Другая история Пенелопы Эккарт
Глава 1. Новая герцогиня Эккарт.
– Брат! Брат, посмотри туда!
– Ивонн, не беги!
Девочка остановилась перед ларьком с украшениями. На ангельском личике сияла улыбка. Восхищенный взор нежно-голубых глаз был устремлен на зеркало с серебряной оправой. На драгоценном обрамлении сверкали темно-синие сапфиры.
– Как красиво!
– Я же сказал, не убегай! – возле девочки возник её старший брат. Нежно-розовые волосы были растрёпаны, а брови сердито нахмурены. – Если ты опять так будешь делать, мы пойдём домой.
– Извини, брат, – женская копия Рейнольда надулась. Рейнольд взял в руко зеркало.
– И что в нём такого красивого?
– Не самое хорошее качество, – к детям, которые казались близняшками, подошёл третий парень лет 17. Скучающий взгляд глаз цвета льда скользнул по зеркалу, привлекшему внимания Ивонн.
– Но взгляни получше, брат. Оно более блестящее и красивое, чем другие.
– Подожди, Ивонн, я найду тебе что-то покрасивее! – не дожидаясь ответа сестры, Рейнольд убежал в другую лавку аксессуаров. Деррек лишь смерил удаляющуюся розовую макушку недовольным взглядом и перевёл взгляд на Ивонн.
– Ты точно хочешь это зеркало?
– Да.
– Сколько? – спросил наследник герцога, доставая кошелёк.
– Всего лишь 3 серебрянных! Хороший выбор, леди!
Брюнет забрал из рук торговца зеркало и отдал его младшей сестре. Её личико снова озарилось улыбкой, а ладонь погладила Деррека по щеке.
– Братец самый лучший! Ой! – герцогиня вздрогнула от громких звуков парада.
– Ивонн, держись со мной.
– А брат?
– Рейнольд не ребёнок, он может вернуться сам.
Брат с сестрой отошли на обочину. Подошедшая парадная процессия и толпа унесла Ивонн, несмотря на то что она крепко держалась за рукав Деррека.
– Брат! Брат!
– Ивонн! – молодой герцог ринулся за ней, пробираясь сквозь толпу. – Чёрт, Ивонн! Ивонн!
Деррек опустошенно смотрел на место, где только что была его сестра. Бледное лицо было полно отчаяния, граничащего с безумием. Руки тряслись мелкой дрожью.
– Брат! – рядом возник Рейнольд с ожерельем в руке. Озадаченный взгляд спустя мгновение сменился на злой. Кулак сжался так, что чуть не раздавил топазы украшения. – Ты её потерял?! Какого чёрта ты стоишь?! Её искать надо!
Второй сын герцога Эккарта рванул вперёд в самую гущу фестиваля, не дожидаясь Деррека. Глаза старшего прояснились, и он побежал следом за Рейнольдом, выкрикивая имя сестры.
Несмотря на со временем опустевшие лавки и почти полное отсутствие людей, они так и не нашли даже следа Ивонн.
– Чёрт! – Рейнольд пнул камень, лежащий около его ноги. По щекам против его воли потекли слёзы. – Это моя вина… Я уговорил вас идти без разрешения отца…
– Не плачь, Рейнольд… Эккарты не должны быть слабыми, чтобы не случилось. Давай вернёмся и расскажем.
– Отец нас убьёт… – младший поплёлся за братом, вытирая глаза кулаком.
***
На холодной земле лежало тело умершей женщины. Рядом с ним сидел ребенок в рваном выцветшем платье и босиком. Пурпурные волосы были грязными и сальными, а глаза цвета бирюзы опустошённо и с какой-то обречённостью смотрели в землю. Лишь с небольшой заинтересованностью девочка подняла взгляд на проезжающую мимо неё богатую карету, что внезапно остановилась.
Из кареты вышел мужчина с голубыми глазами и темными волосами. Он подошёл к девочке и сел на одно колено перед ней.
– Бедная девочка… Как твоё имя?
– Я… Я Пенелопа.
– Пенелопа… Пойдешь со мной? Я сделаю тебя герцогиней и своей дочерью. У тебя появятся два старших брата, которые будут тебя оберегать и любить, – герцог протянул руку.
Поколебавшись пару мгновений, Пенелопа протянула ему руку и проследовала за ним в карету, что отвезла их в особняк Эккартов.
***
– Отец, ты нашёл Иво?.. Ивонн… – Рейнольд не успел закончить фразу, когда увидел незнакомую простолюдинку, которой отец помогал вылезти из кареты.
– Это Пенелопа, ваша новая сестра и моя приёмная дочь.
Деррек приподнял бровь в недоумении и удивлении, а глаза второго сына загорелись ненавистью.
– Отец…
– Я всё сказал, Рейнольд. Своё решение я не стану менять. Феннел, подготовь комнату для Пенелопы, – дворецкий коротко поклонился и удалился. Простолюдинка, в один миг ставшая герцогиней, почувствовала себя неуютно, кожей ощущая злость и ненависть братьев.
– Вы мои новые братья?.. – Пенелопа попыталась начать разговор, но съёжилась от крика розоволосого парня:
– Молчи! Ты нам не сестра! Ты всего лишь простолюдинка, жалкая замена нашей родной сестры! Ты нам никто!
– Ты нам уж точно не сестра, –холодно отрезал Деррек, обжигая девочку ледяным взглядом. После чего развернулся и ушёл. Рейнольд, бросив презрительный взгляд на Пенелопу, последовал за ним.
Пенелопа опустила голову, скрывая слёзы, и последовала за выделенной для неё служанкой. Новоиспечённую герцогиню отмыли, привели в порядок её волосы и нарядили.
Крутясь в потрясающем платье цвета индиго и любуясь собой, к Пенелопе вернулась уверенность. Надо лишь попытаться снова. Она сможет сделать так, что братья её примут.
Надо только найти правильный подход.
***
– Отец, я могу зайти? – дождавшись разрешения Юлиана, Деррек вошёл в кабинет.
– Зачем ты пришёл? – спросил герцог, не отвлекаясь от своих бумаг.
– Зачем ты привёл эту простолюдинку?
– Я не мог оставить эту девочку там. Вдруг нашу Ивонн также кто-нибудь подобрал…
– Вот и продолжили бы искать Ивонн, а не подбирали детей, которых у нас в Империи полным-полно.
– А может Ивонн уже и вовсе нет в живых…
– Не говорите так, отец! Ивонн, конечно же, жива! И я найду её! – Деррек вылетел из кабинета в свою комнату. Сердце жгла боль за Ивонн, обида на отца, который не желал искать её, и откровенная ненависть к этой простолюдинке, которая решила, что сможет заменить им их любимую сестрёнку. Нет. Он сделает всё, чтобы жизнь этой оборванки была похожа на ад. Чтобы она умоляла герцога вернуть её на улицу.
Глава 2. Начало дружбы
Однако следующий день оказался не таким хорошим, как хотелось бы Пенелопе. Во-первых, когда она поравнялась с Дерреком возле двери в столовую, он подставил ей подножку и она растянулась на полу перед всеми. Рейнольд зло посмеялся, но суровый взгляд герцога его утихомирил. Красная, как рак, герцогиня поспешила подняться, поправить платье и сесть за своё место. Краем глаза она увидела мимолётную ухмылку старшего брата.
"Ну, хотя бы еда вкусная".
Услышав от отца, что он нанял ей несколько учителей по этикету, танцам и чему-то ещё, Пенелопа воспряла духом. Но и тут оказалось всё не так радужно. Учительница по танцам окинула её презрительным взглядом и критиковала так резко, что у девочки чуть не пошли слёзы.
"Зато я буду, как все эти леди... Так ведь?"
Вернувшись в свою комнату, она обнаружила, что стекло в её комнате разбито. Эмили, конечно, уже убирала осколки, но настроения это не улучшило.
"Возможно, это просто случайность"
Позже Деррек снова её толкнул, как бы нечаянно, и Пенелопа налетела на служанку. Извиниться не вышло: злой взгляд служанки сказал сам за себя. А довольная ухмылка старшего брата и вовсе не оставляла сомнений, кто виновник.
"Надо потерпеть, они и не должны меня сразу полюбить. Но потом всё наладится. Ведь так?.."
Вдобавок, словно всего этого было мало, уже сама герцогиня споткнулась и упала на Деррека. Оттолкнув её от себя, он во всеуслышание сказал, что не собирается потакать «грязным желаниям нищенки». Служанки сразу начали шептаться.
– Леди начала вешаться на молодого герцога?
– Ужас…
– Хотя бы постыдилась…
Не выдерживая такого обвинения, Пенелопа сбежала на чердак и, забившись в угол, дала волю слезам. Нет.
***
Промаявшись час в своей комнате, Рейнольд поднялся на чердак. Чердак всегда был любимым местом младшего Эккарта сразу после тренировочного полигона. Оттуда открывался красивый вид на город, особенно когда Рей смотрел на звёзды. Старший брат и отец никогда не ходили туда, слуги также посещали редко, так что молодой герцог оставался здесь в гордом одиночестве.
Поднявшись, он услышал плач. Рейнольд был не в восторге, увидев на чердаке, который считал «своей территорией» фальшивку, но в груди шевельнулось нечто вроде сочувствия.
– Эй… Пенелопа, да? – девочка подняла на него заплаканные глаза. – Всё в порядке?
– Издеваешься?.. Я… Меня просто… Агрх… Просто ко мне подошёл герцог Эккарт и спросил, не хочу стать его дочерью. Я не знала, что у вас пропала ваша сестра и уж точно не хотела быть её заменой! Я просто хотела лучшей жизни, чем жить в трущобах… – слёзы полились рекой с новой силой. На удивление, Рейнольд не перебивал, а лишь смотрел на неё. Глаза цвета неба были полны сочувствия и немного неловкости.
– Подожди здесь, – он развернулся и ушёл. Пенелопа склонила голову набок.
– Хм?
Вскоре Рейнольд вернулся на чердак, держа в руках две кружки горячего чая. Сев рядом с девочкой, одну кружку он протянул ей.
– Держи. Оно очень горячее, не обожги язык, – парнишка укрыл плечи Пенелопой лежащим неподалёку пледом. – Расскажи о себе.
Герцогиня колебалась, но решила довериться и начала рассказывать о своей жизни. Как она никогда не знала отца. Как они с мамой жили в нищете. Как мама заболела и умерла, потому что не было денег лекарства. Как приходилось часами стоять в людных местах и ждать, чтобы кто-нибудь уронил хоть что-то съедобное. Как дралась с собаками за корку хлеба. Как приходилось пить дождевую воду рядом с трупом матери.
– И внезапно мимо проезжала карета отца. Внезапно остановив её, он подошёл ко мне и спросил, не хочу ли я быть его дочерью. Я согласилась, – закончила Пенелопа свою историю, сделав очередной глоток чая.
Рейнольду было откровенно не по себе. Эта девочка младше его на два года, а ей уже пришлось испытать на своей шкуре то, что не каждый взрослый мог пережить. За те крики вчера, злой смех и кинутый камень в её окно сегодня стало стыдно.
– Пенелопа… – он не знал, что сказать, и просто обнял её, прижав к себе. Герцогиня замерла от неожиданности. – Мне жаль, что так вышло…
– Да… А ещё старший брат Деррек мне козни строит уже… Утром то, что я упала, он мне подставил подножку… Толкнул потом в коридоре, что я на служанку налетела… А п-потом… – Пенелопа начала снова всхлипывать. – Я… Я просто споткнулась… И случайно упала на Деррека… А о-он…. Обвинил в том… Что я его пытаюсь соблазнить…
– Вот же! – Рейнольда пробрала обида за брата. Деррек был не ангелом, он знал, но он не думал, что старший брат был способен на подлости.
– Рейнольд… Я… Я просто хочу, чтобы у меня был хотя бы один родной человек… Пожалуйста… Брат…
– Братья обязаны защищать младших. Раз назвала меня братом, значит так оно и будет.
– Спасибо, братик… Молодой господин неожиданно мягко улыбнулся и поцеловал её в лоб. – Брат, расскажешь о себе?
– Хорошо, – Рейнольд начал рассказывать о своей жизни. О умершей матери, невнимании и холодности отца, и заботе о сестре, которую они потеряли на фестивале. На этом моменте по щеке парня скатилась предательская слеза. Пенелопа крепко обняла его.
– Я не смогу заменить тебе Ивонн, но я смогу быть тебе заботливой младшей сестрой… Только дай мне шанс…
– Хорошо. И ты не молчи, если что-то происходит. Я разберусь со всем и буду помогать.
– Спасибо, братик…
"По крайней мере у меня есть старший брат"
Глава 3. Уроки для герцогини
Пенелопа тяжело вздохнула. Урок по литературе и каллиграфии прошёл успешно: девочка всегда хотела уметь читать и писать и легко овладевала этими навыками. Но история, этикет и танцы… Это был тихий ужас. Соотношения дат и событий герцогине тяжело давались, многочисленные правила этикета сбивали с толку, а учительница танцев на каждом уроке критиковала её так, что насилу удавалось сдержать слёзы.
Но с того дня стало получше. На уроках присутствовал Рейнольд и иногда, пусть и подкалывая сестру, подсказывал ей, как запомнить правила этикета и всё остальное.
***
– Леди Эккарт, если вы думаете, что это танец, вы глубоко заблуждаетесь! – разозлилась леди Элеонор. – Если среди людей вашего реального происхождения это допустимо, то среди дворян это просто кошмар! Ещё раз!
Герцогиня была уже очень уставшей после часа непрерывных танцев – баронесса не давала ученице даже минутки передохнуть, заставляя повторять раз за разом.
– Можно, пожалуйста, отдохнуть хотя бы немного? – взмолилась Пенелопа. Ноги жутко ныли и, кажется, кровоточили.
– Я трачу на вас своё время не для того, чтобы вы отдыхали, леди! Ещё раз!
– Эй! – в зал, выделенный для занятий, вошёл Рейнольд. – Вы забываетесь, леди Элеонор!
– Молодой господин Эккарт, я…
– Вы сейчас же уйдёте отсюда. И больше не вернётесь. Вы уволены. Герцог узнает об этом и не будет возражать.
Женщине ничего не оставалось, и она ушла. Рейнольд подошёл к сестре.
– Ты как?
– Я в порядке…
– У тебя бы ноги не кровоточили, если бы было всё в порядке, дурёха, – парень помог ей дойти до ближайшего диванчика и, опустившись на одно колено, снял туфлю с ноги. – Блять.
– Что такое?
– У тебя ноги все в крови, дура! Натёрла ты их сильно. Эй, ты! – последнее было адресовано Эмили, которая ждала госпожу у дверей. – Принеси удобную обувь для неё и лекарства.
– Д-да! – служанка торопливо удалилась.
– Сильно больно? – спросил Рейнольд, осторожно стирая своим платком кровь.
– Не очень… Ммм…
– А говоришь, что не больно, – дождавшись пока Эмили принесёт всё необходимое, молодой господин обработал ранки на ногах и забинтовал.
– Так легче? – заботливо спросил он, пока служанка одела госпоже более удобные туфли.
– Легче. Спасибо, брат, – Пенелопа впервые за день искренне улыбнулась.
– Когда твои ноги подживут, уроки танцев продолжатся. Только учить тебя уже буду я.
– Хорошо.
Эмили и некоторые служанки, которые слышали этот разговор, были очень удивлены. Оба сына герцога ненавидели «фальшивку», с чего бы вспыльчивый молодой господин вдруг проникся симпатией к ней?
– Может, околдовала она его?
– А может, я просто узнал человека получше, – от холода в голосе Рейнольда пробегали мурашки. – Не сплетничайте, а занимайтесь своей работой, иначе вылетите отсюда ко всем чертям.
– Простите, молодой господин, – хором произнесли служанки.
Пенелопа в сопровождении Эмили ушла к себе отдыхать, а Рейнольд – к отцу в кабинет. Узнав о словах баронессы в адрес своей приёмной дочери, герцог полностью поддержал сына и отправил ей письмо, что она уволена.
***
Спустя несколько дней Рейнольд позвал сестру к себе.
– Начнём урок? – ничего другого не пришло ему в голову. Сегодня Пенелопа была особенно красивой в новом сиреневом платье с длинными рукавами. Волосы были убраны в элегантный узел сбоку, чтобы не мешал танцам.
– Да, – девочка коротко улыбнулась и встала напротив брата.
– Так, – молодой господин включил музыку и сосредоточился, вспоминая свои уроки танцев. – Встань чуть ближе. Одну руку мне на плечо, вторую вытяни.
Рейнольд положил свою руку на талию Пенелопы, немного краснея. Пальцы их других рук переплелись вместе, отчего обоим стало немного жарко.
– Постарайся зеркально повторять мои шаги, – они начали танцевать. Конечно же, Пенелопа не упустила шанс наступить на ногу Рейнольда.
– Прости…
– Ничего страшного, дурашка. Просто следи, чтобы такого не повторялось.
Но всё же она наступила снова. И снова.
– Так не пойдёт, – после получаса безуспешных попыток Рейнольд решил попробовать по-другому. – Закрой глаза.
Герцогиня приподняла бровь, но послушно прикрыла глаза.
– И просто слушай.
Спустя несколько мгновений парень снова взял её за руку, возвращая правильное положение. Её рука на его плече, его рука на её талии… Шаг вперед к нему, два назад, снова вперед, постепенно делая круг по залу… Поднять руку вслед за Рейнольдом и сделать полной оборот вокруг себя… Не размыкая рук, шаг назад, снова вперед... И снова кружиться по залу в танце…
Слуги, что тайно наблюдали за ними, наблюдали, как заворожённые, затаив дыхание и не смея даже шелохнуться. Молодой господин уверенно вёл, придерживая Пенелопу за талию. Герцогиня парила, словно грациозный лебедь, уверенно следуя за братом. Чем громче музыка, тем быстрее они кружили по залу. В особо кульминационный момент Рейнольд приподнял партнёршу за талию, подкинул вверх и почти сразу поймал, опуская на пол. В этот момент все слуги и подошедший герцог ахнули, но подростки даже не обратили внимания, продолжая танцевать.
Но на что Юлиан точно обратил внимание – никогда ещё глаза Рейнольда так не сияли. И он не видел, чтобы Пенелопа так улыбалась.
Глава 4. Первая ссора
Рейнольд был занят тренировкой, когда к нему подошёл Деррек.
– Брат, можно с тобой поговорить?
– Давай после тренировки, если это не срочно.
– Сколько времени тебе надо?
– Минут двадцать.
– Хорошо. Жду тебя у твоей комнаты, – после этих слов старший брат удалился. Рейнольд пожал плечами и продолжил тренироваться. За ним всё-таки с трибун наблюдала сестрёнка. При каждой победе брата Пенелопа радостно кричала и хлопала. Он бурчал, что так бурно реагировать неприлично в мире аристократов, но глубоко в душе он очень гордился. Рыцари кидали на неё неприязненные взгляды, но едва видели злой взгляд Рейнольда, мгновенно отводили глаза.
Закончив с тренировкой, парень поспешил к назначенному месту, гадая, о чём хочет поговорить Деррек. Может, это связано с Пенелопой? Старший брат ни разу не подходил к ней…
– Что ты хотел, брат?
– Ты на что вообще тратишь своё время? – на это Рейнольд только недоумённо нахмурился.
– Не понял.
– Зачем ты помогаешь этой простолюдинке? – из-за этого младший нахмурился только сильней. Да-а-а, разговор о Пенелопе, но не в том ключе, что он думал.
– Она теперь часть нашей семьи. Мы, как братья…
– Мы ей не братья! Наша единственная сестра – это Ивонн! И, как её братья, мы должны её найти!
– Мы уже искали её! Всю ночь фестиваля и дальше! Наши рыцари обыскали всё, что могли! Если даже наш отец не может её найти, что можем мы?!
– Искать! Не тратить время на фальшивку, которую всё равно выкинут, когда вернётся Ивонн!
– Она не вернётся! – кричит Рейнольд, с трудом проглатывая горький комок в горле. При одном упоминании Ивонн сердце сжималось. – Как бы больно не было, придётся это признать! Мы почти год не можем её найти! Ты думаешь, всё это время она провела в тепле, где-то под крышей и с едой?!
– Отец же подобрал ту фальшивку, может, и Ивонн кто-то подобрал!
– Отец уже обыскал всю империю и не нашёл даже её следа!
Пока братья во весь голос спорили, Пенелопа, прячась за колонной, слушала всё это. В глазах щипало. Было больно. Больно за братьев, в которых сейчас говорит отчаяние. И больно от слов Деррека, что она простолюдинка, ненужная фальшивка, от которой избавятся, как только появится Ивонн, настоящая герцогиня этого дома.
– Хватит! Пенелопа никогда, слышишь, никогда не будет нам сестрой! Даже если она была бы похожа на Ивонн, эта фальшивка не она!
Девушка пошатнулась, и из-за этого братья её заметили. Развернувшись, она побежала прочь.
«Никогда… Никогда не будет нам сестрой…» отдавалось в голове и оставляло раны на сердце. А вдруг… Нет, она видела глаза Рейнольда во время танца. Так не смотрят, когда ненавидят, уж этому улица её научила.
«А если он видел во мне Ивонн?.. Не меня, Пенелопу, а свою пропавшую младшую сестру?..»
***
– Ты идиот! Пенелопа! – Рейнольд, бросив злой взгляд на брата, кинулся за сестрой. Догнал он её на чердаке, схватив за руку и обняв.
– Эй, не слушай этого придурка. Я буду твоим старшим братом, несмотря ни на что. Поверь мне.
– И ты… Ты не считаешь меня заменой?..
– Пенелопа, всё это время я видел тебя. Именно тебя, а не свою пропавшую сестру. Да, мне больно из-за потери, но это не значит, что я должен всю жизнь провести в скорби о ней. Жизнь продолжается. Так что не думай об этом. Если что-то произойдёт, просто скажи мне. Обещаешь?
– Обещаю, – Пенелопа немного улыбнулась.
– Так что не грусти, сестрёнка. Хочешь, пойдём на полигон?
– Не натренировался ещё? – улыбка стала шире.
– Эм… Ну…
– Или хочешь снова передо мной покрасоваться?
– Э-э-э-э! – лицо Рейнольда сразу стало красным. – В-Вовсе нет! Что ты такое говоришь вообще?!
Молодой господин вылетел из помещения, проклиная своё смущение. Пенелопа засмеялась, смотря ему вслед.
«Какой же братик всё-таки милый»
***
В это время Деррек, обглядываясь, зашёл в комнату Ивонн. Пошарив в ящиках, он нашёл то, что хотел, и расплылся в довольной улыбке. Это поможет ему, по крайней мере, очернить эту простолюдинку. Может, тогда Рейнольд вспомнит, кого именно нужно считать своей семьёй?
Погруженный в свои мысли, молодой герцог не заметил, что за дверью стояла Эмили.
Глава 5. Подстава с ожерельем
Утром убедившись, что брат и простолюдинка заняты уроком танцев, Деррек зашёл в комнату Пенелопы и подложил украшение ей в шкатулку. После чего быстро выбежал и направился на полигон. Надо обеспечить себе алиби.
Рейнольд с Пенелопой, смеясь, шли в комнату парня. Герцогиня считала комнату брата очень уютной, несмотря на характер её владельца, поэтому чаще всего посиделки они устраивали именно там. Разве что чердак любили больше. Там тихо, редко кто туда заявляется, поэтому на диванчиках на чердаке всегда лежала гора пледов и подушек, а сами дети приносили наверх печенье, сладкое и что-нибудь горячее. И, сделав "домик" из диванов, которые были подвинуты, как им нужно, подушек и пледа, они забирались туда со всем "добром" и болтали там до позднего вечера, пока Эмили не приходила и не сообщала, что пора спать.
Внимание обоих привлекло странное оживление около комнат Пенелопы.
– Эй, вы какого хрена тут забыли?! – крикнул Рейнольд, заметив, что дверь в комнату сестры открыта и там что-то ищут горничные. – Как вы смеете заходить в комнату госпожи без разрешения?!
– Молодой господин, тут такое дело, – ответила самая старшая из них. – Нас послал молодой герцог, обвинив леди… Госпожу, – поправилась она, заметив негодующий взгляд Рейнольда. – В том, что она украла ожерелье госпожи Ивонн.
– Что за бред?! Уйдите отсюда, я сам разберусь!
– Оно здесь! – одна из служанок выпрямилась, держа в руке кварцевое ожерелье.
– Оставь ожерелье и уходи вслед за ними, – приказал парень.
– Брат, ты же не думаешь, что...? – нарушила молчание Пенелопа.
– Конечно, нет! Я с тобой почти всё время, ты бы просто не успела! – возмутился Рейнольд. – А когда кража произошла, интересно знать? Когда он тебя подставлять собрался?
– Не имею понятия, – пробормотала герцогиня. – Пошли к отцу, чувствую, нас сейчас позовут.
– Молодой господин Рейнольд, госпожа Пенелопа, – к парочке подошел дворецкий. – Вас вызывает молодой герцог.
– Я же говорила, – устало вздохнула девушка. – Идём.
***
– Зачем вы меня позвали, молодой герцог? – Пенелопа не волновалась, ведь чувствовала безмолвную поддержку брата.
– Ты украла ожерелье Ивонн. Как только оно пропало, я сразу заподозрил, что это ты, фальшивка.
– Брат, с чего ты взял? Когда ты обнаружил пропажу? – Рейнольд чуть приобнял младшую сестру.
– Сегодня и обнаружил. После тренировки.
– Но Пенелопа почти с самого утра была со мной и вчера вечером тоже! Она не могла!
– Могла бы, если бы встала ночью.
– Да не крала я!
– А ты закрой рот, воровка, – после этой фразы Пенелопа покраснела от злости и хотела убежать, но Рейнольд не позволил, схватив её за руку.
– Брат! Она не…
– Рейнольд, эта нахалка украла ожерелье нашей сестры, а ты собираешься её защищать?
– Эта «нахалка» наша с тобой сестра! А ты её откровенно подставляешь! Ты в комнату Ивонн ни разу не заходил с момента её исчезновения, а тут решил внезапно войти и сразу порыскать в её украшениях?! Хороший брат, просто сказка! Придурок…
Кипящий от злости парень повернулся к сводной сестре и твёрдо громко сказал:
– Я верю тебе, Пенелопа. И кто бы что ни говорил и кто бы что ни делал, даже если ты будешь головной болью для меня или империи, даже если весь мир против тебя, для меня ты – моя младшая сестра. Поняла?
После этих слов Деррек от бессильной ярости сбежал в свою комнату. А Пенелопа счастливо кивнула. По щекам текли слёзы. Ей верят. Её готовы защищать. Не потому то так надо, а потому что не всё равно. Вообще в первую встречу герцогиня ставила на то, что получится подружиться с Дерреком. Он казался ей более спокойным и рассудительным, а Рейнольд, наоборот, тот ещё вспыльчивый грубиян. Но именно он стал её первым другом в особняке, и, что более важно, старшим братом.
Глава 6. Играем по-крупному
С момента подставы прошло две недели. Деррек перекидывался словами с младшими только перед отцом, остальное время игнорировал. Да и сами Рейнольд с Пенелопой не жаждали наладить общение.
Жизнь девушки в герцогстве наладилась: с поддержкой и помощью старшего брата она смогла завоевать если не доверие, то уважение прислуги и дворецкого. Прозвище «фальшивка» теперь использовали очень немногие. Да и не осмелились бы после того, как Рейнольд, услышав такое в адрес своей сводной сестры, обматерил посмевшую сказать это горничную и выгнал её чуть ли не пинком, порвав все рекомендательные письма.
Ночью дверь в кабинет герцога открылась, и вошёл Деррек. Бесшумно передвигаясь, он подошёл к шкафу и, вытащив пятую справа книгу, открыл тайник. Там чуть мерцающий в свете луны лежал браслет. При виде его на лице молодого герцога расползлась ухмылка.
***
Утром, как обычно, Рейнольд был занят тренировкой, иногда косясь в сторону трибун. Сестрёнка запаздывала. Внутренне огорчившись (совсем немного! И вообще ему всё равно!), он снова встал в стойку, напряженно смотря на соперника. Быстрый взгляд вниз, изящный уклон от взмаха мечом и удар своим в ответ. Победа! Рейнольд гордо ухмыльнулся, задрав голову и смахивая пот с лица, явно красуясь перед бегущей к полигону Пенелопе. Улыбка быстро пропала, когда он увидел встревоженное и злое лицо сестры. Она явно торопилась не с победой его поздравить.
– Что случилось?
– Отец вызывает тебя к себе. Этот чёртов Деррек! Короче, вчера вечером пропал браслет вашей мамы, и Деррек спихивает всё на тебя! Пойдём быстрее!
– Вот же ублюдок! – возмутился молодой господин, бросая меч и спеша за сестрой. – Я уверен, это просто месть за ту подставу с ожерельем, что я тебе поверил, а не ему!
– Я тоже так думаю. Но он аргументы хорошие подкидывает…
– Я разберусь в этим, сестрёнка.
– Мы разберемся, – с улыбкой поправила Пенелопа, на короткий миг сжав его руку. Они зашли в кабинет отца. Юлиан коротко кивнул.
– Пенелопа тебе, возможно, уже сказала, но я повторюсь. Сегодня я обнаружил пропажу браслета вашей матери. Его местоположение знают только я, Деррек и ты, Рейнольд. Значит, кто-то из вас двоих украл браслет.
– Это точно был не я, – привычно холодно отрезал старший. – Мне нет причин этого делать.
– Ага, конечно, – вмешивается Пенелопа. – У Рейнольда нет причин, а ты мог отомстить нам за ту ссору!
– Я не опускаюсь до таких вещей. А у Рейнольда больше мотивов, чему меня, «сестренка». Рейнольд заходил в ваш кабинет последним, отец. И я совершенно точно слышал недавно, что у него карманных денег не хватает. И у него нет алиби.
Герцогине пришлось промолчать. Алиби и впрямь не было: сегодня брат ушёл раньше с их посиделок, ибо у него болела голова. Но и это не аргумент: нельзя сказать наверняка, притворяется человек или нет.
В это время Эмили убиралась в комнате молодого герцога и её внимание привлек уголок бумаги, торчащий из книги. Оглянувшись, она быстро достала его и просмотрела. Это был договор.
***
– Господин Эккарт, – в кабинет герцога заглянула горничная. – Я не хотела беспокоить, но вам нужно знать.
– Назовись и говори, – Юлиан не отрывал взгляда от документов, параллельно размышляя над пропажей браслета. С одной стороны, против Рейнольда играют весомые аргументы. Но с другой…
Герцог не мог сказать, что идеально знает своих детей: увы, он полностью был загружен работой и не мог уделять достаточно внимания своим детям. Но одно про младшего сына он знал точно: Рейнольд был слишком гордым и никогда не опустился бы до воровства. Тем более, он был раньше очень близок к матери и ни за что бы не своровал почти единственную память о ней.
– Я Эмили. Я нашла вот это в кабинете молодого герцога, – Эмили положила на стол договор. – Я знаю, что не должна была, и готова понести наказание позже. Но это важно.
Юлиан устало поднял глаза и пробежал глазами по договору. И оцепенел, снова и снова прочитывая строки о продаже золотого браслета с танзанитом. Именно такой он дарил своей жене и именно этот браслет хранился в его тайнике.
– А вот это я нашла за книгой, в которой лежал договор, – горничная положила на стол мешочек с золотом.
– Ещё раз повтори, где ты нашла это? – верить не очень-то хотелось.
– В кабинете господина Деррека, – чётко проговорила Эмили.
– …Спасибо, что рассказала мне, Эмили. Можешь идти. И попроси Феннела позвать Деррека.
– Слушаюсь, господин Эккарт, – девушка вышла из кабинета. Юлиан тяжело вздохнул. Неужели Деррек, его главная гордость, способен на такую подлость? Не прошло и десяти минут, как сын зашёл в кабинет.
– Вы звали меня, отец?
– Да, звал, Деррек. Мне только что пришёл договор о продаже браслета Эвелин, – Юлиан строго взглянул на сына. Тот и глазом не моргнул. – И там написано, что ты продал браслет матери. Тебе не стыдно?
– Но, отец, не думаю, что в договоре написано, что это я. Робертс указал бы «сын герцога Эккарт»...
– Так я и думал… – с горечью произнёс отец.
– Отец?
– Я не говорил ничего по поводу договора. Ни как именно там написано, ни того, с кем именно. И ты можешь это знать, только если сам видел этот договор.
Деррека прошиб холодный пот.
– Отец, я могу-
– Я крайне разочарован тобой, Деррек, – прервал его Юлиан. – В наказание я отстраняю тебя от должности моей правой руки на три месяца. И карманных денег на тот же срок ты лишаешься. Понятно?
– Д-Да, отец… – он почти не моргал, уставившись в пустоту. Из-за одного маленького промаха он лишился карманных денег, а ведь новую сумму должны были выдать послезавтра! И отстранение от дел!
– Можешь идти, – отпустив Деррека, Юлиан посмотрел в сторону Феннела. – Приведи Рейнольда сюда. – Как прикажете, – дворецкий вышел из кабинета.
***
– Брат! – засмеялась Пенелопа. – Ты серьёзно?
– Я думал, это мне путь сократит!
– Вниз по перилам соскользнув?!
– Ну да… Прикольно же вышло… По крайней мере, Ивонн посмеялась, – Рейнольд усмехнулся немного горько, вспомнив свою родную сестру. Ощутив на себе руку сводной сестры, он немного улыбнулся.
– Молодой господин, – на чердак заглянул Феннел. – Вас зовёт герцог.
– Иду… – он встал. – Я скоро приду, сестрёнка.
– Хорошо… Удачи.
По итогу Юлиан в знак извинения увеличил младшему сыну сумму карманных денег. Эмили пересказала Пенелопе все последние сплетни в особняке насчёт поступка Деррека и его наказания. И в «честь» этого Рейнольд с сестрой устроили пикник около озера особняка. Для уединения это место было просто идеальным, так что его тоже очень любили.
Глава 7. Фестиваль огней
Прошло ещё несколько лет. Пенелопе исполнилось 16. Среди мужчин она уже славилась своей красотой. Длинные локоны цвета маджента водопадом спадали до талии. Лицо приобрело кошачьи черты, как и бирюзовые глаза с изумрудными проблесками. Тело было худощавым, но привлекательным.
Рейнольду уже как 4 месяца было 18. Церемония совершеннолетия прошла удачно, разве что подарок отца – волшебную яхту – он утопил в тот же день, что получил. Пенелопа после этого случая долго подкалывала брата.
Юный герцог, впрочем, пользовался популярностью у девушек. Жесткие волнистые волосы цвета раннего рассвета и голубые, словно безоблачное небо, глаза – копия внешности покойной матери и пропавшей сестры. Вдобавок Рей ещё и вымахал на сантиметров 20 выше сводной сестры и шутил над этим, чем постоянно бесил Пенелопу.
– Бра-а-ат! – герцогиня умоляюще посмотрела на брата.
– Чего тебе, мелкая? – тот посмеялся, видя, как сестренка надулась.
– Да сколько можно?! – впрочем, она никогда не могла слишком долго сердиться на Рейнольда. Их споры были частыми, но недолговечными. – Собственно, зачем я пришла… Ты же самый лучший старший братик на свете…
– Давай пропустим часть, где ты задабриваешь меня комплиментами, хотя мне это очень нравится, и перейдём к сути, – улыбнулся молодой господин, нежно потянув сестру за прядь малиновых волос.
– Я очень хочу пойти на фестиваль, братик.
– Нет. Исключено.
– Но, братик!.. Я понимаю, что ты не хочешь повторения ситуации, но ты же пойдёшь со мной! И я не отойду от тебя ни на шаг!
– Дело не в этом! Ладно, в этом, но не только! Зачем тебе на фестиваль?! Тебе не нравятся светские мероприятия?
– Нет… То есть да, но…
– Но?
– Другие леди меня не принимают…
– Ладно, с этим позже разберёмся. Я не понимаю, зачем тебе на фестиваль! Украшения я тебе и так куплю, причем намного лучше, чем там!
– Но, брат!
– Неважно, я сказал «нет», и точка!
Обидевшись, Пенелопа убежала в свою комнату, давя слёзы обиды. Неужели стоило становиться герцогиней, чтобы почти безвылазно сидеть дома, выбираясь только на чаепития, куда её приглашали исключительно поиздеваться, пользуясь тем, что она не может даже накричать?! Это был всего лишь фестиваль, неужели брат не может уступить хотя бы один раз?!
Рейнольд тяжело вздохнул, поднимая взгляд наверх. Он, безусловно, любил свою сводную сестру, но какой же у неё бывает невыносимый характер! Да что она вообще хочет на этом фестивале?! Еду и украшения, что там есть, всегда можно достать и так. Фейверки можно посмотреть и с чердака, или с какого-нибудь другого места. А встречаться с карманниками или кем похуже Рейнольду вообще не хотелось.
Молодой герцог почти забыл об этой ссоре, но, услышав разговор Эмили и ещё одной служанки Пенелопы о том, что сестра не выходит из комнаты и даже плакала, задумался. Ей правда так важен этот несчастный фестиваль? Тяжело вздохнув, розоволосый коротко постучался и заглянул в комнату.
– Ну ладно, ладно, хрен с тобой. Собирайся, пойдём мы на этот дурацкий фестиваль, – эти слова сразу же вызвали у Пенелопы улыбку, и она со счастливым визгом кинулась на шею брата. Рейнольд внезапно почувствовал, что его щёки горят, но немного мягко улыбнулся и осторожно отстранил сестру. – Давай, одевайся. Буду ждать тебя внизу.
– Хорошо. Эмили!
Пока герцогиня собиралась на фестиваль, молодой господин зашёл к себе, оставил пиджак в шкафу, оставаясь лишь в белой рубашке, вишневого цвета брюках и сапогах, и нашарил кошелек с деньгами. Внезапная мысль озарила его, и он ураганом вылетел из особняка, съехав по перилам лестницы.
Когда Пенелопа подошла к выходу из особняка, она увидела ожидавшего её брата с букетом розовых роз.
– Эт-то… В общем, держи, – смущённый Рейнольд пихнул цветы удивлённой девушке. – Прости за ту ссору.
– Спасибо, – она улыбнулась и приняла букет, вдыхая чудесный аромат. – Эмили, отнеси букет в мою комнату и поставь на стол.
Горничная бережно взяла букет и торопливо унесла его, а Пенелопа последовала за братом.
– Придётся идти через тайный ход. Отец вряд ли отпустит, – немного помолчав, он добавил: – Прекрасно выглядишь.
– Спасибо, – радостно улыбнулась девушка в элегантном бирюзовом платье в тон её глазам, и взяла его брата за руку. Рейнольд снова ощутил, что его щёки окрашиваются в красный.
Пройдя через потайной ход в заборе и дойдя до места проведения фестиваля, оба младших гуляли по освещённым улочкам. Пенелопа была просто в восторге, крутя головой во все стороны.
– Братик! Тут столько всего! Смотри, какие красивые украшения! – притащив его в приглянувшуюся ей лавку украшений, герцогиня быстро начала искать глазами что-нибудь интересное. – Бра-а-атик, я хочу вот это! И вот это же!
– Сестренка, только не покупай всю лавку, – подтрунивает Рейнольд, но поворачивается к продавцу. – Сколько?
– Всего лишь 20 серебряных за всё, молодой господин.
Дождавшись, когда брат заплатит за украшения, Пенелопа потащила его дальше по лавкам, иногда прося купить что-нибудь ещё.
– Братик, я хочу те булочки!
– Пенни, может не стоит?..
– Братик Рей, но они же вкусные! Правда! – бирюзовые глаза смотрели на Рейнольда так жалобно, что тот не выдержал и со вздохом кивнул. Купив булочки с яблоком и корицей, сестра подошла к брату и протянула ему.
– Сестренка…
– Ну хотя бы попробуй! – тяжело вздохнув на просьбу младшей, молодой господин подчинился. Ну, не мог он устоять перед сестрой, вот и всё. Да и булочки были вкусными.
Рейнольд раньше не особо понимал стремление людей побывать на фестивале… Но, как оказалось, это не так уж и плохо.
Глава 8. Охотничьи соревнования
На обеде герцог внезапно объявил об охотничьих соревнованиях. Пенелопа настолько загорелась ими, что очень захотела поучаствовать. Разумеется, Деррек был категорически против, но с тех пор, как он потерял полное доверие со стороны отца, его мнение учитывалось мало. А сам Юлиан не видел ничего плохого, чтобы дочурка поучаствовала, тем более что Пенелопа пообещала, что будет охотиться только на мелких зверушек. Рейнольд тоже поддержал сестру и всю следующую неделю, пока оставалось время, учил её стрелять из арбалета: с мечом ей было тяжело, да и рисков меньше.
Наконец-то, всё было готово. Пенелопа вышла к карете за руку с Рейнольдом. Герцог невольно отметил, насколько же красиво они смотрелись вместе. Темно-синяя рубашка молодого господина удачно гармонировала с ультрамариновым платьем Пенелопы, а на шее обоих красовались одинаковые кулоны. Словно специально оделись похоже.
– Чудесное платье, Пенелопа, – улыбнулся Юлиан, когда все сели в карету.
– Спасибо, отец, – девушка светилась улыбкой.
– Рейнольд, кстати, что это? – спросил он, увидев золотое с сапфирами украшение на пиджаке младшего сына. Тот гордо выпрямился.
– Пенелопа подарила. Защитный амулет, который перенесёт меня в безопасное место, если я окажусь в беде.
– Для вас я тоже припасла, отец, – девушка протянула герцогу коробочку с амулетом поменьше и с изумрудами.
– Спасибо, Пенелопа, – он принял подарок и спрятал у себя. – Я обязательно буду его носить.
***
– Почему так долго? – Пенелопа выглянула из кареты.
– Они проводят осмотр на предмет наличия магов, демонических зверей или же магических орудий убийств, – пояснил герцог. – И прежде, чем ты спросишь: бусины в твоём арбалете для охоты, они не будут конфискованы.
– Хорошо, поняла.
Наконец, проверка пройдена, и Эккарты прошли в сад императорского дворца. Вернее, Пенелопе пришлось идти одной и, конечно же, она наткнулась на какого-то мужчину.
– Ой, эм, прошу прощения, я не…
– Не хотели, я уже понял, – грубоватый, но чертовски красивый голос заставил герцогиню поднять глаза. Алые, как рубины, глаза, а волосы… Как расплавленное золото. На его губах красовалась хищная ухмылка.
– Не думал, что миледи настолько груба, чтобы толкнуть меня.
– Вообще-то, я уже извинилась, и это было случайностью! – сразу же вскинулась Пенелопа.
– Прошу прощения, ваше высочество, моя сестра не всегда смотрит куда идёт, – вклинился Рейнольд, вставая между ними. – Будьте снисходительнее.
– Хм, – аристократ опасно усмехнулся и ушёл. Молодой господин повернулся к сестре и чуть ли не зашипел:
– Ты, как всегда, сестрёнка, тебя ни на секунду нельзя одну оставить!
– Я не виновата, что он стоял на проходе! – парировала Пенелопа. – И кто это был вообще?
– Я всегда знал, что ты не особо хороша в истории, но не думал, что не настолько же, – ядовито фыркнул Рейнольд. – Это Каллисто Регулус, нынешний кронпринц. Ты хоть знаешь, какие слухи про него ходят?! – при одной мысли от того, что его любимая младшая сестра может быть с этим сумасшедшим ублюдком, всё внутри кипело. Он не хотел этого. Внезапно, представив на месте Каллисто себя, юноша покраснел.
– Это какие такие слухи про него ходят, что ты краснеешь? – ехидно поинтересовалась девушка. Рейнольд, не найдя слов от смущения и злости, убежал в палатку.
***
На следующий день, переодевшись в симпатичный костюм для охоты – не в платье же по лесам бегать! – и выйдя из шатра, герцогиня сразу же увидела братьев и отца.
– Доброе утро, сестра! – привычно хмыкнул Рейнольд. – Сразу на охоту?
– Доброе, братец Рей, – улыбнулась она. – Нет, леди Келлин пригласила меня на чаепитие, так что сначала я пойду туда.
– Жаль. Встретимся позже, – братья ушли в лес сразу, а Пенелопа пришла к лужайке, где находились девушки-аристократки, что перешептывались между собой. Когда она подошла, они сразу же замолчали.
– Рада, что вы приняли моё приглашение, герцогиня, – поприветствовала её графиня Келлен, приторно улыбаясь. Эккарт напряглась, но ответила:
– Взаимно, леди Глория. Спасибо за приглашение, – она заняла своё место. Перед Пенелопой мгновенно поставили кружку с чаем, увидев который она с трудом удержала бесстрастное лицо.
«Это что вообще такое?!»
В отвратительном на вид чае плавали мухи и ещё какая-то грязь. Уже только глядя на это, хотелось пойти прочистить желудок. Келлин немного усмехнулась.
– Что-то не так, герцогиня? Это редкие чайные листья, что мой жених привёз из путешествия. Разве напиток невкусный для вас? Или же… Слишком привычный?
Взгляд Пенелопы ожесточился.
– Что вы имеете этим ввиду, графиня?
– О, всего лишь то, что вы ведь не аристократка, верно? – девушка прикрыла рот рукой, пряча ухмылку. Все остальные также тихо смеялись над бывшей простолюдинкой. – Рано или поздно в дом герцога вернется его настоящая дочь и надобность в фальшивке отпадет, а значит вас выкинут на улицу, где вам и место.
– Да как вы?! – Эккарт мгновенно вскочила со своего места, роняя стул и сжимая в руках арбалет.
– Пенелопа! – её остановил родной возглас. К месту чаепития стремительно приближался Рейнольд.
– Брат! – голос девушки был заглушён возгласом Глории.
– Сэр Рейнольд! Ваша сестра совсем..
– Молчать, – ледяной взгляд полоснул аристократку. – Возможно, я не успел к началу, но последние слова я слышал отчётливо. Пенелопа, – голос стал мягче. – Что здесь произошло?
– Брат, они подсыпали мух мне в чашку! И сказали, что когда «настоящая дочь герцога» вернется, вы меня вышвырнете!
– Ложь! – испуганно взвизгнула леди Келлен. – Мы не говорили такого!
Вместо ответа Рейнольд подошёл к месту, где сидела его сестра, взял чашку, несколько секунд смотрел на плавающих дохлых насекомых и выплеснул этот чай прямо в лицо Глории.
– А-а-а!!
– Леди Глория!
– А теперь послушайте меня, – младший герцог Эккарт не повышал тона, но это только пугало: это всегда означало, что он слишком сильно злится. – Пенелопа – моя младшая сестра и леди дома Эккарт. Даже если бы Ивонн чудом вернулась, мы бы ни за что не выставили Пенелопу на улицу. Она член нашей семьи. И вы, графиня Келлен, должны относиться к ней с уважением. Герцог узнает об этом, не сомневайтесь. Пошли, сестренка, – слова, адресованные Пенелопе, были произнесены так легко и непринужденно, словно это не он сейчас выдал уничтожающую тираду девушкам.
– Да, брат, – она радостно улыбнулась и пошла следом за ним. – Как ты вообще...?
– Увидел, что тебе требуется помощь? – понимающе усмехнулся Рейнольд. – Просто проходил мимо, пока ловил кроликов, и, кажется, забрёл не туда. Хотел уйти, но увидел тебя и решил понаблюдать. Не мог же я остаться в стороне, когда оскорбляют мою любимую младшую сестрёнку?
У Пенелопы от таких слов сердце замерло. Она кинулась на него с объятиями.
– Братик, ты лучший!
– А?! Кхм, конечно, я лучший! – задрал нос юноша, пытаясь скрыть смущение и прижимая к себе сестру. Сильные руки нежно обнимали её за талию, а горячее дыхание Рейнольда слегка обжигало нежную кожу девушки. Осознав это, оба смущённо отстранились друг от друга. Первый раз они были так близко…
– Кхм, ладно, пойдём! И так кучу времени потеряли с этим дурацким чаепитием!
– Будешь учить меня охоте?
– Конечно! По стрельбе я тебя натаскал, сложно быть не должно, но охота это не только стрельба! На этих соревнованиях я тебя научу, а на следующих уже будешь сама, договорились?
– Так точно, братец, – улыбнулась Пенелопа.
***
Оба весело провели время, охотясь на мелких животных. Рейнольд не хотел оставлять Пенелопу одну, зная её умения напарываться на неприятности, а о том, чтобы взять её в зону для опасных зверей, даже речи не шло. Девушка хоть и быстро усваивала, но новичка тащить туда… Не, не, не, ни за что.
Итоги соревнований были неплохими: у Пенелопы были в числе трофеев косуля, волк, пять кроликов и двое оленей. Рейнольд же смог пробиться на пятое место, поймав двух енотов, трех фазанов, двух косуль, десяток кроликов, лисицу и двух барсов. Деррек же из-за злости смог поймать только пару белых лис и пару волков.
По возвращению домой герцог по просьбе младших детей выпустил кроликов, которые мгновенно запрыгали по саду, к полному восторгу Рейнольда с Пенелопой. Остальных животных выпустили в вольеры, а мертвых отнесли на кухню.
Уже ночью все в доме спали, кроме Рейнольда, который никак не мог сомкнуть глаз. Из головы не выходил образ смеющейся и радостной сестры, которая смотрела на него со сверкающей улыбкой на лице.
«Братик, ты лучший!»
«Брат, у тебя пятое место! Я очень горжусь, что у меня есть такой старший брат, как ты!»
Юноша покраснел и уткнулся лицом в подушку. Дыра в душе от потери Ивонн смогла залечиться, по крайней мере, не причиняя столько боли, как раньше. И в этом заслуга Пенелопы, которая стала ему младшей сестрой.
Но… Хочет ли он быть просто её старшим братом?
Спасибо за чтение
Вернуться к книге