парировала я, отвернувшись.

Профессор Снейп сел в кресло и устало потер переносицу.

- Сначала Нарцисс с дурацкой лекцией о самом себе, теперь русский валентин, за что мне это?! – прошептал он, как ему казалось тихо, но мы услышали.

- Профессор, что произошло? – позвала я мужчину, встав на ноги, и серьезно посмотрела на преподавателя, - Что сказала профессор Макгонагалл?

- То, что мне сулит одни проблемы, - ответил мужчина, встав с кресла и поправив черную, как сама ночь, мантию. Затем обратился к Николасу. – мистер Перечихин, надеюсь, вы усвоили, что нельзя понапрасну портить имущество Хогвартса. Вы врезались в Гремучую иву на своем дурацком бревне. Более глупой выходки я ожидал разве что от мистера Страйка, восходящей звезды квиддича и невыносимой занозы. Профессор Макгонагалл сделала исключение, но не думайте, что так будет всегда. Письмо о вашей выходке направлено Кощею Кощеевичу. Пока мы ожидаем ответ с указанием меры вашего наказания вы поступаете в мое распоряжение. Однако у меня есть более важные дела, чем следить за глупцами, которыми движет чувство. Мисс Снайд, прошу вас проследить за вашим другом, по крайней мере, держитесь подальше от мистера Филча. Боюсь, если вы попадетесь ему на глаза, я не смогу спасти вас от пыток, которые он так любит.

- Но, профессор, а где же я буду ночевать? Ведь я не принадлежу ни к одному из ваших факультетов. – задумался Николас, сбросив полушубок на диван. Он был одет в красную клетчатую рубашку, черный галстук, серые брюки и серую жилетку. На ногах были зимние ботинки с толстой подошвой, немного пыльные и запачканные в земле.

- Пока будете жить в Общей гостиной, пароль я вам выдам завтра утром, а сейчас идите все спать! По вашей милости, мисс Снайд не может сомкнуть глаз. Только прежде чем вы начнете изливать свои чувства, позвольте откланяться. Еще одно: мисс Снайд, я знаю, что вам скоро семнадцать, но помните о правилах школы! Надеюсь на ваше благоразумие.

- С...спасибо, профессор! – негромко проговорила я вслед шуршащему плащу. Дверь открылась и закрылась вновь.

Николай снял ботинки и поставил у каминной решетки, чтобы высохли. Я потерла шею, не зная, с чего начать разговор. Разумеется, хотелось отругать его, но я не могла. Несколько минут мы провели в тишине, прислушиваясь к потрескиванию огня в камине. Я подобрала свой плащ, брошенный мною на кресло и произнесла устало:

- Ты можешь лечь на диване. Утром я встану пораньше и разбужу тебя, пока остальные будут в постелях.

- Ты боишься, что о нас узнают?

- Нет. Я уже неоднократно говорила: я ничего не боюсь! Я думаю, что ты – дурак! Зачем приехал? Не мог дождаться лета, когда бы я сама к тебе вернулась?

- Прости, - он повернулся ко мне с виноватой миной на лице, поросшем легкой щетиной. – будешь злиться, но причина моего появления довольно банальна – мы провели вместе лето, но новый год встречали порознь. Я посоветовался с родными и кое-с-кем из моей школы, и тайком прилетел сюда, но по дороге случилась непредвиденная авария, которая несколько отклонила меня от курса – в итоге врезался в Гремучую иву. Ваш тупоголовый смотритель с яростью набросился на меня и скрутил прежде, чем я смог достать палочку. Чуть не сломал ее, между прочим! Я еще молод и неопытен, но я стал испытывать чувство тревоги за тебя и придумал себе невесть что…

Он замялся, чтобы восстановить дыхание, а я спросила:

- Уж не хочешь ли ты сказать, что стал ревновать меня на расстоянии?

- Я слышал, что новый год ты провела с семьей Уизли. И Страйк был с вами…

Я подошла к нему и хотела залепить по лицу, но лишь сверкнула глазами яростной кошки. Он съежился и повесил голову.

- Как ты мог такое обо мне подумать? После всего, что между нами произошло? После того, как меня приняла твоя семья?!

- Я действительно подумал, что ты могла увлечься человеком, более подходящим тебе по возрасту…

- Идиот! – прошипела я, взяв с журнального столика книгу, забытую кем-то из новичков, и ударила его по плечу, - мне никто, кроме тебя, не нужен! Зачем так было рисковать своей карьерой! Более чем уверена, что твою самоволку по зову сердца не оценят в Колдовстворце!

- А ты? – робко спросил парень, не пытаясь защищаться от моих ударов.

- Я – иду спать! – я бросила книгу на диван, развернулась и пошла быстрым шагом к винтовой лестнице, ведущей в спальню девочек. – Поговорим утром, когда этот нарцисс пришлет свои дурацкие письма!

Я слышала, как Николай бросил мне вслед пожелания спокойной ночи, и звуки расстилания магией кровати. Ничего, главное, что теперь он в безопасности. Добравшись до своей кровати, я бессильно рухнула на подушку и провалилась в темноту.

**** **** *****

Проснувшись утром еще до рассвета, я поборола зевоту и желание остаться в постели до полудня, я быстро собралась и спустилась на цыпочках в гостиную. Огонь в камине давно погас, поэтому было немного сыро и зябко. Ник сопел, закинув левую ногу на спинку дивана, одна рука висела над полом, вторая покоилась под его головой. Судя по состоянию его одежды, он не раздевался. Я посмотрелась в большое зеркало, стоявшее над каминной полкой, и наклонилась над парнем. Он приоткрыл рот, что выглядело так смешно, что я еле сдержалась, чтобы не расхохотаться. Я невесомо дотронулась до его лба и прошептала:

- Хватит спать! Скоро все пчелы слетятся на совет, живо вставай!

Парень не отреагировал, лишь перевернулся на другой бок, подобрав ноги под себя. Я открыла рот от изумления. Какая наглость! С этой мыслью я резким движением стащила его с дивана. Он вскрикнул, ударившись головой о плотный ковер, завертел головой и сфокусировал свой сонный взгляд на мне.

- Мерула! Что ты здесь делаешь?

- Ты издеваешься! Вообще-то ты в нашей общей гостиной! Живо поднимай свой зад и за мной!

Он сел, почесав ушибленное место, потом осмотрелся и спросил:

- Ты выспалась?

- А сам как думаешь? Сейчас шесть утра, легла я в половине второго… надеюсь, считать ты не разучился после столкновения с ивой?!

Я начала жалеть о том, что разбудила его. Я забыла, каким невыносимым, дотошным и приставучим он может быть по утрам. Он встал на ноги, отряхнул штаны и подошел ко мне.

- Прости меня. Я ценю, что ты делаешь для меня, правда. Мне очень жаль, что доставил тебе много проблем своим визитом, но я ужасно скучал по тебе. Мы проведем день влюбленных вместе?

- Пфф… сначала нужно его устроить! Идем в Большой зал, поедим. – мой живот заурчал, подтверждая мои слова. Ник улыбнулся, взяв меня за руку, - и не смотри на меня так!

Он кивнул, я вздохнула и потянула его за собой, взмахнув другой рукой, чтобы убрать следы его ночевки. Подземелья были пусты, но я все равно вела спутника со всей предосторожностью. Мне лишние слухи и сплетни не нужны, как и профессору Снейпу. Я молчала всю дорогу до Большого зала. Николай тоже, лишь сильно сжимал мою ладонь. Я чувствовала себя отчасти не в своей тарелке, но понимала, что ни перед кем не обязана отчитываться за свои чувства. В большом зале было всего несколько ранних жаворонков, несколько призраков, да пара учителей, среди которых я узнала Грозного Глаза и чокнутую старушку Сибиллу Трелони. Заметив Кьяру в окружении толстых учебников, я решила не отвлекать ее. Мы сели чуть поодаль. Лобоска оторвала голову от книги и кивнула мне. Я сделала то же самое и вернулась к объекту моего раздражения.

- Что ты такой тихий сегодня? – спросила я, залив появившуюся овсяную кашу молоком, - боишься, что я тебя покусаю? Если да, то лучше обратись к Лобоске – она спец в этом деле.

- Ты раздражаешься, значит не выспалась, - пробурчал Николай, посыпая тосты малиновым джемом и разлив тыквенный сок по бокалам. – Я даже не знаю, как загладить свою вину.

- Может расскажешь, зачем это все сделал?

- Я ведь сказал – хочу провести время с тобой, потому что…

- Боишься, что я тебя брошу. Это я уже поняла. Кроме того, нужно дождаться сов от Локонса. Он так много вчера говорил о себе любимом, что я почти все забыла. Он меня раздражает. Я не читала ни одной его книги, но точно знаю, что в них – чистый воды вымысел. Мне только одно интересно: как он добился такого успеха?

- Магия, - предположил с набитым ртом Ник.

- Прожуй сначала, а потом ко мне обращайся, - проворчала я, смахнув крошки со своей мантии, - ну вот, видишь, и меня испачкал всю!

- Прости.

- И перестань постоянно извиняться!

- Ок.

Покончив с завтраком, мы стали наблюдать за тем, как Большой зал наполняется жизнью, шумом и неразберихой. Хорошо, что сезон Кубка квиддича кончился, и можно не опасаться встречи с фанатками Страйка или армии репортеров. Я заметила грустную Пенни в компании младшей сестры и Андре. Интересно, что с ней случилось? Но от дальнейших размышлений меня отвлек возглас Ника о совиной почте. Крылатые «чудовища» пикировали вниз, словно бомбардировщики, громко крича. Лавин из перьев, писем и газет посыпался на нас с зачарованного потолка. На удивление, мне тоже пришло письмо. Я знала, что меня могут пригласить в этот дурацкий магазин, потому что я – сильнейшая волшебница Хогвартса, но не думала, что все так серьезно, раз без меня нельзя обойтись. Конечно, без бомбежки пометом не обошлось. Отовсюду посыпались проклятия и вздохи разочарования. Я вскрыла конверт волшебной палочкой и прочла кривой почерк – писавший явно не старался понравиться, а сделал это просто для галочки. Оказалось, что Локонс и вправду выбрал меня в качестве почетного гостя на церемонии раздачи автографов в Косом переулке. Замечательно! А я уж подумала, что утро бывает добрым. Теперь ждать чертова Экспресса. Николай, подсев поближе, тоже прочитал письмо и спросил:

- Мерула, а можно мне с тобой? Я никогда не был в Косом переулке.

- Боже, как ребенок, честное слово! – закатила глаза я, убрав письмо с конвертом подальше. Николай так долго смотрел на меня и таким взглядом, что я цокнула языком и ответила, - хорошо, будешь со мной, пока тебя не приедут забирать санитары из Колдовстворца или Святого Мунго. Только веди себя прилично.

Он заключил меня в объятия и чмокнул в щеку.

- Ты лучшая!

- Я знаю! Пойдем собираться в дорогу.

- Ты поедешь в школьной форме?

- Да, а что?

- Я привез тебе небольшой подарок…

- А что ты раньше не сказал?!

- Боялся, что не примешь! Да-да, знаю – я идиот.

- Нет. Ты любимый идиот. Идем быстрее, пока нам с тобой не устроили допрос.

Стремительно добежав по людным коридорам до подземелья и ворвавшись в гостиную, Ник подбежал к своему чемодану, взмахнул своей сосновой палочкой и вытащил из недр чемодана сверток. В нем было платье. Но платье не обычное, больше похожее на сарафан, зеленых и фиолетовых тонов. Я примерила, и сразу влюбилась в этот наряд. Засунув школьную форму в шкаф, я спустилась обратно в гостиную. Ник одел светлую рубашку, брюки и светлый в синюю клетку пиджак. Волосы его торчали во все стороны, но я привела их в порядок, взмахнув палочкой, то же самое сотворив с собственными волосами.

- Тебе очень идет, Мерула.

- Спасибо. Давай быстрее, а то опоздаем на поезд.

- Конечно.

Мы быстро покинули гостиную, ловя по дороге недоуменные взгляды моих сокурсников. Но мне было плевать. Я была счастлива. Повозки с фестралами, с одним из которых я познакомилась поближе и поняла, насколько ошибалась на их счет, довезли группу школьников до станции, отходящей в Лондон. Ехать предстояло около полутора суток. Но я знала, что Николай не приехал бы без своих любимых книг. Устроившись в дальнем купе вагона в середине состава, и защитив дверь магией, мы стали рассказывать друг другу разные истории и предполагать, кого еще Локонс пригласил на свое шоу. По дороге Ник пытался сделать несколько пейзажных снимков, но скорость поезда испортила качество. Поскольку я не выспалась, я устроилась поудобнее на его коленях и проспала до нашего прибытия на станцию Кингс-Кросс. Пробежав через стену (я боялась, что Ника не пропустит, но все окончилось благополучно), мы отправились к «Дырявому котлу», что затем пройти в Косой переулок. Мощенная булыжником улица, стройные ряды магазинов, выставивших свои товары на площади, толпа волшебников, волшебниц, странников и подозрительных личностей – все приехали сюда по своим делам. Около книжного магазина собралась большая очередь, и нам с Николаем пришлось поработать локтями, чтобы пробить себе путь внутрь. Не думала, что у этого лощеного павлина столько поклонников. В магазине мы встретили удивленных Пенни, Андре, Барнаби и Талботта, стоявших рядом с витриной и книжным шкафом. В помещении яблоку негде было упасть. Я заметила миссис Уизли, не сводившей влюбленного взгляда с самого отвратительного мужчины, на мой взгляд: Локонс источал лучезарную улыбку каждой томно вздыхающей женщине, подходившей к нему ради автографа в новой книге. Я спросила у ребят:

- Что вы все здесь делаете?

- Локонс отправил нам сегодня письма. – пояснила Пенни, с удивлением посмотрев на Николаса, - тебя отпустили?

- А что, не должны были? – вопросом на вопрос ответил Ник, приобняв меня за талию, - я письма не получал, если ты об этом. Я сопровождаю мисс Снайд.

- Ясно.

- Чудныое платье, Мерула, - оценивающе окинул меня взглядом Андре, волшебник всея стиля нашего замка. – подарок?

- Да. Но это не твое дело. – огрызнулась я.

- Ладно. Не злись.

Мы простояли несколько минут в тишине. Раздался звук колокольчика на входной двери, я обернулась и увидела своего врага. Страйк лучезарно улыбнулся, увидев Пенни, хотел обнять ее, но девушка скривилась и спряталась за спиной Ника, ближе к Андре. Мне ее поведение стало любопытно, но я решила оставить расследование на потом. Вместо этого я саркастически заметила:

- Ну конечно, Страйк, главная звезда квиддича, пришел… кто бы сомневался.

- Удивлен, что вижу тебя здесь, Снайд, - вернув себе хладнокровие после секундного замешательства, ответил Страйк, холодно взглянув на Ника, - а ты что здесь забыл?

- Может разберемся в другом месте? – предложил Ник, кивнув на собравшуюся толпу, - сейчас неподходящее время, да и дамы с нами.

- Как хочешь, - махнул рукой Страйк, поинтересовавшись через несколько минут, - так нас всего шесть студентов, выбранных для церемонии подписания книг?

- Похоже на то, согласился Андре, потерев подбородок. – К тому же, здесь довольно многолюдно.

- Толпа – то, что я люблю меньше всего, - заметил Талботт, самый загадочный студент Хогвартса.

Пенни, вернувшая себе бодрость духа, воскликнула над моим ухом:

- Побывать на церемонии подписания так захватывающе! Особенно рядом с знаменитым писателем!

- Я бы так не сказала, - скептически протянула я, остудив ее пыл. Златовласая девушка ничуть не обиделась.

Барнаби, всегда туго соображавший, не смог промолчать и в этот раз, спросив:

- А что в первую очередь происходит на таких мероприятиях?

- Сейчас и узнаем, - протянул Николай, указав на Локонса, готового произнести очередную скучную лекцию о том, какой он замечательный и разносторонний.

- Мои поздравления, любители хорошей литературы! – приветствовал нас Локонс, лучезарно улыбнувшись, отчего меня чуть не стошнило. – сегодня я наслажусь этой церемонией, на которой я не только подпишу книги всем желающим, но и познакомлюсь со своими преданными читателями! Разумеется, я вполне убежден, что каждый из вас знает, кто я! Подходите! Вместе со своими свежими экземплярами «Путешествий с вампирами». Мое перо и я готовы! Да, и не расходитесь после автограф-сессии: у меня будет небольшое объявление.

Пока Локонс запоем рассказывал о своих злоключениях с вампирами во время написания своей приключенческой книги, или приправлял свои рассказы историями студенческих времен (как однажды расписал все поле для квиддича своим автографом или рекомендовал подумать дважды, прежде чем согласиться на путешествие в компании вампира) мы с Ником с трудом пробились по лестнице на второй этаж, чтобы рассмотреть столпотворение с высоты. Наша группа была единственными студентами Хогвартса (не считая библиотекаршу Пинс), и это настораживало. Мы все спрятались как можно дальше от толпы, и не откликались даже, когда писатель громко интересовался, где же запропастились его особые гости из школы чародейства и волшебства. Про вопрос о новой книге, он самодовольно заявил, что пишет ее прямо сейчас в своей голове, пока подписывает очередную книгу для читателя. И также он заметил, что книги лучше всего продавать, а не одалживать, с чем бы я поспорила. Николай попросил меня рассказать о волшебных учебниках Англии, и оставшиеся два-три часа до конца презентации эго Локонса, я не обращала внимания на происходящее внизу, за исключением эпизода, когда Пенни, всхлипнув, оттолкнула Страйка и выбежала на улицу. Я шепнула об этом Нику, и попросила вернуть девушку назад. Он не стал спрашивать, зачем, и спустился. Я присоединилась к нашей группе, встав рядом с тупоголовым Барнаби.

- Чтоб мне провалиться! – воскликнул озадаченно Андре, обращаясь к нам, - когда Локонс говорит, создается впечатление, что больше ничего здесь не имеет смысла.

- Да уж, - согласился Джейсон, - я с трудом могу сосредоточиться на чем-то ином.

- Удивил, - иронично ответила я, - ты вообще стал плохо соображать после нескольких ударов бладжером в голову.

Барнаби воодушевился и спросил, когда же мы наконец сможем подписать книги.

- Ох, я вообще думаю, что мы здесь вместо декораций, - скрестила я на груди руки, заметив вернувшихся Пенни и Ника. Девушка больше не плакала, и слабо улыбалась. Она встала рядом с Андре, подмигнув мне. Я немного успокоилась. Талботт, отвечая на вопрос Барнаби, заметил, что ему придется сначала написать книгу, чтобы подписать ее.

- Об этом не было сказано в приглашении, - почесал свой широкий лоб Барнаби в растерянности. Я рассмеялась его детской наивности, - получается, мы просто смотрим, как другие подписывают книги, и в этом все мероприятие?

Пенни дернула меня за руку и прошептала что-то на ухо. Я вздохнула и поинтересовалась.

- Этот чудик что-то говорил о сюрпризе. Как думаете, в чем он заключается?

- Конечно, в нем самом, - без тени сомнения выдал Страйк, несколько сконфуженно посмотрев на Пенни, спрятавшуюся за спину Андре, - думаю, Златопуст Локонс – самый большой поклонник самого себя.

- Похоже, тебя, Страйк, не устраивает, что ты впервые не являешься центром вселенной? – изогнула бровь я, увидев сдвинутые брови парня и его уничтожающий взгляд – может книгу напишешь?

- Боюсь, Мерула, у него мозгов не хватит, - покачал головой Ник, - или терпения. Для того, чтобы написать книгу, притом хорошую, нужно обладать неисчерпаемым запасом терпения, иметь идею, не отступать от плана и довериться фантазии. Последняя у него отсутствует.

- Повтори?! – надвинулся на него Страйк, расстёгивая рукава рубашки, - или слабо?

Я наступила Нику на ногу, кивнув в сторону Локонса, поднявшегося с кресла.

- Могу я попросить вашего внимания? Я обещал вам сюрприз: обратите внимание на юных волшебников Хогвартса! Все эти студенты были случайным образом отобраны мною не только для моей конференции, но и в качестве моих помощников в моем специальном проекте, посвященном Дню всех влюбленных! Давайте отметим особую удачу этих юных волшебников! И отметим также мои скромные попытки помочь образованию нового поколения волшебников!

«Вот куда его занесло»! – подумали мы с Ником синхронно. Я с насмешкой обратилась к Страйку – кажется ты был прав. Весь сюрприз Локонса был о нем самом.

- Спасибо за то, что пришли! – поблагодарил всех Локонс, - для меня было радостью скрасить ваш день!

Талботт задумчиво протянул:

- Так мы теперь его подмастерья?

Барнаби снова расплылся в глупой улыбке и спросил, смогут они теперь подписать книги.

- Все уже закончилось, умник, - прошипела я сквозь зубы, думая о том, что этот день всех влюбленных может быть не таким уж интересным.

К нам подошла счастливая миссис Уизли вместе со стопкой книг.

- О, неужели я снова вижу Ника и Мерулу? И Джейсон! Рада вас видеть!

- Здравствуйте, миссис Уизли, - учтиво ответил Ник, чуть наклонив голову.

- Когда я услышала, что Локонс пригласит нескольких студентов Хогвартса, я так надеялась, что кому-то из моих сыновей повезет, - продолжала улыбаться женщина, излучая радость и спокойствие.

- Мы решим, повезло ли нам, - заметила я серьезно, - когда узнаем больше о проекте на День Святого Валентина, на который подписались…

- Повеселитесь, дорогие мои, - кивнула женщина, прижав к груди книги, - а я вернусь в «Нору», чтобы насладиться «Путешествиями с вампирами»!

Мы проводили ее задумчивым взглядом, прежде чем к нам подошел Локонс.

- Только посмотрите на этих счастливчиков!

- Здравствуйте, мистер Локонс, - произнес Джейсон, - я…

- Польщен! – перебил его маг, - я не сомневаюсь!

- Но я лишь пытался представиться, - растерялся Страйк.

- Ну да, но сейчас не время благодарить меня! – отмахнулся Локонс, - нам нужно торопиться в Хогсмид, мне столько нужно вам рассказать! Вперед, друзья мои!

И ушел. Мы переглянулись.

- Вот тебе и подписал книгу, - расстроено повесил голову Барнаби.

Мы двинулись в обратный путь. В поезде к нам в купе попросилась Пенни. Николай, шепнув мне несколько слов, оставил нас наедине.

- Садись, - пригласила я ее, указав на сидение, - расскажи, что происходит между тобой и Страйком.

- А что происходит? – рассеянно спросила она.

- Не строй из себя дурочку, - закатила глаза я, - не поверю! Я все видела: между вами что-то произошло. Или ты боишься, что я проболтаюсь?

- Нет. Ты никогда не раскрывала чужие секреты, - с сомнением протянула Пенни, - только собирала их в свою книжечку.

- Бинго. Давай, выкладывай!

- Страйк меня не любит! – резко всхлипнула Пенни, спрятав лицо в ладонях, - после того, как он выиграл кубок второй раз подряд он стал сам не свой, за ним постоянно вереницей ходит толпа поклонниц, в их числе моя собственная младшая сестра!

- Боишься, что он откажется от тебя…

- Да. Я наблюдала за тобой и Николаем. Вы – такая прекрасная пара! И со стороны кажется, что у вас все замечательно.

- Не верь тому, что видишь. – покачала головой я, - Ник тоже внезапно и эффектно появился, потому что подумал, что я могу отказаться от него. И это после знакомства с его родителями. Дурачок!

- Вот как, - улыбнулась Пенни, вытирая слезы.

- Да, так что вытри сопли и расскажи толком, почему ты так себя ведешь.

Я барабанила указательным пальцем по столешнице, ожидая рассказа. Пенни поправила юбку и рассказа о том, что происходило в последние месяцы, начиная с начала сезона квиддича. Мне стало ясно, что их отношения трещат по швам, и в этом виноват Страйк. Мужчины всегда виноваты в конфликтах, даже если начало им положила женщина. Я как могла успокоила ее, заверив, что мы вместе придумаем, как научить Страйка уму-разуму, и вернуть ему мозги на место.

- А Ник не собирается с ним драться, - с тревогой спросила Пенни.

- Нет конечно. Страйка нужно наказать, но мы придумаем другой способ. Вы должны быть вместе! Но для этого нужно будет показать Страйку, как легко и бесповоротно он может тебя потерять. Давай обсудим план после встречи в Хогсмиде.

- Спасибо, Мерула. Ты не против, если я доеду оставшийся путь с вами?

- Оставайся, только позови Ника. Он специально оставил нас наедине.

- Он такой галантный и внимательный… тебе с ним очень повезло!

- Я знаю. Только не говори никому, а то буду все отрицать! – Пенни хихикнула, открыв дверь купе.

Оставшееся время мы скоротали за игрой в волшебные шахматы.

***** *****

Хогсмид. Чайный домик мадам Паддифут.

Оказавшись в знакомом кафе, в котором мы с Николаем пытались провести время вдвоем, я сразу заняла вакантное место за одним из столиков, ближе к окну, на подоконнике которого стояли чудные торты. Камин не топили, поэтому было немного прохладно. Мы обогнали Локонса, но он не замедлил явиться. Теперь я, Пенни и Николас ждали остальных, сидя за столиком. Нарцисс о чем-то беседовал с мадам Паддифут, выглянувшей из кухни. Около полудня соизволили появиться остальные – наверняка пропустили пару стаканов сливочного пива неподалеку.

- Раз все собрались, друзья, предлагаю осмотреться, - с улыбкой произнес Локонс, показывая помещение кафе – разве здесь не чудесно!

Я замялась, стоит ли говорить об этом, но потом решилась и произнесла смущенно:

- Мы с Николаем провели здесь свое первое свидание. – Николай обнял меня за плечи и поддержал.

- Мягко говоря, это был незабываемый вечер… - и поцеловал меня в щеку. Пенни захлопала в ладоши, но я осадила ее хмурым взглядом.

- Блестяще! – похвалил Локонс, уперев руки в бока, - значит, большинству из вас знакомо это замечательное заведение мадам Паддифут… что значит, что нет более подходящего места для моего события, связанного с путешествиями, вампирами… и валентинками! Да, так и назовем!

Я прыснула, вздрогнув, а Страйк рассмеялся и заметил, что звучит очень смешно. Однако никто из нас не поддержал его радость, а Андре дипломатично исправил выходку друга, заявив, что идея его до смешного заинтриговала.

- Согласен с вами, мистер Эгву, - ответил дружелюбно Локонс, чем удивил многих.

- Я думал, мы были случайным образом выбраны для мероприятия… - подозрительно посмотрел на Локонса Страйк.

- Ну да… - замялся Златопуст, - так и есть! А теперь пришло время мне узнать о каждом из вас побольше. К тому же, я уже доложил Дамблдору о том, что выбрал вас… имею в виду… что вам посчастливилось стать частью моего большого проекта!

- Дамблдор вряд ли лично об этом задумывался, - предположила Пенни.

- Да, - кивнул Талботт, - что касается вашего «клуба подмастерьев»… я… мягко говоря, не командный игрок…

- Конечно, нет, - кивнул Локонс, - но я бы сам не смог провести год с Йети, если бы не обладал чудесной силой убеждения…

«Странный человек, и чертовски подозрительный».

Следующие несколько часов мы вновь слушали одного-единственного Локонса, который опять разглагольствовал о своих многочисленных приключениях, полных смертельных опасностей. Среди его нескончаемого потока слов, от которого у меня через полчаса уши завяли, мы услышали, что он выберет одного из нас и назначит лидером группы. Потом что-то говорил о списке гостей, который будет «очень эксклюзивным». И конечно, не обошлось без нарциссизма: он заявил, что для нас типа честь оказывать ему почтение. А ему приятно от нашего внимания к его персоне. Затем немного пространно похвалил кафе, назвав его замечательным и знаменитым среди студентов, особенно в День Святого Валентина. Также мы поняли, что сами будем выполнять две роли – организаторов и специальных гостей. Это еще раз подтвердило наши подозрения, но осталось собрать железобетонные доказательства невменяемости этого белокурого мага.

- Вопросы есть? – спросил он, отчего я проснулась, до этого уснув на плече у Ника. Протерла глаза и уставилась на мужчину. Он даже не дышал, по-моему, пока говорил. Я посмотрела на ребят – все с трудом переваривали полученную/отсутствующую информацию. Страйк почесал голову и спросил в лоб:

- А это праздник для вас, для выходящей книги или все-таки для всех влюбленных?

- В точку! – радостно кивнул Локонс, - вот вы и будете руководить группой при планировании во всех отношениях исторического события!

- Чего? – переспросил Джейсон, до которого только сейчас дошла суть сказанного.

- Простите, - извинился мужчина, куда засобиравшись, - у меня больше нет времени на дополнительные вопросы. Удачи! Дополнительные инструкции получите позже.

И ушел. Мы все прибывали в удручающем, пришибленном состоянии. Андре заметил, что нам всем едва ли удалось хоть слово вставить. Здесь я могла с ним согласиться. Барнаби снова заиграл свою пластинку, мечтательно заявив, что ему льстит идея справить день всех влюбленных в компании вампиров.

- Вообще-то ничего из этого не произойдет, Барнаби, - осадил его Джейсон, потеряв терпение.

- Тогда что вообще происходит… Кроме того, не думаю, что мне известно, чем занимаются подмастерья.

- Мы узнаем это, - проговорила уверенно Пенни. – Ясно одно – мы все будем вместе в день праздника.

- Тогда, раз я главный, - произнес Джейсон задумчиво, - давайте чуть позже встретимся в «Трёх метлах» и обсудим план мероприятия.

- Отличная идея. Пошли отсюда, Ник.

Я буквально выдернула парня из-за столика и поспешила покинуть кафе.

**** **** *****

Через несколько часов, ближе к вечеру, в час, когда в пабе не было еще слишком много посетителей, мы собрались всей нашей компанией, чтобы обсудить план нашего праздника, по факту будущего праздника Златопуста Локонса (мне становится интересно, когда мы сможем нормально насладиться обществом друг друга, не теряя время на деятельность, которая даже не входит в общее расписание!

- Значит, мы стали подмастерьями Локонса с ведома Дамблода, - задумчиво произнес Джейсон, заказав нам всем сливочного пива.

- Больше похоже на составителей вечеринок, - подколола я его. Талботт добавил, что есть в этом нечто очень подозрительное, но не пояснил, что именно.

- Они просто подают здесь рыбу с жареной картошкой, поэтому ты чувствуешь запах, - сказал, не разобравшись, Барнаби, чем окончательно лишил меня сомнений по поводу наличия в его черепушке хоть остатков мозга.

- Думаю, мы сможем спланировать эту книжную вечеринку – проговорила вяло Пенни, упрямо глядя на свои ногти и не поднимая взгляд на Джейсона – Представьте: «День Святого Валентина с Златопустом Локонсом».

- Звучит отвратительно! – поморщился Николай, сидящий рядом. Андре, сидящий по другую сторону, спросил у Страйка.

- Что же нам делать? Локонс назвал тебя «Главным подмастерьем»…

- Эй! – возмутилась я, - я никогда Страйка не звала таким образом.

- А что насчет … «Капитан-валентинка»! – предложил Барнаби, отчего я ущипнула себя.

- Я бы предпочел, чтобы вы звали меня как обычно, но тогда никакого праздничного настроения не будет. – задумался Страйк, метнув любопытный взгляд на притихшую Пенни, - думаю, что «Капитан-валентинка» звучит более празднично, и не так по-меруловски…

- Нарываешься, Страйк! – прошипела я, но взгляд Николая остановил меня, - живи пока.

- Давайте начнем с того, что составим список всего, что может понадобиться нам для вечеринки в стиле Локонса.

Спустя четыре часа обсуждений мы решили, что для праздника нам понадобятся выращенные розы, особое зелье, которое вызвалась приготовить Пенни, многочисленные ленточки и сердечки.

- Что-нибудь упустили? – поинтересовался устало Талботт, который уже устал от компании и жаждал уединиться.

- Приключения? – поинтересовался Андре.

- Вампиры! – с восторгом воскликнул Барнаби, отчего на него посмотрело несколько ведьм и колдунов.

- Партнеры! – воскликнула Пенни, - те, кого мы пригласим на день Святого Валентина!

Я переглянулась с Николаем, уже зная о том, с кем пойду. Остальные уставились на Джейсона – Барнаби широко улыбался, Андре лукаво помахал ручкой, Пенни немного приподняла уголки губ, избегая взгляда того, кого любила, а Талботт лишь застенчиво улыбнулся, после чего уставился в потолок.

Джейсон растерялся, откашлялся и заметил, что для поиска партнеров у них еще очень много времени. И предложил разойтись, чтобы собрать необходимые вещи для праздника. Я видела, как Пенни прошептала что-то Николаю и убежала самой первой. Мы с парнем задумчиво вышли на вечернюю улицу, повернув к железнодорожной станции. Я чувствовала, что Пенни со Страйком нужна помощь, как бы мне подобная мысль не нравилась…

**** **** *****

Следующие два дня мы провели за сбором необходимых ингредиентов, цветов и зелий. Причем Пенни сильно просила, чтобы Николас помог ей с зельем. Я не возража, понимая, какого рода поддержка ей нужна. А сама решила встретиться со Страйком на большой лестнице, рядом с портретом сэра Кадогана – сумасшедшего рыцаря, который при случае вызывал каждого на волшебную дуэль. До этого Андре попросил меня об одолжении – отобрать материал и ткани для нарядов к празднику – по настоянию Локонса, на вечеринке должен был преобладать красный и розовый цвета. Это было отвратительным с моей точки зрения, но я понимала, что спорить по этому поводу было бессмысленно.

Когда я, с трудом отмыв руки от краски и вытащив из волос ленточки и бумажные валентинки, поднялась по ступеням Большой лестницы, я решила подшутить над Страйком. Но, когда он появился в поле моего зрения, я передумала – он выглядел таким пришибленным, уставшим и в какой-то степени злым, что я просто вышла из своего укрытия, насмешливо проговорив:

- Только посмотрите, кто у нас здесь! Капитан-валентинка!

Джейсон даже не огрызнулся, а лишь тяжело вздохнул.

- Ты игнорировала всех сов Локонса по поводу «Путешествий, вампиров и валентинок», Мерула.

- Меня происходящее мало волнует. Разве что только один момент – долго ты будешь мучить Пенни?

Он растерялся и выпучил глаза.

- Ты это о чем?

- О том! Не понимаешь, что ты делаешь ей больно!

- Раньше тебя не очень интересовали чувства других…

- Мы не обо мне говорим!

- Тогда объясни!

- Отлично! Слушай и не обижайся! Пенни считает, что ты ее больше не любишь, особенно после того, как ты выиграл кубок школы по квиддичу во втором сезоне, в начале учебного года. За тобой все время бегают поклонницы, вот и сейчас слюни пускают, взгляни, - я махнула рукой в сторону группы школьниц, безостановочно шепчущихся, в руках они держали спортивные журналы, на обложках изображена улыбающаяся физиономия Страйка. – именно поэтому она перестала любить игру, и сосредоточилась на зельях. Она слишком долго терпела, как ты снисходительно принимал все ухаживания поклонниц. Дошло наконец!?

- Так вот почему она не смотрит мне в глаза и отказалась встречаться в комнате артефактов… - огорошенный моими фактами, произнес Страйк, растерянно посмотрев на меня, - но как мне исправить все?

- Откуда мне знать? – развела руками я, - кто из нас мужчина: я или ты? У меня проблем с Ником нет. Почти…

- Теперь я понимаю тебя. Помнишь, пару лет назад, когда ты стала сближаться с Лобоской, вас окрестили влюбленной парочкой? Так вот, за эти дни я сполна познал твой опыт.

- О чем ты? – не поняла я, поморщившись от воспоминаний. Если бы не Николай, быть мне лесби.

- О том, что все члены нашей команды, включая Барнаби, Андре и Талботта хотят, чтобы я выбрал их в качестве партнеров в день праздника…

- Ого! – присвистнула я, не ожидая такой откровенности. – Не завидую тебе. Ну, и кого ты выберешь, капитан?

Он кисло посмотрел на меня и прошептал:

- Я понимаю, что заслужил издевку с твоей стороны за всю боль, что ты испытала по моей вине, но мне нужна твоя помощь. Помоги мне вернуть Пенни!

- Почему я? Больше кандидатуры не нашлось?

- С Николасом у нас трения, из-за тебя, в том числе, но признаюсь, что я к нему ревновал и Пенни пару лет назад. Но поверь, парни меня совсем не интересуют!

- Охотно верю, ты не похож на голубка, - кивнула я с усмешкой. – А как же твоя армия поклонниц?

- Да плевал я на них! – огрызнулся Джейсон, - все, что я делал на поле, было ради Пенни, ради ее улыбки и криков поддержки! Только она меня поддерживала и понимала по-настоящему! И за эти дни я понял, что не могу без нее. Но она не захочет меня слушать… ты поможешь?

- Ничего не обещаю. Нужно будет поговорить с Перечихиным. Он замечательно играет на флейте, может, музыка растопит сердце твоей девушки…

- Но я не умею играть!

- Да тебе и не придется! Обсудим это в другой раз. Лучше расскажи, что тебе удалось узнать о Локонсе?

- Тебе он тоже показался подозрительным?

- Да он дышит секретами и обманом. Нужно найти доказательства! Есть идеи? По поводу этой вечеринки «Встреч с вампирами и валентинками»?

Джейсон не успел ответить, как к нам обратился сэр Кадоган, заявив:

- Так это вас отобрали…

- Сэр Кадоган, при всем уважении, но у нас важный разговор, - раздраженно отозвался Страйк, снизу-вверх глядя на рыцаря. – Сейчас не подходящее время для рыцарских историй.

- Вас отобрали, - продолжал усатый рыцарь – для вечеринки Златопуста Локонса под названием «Путешествия, вампиры и валентинки».

- Нас случайно выбрали, если вы об этом… - с сомнением ответила я, глядя на картину.

- Но вы – его единственные гости, - пояснил сэр Кадоган.

- Капитан-Валентинка, ты понимаешь, о чем толкует этот рыцарь? – обратилась я к Джейсону.

- Сэр Кадоган, расскажите нам все, что знаете, - попросил Джейсон.

От рыцаря мы узнали, что Локонс всех обманул – он лично выбрал нас для своего мероприятия, разговаривая с самим собой на этой самой лестнице. Это подтвердило наши опасения по поводу Локонса. Но я не поняла, зачем он пригласил нас на подписание автографов, если знал заранее, что пригласит только нас? Очень подозрительно. Джейсон отметил, что Талботт говорил ему то же самое. Локонс что-то скрывает. Мы решили обсудить все услышанное с остальными. Правда, Джейсон не хотел меня отпускать, пока я не заверила его, что мы с Николасом поможем вернуть доверие и любовь Пенни. У меня уже созрел небольшой план. Но я не знала, как к этому в итоге отнесется сама Хэйвуд.

Договорившись встретиться с ребятами на следующее утро в «Трех метлах», я спустилась по ступеням в подземелья. Николай покорно ждал меня перед входом в Общую гостиную. Рассказал, что Пенни пыталась использовать на нем Очаровательные чары, которым мы обучились у Флитвика, потому что пришла в отчаяние от выходок Страйка. Я рассказала ему свой план, пожелала ему спокойной ночи и отправилась спать. До праздника оставалось очень мало времени.

Глава 3. Костюмы, украшения, вампиры и валентинки

Следующим утром мы втроем прибыли в Хогсмид и сразу отправились в «Три метлы». Мадам Розмерта, увидев нас, расплылась в улыбке и предупредила, чтобы мы смотрели под ноги: возможно, Хагрид пролил свое сливочное пиво. Тонкс помахала нам рукой и подошла поговорить с Тулип на предмет новых товаров «Зонко». Наша «группа» стояла у камина в ожидании.

- Спасибо, что пришли, - поблагодарил всех Джейсон, улыбнувшись Пенни, та пожала плечами и отвернулась. Вздохнув, парень продолжил, - Мы собрали вас потому, что узнали кое-что очень важное о Златопусте Локонсе, нам рассказал сэр Кадоган. С большой долей вероятности мы будем единственными гостями его особого праздника Дня Святого Валентина.

- Хочешь сказать, единственными помощниками? – переспросил Барнаби.

Я метнула в него презрительный взгляд, а Страйк покачал головой:

- Нет, Барнаби. Единственные гости – значит, что будем только мы! Нас выбрали не случайно. Локонс выбрал лично нас.

- Это странно, - не понял Андре, - а почему мы?

- Может, потому что кафе мадам Паддифут очень тесное? – предположила Пенни.

- А я продолжаю настаивать, что Златопуст Локонс что-то скрывает, - подал голос Талботт, стоящий ближе всех к огню камина.

Я не успела ничего сказать, потому что услышала, как хлопнула входная дверь, и к нашей компании присоединился объект нашего разговора – мистер Локонс собственной персоной.

Он предположил, что пропустил что-то важное. Страйк смело заявил, что мы обсуждали его, и к счастью, Локонс ничего не понял, приняв это за комплимент, отметив, что его фигура – ценный материал для историй. И попросил рассказать о том, как проходит подготовка к празднику. Только я хотела раскрыть рот, как Локонс снова начал бахвалиться тем, какой он замечательный во всех отношениях волшебник и талантливый писатель современности. Переглянувшись, мы оставили всякие попытки прервать его речь. Он сетовал на то, что никто из нас за сегодняшний день не похвалил его волосы, отметил, что любимый цвет вампиров – розовый. Также мистер Локонс отметил, что крайне заинтересован в наших собственных историях, наших битвах и забавных случаях. Это окончательно подтвердило мои подозрения на его счет: он не может сам создать оригинальную историю, и всегда брал материал для книг у других людей. Вопрос в том, почему те люди не подали на проходимца в суд или публично не обвинили его в фальсификациях? Это нам предстояло выяснить. Он поблагодарил нас и заверил, что услышал нас четко и ясно и рад прогрессу, с каким идет подготовка к празднику. Пенни попыталась задать ему вопрос о списке гостей, но мистер Локонс стушевался, свалил все на мнимых фанатов, ожидающих снаружи, чтобы «прикоснуться к своему кумиру» и быстро скрылся из поля нашего зрения.

Андре извинился и сказал, что ему необходимо еще закончить наряды для праздника и ушел. В пабе остались только мы с Николаем, да Пенни со Страйком. Я подтолкнула парня к ней и взяла Ника под руку. Джейсон подошел к белокурой девушке и спросил тихо:

- Мы можем поговорить?

Пенни вздрогнула, сбросила его руки со своих плеч и резко сказала:

- Сейчас не время! Нужно подготовить кафе мадам Паддифут… времени мало… может быть… после…

И прошла мимо сконфуженного, притихшего парня. Он посмотрел вслед девушке, подошел к нам.

- Неплохое начало, - похвалила я его, на что он вяло улыбнулся, - она тебя услышала и обдумает все. Нужно зайти в кафе. Думаю, к вечеру ты получишь ответ.

- Не отчаивайся, дружище, - добавил Николай, -ей нужно время. Не напирай только.

- Как скажете. Пошли!

Но Тонкс остановила Джейсона, спросив, как жизнь, и нашел ли он себе партнера.

- Говорят, тебя пригласили почти все, состоящие в вашей группе «подмастерьев Локонса», кроме Мерулы, разумеется. У нее есть Ник.

- Нет, я пока не решил, думаю, разберусь с этим после декорирования кафе к празднику. Счастливого Святого Валентина, Тонкс.

- Тебе тоже! И не затягивай с поисками! Ты же не такой тупой, как все думают.

- Ну спасибо…

- Обращайся!

**** ****

Мадам Паддифут встретила всех радушно, и мы с усердием приступили к декорированию. Ну, почти все. Я вальяжно уселась за одним из столиков, заявив, что пришла лишь для того, чтобы наблюдать за тем, как Страйк контролирует процесс. Николас рассмеялся, распаковав первую коробку с разноцветными лентами и бумажными сердечками, которым предстояло оживить немного скучное помещение кафе. Барнаби украшал окна выращенными собственными руками розами, а Пенни помогала Николаю, стараясь избегать близости к Страйку. Это выглядело забавно. Я скептически оглядывала всех окружающих и рассеянно слушала наставления мадам Паддифут.

Через несколько часов они все закончили украшать кафе, и стало слишком много розового и красного. На стенах появились портреты Локонса, обрамленные нежными розовыми бутонами. Золотые купидоны, готовые выпустить свои стрелы, были прикреплены к люстрам и потолку в каждом углу комнаты. По мановению палочки, со статуй стали падать многочисленные лепестки красных и розовых роз, специально выращенных для этого события. Окна тоже были украшены изображениями белых лебедей с венками из розовых лепестков на длинных, изящных шеях.

Я видела, как Мадам Паддифут подошла к Джейсону и похвалила за проделанную работу. Я хлопнула Ника по плечу и указала на них. Ник подошел к говорившим.

- … за столько лет я видела столько влюбленных парочек в своем кафе, милый, что сразу поняла: каждый из здесь присутствующих предложил сопровождать тебя.

- Не всех, - поправил ее Николай, - простите, мадам Паддифут, но мисс Снайд по-прежнему остается единственным объектом моей любви.

- О да, я отлично помню тот день, когда вы здесь пили чай. Кто-то разбил эту самую гору из чайных чашек, - она указала на столик по левую руку от себя. Я потратила несколько дней, чтобы устранить последствия…

- Простите, - сконфузился Николай, - это была Тонкс. Ей с Чарли так сильно хотелось помочь мне найти отклик в сердце Мерулы, что она забыла об осторожности и врожденной неуклюжести.

- Значит, у вас обоих есть друзья, которые много думают о вас.

- Да. Это правда. – Джейсон замялся, посмотрев в сторону Пенни, присевшей отдохнуть.

- Хочешь, дам тебе совет, - заботливо спросила мадам Паддифут, - не заставляй ее больше ждать и мучиться в неизвестности. Покажи ей, что она важна для тебя. Иди.

Ник хлопнул его по плечу.

- Все получится. Мы с Мерулой обсудили план вашего свидания…

- Почему вы делаете это для меня. Мы же ненавидели друг друга…

- Не знаю. Мерула не простила тебя за тот случай, когда ты влез ей в голову, и я тоже. Но я очень хочу, чтобы Пенни, как мой друг, была счастлива. Докажи, что достоин ее любви. Давай!

Поддавшись уговорам, Страйк подошел к Пенни и прошептал ей что-то на ухо. Она удивилась, но отошла с ним в сторону.

- Пенни, я знаю, что должен еще заслужить твои чувства, но ты позволишь пригласить тебя на праздник? – бегая глазами по потолку и стенам, сбивчиво проговорил Страйк, чувствуя себя хуже, чем после травмы, полученной от удара бладжером.

- Знаешь, - через минуту, показавшуюся ему вечностью, протянула Пенни, осматривая декорации, - кафе, украшенное к дню Святого Валентина настолько преобразилось, что стало прекраснейшим местом, ты так не думаешь?

- Пенни… - он уставился на нее, не зная, что ответить, - я заставил тебя ждать… и это непростительно, но я…

- Джей, - ласково произнесла Пенни, взяв его за руку, - ты заслуживаешь того, чтобы ждать. Я согласна пойти с тобой на праздник. Я счастлива!

- Тише, - прошипел Страйк, зажимая ей рот и оглядываясь, - остальные не должны знать, что ты – моя валентинка.

- А какая разница? – не поняла Пенни. – Какое дело остальным до этого?

- Потому что… каждый из них просил меня о том же. Кроме Мерулы и Николая. Им уже не нужно доказывать что-то. А я должен исправить свое поведение, недостойное Разрушителя проклятий и чемпиона квиддича…

- Значит, я – колдунья, которая выиграла борьбу за твое сердце? – с улыбкой поинтересовалась Пенни. – Это делает меня самой везучей колдуньей в мире…

- Но теперь мне предстоит побороться за твое сердце, - возразил Страйк.

- Я желаю тебе удачи. У нас будет самый замечательный День Святого Валентина! Обещаю. А теперь тебе нужно проверить, как обстоят дела у Андре с нарядами для нас.

- Хорошо, а потом мы уже встретимся здесь, на нашем празднике. – нервно улыбнулся Страйк.

- Да.

Страйк вернулся к нам и пожал Николаю руку.

- Спасибо. Вы мне очень помогли.

- Но мы еще ничего не сделали, - возразила я с недоумением. Николай погладил меня по плечам и добавил, что самое интересное будет завтра.

Поблагодарив мадам Паддифут, мы вернулись в замок, чтобы подготовить наряды для праздника. В этот раз мне не нужна была помощь Андре. Николай подарил мне чудесное платье, которое я лишь немного решила преобразовать. Кроме того, чтобы соответствовать цветовой тематике праздника, я решила перекрасить свою челку в малиновый оттенок. В этом мне любезно согласилась помочь Кьяра, в случае чего способная исцелить меня. Потом я показала ей платье, которое решила сделать в более темных, готских тонах. Я замечала, что Николай не против этого. Добавила только малиновую юбку и покрасила губы стойкой блестящей губной помадой. Чтобы следы нашего счастья не смыл ни один дождь…

Андре встретился со Страйком и предложил ему на выбор два наряда, оставшихся от его «праздничной» коллекции. Поскольку Страйк терпеть не мог розовый, он выбрал для себя более роковой стиль сердцееда, надеясь, что Пенни не будет высматривать в этом двойной подтекст. Бордовые брюки, темные стильные ботинки, красная насыщенная рубашка с «сердечным» принтом, а завершает образ качественная кожаная куртка. Андре также предложил уложить волосы лаком и перекрасить их в малиновый цвет, чтобы соответствовать требованиям Локонса. Подумав над тем, что у Пенни золотистые волосы, и его белые кудри могут заставить девушку почувствовать себя неловко, он согласился на этот эксперимент. В довершение образа его голову украшала малиновая прическа дикобраза. Скрепя сердце, Страйк согласился. Андре обрадовался и поспешил закрыть свою модную лавочку, пока профессор Макгонагалл не сняла с его факультета очки.

Николай тоже подготовился для встречи со мной. Он одел замечательный светлый смокинг и яркую красную рубашку, а волшебный эффект создавал впечатление раскрытия цветочных бутонов.

О том, как же все-таки прошло свидание Страйка и Пенни, а также о чем умалчивал Локонс, вы узнаете чуть позже.

Глава 4. "Не разбивай моё сердце", или свидание в теплицах

В день праздника мы собрались в кафе мадам Паддифут. Я стояла рядом с Пенни, одетой в чудесное золотистое платье, с розовыми оборочками на воротнике и юбке. Цвет платья отлично гармонировал с цветом волос девушки и делал небесно-голубые глаза еще более насыщенными и бездонными. Волосы она заплела в тугую косу, которую кокетливо перекинула через плечо. Что говорить, она была великолепна, но я не боялась признать: я тоже была хороша. И надеюсь лишь, что парни не будут падать в обморок, ослепленные нашей красотой. Остальные уже окружили болтливого Локонса, а мы вдвоем ждали своих кавалеров. Столики с золотистыми скатертями, с изображениями роз, и большими вазами с теми же цветами разносили по комнате дурманящий аромат.

И они не заставили себя ждать. Могу признать без ложной скромности – оба были великолепны. Не то что бы я всегда заморачивалась насчет внешнего вида, но сегодня хотелось выглядеть особенной. И я благодарна молодым людям за то, что они приняли правила игры, навязанной автором романа «Путешествия с вампирами».

Ник был облачен в светлый костюм, на пиджаке которого были изображены ветки роз, волшебством раскрывающиеся бутоны цветов. Пафосно, но очень к месту, учитывая, что на нас с потолка падали десятки сердечек и ленточек. Я протянула ему руки и произнесла:

- Счастливого дня Святого Валентина, Перечихин!

Он улыбнулся, крепко сжав мои мокрые ладошки (не знаю, почему, но я волновалась).

- С праздником, мисс Снайд. Вы сегодня просто прекрасны!

Он хотел меня поцеловать, но я увернулась от его губ, толкнув легонько в грудь.

- Не сейчас! Давай представим, что у нас очередное тайное свидание? Кроме того, предлагаю держаться как можно дальше от «Шоу Златопуста Локонса».

- Ты права, дорогая, - кивнул головой Николас. Я даже признательная была за то, что он не стал перекрашивать волосы ради дурацкого праздника, как это сделал Страйк, смущенно держащий за руки Пенни, покрасневшей от его комплиментов, наверное.

Они подошли к нам.

- Здравствуй, Снайд, - приветствовал меня Страйк, поправив свою кожанку, - чудесное платье.

- Спасибо, ты тоже словно с обложки модного журнала «Волшебник» слез, - не осталась в долгу я, но без излишнего злорадства. – Похоже, сэр Кадоган был прав: мы – единственные гости на этом празднике «сердечек и ленточек».

- Да. Нужно держать ухо востро.

- Кстати, я слышала, как Локонс задавал остальным разные смешные вопросы, и записывал ответы в свою книжечку. Это подтверждает мои мысли о том, что он не написал сам ни одной книжки.

- Тише, Мерула! – покачала головой Пенни, - не нужно, чтобы мистер Локонс узнал об этом, и испортил нам праздник. Мы же потратили столько времени…

- Ладно-ладно, не буду.

- Знаешь, Ник, тебе очень идет белый цвет. А вот насчет своей розовой челки и юбки я совершенно не уверена…

Он протянул руку и погладил меня по щеке, ответив с улыбкой.

- Ты никогда не была краше, только во время нашей встречи в библиотеке, когда заснула на толстенных учебниках. Тогда ты была еще милее и острее на язык.

- У меня и сейчас язык острый.

- Не сомневаюсь.

Пенни прошептала Страйку.

- Тебе тоже очень идет розовый и красный. Но зачем ты перекрасил свои белокурые волосы?

- Только не смейся: я посчитал, что смогу затмить блеск твоих волос, похожих на лучи яркого солнца.

- Это очень мило. Спасибо. Пойдемте, послушаем, что нам хочет сказать Локонс.

- Наверняка будет лекцию читать или пытать своими вопросами о нашей личной жизни, - пожала плечами я, приняв руку Николая. – Надеюсь, остальные не узнают, что у нас тайное свидание…

- У вас тоже? – удивилась Пенни. – Похоже, мы с вами единственные пары на этом празднике.

Не успели мы дойти до наших друзей, как к нам навстречу вышел сам Локонс, с улыбкой во все тридцать два.

- А вот и мой лидер! Добро пожаловать на праздник «Путешествий с вампирами и валентинками»!

- Вечеринка вышла такой, какой вы надеялись ее увидеть? – поинтересовался Страйк, задрав голову.

- О да! – осмотрелся Локонс – сердечки, ленточки, море цветов, просто замечательно! Вы все постарались на славу. Обязательно передам об этом мистеру Дамблдору!! А костюмы, созданные мистер Эгву – просто шедевры моды!

Я хмыкнула и отметила, что, если бы отсутствовал розовый цвет, я бы могла полюбить этот день. Пенни поспорила со мной, отметив лишь, что ее любимый цвет – желтый и золотой. Локонс поблагодарил нас за энтузиазм и отметил, что ожидал большего от «самой могущественной колдуньи Хогвартса. Я нахмурилась, но слова любви Николая вернули меня в хорошее расположение духа.

- Мы разве здесь не для того, чтобы отпраздновать выход в свет вашей новой книги? – спросил Страйк.

- Разумеется, но давайте для начала обсудим ваши многочисленные таланты! Мы, мистер Страйк, по слухам, талантливый разрушитель проклятий, а вы, молодой человек, извините, не знаю, как вас зовут….

- Это не важно, - быстро сказала я, потянув Ника к ближайшему столику.

- Мы на тайном свидании, мистер Локонс, - прошептала смущенная Пенни, взяв за руку Страйка.

Когда мы расселись за столиками (Я с Ником, Пенни с Джейсоном, Барнаби с Талботтом и одинокий Андре). Как я предполагала, не успели нам разлить по чашкам горячий чай, как Локонс с пером и блокнотом стал ходить между столиками и задавать глупые вопросы. О том, как удалось Страйку победить ледяного рыцаря, меня он попросил рассказать о самом замечательном приключении в трехстах словах, а услышав о том, что Николас родом из России, вообще прилип к нам как банный лист, и тарахтел без умолку, как пулемет. Когда он стал напирать на меня с вопросами о родителях – Пожирателях Смерти, я поняла, что нашему прекрасному свиданию потихоньку приходит конец.

- Кажется, вам нужно побыть одним, - произнес со знанием дела Локонс, - я присоединюсь!

Мне надоело. Я резко встала со стула и убежала в соседнее помещение, меча молнии. Николай учтиво извинился и последовал в соседнюю комнату.

- Как ты, моя валентинка?

Я обернулась к нему, раскрывшему объятия мне навстречу и всхлипнула:

- Почему они все лезут в мою душу и пытаются извратить ее? За что? Что я такого сделала, кроме того, что родилась на свет? Я не понимаю….

- Не обращай внимания, дорогая, - прошептал Николай, гладя меня по волосам, - глупых людей очень много и от возраста это не зависит. Потерпи, осталось немного. Мы выслушаем его, и он исчезнет из нашей жизни, оставив лишь воспоминание.

- Он хуже дементора!

- Ха-ха! Меткое сравнение, мисс Снайд.

Я успокоилась и спросила:

- Из твоей школы еще не пришло письмо?

- Нет. Но думаю, что и на этот вопрос мы найдем ответ. Ты простила меня?

- А я и не обижалась, дурачок. – я поцеловала его, оставив стойкий след помады, - ради меня на такие жертвы никто никогда не отваживался. Флейта у тебя с собой?

- Конечно. Она всегда со мной.

- Хорошо. Нужно будет помочь Пенни и Страйку быть вместе.

- Все идет по плану…

Но шум из общего зала спустя десять минут заставил нас прервать наше романтическое уединение. Мы прибежали обратно и застали наших друзей, недоумевающе вертящих головами, улыбающегося Локонса с волшебной палочкой в руке. Николай опередил меня, пытаясь поставить подножку мужчине, однако Локонс парировал заклятие, извинился, и трансгрессировал. Скотина!

Я подбежала к растерянной Пенни и потрясла ее за плечи.

- Хэйвуд! Что с тобой!?

- Кажется, мы говорили с кем-то… - нахмурила лоб в попытках вспомнить обрывочные воспоминания, - что-то о книгах, вампирах и другом… мы прижали его к стенке, догадавшись, что ни одну книгу он не написал сам. Большая часть приключений была взята им из историй других людей и… - она вздохнула и потеряла сознание. Я поймала ее и усадила на стул.

Остальные тоже приходили в себя. Локонс явно применил заклинание забвения, как предположил Николас. Он взмахнул палочкой и стал играть на флейте исцеляющую мелодию. Это мне всегда в нем нравилось: он пытался заботиться о других в ущерб себе, как и в этот раз, когда сбежал ко мне. Мне это льстило, разумеется, но я очень беспокоилась о нем.

Пришла мадам Паддифут и посоветовала нам вернуться в замок и отдохнуть. Николас закончил играть, и ребята пришли в себя. Все были расстроены тем, чем закончился этот светлый праздник, в подготовку которого каждый из нас вложил столько времени, сил и даже частичку своей души.

***** *****

Когда мы оставили Пенни для осмотра у Кьяры и вернулись в Общую гостиную Слизерина, там нас ждало письмо от профессора Снейпа. Он прилагал приглашение от директора Дамблдора. Я поняла, что сейчас должна решиться судьба Николая. И вызвалась сопровождать его.

Когда мы пришли в кабинет Дамблдора, мы увидели самого директора, профессора Снейпа, профессора Макгонагалл и двух незнакомых девушек. Николай сразу узнал гостей и поприветствовал их:

- Варвара! Сима! Что вы здесь делаете?

Две красивые девушки, одна черноволосая, другая ярко-рыжая, одетые в дорожные плащи светлого покроя, подошли к Николаю и весело приветствовали его. Я слышала небольшой акцент, не портящий, однако, восприятия.

- Избушкина совсем озверела, Ник, когда узнала о твоем побеге.

- Да, Кощей пообещал ей наказать тебя, но мы с трудом смогли отговорить его…

- Зачем, Варя? – удивился Николай, посмотрев на меня, - я сам виноват в содеянном и готов понести любое наказание…

- Мы объяснили ему, почему ты так поступил, - девушка посмотрела на меня и протянула руку, - здравствуй, Мерула, я Сима. Ник о тебе очень много рассказывал.

- Хорошие вещи? – я осторожно пожала ее теплую, маленькую ладошку. Сима была похожа на выдру, юркая, миниатюрная, быстрая.

- Конечно, мы не могли остановить его фонтан нежности и изумления по поводу твоих талантов и красоты, - подхватила Варя, поправив тугую косу. – Он рассказал столько историй, что мы, когда речь зашла о людях, обязанных вернуть Ника на родину, мы вдвоем вызвались. И рады, что наконец смогли познакомиться с объектом грез и безумия Ника.

- Неужели он стал настолько несносным? – ухмыльнулась я, посмотрев на смутившегося парня.

- Знаешь, у нас говорят: с кем поведешься, от того и наберешься.

Я нахмурилась, а девушки рассмеялись.

- Не обращай внимания, Ник становится косноязычным, когда дело доходит до комплиментов. Из его многочисленных рассказов, мы поняли, насколько ты сильная, независимая, гордая и красивая. Красивая душевно. И сейчас мы видим тебя….

- Мы рады, Мерула. Теперь понимаем, почему Николай это сделал. Ты этого заслуживаешь, как никто.

Я сконфуженно посмотрела на присутствующих, желая провалиться сквозь землю. Ник взял меня за руку и спросил:

- Сколько у нас времени?

- Будто ты занят! – пошутила Варвара, но осеклась, - неужели недели тебе не хватило?

- Мне и жизни не хватит, - холодно ответил Николай.

Он прошел к столу директора и рассказал о произошедшем. Снейп помрачнел больше обычного, Макгонагалл нахмурилась, а Дамблдор только лукаво улыбнулся сквозь пушистую бороду.

- Не волнуйтесь, мой мальчик. Мистер Локонс покинул нас на неопределенный срок. Наверно, вы подарили ему множество историй для новых книг. Я советую вам просто забыть об этом и насладиться прекрасным вечером.

- Вы не собираетесь меня наказывать, сэр?

- За что, мистер Перечихин? Вас привела сюда любовь – самая сильная магия в мире. Как я могу запретить вам навещать мисс Снайд. Кащея и госпожу Избушкину я постараюсь переубедить. Однако эти юные барышни настаивают на вашем скором возвращении.

- Но я не могу пока вернуться, Варвара, Сима! – возразил Николай, вернувшись ко мне, - нам с Мерулой нужно кое-что сделать для наших друзей. И моя музыка необходима.

- Если мистер Дамблдор не против, мы хотели бы остаться в замке до утра.

Директор сверкнул очками-половинками и добродушно заметил:

- Хогвартс всегда открыт для гостей! Оставайтесь, пока не решите свои сердечные дела! Не смею вас задерживать.

- Спасибо, профессор! – поблагодарила я, спросив в свою очередь профессора Снейпа разрешения разместить их в нашей гостиной. Мужчина пожал плечами, заявив, что я отвечу баллами в случае чего. Я спорить не стала.

Не успели мы покинуть кабинет директора, как мы с Ником получили письмо от профессора Стебль. Она предложила провести в оранжереях особое мероприятие, приуроченное ко дню всех влюбленных. В частности, нужно было вырастить десятки больших роз, свить гнезда для неразлучников (lovebirds). Мы хитро переглянулись, уже составив окончательный план сближения Пенни и Джейсона.

Попрощавшись с Варварой и Симой, которых я стала воспринимать, как близких подруг, мы побежали к теплицам. Потратив несколько часов, вплоть до сумерек, мы украсили теплицы, вырастили розы и заманили нескольких птичек, которых превращали на Трансфигурации в любовные письма. Когда все было готово, а Николай подготовил свою флейту, мы отправили письмо Пенни. Она пришла в том же самом солнечном платье, и немного растерялась, когда мы рассказали о нашем плане.

- Вы уверены, что он не играл с моими чувствами, когда набивался мне в спутники?

- Он перекрасил волосы, - напомнил Николай, - не думаю, что он сделал это из любви к себе. Он любит тебя. И хочет, чтобы ты была с ним. Ты этого не заметила?

- Заметила. Хорошо. Я дам ему второй шанс. Вы будете с нами?

- Мы будем поблизости. У Ника есть для вас романтический подарок. – пояснила я.

- Надеюсь, он безопасный.

- Вам нечего бояться, мисс Хэйвуд. Просто расслабьтесь и получите удовольствие от вечера.

Я попросила Николаса оставить нас наедине и дала несколько наставлений. Пенни повеселела и пообещала использовать их.

Мы с Ником спрятались у окон теплицы, в которой у Пенни и Страйка состоялось тайное свидание.

***** ***** *****

- Сюрприз! – немного нервно приветствовала впечатленного парня девушка, пригласив сесть за столик, на котором стояли только три свечки. Вокруг них цвели цветы, и опасные растения. Птички-неразлучники смирно сидели в гнездах, внимательно наблюдая за происходящем.

- Это просто потрясающе, Пенни, - с трудом выговорил Страйк, осматриваясь.

- Есть еще один сюрприз: я – твоя валентинка. Я думала, ты забыл об этом.

- Нет! – с жаром возразил парень, немного привстав со стула, - я тоже думал, что ты забыла, что я был твоим валентином. Все из-за этого чертова Локонса!

- Забудь о нем! – мягко произнесла Пенни, с любовью и надеждой глядя на парня, - сегодня здесь только мы с тобой… Кроме того, ни одному, даже самому сильному заклятию памяти не удастся помочь мне забыть тебя, Страйк!

- Но почему мы ничего не обсудили там, на вечеринке?

- Там было много народу, а мы, позволь напомнить, были на тайном свидании, как и Мерула с Ником.

- А где они?

- Не знаю, - пожала плечами девушка, - но они вместе, и им не нужно доказывать силу своих чувств. Но я… Джей, прости, все еще сомневаюсь в искренности твоих намерений. Особенно, если вспомнить финальный матч против Когтеврана и твои странные отношения с Эрикой Рат. Не говоря об армии фанаток…

- Да плевал я на них! Эрика сама ко мне полезла!

- Но ты ее не оттолкнул.

- Я не знаю… Пенни, как… как тебе удалось так быстро подготовить теплицы, если мы с тобой недавно расстались в больничном крыле?

- Я планировала это вместе с близкими друзьями. В надежде, что между нами может быть что-то большее, чем взаимные обвинения и объяснения. Но, откровенно говоря, я пообещала профессору Стебль, что в течение месяца буду поливать мандрагору.

- Сегодня – самый изумительный День всех влюбленных, - произнес смущенно Джейсон, - я рад провести этот день с тобой, Пенни. Поверь мне.

- У меня есть для тебя подарок…

Девушка залезла под столик и вытащила оттуда поделку: волшебное сердечко, укрепленное на деревянной подставке. Листья с цветками роз и желтое сердечко, излучающее теплый внутренний свет.

- Оно замечательно! – прошептал парень, дотрагиваясь до подарка.

Пенни сконфузилась и прошептала почти беззвучно:

- Прошу, позаботься о моем сердце. Оно очень хрупкое и нежное.

Джейсон услышал ее и положил свою руку на ее.

- Поверь, Пенни, твое сердце – моя самая главная награда из всех существующих. Я клянусь, что буду оберегать его, даже от самого себя, если придется. Ты – моя жизнь, Пенни. И понял я это лишь тогда, когда чуть не потерял тебя! Прости меня! Я не знал, зачем ты меня позвала, и не приготовил никакого подарка для тебя…

Услышав его, птички, сидевшие в гнездышке, вспорхнули в воздух и приземлились на деревянной столешнице.

- О, смотри! – он посмотрел на золотистую птичку, - откуда ты, маленькая неразлучница?

- Я не планировала этого, - улыбнулась Пенни, - вот это настоящее чудо!

Страйк подумал несколько минут и произнес с улыбкой:

- Кажется, теперь я могу преподнести тебе нечто волшебное, Пенни.

Он взмахнул своей волшебной палочкой, и птичка превратилась в любовное письмо, которое прокричало Пенни:

- Будь моей валентинкой, Пенни!

Хэйвуд растерялась, посмотрев на волшебное письмо.

- Знаешь, а мое письмо на весь класс прокричало: «ты – мой возлюбленный, Страйк».

- Мое сердце навсегда принадлежит тебе, Пенни, - улыбнулся Страйк. – Я люблю тебя!

- Я счастлива быть твоей валентинкой, Джей…

Она замялась, потянулась к нему и поцеловала в щеку.

Я толкнула Ника под ребра, но он сам уже догадался: поднес флейту к губам и стал играть романтичную мелодию. Страйк с Пенни подпрыгнули от неожиданности, так что нам пришлось покинуть наше укрытие, чтобы присоединиться к ним. Птички пели вместе с флейтой Николаса. Даже растения стали танцевать. Я улыбнулась: какая великая вещь – музыка, если она служит добру.

- Мы не хотели разрушать ваше воссоединение, - сообщила я, - просто у Ника очень мало времени до принудительного возвращения в Россию.

- Что-то случилось? – с беспокойством спросила Пенни.

- Нет. Я же появился у вас без приглашения. Я сбежал из школы только для того, чтобы провести время с Мерулой, - пояснил парень, прекратив играть. – Новый год мы провели порознь и я сильно соскучился по ней. Но руководство школы прислало за мной сопровождающих, так что завтра с утра я покину Хогвартс. Но мне хотелось, что здесь у меня не осталось противников. Джейсон, знаю, мы с тобой не ладили, в частности из-за твоих действий по отношению к Меруле, но я очень хочу стать твоим другом, как Пенни стала для меня. Я считал, что в случае вашего примирения и воссоединения, наш с тобой конфликт будет исчерпан.

Джейсон усмехнулся, обняв Пенни за талию. Протянул руку для рукопожатия и ответил:

- Вы с Мерулой показали мне, что главное в этой жизни не блестящие медали или аплодисменты фанатов. Главное сокровище – наши отношения с близкими и любимыми людьми. После исчезновения брата я немного забыл об этом. И сегодня вы двое, а самое главное, моя возлюбленная, - он поцеловал покрасневшую блондинку в левый висок, - показали мне важность чувств. Я рад назвать тебя товарищем, Николай. Спасибо за все, что ты для нас сделал, и надеюсь, что в твоей школе тебя будут не сильно ругать за побег. Это же было во имя любви…

Я прыснула.

- Ну все, развели сопли! – все рассмеялись. Пенни создала еще два стула и пригласила нас с Ником присесть тоже.

Мы не стали отказываться, и последнюю ночь провели вчетвером, рассказывая истории и строя планы на будущее. Себе я снова пообещала, что ни за что на свете не оттолкну от себя Николая Перечихина, русского мага с широкой душой и добрым сердцем, сумевшим в короткий срок открыть мою душу и сердце, бережно касаясь их своими чистыми руками. Очень надеюсь, что Пенни станет такой же счастливой, какой стала я. А все началось с Рождественского праздника на третьем курсе и неожиданного подарка, надоедавшего мне мальчишки, которого прислали преподавать… Как же я рада, что изменила свое мнение и взгляды на жизнь. Но, если вы пристанете ко мне с расспросами, я буду все отрицать! Я же Мерула Снайд – самая сильная колдунья Хогвартса и лучшая спутница жизни для смелого и безрассудного, но искреннего и доброго человека.

«Добро есть вечная, высшая цель нашей жизни. Как бы мы ни понимали добро, жизнь наша есть не что иное, как стремление к добру». Л. Толстой