Ещё один шанс

Глава 1

Запах крови преследовал его даже в кошмарах. Санзу затягивался сигаретой, смотря на город, расстилающийся под ним, словно исполосованный шрамами. В голове пульсировали обрывки воспоминаний: её глаза, полные ужаса и разочарования, её дрожащие губы, произносящие слова, которые он отказывался слышать.

“Я больше не могу,” – эхом отдавалось в его сознании.

Он знал, что это его вина. Знал, что переступил черту. Его одержимость, его безумная преданность Майки, его тяга к насилию – все это оттолкнуло её. Она пыталась, правда пыталась понять, принять его таким, какой он есть, но даже её терпению пришел конец.

В последний раз, когда они виделись, он сорвался. Один из конкурентов Бонтена позволил себе оскорбительное высказывание в её адрес. Санзу взорвался. Кровь, крики, сломанные кости – он не помнил, как все закончилось. Помнил только её лицо, бледное от ужаса, и ее слова, прозвучавшие как смертный приговор: “Ты монстр.”

Она ушла. И вместе с ней ушла последняя нить, связывающая его с нормальной жизнью.

Санзу потушил сигарету, злобно растоптав окурок. Вина грызла его изнутри, разъедая сердце, словно кислота. Он, Санзу Харучие, не привыкший ни перед кем испытывать угрызения совести, теперь тонул в них.

Он должен был её вернуть. Не потому, что так надо, а потому, что не мог без неё дышать. Она была единственным лучом света в его темном, прогнившем мире.

Но как? Как вернуть доверие той, которую он так жестоко оттолкнул?

Он начал с малого. Узнал, где она живет, работает. Не следил, просто убеждался, что с ней все в порядке. Он видел её издалека – бледную, осунувшуюся, но живую. Этого было достаточно, чтобы хоть немного облегчить его боль.

Он заваливал её цветами. Каждый день – новый букет. Белые лилии – символ чистоты и невинности, которые он так грубо осквернил. Она выбрасывала их, но он продолжал посылать.

Он оставлял анонимные подарки у её двери – её любимые книги, сладости, маленькие безделушки, напоминающие о счастливых моментах, которые они когда-то пережили вместе. Он надеялся, что она поймет, что это от него, что он помнит, что ему не все равно.

Однажды, он увидел её в парке. Она сидела на скамейке, читая книгу. Санзу замер, не решаясь подойти. Он боялся спугнуть её, боялся увидеть в её глазах прежний ужас.

Наконец, он набрался смелости и медленно подошел к ней.

“Привет,” – прохрипел он, его голос звучал чужим.

Она подняла глаза. В них не было ни гнева, ни ненависти, только усталость и печаль.

“Что ты здесь делаешь?” – спросила она тихо.

“Я… Я хотел сказать, что мне жаль,” – слова давались ему с трудом. – “Я знаю, что поступил ужасно. Я… я хочу все исправить.”

Она молчала, продолжая смотреть на него. В её взгляде он видел боль, разочарование, и, возможно, крошечную искру надежды.

“Ты думаешь, это возможно?” – спросила она наконец.

Санзу опустился на колени перед ней. Это было унизительно, это было страшно, но он был готов на все, чтобы вернуть её.

“Я сделаю все, что ты скажешь,” – сказал он, глядя ей прямо в глаза. “Я изменюсь. Я стану тем, кем ты хочешь меня видеть.”

Она долго смотрела на него. В конце концов, она протянула руку и коснулась его щеки.

“Докажи,” – прошептала она. – “Докажи, что ты действительно этого хочешь.”

Санзу взял её руку в свою. Это был первый шаг. Путь к её прощению будет долгим и трудным, но он был готов пройти его до конца. Потому что она была его единственным шансом на искупление. Потому что он любил её больше, чем свою безумную преданность Майки, больше, чем свою жажду крови, больше, чем саму смерть.

Ее слова эхом отдавались в его голове: “Докажи.” Доказать ей, что он достоин ее прощения. Доказать, что он способен измениться. Это было сложнее, чем убить сотню врагов, сложнее, чем выдержать пытки. Но он был готов. Ради нее – на все.

Он начал с малого. Перестал принимать наркотики. Поначалу было невыносимо, его ломало, трясло, он готов был сорваться. Но мысль о ее разочарованном взгляде удерживала его. Он стискивал зубы до боли, цеплялся за реальность, вспоминая ее запах, ее голос.

В Бонтене почувствовали перемены. Какучо, наблюдая за ним с нескрываемой тревогой, предложил помощь. Санзу отмахнулся. Это его битва, его крест. Никто не должен ему помогать.

Но самым сложным было контролировать свою агрессию. Он привык решать проблемы силой, привык видеть страх в глазах других. Теперь ему приходилось сдерживаться, заставлять себя думать, прежде чем действовать.

Однажды, когда он забирал ее с работы, на нее набросились уличные хулиганы. Они были пьяны и наглые, оскорбляли ее, пытались схватить. Внутри Санзу все закипело. Его руки сами потянулись к оружию. Но он остановился. Закрыл глаза, глубоко вдохнул и выдохнул.

Он подошел к ним спокойно, без угрозы в голосе. Попросил уйти. Они, конечно, не послушались. Один из них замахнулся на него. Санзу перехватил его руку, сломал ее одним движением и, глядя ему прямо в глаза, процедил: “Уйдите. Сейчас же.”

Они сбежали, поджав хвосты. Он повернулся к ней, ожидая увидеть ужас, но в ее глазах было удивление и… облегчение?

“Ты… ты не убил их,” – прошептала она.

“Я обещал измениться,” – ответил он хрипло.

Братья Хайтани, Ран и Риндо, наблюдали за ним с подозрением. Они относились к ней как к младшей сестре, оберегали ее от всех опасностей, в том числе и от него. Они не доверяли ему, и он их понимал.

Однажды Ран подошел к нему в штабе Бонтена.

“Слушай, Санзу,” – начал он, его голос был холодным и жестким. – “Мы видим, что ты пытаешься. Но если ты еще раз причинишь ей боль, я клянусь, я лично тебя убью.”

Санзу не ответил. Он знал, что заслуживает этого.

Майки, как всегда, оставался загадкой. Он молча наблюдал за Санзу, его взгляд был непроницаемым. Он не вмешивался, но Санзу чувствовал его пристальное внимание. Он знал, что Майки оценивает его, проверяет его на прочность.

Чтобы доказать ей, что он действительно изменился, он решил выйти из Бонтена. Он понимал, что это единственный способ оградить ее от той тьмы, которая его окружала. Он знал, что Майки не позволит ему просто так уйти. Ему придется доказать свою преданность.

Он пришел к Майки и сказал, что хочет уйти. Майки молчал, глядя на него пустыми глазами.

“Ты предаешь меня, Санзу?” – спросил он тихо.

“Нет, Майки,” – ответил Санзу. – “Я всегда буду верен тебе. Но я должен это сделать. Ради нее.”

Майки долго молчал. Потом он достал пистолет и протянул его Санзу.

“Докажи,” – сказал он. – “Докажи свою верность. Убей ее.”

Санзу замер. В его голове все перевернулось. Он знал, что это проверка. Знал, что Майки хочет увидеть, что для него важнее – он или его одержимость.

Он взял пистолет. Почувствовал его холодную тяжесть в руке. Закрыл глаза. Вспомнил ее улыбку, ее смех, ее глаза, полные любви.

Он открыл глаза. Повернул пистолет к себе.

“Я лучше умру,” – сказал он тихо, – “Чем причиню ей боль.”

Майки выхватил пистолет из его руки. Его лицо оставалось бесстрастным.

“Ты свободен,” – сказал он.

Санзу вышел из штаба Бонтена. Оставил позади свою прежнюю жизнь, свою преданность, свою тьму. Он не знал, что его ждет впереди. Но он знал одно: он должен вернуть ее. Он должен доказать ей, что достоин ее любви. Даже если это будет стоить ему всего. Он знал, что братья Хайтани будут пристально следить за каждым его шагом, готовые в любой момент защитить ее. Но он был готов бороться за нее, даже против них. Потому что она была его единственным шансом на спасение, его единственным лучом света в этом прогнившем мире. И он не собирался его упускать.

Свобода от Бонтена не принесла ему облегчения. Он знал, что теперь он мишень. Майки мог передумать в любой момент, а врагов у него хватало и без того. Но больше всего его беспокоила она. Он должен был ее защитить, даже если она об этом не просила.

Он нашел работу – скромную, незаметную. Он больше не носил яркую одежду, не привлекал к себе внимания. Он стал тенью, всегда рядом, но незаметной.

Она знала, что он следит за ней. Иногда он ловил ее взгляд – уставший, безразличный. Она не говорила ни слова, не выражала ни протеста, ни одобрения. Она была отстранена, словно наблюдала за ним со стороны.

Однажды, когда она возвращалась с работы, на нее напали. Несколько вооруженных людей окружили ее, силой затолкали в машину. Санзу, наблюдавший за ней из укрытия, мгновенно среагировал. Он бросился к машине, попытался ее остановить, но было поздно. Машина сорвалась с места, оставив его одного на тротуаре.

Внутри него вспыхнула ярость. Его прежнее “я” рвалось наружу. Но он сдержался. Он должен был думать, а не действовать.

Он позвонил Рану. Знал, что братья Хайтани следят за ней так же, как и он.

“Ее похитили,” – прохрипел он в трубку. – “Я не знаю, кто это сделал, но они забрали ее.”

В трубке воцарилась тишина. Потом он услышал голос Риндо, холодный и злой.

“Где ты сейчас?” – спросил он.

Санзу назвал место. Через несколько минут братья Хайтани были рядом. Ран был спокоен, его глаза горели яростью. Риндо был напряжен, готов убивать.

“Кто это мог сделать?” – спросил Ран.

Санзу задумался. Врагов у него хватало, но никто из них не осмелился бы тронуть ее. Разве что…

“Ханма,” – сказал он. – “Ханма Шуджи. Он давно к ней неравнодушен. Она его отвергла.”

Братья Хайтани переглянулись. Они знали Ханму. Сумасшедший, непредсказуемый. И очень опасный.

“Мы найдем его,” – сказал Ран. – “И он заплатит за это.”

Они начали поиски. Санзу использовал все свои связи, братьям Хайтани помогали их люди. Время шло, а новостей не было. Санзу чувствовал, как внутри него растет отчаяние. Он боялся за нее. Боялся, что Ханма причинит ей боль.

Наконец, Риндо вышел на след. Ханма держал ее на заброшенном складе на окраине города.

Они отправились туда немедленно. Санзу, Ран и Риндо. Трое мужчин, движимых яростью и желанием защитить ту, которую любили.

Когда они ворвались на склад, Ханма ждал их. Он стоял посреди зала, окруженный своими людьми. Она сидела на стуле, связанная и с кляпом во рту. В ее глазах не было страха, только усталость и раздражение.

“Привет, парни,” – сказал Ханма с ухмылкой. – “Я ждал вас.”

“Отпусти ее, Ханма,” – сказал Ран, его голос был полон ярости.

“Не думаю,” – ответил Ханма. – “Она должна понять, что я единственный, кто ей нужен.”

“Она никогда не полюбит тебя,” – сказал Санзу. – “Ты ей противен.”

Ханма рассмеялся.

“А вот это мы сейчас и проверим,” – сказал он, достав нож. Он подошел к ней, приставил нож к ее горлу.

Санзу не выдержал. Он бросился на Ханму, его руки превратились в оружие. Братья Хайтани последовали за ним. Началась драка.

Санзу дрался как зверь. Ярость придавала ему силы. Он не чувствовал боли, не замечал ударов. Он видел только Ханму, и его единственным желанием было убить его.

Братья Хайтани тоже не щадили врагов. Они работали как одна машина, уничтожая все на своем пути.

Наконец, они добрались до Ханмы. Санзу сбил его с ног, набросился на него сверху. Он бил его, бил безжалостно, пока Ханма не перестал двигаться.

Ран оторвал его от Ханмы. Санзу был весь в крови, его лицо было изуродовано синяками и ссадинами.

Риндо освободил ее. Она молча поднялась, отряхнула одежду. В ее глазах не было ни благодарности, ни страха, только безразличие.

“Пойдем отсюда,” – сказала она тихо.

Они вышли со склада. Санзу смотрел на нее, ожидая хоть какого-то слова. Но она молчала. Она просто села в машину и отвернулась к окну.

В тот вечер он понял, что он не сможет ее вернуть. Он изменился, да. Он стал другим человеком. Но это не имело значения. Она была от него слишком далеко. Их разделяла не только тьма, которая его окружала, но и ее собственная отстраненность, ее безразличие.

Он спас ее. Но он потерял ее навсегда. И это была самая большая боль, которую он когда-либо испытывал. Братья Хайтани молча переглянулись, Ран положил руку ему на плечо, но Санзу лишь отмахнулся, садясь в свою машину. Он должен был свыкнуться с мыслью, что она никогда не будет его.

Недели проходили, словно в тумане. Санзу продолжал работать, продолжал следить за ней, продолжал жить в тени. Он понимал, что он ей больше не нужен, но не мог остановиться. Его одержимость ею была сильнее его самого.

Он видел, как она ходит на работу, как пьет кофе в маленькой кофейне на углу, как читает книги в парке. Он знал, что она чувствует себя одиноко. Но он не мог к ней приблизиться. Он боялся ее спугнуть, боялся увидеть в ее глазах отвращение.

Однажды, когда он провожал ее домой, она остановилась. Повернулась к нему лицом.

“Зачем ты это делаешь?” – спросила она тихо.

“Я… Я просто хочу убедиться, что с тобой все в порядке,” – ответил он, стараясь не смотреть ей в глаза.

“Ты знаешь, что я не нуждаюсь в твоей защите,” – сказала она. – “Я могу о себе позаботиться.”

“Я знаю,” – сказал он. – “Но я не могу иначе.”

Она молчала. Потом она сделала шаг к нему.

“Я… Я должна тебе кое-что сказать,” – прошептала она.

Санзу поднял глаза. В ее глазах он увидел что-то новое. Что-то похожее на надежду.

“Я… Я все еще люблю тебя,” – сказала она.

Санзу замер. Он не мог поверить своим ушам.

“Что?” – спросил он, его голос дрожал.

“Я люблю тебя,” – повторила она. – “Но… Я не знаю, как это показать. Я боюсь. Я боюсь, что ты снова станешь тем, кем был раньше.”

Санзу подошел к ней, взял ее лицо в свои руки.

“Я никогда больше не причиню тебе боль,” – сказал он. – “Я обещаю. Я буду беречь тебя, защищать тебя. Я буду любить тебя до конца своей жизни.”

Она улыбнулась. Слабо, неуверенно, но улыбнулась.

“Я хочу тебе верить,” – сказала она. – “Но мне нужно время.”

“Я буду ждать,” – сказал он. – “Столько, сколько потребуется.”

Она обняла его. Крепко, отчаянно. Санзу обнял ее в ответ. Он чувствовал, как внутри него все переворачивается. Он получил второй шанс. Шанс на счастье, шанс на любовь. И он не собирался его упускать.