Двух миров посыл единый

Кусочек неувиденного приключения (джен)

Описание:

Когда Кил разделился с друзьями, ему не пришлось со всем справляться в одиночку. Девушка, что уважала его всем сердцем, пошла на риск, чтобы помочь, отдав предпочтение знаниям Кила, нежели словам короля.

В помещении творился полнейший хаос. Кто-то сидел и рвал на себе волосы, а кто-то метался между столами и устройствами. В центре стоял гигантский телескоп. Помещение не было таким уж огромным, а из-за суматохи вовсе казалось меньше, чем было на самом деле. Кто-то случайно толкнул лаборантку, высматривающую кого-то в небольшой толпе.

— Ты чего встала столбом? — раздражённо отчитала другая девушка с папкой в руке. — Мелина, не позорься и не мешай. Если канцлер Зосимос увидит тебя в таком состоянии, будет в ярости.

Пришлось Мелине поспешно взять себя в руки и сконцентрироваться на работе: без должного внимания сложно было уловить связь и смысл большого потока данных. И только она начала вникать, как услышала:

— Кил, ты всё-таки вернулся.

Пожилой мужчина разговаривал с юношей с приятно-голубым хвостом, одетого в форму университета в Минтче.

Мелина оживилась, увидев того, кого до этого так отчаянно пыталась отыскать взглядом. Кил. Тот, кто предсказал скорую катастрофу. Тот, кому не хотели верить, но он сумел пробиться сквозь стену отрицания и непонимания. Встретив его случайно ещё в университете, она ответила остроту его ума. И языка… Кил был прямолинеен, поглощён наукой, не понимая и не обращая внимания на чувства других. Зато был предан делу и честен с собой, что приглянулось Мелине. Она ждала его. Только ради него она и пробилась в лаборантки к Зосимосу. Преследовала всего одну цель.

— Не смог отвернуться в такой ответственный для страны момент.

Ничто не выдавало в нём ложь, но Мелина знала правду. Верила, что знает Кила достаточно хорошо. Кил же держался достойно.

— Знай, ты поступил верно. Если продолжишь подавать надежды, о твоём продвижении я позабочусь, — пообещал Зосимос.

Но Кил следовал за чем-то большим, нежели престиж. Жизнь показала, что оставаться в королевской обсерватории означало топтаться на месте. А он хотел знаний. Хотел правды. Здесь же шли вопреки неё ради воли короля и церкви.

Украдкой Мелина поглядывала на Кила, не забывая про работу. Ей не приходилось беспокоиться о том, что Кил уйдёт, пока она была в неё полностью погружена: так просто он отсюда не ушёл бы. По мелочи помогала то тут, то там, дожидаясь, когда Кил получит шанс. Шанс сделать то, ради чего пришёл.

Глубокой ночью, наконец, начало утихать. Кто-то валился с ног, падая прямо на пол, кому-то помогали идти коллеги, кто-то полз, опираясь о стенку. Мелину тоже пошатывало: тяжка жизнь учёного! Взбодрил голос Зосимоса:

— Теперь, когда основная работа завершена, мы сможем приступить к исследованию дневника Балира, ни на что не отвлекаясь, — погладил он по записной книжке в кожаном переплёте на своём столе.

— Почту за честь присоединиться к команде! — максимально бодро сообщил Кил, всеми силами показывая, что способен на большее.

— Ты умён, Кил. У тебя впереди светлое будущее. Рассчитываю на плодотворную работу и завтра.

— Благодарю!

Зосимос ушёл с оставшимися сотрудниками, Мелина же спряталась, продолжая наблюдать за Килом. Он читал, максимально сконцентрировавшись, стараясь запоминать мельчайшие детали, ведь каждая из них могла оказаться важной. Узнать местоположение искомого и понять всё самое необходимое труда не составило, потому остальное он запоминал чисто на всякий случай. Потому что больше никому никогда в жизни не предстояло взять этот дневник в руки.

Металлическая посуда, немного горючих веществ, искра — и в углу вспыхнул огонь, уничтожая тайну путешествия между мирами Этернии. Окон не было, а телескоп был задвинут, потому никто снаружи не мог увидеть свет. Яркий свет, раскрывающий Мелину из тени. Стул с грохотом отодвинулся, о который запнулся испугавшийся Кил.

— Ты не мог унести его с собой?

Кил внимательно с опаской осмотрел девушку. Её вопрос не вызывал у него ничего, кроме удивления и подозрения.

— Разве ты не знаешь, что отсюда невозможно ничего вынести?

— Ты мог бы что-нибудь придумать, — слегка покраснела Мелина, смущаясь своей слепой уверенности в способностях Киле.

— У меня нет времени придумывать, как обмануть охрану.

— Зато нашлось время выучить содержимое дневника, — усмехнулась она.

У Кила было оригинальное мышление. И способности свои он использовал в полной мере, как наиболее быстрый и простой выход из ситуации. Кил умел двигаться к цели, невзирая на чужое мнение и непреодолимость преград. Доказывал безумные вещи, не боясь быть осмеянным. Для Мелины, закованной в жёсткие рамки воспитания, он казался олицетворением стойкой свободы, способной пробить все стены на пути.

— Ты вряд ли помнишь меня, но в моей памяти ты глубоко запечатлелся. Я хочу помочь тебе.

— Почему я должен тебе верить? — насторожился Кил: мало кто готов был пойти против воли короля, потерять уважение легендарного профессора.

— Просто так. У меня нет доказательств. И не кажется ли тебе, что нам стоит покинуть место преступления, пока никто не спохватился?

Дым заполнял пространство, огонь распростился уверенно — жар приближался. К горлу постепенно подступал кашель, а слёзы к глазам. Если бы не напряжение, Кил уже давно бы почувствовал их эффект.

— Вот напасть! — выругался он, бегом направляясь к выходу. Мелина направилась следом.

По лестнице старались спускаться ровным шагом, чтобы не привлекать лишнего внимания. Они уже почти выбрались, как их окликнул один из ночных стражей, учуял запах дыма и нервность некоторых движений, сделал вывод.

— Уходи, — Мелина строго наказала Килу.

— Но тебя казнят!

— Со мной всё будет в порядке, справлюсь как-нибудь. Всё в порядке!

Ложь. Мелине было очень страшно, но отступить она не могла. Строить планы мастером не являлась, умела только следовать инструкциям и готовым теориям. И всё же даже такая, как она, могла сослужить службу.

Килу было не смешно. Порывом ветра он откинул стража в сторону и схватил Мелину за руку, убегая. Пренебрегая безопасностью, они бежали сквозь сумерки к порту. Не одну бутыль со Святой Водой израсходовали, чтобы монстры не тормозили на пути. Теперь лишь бы повезло уплыть на первом корабле, тогда какое-то время они были бы в безопасности.

— Спасибо.

Вдыхая благословенный воздух, оба восстанавливали лёгкие, отдыхали в порту вдали от посторонних глаз.

— Не благодари, — тяжело дышал Кил, маясь от боли в груди от долгого бега. — Ты такая же наивная… — недоговорил он.

«Всё в порядке!» — фраза-триггер, вызвавшая у Кила ассоциацию с определённым человеком, хотя Мелина вовсе не выглядела такой же оптимистично-легкомысленной.

Краем глаза Мелина увидела суматоху вдали, когда посадка на корабль уже началась. Много времени не требовалось для сбора народа, но стражи могли прервать отбытие.

— Когда твоё путешествие закончится, позволь мне услышать обо всех твоих приключениях, — мягко улыбнулась Мелина.

Ей бы хотелось сказать: «На лучше сейчас разделиться. Встретимся потом», но тогда Кил мог бы всерьёз ждать её и волноваться. Оставалось не терзать ни себя, ни его надеждой.

Кил поймал Мелину за руку, обеспокоенно глядя, словно поняв задумку. Большой риск. Чувство опасности вызывало дрожь.

— Не переживай, ничего сверхсложного, всего лишь небольшая диверсия. Но на корабль я уже не успею.

Мелина улыбалась добродушно, без тени страха, держа все чувства глубоко внутри. Так уверенно — Килу пришлось её отпустить.

Кораблю благополучно отплыл. С борта Кил наблюдал за шумной толпой на берегу, из которой доносилась ругань стражи. Творился полнейший хаос, виновных не могли найти — это вселяло надежду. Закрыв глаза, не отворачиваясь, всем сердцем Кил пожелал:

«О, Сейферт, защити дитя своё, борющуюся за правое дело!»

Разочарование (джен, Кил, Фара, Рид)

ㅤ

Описание:

Кил был очень рад видеть друзей. Жаль, что пришли они не ради его поддержки…

ㅤ

Увидеть друзей в столь тяжёлый час было сродни подарку. Воодушевление переполнило Кила. Как и неверие:

«Неужели он пришли поддержать меня? Неужели кто-то из университета им сообщил?»

Они не всегда находили взаимопонимание, что не мешало им весело проводить время вместе. Даже то, что само по себе не приносило Килу удовольствия, вызывало тёплые эмоции, если Рид и Фара были рядом. Они делали его сильнее, не позволяли убивать здоровье безвылазным сидением дома. С ними он познал истинное детство, полное приключений, плотно поселившихся в воспоминаниях. Правда, были моменты, о которых вспоминать не хотелось…

Его друзья были до безобразия просты. Фару вовсе всегда переполняло желание помогать всем и вся. Как она могла не помочь близкому другу? Так хотелось верить, что каким-то образом прознали они о его проблемах и тут же отправились в путь. Ради него. Так хотелось хоть чем-то осветить свою жизнь в преддверии грядущей катастрофы. А никого ближе друзей детства у него не было.

Теперь они стояли перед ним. И случайно в такое место забраться бы они не смогли. Какая ещё у них могла быть причина, кроме него? Кил и не думал, что Рид и Фара когда-нибудь выберутся за пределы деревни. А тут сделал это ради него.

Кил вот-вот готов был позволить улыбке коснуться губ, но…

Незнакомая странная девчонка заговорила на мельнике. На языке ужасающих селестианцев.

Фара и Рид пришли не облегчать ему жизнь, а окончательно её испортить…

«Как будто мне своих проблем было мало… Решили добавить своих?» — в мыслях проворчал он, готовясь к неизбежному. Деться он уже никуда не мог, потому помогать придётся.

ㅤ

Во всём виноват Рид! (джен, Кил, Рид, Фара, Мереди)

ㅤ

Описание:

Думаете, в том, что Кил всё время падает, виновата его неуклюжесть? Вовсе нет! Во всём виноват Рид! Всегда!

ㅤ

День 110 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Это была даже не охота. Просто неугомонным Риду и Фаре захотелось погулять. Поиграть на природе с дикими зверями с помощью голых кулаков и деревянной палки. Удивительно, как не помер никто! Правда и противников выбрали не среди яйцемедведей, вполне себе под стать, то есть мелочь какую-то.

— Упс! Кажется, он разозлился!

От страха Рид вытянулся в струнку и задрожал. Оцепенение сошло с него быстро, как с любого дурака, потому он схватил за руку Фару и что было мочи побежал прочь.

— А ты чего столбом встал?! — крикнул он Килу, буквально только что вспомнив о его существовании.

— А-а-а!!! — закричал Кил, понимая, что за очередную дурь его друзья натворили.

А что ему ещё оставалось делать, кроме как кричать? Драться он не умел, да и в принципе физической силой не отличался. Как и скоростью. А тут ещё Рид подначивал и совсем не смотрел под ноги, из-под пят которых то и дело выскакивали маленькие камушки. И прямо в Кила!

— Ай! — послышалось за спиной Рида.

Камушек неудачно попал под ногу Килу, из-за чего мальчик упал. А ведь начинал так бодро! Если бы не треклятый камушек, впервые в жизни у него был шанс обогнать Рида! А всё адреналин и страх, не сковавшие его тело, а придавшие небывалых сил. Вот со всей этой силой Кил и долбанулся лицом о шершавую землю.

— Да что ты за растяпа такой! — отругал его Рид ни за что, не понимая, что сам виноват был в падении друга.

— Только не плачь! Всё будет хорошо, вот увидишь, хорошо!

Фара подоспела с чистеньким платочком, вытирая выступившую из царапин и разбитого носа кровь. Слёзы текли невольно — обычная реакция тела на боль. После такого удара и Рид бы расплакался.

— Повезло тебе, что мы оторвались, а то рвали бы уже тебя, — совсем не успокаивал Рид. Ещё и говорил он это совершенно спокойно, будто за друга вовсе не переживал. Да куда ему, ленивый и безразличный ко всему, кроме мяса, парень.

А было как-то решили ребята пробраться на мельницу. Тоже идея неугомонной троицы. А там всё крутится, вертится! И Рид постоянно болтает чушь, вечно на него отвлекаешься. Да так, что под ноги всякая всячина лезет, после которой опять летишь вниз. До кучи ещё что-то сверху прилетает. Да-да, прямо на приподнятую пятую точку! И да, опять Кила, кого же ещё? Фара-то научилась игнорировать болтовню Рида, увлечённо занимаясь своими делами или даже перебивая эмоциональными речами, нередко вызывая перепалку, из-за которой у Кила частенько болела голова.

Где головная боль, там и головокружение. После особенно запоминающихся ссор, про которые, почему-то, все дружно забывали на следующий день, кроме Кила, тот самый Кил и шёл, шатаясь из стороны в сторону. Даже падал порой. От изнеможения, а не от того, отчего подумали!

И так каждый день! Раз за разом! Всегда Рид. Всегда либо что-то новое находил, либо старые грабли откапывал, а Кил оставался крайним, уткнувшись многострадальным носом в землю!

* * *

— Поэтому я утверждаю, что во всём виноват Рид! Я не неуклюжий! Когда я учился в университете, я падал гораздо, повторяю, гораздо меньше! — продолжал с упоением Кил, рассказывая историю своего обычного дня из детства.

— Ага, — лениво поддакнул Рид, до этого молча выслушивавший жалобы друга. — Но падал же. Да и в университете ты в основном сидел, разве нет?

— Да как ты?! — вскипел Кил, вставая, но тут же оседая обратно на стул, хватаясь за голову.

«Я ведь и правда сидел!»

У Кила не было доказательств, что одно с другим не связано. Однако больше всего удручало, что самый глупый человек в их команде сделал его одним аргументом. Рид. Во всём всегда был виноват Рид!

— Ничего страшного, Кил, — утешала его сидевшая рядом Мереди. — Неуклюжим быть нормально.

— Я не неуклюжий… Это всё Рид, — продолжал Кил обиженно. Но никто ему уже больше не верил.

ㅤ

В своей тарелке (джен, присутствует ангст, Кил)

ㅤ

Описание:

Кил наконец нашёл своё место в жизни. Там, где совсем не ожидал.

ㅤ

День 267 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Тот мир, который, по незнанию, Кил так боялся, оказался тем самым местом, к которому всегда лежала душа. В своём мире Кил будто бы был чужим, его критиковали, отказывались понимать. Даже когда он единственный предсказал грядущую катастрофу, его предпочли забить камнями и с позором прогнать! Здесь же, на Селестии, правили знания. Наука была всем! Что вызывало восторг у Кила.

Местные хоть и имели причуды, к ним его приучила ещё Мереди на Инферии — с ними он мириться мог. Сам бы ни за что не присоединился, нет-нет! Зато смотрел на танцующих людей уже не как на полоумных.

Ещё Кил очень быстро осознал, что так и не нашёл на родной планете друзей… Помимо Рида и Фары, конечно же. Но они буквально были навязаны ему самой судьбой. И не то что бы между ними царило взаимопонимание… Скорее, они просто привыкли друг к другу.

На Селестии Кил нашёл настоящего друга, с кем разделял общие интересы. Так прекрасно Кил не чувствовал себя никогда, скованный рамками мировоззрения Инферии. Его ни смущали ни холод, ни долгие ночи. Он с удовольствие погружался в изучение чудесного мира, желая поскорее стать частью него. Мечтал…

У него появились мечты. Будущее заиграло в новых красках, стало приобретать более чёткие черты.

…А потом всё внезапно разбилось вдребезги. Кил держал на руках мёртвого Занка, не понимая, почему жизнь любит так злобно шутить…

ㅤ

Верное решение (гет, Кил/Мереди)

ㅤ

Описание:

Когда-то Кил сделал выбор в пользу Селестии, оставшись там навсегда с удивительной девушкой.

ㅤ

Удобный диван стоял у окна специально, чтобы Кил мог наслаждаться чтением при свете солнца. Вот и сейчас он занимался любимым занятием, изучая литературу некогда чуждого мира. Он уже мог обходиться без словаря и не делал глупых ошибок, от которых Мереди смешно было. Чем дольше Кил жил среди «чужаков», тем больше понимал, что решение остаться на Селестии было более чем верным. Его интеллект наконец мог найти себе выход в науке, которую в Инферии не жаловали. Здесь он узнал столько нового, получил громадную порцию вдохновения и готов был создавать новые творения, совмещая технологию и магию.

Книга была безумно интересно и познавательной, однако Кил отвлёкся, заслышав весёлое пение. Мереди танцевала среди цветов, купаясь вместе с ними в солнечных лучах. Образ её всегда грел сердце, побуждал испытывать хрупкие, но приятные бесценные чувства. А ведь когда-то Кил считал её поведение глупостью. Теперь же сам унывал, когда Мереди вела себя тихо. Ведь это означало, что случилось что-то плохое, накатились грустные думы.

«Пой. Танцуй. Будь рядом со мной», — искренне просил Кил сердцем.

«Смотри на меня! Улыбнись мне! Я буду для тебя солнцем!» — вторило сердце Мереди.

Почувствовав на себе взгляд, Мереди засияла в улыбке, помахав быстро Килу. Однако она не просто развлекалась. Набравшись энергии с утра пораньше, готовилась приступить к работе в огороде за садом. Сам сад и цветник нужны были, чтобы радовать глаз в короткие месяцы лета. Скоро должны были наступить холода, потому Мереди потихоньку собирала урожай. Кил не раз пытался помочь, но с бумагами и механизмами у него выходило проще, потому в какой-то момент он просто сдался: у него была своя работа, свои способы заботы.

Найдя в книге ответ на свой вопрос, стараясь не зачитываться дальше, Кил наскоро набросал схему очередного изобретения, но не успел подписать все детали: раздался детский плач. Маленькое сокровище в люльке проснулось. Двухмесячная малышка, внешне пошедшая в отца, взяв от матери лишь цвет глаз и любовь к музыке: пение успокаивало её лучше, чем что-либо. Дочка проголодалась, потому пришлось отнести её к матери. Держа на руках это крохотное создание, глядя на счастливую жену, Кил ни разу не сомневался, что решение остаться на Селестии было единственным верным. Пусть он никогда не увидит больше друзей из-за постепенно отдаляющихся планет, всё самое лучшее — его семья и работа— было здесь. Ни холод, ни прошлое не могли изменить его мнения, ведь здесь, в настоящем до самого бескрайнего будущего, его грело самое тёплое лучезарное солнце и подрастало второе, а в планах было и третье.

ㅤ

Невинный поцелуй (гет, Мереди/Кил)

ㅤ

Мереди… была странной. Могла начать прилюдно танцевать на улице, полезть обниматься к Риду, пытаясь спровоцировать реакцию, громко выкрикиваемую «фибрил». Они слишком мало знали о Селестии, потому все её выходки воспринимали как данное.

«Наверное, на Селестии все такие…» — думали все трое, убедившись, что все россказни о людоедах и прочая несуразная, но такая привычная «истина», на деле чушь несусветная.

Каждое утро Мереди начинала с лёгкого поцелуя и заканчивала день им. Краткое касание губ. Едва уловимое, словно дыхание. В первый раз Кил, всё ещё веря в «монструозность» Мереди, закатил истерику, шарахаясь от девушки по самым тёмным углам, лишь бы близко не подходила и даже не смотрела в его сторону. Мереди расстраивалась, хоть и старалась не подаваться унынию… Каждый раз она встречала Кила улыбкой.

Постепенно они начали понимать друг друга. Удалось развеять миф о селестианцах. Тогда Кил начал позволять Мереди приближаться к себе. Тогда же она возобновила свои попытки, заставая Кила врасплох. Каждое утро и вечер. Ничуть не смущаясь, всегда улыбаясь. Будто так всё и должно быть — обычное дело для друзей.

— Ты хоть понимаешь, что на Инферии подобное не принято? — пытался он каждый раз вразумить девушку.

Но в какой-то момент Кил сдался. Привык к ежедневным поцелуям и фразам, вторя их: «С добрым утром!», «Спокойной ночи!». Скоро и для Кила это стало смущающим порядком вещей, помогающим заснуть, отринув все заботы.

Осознание, что что-то не так, пришло на Селестии. Наблюдая за другими селестианцами, Кил данной особенности за друзьями не заметил. Поцелуями одаривали друг друга только пары.

«Может, не попадалось?..» — пытался он выветрить подозрение.

Тогда он решила расспросить о местных традициях одну селестианку, стесняясь обратиться напрямую к Мереди. Он бы предпочёл зарыться в книги и найти ответ там, но знания языка ещё не позволяли…

— Традиция? — селестианка рассмеялась глупости чужеземца. — Нет, конечно, таких обычаев у нас нет. Мы целуем только тех, кто нам очень нравиться, выражая симпатию. Это признак очень близких отношений.

Кил обомлел. Его сердце бешено забилось, краска прилила к лицу. От волнения затряслись руки. Он пребывал в полной растерянности: всё это время он понимал действия Мереди неправильно. А теперь вовсе не знал, как быть. Особенный… Он для неё особенный… Но и поведение Мереди вызывало вопросы:

— Но разве можно нечто столь сокровенное творить без стеснения? Даже в первый раз разве это не смущает?

— Почему? Выражать чувства для селестианцев — дело обычное. Мы делимся нашими чувствами, а уж примут их или нет — тут как повезёт. Никто никого заставлять любить себя не будет. Порой достаточно, чтобы согреть сердце, улыбнуться человеку, который дорог.

Какое-то время Кил оставался стоять на месте с открытым ртом, провожая взглядом незнакомку. Пытался принять полученную информацию. Понять, что делать дальше. Поговорить? От мысли по телу побежали мурашки, догоняя внезапную дрожь. Паника перекрутила все эмоции, через них добравшись до желудка. Пришлось, стиснув зубы, закрыть глаза и успокаивать себя, концентрируясь на дыхании. На логике!

«Нет смысла убегать. Рано или поздно нам всё равно придётся поговорить об этом… Будь, наконец, мужчиной!» — попытался он воспользоваться самым бесполезным аргументом, прекрасно понимая свои слабые стороны. Он был силён не волей и физической силой. Он — учёный. И при мысли о Мереди его мозг отказывал…

ㅤ

Наедине с Мереди Кил неуверенно начал:

— Насчёт тех поцелуев…

По его взволнованному взгляду и по обрывку поставленного вопроса Мереди всё поняла. Лишь улыбнулась успокаивающе.

— Всё в порядке. Подумай ещё. Сейчас не время принимать решение.

«А когда будет время?» — остался незаданным вопрос. Впрочем, Кила без того понимал.

Слишком многое было поставлено на карту. Мереди не смела позволять себе расслабляться. Но Кил поселился в её сердце… Вдохновлял её. С ним Мереди чувствовала себя хорошо и естественно. Испытывала давно позабытое счастье… Не мелкие радости, помогающие продержаться до следующего дня. А настоящее. Незыблемое. Вот только признаться прямо и попросить о чём-то большем она не могла. До тех пора угроза существовала… Потому она временила, довольствуясь малым. Ей было уже достаточно того, что Кил её больше не отталкивал.

У них ещё было время сблизиться. Как и возможность понаблюдать друг за другом. Понять, что притянуло друг к другу. Отчего на душе всегда было тепло, когда они находились рядом… Даже если без слов. И насколько важно сохранить это чувство в будущем. Стоит ли оно того? Пытаясь это выяснить, Кил стал смотреть на Мереди иначе. Лучше понимать её. А то, что когда-то казалось странным и непонятным, теперь было очевидным и обыденным. Оставалось только спасти мир…

ㅤ

Боевая муза (гет, Паоло/Фара)

ㅤ

Описание:

Не было женщины для Паоло прекраснее, чем девушка, которая могла любому наподдать!

ㅤ

День 246 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Он всегда был слабым… Воля стать сильнее таяла с каждой изматывающей тренировкой. Паоло думал, что выносить такую пытку каждый день просто-напросто невозможно! Однако им двигало вдохновение, не позволяющее сдаться. Каждый раз, когда он видел её — свою воинственную музу, всегда полную сил и позитива, — он будто заражался сам. Его сердце трепетало, разливая тепло и энергию по всему телу. С ней он познал, что такое второе дыхание.

«Это девушка, с которой я хочу провести всю жизнь!» — верил Паоло.

Слаб Паоло оказался не только физически… И если тело удалось натренировать, то сердце поддаваться не хотело, сдаваясь каждый раз, когда Паоло задумывался признаться Фаре в чувствах.

И вот она исчезла… Ушла однажды из додзё, вернулась в родную деревню. Пусть неподалёку, но Паоло уже не мог так просто бросить тренировки. даже на время. И всякий раз думал:

«Она недалеко. В любой момент я смогу её увидеть. Но прежде я стану сильнее. Достойным её».

…Фара вновь появилась в его жизни раньше, чем он был готов. Не одна. Вид молодого человека рядом с Фарой вызвал укол ревности. Успокаивало только наличие другой девушки в группе, пусть и очень странной.

«Пусть он будет с ней, а не с Фарой!» — тихо взмолился Паоло.

Но Фара так хорошо общалась с тем парнем, Ридом, что Паоло едва не терял надежду.

«Всего лишь друзья детства, — успокаивал он себя. — Они выросли вместе. никакой романтики…»

В этот раз Фара уходила далеко. И неизвестно как надолго. Впервые Паоло испытал настоящий страх потерять. Больше не рядом… А вдруг не вернётся? А вдруг в путешествии кого-то найдёт?..

Паоло почувствовал в душе всепоглощающий огонь. Теперь он был готов. Теперь он знал наверняка, что в следующий раз, когда увидит её, своего шанса не пустит! …Если уже не упустил.

«Я признаюсь ей. Во что бы то ни стало. Что бы ни принесла судьба… Я признаюсь!»

Оставалось только дождаться её… А каждый случайный слух лишь подогревал решимость Паоло. Когда же он узнал, что его любимая отправилась на планету людоедов, он вовсе едва не поседел. Но отправиться следом он не мог: не знал как. Потому продолжал верить и ждать. Пока она не вернулась. Невоспетым героем.

Паоло вновь оказался недостойным её…

ㅤ