Хранитель Ночи: Зеро

I Смерть и рождение.

Умирать - больно.

Кто бы что не говорил, но умирать находясь в сознании всегда будет больно. Наверное если в этом мире и есть безболезненный способ умереть, то это должна быть мгновенная смерть мозга во сне, а лучше в коме.

А еще умирать обидно, особенно если умирать толком не пожив. Это когда ты старый, тебе за семьдесят, и ты знаешь, что выжал из своего срока если не максимум, то достаточно, чтобы можно было спокойно уходить на покой. Но умереть в шестнадцать, даже не достигнув совершеннолетия... Ладно, не я первый, не я последний, некоторые вообще при рождении погибают, или даже до него.

А еще за родителей обидно, все таки, как не крути, пусть нашу семью и нельзя было назвать совершенной, но все ж родители не только исполняли свои минимально допустимые родительские обязательства, а действительно заботились о своих детях, и пытались подготовить нас к этой непростой жизни. До которой я не дожил...

От чего я умер? Аллергическая реакция. На что именно уж извините не знаю, у меня вроде только на арахис аллергия... Была. И я сомневаюсь что кто-то решит добавить в стейк арахис, хотя ничего исключать не стоит. Как и того, что реакция была на что-то другое.

А я то ведь грезил если и умереть не от старости, то хотя бы как нибудь благородно: в бою например. А получилось, что я не только сам молодым слег, так еще и родичам жизнь попортил.

Хотя, если пытаться все же искать в текущем положении плюсы, то я не дожил до какого-нибудь апокалипсиса, как когда-то боялся, пожалуй на этом плюсы все, кончились.

Где я? Да фиг его знает, в какой-то бесконечной темноте. Никакого тебе рая, ада, чистилища, или перерождения. Хотя может это так выглядит ад? Типа, ад для атеистов выглядит как вечная пустота где они медленно сходят с ума. Ладно, прорвемся... Сказал я уперевшись в край мира...

Несмотря на то, что я умер, я все еще мыслю, а еще продолжаю очень хотеть жить. Правда как удовлетворить это хотение - мне непонятно. Да и ладно, как говорили какие-то философы: я мыслю – значит, существую. Значит я нахожусь где-то, значит...

Очередная ветка моих размышлений зашла в тупик. В целом – ничего необычного, я тут уже реально слишком давно, по крайней мере по ощущениям. Хотя может ли существовать время, для разума без носителя? Да и в целом, я все менее чувствую себя тем самым Геной Стрижевским, которым являлся. И все больше мой... Мозг? Душу? Наверное все же душу. Кхм. Так вот, мою душу все больше посещают мысли, что я хочу жить, а если я смирюсь со своей смертью, то исчезну. А исчезать я все же не хочу. Не для того я на свет появился, чтобы прожить шестнадцать лет, а затем просто исчезнуть!

Я хочу жить!

И я почувствовал, что что-то изменилось. Я больше не чувствовал себя разумом в пустоте. Теперь я чувствовал, что нахожусь где-то. А еще я чувствовал размеренную пульсацию, похожую на стук сердца... Нет, это действительно стук сердца! Не моего, но насколько я помню, первым звуком который мы слышим является стук маминого сердца.

Последней мыслью, который подумал мой еще не до конца сформированный мозг, не готовый к такому объему данных, который в него загрузили, было

"Наконец-то..."

***

Я не могу сказать когда осознала себя, но знаю, что это было в мою первую зиму после рождения. Ощущения были... Странными. Во многом причиной тому стали воспоминания прошлой жизни. Вот представьте будто у вас есть, пусть и не очень подробные, но шестнадцать лет воспоминаний одного русского парня, а вам самим всего годик с чем-то. Довольно трудно представить, соглашусь, но именно это со мной и произошло. А еще Геннадий, а именно так звали мое прошлое воплощение, знал очень много... Нет, не так. Он знал Очень Много. И во много раз больше чем я. Вот что знала Я? Что меня зовут Куроме, что у меня есть мама и папа, и прочее, что может знать годовалый ребенок. А что знал Геннадий? Просто кучу всего, начиная от строения мироздания, математики, двух языков и различных философских концепций, заканчивая всяким, даже на мой взгляд, мусором. Вот зачем мне всякие там мемы? Посмеяться? Я их не понимаю. А информация о лоре Вахи? Это ведь выдуманный мир.

И, пожалуй, единственной причиной, по которой я осознала себя как Куроме, а не как Геннадий, можно назвать то, что эти воспоминания ощущались... Посторонними? Чужими? Это трудно объяснить, но воспоминания прошлого и текущего воплощений как будто разделены тонкой, почти незаметной, перегородкой. Но при этом я могу свободно просматривать их. Как в зоопарке смотрят на животных через сетку, так и сейчас я смотрю на воспоминания Гены.

Впрочем чего-то действительно интересного, или нужного в воспоминаниях нет. Ну то есть, нужного именно сейчас, а так, да, там есть довольно много знаний, которые в перспективе могли оказаться очень нужными и полезными, ну, если я буду учится на инженера, или стану ученой, или тому подобное.

Возвращаясь от дел ментальных к делам физическим, могу сказать, что хочу есть, а еще мне скучно, но вначале еда. В комнате как раз чувствуется запах готовящейся каши, но добраться до нее я не могу. Значит нужно привлечь внимание родителей, которые о чем-то разговаривают на фоне. О чем они говорят? Если честно, то я не особо вслушивалась, но судя по их тону - говорят они о какой-то бытовухе, а значит я могу с чистой совестью их отвлечь. Так как после получения памяти Гены просто кричать мне показалось чем-то если не неправильным, то неприличным ("спасибо", Гена) да и к тому же - мне уже целый год - поэтому я встала внутри люльки и сказала.

– Мама, я хотю есь. – вернее попыталась сказать, все же у меня пока что неполный комплект зубов, да и говорить мне не очень просто. Мама, посмотрев на меня, вздохнула и устало, с небольшой усмешкой ответила.

– Хе, Сон, ты знаешь, почему если наши дети начинают говорить, то в первую очередь говорят про еду? – обратилась она к отцу, и затем ко мне, уже мягко. – Доча, пожалуйста, подожди немного, скоро еда будет готова. А пока что... - Она взяла меня на руки, и понесла в другую комнату.

В этой комнате стояло несколько кроватей, а на одной из них сидела девочка трех лет с черными волосами и красными глазами как у мамы - моя старшая сестра. Она была одета в плотное платьеце оранжевых оттенков и играла с небольшой тряпичной куклой. Мама уложила меня на ту же кровать и сказала что-то вроде: "поиграйте пока друг с другом, обед скоро будет готов", после чего вышла из комнаты, оставив нас одних. Сестра посмотрела на меня взглядом, в котором читался немой вопрос: "И что мне с тобой делать?". Она посмотрела на куклу, что держала в руках, что-то прикинула и решила поставить ее мне на голову. Кукла, разумеется, там долго не продержалась и упала при первой попытке пошевелить головой. Сестра повторила эксперимент еще несколько раз и, поняв что результат никак не поменялся, она принялась усиленно думать, что ей попробовать дальше. Когда ей наконец что-то пришло в голову, она спрыгнула с кровати, и подбежала к мешку, что лежал в углу комнаты, начав вытаскивать оттуда какие-то игрушки.

Самое интересное, что вся эта сцена происходила вообще без слов, как в каком нибудь немом кино. Кстати а в этом мире есть кино? Хотя судя по тому, что я наблюдаю - в этом мире и книги редкость. Может это мы живем в глуши, но мне кажется, что я в типичной, молодой семье европейских крестьян, хотя если учитывать красные глаза у мамы и сестры, неевропейские имена, а также: Переведя взгляд на окно, в котором виднелся красивый зимний пейзаж, я заметила, на нем изморозь. То есть в окнах стекло, ну, или какой-то заменитель - Геннадий то в окнах не разбирался (или мне все-таки говорить про него в первом лице?). А если это все же стекло, то получается не такое уж и средневековье. Хотя, во-первых, моя прошлая итерация, или тем более я, в этом не разбиралась, а потому, делать какие-то выводы из узора на кофейной гуще, коим для меня и выглядит даже еще неподтвержденное наличие в окнах стекла. А во-вторых, на кой черт мне все это? Конечно, неопределенность будущего приносит стресс, но не в столь юном же возрасте?! Память Гены однозначно на меня плохо влияет. Лучше выпрошу у сестры-прапора куклу - нужно занять мозг чем-то кроме философии.

***

Пока одна маленькая девочка пыталась выжить в руках своей более старшей сестры, в дверь постучали. Отец семейства встал с лавки чтобы открыть дверь. Открыв дверь, перед ним предстал молодой парень с луком закинутым через плечо и колчаном на поясе – представитель деревенских охотников.

– Чего пришел, Тодзи? – басовитым голосом спросил Сон, а именно так звали старшего охотника этой деревни.

– Эт самое, шеф, – начал немного взволнованный парнишка. – Егеря вернулись, Хиро просил передать, что около озера обосновалась стая стальных волков, численностью минимум с десяток особей, а их вожак по прикидкам минимум D-шка.

Тут Сон понял причину, по которой молодой охотник имел такой взволнованный вид. D ранг рядом с деревней – это знак ее пусть и не скорого, но весьма вероятного конца, если не поторопиться. Конечно, какие нибудь деревни фронтира, живущие охотой на подобных тварей, уничтожают стаи и в разы больших размеров, так же, как рота голодных солдат уничтожает мешок крупы. Вот только тут до ближайшей аномалии неделя пути на лошади, а уж до фронтира... А ведь для обычных деревень даже стая монстров без D-рангов – серьезная проблема.

Тем не менее D-шек - в отличии от монстров выше рангом - вполне возможно убить и без отряда специально обученных и экипированных солдат. А значит медлить ни в коем случае нельзя, ведь это лишь пока что стая достаточно слаба, чтобы ее можно было уничтожить. Ведь стаи монстров вне аномалий имеют очень неприятное свойство - они крайне быстро растут. За каких-то пару лет стая от десяти особей может увеличится втрое! Как эти вурдалаки умудряются так быстро размножатся? Вне своей естественной среды обитания - то есть вне аномалий - стальные волки лишаются кучи естественных врагов, которые обычно и контролируют их популяцию.

Но есть небольшая проблема: несмотря на то, что D-ранг можно убить - это не значит, что его убийство будет легким. О нет, нет, и еще раз нет, убийства D-шек никогда не бывают легкими. В лучшем случае, если атаковать прямо сейчас, деревня потеряет от трех четвертей всех охотников, что будет для деревни катастрофой. И это без гарантии победы над вурдалаками.

– Вы уже сказали старейшине? – спросил взволнованный но не давший виду мужчина.

– Конечно сказали, – кивнул Тодзи. – Старейшина даже отправил гонца к егермейстеру. Да ток вы сами знаете, что щас зима. Пока гонец приедет, пока дождется свободной минуты, которой никогда нет. И Его Благородие еще должно быть в хорошем настроении. Вообщем отряд охотников на монстров может и вовсе прийти. – сделал вывод молодой охотник.

Такой же вывод сделал и Сон. Значит оборону нужно будет организовывать самостоятельно, как и план нападения на этих волкодавов. Как не вовремя, но ничего не поделаешь, кроме как разобраться со стаей как можно быстрее и с наименьшими потерями.

Так, сказав жене, что к обеду его можно не ждать, он направился в охотничий дом, где уже должны были собрать большую часть охотников, чтобы начать планирование. Еще неплохо было бы попросить старосту поднять под ружье еще землепашцев, хотя бы только для обороны, чтобы не распылять силы, но староста может снова включить старого маразматика и начать трещать о том, что семьи этих землепашцев останутся без кормильцев, а то что семьи охотников без кормильцев могут остаться - это норма и вообще: лучше сидеть на жопе ровно, и ждать, не факт что предущей, подмоги. А еще будет трещать о том, что поля пахать не кому. Зимой. А прислушиваться к тому, что эти ополченцы, будут просто сидеть в тылу, на случай непредвиденных обстоятельств, он, разумеется не будет. Впрочем, может и не врубить маразматика, это уж как повезет. Поэтому сперва нужно разобраться с человеческими ресурсами, которые точно будут, а уже потом браться за то, что могут и не дать.

Именно с такими мыслями Сон зашел в дом охотников и окинул взглядом присутствующих.

- Ну-с, все поняли нашу ситуацию? - Сказал Сон и, получив совместный кивок от присутствующих, продолжил: - Тогда, сперва хочу выслушать ваши варианты если они есть...

II Идет охота на волков!

Лес.

Наверное для современного человека нашего мира, что всю жизнь проводит в городской суете, перегруженный нескончаемыми потоками информационного шума, работой, долгами и переживаниями о своей будущем, кажется, что лес, это такое место в дали от всякой цивилизации, оплот спокойствия и своеобразного порядка, где можно отдохнуть и набраться сил перед будущей суетой. При этом люди почти всегда забывают, что еще совсем недавно, по историческим меркам, лес был ужасающим, местом, где с легкостью можно пропасть навсегда по самым разным причинам. Начиная от поедания не тех ягод, заканчивая увязанием в болоте. Дикие звери также вносили свою лепту. Их боялись и пред ними преклонялись, почитая как тотемных животных и посланников языческих богов. А какие неведомые твари обитали в лесах, согласно мифам древних народов... Ладно, я не о том.

Несмотря на свое положение, современный невооруженный человек все также легко пропадает в современном, ничуть не магическом лесу, если он уйдет достаточно далеко от цивилизации. Что уж говорить если лес магический, а человек ничуть не современный и не из нашего мира. Не смотря на это, человек, на то и человек, что он ко всему приспосабливается, и если человек сможет выжить в лесу в самом начале, то он сможет выживать в нем и дальше. И если люди смогли построить свою цивилизацию в мире магии, то уже никакой лес, ни современный, ни магический, не сможет остановить его от своего покорения, и единственными вещами, что будут останавливать человечество будут массовые вымирания и сами люди.

Вот уже тысячу лет существует великая Империя. Самое большое и самое могущественное государство людей из когда либо существовавших в этом мире. Не будем говорить о ее политической составляющей на тот момент, до этого я дойду гораздо позже в своем рассказе. А сейчас мы остановимся на бескрайних просторах сего государства, точнее на одном конкретном месте в этих просторах. В округе охотничей деревни под названием Хатимимори на северо-востоке Империи в провинции Бейфань-сэнь готовился бой, который, как казалось с первого взгляда, решит судьбу целой... Одной деревни. Собственно самой Хатимимори и, возможно, еще пары деревень южнее. Тем не менее последствия этой "незначительной зачистки леса от монстров" будут в будущем иметь последствия, которые навсегда потрясут Тысячелетнюю Империю...

***

Группа егерей продвигалась по заваленному снегом лесу, в котором каждый из них бывал десятки, а кто-то даже сотни раз. Одетые в простенькие, потертые шинели и вооруженные арбалетами, а кто-то даже старыми, допотопными, кремневыми ружьями, из которых, кажется, стреляли еще их прадеды. Тем не менее, ружья еще стреляли, хоть и доживали свой срок на исключительном упорстве, и мастерстве тех, кто эти ружья делал.

Дойдя до определенной поляны один из егерей дал сигнал рукой и группа начала расходиться по поляне, взяв лопаты в руки. Началась подготовка к бою, путем установления ловушек. Капканы, волчьи ямы и прочее. Преимущество в инициативе было у людей, так что они собирались воспользоваться им по полной, и быть готовыми к битве с монстрами. Также ловушки были установлены на пути к отступлению, чтобы измотать врага. Когда все было готово, главный в группе подозвал двух егерей к себе.

– Юки, Аранаки, приступайте. – сказал он им.

– Поняли, выдвигаемся! – сказал Юки, жестом говоря своему напарнику идти за ним. Тот, поправив арбалет на плече и проверив наличие болтов, кивнул с серьезным видом. После этого дуэт отправился глубже в лес прямо к обнаруженному волчьему логову.

Юки был молодым, всего двадцати двух лет отроду парнем с черными волосами и карими глазами. Тем не менее, не смотря на свой молодой, для охотника возраст, он был был крайне успешен в охоте, а так же быстрее и ловче большей части егерей, а также обладал нехилыми перспективами в будущем, а кто-то особо смелый, даже пророчил этому юноше путь война духа, правда тот деятель много чего предрекал, и очень многое из этого не сбывалось, так что этого "пророка" даже не подняли на смех, не придав предречению никакого внимания.

Аранаки же, все это время держал лидерство в титуле лучшего бегуна из деревенских охотников. Правда возраст его уже потихоньку берет свое, все таки сорок четыре года мужику. Тем не менее он все еще остается крайне быстрым, даже немного быстрее Юки, но, скорее всего, уже через год он уступит свой титул молодняку. Выглядит мужик достаточно грозно, короткие темно-каштановые волосы, и не самая длинная, но все таки бородка.

– Тодзи, Акайо, Морике! На позицию! – скомандовал Сон стрелкам с ружьями.

– Так точно, шеф! – сказал Морике и также направил свою группу в лес.

Тут Сон обернулся к остальным охотникам.

– Ну-с, братцы, остается лишь ждать. Занять позиции!

Этот день обещает быть кровавым. Не то что бы самому охотнику это нравилось, но либо так, либо стая разрастется и рано или поздно нападет на деревню, так что лучше уничтожить угрозу в зачатке, чем сражаться на территории деревни с гораздо более мощными силами противника. Ну а сегодня... Сегодня Сон сделает все, чтобы как можно больше людей вернулись домой. В том числе и он.

***

Путь до логова был преодолен без проблем, и вот дуэт издали, сидя в кустах, наблюдал за пещерой около озера, в которой обосновались монстры. Предполагалось, что волков нужно будет выманить бомбами, размером с не самое большое яблоко. которые, конечно, не причинят волкам и их крепким шкурам особого вреда, но хотя бы смогут их оглушить, а также разозлить, чего, в целом, будет достаточно.

– Аранаки, прикрой. – сказал Юки, после чего его напарник начал заряжать арбалет. После размещения арбалетного болта в специальной выемке, мужчина показал палец вверх, и засел, готовый выстрелить.

Кивнув на жест, Юки тихо направился к пещере. Подойдя к входу, он зажег фитиль на бомбе, встал во весь рост, благо на их стороне был эффект неожиданности и он мог себе позволить такое поведение, пусть потом и получит нагоняй от старших, и со всей мощи своих голосовых связок прокричал:

– Эй, морды блохастые! Ловите гостинцы, хозяйские! – после чего кинул бомбу в глубь пещеры и устремился прочь.

Прогремел взрыв, были бы там обычные волки и Юки был бы уверен, что они оглохли, да только, волки там были необычные, а потому подающий надежды среди охотников юноша, был уверен, что этот взрыв их лишь разозлил и немного поцарапал, но хоть основную цель выполнил. И из пещеры начал доносится пронзительный вой.

Из пещеры выглянула морда озлобленного существа, которому очень не понравились гостинцы, которые лысые макаки закинули в логово его стаи. Как только эта огромная громадина, а стальной волк был взрослому человеку до груди, полностью вышла из пещеры и уже начала готовиться кинуться за Юки он тут же получил арбалетный болт в лапу и взвыл. Кровь захлыстала из его раны, а сам он начал злобно осматриваться, тем не менее он не погнался за Юки, из-за слишком большой боли. На вой тут же из пещеры выбежала вся остальная стая, а разведчик отступил обратно в пещеру.

Юки, добежав до позиции, тут же взял заранее заряженный арбалет и неприцельно выпустил болт в стаю, после чего прокричал:

– Сваливаем отсюда, пока при памяти!

Старший товарищ не стал спорить и бросился наутек к остальной вместе с Юки, предварительно кинув в стаю волков и свою бомбу. Бомба взорвалась под животом какого-то волка, жаль только его шкура оказалась слишком крепкой, и тот отделался пусть и болезненными, но всего лишь царапинами. Началась погоня.

***

Услышав взрыв группа, которую старший охотник выделил для зачистки логова покинула свои позиции и отправилась прямо к пещере, с целью уничтожения детенышей стальных волков. Так как волки могли оставить кого-то на охране логова, а группа состояла всего лишь из трех человек, было принято решение компенсировать количество качеством – каждый человек в этой группе был вооружен кремневым ружьем и штыком, примкнутым к нему, а также ножом на поясе.

Они добрались до озера, у которого находилась пещера за 2 минуты. У входа в пещеру веяло сыростью, а также животным, запахом. Тодзи и Акайо вскинули ружья и взвели курки, направив мушки вглубь пещеры.

– Заходим внутрь, шеф? – Спросил Акайо не отрывая взгляд от входа.

– Стойте! – Скомандовал Морике и также вскинул ружье. – У меня плохое предчувствие... Отойти от входа!

И когда егеря начали пятиться назад, вся группа услышала глубокое, гортанное рычание рычание, доносящиеся из тьмы пещеры. Тут у всей группы перехватило дыхание, а пальцы застыли на спусковых крючках, готовые произвести выстрел в любой момент. Пулям не пришлось долго ждать своего часа, ибо через пару секунд, со всей скорости из пещеры выпрыгнул громадных размеров волк. Прогремело три выстрела, которые успешно прошили шкуру монстра в районе торса и из образовавшихся ран тут же потекла красная кровь, но они не остановили его атаку. Он столкнулся с Тодзи, повалив его всем своим весом на землю, точно сломав ему половину ребер, но будто этого было мало, он еще и вырвал ему глотку своей челюстью, убив его наверняка.

Остальные два охотника, находясь в шоке, просто стояли и смотрели на монстра секунду, после чего, поняв что произошло, Морике с криком, полным гнева и страха пошел в штыковую, Акайо, пусть и находясь в даже большем шоке, не промедлил последовать примеру страшего. Штык Акайо угодил в шею, с огромным трудом, но пробив шкуру, а вот штык Морике был более удачливым, и попал в ухо, пробив его до мозга, благо длина штыка позволяла. Волк, вздрогнув, упал придавив кровоточащий труп Тодзи, сломав ему еще ребер, но трупу уже все равно.

Морике тяжело вздохнул, и достал рожок с порохом, смотря на труп товарища. Акайо также начал перезаряжаться.

Когда охотники завершили перезарядку и уже собирались зайти в глубь пещеры, они тут же вновь услышали рычание, но на это раз страх не затуманил им глаза, и они собирались стрелять четко в голову на почтительном расстоянии от пещераы. Стоило монстру только показаться из тьмы, как тут же был накормлен свинцовыми пулями, которые проделали в его морде не очень аккуратные отверстия, после чего монстр упал.

– Это все? – спросил Акайо, начав повторно перезаряжать ружье.

– Должно быть. – сказал Морике. – Во всяком случае, если из пещеры вылезет еще одна сука, то у меня появятся вопросы к нашим бегунам.

– А что с Тодзи сделаем? – Спросил охотник указывав штыком на труп.

– Пока что оставим тут, как только разберемся с волчарами, так и отнесем в деревню, а до тех пор пусть полежит здесь, ничего с ним за такой короткий срок не случится не случится, но вот ружье тебе стоит забрать, мужикам нашим пригодится. Хотя, думаю надо все таки припрятать труп от зверья. – Сказал Морике, после чего вновь тяжело вздохнул. С дитенышами волчат проблем возникнуть не должно.

***

Две человеческие фигуры бежали по лесу и, судя по скорости, бежали они из-за всех сил. За их спинами доносился активный и крайне громкий вой и рев дюжины волков, который только усиливался по мере погони, что только подбадривало убегающих бежать еще быстрее.

Наконец, бегуны добрались до лесной поляны, крайне удобной для засады стрелков. И как только волки вышли на поляну, то вожак почувствовал. Почувствовал присутствие множества людей, он понял, но сделать что-либо не успел – на волков тут же полился дождь арбалетных болтов, а один из волков, пытаясь уйти с линии огня свалился в яму, скрытую до этого листьями, откуда донесся жалобный и крайне болезненный скулеж. Болты пробивали шкуры волков, застревая в них, а по всей поляне разносился болезненный вой. Один волк получил болт в глаз и болт ушел достаточно глубоко, чтобы волк, чуть пошатавшись, упал замертво. Другой волк получил болт прямо в сонную артерию и повторил судьбу своего брата по стае. Третий волк, отчаянно зарычав получил снаряд прямо в пасть, после чего, почувствовав как его органы буквально прошибаются снарядом так же умер. При этом волки даже не понимали, откуда идет огонь.

Вожак видя все это, увидел, какую-то странную деревяшку на дереве, явно искусственную и все понял, рыкнув сородичам, он совершил резкий, высокий прыжок, намереваясь сбить деревяшку. Люди на ней не смогли нечего предпринять, они тут же свалились с дерева, а довольный своей находчивостью волк, тут же начал разрывать их. Охотники, видя это, попытались остановить вожака арбалетным огнем, но его шкура была для них крайне твердой и просто так не пробивалась. Вырвав зубами гортань отчаянно отбивающегося охотника, оставшегося последним, от остальных осталось лишь кровавое месиво, он зыркнул в сторону следующей платформы. Тут Сон понял, что нужно уходить, потому он дунул в свисток на своей шее, это была команда к оступлению. Охотники, видя останки своих товарищей медлить не стали и начали отступать по специально отмеченным как надежные веткам, и оборудованным под такой случай платформам. Напоследок, Сон сделал прицельный выстрел прямо в лапу вожака, ранив ее, все остальные волки, коих осталось шесть, также получили ранения разной степени тяжести, но недостаточной, чтобы вывести их из строя.

Снова началась погоня, но на этот раз егерей было больше и далеко не все были способны долго и быстро бежать иди прыгать по деревьям. Так, например, один из егерей недопрыгнул до ветки и свалился к волкам, которые не помедлили разорвать его спину, передомав ему перед этим позвоночник и ребра. Тем временем другой волк задел какую-то веревку и ему в бочину прилетело заостренное бревно, которое пробило ему ребра и перемололо ему все органы. Другой волк упал в волчью яму, колья которой хоть и не задели жизненно важные органы, но обрекли монстра на медленную и мучительную кончину в этой самой яме. Через две минуты погони охотники добежали до большой насыпной стены, в форме полумесяца, вокруг которой были выставлены колья. На укреплениях уже находились два стрелка с ружьями, которые, увидев монстров, открыли по ним огонь. К сожалению, не попав. При приземлении с ветки плечо Юки издало жалобный хруст и адски заболело, вывихнувшись, а сам он закричал. Парень уже успел распрощаться с жизнью, но его тут же подхватил под плечо Аранки, и закинул на спину, а другие, услышав крик и обернувшись, начали прикрывать товарищей выстрелами из арбалетов, убив еще одного монстра, в то время как остальные умерили свою скорость.

Охотники зашли на укрепления и вновь открыли огонь. Монстры пытались обойти укрепления однако они получили только болты, да свинец, в итоге из чащи с яростным рёвом выбежал вожак с последним оставшимся волком. Они со всей своей мощи совершили прыжок, перепрыгнув баррикады. Не ожидавшие такого поворота событий охотники не сразу пришли в себя, из-за чего волки получили преимущество. Вожак стаи приземлился прямо на какого-то бедолагу, всей своей тушой переломав ему грудь в кашу. Он тут же стал развивать преимущество, расчертив грудь другого охотника когтями и откусив одному из стрелков с огнестрелом, а именно Морикену, руку.

Тем временем второй волк приземлился на землю, а сбоку от него находился ошеломленный Сон, который кое-как успел достать из за пояса нож, прежде чем монстр набросить, что позволило ему не просто выжить, отделавшись царапинами и синяками на плечах, ногах и груди, но и убить волка точным ударом в шею, после которого волк, пусть и огрызался, но несовместимых с жизнью, или неизлечимых даже в деревенских условиях ран он не оставил.

Вожак же, оторвав конечности еще двум охотникам, увидел, что остался последним из стаи и принял решение уносить лапы. Он перепрыгнул баррикады, и начал убегать в сторону леса, но напоследок, он поймал в ухо болт от Сона. Из-за чего посмотрел на него взглядом, который будет долго сниться Сону в кошмарах, настолько он разумным и озлобленным.

***

Поняв, что волк окончательно унёс ноги и до него уже не достать, Сон устало сел на землю и тяжело вздохнул. Этот бой унес жизни и здоровье многих хороших парней и мужей. И все это на его совести... Была ли это его вина? Можно ли было сократить жертвы, или он сделал все, что мог?.. Наверное он уже не узнает, а сейчас все, что он может сделать – это обеспечить мертвым их заслуженный покой в земле.