Fallout: Шоу должно продолжаться

Глава 1

Зал заполняла музыка вальса. Девушка на сцене кружилась в танце, изящно исполняя сложный сольный номер. Её шаги перекликались с ритмом музыки, пока всё не пошло не так. Готовясь к финальному элементу, она неожиданно споткнулась о декорацию. Несмотря на попытки удержаться, она рухнула на пол.

— Кэтрин! — кричал директор театра, мистер Бивер. — Кэтрин, что с тобой такое?

Кэтрин Оуэн не отвечала. Она продолжала сидеть на сцене, закрыв лицо руками. Мистер Бивер, вздохнув, поднялся на сцену. Он присел рядом, его голос прозвучал мягко:

— Ты что, плачешь? Что случилось?

Девушка вскинула глаза, в которых блестели слёзы.

— Оливер, мой муж, — всхлипывала Кэтрин, — обещал вернуться к выступлению.

— Ну так это же хорошо!

— Но я видела новости. Китай возобновил наступление в Анкоридже! Штаб прекращает ротацию. Я не могу думать ни о чём другом!

Бивер осторожно обнял актрису за плечо.

— Твой муж — достойный человек. Если он дал обещание, он его сдержит.

Камера начала медленно отдаляться, оставляя их. Через мгновение в объектив попал яркий пригород у подножья заснеженной горы, утопающий в солнечном свете.

Изображение померкло, уступив место титрам:

В ролях

Кэтрин Оуэн — AB-3445

Мистер Бивер — AB-8736

Честер Шарп — AB-3012

Маргарет Шарп — AB-0992

…

Чёрно-белое изображение на экране «Радиэйшен-Кинг» исчезло, схлопнувшись в точку. Мужчина под флагом с двухголовым медведем перелистнул страницу отчёта. Не отрывая взгляда от него, он спросил:

— Так вы утверждаете, что это не наша трансляция?

— Верно, господин директор. Один из ретрансляторов, восстановленный в рамках правительственного проекта по возрождению телевещания, поймал эту передачу. Наша сеть может транслировать её на всю республику и дальше, если кто-то за пределами способен её принять.

В отчёте была краткая характеристика шоу «Гринвуд». Это была мыльная опера, действие которой разворачивалось в одноимённом пригороде на западе США. Сюжет двигался медленно, почти застыв в вечном ожидании: героиня, Кэтрин Оуэн, снова и снова ждала возвращения мужа из Анкориджа. Её ожидание скрашивали лишь редкие письма, приходившие с линии фронта. Так шло из серии в серию, годами.

— Кто транслирует это шоу?

— При восстановлении Голливуда мы наткнулись на проектную документацию. «Гринвуд» — это реальная локация, созданная перед войной у подножия Каскадных гор специально для съёмок. В сериале использовалась технология автоматизированного кинопроизводства — «А-Синема». Точные детали пока неизвестны, но разработка велась совместно с «РобКо Индастриз».

— Значит, вы знаете, где это место?

— На север от Арройо. До войны это место называлось «Орегон».

Взгляд директора был прикован к строкам отчёта, но мысли витали далеко. Эта технология могла открыть перед Новой Калифорнийской Республикой невероятные перспективы. Герои страны могли бы ожить на экране, а их подвиги вдохновляли бы целые поколения. Истории о славных битвах могли бы достигать даже самых отдалённых племён и поселений, расширяя влияние республики через культурное доминирование. Нужно было лишь убедить конгресс организовать новую экспедицию.

Обдумав всё, директор заключил:

— Гринвуд будет наш.

***

Капрал Томас Бёрбанк сквозь бинокль наблюдал за вечерним Гринвудом. Городок устроился у подножья гор, обрамлённый изгибом реки, словно ожившая открытка из прошлого. Он был так непохож на его родной посёлок, истязаемый радиоактивными бурями.

Каждый уголок этого места казался знакомым — вот набережная, театр, где блистала Кэтрин Оуэн, а в центре города — фонтан, возле которого проходило множество сцен.

Реальность выглядела иначе, чем идеализированная картинка с экрана. Время оставило свои следы: фасады облупились, мостовая потрескалась, некогда яркие вывески потускнели. Гринвуд был лишь бледной тенью своего телевизионного образа. И всё же Томас не мог отвести взгляд.

Город жил.

На улицах суетились его обитатели. Томас увеличил масштаб бинокля, чтобы рассмотреть их. Герои шоу. Они выглядели так же, как и на экране, за важным исключением — их искусственными металлическими телами.

Скрип гравия под ботинками заставил Томаса обернуться. Он узнал лейтенанта Шетти, командира роты. Проверка.

Томас вытянулся по стойке «смирно» и начал доклад, но Шетти отмахнулся.

— Вольно. Всё спокойно, одноухий? Хорошо.

Лейтенант указал на телебашню, величественно возвышающуюся над городом. Её крепкие опоры стойко пережили время, прошедшее с Великой войны.

— Там наша цель, — начал Шетти, задумчиво щурясь. — По данным разведки, она надёжно защищена. В городе, помимо актёров-андроидов, действует охранная система. Несколько протектронов, но это не проблема для настоящей армии. Сначала зачистим город от них, чтобы техники из бюро могли добраться туда.

— Командир…

— Андроиды под военные законы не попадают, с их потерями можно не считаться. Город сам…

— Командир!

— Да что такое?! Почему ты прерываешь меня, солдат?

— Посмотрите!

Улицы озарились электрическими огнями, красные проблесковые маячки телебашни вспыхнули на фоне темнеющего неба. Город сиял, окружённый густой тьмой.

— Это? Должно быть, автоматические системы всё ещё регулируют ночное освещение. Неужели тебя это впечатляет?

— Красиво, — пробормотал Томас.

— Любуйся, пока можешь. Его перестроят под наши сценарии. Здесь будут снимать настоящее кино — военное.

Усмехнувшись, лейтенант направился к следующему посту. Томас продолжал смотреть на Гринвуд. Город казался ему чем-то большим, чем просто декорацией. Он был настоящим. Живым.

***

— Ты думаешь, Кэтрин не справится с выступлением? Мне стоит её заменить?

— Я лишь считаю, что моя жена подходит лучше.

В Гринвуде начинался новый солнечный день. Мистер Бивер и Честер Шарп мирно беседовали, прогуливаясь по мостовой. Был выходной день, утренние улицы ещё пустовали. Лишь полицейский протектрон, ритмично клацая конечностями, куда-то спешил мимо них.

— Я знаю, Маргарет хочет эту роль. Но Кэтрин тренируется день и ночь. Она заслуживает…

Речь мистера Бивера прервал оглушительный взрыв.

Граната разорвалась в считанных метрах от них, осыпая мостовую искрами и бетонной крошкой. Густой дым накрыл улицу, рассеявшись только через несколько мгновений. Остатки андроидов Бивера и Шарпа лежали среди обломков разорванного протектрона.

— Вперёд! — коротко скомандовал Шетти, указывая в сторону главной площади. — Не останавливаться, пока не будем у цели!

Солдаты республики быстро продвигались вперёд, слаженно подавляя сопротивление. Протектроны — медлительные и устаревшие стражи города — не представляли угрозы для опытных бойцов. Каждый бой оставлял на улицах следы разрушений. Пригород превращался в поле боя, усеянное металлическими обломками и пеплом.

Последняя линия обороны встретила солдат на центральной площади. Несколько роботов-стражей открыли плотный лазерный огонь. Сопротивление оказалось недолгим: пара точных выстрелов из гранатомётов мгновенно уничтожила их. Взрывная волна пронеслась по площади, разметав витрины и выбив окна в соседних зданиях.

Солдаты вышли из укрытий, больше не ожидая сопротивления. Командир, поднявшись на разрушенный бортик фонтана, оглядел подчинённых. Его голос прозвучал громко и чётко:

— Рассредоточиться по секторам! Обезопасить территорию! Добить остатки!

Позади повисло тяжёлое облако чёрного дыма. Воздух был пропитан запахом гари и раскалённого металла. Лейтенант, не обращая внимания на хаос вокруг, указал на телебашню, видневшуюся вдали.

— Это наш следующий шаг. Как только город будет очищен, мы захватим башню. По волнам эфира мы принесём нашу славную культуру в пустоши. За республику!

***

— Ты не помнишь, были ли в сериале постельные сцены? Она похожа на настоящую женщину?

Девушка-андроид, чьё лицо застыло в безмятежной улыбке, не реагировала на разговоры. Она даже не пыталась вырваться из хватки солдата. Металлическая кожа, матовая и гладкая, слабо отражала солнечный свет. Она напоминала фарфоровую куклу, лишённую жизни, но всё же поразительно похожую на человека.

— Ха! Давай проверим! — усмехнулся сослуживец, хватая андроида за металлическую ногу.

Томас незаметно отошёл от группы и направился дальше. Его взвод находился в жилом секторе. Когда-то это место наверняка было похоже на рай: аккуратные зелёные лужайки, чистые тротуары, яркие дома с белыми заборами. Но сейчас улицы заполнили праздные солдаты, грабящие город.

Андроиды, сохраняя свою безучастность, продолжали заниматься привычными делами. Они гуляли по улицам, разговаривали, подстригали газоны. Роботы привлекали внимание солдат, и, судя по сломанным телам на пути, это внимание стоило им дорого.

Пройдя немного дальше, Томас увидел дом, который сразу узнал. Здесь жила Кэтрин Оуэн. Из окна тянулся свет, а за занавесками виднелся силуэт танцующей девушки.

Дверь оказалась незапертой. Войдя внутрь, Томас оказался в гостиной, знакомой по телевизору. Каждая деталь находилась на своём месте — от старомодного дивана до проигрывателя, из которого лился вальс, заглушающий шум с улицы.

Кэтрин кружилась в такт музыке, не обращая на солдата абсолютного никакого внимания. На телевизоре танец выглядел изящнее, вживую приводы андроида не позволяли выполнять сложные движения. Это не смущало Томаса, он завороженно продолжал наблюдать за её движениями.

— Вот это, безухий, ты нашёл образец!

В гостиную вошёл весёлый рядовой. В руках у него была открытая бутылка «Ядер-колы», а на носу — трофейные солнечные очки, частично скрывающие обезображенное радиацией лицо. Подойдя к андроиду, он, смеясь, схватил Кэтрин за шею.

— Ребята говорят, в них есть ценные металлы. Давай посмотрим!

Сделав ещё один глоток колы, рядовой отбросил бутылку, попав прямо в играющий проигрыватель. Вальс заглох. Солдат без усилий повалил андроида на землю. В глазницу актрисы вонзился штык-нож. Боец почти смог выковырять глаз, но ему помешал Томас, откинувший его назад.

— Убирайся.

— Безухий, ты чего?

— Убирайся. Это приказ старшего по званию!

Рядовой встал. В его взгляде явно читалась обида на Томаса.

— Мог бы просто сказать, что она тебе нужна в целом состоянии, — пробурчал он, уходя за дверь.

Кэтрин поднялась с пола. Как ни в чём не бывало, она продолжила танец. В надежде восстановить изначальную сцену, Томас попробовал запустить проигрыватель. Вальс снова наполнил комнату.

Обернувшись, Томас встретился лицом к лицу с Кэтрин. Она больше не танцевала. Она стояла перед ним, чуть наклонив голову, и смотрела прямо ему в глаза.

— Вам нравится шоу «Гринвуд»? — произнесла она искусственным голосом.

Томас, ошеломлённый, лишь кивнул.

— В таком случае, могу я предложить вам экскурсию за кулисами?

Её повреждённый глаз сверкнул, слегка сместившись в сторону, но улыбка осталась безупречной.

***

Кэтрин показала Томасу служебные тоннели, по которым они поднялись в телецентр. Они оказались в огромной запылённой комнате с мониторами. Экраны показывали разграбленные улицы со скрытых камер города. Андроиды, несмотря на хаос, продолжали свою «жизнь» — кто-то подметал мостовую, кто-то заботливо поливал цветы.

На центральном мониторе шла трансляция шоу. Актёры на изображении не выглядели как роботы. Искусственный интеллект монтировал их изображение так, чтобы они выглядели как настоящие люди, а город вокруг них приобретал былое великолепие.

— Это рабочее место нашего режиссёра. Здесь создаются реплики для актёров, происходит монтаж и управление всем городом.

— Это и есть «А-Синема»?

— «А-Синема» — это всё вокруг. Это режиссёр. Это город. Это все мы. Это я.

— Так… Значит ты не настоящая? Ты не Кэтрин Оуэн? Тобой управляет этот компьютер?

— Я веду себя как Кэтрин Оуэн. Я выгляжу как Кэтрин Оуэн, — она сделала пируэт вокруг, показывая себя. — Я такая же, как и на экране, только тело у меня металлическое.

— Это всё имитация, шоу.

— Мы оба играем, и оба вдохновлены старым миром. Но наш жанр мелодрама, а ваш — боевик.

На одном из экранов Томас заметил, как к андроидам, играющим перед главной камерой, подходила группа солдат. Когда один из них нацелился на актёров, трансляция шоу прервалась. Вместо сериала запустилась довоенная реклама «Сахарных бомб».

— Но наша игра подходит к концу. Вопрос времени, когда ваши люди пробьются сюда. Тогда ваш жанр сменит наш.

— Почему вы не защищаетесь?

— Без ведущего сценариста мы не можем отходить от основного сюжета. А вы в нём не предусмотрены. Режиссёр смог лишь назначить меня для протокола экскурсии. Расширить автоматизацию можно, но настроить систему должен человек.

Они подошли к массивной контрольной панели. Несколько индикаторов горели зелёным, обозначая активные системы «А-Синема». Один из них, с надписью «Ведущий сценарист», горел красным.

— Если активировать все системы, режиссёр получит полный контроль над сценарием. Тогда мы сможем защитить город и восстановить его.

— Ты просишь помочь убить моих собственных сослуживцев?

— Мы не запрограммированы убивать. Мы актёры. Позвольте, я покажу вам ещё один павильон.

Кэтрин провела его через коридор к обзорной площадке, выходящей в тёмный ангар. Встав перед Томасом, она продолжила экскурсию:

— У наших актёров двухсотлетний стаж. Первый из нас заменял главного героя фильма «Римские каникулы», когда предыдущий актёр был уличён в коммунистическом заговоре. Мы снимались и во многих других картинах.

Резкий свет заполнил ангар, ослепив Томаса. Когда его глаза привыкли, перед ним открылась экспозиция Анкориджского фронта, заполненная сотней неактивных андроидов в военной форме.

— Представляю вам съёмочную площадку документального фильма «Освобождение Аляски»!

***

— Отсюда, — лейтенант Шетти ткнул пальцем в карту, — наши специалисты смогут пробраться к телецентру...

— Лейтенант! Смотрите!

Андроиды вокруг них прекратили свои дела. Они молча смотрели на лейтенанта Шетти и его подчинённых. Их становилось больше: они подходили к площади со всех улиц, пока плотное кольцо не сомкнулось вокруг них.

— Что за чёрт? Почему мне ничего не доложили?

Окружение вдруг начало расступаться. Из тени улиц в центр площади вышли новые андроиды — в форме довоенных солдат США. Их строй возглавлял Томас Бёрбанк.

— Капрал! Объяснитесь!

— Лейтенант, вам нужно отступить. Это место — последний осколок культуры старого мира. Если мы разрушим его, мы потеряем нечто большее, чем просто город.

Шетти, скривив лицо, схватил Томаса за китель и притянул его к себе.

— О чём ты бредишь, придурок одноухий?! — слюни командира брызгали вокруг. — Ты забыл, кто ты такой? Ты под трибунал пойдёшь!

Солдат-андроид крепко сжал плечо лейтенанта. Жест был предельно ясен. Шетти медленно разжал руку и отпустил капрала.

— Шоу должно продолжаться.

***

Овации не стихали, накрывая зал волнами восторга. Кэтрин ещё раз склонилась в изящном поклоне. Выступление прошло блестяще. Букеты цветов устилали подмостки. Среди них больше всех выделялся яркий букет розовых шафранов — её любимые цветы. Его нёс человек в военной форме. Кэтрин задержала дыхание.

— Оливер! Неужели это ты!

Её муж, отложив цветы, поднялся на сцену к жене. Они сразу же сплелись в объятии, крепком и долгожданном.

— Вернулся. Я же обещал.

Кэтрин провела рукой по его лицу, нежно поглаживая его за левым ухом. Под гром аплодисментов их губы встретились в долгом, трепетном поцелуе.

На фоне опускающегося занавеса начались титры:

В ролях

Кэтрин Оуэн — AB-3445

Мистер Бивер — AB-1143

Маргарет Шарп — AB-0992

Оливер Оуэн — Томас Бёрбанк

…