Гости из-за Грани

Глава 1

Холодный ветер пробирал до костей, заставляя кутаться в теплое, но совершенно бесполезное сейчас из-за дыр пальто. Ослабевшие пальцы дрожали, сжимая ткань на рукавах. Ветер недовольно шумел, словно стремился прогнать одинокого гостя.

Доктор не любил кладбища — пустые огромные пространства с десятками, сотнями надгробий всегда заставляли чувствовать себя на поле боя. Годы шли, сменялись эпохи, а личное кладбище Доктора разрасталось, медленно, но верно отравляя сердце древнего Повелителя Времени. Он видел зарождение и конец Вселенной, но надгробия, простые и грубые камни с выбитыми на них именами, болью отдавались в сердце.

— Ты берешь обычных людей и превращаешь их в оружие, — хриплый, надтреснутый голос Давроса эхом отдавался в сознании. Буря эмоций тогда захлестнула старого врага. Ярость и торжество, яркое, подобное цунами. — Я показал тебе — тебя!

— Да, Даврос, ты действительно сделал это и смог выжить, — Доктор поднял голову к серому, безжизненному небу. Тучи давно закрыли Солнце, заставив и без того безжизненное кладбище потерять оставшиеся краски. Мир выцвел, словно планету накрыли старым, пыльным одеялом. Первые капли дождя упали на морщинистое лицо, и Доктор прикрыл глаза в безрезультатной попытке унять собственные воспоминания.

Идя меж могил, он смотрел на имена и даты. Одни значили для него очень много, другие он видел впервые. Но кто может пообещать, что и в их смертях не был виноват он? Жадно втянув носом воздух, Доктор выдохнул облачко пара, сейчас поблескивающего от регенерационной энергии. Этому телу оставалось совсем недолго. Он остановился возле одной из могил и прикрыл глаза, положив руку на холодный, мокрый камень. “Клайв Дж. Финч”.

— У Доктора один вечный спутник — Смерть, — маленький Си-Джей, тот еще любитель тайн. Знал ли тогда Доктор, что мальчишка, запрыгнувший в его ТАРДИС в последний момент, запомнит слишком многое? Что он десятки лет будет собирать и хранить тайны, как прочие коллекционируют марки или дорогие машины. Они читали с Розой новостные сводки. Си-Джей стал одной из жертв Сознания Нестин. В этот раз удача обошла его стороной. Виновен ли в этом Доктор, не успевший спасти всех?

— Мне не нужна армия! — Доктор сорвал с себя браслет, подаренный старым другом, который сейчас склонился перед ним в почтительном реверансе. Мастер всегда был для него чем-то недостижимым и прекрасным. Человеком, который помнил о дне рождения Доктора гораздо лучше, чем он сам.

— Нет. Нужна! Дай хорошему человеку армию, и он найдет врага, — голос, непривычный и одновременно родной, ласково пропетые слова от той, что сейчас звалась Мисси. — Мистер Президент! Завоюйте Вселенную! Покажите плохой девочке, как это делать!

Доктор шел по кладбищу, а перед глазами проносились события того далекого дня, когда горели облака. Ведь один из солдат, простых и оттого по-настоящему искренних, принес себя в жертву. Мисси была права, мертвых гораздо больше, чем живых. Но они пожертвовали собой, умерев снова, чтобы остальные могли жить.

Дождь становился все сильнее, но Доктор, погруженный в собственные мысли, казалось, не замечал холодных капель и ветра. Дырявое пальто промокло насквозь, а два сердца бились в груди, словно сошли с ума. Регенерация подступала, но пока что Доктору удавалось сдержать изменения. Он устал меняться. Сейчас, среди могил, он размышлял о том, почему Тардис привела его именно в это место. Кладбище Лондона, на первый взгляд слишком огромное, но бесконечно малое, если вспомнить, во что мог превратиться Трензалор.

— Ты не всегда доставляла меня туда, куда я хотел! — молодое тело, экспрессивные движения, и этот подбородок, который большинство людей замечали в первую очередь. Доктор нависал над женщиной, ставшей сосудом для Тардис, его Тардис, его милой и такой прекрасной Секси. Но она твердо смотрела в ответ.

— Но я всегда доставляла тебя туда, где тебе нужно было быть! — нежное прикосновение, едва уловимое, но оттого по-настоящему ценное. Тардис всегда была рядом. Глупый старый мальчишка и его машина времени. Разве могло это закончиться иначе?

Сейчас она стояла среди могильных плит, “живая” и синяя, пусть и уже давно не новая. Терпеливо ждала своего Доктора. Однако что-то было не так. Доктор слишком погрузился в себя, чтобы заметить изменения в окружении сразу. Но сейчас верная звуковая отвертка, давно уже превратившаяся из простого инструмента в аналог оружия, удобно легла в руку, а сердца замерли, чтобы вновь забиться с удвоенной силой. Ощущение чужого присутствия становилось все ярче.

— И вот вы снова здесь, Доктор... — в тишине прозвучал знакомый голос человека, который ждал его годами. Старый друг, просивший налить лишний стакан бренди на случай появления Доктора на пороге его дома. — Не думал, что вновь смогу увидеть вас своими глазами.

Дождь давно уже превратился в ливень, капли били по лицу, но Доктор не обращал на них внимания. Сейчас все его внимание было сосредоточено на мужчине в военной форме организации U.N.I.T. Берет, усы, вечная улыбка, делающая этого солдафона до мозга костей душой компании.

Но Бригадир Летбридж-Стюарт был мертв уже долгие годы, Доктор сам видел его среди Киберлюдей, в тот день, когда пылали облака, когда наступил худший день для живых и мертвые восстали против них. Армия немертвых, преподнесенная ему в качестве подарка на день рождения. Сейчас же перед ним стоял Бригадир, каким его помнил Доктор в третьей своей жизни. Слишком невозможно, чтобы быть правдой.

— Кто ты? — Доктор настороженно следил за мужчиной. Годы назад он точно так же стоял посреди кладбища, отдавая честь тому, чье тело стало основой для кибер-человека. Сейчас же существо, принявшее облик молодого Бригадира, сидело на собственной могильной плите и улыбалось, заставляя Доктора в ярости сжимать верную звуковую отвертку. Звук ее работы, раздавшийся в тишине, был единственным якорем, который не позволил Доктору прийти в ярость. — Еще одно Свидетельство?

— Свидетельство? — существо нахмурилось, словно пыталось что-то вспоминить, после чего покачало головой. — Такого я не помню. Вы постарели, Доктор. Но разве не мне вы отдавали честь совсем недавно, пусть у меня и был тогда несколько неподобающий для встречи облик? Спасибо, что позаботились о Кейт.

“Бригадир” напряженно следил за Доктором и терпеливо ждал, что же покажет исследование, словно и сам был заинтригован. А Доктор тем временем впал в замешательство. Результаты исследования нельзя было назвать даже отрицательными, их просто не было.

Он все так же стоял один среди могильных плит, мокрый и продрогший до костей, а “Бригадир”, казалось, не замечал дождя, форма на нем была идеальной, такой же сухой, как будто в насмешку над все усиливающимся дождем, и ветер не рвал с головы берет. Но Доктор видел “Бригадира”, чувствовал его, но это чувства было чем-то новым. Находясь на пороге регенерации, словно на границе мира живых и мертвых, он с каждым мгновением ощущал, как меняется мир вокруг него. Впервые за долгое время Доктор не знал, что с ним произошло — что-то в нем изменилось еще до того, как регенерация перестроила тело и разум.

— Так кто же ты? — нахмурившись, Доктор старался подмечать любую деталь, способную выдать о собеседнике хоть что-то. Пусть совсем недавно он встречался с мертвецами, но те были лишь иллюзиями, фигурами из стекла, которые принимали облик того, чью память в них загрузили. И теперь появление рядом с собственной могилой Бригадира выглядело издевкой.

— Я Алистер Гордон Летбридж-Стюарт, — преобразившийся за мгновение Бригадир выпрямился и отдал честь. Слишком знакомо, излишне правильно, но Доктор не мог поверить в его слова. Не мог принять появление того, кто совсем недавно был заперт в стальном теле. — Человек. По крайней мере, таким я себя ощущаю. Правда, смерть изменила меня, и я говорю вовсе не о характере.

Бригадир опустил голову, с интересом разглядывая собственные руки. Сейчас они были гораздо моложе, чем он помнил при смерти. На мгновение, долгое и томительное Доктору показалось, что капли дождя смогут коснуться широко раскрытой ладони, но секунды бежали одна за другой, и наваждение разрушилось. Словно в замедленной съемке Доктор видел, как капля за каплей проходят сквозь Бригадира, неспособные коснуться гостя из-за Грани.

— Я Бригадир, а вы Доктор, пусть у вас давно уже иное лицо, — Алистер покачал головой и прикрыл глаза. — Я помню, Доктор, нашу встречу, я помню Персефону и Аида. На мне форма U.N.I.T, но руки все так же молоды, как в год, когда я бросился за своей любовью в подземное царство. Но я не чувствую дождя и смотрю на вас, пришедшего на мою могилу в этот дождливый день.

— Последний раз, когда я отдал честь, вы были киберменом, и я буквально несколько часов назад видел вашего деда на поле битвы Первой Мировой, — настороженно произнес Доктор. Слишком часто он видел призраков, которые в конечном счете были лишь подобием, но никогда не настоящими. Пришельцы из иных миров, воспоминания, воплощенные с помощью стеклянных аватар. Но можно ли назвать их душой?

— И это я тоже помню, как и разговоры с вашей подругой, — Бригадир улыбнулся и поправил берет. После чего, вздохнув, покачал головой. — Я никогда не думал, что Мастер может быть таким. Знаете, загробный мир…

— Это был не загробный мир, лишь десятки, сотни тысяч, миллионы сознаний, сохраненные и вновь загруженные в свои же тела, — Доктор прикрыл глаза, пытаясь почувствовать, кто же перед ним. Он видел пространство и время, каждый миг и каждый шаг, но сейчас… Ему казалось, что он сходит с ума, слишком нереальным был факт подобной встречи. Слишком абсурдным и слишком желанным. — Почему?

— А кто знает, — верно поняв вопрос, Бригадир грустно улыбнулся. — Почему вы наконец-то увидели меня? Возможно дело в том, что “Земля обетованная” была разрушена, а возможно, в чем-то еще. Ведь это вы главный научный консультант U.N.I.T., а я… Я лишь старый вояка, который когда-то давно соприкоснулся с иным миром.

— Прости меня, Бригадир, — Доктор сглотнул вязкую слюну, регенерация разрывала его тело, меняя, но он сдерживал ее вновь и вновь, желая поговорить с тем, кто столетия назад стал для него другом. Другом, к которому он так и не успел вернуться.

— Мне очень жаль, — сердца замирают от осознания страшных слов, улыбка тускнеет, а вопрос Дориума едва слышен. — Мы не знали, как с вами связаться... Бригадир Летбридж-Стюарт покинул нас несколько месяцев назад.

— Время настигает всех нас. Невозможно бегать вечно! — контрабандист и торговец, от которого сейчас осталась лишь одна голова, Дориум говорил тихо, но уверенно.

— За что, Доктор? Вы подарили мне небывалые приключения, но у каждого из нас своя дорога, вы ушли, а я продолжил жить. У меня было и есть множество воспоминаний, как до смерти, так и после… — Алистер потер подбородок и посмотрел на небо. Дождь наконец начал успокаиваться, но тучи все так же нависали над кладбищем.

— Но кто вы сейчас — Бригадир или нечто иное? — Доктор потёр уставшие глаза, надеясь, что наваждение пройдет, но с каждой секундой все отчетливее понимая, что ощущения чего-то потустороннего уже не исчезнет. Словно приоткрытая дверь сейчас распахнулась во всю ширь, открывая для него новый мир.

— Сложный вопрос, но одновременно такой простой, — новый голос, заставивший Доктора вздрогнуть от понимания, что он потерял не только Бригадира, но и ее, такую добрую и понимающую. “Ты называешь себя одиноким, но посмотри, какая у тебя большая семья, самая большая во всей Вселенной”. Доктор резко развернулся, одержимый надеждой, что ему показалось, боясь увидеть ту, кого знал на протяжении стольких жизней. — Мы все, Доктор, мы — те, кто есть. Глупо спрашивать нас о том, что было, и глупо размышлять о том, что могло бы быть. Все мы смертны. Ну, или почти.

— Сара Джейн? — едва слышно прошептали пересохшие губы, слишком сильно он страшился увидеть ту, о чьей смерти еще не знал. Сейчас перед ним стояла молодая женщина, давно уже не девчонка, но вовсе не та, какой он ее запомнил в последнюю встречу. — Когда?

— Так ли это важно? Сейчас мы с Бригадиром здесь, а у тебя вновь иное лицо, ты теперь гораздо старше. Возможно, твои ассистентки перестали становится все моложе? — Доктор различил в ее словах нежность. Сара Джейн Смит знала его слишком давно, чтобы предугадывать вопросы, пусть он менялся, но она снова и снова стремилась стать для него опорой и помощником, тем, кто приглядит за Землей, пока его нет. — Последний раз, когда мы виделись, ты опоздал на собственные похороны.

Смех Сары Джейн напоминал лучик солнца — светлый и добрый, казавшийся чужим среди серых могил. Но для Доктора он был гораздо ценнее, чем слова. Перед ним была женщина, которую он полюбил столетия назад. Эмоции не подделать, но вместе с тем смех Сары Джейн вызвал тихую грусть. Доктор протянул руку, чтобы дотронуться до знакомого лица. Нежно, невесомо, едва-едва касаясь, он попытался погладить ее по щеке. Но рука прошла насквозь. Морок, сводящая с ума иллюзия — и потусторонний холод, словно на краткий миг он коснулся холодного космоса.

Доктор прикрыл глаза. Стоя на грани собственной смерти, мог ли он действительно видеть призраков, ту самую душу, о которой слышал столько историй, или сейчас кто-то зло играет с ним? Желание признать в говоривших своих старых друзей было велико, но он боялся вновь испытать боль потери. Вселенная огромна, так почему же призраки не могут существовать? Разве не сам он говорил когда-то Рори, что во Вселенной возможно все? Будь то ледяная звезда или самый настоящий Дьявол. Доктору ли спорить со Вселенной?

— Как я могу знать, что вы все еще люди? Помните ли вы, как точно так же появлялись призраки на улицах Лондона, чтобы в следующий момент стать чем-то другим, стальным и страшным? — Доктор совершенно точно не ожидал, что в ответ на его слова старые друзья рассмеются, словно услышав хорошую шутку.

— О, поверьте мне, Доктор, мы совершенно точно не киберлюди, но и обычными людьми назвать нас сложно, — проговорил Алистер со знанием дела.

— Теперь я не человек, да и можно ли остаться человеком после смерти? — Сара Джейн с грустью проводила руку Доктора взглядом. Вставший за ее плечом Бригадир ободряюще улыбнулся и отдал честь. — Мы стали иными, Доктор, все меняются. Мы ждали тебя, возможно, потому мы здесь, ведь… Нам нужно кое-что сказать тебе.

— Всем приходит время уходить. Но ты иной случай, верно? — Бригадир говорил жестко, армия настолько сильно въелась в его суть, что осталась с ним и после смерти. — Доктор, мы чувствуем многое. Поверишь нам?

— Поверю, — шаг в омут, пути назад уже не будет.

— Ты нечто гораздо большее, чем простой путешественник среди звезд, — Сара Джейн приложила палец к губам, словно прося не перебивать. — Там, за Гранью, тебе нет места, уж точно не в этом мире, так что постарайся не умирать, хорошо?

— Ведь если вы умрете, всем станет очень холодно, Доктор, — голос Нордола прозвучал необычайно твердо — сейчас, облеченный в стеклянную форму, он стал гораздо взрослее. Сколько лет он провел с детьми на корабле мондассианских колонизаторов? И пусть он совсем не изменился внешне, но начинка в виде памяти была совершенно иной.

— В конечном итоге, моя жизнь — это кладбище, поле битвы, и оно пусто! — Доктор уже говорил подобную фразу. Но зачем? Кого пытался убедить, себя? Тогда, на поле битвы, он говорил, что сможет разбить Свидетельство каждого, ведь его память хранит множество историй, а стеклянная форма слишком хрупка, чтобы сдержать ее всю. Но разве способен он сказать подобное в лицо тем, кого даже не может коснуться? Гости из-за грани, призраки, души тех, кто был давно уж мертв.

— Ты видишь только кладбище, Доктор? — в голосе Сары Джейн слышалось едва сдерживаемое недовольство. Чем-то он зацепил ее гораздо сильнее, чем хотел. — Ты старый идиот!

Доктор, распахнув глаза смотрел на Сару Джейн, словно не мог поверить в то, что слышит. Всегда добрая, сейчас она напоминала разгневанную фурию. Ветер трепал ее волосы, иной, потусторонний и оттого гораздо более сильный.

— Неужели ты так ничего и не понял? Ты видишь, как люди умирают, но не видишь, как они рождаются, ты спасаешь цивилизации и миры, делая мир ярче, пусть не для каждого во Вселенной, но…

— Все умирают, Доктор. Но, пожалуйста, не стоит считать, будто мы были несчастны. Вы показали нам Вселенную. Так что не нужно винить себя в нашей смерти. Когда мы были людьми, вы подглядывали за нами... Что ж, теперь наша очередь, — позади Бригадира начали появляться люди, молодые и старые, мужчины, женщины, дети. Одних он знал, других видел лишь мельком. Дождь давно закончился, и сейчас все вокруг заливал лунный свет. А Доктор шокированно смотрел на вмиг ставшее тесным кладбище. Вот Си-Джей с семьей, а вот Пит Тайлер... Их было так много, знакомых лиц, тех, кого он не смог, банально не успел спасти. Он чувствовал вину перед ними, но разве они могли винить его?

— Присмотреть за тобой. Помни о нас, Доктор, и никогда не сдавайся! — Доктор смотрел, как призраки начинали таять, становясь лунным светом. Один за другим, они исчезали, кто-то махал ему рукой, другие отдавали честь. Время, замершее на мгновение, вновь пустилось в бегство. Через несколько секунд ничего не напоминало о том, что здесь кроме Доктора кто-то был. Лишь отзвуки родного голоса звучали в голове. — Мы уйдем, но мы будем рядом. Ведь мы — это весь мир. И мы будем приглядывать за тобой, Доктор.

— Прощайте, и снова здравствуйте, — сейчас, впервые за долгие годы, Доктор не чувствовал на своих плечах груза вины. Вселенная ждала, терпеливо смотрела на него звездами с небес. И он улыбнулся ей в ответ.