Гермиона Лея Грейнджер-Скайуокер

Глава 1. Мечта Гермионы

Гермиона Лея Грейнджер-Скайуокер

Аннотация

Гермиона Грейнджер попадает в принцессу Лею. Фильмы про «Звёздные войны» она смотрела, так что прекрасно знает, кто её брат, кто отец и вообще кто там с кем и почему.

Успела побыть министром магии, поэтому давно растеряла веру в общее благо и вообще во всё хорошее. А поскольку очередные выборы проиграла, то и веру в демократию тоже растеряла. Ведь демократия — это когда выбирают тебя; когда выбирают твоего оппонента — это точно не демократия.

А ещё у неё появилась Сила. Но магию тоже никто не отменял. А световой меч, по сути, не такая уж и плохая замена палочке.

Мне заранее жалко далёкую-далёкую галактику.

Глава 1. Мечта Гермионы

У Гермионы Грейнджер с самого детства была мечта, о которой она никому никогда ничего не рассказывала. Мало того, очень сильно её стеснялась, так как считала абсолютно несерьёзной. А она уже с детства была серьёзной девочкой и считала такие мечты глупыми.

Хотя, надо признать, что одному магу она всё-таки раскрылась. Правда, перед этим взяла с него столько клятв о неразглашении и наложила столько обетов, сколько Дамблдор вместе с Волан-де-Мортом на своих сторонников никогда не накладывали. Но это был один-единственный раз.

А мечтала она о принцессе Лее. Вернее, даже не так: не о принцессе вообще, а о том, чтобы самой стать принцессой Леей. Действительно глупая мечта. Серьёзные девочки читают серьёзные книжки, а не смотрят глупые фильмы. Однако и отмахнуться от такой мечты было невозможно, так как великая Сила всегда была с ней. Например, протяни руку к книжной полке — и книга сама к тебе прилетит. Об этом она тоже старалась никому не рассказывать.

Причём поначалу Гермиона даже не понимала, насколько это необычно. Ну прилетает книга по желанию, и что такого? Только позже выяснилось, что остальные дети подобными способностями почему-то не обладают. А значит, лучше помалкивать, чтобы не пришлось отвечать на множество неудобных вопросов.

Правда, с «размер не имеет значения» у неё никогда не получалось. С другой стороны, глупый карлик Йода ей никогда не нравился. Мало ли чего он там наврёт. Ведь одно дело — притянуть к себе книгу, и совсем другое — попытаться сдвинуть тяжёлый шкаф. И сколько Гермиона ни старалась, размер всё-таки имел значение. Возможно, для настоящего магистра-джедая это было не так, но до подобного уровня ей ещё предстояло дорасти.

Но она не раз ночами смотрела в звёздное небо и мечтала, что оттуда прилетит... Даже не знала, кто именно прилетит. Да пусть хоть сам Дарт Вейдер! И увезёт её... Опять же, плохо себе представляла, куда и зачем увезёт. Но обязательно прилетит и обязательно увезёт.

Однако вместо Дарта Вейдера явилась Минерва Макгонагалл. И отвезла её не в далёкую-далёкую галактику, а в Хогвартс, школу чародейства и волшебства. Где учили махать не люминесцентными лампами, а волшебными палочками.

Вот эти самые палочки поначалу очень сильно удивили маленькую, но умную девочку. Зачем? Ведь она уже умела и без палочки, просто с помощью Силы, многое из того, чему учили волшебников. Позже Гермиона поняла: палочковые заклинания даются после нескольких попыток, а то, что тут называют беспалочковой магией, тоже может выучить практически любой, но понадобятся кому-то месяцы, а кому-то годы тренировок.

Иными словами, волшебная палочка оказалась весьма удобным инструментом. Она позволяла добиться результата значительно быстрее, чем при использовании одной только Силы. Правда, Гермиона так и не поняла, почему большинство волшебников настолько привыкли к своим палочкам, что даже не пытались научиться обходиться без них.

Так что она приняла это к сведению и продолжила тренировать ту самую беспалочковую магию. Она вообще много чего продолжила тренировать из увиденного в фильмах. Да хотя бы уклонение от бластера. В Хогвартсе её почему-то очень не любили и запросто могли бросить в спину какую-нибудь пакость. Даже свои гриффиндорцы могли, не говоря уже обо всех остальных.

Так что возможность заранее почувствовать опасность и вовремя уклониться оказалась чрезвычайно полезной. Тем более что школьные заклинания, в отличие от настоящих бластерных выстрелов, обычно летели достаточно медленно. По крайней мере, Гермионе так казалось.

И никого почему-то не удивляло, что эта пакость, как правило, не действует. А даже когда замечали, что заклинание сглаза или проклятие пролетело мимо, воспринимали это как случайность. Ну а на тех немногих, кто что-либо заподозрил, прекрасно работали «не те дроиды, которых вы ищете». Ну а когда Гермиона освоила ещё и Конфундус, то обнаружила, что в сочетании с ним «дроиды» становятся чем-то запредельным. Даже на Дамблдоре работали! Сама удивилась и испугалась, когда впервые такое проделала!

Причём самое интересное заключалось в том, что воздействие Силой и обычная ментальная магия друг другу совершенно не мешали. Скорее наоборот, усиливали друг друга. И если от одного воздействия опытный волшебник ещё мог защититься и заметить, то сочетание двух разных способов влияния на сознание оказывалось для него совершенно неожиданным. И незаметным!

Поэтому девочка продолжала не только изучать магию, но и старалась работать с Силой. А также сочетать их по мере возможности. Например, трансфигурация прекрасно закреплялась силовой ковкой, и получалось то, что маги называют вечной трансфигурацией. Очень полезная вещь в артефакторике.

На шестом курсе Гермиона Грейнджер собрала свой первый световой меч. Самый настоящий световой меч. Поскольку клинком там было что-то вроде модификации Люмоса, то ничего рубить он не желал, просто красиво светился. Причём цвет самого свечения получился красный. Хотя тут более чем понятно: когда магический кристалл пропитываешь своей собственной кровью, какого ещё цвета может быть клинок?

Впрочем, Гермиону это совершенно не расстроило. Главное, что меч выглядел почти как настоящий. Да и сам процесс его изготовления оказался чрезвычайно интересным. Особенно работа с кристаллом, который пришлось не просто зачаровывать, а буквально насыщать собственной магией и Силой.

Но обнаружился и один неожиданный положительный эффект. Если не самим клинком, то рукоятью можно было пользоваться как обыкновенной волшебной палочкой. Которая, кстати, подходила даже лучше, чем своя собственная. Но опять же, учитывая, сколько Силы, магии и крови она потратила на пропитку кристалла, тоже неудивительно. Получилось своеобразное сочетание магического артефакта и волшебной палочки.

Кстати, тогда же, между шестым и седьмым курсом, когда в Лондон на премьеру очередного фильма приехал сам Джордж Лукас, Гермиона не утерпела и повстречалась с создателем любимой вселенной. Правда, она тогда подозревала, что никакой он не создатель, а беглый джедай, который прячется на дикой планете от Императора. Девочку, вернее, уже девушку, ждало разочарование: Джордж Лукас оказался обыкновенным режиссёром, который просто всё нафантазировал. Тогда она чуть ли не на целый месяц забросила свои тренировки с Силой. Но потом передумала и продолжила. Неважно, что он режиссёр и всё это сочинил, главное, что оно работает.

Кстати, позже, уже будучи взрослой двадцатипятилетней женщиной, делающей активную карьеру в Министерстве, она всё-таки воспользовалась своим световым мечом. На лондонский КомикКон приехала настоящая принцесса Лея, вернее, настоящая Кэрри Фишер, которая сыграла её в фильмах. Гермиона Грейнджер решила встретиться со своим кумиром. Ну а заодно изготовила соответствующий костюм и провела немало времени, гримируя себя под эту самую принцессу Лею. Правда, не хватало напарника, например Люка Скайуокера. И вот тогда был единственный случай, когда Гермиона призналась в своей тайной мечте одному из волшебников.

Недолго думая, заявилась в поместье к Малфоям и напомнила, что они ей все должны, особенно Драко Малфой. И неплохо бы выплатить хотя бы часть долга одной небольшой услугой. Надо было видеть лицо Драко, когда после целой кучи клятв и непреложных обетов он узнал, что требуется всего лишь переодеться в магловский карнавальный костюм и отправиться на один из магловских праздников. Он и раньше-то считал Грейнджер сумасшедшей, а после этого ещё сильнее утвердился в таком своём мнении.

Причём больше всего его возмущала даже не необходимость надевать магловский костюм. В конце концов, чего только не приходится делать ради сохранения семейной репутации. Гораздо обиднее было то, что все эти клятвы и обеты оказались нужны ради какой-то совершенно несерьёзной ерунды. И ведь отказаться уже невозможно!

Когда Кэрри Фишер увидела пару из двух косплееров, только не детей или подростков, а вполне себе взрослых молодого мужчину и женщину, она не удивилась. Так как это увлечение сильно возрастом не ограничено. То, что женщина оказалась невероятно похожей на неё саму, тоже было неудивительно. Она и не таких встречала. Даже тех, которые на принцессу Лею были похожи больше, чем она сама. Ну а то, что мужчина на Люка Скайуокера был вообще даже близко не похож, тоже неудивительно. Таких косплееров она встречала ещё больше.

Удивительным было другое. Когда подошла эта парочка, все остальные как будто перестали их замечать. А вот это для Кэрри Фишер было совсем необычно. Её как принцессу Лею замечали везде и всегда.

Причём окружающие не исчезли и не замерли. Они продолжали разговаривать, фотографироваться и заниматься своими делами. Просто никто больше не обращал внимания на актрису и подошедших к ней косплееров. Даже те, кто только что собирался попросить автограф, внезапно находили себе другие занятия.

— Это не те дроиды, которых они ищут, — усмехнулась женщина, изображающая из себя принцессу Лею.

— Простите? — не поняла Кэрри Фишер.

— Я говорю, это не те дроиды, которых они ищут. Нас сейчас никто не видит. Вернее, никто не обращает внимания.

После чего вытянула руку, и стол, за которым сидела актриса, а также стул, на котором она сидела, медленно поднялись в воздух примерно на полметра и так же медленно опустились. Причём произошло всё настолько плавно, что даже лежавшие на столе вещи остались на своих местах. Актриса невольно оглянулась, но никто из окружающих по-прежнему не обращал на происходящее ни малейшего внимания.

— Я просто хотела посмотреть на ту, которая меня так неплохо сыграла, — продолжила принцесса Лея. — Хотя сама история была совсем другой. А вот для Люка вы почему-то выбрали ну совершенно не похожего актёра.

Актриса не знала, что делать. Сумасшедших, которые реально считают её космической принцессой, она за свою жизнь повстречала уже не раз, так что ничего удивительного в этом не было. Но те, другие сумасшедшие, Силой не владели.

Да и всевозможные фокусы с летающими предметами ей тоже доводилось видеть. Вот только обычно для этого требовалось какое-нибудь оборудование, а иногда и целая съёмочная группа. Здесь же ничего подобного не наблюдалось. Женщина просто протянула руку, и стол поднялся в воздух.

— А как всё было на самом деле? — всё-таки спросила она.

Принцесса Лея буквально из ниоткуда достала световой меч и зажгла клинок. Красный клинок!

— А как, по-твоему, оно должно было быть, учитывая цвет моего светового меча? Больше рассказать не могу, иначе придётся стирать память. А это я, кстати, умею.

— Тогда не надо, — ответила Кэрри Фишер.

— У своего Лукаса тоже не спрашивай, он не ответит. Беглый джедай, который прячется на дикой планете и почему-то уверен, что мы об этом не знаем. Правда, историю всю переврал. Хотя самый почти правдивый персонаж там — Кеноби, которого он писал с себя.

Кэрри Фишер, разумеется, понятия не имела, насколько серьёзно следует воспринимать подобные заявления. Но после летающего стола и красного светового меча решила, что лучше не спорить. Тем более что странная женщина явно получала от происходящего огромное удовольствие.

Когда странная парочка косплееров отошла, весь мир снова как бы ожил. И гости опять начали замечать актрису, многие из которых, собственно, ради неё сюда и пришли.

— Хочешь узнать, что это сейчас было? — спросила Гермиона Драко Малфоя.

— Не считай чистокровных совсем уж дикарями, Грейнджер, — возразил он. — Я смотрел эти фильмы и примерно представляю, что это сейчас было. Другое дело, я понятия не имею, зачем это надо тебе. Но даже не буду спрашивать, потому что сам Тёмный Лорд со всей своей легилименцией и ментальной магией не смог бы залезть тебе в голову и понять, что там. Но я другого не пойму: почему я? Те же братья Криви на данного персонажа похожи куда больше.

— Всё очень просто, Малфой, — ответила Гермиона. — Даже если ты каким-то образом сумеешь сбросить с себя все обеты и обойти все клятвы, тебе всё равно никто не поверит.

Драко Малфой кивнул, как бы соглашаясь. Однако мысли в его голове крутились совсем другие. В то, что знакомая ему с первого курса грязнокровка Гермиона Грейнджер является какой-то там космической принцессой из магловского фильма, он, конечно же, не верил. Однако уровень владения невербальной беспалочковой магией поражал. Два абсолютно незнакомых предмета плюс магловская актриса вместе с ними. Так аккуратно поднять и опустить, чтобы ничего и никого не уронить, мало кто сможет. Да что там мало, никто не сможет. Даже с палочкой мало у кого получится. А она это проделала как бы между делом, даже не задумываясь.

Причём дело было не только в количестве поднятых предметов. Драко прекрасно понимал, насколько сложно одновременно контролировать несколько совершенно разных объектов, особенно если среди них находится живой человек. Ведь малейшая ошибка могла привести к весьма неприятным последствиям. А Грейнджер даже не выглядела напряжённой.

Швырнуть хоть за горизонт — это, пожалуй, да, такие найдутся. Причём куда большее количество. Но вот чтобы так аккуратно — ни Лорд, ни Дамблдор, ни, скорее всего, сам Мерлин не смогли бы. А эта просто подошла и просто сделала, чтобы продемонстрировать ту самую Силу, которую любой маг мог бы продемонстрировать тысячей других более простых способов.

И ведь самое неприятное, что для самой Грейнджер всё произошедшее, похоже, было обыкновенным развлечением. Даже не серьёзной демонстрацией возможностей, а так, небольшой шуткой. Драко очень не хотелось представлять, на что она способна, если действительно решит постараться.

А ещё у Драко Малфоя прокручивались в голове все нестыковки и странные события, которые происходили как во время учёбы в Хогвартсе, так и во время войны с Тёмным Лордом. И всякий раз где-то неподалёку оказывалась эта грязнокровка Гермиона Грейнджер.

Причём раньше он как-то не придавал этому особого значения. Ну была Грейнджер рядом с Поттером и Уизли. Ну постоянно они во что-нибудь ввязывались. Все давно привыкли, что знаменитый Гарри Поттер непременно оказывается в центре любых неприятностей, а потом каким-то невероятным образом из них выпутывается.

Но теперь, после увиденного, некоторые события начинали выглядеть совсем иначе.

Гарри Поттер, Мальчик-Который-Выжил, при всех победил Волан-де-Морта? Ну-ну. А то, что там где-то рядом стояла и как бы в другую сторону смотрела Гермиона Грейнджер, это не считается.

И ведь никто даже не задумывался, сколько раз Поттер выходил победителем из совершенно безнадёжных ситуаций. Причём далеко не всегда было понятно, каким именно образом ему это удавалось. Зато Гермиона Грейнджер почему-то почти всегда оказывалась поблизости.

Драко вовсе не собирался утверждать, что Поттер вообще ничего не делал. Но теперь у него появились весьма серьёзные сомнения в том, кому на самом деле принадлежала главная заслуга в некоторых его знаменитых победах.

С тех пор Гермиона Грейнджер больше ни разу не ходила на КомикКоны, хотя там бывали и другие актёры, сыгравшие в её любимых «Звёздных войнах». Да и откуда у министра магии найдётся время на такую ерунду?

Работа постепенно занимала всё больше времени, а потом к ней добавились политические интриги, реформы и выборы. Причём чем выше Гермиона поднималась по служебной лестнице, тем меньше у неё оставалось возможностей заниматься чем-нибудь исключительно ради собственного удовольствия. Так что детская мечта постепенно отошла на второй план, хотя окончательно она о ней так и не забыла.

Однако сейчас она смотрела на себя в зеркало. И видела там совсем не пожилую женщину, а вот ту самую молодую косплеершу, которая одинаково похожа как на Гермиону Грейнджер, так и на принцессу Лею. И сама не знала, что её больше удивляет. То, что однажды заснула ночью проигравшим очередные выборы бывшим министром магии, а проснулась совсем молодой принцессой Леей. Или то, что окружающие не замечают, что их принцесса изменилась. Как внешне, так и по поведению. А то, что начала поверх своих белых платьев накидывать ещё и мантию, так вообще воспринимают исключительно положительно. Так как взялась за ум и вспомнила, что принцессе вообще-то не положено где-нибудь дважды появляться в одной и той же одежде.

А вот с остальными вопросами ещё предстояло разобраться. Ведь одно дело — мечтать стать принцессой Леей, и совсем другое — действительно ею оказаться. Особенно когда прекрасно знаешь, что должно произойти в этой далёкой-далёкой галактике. И уж если судьба предоставила ей такую возможность, Гермиона Грейнджер совершенно не собиралась сидеть сложа руки.