Гость из неизвестного

Предисловие

Дорогой читатель, в своих руках ты держишь труд экспериментального формата от коллектива «Мефодица».

Вдохновившись советским «коллективным романом» «Большие пожары», мы решили перенять формат и попробовать написать свою историю.

Авторы вместе определяют завязку для произведения, затем происходит жеребьевка для распределения порядка написания. Каждый участник пишет свою главу и передает весь ранее написанный материал следующему. Предыдущие авторы не догадываются куда повернет сюжет и как закончится история. Предлагаю вместе с нами погрузиться в эту небольшую писательскую игру!

С уважением, редактор и руководитель проекта «Мефодица» Иванова Алиса

Данный текст является нашим взглядом на то, как бы выглядела отечественная интерпретация британского научно-фантастического телесериала «Доктор Кто», иначе говоря, мы написал «фанфик». Для неподготовленных читателей наша команда закрепила сноски с поясняющими моментами.

Спасибо Лукасу Вольфу за консультацию по матчасти вселенной сериала!

Глава 1. Белый лист

6 мая 1961 года, СССР, Кемеровская область, г. Таштагол

Затертые наручные часы со встроенным навигатором вновь работают с перебоями, напрасно натирая запястье. Запланированная прогулка Доктора по Тайге обернулась в очередной поиск деталей для маскировочной камеры. Это устройство позволяло анализировать территорию, куда перемещался путешественник, и передавать данные для изменения внешнего облика машины времени . В прошлом мире беспощадные двухголовые псы сгрызли камеру, и теперь средство передвижения застыло в виде деревенского сарая с заросшей крышей.

Сломанный датчик вывел молодого человека на ту же окраину маленького городка, где он оставил своё средство перемещение под названием "Госте́ц" [1]. Вокруг хибары уже ошивались дворовые ребята младшего возраста, занятые попытками вскрыть железную дверь.

– Эй, попрошу отойти от моей собственности! – крик высокого молодого незнакомца отшугнул детей.

После сигнала «Шухер!» они побежали к своим велосипедам.

‒ Санька, ты трепло, живёт тут кто-то уже, – полный мальчик плюнул в сторону и забрался на широкую сидушку.

‒ Пацаны, да я не знал, говорил же, – виноватый белобрысый парнишка сунул "сувенирный" мох, содранный с крыши машины времени, в карман и отбежал к своему железному коню.

‒ Давайте на военку, майора призывать, – последний, третий из компании, откинул в сторону арматуру, которую собирался использовать как лом, и ринулся к остальным.

Дорожная пыль, взбудораженная колёсами велосипедов, поднялась облаком и осела на тела детей, смешиваясь со спорами, выпущенными из неизвестной инопланетной капсулы, что ещё утром пролетала над городом. Но ни жители, ни Доктор даже не подозревали об этом несчастии.

Путник досадно вздохнул: датчик на наручных часах мало того, что не вывел к необходимому бункеру, так последний оказался ещё и игровой базой для местных детей. Но стоило вспомнить о первоначальной цели вылазки: Тайга.

Вековые ели ласкали пятки неба и скрывали почву под своими извилистыми корнями и опавшими иглами. Идя по тропе грибников, путник подмечал причудливо крученные стволы деревьев. На некоторых ветвях болтались лоскуты омертвевшей ткани, сбрасываемые с новых отвердевших рогов лосей и оленей — так называемый красный бархат. Испуганно охнув, Доктор всё же достал записную книжку для конспекта увиденного. Он углубился в чащу, надеясь встретить зверя и увидеть этот процесс вживую, хоть и издали.

Иногда путешественника посещала мысль о создании самого большого сборника по живым существам Млечного пути. В свободные вечера он даже практиковал анатомический рисунок, изучая трехмерные модели полюбившихся ему в последнее время млекопитающих. Однако, он трезво оценивал продолжительность жизни собственного тела и понимал, что ему не хватит времени на такой грандиозный труд. Да, существуют технологии по переселению сознания в физические оболочки, превосходящие человеческие в выносливости и годах эксплуатации. Но стоит ли этого того?

Под подошвой лакированных ботинок в мягкую игольчатую перину продавилась кость. Кость. Перед тем как Доктор осознал происходящее, боковое зрение ухватилось за внушительный силуэт у реки. На фоне шума воды послышался мучительный скулёж зверя. Затем стали различимы звуки чавканья. Двухметровый лось неумело, без капли насыщения, пожирал собрата, с трудом умудряясь ухватить следующий кусок плоти затупленными резцами. Желудок травоядного слишком длин для мяса, гниение продукта такого рода там необратимо, если животное ещё успеет дожить до этого момента, но… Отрезвляющие мысли Доктора сокрушились при виде болтающегося кишечника из разорванного брюха стоящего перед ним животного. Хруст.

Кто сделал первый шаг, Доктор назад или Лось вперёд, было уже не разобрать. Бегство от зверя в Тайге воспринимается как игра с подставной колодой. Ветви расцарапывают руки и щёки, выводя твои уязвимые части тела, кочки заметят каждый неосторожный шаг, желая столкнуть на землю. И только свет сквозь кроны деревьев способен дать надежду. Свет! Крутой склон ко рву, нужно отпрыгнуть в бок и заткнуть уши. Через секунду огромный зверь падает вниз, его вопль отчаяние вбирает и впитывает молодая листва окружающих деревьев. Постепенно Тайга заглушает хрипы животного. Доктор продолжает слышать собственный пульс, оглушающий и сбивчивый.

Вечерело. Пряные лучи проникали сквозь запыленное окошко непримечательного и тесного, на первый взгляд, сарая. Внутри же летательный аппарат "Гостец" представлял из себя несколько просторных помещений, соединенных кольцеобразным коридором. Несовпадение внешней и внутренней площади многократно облегчало Доктору выбор места приземления для машины времени. В её центре, сердцевине, находился зал с панелью управления, от него, словно ручьи от источника, шли коридоры, ведущие в различные помещения. Одним из таких являлась Читальня.

Вокруг мягкой тахты и письменного стола, а также вдоль всех стен были расположены десятки картотек по истории восьмисот восьмидесяти трёх планет, развивших на себе разумную жизнь в галактике Млечный Путь. В карточках сухо излагались ключевые для планет события, которые в последствии влияли на историю всей Вселенной. Всё просто: дата, место и сводка того, что обязано произойти.

Разумеется, такая бумажная картотека не могла идти в комплекте с высокотехнологичной машиной времени. Все записи были созданы искусственно, благодаря труженикам с планеты Kepler 438b. За образец они получили от Доктора обветшалый читательский билет с машинописным шрифтом, который был найден в инопланетном аналоге барахолки. Керлянцы поражались чудаку, что отказался от их новоизобретенной цифровой помощницы, в пользу такому крайне неудобному и неэффективному формату хранения.

Доктор и до этого подмечал свою любовь к старинным предметам, вышедшим из употребления. Читальню он с каждым годом наполнял всё большим количеством всякого ретро: вручную вырезанная деревянная мебель, склянки чернил с перьевыми ручками, коллекция аналоговых носителей, шкаф, заполненный костюмами-тройками. Впрочем, для своей лаборатории, расположенной также в стенах "Гостеца", он подыскивал исключительно новое оборудование разных цивилизаций, оптимизируя химические исследования.

Анализ крови лося указал на соединение, содержащее в себе новый химический элемент, ещё не открытый на момент двадцатого века. Предположительно работа с ним велась секретно, в рамках военного проекта с целью создания сверх выносливых бойцов. Откуда столь смелая догадка? Доктор видел схожую структура стимулирующего вещества, когда волею рока был втянут в Русский эксперимент со сном [2].

Исследователь откинулся на кожаный диван, заводя скрещённые ладони за шею и вглядываясь в потолок, на котором играла художественная проекция взрыва сверхновой звезды в замедленном варианте.

Можно предположить, что образцы прошлого эксперимента перевезли сюда на хранения, а после закрытия проекта, решили не уничтожать? Вдруг те утренние детишки найдут вещество в местном бункере? Хотя, возможно, тот лось вылизал всё подчистую. И что за совпадения? Подобные неожиданности всегда заставляли понервничать. Как сильно Доктор мог вмешиваться в историю чужой ему планеты? Какие встречи являлись нежелательными, чьи смерти могли раз и навсегда поменять ход истории? Ответы на эти вопросы благо были [3].

Пару лет назад, только начиная свои странствия, Доктор посетил планету Зарядий. И какого было его удивление, когда в одном из еженедельных новостных выпусков он обнаружил следующий заголовок: «Историческая сводка Вселенной обновлена на столетие вперёд. Согласно Кодексу Мира дружественных галактик, мы опубликовываем данные только первых пяти грядущих лет». Пожалуй, такой стыд за собственную неосведомленность, Доктор больше никогда не испытывал. Впрочем, не стоит забывать: до встречи с "Гостецом", он практически ничего не помнил о своей прошлой жизни.

Изучив Кодекс Мира и список дружественных галактик, путешественнику стало ясно две вещи. Первая, он должен исключить своё влияние на ключевых персонажей истории Вселенной. Вторая, Млечный Путь, куда он собирался отправиться, не входил в список дружественных галактик, поэтому вся его история, вплоть до последующего исчезновения, была в открытом доступе.

Доктор встрепенулся от нахлынувших воспоминаний и поднялся с тахты. Вопрос с лосем всё ещё открыт. Мужчина подошёл к одному из стеллажей и открыл верхний ящик с наименованием "Земля", после извлёк карточку с подписью "XX н.э."

Так, вот самая ближайшая запись:

1961 год н.э. 12 мая

Установлен первый контакт человечества с инопланетной формой жизни.

Результат: диалога и дальнейшего сотрудничества не установлено.

Место: Союз Советских Социалистических Республик, Кемеровская область, г. Таштагол.

Подробности: одиннадцатилетний Александр Сергеевич Зубарев своей смертью проложит путь между людьми и мирвéнцами, жителями…

За сегодня, шестое мая, нет записей. Ничего не упоминается о таинственном животном ни в мае, ни в июне. Это хорошо, значит основная история планеты не была нарушена. Не дочитывая, Доктор захлопнул карточку и попытался прогнать из своей головы образ умирающего зверя.

На следующее утро, седьмого мая, Доктор решил задержаться в этом городке, рассчитывая изучить другие загадки Тайги, к тому же ремонт "Гостеца́" тоже нельзя откладывать. Нужно поторопится успеть всё сделать до событий, описанных во вчерашней карточке. Видеть ключевые действия, тем более связанные со смертями детей, зная, что ты мог бы этому воспрепятствовать: нет, увольте.

Продолжая поиски деталей для маскировочной камеры, путник забрёл на небольшой уличный стихийный склад сломанных и нигде не приспособленных вещей. Техники там практически не было, только в дальнем углу находился сломанный холодильник, поваленный на бок. Он блистал на солнце, как глазурованное яйцо. Вдруг, за тяжелой металлической дверью началось вялое шевеление, которое почувствовалось парнем скорее интуитивно.

– Там кто-то есть? – Доктор осторожно приблизился к предположительному источнику шума, прижав ухо к металлической дверце. Сначала было тихо, и путешественник хотел было уже встать, как вдруг послышался звук, с трудом распознанный в отдельные слова:

– Да! Да, это я — Саша! Помогите! – детский осипший голос рвался из-за тяжёлой стенки холодильника с советской нажимной ручкой. Такой тип замка не открывается изнутри. Холодный пот выступил на рыжих висках Доктора: «Вчерашние записи, Одиннадцатилетний Александр... Какая же там была фамилия, чёрт, какая?!»

– А твоя фамилия? Прости, пожалуйста, какая твоя фамилия?! – с подступающим хрипом вымолвил он, облизывая засохшие губы.

– Зубарев! Мы в прятки играли, я залез, что-то, наверное, защелкнуло… У меня всё очень чешется, голова очень болит! Откройте! – удар обессиленной детской ладони практически не был слышен. Доктор поднялся на дрожащих ногах, опираясь о стенку холодильника. Его ладони ощутили нагретый металл.

– Я скоро приду! Мне только проверить кое-что, я за помощью мигом!

Замурованный белый короб удаляется от Доктора, а не Доктор от него. Вот ещё и ещё. Бедный Сашка, перед встречей с пришельцами успел застрять в холодильнике. Разумеется, эти события никак не связаны. Возможно, это и не тот Саша вовсе? Нужно только проверить по картотеки и вернуться, вызволить его…

«Я сейчас приду, Саша, я…», – пальцы, с лесенкой заусенцев, перебирали стол, ища необходимый документ. Шелест разворачиваемой бумаги замер в комнате:

Подробности: одиннадцатилетний Александр Сергеевич Зубарев своей смертью проложит путь между людьми и мирвéнцами, жителями планет Земля и Мирвен-2 соответственно. Седьмого мая, оказавшись в закрытом замкнутом помещении, Александр Зубарев станет идеальным инкубатор для грибов-мирвéнцев, чьё скопление пор находилось в непосредственной близости. В течении пяти дней гриб будет поддерживать жизнь в теле ребенка, паразитируя и активно разрастаясь во внутренних слизистых. На шестой день, к моменту смерти, ребёнка найдёт его родитель. Тело будет передано специалистам, что позже определят ответную реакцию грибницы на сигнал, полученный…

Тело обессиленно опустилось на пол. Доктор поднял затуманенные глаза на собственные ладони, на них словно всё ещё чувствовалось тепло нагретого металла. Белый, почти светящийся, гроб ни за что не выпустит из себя жертву. Всё предопределено и расписано, упорядоченно в инопланетных каталогах. Кровь отбивала в виски, ученый старался перевести дыхание и игнорировать тот факт, что шум в ушах напоминал глухие удары детской ладони. Он закрыл лицо руками, стараясь представить себя в открытом космосе.

Выбирая данную планету, Доктор рассчитывал разузнать что-то большее о себе, хотя бы имя, расширить то крохотное детское воспоминание о неизвестной ему собственной жизни. Жизни до "Гостеца". Но почему сейчас из желаний только стереть все те немногие остатки себя? Оказаться чистым белым листом, как дверь того холодильника. Абсолютно пустым.

***

Медное небо грузилось над трубами завода. Дым, витавший в воздухе, щекотал хлюпавший нос. Я, но ещё в детском теле, быстро и с небывалой лёгкостью бежал вдоль трамвайных рельс, догоняя

неизвестного

близкого

друга.

[1] Машина времени "Госте̒ц" (оригинальное название изменено) — устройство, с помощью которого происходит перемещения во времени и пространстве, для его активизации необходимо ввести точные координаты и время.

[2] Интернет-легенда, рассказывающая об эксперименте советских учёных по депривации сна, поставленном на заключённых ГУЛАГа и окончившимся ужасными последствиями.

[3] Перемещаясь во времени и пространстве, есть негласное правило: не влиять на судьбу ключевых героев истории. Подобных существует не так много, но их поступки или смерти являются катализатором действительности всего мира.

Глава 2. Уговор

Июль 2003 года, Российская Федерация, г. Санкт-Петербург

– Не буду гадать, конечно, чем может помочь учёному списанный аппарат для электрофореза, но взамен Вы не будете против дать консультацию в одном вопросе, коллега? – высокий мужчина с уставшими карими глазами закрыл дверь в собственный кабинет, пропуская вперёд гостя. Доктор с благодарной улыбкой отвёл взгляд в сторону, обращая внимание на письменный стол, заваленный личными делами лечащихся:

– Речь пойдёт о пациентах?

– Скорее о причине их нахождения здесь, – психиатр с бейджиком «Олег Волков. Глав. Врач» сел на затёртое кресло.

– Наркоманы всегда отличались разнообразием видимых ими галлюцинаций, но за последние два года участились случаи, когда прибывшие сюда пациенты в наркотическом психозе описывают один схожий образ.

– Какой? – Доктор обошёл стол, стоявший в центре просторного кабинета. Внимательно слушая собеседника, он также воспользовался моментов для изучения некоторых заголовков: «Результаты анализов группы А», «Статистика поступивших за 2002 г.», «Описательная характеристика стимуляторного психоза», «Эвенкийская мифология» и так далее.

– Лесные твари из сказок. Будь то огромный ворон или рыба с лосиной головой, кто-то видит мёртвых животных и так называемых "хранителей чащи", – главврач помассировал переносицу, словно что-то обдумывая. – Вы слышали о Икэви́дне?

Молчание Доктора позволило предположить, что нет. Тогда мужчина продолжил:

– Он имеет растительное происхождение, однако сейчас на рынке всё чаще появляются его искусственные заменители или примеси. Молодые люди часто начинают своё употребления стимуляторов из мотивов подготовиться к сессии, выполнить рабочие задачи или же разнообразить сексуальную жизнь, – взгляд Олега Волкова опустился на пожелтевшую папку своего особенного пациента, чьё личное дело он помнил наизусть. – Этот наркотик способен вызвать психоз даже при небольшой дозировке, оставляя после себя неизгладимые последствия на психике. Даже если удаётся добиться ремиссии, то избавиться от галлюцинаций и мании преследования нет…

Рыжие брови Доктора непроизвольно поднялись вверх от удивления:

– Сколько было случаев… За последние два года, говорите?

– В этой больнице семьдесят три случая, если отсчитывать от две тысячи первого года. Но я сталкивался с жертвой похожих галлюцинаций и в девяносто втором. Этот наркотик в чистом виде способен мгновенно отравить человека, поэтому распространение стал получать намного позже, после множества доработок, так скажем.

Озадаченный исследователь открыл документ с анализами пациентов. Было чёткое ощущение, что подобные показатели уже встречались ему прежде, но более подробно он не мог ничего вспомнить. В последнее время парень всё чаще стал подмечать подобную забывчивость: «Возможно простое дежавю?»

– Мы оба знаем, что восстановить отравленный мозг можно далеко не во всех случаях.

– Волшебной таблетки я и не прошу. Но возможно у нас получится помочь тем, кто только ввязался во всё это?

– Да. Попробовать стоит. Мне понадобится биологический материал… Я буду работать у себя… – путешественника прервал Волков, положив руку на худое плечо. Врач знал гостя от силы два дня, но понимал, что у того есть веские основания скрывать многое о себе.

«Безответственно доверять постороннему человеку такие сведения», – сетовал на себя же Олег, однако чувствовал где-то в подкорке, что этот жест отчаяния даст свои плоды.

– Более подробные описания проводимых ранее исследований находятся в другом месте. Пройдёмте со мной, сделаем копии. Заодно попрошу медсестру подготовить материал для анализа.

Беседа была завершена рукопожатием.

Раздосадованная ругань доносилась из лаборатории "Гостеца". Доктор раздраженно отдёрнул резиновую ширму, висевшую перед дверью с собственноручно вырезанной табличкой "Химический полигон дилетанта". Прототип разрабатываемого лекарства, уже четвертый по счёту, оказался неэффективным.

Выйдя в светлый кольцевой коридор, ученый направился в Читальню, продолжая ругать себя вслух: «Втереться в доверие к советским руководителям проекта по депривации сна, изучить производные компоненты, встретить позже лося, наглотавшегося просроченными стимуляторами… И что в итоге? Увидеть мутирующие результаты в питерской наркологии и даже не признать откуда! Бестолочь!» В сердцах парень попытался пнуть стену носком лакированного ботинка, но смазанный удар пришелся на лодыжку.

Путешественник никак не мог объяснить свои проблемы с памятью, возникающие в последнее время. Возможно, стоило уделить внимание именно этой проблеме, а не пытаться помочь зависимым в попытках создать новый нейролептик [4] . Однако чувство причастности к судьбам этих пациентов никак не отпускало Доктора. Он не мог точно знать, каким путем это вещество попало на подпольные прилавки. Следовательно, будет бессмысленно отправляться в прошлое, чтобы помешать военным разработкам или же избавиться от тела лося. Нужно оборвать эту цепочку сейчас.

Хромающей походкой Доктор прошёл в свой импровизированный бумажный архив. После каждой неудачи в создании лекарства он направлялся сюда. Необходимость в очередной раз удостовериться в безвредности своих вмешательств в ход истории изводила мужчину. Любого человека, упоминавшихся в записях, он уже успел тщательно перепроверить на причастность к Икэвидину. «Ну и название… – странник расположился на любимой кожаной тахте, продолжая перелистывать карточку "XXI н.э." – Интересно, его сокращают до "Видина"? "Икэ"? Сомнительно».

Оглаживая плотную бумагу карточки, Доктор искренне радовался, что она отливала жёлтым цветом. В последнее время он старался избегать чистого белого. Для этого даже специально окрасил свою коллекцию светлых рубашек в более темные оттенки.

Блекло-зелёные глаза были прикрыты тяжёлыми веками, но внутренний монолог не прекращался: «Даже если пациенты не употребляют на протяжении длительного времени, их галлюцинаций никуда не пропадают, а в особо тяжёлых случаях становятся только сильнее… Я бы не удивился, если бы ко всему этому приложила руку другая инопланетная цивилизация. Но люди вполне и сами со всем справляются. Такие уж…» Карточка "XXI н.э." выскользнула из рук спящего и упала на пол.

Новый день, новый неутешительный осмотр. Главврач закрылся в кабинете, попросив дать ему несколько минут. Он взял с письменного стола дело пациента Сергея Разумовского и подошёл к окну с открытой форточкой. Шум машин и прохожих часто мешал работе, но сегодня днём было на удивление тихо. Волков раскрыл потрепанную от времени папку. Диагноз, возраст, краткая биографическая справка… «Вот бы вернуться в то время, когда мы были студентами, ещё совсем молодыми… Кажется, тогда мы переживали только о том, как не угодить в армию? Выдумывали плоскостопие, плохое зрение и слабые почки. Каждая сессия превращалась в бойню. Ну по крайне мере для меня… Это ты, Серёж, отличником был», – подушечки пальцев огладили маленькую фотографию, вклеенную в личное дело пациента. «Смешно… Ты любил этот город больше меня, Серёж, а теперь сидишь тут в четырёх мягких стенах, разве это честно?» – мужчина подставил лицо под теплые весенние лучи и придался своей навязчивой фантазии. Фантазии о ремиссии единственного друга, которого он знал ещё с детдома.

– Здравствуй, Серёж, – едва слышно здороваюсь, закрывая за собой дверь палаты, стараюсь спрятать шприц с антидотом за спиной. – Как ты себя чувствуешь?

Рыжий парень сидит у стены, вжимая голову в колени. Он никак не реагирует на меня. Подхожу ближе. Сажусь перед ним на корточки, положив свободную руку на плечо. Парень испуганно поднимает голову и тут же резко жмурится.

– Он всё ещё здесь, верно? – стараюсь говорить спокойно, хоть от волнения к горлу и подкатывает ком. Видеть его в таком состоянии очень больно, и сколько бы раз я к нему не приходил, сердце каждый раз будто заново пронзало десятком игл.

– Он всегда здесь, – шёпотом отвечал Серёжа, не открывая глаза.

– На этот раз я действительно знаю, как тебе помочь, – перевожу руку с тощего плеча на локоть, притягивая его руку к себе. – Доверься мне, прошу.

Серёжа, сидящий всё ещё с закрытыми глазами, чувствует, как я закатываю рукав смирительной рубашки. Чувствует холодный металл иглы. Лицо с бледными веснушками чуть морщится из-за боли от укола, но после расслабляется. Он испытает странное спокойствие. Не такое, как от других препаратов, принимаемых годами до этого.

Помедлив, он открывает глаза. А я сижу перед ним на коленях, держу за руку. Боязливо, но парень окидывает комнату взглядом. Этого ужаса в его голове больше нет. Не слышится противный птичий крик.

Парень опасливо выпрямился, часто моргая.

– Ты всё ещё видишь его? – несильно сжимаю Серёжину ладонь, заглядывая в голубые глаза, что с каждой секундой наполняются слезами. Его изжеванные губы растягиваются в неуверенную улыбку.

– Нет... Олеж. Его нет, – Серёжа ошеломленно обнимает меня за шею, заставляя покачнуться. – Спасибо тебе, – тихо добавляет он. И я тоже прижимаю друга к себе, глаза начинает щипать.

Стук в дверь. Волков быстро протирает покрасневшие глаза рукавом халата и говорит чуть осипшим голосом:

– Входите, – его лицо немного озарилось при виде странного коллеги, что успел не раз заглянуть в их больницу за этот месяц. – Ты за новой консультацией? Или материал снова закончился?

– Не совсем так. Я закончил.

– Ты… Что? – Главврач облокотился о подоконник, удерживаясь на трясущихся ногах. Он был готов услышать отказ работать над созданием невозможного лекарства. Рассчитывал, что в любой момент тот может пропасть без следа. Но никак ни это.

Волков самолично перепроверил эффективность препарата на лабораторных животных. И после всех опасений решился вколоть его недавно поступившей девушке. Впервые во врачебной практике Олега, зависимый от Икэвидина смог избавиться от преследующих его галлюцинаций. Вдалеке начинал видеться конец этого долголетнего кошмара.

⁎⁎⁎

– В действительности не знаю, смогу ли когда-то равноценно отблагодарить тебя за то, что ты сделал для этих людей, для меня… – Волков стыдливо поглядывал на списанный аппарат для электрофореза, что он привёз по просьбе учёного к маленькому сараю возле заброшенного аэродрома.

– Мне хватит вполне и твоей искренней благодарности. И этот аппарат, разумеется, – ученый неловко посмеялся.

– Но я бы мог помочь оформить патент на твой НИД-01. Да хоть место главврача уступить, ты же знаешь

– Нет, уж избавь меня от таких забот и славы. Правда, Олег. Я просто должен был помочь и всё.

– Поэтому себя Доктором называешь? Может, хоть на прощание познакомимся по-нормальному? – главврач протянул сумку с аппаратом, путник перехватил её лямки.

– А какое мне имя подходит? Я не юлю, мне правда интересно.

– Хм… – собеседник давно подметил рыжий ёжик волос на голове мужчины. – Моего лучшего друга, как я уже рассказывал, зовут Серёжа, он тоже поцелован солнцем. Вы и по характеру в чём-то схожи.

– Правда? Тогда, Олег, считаю нас квитами, – Доктор с горящими глазами принял данное имя. Волкову пришлось отпустить пакет, который до этого продолжал висеть между ними.

– Как скажешь, Серёж. Как скажешь.

Дверь машины времени "Гостец" захлопнулась. Доктор всё никак не мог перевести дыхание. Он может сейчас же починить маскировочную камеру. Может сейчас же отправиться в прошлое и помочь избежать тех мучительных лет болезни, что пережили Олег с его другом. Уже давно путник не чувствовал себя таким одухотворенным. Взвешивая все риски и перепроверяя историю, он решился на это. Он готов изменить судьбу двух людей. Их судьбу можно.

Для борьбы с подводящей его памятью, путешественник начал вести личные записи. Сегодняшняя пометка под номером тридцать девять начиналась со слов: «Теперь я не только Доктор…»

Альтернативный 1992 год, Российская Федерация, г. Санкт-Петербург

– Нид… Нидпланин? Это точно поможет от галлюцинаций, Вениамин Самуилович?

– Препарат был испытан ещё в восьмидесятых, можете быть спокойны, Сергей.

Студент тяжело вздохнул и подставил оголенное плечо. После того, как приятель по общежитию, Вадим, предложил вместо кофе таинственно бодрящие травы, привезенные из поездки в Сибирь, Серёжа действительно не хотел спать во время подготовки к экзаменам. Но из-за жуткой тени пернатого монстра сон в целом стал чем-то недостижимым.

Врач сделал инъекцию. Ничего не изменилось. Парень стал оглядываться по сторонам.

– Да не успело ещё подействовать, ты что думаешь! Молодняк… – психиатр выводил крупные буквы на листке. – Вот-с… Анюте Викторовне из десятой передай, она выдаст ампулы, проколешь недельный курс и приходи снова ко мне, понял?

– А… Д-да, – ошеломленный пациент взял рецепт, поблагодарил психиатра и вышел.

За дверью его дожидался обеспокоенный Олег. На его лица виднелся фингал после воспитательной беседы с Вадимом.

– Ну? Что сказали? – голос брюнета заметно дрогнул.

– Вкололи какой-то Нид… Нидпл… В общем уже давно проверенное средство, – вдруг рыжего парня крепко обхватили за шею в порыве радости.

– Значит всё? Ты здоров?! – по спине Олега протестующе забили бледные руки.

– Не может лекарство подействовать всего за минуту, неуч! – нарочито поучительно ответил друг, выбираясь из крепкой хватки.

– Сам ты! Больше у тебя не будет оправданий для прогулов! – пошутил Волков.

– Это правда… Ты лучше про зачёт мне расскажи, сдал? – Разумовский всегда волновался за успеваемость друга больше него самого.

– Ну а как иначе, правда пришлось похитрить с этими билетами. Военкому я буду только снится, уж поверь!

Они двинулись по коридору больницы. Молодые и вольные. Совсем ещё студенты, у которых целая жизнь впереди.

[4] Нейролептики — это лекарственные препараты, восстанавливающие дисбаланс дофамина в путях головного мозга, вызывающий психотические состояния. Нейролептические средства используются для лечения психотических симптомов, таких как галлюцинации и бред, паранойя, аффективные и эмоциональные расстройства.

Глава 3. Старый Новый год

31 декабря 1970 года, СССР, Москва

Молодая девушка с тёмным каре шла по заснеженным московским улицам, неся в руках заполненные до краёв пакеты. Сегодня был особенный день. Не только потому что наступал Новый Год, но и потому что она ожидала встретить бой курантов с особенным для неё человеком — одним старым знакомым. К столу уже было все приготовлено, но переживая лишний раз, что тот может показаться недостаточно пышным, Наташа решила запастись продуктами, по ощущениям, на неделю вперёд. Волнение от приближающегося события не допускало мысль, что она могла немного перестараться.

Когда Наташа вернулась в свою квартиру, ничего странного она не заподозрила. Все было спокойно. Она заглянула в гостиную, в миллионный раз убедилась, что всё смотрится идеально, но в туже секунду вскрикнула. Внезапный всхрап раздался с дивана. Медленно обернувшись, хозяйка обнаружила на диване незнакомца. Рыжего, чумазого, в мятой одежде. Судя по всему, это был пьяница, что каким-то образом проник в её квартиру.

Такой поворот событий ошеломил девушку. Первой реакцией было желание ринуться к стационарному телефону, вызвать милицию, а после найти, что потяжелее, в качестве средства самообороны. Но когда первый шок прошёл, Наталья глубоко вздохнула и попыталась сосредоточиться. Затем ещё раз оглядела незнакомца. На вид он не был опасен: хилые руки и ноги, указывали на явное недоедание, вытянутое лицо было лишено возрастных морщин, не считая недовольной складки на переносице. Коричневые костюмные брюки и кремовая рубашка явно говорили о благонадёжном статусе этого гражданина.

У ножки дивана, где продолжал посапывать предполагаемый домушник, девушка подняла чужой паспорт. Заглянув внутрь, Наташа удивилась второй раз за этот вечер. На странице было напечатано: «Третья улица Сантехников, д. 25, кв. 13». Такой же адрес, как и у неё! Изучая документ дальше, в голове возникало только больше вопросов: в графе выдачи документа поставлен семьдесят третий год. Этот паспорт должен быть выпущен только через три года.

– Мужчина… Мужчина, просыпайтесь! – Наташа принялась расталкивать незнакомца.

В ответ тот что-то невнятно промямлил, стиснув веки, после потёр лицо и нехотя открыл глаза.

– Мужчина, Вы кто?

Незнакомец присел, спустил ноги на пол, убрал с лица руки и, отогнав последние остатки сна, наконец отозвался:

– Я — Доктор.

– Доктор? Доктор чего?

Хозяйка бегала по квартире, пытаясь выпроводить из своей квартиры незваного гостя и при этом накрыть на стол.

– Вы должны убираться отсюда! Скоро придёт мой… – она замялась. – Друг детства.

Доктор всё продолжал разгонять кровь по своему заспанному лицу.

– Гражданочка, я не могу никуда пойти. Моя машина времени пропала! Я приземлился здесь пару часов назад, в этой самой квартире. Но вот я возвращаюсь сюда и… Совершенно не помню, что было дальше… – Доктор принялся рыться в гардеробе. – "Гостец" был прямо здесь, а теперь это только бесполезный шкаф…

Наташа на минутку прекратила суетиться и, взглянув на доктора ошарашенными глазами, громко грохнула крышкой от кастрюли.

– Что... Что Вы такое несёте?! Мамочки… Если Вы сумасшедший, идите сходить с ума в другое место! Я не готова ухаживать за больными. Не в этот вечер!

Доктор впервые обратил внимание на окружение, в котором находился. Просторный зал в жёлтом свете люстры, рядом с антресолями стояла небольшая искусственная ель с тонкими ветвями, гнущимися под тяжестью стеклянных и ватных игрушек. Разноцветный дождик висел не только на зимней красавице, но и на шторах. Мишура затаилась синей змеёй меж цветочных горшков на полу. Вид украшений, казалось, заворожил Доктора и воскресил в мрачных мыслях воспоминания о чём-то хорошем. Молодое, но строгое и огрубевшее лицо, стало мягче. Странник подошёл к праздничному столу и, подхватив бутерброд, откусил половину, после принявшись активно жевать.

– Вы в своём уме?! ‒ из-за всех этих потрясений от аккуратной укладки брюнетки не осталось и следа.

– Вам жалко? Посмотрите, здесь же столько всего! ‒ мужчина обвёл рукой расставленные угощения. ‒ А я голоден. Кстати, по какому поводу торжество?

– Вы явно не нормальный… Неужели не понимаете?! Сейчас придёт мой друг, с которым мы собирались провести этот праздник! А Вы тут мешаете…

– Да чем я помешаю?! Просто проведу пару анализов, чтобы понять, что произошло и где мой "Гостец", вы со своим другом меня даже не заметите! Обещаю. К тому же, какой-то скучный праздник: только двое человек!

Раздался звонок в дверь. Девушка тут же бросилась открывать. На пороге оказался молодой человек интеллигентного вида и в круглых очках с толстыми стёклами на носу. На его раскрасневшемся от зимнего мороза лице, сияла широкая улыбка.

– Наташа… – он протянул ей торт в коробке с узелком и посмотрел на неё счастливыми глазами.

Но вышагавший в прихожую за спиной Наташи Доктор, заставил его подскочить. Гость наклонился к девушке с испуганным видом и украдкой спросил у неё:

– Наташа, это кто?

Нахальный гость откусил ещё один кусок от бутерброда и сказал:

– Привет, я Доктор. Не волнуйтесь из-за меня, я вам не помешаю. Мне просто нужно…

Девушка оборвала его на полуслове, обращаясь так же украдкой, но строго, процеживая слова сквозь зубы, к молодому человеку:

– Это — никто. Какой-то сумасшедший пробрался ко мне, заснул у меня на диване, а теперь буянит.

Молодой человек посмотрел на рыжего парня через плечо девушки.

– Может милицию вызвать? Или лучше… Доктора?

– Да, Паша, – кивнула девушка. – Давай, я — к телефону, а ты его пока отвлеки.

Павел вошёл в квартиру и нашёл уже улизнувшего незнакомца на кухне, разбирающего пакеты и копошащегося в холодильнике.

– Что Вы делаете?

– О! Подумал, что, если мне придётся остаться тут на вечер, то я мог бы помочь с приготовлениями. Вместе мы хорошо проведём время — вот увидите.

Доктор принялся размешивать что-то в миске.

– Эм… Товарищ…

– Доктор. Просто Доктор.

– Доктор… Я не думаю, что Вы можете здесь остаться. Понимаете, мы с Наташей долго ждали этот праздник…

– Знаю-знаю, старые друзья наконец встретились! Не беспокойтесь, считайте, что я приглашённый артист, который сделает день вашего воссоединения чуть ярче. Так, а это будет вкуснее холодным…

Доктор поднял миску с красным сиропом, пытаясь поставить её в холодильник на верхнюю полку, но та стукнулась о запрятанные в глубине банки, выскользнула из его рук и окатила стоящего рядом Павла липкой жижей.

– Ох! Прошу простите! Это моя вина… Скорее, Вам следует срочно умыться.

Павел поспешил в ванную. Вся его одежда пропиталась сиропом и теперь неприятно липла к телу. Молодой парень разделся до нижнего белья и собрался было залезть в ванну, как вдруг увидел рядом стоящую душевую кабинку. Когда Наташа успела её поставить? Павел ни в одной советской квартире не встречал ничего подобного. При этом конструкция хорошо вписывалась в небольшой метраж ванной комнаты. Такое же, наверное, огромных денег стоит! Паша открыл дверцу кабинки, предвкушая, как сейчас встанет под горячие струи воды.

Доктор старательно укладывал слои салата «Селёдка под шубой», не отходя от инструкций из кулинарной тетрадки Наташи. Вдруг по квартире пронёсся громкий крик. Незваный гость столкнулся с хозяйкой дома уже в ванной комнате, откуда предположительно донёсся шум. Вдвоём они пытались понять, что произошло. В помещении никого не было. Только из приоткрытой душевой кабинки лился странный, таинственный свет.

Наталья заглянула внутрь и обомлела: за дверью маленькой кабинки пролегал длинный коридор, ведущий в просторное помещение. В его центре стояла массивная приборная панель с множеством рычагов и кнопок. Сверху висели квадратные дисплеи и инструкции по эксплуатации. Приглядевшись, можно было обнаружить, что все правила использования были написаны вручную, словно кто-то на ходу обучался управлению этого внеземного агрегата.

Тут же и нашёлся словно заворожённый Павел, что от шока позабыл про свою наготу. Наталья лишь бегло окинула взглядом плечи друга и вновь принялась рассматривать окружение. Как это помещалось в её квартире? Все эти кнопки и экраны напоминали центр управления ядерным реактором, не иначе. Вдруг они оказались в соседней квартире? Женщина давно причисляла её владельцев к членам тайных структур.

Доктор поднял вверх руки, ликуя: «Мой Гостец! Вот где скрывался все это время!» Наташа ошарашенно указала пальцем на один из мониторов, обрывая мужчину.

– Это что ли я?! – на цветном экране можно было без труда распознать девушку в домашнем интерьере.

– Да, это Вы… – чуть помедлив ответил тот. – Странно, эти экраны транслируют то, что находится снаружи машины времени, для безопасности, так сказать. Но "Гостец" сейчас в ванной, а камера указывает на зал. Словно машина всё ещё стоит в гостиной в облике шкафа. К тому же, впервые вижу, чтобы изображение отставало по времени.

– Какой кошмар! – за спиной "второй" Наташи появился широкоплечий бородатый мужчина, девушка в мониторе удивилась его приходу, но затем они улыбчиво начали ворковать друг с другом, после чего поцеловались.

– Доктор, кто это? – насупившись, спросила Наташа.

– Откуда могу знать? Я же сказал — задержка того, что транслируется на экран. Возможно, он показывает то, что было пару часов назад, когда я только приземлился здесь. – Доктор изучил показания на приборе, а затем снова бросил взгляд на экран. – Где-то я уже видел это лицо… Товарищ Павел, подождите, Вы куда?

Наталья с растерянным видом взглянула на Доктора и тут же поспешила за своим раскрасневшимся молодым человеком, выбежавшим из инопланетного помещения.

Доктор проводил их безучастным взглядом, решив вначале разобраться со сломанной панелью. Данные о времени и местоположении отображались на экране в виде неопределенно бегущей строки. Словно "Гостец" находился на каком-то временнóм якоре. Но что может его удерживать? Ещё один путешественник где-то неподалёку? Или какой-нибудь парадокс во времени?

Последние воспоминания в памяти Доктора были кране скупы: он выходит из шкафа, за окном красная осень, затем отправляется ко входной двери… В глазах закололо от резко нахлынувшей головной боли.

Привычка расхаживать по помещению во время глубоких раздумываний, привела к тому, что учёный перенёсся в коридор, а после обратно в ванную комнату советской квартиры. Почувствовав на лице пелену усталости, он умылся и взглянул на отражение. Светлая рубашка была сильно смята, к тому же в копоти, волосы в ещё большем беспорядке, чем обычно. В уголках серо-зеленых глаз всё ещё оставались корочки. Доктор умылся повторно, более тщательно, а после причесал рыжие волосы. В начале квартиры ударила входная дверь.

Гость аккуратно выглянул в коридор. В прихожей никого не было, а на кухне сидела лишь одна Наталья. Паша ушёл. Доктор молча сел за стол, рядом с девушкой, и оглядел кухню. Настенные часы отстучали десять вечера. Спустя несколько минут парень прервал молчание:

– Я впервые пробовал приготовить десерт, надеялся Павел его попробует вместе с нами…

Девушка перевела опечаленный взгляд с пола на собеседника. Внезапно все грубые слова, что она припрятала для этой минуты, испарились. Её обезоружила неприкрытая печаль на лице незнакомца. Покачав головой, она спросила:

– Вы про сироп, что пролили на Пашу?

– Нет! Основной десерт я припрятал, – вдруг оживился Доктор. Под одобрительный кивок девушки, он вытащил поднос из холодильника.

Наташа подняла задумчивый взгляд на блюдо. Глубоко вздохнула. Пододвинула к себе. Пожала плечами и попробовала содержимое. Скривилась и тут же выплюнула обратно.

– Доктор… – она снова с отвращением сморщилась – Что это?

– Рыбные палочки с заварным кремом [5].

Наталья вытерла губы и пренебрежительно отодвинула поднос подальше от себя.

– Ну и гадость эти ваши палочки с заварным кремом…

Хозяйка квартиры решительно встала и вышла из кухни, заранее отвечая на вопросительный взгляд Доктора:

– Хочу выкинуть календарь и поправить причёску.

– Подождите! – гость торопливо встал из-за стола. – Понимаю, что уход друга сильно Вас расстроил, но не стоит терять надежду на следующих день таким жестом…

– О чём Вы? – Наталья сняла с прихожей небольшой отрывной календарь с последним листком уходящего года. – Просто заканчивается год, вот я и подумала…

Кухонный табурет опрокинулся. Доктор прижался к стеклу окна и замер, приглядевшись сквозь ночную тьму. Молочные сугробы лежали волнами под светом уличных фонарей. Зима.

– Но я ведь был осенью… – мужчина ринулся в зал и обхватил все украшения своим взором ещё раз. – Так вот что это за развешанный пластик со стеклом и ватой! Наташа, я понял!

Девушка зашла следом и склонила голову на бок в немом вопросе. Доктор продолжил:

– Это же… Вы празднуете окончание года, да? Старый год или как это называется?

– Новый год, – исправила она.

– Старый Новый год, да, – кивнул сам себе Доктор, словно всё понял. – Значит я был в этой квартире ещё осенью. Очевидно, что пролежать на вашем диване полгода я не мог, а значит… Мой "Гостец" расщепился. Это объясняет загадку с камерой. Сейчас он находится одновременно в вашей гостиной и в вашей ванной, но просто в разное время.

Доктор не стал озвучивать вслух догадку, почему это могло произойти. В памяти стал проясняться его план по внедрению созданного им нейролептика в прошлое. Как только он починил маскировочную камеру, с помощью которой мог снова изменять облик "Гостеца", то отправился в 1980 год, в эту самую квартиру.

По соседству жил химик, который благодаря наработкам его исследований смог создать Нидпланин, что в будущем помогло многим, в том числе студенту Сергею, лучшему другу Олега Волкова. Вероятно такое вмешательство полностью изменило их судьбу, ведь Волков не пошёл учиться на психиатра, а Серёжу ждало лучшее будущее, не скованное мягкими стенами. Это создало альтернативную реальность? В лучшем случае.

Доктор нервно сглотнул. Перед глазами промелькнула сцена, где он возвращался обратно в "Гостец". Вспышка. Удар током. После такой встряски он вышел и упал на диван, не заметив, как переместился во времени на несколько лет.

– Какой сейчас год, Наталья? – он потёр виски указательными и средними пальцами в попытке структурировать все факты воедино.

– Тысяча девятьсот семидесятый… Тридцать первое декабря, – пролепетала девушка.

Вскинув руки в знак озарения, Доктор стремительно направился в сторону ванной, Наташа за ним. Она догнала его только уже у самой приборной панели. На экране "вторая" Наталья о чём-то горячо спорила с бородатым мужчиной.

– Это не твоё прошлое! Это твоё будущее! Я же сказал, что где-то видел его лицо. Лицо в паспорте! Должно быть, я его взял для пущей конспирации, когда уходил в квартиру химика…

– Доктор, во-первых, лицо на паспорте и ваше совершенно разные, кого Вы таким могли обмануть. Во-вторых, это не может быть мой муж. Я никогда бы не вышла за такого человека, – твёрдо произнесла Наташа.

– Так, наверное, сказали бы большинство женщин, если бы им показали, как будут выглядеть их мужья через десять лет.

– Доктор, я не могу и не могла бы выйти за этого мужчину! Он не… Он совсем не похож на того мужчину, за которого я готова была бы выйти… – глаза Натальи сквозили испугом и отчаянием, она продолжала наблюдать ссору "второй" себя и неизвестного ей мужчины. – Если это будущее, то это же можно легко изменить, так ведь?

– Нет, Наталья, даже не думайте об этом, – строго, с некоторым беспокойством в голосе ответил Доктор. – Мы уже наблюдаем ваше будущее, значит это уже неизменно. Эти события фиксированы для нас. Я оказался здесь, потому что недавно и так слишком сильно изменил будущее, точнее прошлое, что и привело к волнению во времени. Теперь я понимаю… Попытка изменить ещё хотя бы небольшую деталь приведёт к тотальному парадоксу, нарушит логику во времени и неизвестно, чем это закончится.

Плечи Натальи окончательно поникли, она провела рукой по бугристой поверхности панели управления и больше не смотрела на экран. Доктор попытался её приободрить:

– Бросьте, ваш муж не так плох, Вы же сами его когда-то выбрали в будущем.

Вдруг все экраны и кнопки на центральной панели погасли. Затем всё включилось вновь. На экране появилось изображение ванной комнаты. Цифры даты и времени неподвижно замерли. Всё пришло в норму. Тут Доктора осенило: если два "Гостеца" связаны между собой, то и их путешественники тоже. Доктор из того времени сейчас запустил свою машину времени, чтобы сегодня, несколькими часами ранее, потерять сознание на Наташином диване.

Путник провёл девушку до выхода, пообещал проверить кое-что и скоро вернуться. Рычаг был повернут, душевая кабинка пропала.

Наталья осталась одна в пустой украшенной квартире. Подойдя к окну, она заметила на снегу ровную дорожку следов, что удалялась от её двора. Такую же ровную дорожку прочертила слеза на бледной щеке девушки.

Как только приборы подтвердили успешное приземление, Доктор аккуратно выглянул наружу. С кухни послышался шум. Бородатый мужчина тяжело протопал мимо гостиной и вышел из квартиры, громко хлопнув дверью. Доктор тихо вылез из шкафа и прошёл в коридор. Он заметил постаревшую Наталью, сидящую на кухне и прижавшую ладони к лицу в немом плаче.

Доктор несколько секунд безмолвно наблюдал за её подрагивающими плечами, а после прокрался на лестничную клетку, медленно закрывая за собой входную дверь.

– Молодой человек, – напротив стояла седовласая, на вид простодушная старушка, держащая на руках огромного серого полосатого кота. – А что Вы тут делаете?

– Ничего… Я просто старый друг Натальи. Ей так больно сегодня…

– Надеюсь, это не из-за Вас её муженёк так раскричался? Хотя этому тирану повода не давай, лишь бы глотку рвать… Говорила я этой дурёхе, не пара он ей. Вот раньше ухажёры были. Тот же Пашка её, ухажёр, каких ещё поискать надо – раздосадовано стала причитать старая соседка.

– Павел?! Да вы что? – возмутился доктор. – Они же просто друзья. Вы что-то путаете…

– Точно Вам говорю — любили они друг друга, только всё ходили вокруг да около. Руку на отсечение даю, если бы не то недоразумение в новогоднюю ночь, они были бы сейчас вместе.

– О чём Вы? – Доктор затаил дыхание.

– Ох, давно дело было… Наташка мне рассказывала про бродягу с фальшивым паспортом, что влез к ней в квартиру прямо накануне встречи с Пашей. Тот пришёл и понял всё по-своему. Так и не виделись больше, да…

Дальнейшие слова соседки заглушились под градом его собственных мыслей. На него снизошло осознание.

Думая только о себе, Доктор не заметил, как своими действиями разрушил целую семью. И теперь ничего нельзя было исправить… Почему из-за аномалии его отбросило на десять лет назад?

– Какой же он непроходимый дурак, этот бродяга… – глухо пробормотал парень, сжимая пальцы рук.

Доктор спрятал лицо в ладонях. Кот, лежащий на руках старушки, изучал незнакомца своими жёлтыми глазами. Вдруг мозолистые пальцы путника чуть ослабли. Он поднял глаза на соседку.

– Что, если не всё потеряно? – в это мгновение ему показалось, что вопрос эхом облетел всю лестничную клетку и возвратился к нему обратно, ударив под дых.

Соседка собиралась было что-то ответить, но остановилась, даже не начав фразу. Доктор выпрямился, убрав руки, и забежал обратно в квартиру Наташи под озадаченные взгляды.

«Что, если играть немного не по правилам? Не выбирать в этот раз лёгкий путь?» – эти слова проясняли бурю внутри путника.

Павел шёл по заснеженным улицам Москвы, удаляясь от квартиры Натальи. Одежда под зимним пальто по-прежнему была наполовину окрашена в малиновый цвет и неприятно липла к телу, словно олицетворяла всю ту ревность и стыд, что он испытал тридцатью минутами ранее. Молодой человек выдыхал пар в сложенные ладони, пытаясь согреть их, когда вдруг услышал странный шум и обернулся. Прямо перед ним, посреди голой улицы, материализовался газетный киоск. Из боковой дверцы вышел Доктор с широкой улыбкой.

– Павел! Возвращайтесь! К половине одиннадцатого меня в квартире не будет — Вы сможете спокойно встретить Старый Новый год.

– Доктор, как…

– Знаете, я много думал, почему мой "Гостец" так непослушно работает... Я очень намудрил, создав сильный временной парадокс. И, по правде, продолжаю исправлять ошибки тем же методом. Сейчас я нахожусь в квартире с Натальей и одновременно стою перед вами.

Доктор протянул ошарашенному Павлу запакованную папку и вложил в его ледяные руки.

– То, что мы видели на экране — будущее! Это инструкции того, что необходимо сделать, дабы избежать подобной судьбы. Вы ведь хотите быть с Натальей вместе?

Павел не сразу понял, что его спрашивают, но как только осознал суть вопроса, активно закивал. Тогда путешественник продолжил:

– Инструкции понадобятся не скоро, но проследуйте им максимально точно! А сейчас я отправляюсь в будущее и проверю, как обстоят дела.

– Доктор… По-моему, это всё не так работает… Но Вы правы, я хочу быть с Наташей! – встрепенулся Павел и прижал папку к груди, словно от этого зависела вся его жизнь.

Доктор одобрительно кивнул, полез в карман своего зеленого плаща и извлёк маленькую коробочку, после бросил её растерявшемуся парню в запотевших очках.

– Держите! Кольцо с алмазом, добытым с поверхности Янссен 55. В далёком будущем — незначительная безделушка, но сейчас, я думаю, достаточная плата, чтобы искупить моё маленькое вторжение.

Павел заглянул в коробку, поднял взгляд на Доктора с выражением глубокой признательности и, развернувшись, быстро побежал назад по заснеженным улицам.

Рычаг машины времени вновь дёрнулся. На этот раз Доктор вышел из "Гостеца" прямо во внутренний двор дома Натальи. Он нашёл нужный подъезд, зашёл в лифт, и когда металлические двери распахнулись, все уже были на месте. Наталья приклеивала бороду соседу, которого они уговорили поучаствовать в этом спектакле. Павел сидел напротив приглашённой соседки, со здоровым котом на руках, и ещё раз повторял с ней текст по бумажке:

– Мария Прокофьевна, давайте снова, когда Доктор попросит подробности, что Вы ответите?

– Что это из-за одного бездомного…

– Бродяги, Мария Прокофьевна, бродяги. Вот же: «Наташка мне рассказывала про бродягу с фальшивым паспортом, что влез к ней в квартиру…».

Все обернулись на Доктора, когда услышали, как он закрыл за собой входную дверь.

– Все уже готово к представлению?! – хлопнув руками, с улыбкой спросил он. – Я буду здесь с минуты на минуту. Пожалуйста, не обращайте внимания, когда увидите, что в гостиной появляется ещё один шкаф. Для подстраховки, я буду курировать вас из соседней квартиры.

Мужчина раздал всем актёрам миниатюрные наушники в виде небольшого шарика, что были практически незаметны в ухе.

– Все готовы, друзья? Вам нужно будет хорошо отыграть свою роль!

Представление закончилось, а ничего не подозревающий "второй" Доктор вернулся в квартиру и вошёл в шкаф. Через секунду раздался оглушительный шум, через щели в дверцах посыпались искры, запахло гарью и шкаф с необычным звуком растворился в воздухе. Трансляция между прошлым и будущем закончилась. Как и вся эта временная круговерть.

– Отлично сработано, друзья! Все было отыграно идеально!

– Спасибо, Доктор, – сказал Павел и с любовью взглянул на Наташу. – Всё это было приятной возможностью ещё раз вспомнить тот Новый Год…

– Старый Новый Год, – улыбчиво исправила его Наташа.

Они все попрощались как очень давние друзья. Вместе спустились на лифте, вместе дошли по хрустящему снегу до сторожевой будки, в которую обратился "Гостец". С чувством полной удовлетворённости, Доктор обнял Павла, поцеловал руку Натальи и щёку Марии Прокофьевны.

Вступив одной ногой за порог машины времени, путник заметил серого полосатого кота, забежавшего следом.

– Эй! Его нужно вернуть назад. Я сейчас, буквально минутку…

– Да бросьте Вы, он и так ничейный, а теперь хоть ваш будет, – сказала соседка и махнула рукой, показывая одобрение.

– Раз Вы не захотели с нами поужинать, то позвольте сделать хоть такой подарок… – добавила Наташа, улыбнувшись Доктору своей самой искренней улыбкой. – Чтобы Вам было не так одиноко.

– Я… – путешественник переводил взгляд с кота на людей и обратно. – Спасибо. И за то, что смогли всё отыграть, и за кота… И за десерт, Наташ.

[5] Любимая еда Одиннадцатого Доктора из оригинального сериала.

Глава 4. Жёлтое небо, кирпичные стены…

Планета «Морса» — четвертая людская колония

Чем дольше Доктор путешествовал, тем меньше оставалось надежд на то, что он поймет себя. Вспомнит, кто он есть и почему решил путешествовать, каким образом нашёл "Гостец" и кто был его прошлым владельцем.

Новый мир был лишен красок: тусклое небо, заводчатые трубы, серый пыльный туман. Доктор ступил из своей машины, которая в этом мире выглядела, как небольшая будка надсмотрщика. Металлическая дверь была знатно измята по краям. Над дверной ручкой располагался крючок с табличкой "Перерыв". Пальцы перевернули картонку на "Не входить".

Кот, как подобает настоящему хозяину человека, запрыгнул Доктору на плечо и отказался слезать. Из динамика его ошейника промурчалось: «Понеси». Не желая пугать прохожих говорящим животным, мужчина поспешно подключил кошачий переводчик к маленькому шарику, которое после закинул себе в правое ухо.

Пожалуй, решение оставить у себя этого мохнатого зверя было одним из самых правильных и безвредных за последнее время. Доктор всё чаще забывал заносить новые записи в свой дневник, но быстро нашёл альтернативу: разговоры с котом.

Мир не был интересным ни в технологическом, ни в природном плане. Очередная колония по добычи ресурсов, созданная людьми. Или же наоборот, эту создали инопланетные оккупанты, поработившие человечество? Для понимания нужно было вспомнить, какой год был введён на панели управления для перемещения.

Доктора это всё абсолютно не волновало. Нужно было взять передышку. Отдых, так сказать. От всех этих временных парадоксов, что он успел натворить. Случайная планета, случайный год… Может, это как-то поможет ему собраться с мыслями. На удивление, окружающий пейзаж — кирпично-дымно-скучный — располагал к себе, заставляя всё внутри непроизвольно подрагивать.

За серым змеевидным сквером, у завода из красного кирпича, чьи трубы возвышались над всеми зданиями в округе, была пышечная. "Тётка Фаина" — так она называлась. На обветшалых скатертях стояли скромные вазочки с милыми белыми ромашками — единственное живое пятно в бетонно-цементном окружении. Под одним из столиков лежал, грызя кость, старый пёс. Под другим столиком спал пьяница. Собака и человек друг другу не мешали.

Переступив через торчащую из-под стола ногу (кот предупреждающе прошипел на собаку), Доктор подошёл к открытому оконцу, из которого ощущался жар свежей выпечки, и взял себе три пышки. Он решил съесть их здесь же, и отодвинул стул из металлических трубок.

Отправив одну пышку в рот, мазаясь маслом и пачкаясь пудрой, мужчина раскрыл голографическую карту на наручных часах, осматриваясь по временным шкалам и прикидывая, куда стоит отправиться в дальнейшем и через сколько дней. Ведь в этом мире он не собирался делать решительно ничего, верно же?

‒ Дядь!

Доктор не донес вторую пышку до рта и уставился на рыжего курносого мальчонку, шмыгающего носом.

‒ Поесть дашь?

Доктор смерил ребёнка придирчивым взглядом и, не найдя в том признаков голодания, бросил:

‒ Мама твоя где?

‒ А я сам по себе, ‒ мальчонка сунул пальцы в дырявые карманы и покачался с носка на пятку. ‒ Ну? Дай?

Взгляд Доктора устремился куда-то вперёд, поверх макушки ребенка. В сквере, притаившись за углом и вооружившись рогатками, или же нечто похожим, громоздясь друг на друге, стояли ещё мальчишки. Понятное дело: искали себе пропитание разбоем, но, возможно, этот курносый предложил другой путь — дипломатия. Тем самым он разбил мальчишечий тоталитаризм, протоптав путь к левым… Доктор встряхнул головой, отгоняя дурные сравнения, подумав: «От этих пышек у меня разыгрался сахарный воображаризм».

Путник сунул пышку в рот, оттряхнул ладони и, сделав страшное лицо, поймал мальчонку за шиворот, после нарочито громко произнёс:

‒ Ага-а-а, ты-ы-ы, сейчас всю свору свою притащишь?!

Мальчонка взвизгнул, а лавина пацанов рассыпалась по скверу. Доктор отпустил грязный шиворот и немедленно повинился:

‒ Ты извини, что так, но я для твоего же блага. С этими ребятами тебе по жизни тяжко будет. Отбейся от них, сразу лучше заживешь.

‒ Чего?.. ‒ изрядно ошарашенный мальчик, настороженно схватившись за собственную рогатку, взвешивал в голове: дать дёру или хотя бы попытаться понять, что сейчас произошло.

‒ Есть будешь? ‒ Доктор сунул мальчонке последнюю пышку, и тот, недоверчиво посмотрев в ответ, откусил от мягкого бока жирный кусок.

‒ Ты жесть какой странный, дядь.

‒ Да, знаю.

‒ И кот у тебя странный.

‒ Угу, тоже верно. Ты, главное, к этим только не возвращайся, понял?

‒ А чего, прокормить за них сможешь? ‒ пацаненок оскалился, и Доктор невесело усмехнулся в ответ.

‒ Попытаемся.

Хотел того Доктор или нет, но он нашел себе занятие и в этом мире: решил пристроить мальчонку на нормальную работу. Непонятно как и непонятно почему, но его по-отечески тянуло к этому ушастому-вихлястому ребенку.

Пацанёнок в глубине души был добрый, как затопленная пичуга, только город её изрядно замарал и сбил с пути. Как такому не помочь? Тем более, что для истории этого мира он, судя по архиву, чья копия хранилась на наручных часах, был абсолютно не важен. Как какой-нибудь шмель или воробей. Настоящая, теплая, но никому не нужная пичуга…

Доктор, совершенно не знакомый с городом, пошёл на тот самый завод, что находился позади пышечной. Как оказалось, там производили не кирпичи, не чугунные ванны и даже не чайники. Всё куда нелепее — мороженое.

Пока пацанёнок пускал слюни на конвейер с бесконечными вафельными стаканчиками, Доктор пытался договориться с начальником отдела. Пару часов в день мальчишка мог бы таскать коробки, клеить марки на упаковки пломбира — уже какая-никакая копейка на еду будет, а пожить можно договориться с комендантом общежития… Но их развернули пинком в тот же миг, когда увидели, как мальчонка, украв мороженое, уплетает пломбир с двух рук.

Потом они пошли в порт. Порт вонял рыбой, человеком и химикатами — Доктор никогда не нюхал ничего противней. Усилившийся перед штормом ветер должен был разогнать большую часть запахов, однако те лишь больше наступали на рецепторы. Они въедались в одежду так крепко, что рабочим порта вывести этот запах не представлялось возможным.

Доктор попытался пристроить пацанёнка на шхуну, драить палубы, но всё расстроилось, когда, только ступив на качающуюся палубу, мальчонка побелел со страху и, поскользнувшись, упал в мутную чёрную воду.

‒ Плавать, значит, не умеешь, ‒ промокший до нитки, угрюмый Доктор отказался от припасов вафельных рожков, которые такой же промокший мальчонка выгреб из воняющего рыбой кармана комбинезона. Кот, сухой и чистый, гордо восседал рядом: вместе с Доктором он в воду не прыгнул, полностью уверенный, что двуногие спасутся сами.

Они действительно спаслись. С помощи Матушки Фортуны. Как оказалось, Доктор тоже не пловец.

‒ Не умеет, ‒ мурлыкнул кот, но его реплика отразилась лишь в правом ухе Доктора.

‒ Не умею, ‒ скривился мальчонка, брезгливо откидывая вафельную жижу. ‒ Я вообще ненавижу воду. Барахтаешься, как в космосе, ни вверх, ни вниз — всё путается.

‒ Это что же, ты в космосе побывать успел? ‒ незаметно для мальчика, Доктор покрутил циферблат наручных часов, выверяя ближайший климатический прогноз. Ему осталось пробыть в этом мире пару часов от силы: скоро будет шторм с наводнением.

‒ Пока нет, ‒ мальчонка пожал плечами.

Отвлекшись на свои мысли и плохо вникая в разговор, Доктор встал, отряхиваясь. Времени мало. Кот задумчиво протянул кошачью "мя-я", активно вихляя хвостом. В его желтых глазах зажёгся мыслительный огонёк.

‒ Слушай, ‒ начал миролюбиво Доктор, ‒ у тебя имя есть?

Мальчонка мотнул головой. Он мог назвать свою бандитскую кличку, но ведь его спрашивали не про это.

‒ И у меня нет. Точнее только недавно появилось, ещё не обжилось. Но не суть важно. Давай так: я даю тебе денег, чтобы хватило на сотню пышек, а ты, как осознанный молодец, не даешь их тем хулиганам и поищешь себе работу сам? Лучше, конечно, если она не будет связана с портом…

‒ Ты меня… Бросить хочешь? ‒ ребенок переменился в лице. За секунду из растерянного оно стало злым и задетым. ‒ Я так и знал! Добродетеля из себя играешь… Да к чёрту тебя!

‒ Эй!

Не успел Доктор среагировать, как обиженный мальчик засверкал пятками. Цыкнув, Доктор проверил часы ещё раз: через пару часов шторм затопит первые линии домов и перевернет мелкие корабельные кареты. Нехорошо бросать мальчонку здесь. Вдруг он спрячется где-то в одном из таких домов?

***

Я спрятался в одном из домов, что поближе к порту. Не знал, куда бежать, да и было ли такое место вообще? Я нигде не был своим… Даже среди беспризорников, с которыми воровал сладости и шугал живность по дворам, часто ловил на себе осуждающие и недобрые взгляды. Уткнувшись в колени, я сердито пыхтел, пряча слезы от самого себя. Слезы были злые. Почти поверил, что стал кому-то нужен, бестолочь. Этот странный, наивный взрослый со спутанными темно-рыжими волосами, был такой же, как все. Предатель.

‒ Мальчик!

Вздрогнув, я забился под балки. В этом доме никто не жил, однако свет корабельных фонарей легко проникал сюда через разбитые стекла, оставляя на деревянной половице освещенные кратеры. Из-за этого меня, дурака, будет легко найти.

‒ Мальчонка-пацанёнка, ‒ прозвучал знакомый голос чуть ближе, и за ним последовал протяжный возглас кота.

Я вновь спрятал лицо в колени. В помещении раздались шаги. Аккуратной поступью лакированные ботинки приблизились и остановились совсем рядом. Повисла тишина.

‒ На, ‒ меня стукнули по плечу. Я дернул им, отмахиваясь, но, когда на него надавило что-то потяжелее, я шарахнулся: на плечо дерзко прыгнул кот, явно желая моего внимания. Мои покрасневшие глаза злобно метнулись наверх: тот самый предатель с каким-то виновато-улыбающимся видом протягивал мне пышку. Уже немного остывшую.

Я сердито вырвал её и сделал маленький укус. Глаза опять обожглись соленной влагой.

‒ За этим только пришёл? — пробурчал я.

‒ И за тем, чтобы вытащить тебя отсюда, ‒ миролюбиво, словно ничего и не случилось, сказал мужчина. ‒ Шторм начинается. Ещё смоет.

Я неловко поднялся на ноги, потирая мокрый нос. Пышка по-прежнему была в моих пальцах.

‒ Идём тогда уже.

Мне показалось, что этот человек как-то таинственно улыбнулся, но я не собирался давать ему пощады: злоба и обида никуда не отступили. Однако, он вернулся — это было в новинку.

Когда мы вышли из дома, на улицах уже была паника. Лавки спешно закрывались, кто-то громко ругался, что его лодку унесло. Стоял огромный шум: зловещие волны кусали берег порта, выплескиваясь на променад и сильно качая торговые судна.

‒ Куда мы? ‒ спросил я, перекрикивая рёв ветра. Обстановка вгоняла в страх.

‒ Туда! Идём, ‒ меня потянули за руку. Я вцепился, не пытаясь разглядеть куда указывал этот чудак, мой дядька, и больше не думал о том, что обижен. Сначала мы шли, обгоняя прохожих, а потом перешли на бег. Бежать за руку было неудобно, поэтому мы разделились, но я никогда не терял из виду длинную, чуть сутулую спину в зеленом плаще.

Медное небо грузилось над трубами завода. Я быстро и с небывалой лёгкостью бежал вдоль трамвайных рельс, догоняя своего странного дядьку. Воздух рвался из лёгких, в уши бил шум чьих-то возгласов, ветра и воды: было страшно и весело одновременно.

Но радость перечеркнулась одним резким движением, промелькнувшим перед глазами молнией: выбежав на улицу с быстрым движением, мой спутник поскользнулся на мокром асфальте и полетел под колеса несущихся машин.

Раздался крик. Кажется, он был моим. Затем закричало всё. Завизжали шины, и под дробью хлынувшего штормового ливня стали сбегаться люди.

‒ Где? Кого сбили?

‒ Не вижу! Где же?!

Я застыл, дрожа, и мои глаза полнились ужасом. Они видели, как моего дядьку, моего друга, сбила машина. Но когда я подошел к месту аварии на негнущихся ногах, его там не было. Кота не было тоже.

Я упал в обморок.

***

Доктор стоял под крыльцом дома, ближайшего к "Гостецу" и держал на руках кота, подрагивающего от криков. Серо-зеленые глаза взирали на толпу людей, сбежавшуюся к развернувшейся на дороге аварии. Заметив мальчонка, лежавшего без сознания, взгляд затуманился подступающими слезами.

‒ Я рад, что ты осознал, кто этот мальчик, чуть раньше меня…

‒ Здесь не сложить два и два просто смешно, ‒ фыркнул кот, прижимаясь к теплому телу. ‒ Как только мы сюда попали, я вспомнил про то твоё детское воспоминание. И тут появляется рыжий беспризорник, что не умеет плавать и говорит про космос. И вдруг щелкнуло: это же сам ты, но ещё маленький. Вдруг это мир, с которого всё началось? Или, может, второй или третий по счёту.

‒ Н-да, ‒ Доктор прикусил губу, пытаясь прийти в чувства. Его взор был прикован к мальчонке, которого поднимали на руки и уносили подальше от дороги. ‒ Я всё понял окончательно, когда мы достигли трамвайных рельс… Встал выбор: либо я помогу этому ребенку, заберу его с собой, и нарушу нашу общую линию судьбы, что в конечном итоге должно было бы уничтожить и стереть нас из истории, либо позволю сохранить сценарий жизни. Нужно было поступить также, как помнил сам из детства. Необходимо было стать тем незнакомцем, что подарил надежду, а после бесследно пропал. Я ничего не изменил в истории и спас обоих, верно?

Ливень продолжал усиливаться, обрушиваясь стеной на бетонные и металлические постройки. В кармане плаща лежало устройство мгновенного перемещения, которое позволило подстроить аварию. Тогда, ещё не добежав до проезжей части, всё произошло словно интуитивно, в один миг: в памяти ожило воспоминание, где силуэт в зеленом плаще исчезает под колесами машин. После сразу стало понятно, как действовать.

Пальцы рук с лесенкой заусенцев плотнее прижали к груди пушистого компаньона, что хотя бы на толику разбавлял чувство всепоглощающего одиночества.

‒ Именно поэтому ты начал путешествовать по мирам, помогая то тут, то там? ‒ заботливо мурлыкнул кот, поднимая желтые глаза. ‒ Всё началось с самого тебя, который направил на этот путь, а после подстроил несчастный случай?

‒ Но почему я вообще оказался тут? У меня были родители? Как долго пробыл ребенком и куда отправился после? Надеюсь, хах, у будущего меня есть ответы на все вопросы… ‒ Доктор печально усмехнулся и вздохнул, возвращаясь к своему прошлому рассуждению. ‒ Я ведь поступил правильно?

‒ По крайней мере ты не убил себя и его, ‒ отозвался тихий, едва заметный голос в правом ухе. ‒ Но знаешь… Время не имеет ограничений: идти ему только вперёд или только назад. Путешественнику во времени…

‒ Нельзя видеть перед собой только два варианта, ‒ с придыханием продолжил Доктор. ‒ Особенно сейчас, когда дело касается непосредственно меня.

Длинные кошачьи усы защекотали подбородок парня. Кот потерся о шею своего хозяина в знак одобрения.

⁎⁎⁎

Мальчонка с усилием разлепил глаза, чувствуя слабое гудение в мышцах ног. К своему удивлению, он лежал на мягком раскладном диване, заправленном чистым постельным бельём. Окружающих интерьер напоминал гостиную, совмещенную со столовой. За стенкой, где, судя по аромату, была кухня, слышался разговор двух взрослых: мужчины и женщины.

Стараясь остаться незамеченным, ребенок аккуратно опустил ногу на половицу, но тут пружина матраса предательски скрипнула. В дверном проёме показалась женщина с россыпью мелких родинок и морщинок у уголков глаз, из-под её пучка волос выбивались седые пряди. Увидев проснувшегося гостя, она засияла:

‒ Милый, ставь чайник, сейчас втроём всё и обсудим, ‒ она подмигнула ошарашенному юноше и вновь скрылась из виду.

‒ П-подождите, как я здесь… ‒ мальчонка прервал свой дрожащий вопрос и молча проводил фигуру взрослой взглядом, подмечая её светлый рабочий комбинезон, перепачканный в масле.

Ребенок вновь недоверчиво очертил глазами комнату и полез в карманы своих брюк, проверяя всё ли на месте. Нет, ничего не украли. Однако, в аккурат между рогаткой и сворованными талончиками в общественную душевую лежала небольшая записка. Разворачивая трясущимися пальцами пожелтевшую бумагу, мальчонка вновь опустился на диван. Всплывшее воспоминание о странном друге в зеленом плаще мгновенно встало комом в горле. В записке было выверенно:

Мой милый друг, прошу довериться мне и взрослым, в чьём доме ты оказался. Они замечательные люди и смогут дать тебе многое. Я обещаю, что мы с тобой ещё обязательно встретимся. Вероятно, не сейчас, но ты поймешь мои мотивы.

До следующей встречи, мой маленький Доктор.

Глава 5. Забывая себя

Искусственный спутник «Миг-2»

Пищащий шум пробивал барабанные перепонки, тяжелые веки мешали открыть глаза, пот лился по всему телу. Одна единственная мысль отдавала выстрелами в черепной коробке: «Неужели… Я умер?». Хуже — похмелье.

Сумев открыть глаза, Доктор не сразу привык к яркому свету. Он лежал на пыльной дороге возле кустарника с дикой ягодой. Его ступни были прикрыты лишь белыми носками, костюмные штаны были разорваны в области коленей, на рубашке отсутствовало несколько пуговиц. В нос ударил запах скошенной травы. Оглядевшись, парень распознал на приветственном деревянном столбе надпись: «Лесные Хачики». Вдруг из-под бока донёсся протяжный кошачий писк:

– А я думал, ты уже не проснешься, ‒ реплика кота донеслась из динамика ошейника.

– Ох, ты здесь… – облегченно выдохнул Доктор, проверяя правое ухо, как и предполагалось, шарика там не оказалось. ‒ Я надеюсь ты не пугал местных своими разговорами?

– Не знаю, – надменно ответил тот. – По-моему, с ролью пугала отлично справился ты сам.

Глаза путника округлились от подступающего осознания ситуации. Он абсолютно не помнил последние дни, а возможно и недели. Пушистый компаньон прочитал в глазах друга нарастающий страх.

– Ты начал искать причину своих провалов в памяти, которые стали учащаться, как грибы после дождя. Всю Читальню разворошил в поисках этих… Как же их… В общем спустя нескольких тестов в лаборатории, ты начал бесконтрольно заливать в себя спирт, – кот явно наслаждался реакции своего хозяина.

– Какой спирт?! – Доктор резко дёрнулся, однако сразу ощутил боль, отстреливающую в плечах и пояснице.

Вдруг из-за спины раздался звук велосипедного тормоза. Пассажиром оказался старик с волевой осанкой. Он явно признал путника, так как практически сразу разразился криком:

– Ещё раз полезешь ко мне на участок и простым травматом не отделаешься! – он взял с багажного сиденья зелёный плащ Доктора и кинул его тому в лицо.

– Простите меня, это явно какое-то недо… – не успел тот договорить, как местный житель покрутил педали прочь.

Застыженный путник переглянулся с испуганным котом, затем стал осматривать плащ на места повреждений. Задняя часть его верхней одежды была усеяна россыпью дырок от снарядов травматического оружия. Через одно такое отверстие Доктор посмотрел на удаляющиеся силуэт велосипедиста.

– Недоразумение…

Искусственное солнце слепило прямо в глаза, лаская верхушки раскидистых деревьев и отмеряя полдень.

– Зато тебя никто не обокрал, – тихо мурчал кот, удерживаясь на плече идущего по посёлку Доктора. – Я лично отпугивал и шипел на всех, кто пытался что-то у тебя стащить. Одного особо наглого пацанёнка даже поцарапал!

– Что бы я без тебя делал, – усмехнулся мужчина, стараясь аккуратно ступать босыми ногами по дороге.

Доктор был рад, что плащ уберёг его спину от ранений, однако лишиться за раз памяти, красивой одежды и даже чертовой обуви было перебором даже для него. Наручные часы со встроенным навигатором отказывались работать, лишая последней возможности сориентироваться.

– Главный вопрос — где "Гостец"? У меня точно нет желания здесь задерживаться.

– Помню ты оставил его на участке какой-то бабушки пару недель назад, – мурча произнес кот.

– Пару недель?! – выкрикнул ошарашенно Доктор

– Ну, – начал пушистый компаньон, – это моё кошачье восприятие. Предполагаю, что в людских часах пару недель можно перевести в два или три дня.

– Значит я выпил все запасы спирта из лаборатории, а после решил продолжить похороны своих мозговых клеток… – Доктор неопределенно обвел руками местную природу и деревянные дачи. – Здесь?

– А я, как хороший друг, всегда ходил рядом и не давал делать больших глупостей!

– Однако от резиновых пуль ты меня не уберёг – пытаясь вспомнить событиях последних суток, мужчина ощутил лишь подступавшую головную боль.

– Друзьям тоже нужен отдых, знаешь ли, – кот неодобрительно ударил хвостом по лицу хозяина.

– Хорошо-хорошо, прости. Так, где, говоришь, наш "Гостец"?

Пара прошла мимо огородов, разноцветных заборов и лавок, стоящих напротив ухоженных домиков. Со дворов и окон то и дело мелькали осуждающие взгляды местных жителей, преимущественно преклонного возраста. От такого внимания Доктор пытался спрятаться лицом под плащ, пока кот наконец не приказал остановиться возле голубой одноэтажной постройки на окраине улицы.

К этому домику вела очень узенькая и почти незаметная тропинка, вокруг прохудившегося забора росла высокая трава. Все окна и рамы были пыльные настолько, что дом казался совсем нежилым.

На заднем дворе, прямо напротив разросшейся яблони, стояло два идентичных друг другу сарая. Один из них явно был "Гостецом". Доктор и кот решили не церемониться, и уже готовы были перелезть через забор, как тут из голубого домика на них выбежала бабка с веником.

– Воры! – закричала та, стуча по макушке парня перевязанной соломой. – Тунеядцы! – следующий удар пришелся по коту, сбив животное с плеча. – Психи! – третий удар был оставлен рукой на щеке Доктора.

– Бабушка, успокойтесь, – сдержанно приняв пощечину, попросил странник. – Мы сейчас зайдем в ваш сарай и, обещаем торжественно, Вы нас больше никогда не увидите.

– Да что ты… – но вдруг бабушка внезапно остановилась и прищурилась, разглядывая лицо Доктора. – Внучек, ты ли это?

Доктор недоуменно заморгал, а после перевел непонимающий взгляд на кота. Тот лишь жалобно мякнул, не торопясь заговаривать в присутствии чужого человека. Поняв, что помощи ждать не следует, парень снова устремился на лицо старушки. Светлые глаза, заячья губа и множество родинок у уголков глаз… Вдруг в памяти чётко прояснился образ женщины, на попеченье которой он доверил мальчонку, то есть самого себя маленького.

– Да… Бабуль, в гости вот зашёл… – Доктор тяжело сглотнул ком в горле, надеясь, что его возраст не вызовет у женщины лишних вопросов.

– Ягодка, ты, если хотел сделать сюрприз, мог бы просто в дверь постучать! – бабушка откинула веник в сторону и начала обнимать и расцеловывать остолбеневшего парня. – Дед Витя скоро подойдёт, ушёл чинить солнечную проекцию в восьмом секторе, ох, и обрадуется! Да пошли в дом, пошли!

От неожиданных объятий внутри словно всё сжалось. Затем снова разжалось, пуская по всему телу тягуче тёплые импульсы. Приятно. Доктор предусмотрительно решил не задавать уточняющие вопросы, в надежде, что во время дальнейшего разговора сам всё поймёт, а потому молча пошёл за своей воспитанницей. Ступени крыльца приветственно скрипнули под ногами, а после и под лапами.

Бабушка посадила гостей на небольшой кухоньке и принялась накрывать на стол, пресекая любые попытки помощи. Из шкафчиков, антресолей, морозильной камеры и погреба она доставала свежее печенье и конфеты, вяленное мясо, соленья, успевая разливать чай, компот и нарезать колбасу, сало, сыр и хлеб.

– Прости уж, что так скромно, сейчас суп поставлю готовиться, минутку! А то ведь с месяц нас тут не было… Да, кажется месяц.

– Да тут еды на семерых! Присаживайся уже, пожалуйста, мне очень неловко – Доктор выдвинул стул для суетящейся хозяйки дома.

Женщина тревожно осмотрела накрытый стол, затем поставила для кота блюдечко с молоком на пол, вытерла мозолистые руки о штанины неизменного комбинезона и только после села. Путешественник одобрительно кивнул, затем отпил горячего чая, стараясь распробовать чёрную заварку, в попытке запомнить этот вкус.

– Так куда вы уезжали с дедушкой, говоришь?

– Да куда ещё могли то? На Морса, фабричные машины снова вышли из строя, всё чинить и чинить без конца. Мы, конечно, ты не подумай, очень благодарны за такую дачу, – старушка показательно оглядела помещение. – Природа чудесная, вечное лето…

– Но дома куда привычней, да? Впрочем, даже тут деду приходится чинить "свет", – догадался Доктор, вспоминая сказанные ранее слова бабушки.

– Гляди ещё пару лет и окончательно тут осядем, – она надкусила сушку, ранее смоченную в компоте, и подмигнула внуку.

Кот во время разговора вылакал всё молоко из блюдца, после принялся тереться об ноги хозяина, выпрашивая еду со стола. Доктор протянул под стол кусочек сала и после сделал большой глоток чая, продолжая слушать собеседницу.

– Правда на этом искусственном спутнике тоже бывают страсти. Представляешь, утром у телепорта мне соседки рассказывают: пьяница завёлся. Горланил три ночи, к Серёже на огород пробрался! Ты его не встречал, случаем? Говорят, молоденький был…

Доктор поперхнулся напитком и попытался откашляться, стыдливо отводя глаза. Кот лишь громче стал пережевывать кусочек сала под столом.

– Да не видел как-то… А что ещё нового расскажешь?

Через час, после обсуждения устаревшей модели ворот телепорта и последних деревенских сплетен, гость почувствовал поглаживание кошачьей лапой о пальцы правой ноги. Извинившись перед бабушкой, он нагнулся под стол, прячась под скатерть к пушистому компаньону:

– Что? – шёпотом спросил Доктор.

– Ты долго собрался здесь рассиживаться? Ты же не совсем та версия внука, которую она знает, понимаешь?

– Возможно я та версия, просто без воспоминаний. Да и родным не привыкать видеть резкие перемены в своих воспитанниках, не находишь?

– Ты с похмелья вообще перестал заботиться о последствиях?! – кот назло цапнул ногу парня, надеясь привести того в чувства.

От неожиданности тот стукнулся затылком о деревянную столешницу и болезненно зашипел. Он скинул с себя скатерть и сел прямо, обращаясь к бабушке:

– Какой сегодня день? И год?

– Так ударился, что всё позабыл? – женщина краем глаза увидела кота, выходящего из-под стола, и подметила для себя необычный ошейник.

– Бабуль, без шуток, очень важно, – эту фразу путник произнёс с небывалой решимостью.

Доктор рассчитывал, что на быстрый уход женщина среагирует болезненно, однако она была спокойна и не просила дождаться дедушку с ремонтных работ. Возможно, её успокоило обещание внука вернуться в течение нескольких часов, а может нечто иное.

– Возвращайся быстрее, ладно? Ты тоже, котик, – бабушка улыбчиво прищурилась им, стоящим в прихожей.

Не желая волновать хозяйку своим отсутствием обуви, гость незаметно надел резиновые тапочки, когда женщина была отвлечена ласками с животным.

Бабушка и воспитанник крепко обнялись. Доктор вновь ощутил небывалый прилив тепла, отдававший в кончики пальцев. Он пообещал себе, что вернётся в этот день снова, как только разберётся с провалами в памяти.

Направляясь по тропинке вглубь заднего двора, Доктор обратился к пушистому компаньону:

– Где-то я слышал фразу: «Мир, дружба, жвачка». Так что, мир? Кот? – он настороженно рассматривал друга, застывшего на месте.

Жёлтые глаза животного с каждой секундой расширялись. Хвост встал дымом, лапы вцепились в землю. Кот медленно повернул голову в сторону Доктора:

– Мир… Мирц… Нет, мирен… Тьфу!

– Ты чего?

– Твоя амнезия заразна, держу в курсе. Я никак не могу вспомнить то, что ты искал тогда в Читальне. Как избавиться от того, чего не в состоянии понять и вспомнить?

– Мы… Разберёмся, правда? Сейчас войдём в "Гостец", наверняка я оставил какие-то записи, перед тем как начать выхлебывать спирт.

Заметив ещё издалека, а после подойдя поближе, пара обомлела. На двери второго сарая была прикреплена записка. Сорвав её с шершавой поверхности, а после вчитавшись в текст, на лице Докторе засияла улыбка. Он переместил взгляд полный надежды на кота, словно тот должен был уже понять, что написано в таинственном послании.

– Ты чего? Что там? – донеслось из динамика ошейника.

– Я дурак, мой милый друг, – счастье, отраженное в голосе и зелёных глазах, не покидало парня.

– А новая информация будет? – хмыкнул кот.

Доктор аккуратно сложил записку и положил в передний карман рубашки. Дверь "Гостеца" скрипнула, в проёме обычного с виду сарая возник длинный коридор, ведущий к приборной панели.

С помощью машины времени Доктор успел узреть многие планеты и цивилизации. Он видел множество лиц, прикипал к ним и старался помочь при необходимости. Однако, это не спасало от ощущение всеобъемлющей отчуждённости. Всё это время Доктор мечтал обрести покой в затерянном прошлом, отыскать воспоминания и ответы на свои вопросы. Но почему же сейчас всё иначе?

Руки с лесенкой заусенцев вновь вытащили и развернули записку перед пушистым компаньоном, когда путники расположились в главном зале "Гостеца". Жёлтые глаза пробежались по рукописным строчкам и после с непониманием обратились на парня вновь. Доктор ухмыльнулся и, одновременно беря друга на руки, пояснил:

– Долгое время я искал тех, кому буду нужен. Кто поддержит и безоговорочно полюбит.

– И ты нашёл. Меня и бабушку, разве нет? – озадаченно промурчал кот.

– Да, это правда. Однако я боюсь потерять вас, забыть всё, что с вами связанно, будь то нарочно или случайно, понимаешь? – получив ответный кивок, парень продолжил. – Но сейчас я чувствую… Наконец чувствую стержень, за который могу держаться, не боясь соскользнуть. Помнишь наш разговор под крышей, когда мы сбежали от маленького меня?

– Конечно, ты тогда поступил правильно и помог…

– Помог сам себе. С помощью твоего совета, конечно, – быстро добавил Доктор, слыша довольное мурчанье. – Я пошутил тогда, что у будущего меня найдутся все ответы. И-и-и-и…

Парень встал из-за кресла и покружился по залу с котом на руках, игнорируя писк последнего.

– Аккуратно! Дурак!

– Дурак! – улыбчиво согласился Доктор – Но я готов стать будущим собой, готов помочь ещё большему дураку, то есть себе настоящему. Называй это как хочешь: маленький я, средний, взрослый… Я нужен себе.

Глаза вновь опустились на знакомый подчерк, вымерявший в записке короткие, но такие важные строки:

Я сам тебя найду, когда

время придет, не торопись, всё своим чередом

Мы справимся, Доктор, слышишь?

Тебе так далеко до заката…

Эпилог

1 августа 1961 года, СССР, Иркутск, ННИ биологии

– Анатолий Павлович, вот последние результаты, – лаборант протянул профессору толстую жёлтую папку, из которой гармошкой вылезли распечатанные показатели ЭЭГ [6].

Мужчина раскрыл документ ближе к концу и стал бегать взглядом по табличным значениям. Учёные стояли в кабинете, на западной стене которого была прикреплена пробковая доска. Она была полностью увешана показателями и фотографиями изучаемого объекта — гриба, найденного несколькими месяцами ранее в небольшом городке Кемеровской области. Среди вороха данных скрывался снимок тела ребенка, найденного в запертом холодильнике. На фотокарточке была обведена прохудившееся грудная клетка, прилипнувшая к лёгким, из которых прорастала инопланетная грибница Мирвенцев.

Помощник, возбуждённый открытием, начал тараторить, не дожидаясь реакции профессора.

– Н-нам удалось зафиксировать закономерную реакцию! Моменты роста импульсов этой грибницы зависят от темпа включенной им музыки. Возможно, стоит попробовать что-то помимо Бетховена, как полагаете? Не хочу забегать вперёд, но вдруг они будут способны на осмысленные от…

– Подожди-подожди, в нашем случае не стоит делать поспешных выводов. Лучше скажи, как там Семён? Без изменений?

– Д-да, к сожалению… Как Вы и предполагали, во время обследования того мха, он подхватил слишком много спор. Но в отличие от найденного мальчика, грибница решила не порабощать тело сразу, остановившись лишь на мозге. Сегодня утром он не узнал родных, а в обед и меня. Страшное дело…

– Вполне разумно с её стороны. Она завладевает сознанием носителя, чтобы в дальнейшем заселить следующего. Поддерживает функциональность организма, своего инкубатора. Думаю, для этого подходит лишь здоровое взрослое тело, – учёный тяжело вздохнул и снял очки с покрасневшей переносицы. – Вчера я убедился, что этиловый спирт позволяет затормозить процесс захвата нервных клеток. Опробуйте это на Семёне, хорошо?

– Хорошо! Но меня всё беспокоит один момент: как этот злосчастный мох оказался в руках ребёнка? Ведь именно он был изначальным носителем спор, – лаборант нервно теребил край своего халата. – Вдруг эта дрянь сейчас во всём городе?

– Павлик, поверь, мы бы тогда не занимались этим, будь всё так серьёзно. Но ты прав, дело очень мутное. Сотрудники опросили свидетелей, друзей мальчика, те рассказали про странного рыжего парня в зелёном плаще. Он отгонял их от небольшой постройки, с которой наш Саша и сорвал этот мох.

– Думаете, это… – молодой аспирант оглядел кабинет на наличие посторонних лиц. – Биологическая атака?

– Повторяю, мы бы тогда этим не занимались. Я не хочу влезать в дела вышестоящих… – профессор вытащил платок из переднего кармана халата и протёр очки с толстыми линзами. – Однако… Моё мнение, что наш таинственный незнакомец вдохнул в себя спор не меньше Семёна и Саши. В показаниях не упоминается никаких средств защиты, а постройка и её владелец пропали бесследно. Возможно, мы имеем дело с ещё одной жертвой, а не агрессором.

Удары метронома отражались о стены кабинета. Резкий стук в дверь заставил ученых встрепенуться и стряхнуть с себя пелену тяжёлых размышлений. Получив приглашение, человек нажал на металлическую ручку и приоткрыл дверь, оставшись в проёме. Августовское солнце очертило рыжий ежик волос.

– Доброго дня.

Не побеспокоил,

коллеги?

[6]Электроэнцефалография — раздел электрофизиологии, изучающий закономерности суммарной электрической активности мозга, отводимой с поверхности кожи волосистой части головы, а также метод записи таких потенциалов.