Дивный новый мир!

Глава 1. Первая игра.

— Это что еще за хрень?

Пустынные улицы Токио, хаотично разбросанные по дорогам машины… И ни одного, мать вашу, человека! Куда вдруг резко делись все люди?! Я что, попал на какое-то идиотское реалити-шоу? Нет, полнейший бред… Тогда почему автомобили стоят так, будто в них только что кто-то был, а потом резко исчез? В уличных кафешках стоит горячий обед и недопитый свежесваренный кофе. Солнце в зените, а людей нет совсем. В мегаполисе? Серьезно? Попахивает каким-то дерьмом. Почему я один нахожусь в час-пик в самом оживленном районе города?

Я всего лишь на секунду закрыл глаза и… Случилось это. Даже не закрыл, моргнул. Последнее, что я помню перед этим странным явлением — сраный салют посреди дня. Но его ведь видел не только я, вокруг меня было полно прохожих… Так какого хрена я застрял здесь один?! Дерьмо!

Я с силой пнул мирно лежащий камешек носком черного, как вся моя жизнь, лакированного ботинка. Легкий ветерок символично трепал волосы, обозначая полное одиночество в новом мире. Но я не собирался раскисать — не в моем характере пасовать перед трудностями теперь. Нужно изучить новую местность и понять, почему я тут оказался. В чем идиотский замысел, если он вообще есть.

Раздраженно выдохнув, я двинулся осматривать ближайшие рестораны и бутики в поисках людей или хоть какой-то полезной информации. Ну правда ведь, не мог же я совсем один тут оказаться? Больше похоже на дурацкий сон. Кошмар, если быть точнее.

К моему удивлению, электричество нигде не работало. Вывески не светились неоновыми огоньками, внутри помещения освещались лишь дневным светом. Даже кондиционеры не работали, черт. На улице было жарковато, хотелось немного остыть, но и этого не удается сделать. Я порылся в холодильниках с мороженым, взял одно уже подтаявшее и съел без угрызений совести. Ни кассиров, ни охраны — никто и слова не мог мне сказать. Даже камеры не работали. Как удобно.

Утолив свою минутную слабость, я прошелся по отделам с одеждой. Стоило ожидать, что и здесь мне людей не найти. Эскалатор так же замер, словно на веки вечные, а подниматься на следующие этажи было лень.

— А это даже интересно.

Пока я обходил весь район в поисках… даже не знаю, чего — время близилось к вечеру. Через несколько часов живот предательски заурчал, требуя подкрепления. В одном из супермаркетов я взял рамэн, но, когда понял, что заварить мне его будет нечем — со злостью метнул ни в чем не повинный пакетик обратно в полку, рассыпав остальные по чистому полу. Пришлось довольствоваться консервами и газировкой. В принципе, не самый плохой ужин в моей жизни. Восстановив силы, я уселся на ближайшей лавочке и огляделся по сторонам.

Что ж, можно переночевать в одном из недалеко располагающихся домов — все равно там никого нет. А что делать потом? А потом, возможно, я проснусь и даже не вспомню обо всем этом кретинизме. Я уже встал со скамьи в твердом намерении найти себе ночлег, но меня будто парализовало, когда я увидел загоревшуюся вывеску перед собой. На большом здании внезапно возник белый экран, затем на ней появилась надпись «Игра».

— Игра? Что за чушь?

Будто прочитав мои мысли, вывеска дала подсказку: под надписью появилась стрелочка, указывающая на так называемую игру.

— Вы меня за идиота держите? Какие еще, к черту, игры?

Я крикнул в пустоту, но ответа так и не дождался. А может там будут другие люди? Собственно говоря, выбора у меня особо не было. Или я торчу здесь без намека на цивилизацию, либо узнаю что-то полезное. Любопытство победило, а как иначе. По крайней мере, в этом нелепом сне мне нечего бояться.

Дойдя до местной заброшенной фабрики, я остановился у входа. Мигающие стрелки рисовали путь вглубь, словно завлекая в какие-то непонятные мне пока сети. А может это ловушка? С другой стороны, провести остаток сна таким образом казалось более привлекательной идеей разобраться во всем. Однако странно, что игра проходит именно на такой территории. Что, поинтереснее мест не нашлось, а?

Зайдя внутрь, я обнаружил столик и два телефона. Хм, а что, если с него позвонить? Как только маленький экран в моих руках зажегся, я услышал:

«Идет распознавание личности. Пожалуйста, подождите…»

Я попробовал нажать комбинации, чтобы попытаться позвонить, но мобильник не реагировал. Связи не было. Как странно.

— Бестолковый кусок железа! Нахрена она мне тогда?

«Личность опознана. До конца регистрации осталось две минуты.»

— Какая еще к черту регистрация…

— Похоже, что эти телефоны только для игры, — раздался тихий голос позади меня.

Я аж вздрогнул, совершенно не ожидая увидеть еще одного живого человека. Это была женщина средних лет, угрюмо сидевшая на корточках, привалившись к стене. Темные волосы были спрятаны в тугой пучок, а деловая одежда выдавала в ней офисного работника. Она держала в руках смартфон и неотрывно смотрела на выход.

— А ты откуда знаешь? — раздраженно огрызнулся я, внимательно изучая ее.

— Просто предположила, — пожала плечами та, даже не удосужившись посмотреть мне в глаза.

— Как ты здесь оказалась? Здесь есть еще люди? — аккуратно расспрашивал я.

Женщина тяжело вздохнула, поглядывая на экран.

— Понятия не имею. Я пришла сюда в поисках ответов так же, как и ты.

Я хотел спросить что-нибудь еще, но нас прервали двое, по очереди вошедшие в помещение. Один выглядел слишком юным, больше похожим на ребенка. Второй более внушительным, чем я. Определенно сильный мужик.

— Еще люди? — удивленно пискнул мальчик.

Мужчина же безмолвно оглядел нас, зацепившись за мобильники в наших руках. Затем перевел взгляд на стол, где лежало еще два. Не колебаясь, он схватил их и протянул один ребенку.

— Что нам с этим делать? Мы будем играть в какую-то игру? — опасливо поинтересовался мальчишка, озираясь по сторонам. — А когда мы попадем домой?

— Может, после окончания игры, — предположительным тоном отозвался мужчина.

Когда их телефоны подтвердили регистрацию, голос из рупора эхом пронесся по помещению:

«Для начала игры проследуйте по указателям на арену.»

По стенам зажглись знакомые стрелки, ведущие вглубь фабрики. Мы синхронно развернулись и последовали внутрь. За высокой массивной дверью нас встретило огромное помещение с множеством высоких стеллажей, шкафов и прочей мебели. Затхлый воздух заполонил легкие, выдавливая из себя не произвольное покашливание. Внутри было достаточно темно и только тусклый свет посередине зала освещал небольшой кругообразный столик, на котором что-то лежало. Сзади клацнул механизм замка, означающий невозможность единственного пути отступления.

— Какого черта? — возмущенно рыкнул мужчина. — Вы решили нас здесь запереть?!

Мы переглянулись и медленно побрели к столу, как вдруг голос вновь заставил нас замереть на месте.

«Игра: ОХОТНИК И ДИЧЬ. Сложность: ТРОЙКА ПИК.»

— Карточные масти?

— Что за дичь…

Рядом со мной послышались недоуменные пошептывания. А я лишь дивился тому, какое странное это место. Отдаленно напоминающее мой мир, но совершенно другое. Вопросы об игральных мастях отошли пока на второй план, уступая место неподдельному любопытству.

«ПРАВИЛА:

Четверо игроков заперты на заброшенной фабрике. Один из вас будет Охотником, вооруженным ножом, остальные — Дичь. Цель Дичи — продержаться 30 минут. Цель Охотника — убить всех. Если Дичь выживает — они получают визу. Если Охотник побеждает — он выживает один. Дверь откроется только тогда, когда появится победитель.»

По помещению прошла волна вздохов. Я осмотрелся вокруг, задерживая взгляд на остальных. Мальчуган съежился, отказываясь принимать новую реальность. Оно и понятно, детей пугают подобные вещи. Женщина беспомощно цеплялась глазами за наши лица в надежде более полных объяснений. Мужчина нахмурился, враждебно озираясь по верхам в поиске… Камер? Громкоговорителя? Чего он хочет найти, когда сраная игра уже началась? Остальное сейчас неважно.

— Что значит «продержаться»? — женщина остановила взгляд на нем, как на самом внушительном и более опасном игроке из всех нас.

— Меня больше интересует, кто из нас Охотник, — напряженно бросил мужик, оглядывая нас с головы до пят.

— Мне страшно, я хочу домой! — запищал мальчик, закрывая лицо ладонями.

Как будто таким наивным способом он сможет исчезнуть, ха.

— Мы реально должны убивать друг друга? — наконец подал голос я, пытаясь осмыслить странные правила. — Что это за игра такая? Мы не хотели в нее играть. Нас заставили!

— Никто нас не заставлял. Мы сами сюда пришли, — зорко подметил мужчина.

— Тогда я не хочу больше играть! Я хочу уйти отсюда! — в панике завопила женщина. — Я пришла сюда за ответами, а не за смертью!

Она бросилась к двери, стучала в нее кулаками, била ногами, но та не поддавалась. Мы были заперты в этом проклятом месте.

— Отсюда не выбраться… — захныкал мелюзга, отчаянно мотая головой.

— Дверь не откроется, пока кто-нибудь не победит, — задумчиво пробормотал я. — Значит, придется играть.

— И убивать? Парень, ты совсем спятил?! — мужчина воинственно повернулся ко мне. — А может, это ты Охотник? Обдурил тут всех нас и загнал в ловушку, чтобы убить?

Меня передернуло от такого несправедливого обвинения.

— И зачем мне это? Я что, похож на маньяка? Ты несешь откровенный бред. Может Охотник это ты? Пытаешься сбить нас с толку, чтобы победить самому.

Женщина держалась ближе к выходу, внимательно слушая нашу перепалку. То, что она предпочла быть в стороне — указывает на то, что она не может быть Охотником. Тот бы уже давно что-то предпринял. Но то, что она побежала сразу к двери… А ведь первым, кого я увидел здесь — была именно она! Может это ее особая тактика…

Мальчишка точно не может быть Охотником — он трясется, как осиновый лист и вообще не соображает, что происходит. А этот бугай… Он сильнее нас всех вместе взятых. Он вполне может играть свою роль, нужно быть с ним поаккуратнее. С другой стороны, он бы с легкостью уже сейчас перебил нас всех. Я бросил взгляд на таймер, что был над столиком в середине зала.

Почему отсчет игры не начинается…

Мужчина проследил за моим взглядом, и мы заметили, как на столе что-то блеснуло. Нож.

Осознание пришло моментально. Страх, подгоняемый адреналином, заполнил меня до краев. Я резко рванул к столу, оставляя остальных позади. Мужчина понял все мгновением позже, уже после того, как увидел мою стремительно удаляющуюся спину.

— А ну стой, паршивец! — гневно кричал он мне вслед, отчего я чувствовал разрастающийся азарт. Словно я украл что-то до безумства дорогое в одном из бутиков Сибуи, и за мной погналась охрана.

Он бежал за мной, не разбирая дороги, так, будто от этого зависела его жизнь. Позади я слышал его тяжелое дыхание и это придавало мне уверенности, что я все делаю верно.

Лезвие приветственно сверкнуло, когда я добрался до стола первым. Стоило моим пальцам сомкнуть боевой нож в мертвой хватке, как таймер начал свой отсчет. На экране отобразились наши фотографии. Однако наши роли громкоговорителем не были объявлены вслух.

«Охотник — Нираги Сугуру. Дичь — все остальные. Игра началась!»

Мужчина остановился на полпути, гневно отдышиваясь.

— Ах ты, ублюдок! Самый сообразительный да?

— Ну тут либо вы, либо я. Как будто кто-то из вас не поступил бы так же.

— И что ты теперь убьешь всех нас? А не проще было дождаться конца игры и просто уйти отсюда по истечении времени вместе?

Я презрительно хмыкнул. Тупые люди всегда были мне скучны. Особенно, если в них не было ярко выраженной силы.

— Похоже, ты плохо слушал правила. Игра бы не началась, пока кто-то не взял нож и не стал Охотником. Мы бы застряли здесь все!

— А теперь выживешь ты, а? — издевательски усмехнулся мужчина, не желая мириться со своей судьбой. — Ну уж нет, умник, мы продержимся и сдохнешь только ты.

С этими словами он развернулся на 180 градусов и побежал прочь от меня. Я остервенело огляделся по сторонам. Женщина, стоявшая возле двери — испарилась. Мальчика тоже нигде не было видно. Возможно, когда они поняли, что случилось — попрятались за стеллажи да в шкафы.

Страх за свою жизнь затуманивал разум настолько, что не давал мыслить трезво. Я понимал, что мне нужно убить их всех, чтобы выжить. Конечно, я мог бы остаться в роли Дичи, и тогда нас могло выжить больше — но это очень маленький шанс на победу. Да и мне откровенно плевать на остальных, я их впервые вижу. Важна только моя жизнь. В подобных ситуациях каждый сам за себя — это неотъемлемая истина. А в роли Охотника я уверен в себе гораздо больше. Я много боялся в своей жизни, поэтому получал за это жестокие тумаки судьбы. Но теперь я бью первым.

В зале стало слишком тихо, лишь легкий шорк подошвы от бега периодически сливался с отсчетом таймера. Этот навязчивый звук давил мне на виски отчетливо вдалбливая одну-единственную цель: найти и убить. Убить их, иначе умру я! Этого никак нельзя допустить. Даже если это чертов кошмар, я не позволю своему подсознанию сломить меня. Хватит с меня быть грушей для битья. Я выкарабкаюсь и наваляю ублюдкам даже во сне. Какое же искаженное у меня восприятие мира, если мне вообще снится такое… В таком случае, мне даже не страшно убивать здесь и быть самым последним подлецом. Это же все моя гребанная фантазия, правда? На самом деле я не так ужасен.

Забив болт на моральные рассуждения, я спрятал нож в задний карман брюк и направился к шкафам, что находились у самого выхода. Полагаю, именно там прячутся некоторые из моих жертв, это было бы логично, ведь все они хотят поскорее выбраться отсюда живыми.

Я молча заглядывал за стеллажи, открывал дверцы одну за другой — никого. Устало вздохнул, потому что становилось даже как-то скучно играть. Главное не найти первым мужчину, тот вполне может дать более чем достойный отпор, пусть у меня всего лишь нож. Зато он явно силой превосходит меня, что усложняло задачу. Женщина с ребенком могли не видеть, кто является Охотником. Скорее всего, в силу страха, они забились где-то по углам и не выйдут оттуда, пока не закончится время. Примитивная тактика, но вполне рабочая, если удача окажется на их стороне.

У двери я никого не обнаружил, поэтому пошел вдоль стеллажей, полагая, что слишком далеко от выхода они прятаться не станут. И оказался прав. Тихонько открыв очередную дверцу, я увидел испуганное лицо женщины. Она заткнула рот руками, чтобы не закричать. Несколько секунд она таращилась на меня во все глаза хватким взглядом на наличие оружия.

— Ты Охотник? — громко сглотнув, спросила она, пятясь назад.

В этот момент я услышал детский крик в другой стороне зала. Это даже сбило меня с толку настолько, что я сам чуть было не поверил в то, что Охотник кто-то другой.

Я даже ответить ничего не успел, как женщина восприняла сие случайное стечение обстоятельств по-своему. Даже лгать не пришлось, хм.

— Найди себе другое место! — обезумев от страха, прошептала она, выталкивая меня из шкафа.

Понимая, что сейчас самый нужный момент для атаки, я заломил ей руки и заткнул рот ладонью. Она начала брыкаться, не понимая, что происходит.

— Не думал, что ты такая прыткая, — тихо произнес я. — Стой тихо, не то нас услышат.

Она была совершенно растеряна моим поведением. Она поверила в то, что слышала, будто ребенка убивают где-то в другой стороне, но в то же время я вел себя довольно странно, вломившись в ее укрытие.

— Черт с тобой, оставайся, только сам не шуми, — смирилась женщина.

Судя по всему, та действительно не видела, кого объявили Охотником, так как спряталась раньше. Вот что бывает с теми, кому страх застилает глаза. Ничтожное отребье. Теряют ценное преимущество информации перед врагом.

Когда она успокоилась, я собирался с мыслями, чтобы достать нож из заднего кармана и нанести решающий удар. Это оказалось не так просто, потому что я никогда раньше не убивал. Даже во сне. Черт возьми, да мне никогда такой бред раньше не снился! Переиграл в игры, наверное, когда тестировал одну из них…

Да и плевать! Сейчас не должно быть ничего сложного. Это ведь как в игре, так и во сне. Просто взять нож и воткнуть в жертву. Единственное условие, чтобы выиграть. Собравшись с духом, я вынул нож из кармана и осторожно поднимал вверх, пытаясь прикинуть, куда целиться. И что дальше? С какой силой надо воткнуть, чтобы сразу убить? Чтобы она не залила меня кровью и не орала на всю фабрику, давая остальным меня обнаружить? А все оказывается проще простого.

— Что ты… — начала было женщина, чувствуя острую сталь у себя под ребрами. — Так ты…

Но я не дал ей договорить, чтобы исключить любую возможность пронзительного женского крика. Интуитивно, резким движением руки, я перерезал ей глотку, пока ее щенячьи от ужаса глаза стали расширяться от осознания ситуации. Я не думал, просто действовал — поэтому у меня все получилось. По крайней мере, так мне казалось.

— Сво.. ло.. чь.. — прохрипела женщина, хлюпая горлом, тонувшим в собственной вязкой крови.

Жизнь стремительно гасла в ее глазах, а я не мог оторвать взгляд от этого ужасного зрелища. Почему-то все ощущалось не так, как в компьютерных играх, и уж куда более ярче, чем во сне. Странно… Я посмотрел на свои руки, окропленные чужой кровью.

— Мерзость…

Вытер лезвие о пиджак убитой и вышел наружу, тихо закрывая дверцы ее убежища. Сердце отбивало чечетку в груди — дикий прилив адреналина разогнал меня не на шутку. Теперь я поверил в то, что смогу победить особо не напрягаясь. С мелким разобраться будет проще всего. Самым сложным из них будет мужлан. Уж он-то не купится на мои уловки, зная правду.

Я направился на детский крик, который звучал минутами ранее вдалеке. Решимость немного пошатнулась во мне, когда я постепенно осознавал, что мне нужно убить ребенка. В жизни я бы никогда такого не сделал. Наверное. Или, если от этого реально будет зависеть моя жизнь, я смогу убить беззащитного ребенка? Стоп. А почему меня вообще это волнует в каком-то чертовом сне?! С женщиной было куда проще, а?

Этот мальчик — слишком слабый. Он не выжил бы при любом раскладе. Я убью его, потому что слабым здесь не место. Если бы я оставил его в живых, он бы ничего не понял и продолжал бы пресмыкаться перед другими и ныть, насколько херова его жизнь. В момент смерти, возможно, он осознает все, что я делаю. И обретет покой… Без угроз и издевательств. Но он должен получить этот урок! Как его получил я…

«До конца игры осталось 15 минут.»

Черт, время поджимает! Это подстегнуло меня поторопиться.

Добравшись до приблизительного места, где кричал ребенок, я не обнаружил, конечно же, никого. Открывал двери одну за другой в поисках, но тщетно. В какой-то момент я решил, что он испугался и убежал (ведь что-то напугало его тогда?), найдя себе другое укрытие. Поэтому, когда очередная дверца лениво открылась перед моим лицом, я увидел силуэт, выпрыгивающий оттуда и стремительно побежавший прочь. Он промелькнул слишком неожиданно, чтобы я успел что-то сообразить.

И я рванул за ним, остервенело поглядывая на таймер. Блядский мальчишка не мог далеко уйти!

Я гонял его от стеллажа к стеллажу, но он упрямо продолжал бежать. На что все-таки способны страх вкупе с жаждой жизни, а? Я поражался этому юркому мальцу, даже стало жаль убивать его. Но я тоже хочу жить, и это важнее всего прочего.

А что я бы делал на его месте, будучи Дичью? Пытался бы выжить любой ценой. Что, собственно, и сейчас пытаюсь сделать. Нас отличает одна существенная деталь — только у меня есть оружие и преимущество. Потому что только я додумался до сути первым. Значит, я имею больше прав на жизнь, чем они все вместе взятые. Сдавшиеся неудачники.

Загнав пацана в угол, я вытащил нож и раскинул руки в обе стороны, чтобы не упустить свою дичь.

— Пожалуйста, не убивай меня! Я хочу вернуться домой к родителям! — с одышкой запинался мальчик, пятясь назад.

Я отчетливо ощущал свою власть на кончиках пальцев, сжимающих рукоятку ножа. Она контрастом схлестнулась с обреченностью невинного ребенка. Я занес оружие… И ничего не смог сделать. Несколько мгновений мы смотрели друг на друга. Из глаз мальчугана потекли слезы. И я не понял, разозлило это меня или растрогало. Но оставило в оцепенении точно. Флешбекнуло на много лет назад…

Он не хотел умирать… Я тоже. Но он был мне не ровней. Я больше не тот хлюпик!

У меня не было другого выбора тогда. Но есть сейчас.

— Прости малыш, но ты слышал правила игры, — я непреклонно пожал плечами, приближаясь к нему. Во мне заговорила обида за прошлую жизнь, где я был пресмыкающимся слабаком, лишь бы меня не трогали. Лишь бы не били еще сильнее. И я не могу теперь проиграть сопливому ребенку!

— Ты мог выбрать не быть Охотником! Почему ты это сделал? — сквозь слезы пытался понять пацан, вытирая мокрые дорожки на щеках ладонями.

— В жизни надо бить первым. Иначе всегда будешь в проигрыше. Либо ты, либо тебя… Понимаешь? — я не знаю, зачем объяснял ему то, что вколачивал себе в башку миллионы раз после школы. Хотел, чтобы эта правда въелась мне под кожу и не позволяла больше давать слабину.

Но он не понимал. Он был слишком чист для этого мира. Он плакал, оттягивая неизбежное. Не хотел верить, что жизнь обошлась с ним так жестоко. Ведь малой не сделал ничего плохого!

— Ты думаешь, что жизнь несправедлива, — будто бы оправдывая себя, вновь заговорил я под детские всхлипывания. — Так и есть! Вот она, голая правда, пацан. Без розовых соплей, в которые ты веришь.

«До конца игры осталось 5 минут.»

Черт! Я тут наболтал на целых 10 минут и совсем потерял счет времени! Пора заканчивать…

Я схватил мальчишку за шиворот и вновь занес оружие.

— Эй, ты, не тронь его! — взревел грубый голос позади меня.

Я вздрогнул от неожиданности и развернулся. Запыхавшийся мужчина стоял вдалеке от нас, угрожающе сверкая глазами.

Теперь я понимал, нужно действовать сейчас, либо никогда. Другого шанса уже не будет. Твою мать!..

Лезвие незамедлительно врезалось в хилую тушку мальчишки. Зал пронзил оглушительный душераздирающий крик. Я отпустил его и закрыл уши от неприятно давящего звука. Тело ребенка обмякло на полу, пока кровь растекалась вокруг него.

— Какая же ты тварь!

Разъяренный мужик побежал на меня с голыми кулаками. Сердце в груди было готово выпрыгнуть наружу от страха неизбежности. Рука с ножом затряслась от прилива адреналина. Но я буквально врос в землю, ведь настал финальный аккорд этой игры. Либо ты, либо тебя. Третьего не дано. Никогда.

Я пришел в себя только тогда, когда ощутил затылком стену. Этот верзила впечатал меня в нее со всей дури. Нож валялся где-то на полу, а кисть сильно заныла.

Да, в правилах не было оговорено, что Дичь также может нападать на Охотника. Этот момент я как-то не продумал. И оттягивал его до последнего.

Дерьмо.

— Ты убил его! — орал на меня мужчина, занося внушительный кулак над головой.

И меня это стриггерило. Жестко и внезапно. Дыхание стало порывистым, как в те дни, когда я не мог противостоять сильным. Теперь страх смерти буквально дышал мне в спину. А я не мог пошевелиться.

— Не убивай меня! — голос казался совсем чужим, будто… Это кто-то из прошлой жизни молит о пощаде.

— А ты пожалел ребенка? — не унимался мужик, сильно встряхивая меня за грудки. — Нет, ты убил его и глазом не моргнув, мерзавец! Теперь твоя очередь умирать. Такая падаль, как ты, не достойна жить!

Пожалел? Я?

Что-то в голове щелкнуло, приводя в чувства. Неистовая ярость волнами накрывала потрясенное сознание. И вот он, удар. Прям в челюсть. Казалось, будто этого я и ждал. Боль отрезвила одним махом.

— А меня кто-то когда-то жалел?! — взревел я, вновь не узнавая собственный голос.

Собрав все силы, я оттолкнулся от стены и повалил верзилу на пыльный каменный пол. В порыве ярости мои кулаки нашли его наглую морду и стали неистово избивать. Но этого было мало. Моя сила против его ничтожна, пусть и на адреналине. Мужчина пытался встать, но я нащупал рядом с собой тот самый нож и принялся с особым неистовством вонзать в его тело. Раз за разом, вдалбливая этому мудаку, что никто больше не посмеет меня тронуть.

— Больше.. Никто.. Не ударит.. Меня!.. — я наносил удары с яростной четкостью. — Любого.. Убью!..

И только когда мужчина начал харкаться сгустками крови, меня отпустило. Таймер отсчитал последние секунды. Голос объявил о конце игры и победе Охотника. В двери щелкнул механизм, и она со скрипом распахнулась. Я медленно поднялся с мертвого тела последнего игрока и посмотрел на свою спасительницу. По лезвию стекала кровь моей победы. Я символично обтер нож о свои брюки.

— Вот так заканчивают трусы и такие тупицы, как ты.

Смачно плюнув рядом с безжизненным телом мужчины, я неторопливо поковылял на выход с арены. На столике лежала карта тройки пик.

— Интересно. Что это вообще значит?

Повертев ее в руке, я сунул своеобразный трофей в задний карман брюк. И только сейчас, пройдя весь этот сумасшедший путь я задался вопросом, почему я до сих пор не просыпаюсь?!

Глава 2. Вербовка.

«Победителю выдана виза. Остаток дней на визе: 3.»

Вновь вдруг заговоривший голос из рупора заставил меня вздрогнуть. Но до сих пор не проснуться, мать вашу. Какая еще, к дьяволу, виза?! Я что, в какой-то стране нахожусь? Чушь собачья. Это просто очередной идиотский сон после суток беспрерывной работы. Постой-ка… А как вообще я заснул? Я же на обеде вышел на улицу подышать. Неужели так сморило? И как вообще я это помню… Во сне.

Я задумчиво вышел из фабрики, осматриваясь по сторонам. По мне, так обычный Токио. Только без людей. И электричества. Стоп, но на игре электричество работает. И люди тоже появились именно на ней. Если думать, что это может быть взаправду — чокнешься. Как вообще такое можно выдумать!

Уже достаточно стемнело, свет позади немного освещал путь. Неподалеку послышался знакомый характерный шум. Я нахмурился и посмотрел в сторону звука, сжимая нож в руке. Из тени ко мне шагал внушительный мужчина. Я его впервые вижу, но он выглядит решительно настроенным. Его суровый взгляд сначала огибает фабрику, затем вновь возвращается ко мне. Я не спешу показать ему свой страх и достаю нож, лениво прокручивая его пальцами.

— Спешу тебя огорчить, но игра уже закончилась.

Здоровяк остановился в нескольких метрах от меня. Стрижка бокс, черная борцовка и брюки цвета хаки. Похоже, этот здоровяк — военный. Он как-то пристально прищурился на мне.

— Ты один что ли выжил? — бровь мужчины сомнительно вздернулась.

— Ну да, а что?

Меня даже задел такой вопрос, а он лишь небрежно хмыкнул, полностью игнорируя мой ответ.

— Какая была масть?

— Слушай, мужик, игра уже закончилась. Какая тебе разница? — я уже хотел было уйти, чтобы остаться одному и придумать, как уже наконец проснуться. Но любопытство заставляло меня поддерживать этот странный диалог.

— А ты новичок, как я погляжу, — усмехнулся военный, опуская ладонь на кобуру. Только сейчас я заметил, что он вооружен. Интересно, откуда у него оружие? Мне вообще чисто случайно повезло раздобыть нож. Если бы я не пошел на игру — скитался бы дальше пустой, и может нашел бы на свою задницу неприятностей похлеще. — Твоя первая игра?

Я недоуменно вылупился на него.

— А что, есть еще игры?

— А то ж. Думаешь, почему я здесь?

— Хрен тебя знает. Когда проснусь, даже не вспомню об этом.

— Проснешься?

Мужчина разразился громким хохотом, будто я сморозил какую-то дичь.

— Похоже ты еще не понял, где оказался. Однако тебе крупно повезло выжить в первой игре. Так, какая она была? Масть, номер карты.

Он настолько спокойно говорил полнейший бред, что мне уже даже смешно не было. Я смотрел на него, как на умалишенного. Так и быть, подыграю этому бедолаге.

— Тройка пик.

— Неплохо.

— И что это значит?

— Цифра — уровень сложности, масть — отражает характер. У тебя была игра на силу.

— Я все равно нихрена не понял. Бывают какие-то еще?

— Даже удивительно, что ты выжил, — он усмехнулся. — Расскажи мне про игру.

Раздраженно выдохнув, я рассказал ему все о тройке пик. С каждой новой порцией информации он хмурился все больше, задумчиво поглаживая рукоятку пистолета. Похоже, мужчина был крайне удивлен.

— Значит, перехитрил всех, — заключил он под конец истории, буравя меня стальным взглядом. — И убил.

— Ооой, не ты ли мне нотации будешь читать? — я скривился, показывая свое явное нежелание слушать эту бесполезную муть. — Сам-то явно не легко отделался, раз со мной тут стоишь.

Мужчина криво усмехнулся, переводя взгляд на фабрику.

— Ты забрал карту?

— Ну да.

Похоже наш разговор ему наскучил, я понял это по посерьезневшему взгляду военного.

— У тебя осталось 3 дня.

— До чего?

— Через 3 дня твоя виза кончится, и ты умрешь.

Теперь уже откровенно расхохотался я.

— В смысле? Я же выиграл игру. Я выжил, а они умерли. Да и к тому же, как я могу умереть во сне? Мужик, завязывай так шутить.

Военный осмотрел меня с ног до головы. Я ощутил, как его взгляд цепляется за кровавые пятна на моей одежде. Его глаза зацепились за нож в моей руке.

— Ты не спишь. Это — теперь твоя новая реальность. Заруби себе это на носу как можно скорее, если хочешь выжить тут. В начале все думают, как ты. Быстрее поймешь — проще будет.

— Ой, да хорош за…

— Заткнись и послушай меня, если жизнь дорога, — властно оборвал меня мужчина, нетерпеливо постукивая пальцами по кобуре на поясе. — Ты только попал сюда, а я здесь уже… Некоторое время. Я видел смертей больше твоего. Раз уж мы встретились, у меня к тебе есть предложение: я предоставлю тебе кров со всеми благами цивилизации, взамен ты отдашь мне карту и присоединишься к нам.

Даже мой воспаленный мозг не способен придумать подобную херню. Все это выглядело бредом сумасшедшего, который даже во сне-то нереально вообразить. Конечно же, я не верил ни единому слову. Три дня до смерти, чертовы игры, люди исчезли, электричество не работает… Какие-то блядские карты. И этот ебанутый старикан?!

— Эти карты так важны? — с сомнением поинтересовался я, окидывая мужика небрежным взглядом. — И к кому это, к «нам»?

— Ты все узнаешь, если поедешь со мной. Один ты тут вряд ли протянешь, — безразлично пожал плечами он. — Но решать тебе.

Сука, опять проигнорировал! Я что, для всех пустое место?! Во всех мирах??

Не дожидаясь ответа, военный развернулся и неторопливо зашагал в обратную сторону. Я сжал нож в руке, лишь несколько секунд обдумывая предложение здоровяка. Подобная встреча не могла быть случайностью. Он не просто так сюда пришел. С ним я могу выяснить подробности этой идиотской заварушки, в которую попал каким-то странным образом. Там, откуда пришел этот бугай — есть другие люди. Доступ к душу и еде — звучит очень соблазнительно в нынешних реалиях (которые я пока еще не понимал).

— Ай, ладно!

Спрятав нож в карман, я двинулся вслед за мужиком, оставляя светящееся табло фабрики позади. Оказывается, неподалеку была припаркована машина. Мужчина отвел меня к ней и жестом намекнул садиться.

— Твоя тачка работает? — я был поражен этим фактом, когда вокруг все выбилось из строя.

— Я не обязан с тобой трепаться всю дорогу, — грубо отрезал он, опускаясь в водительское сидение.

— Вот как… А до этого был сама дружелюбность, — едко заметил я, садясь рядом на пассажирское.

— Как тебя там зовут? — вдруг спросил грубиян, даже не оборачиваясь.

Я аж поперхнулся от неожиданности. Не может же мне так крупно повезти.

— Нираги. А тебя?

— Заткнись, Нираги.

А, показалось. Ха!

— Эй, а…

— Всегда так много болтаешь? Приедем, и ты все узнаешь.

Мотор взревел, и мы покатились по пустынным улочкам Токио в неизвестном направлении.

***

Путь был недолгим и спокойным. Я решил не раздражать здоровяка, и спокойно отпыхнуть в своих мыслях. Меня всю дорогу тревожил тот сраный факт, что я никак не могу проснуться от этого странного кошмара. Каким-бы воспаленным бредом он ни был, все ощущалось слишком… Реально. Признаться, это немного нервировало. Обычно мои редкие сны не такие насыщенные. И в половину менее сумасшедшие.

Как только машина начала подъезжать к закрытым воротам какого-то отеля, я слегка напрягся. Какого-то лешего там действительно был свет. Громко играла музыка и были даже слышны голоса других людей. Интересно, как им это удалось? Но спрашивать я не стал, держа в памяти слова этого психа с пушкой за рулем. Придется побыть паинькой, пока все не выясню.

Над нашими головами красовалась вывеска «Seaside Paradise Tokyo». Никогда здесь не был, но место показалось мне отдаленно знакомым. Может, видел по новостям или в соцсетях. Ворота открылись, какой-то мужчина с ружьем кивнул моему водителю и пропустил нас. Мы без проблем въехали в зону отеля и припарковались у главного входа, где находилось еще несколько машин. Нихрена себе, улов! А вот на заднем дворе, судя по всему, и проходило все веселье.

Мой нерадивый спутник повел меня по внутренностям отеля. Так как электричество здесь работало, мы поднимались на верхние этажи на лифте. По пути нам встретилось несколько человек в бикини. Я откровенно усмехнулся их дебильному виду. Оказавшись на последнем этаже, военный привел меня в пустой, достаточно просторный кабинет.

— Сейчас сюда придет глава отеля и все тебе расскажет, — как всегда лаконично пояснил мой компаньон.

Главный босс не заставил себя ждать. Дверь с шумом распахнулась, заставив нас повернуть головы.

— Ну и зачем меня отвлекли на этот раз? — протянул ленивый властный голос.

Внутрь вошел мужчина вальяжной, ленивой походкой. Он был среднего телосложения, даже хилый, я бы сказал. Солнцезащитные очки, плавки и недешевый халат — этот странный образ еще больше сбил меня с толку. И это босс такого важного места? Клоун какой-то.

— Агуни, ты привел к нам новичка? — он обратился к военному, вопросительно выгибая бровь.

Так значит у тебя все же есть имя, язва колючая.

Тот был, как всегда, немногословен — удостоил своего босса коротким кивком в мою сторону. Мужчина в халате внимательно осмотрел меня.

— И чем он хорош?

— Один выиграл в тройке пик. Всех перебил. Быстрая реакция и хладнокровность мне не помешает, — ровно пояснил Агуни, разминая шею для пущего веса своих слов.

— Вот как, — босс сел за стол напротив нас. — Ты принес карту?

Теперь он уже соизволил обратиться ко мне напрямую. Я вытащил помятую картонку из кармана и показал ее ему. Щетинистый уголок губ босса тронула кривая ухмылка.

— Давай ее сюда.

Я неспешно подошел к столу и протянул дурацкую карту мужчине. Он порылся в ящике, достал оттуда небольшую коробочку и положил внутрь мой трофей. Интересно, чудик хранит самое ценное в этом тряпье?

— Как тебя зовут?

— Нираги. А ты…

— Меня можешь звать Шляпником. Я создал это место. Мы называем его Пляж. Если ты будешь придерживаться двух простеньких правил и нашей идеи — мы поладим. — он расслабленно откинулся на спинку стула и вынул из кармана золотистый портсигар с зажигалкой.

Ну конечно, куда ж без этого!

— А поподробнее?

— Смотри, какой нетерпеливый! — усмехнулся Шляпник, поглядывая на Агуни. Поджег сигарету и затянулся. Военный лишь закатил глаза, в который раз. — Твоя любознательность заразительна. Познакомимся поближе. Мой пляж задуман как утопия, безопасное место, где игроки обретают надежду, объединяясь, чтобы найти все карты и вернуть всех домой. Правила этого места просты. Первое — все участники носят купальники…

Я непроизвольно прыснул, перебивая босса.

— Это еще зачем? У вас здесь какая-то пляжная секта?

— …потому что в них нельзя спрятать огнестрельное оружие, — спокойно продолжил Шляпник, выпуская едкие клубы дыма в воздух. Он словно повторял эту заученную речь каждый день. — Это делает пляж безопасным для всех. Игроки могут свободно пить, принимать дурь и заниматься сексом, сколько душе угодно. Однако все дверные замки заклеены суперклеем, так что никто ничего не может от нас спрятать.

— Ну и какой прикол тогда в этом всем… — несколько разочарованно присвистнул я.

Агуни смерил меня холодным взглядом, вынуждая заткнуться.

— А он мне нравится! — как-то слишком весело усмехнулся Шляпник, тряхнув рукой с сигаретой. Видимо в его табаке дурь. — Дерзкий и любопытный. Интересно будет выяснить твою истинную специализацию. Но вернемся к последнему правилу — все карты принадлежат пляжу. Тот, кто приносит больше карт, получает повышение в ранге.

Я вопросительно округлил глаза. Что за бред несет этот мужик… Аж голова кругом идет.

— Да, в моей утопии действует ранговая система. Каждому жителю Пляжа присваивается номер, который указывает на его статус в организации: чем ниже номер, тем выше ранг. Номер 1, то есть я — глава организации, а ранги со 2-го по 9-й — члены руководства.

Шляпник поднял руку и небрежно покрутил своим браслетом с указанным числом.

— Нас пока не то, чтобы много. Но с каждым днем сюда прибывает все больше людей, — он стряхнул пепел в хрустальную пепельницу.

Я задумчиво потер подбородок. Что ж, условия вполне себе неплохие, если я действительно остаюсь в этом мире надолго. Идея безумного Шляпника звучит любопытно, и мне ничего не остается, кроме как согласиться проверить ее воочию. В конце концов, не сидеть же в одиночестве и ждать чуда?

— По рукам. Когда я получу оружие?

— Эй-эй! Прыткий какой, — вновь засмеялся Шляпник, медленно поднимаясь на ноги. — Оружием у нас заправляет фракция боевиков. Агуни их лидер и моя правая рука.

Я оценивающе посмотрел на военного, который изредка переводил свой ленивый взгляд то на меня, то на своего босса.

— Для получения ранга у тебя еще очень мало добычи. Если хочешь попасть в банду Агуни, придется нас удивить, — продолжал Шляпник, по-хозяйски прохаживаясь по своему кабинету. — Сделаем вот как: завтра съездишь на игру с другими участниками Пляжа. Если принесешь еще одну карту, мы сможем примерно определить твою специализацию и назначим в отряд боевиков. Если хорошо себя покажешь, разумеется. После этого познакомишься с остальными членами руководства.

Вот как. Проверить меня решили. Что ж, я бы сделал точно так же. Не промах этот Шляпник. Кажется теперь я начинаю понимать...

— Но у меня ведь еще 3 дня отсрочки. К чему такая спешка?

— Хочешь привилегии — придется попотеть, — коротко пояснил военный.

— Зачем мне ехать с другими игроками? К тому же, откуда нам знать, какая будет игра? Я вообще не понимаю, что значат все эти масти…

— Агуни разве не объяснил тебе? — удивленно вскинулся Шляпник.

— Твой друг… — я перевел небрежный взгляд на военного. — Немногословен.

Тот презрительно прыснул, скрестив руки на груди.

— Тоже верно, — щелкнул пальцами безумный босс. — Что ж, как ты уже понял, пики — игра на силу. Есть еще бубны — подходят больше для интеллектуалов. Трефы — командная игра. А червы… Ух, с ними явно стоит быть начеку. Это игры с людскими сердцами. Они самые коварные, мой друг.

Я призадумался над его словами. Раз они так много знают, значит уже играли во все масти. Либо другие участники пляжа им рассказали. В любом случае, Пляж владеет информацией куда лучше, чем я. И с ними можно узнать еще больше. Пики, как выяснилось, мне по зубам. Бубны — раз плюнуть. Трефы… Я явно не командный игрок, но ради выживания пойду на все. Не думаю, что будет тяжело. Хоть это и означает, что придется доверяться абсолютно незнакомым людям…в критических условиях. Опасно, но раз это в наших интересах, то все будут выкладываться на полную. Похоже, серьезно опасаться стоит только червей. Что ж, звучит крайне волнительно! В жизни такого не встретишь. Больше похоже на игры, которые я тестирую.

— Мы собираем команды на каждую игру из людей всех специализаций — чтобы было больше возможностей выиграть и получить карту. Так как ты у нас новичок, тебя отправим с полным составом игроков всех карточных мастей. Это уменьшит риски и увеличит шансы на победу.

— Умно, — одобрительно согласился я.

— Соображает парень, — сразу подметил Шляпник, довольно кивая Агуни. — Если это все на сегодня, то я отправляюсь обратно в свои покои. Агуни отведет тебя в твой номер. Выбирай… Любой, на нижних этажах. Пустых пока завались! Если справишься с заданием — повысим тебя, переедешь на верхние этажи, поближе к руководству. Завтра утром устрою собрание по выборке команд на игры.

С этими словами хороший полицейский покинул свой кабинет так же внезапно, как пришел. Агуни повернулся ко мне.

— Идем.

Коротко и ясно. Да, с ним не забалуешь. Погруженный в собственные думы, дабы переварить все услышанное, я проследовал за плохим полицейским.

Глава 3. Знакомство с Пляжем.

Утро наступило быстрее, чем я ожидал. Оказывается, я настолько сильно вымотался после игры, что стоило мне переступить порог номера, как меня попросту вырубило. Я даже не ел, черт возьми. Живот предательски заурчал, требуя топливо для энергии. Вчера вечером после знакомства с главой Пляжа, Агуни отвел меня на второй этаж отеля и любезно предоставил выбор любого свободного номера. Вернее, просто кивнул на двери и свалил в закат. Как трогательно. Я долго раздумывать, конечно, не стал, ибо смертельно устал от пережитого за один день. Ввалился в комнату с двести каким-то номером.

Меня разбудил настойчивый стук в дверь. Я еле разлепил глаза, рассеянно осматриваясь по сторонам. Все тот же номер… Вчерашние воспоминания начали постепенно ко мне возвращаться. Значит, это не сон. Я все еще здесь. И если я тут спал… Смог уснуть… А теперь проснулся… Старик не врал? Вот же дерьмо! Где мы все, черт побери?!

Дверь отворилась, из-за нее настороженно выглянула высокая девушка с короткой стрижкой.

— Ты Нираги? — сразу же перешла к делу она.

— Черт! А стучаться тебя не учили? — гневно откликнулся я, вяло приподнимаясь на локтях. — Никаких манер в этом притоне.

— Значит, ты, — безапелляционно констатировала девица, одарив меня снисходительным взглядом. — Собирайся, Шляпник скоро начинает собрание. К тому же, я стучалась.

Сказала это так, будто Агуни ей уже все уши прожужжал про мои таланты. Она уже собиралась было скрыться за дверью, но я окликнул ее.

— Эй! Еще раннее утро, какое, нахрен, собрание? До игр еще полно времени. И… — в животе снова заурчало. — Черт возьми! Я ничего не ел со вчерашнего дня.

Брюнетка смерила меня пристальным взглядом и коротко кивнула на мини-холодильник в стене возле окна.

— Там есть все необходимое на первое время. Ждем тебя через пол часа в общем зале — это приказ босса.

С этими словами она развернулась и захлопнула за собой дверь.

Вот стерва какая.

Сначала я решил позавтракать скромными запасами из своего холодильника. Добротная банка консервов, еще какая-то сытная штуковина и прохладная бутылка зеленого чая. Затем наспех принял душ, чтобы выглядеть, как человек. Ведь вчера у меня не было сил даже на это простецкое дело.

Расслабившись под струей теплой воды, я позволил себе немного поразмышлять о пережитом. Конечно, времени у меня было немного, но безумные мысли настойчиво лезли в голову.

Если это правда — то, о чем говорили Агуни и Шляпник, выходит, я убил людей. По-настоящему. Не как в какой-то игре, даже не во сне. Наяву. В каком-то бредовом параллельном мире что-ли… В этом еще предстоит разобраться. А пока…

— Я их убил, — с какой-то странной, почти болезненной осознанностью сорвалось с моих губ.

Капли стекали по коже, но я будто не чувствовал их. Вообще на миг потерялся во времени и пространстве. До сих пор я был уверен, что все это — идиотский сон. Яркий, безбашенный, но все же сон. И как же резко пришло сейчас осознание обратного.

Мне было жаль их?

Не знаю. Тогда, наверное, нет. В моменте было плевать. Особенно, когда адреналин захлестывал по самые уши. Когда пришлось выбирать: или я, или они. А теперь?

Разве что, пацана…

Я прикрыл глаза и нервно провел ладонью по лицу, словно стирая с себя всю вину.

Черт!

Я с силой ударил ногой плитку на стене. Но в ответ мне последовало не облегчение, а только боль. Острая, резкая. Отрезвляющая.

Я убийца.

До этого момента я вообще не представлял, что способен отнять чью-то жизнь. В реальности. Будь это даже чёртов параллельный мир, в коем я хрен знает как оказался, или типа того.

Поэтому, можно сказать, я убил этих невинных людей неосознанно. Вообще не отдавая отчёт в своих действиях.

А узнай я об этом месте ранее, я бы поступил иначе?

Хм.

С другой стороны, в подобной ситуации всегда выбираешь себя. Правда ведь? Это разумно и единственно верно, если собственная шкура дорога. Я ведь не самоубийца. И уж точно не альтруист.

Мальчишка не виноват… Никто не виноват, что оказался здесь. Но тут либо ты, либо тебя. Третьего не дано. Он был просто не способен выжить в этих играх, а я да. Теперь выжил. И довольно быстро, неплохо так адаптировался, чтобы продлить себе еще жизнь. Такова новая реальность… С группой выживать будет разумнее. Особенно, если я хочу понять, как отсюда выбраться. Поэтому я должен показать себя, чтобы во мне больше никто не смел сомневаться. Первое впечатление всегда важно, как ни крути.

А мне ещё винтовку выбивать.

Оправдав себя жесткими, но логичными аргументами, я вышел из ванны, наскоро собрался и направился на собрание местной элиты.

***

— Слева направо: Кузурю — специализация бубны, Мира — черви, Анн — тоже бубны, — самодовольно провозгласил Шляпник, обводя сзади стоящих пальцем, даже не поворачиваясь к ним. — И мы с Агуни специализируемся на пиках. Для полного набора не хватает, конечно, трефового игрока… — он задумчиво потер подбородок, как всегда беззаботно перепрыгивая с темы на тему. — Но в общем и целом — это все наше руководство на данный момент. Если хочешь сюда попасть — придется потрудиться, дружок. Кто знает, может ты станешь нашим трефовым трофеем, а?

Босс обнажил зубы в фанатичной улыбке, а я саркастично прыснул.

Я — командный игрок?? Что за чушь собачья!

Бегло оглядев исполнителей, мой взор уцепился за карэшку на длинных ножках. На этот раз она, как и Шляпник, тоже скрывала свои глаза за темными очками. Значит эта фурия тоже исполнитель, так еще и бубновый.

Мужчина в прозрачных очках выглядел излишне строгим, особенно с таким-то хмурым лицом и закрытой позой в виде скрещенных на груди рук.

Больше всего в этой компании меня удивила дамочка с неприлично-хитрым выражением лица. Раз ее специализация черви — она наверняка сама не от мира сего. Ее взгляд будто проникал тебе под кожу. Я отвел свой. Странное ощущение.

— Разношерстная у вас тут тусовка, — оценивающе кивнул я Шляпнику. — Но для чего здесь такая система?

Босс ухмыльнулся, сложив ладони словно в молитве, и придвинулся ближе так, что кресло под ним слегка скрипнуло.

— После победы в каждой игре выдают одну числовую карту. Обнаружив эту закономерность, мы создали альянс и начали их добывать. Как только мы соберем всю колоду — сможем покинуть эту страну и вернуться в наш мир.

— Страну?

— Ну визы же нам не просто так выдают, — снисходительно развел руками Шляпник. — Смекаешь?

Остальные члены управления тоже смотрели на меня, как на фрика. Кроме Агуни — тому, казалось, вообще до лампочки все происходящее. Его усталый взгляд выдавал желание поскорее покончить с этим театром абсурда. Что ж, эта позиция мне больше по душе.

— А к чему тут бойцовский клуб? У вас какие-то специфичные развлечения по вечерам проходят?

Шляпник откинулся на спинку кресла, заведя руки за голову. Похоже он устал объяснять каждому встречному-поперечному одно и то же по кругу.

— Новые люди прибывают к нам каждый день, Пляж растет, — поправив очки на переносице, подал голос Кузурю.

— Коллектив нужно держать в узде, чтобы сохранить идею нашей утопии, — игриво продолжила за него Мира, не сводя с меня взгляда.

— А что, один Агуни уже не справляется? — с легкой издевкой спросил я.

Встретившись с ним глазами, я тут же прикусил язык и невинно пожал плечами. Боевик одарил меня суровым взглядом и коснулся кобуры на поясе, совершенно явно показывая мне свое настроение. А вот босса это позабавило, или навело на какие то мысли. На мгновение показалось, что он улыбнулся, отметив про себя что то.

— Его штат тоже пора расширять, — лениво ответил Шляпник. Официальная часть порядком утомила его творческую натуру.

Когда я уже расслабился и приготовился к окончанию собрания, он внезапно выдал:

— Сегодня вечером едете на игру. Анн, Кузурю, Мира и ты. Считай это своего рода посвящением.

— Или проверкой, если быть точнее, — поправил босса мужчина в очках.

Впервые за все время Анн встрепенулась.

— Мы с каждым новичком так будем нянькаться? — недовольно спросила она, скрестив руки на груди.

— Остынь, — устало парировал Шляпник, манерно подняв руку вверх. — Так будет только с теми, в ком, на наш взгляд, есть потенциал. Собрание окончено.

С этими словами босс резко поднялся с кресла и поспешил удалиться из зала по каким-то своим более важным делам. Никого это не удивило. Похоже все привыкли к эксцентричному поведению своего лидера.

Остальные последовали примеру Шляпника, не желая бессмысленно тратить здесь время.

— До вечера будь поблизости. Как только в холле объявят новую локацию, мы поедем туда, — холодно бросила мне Анн через плечо, спешно скрываясь за дверным проемом.

Глава 4. Испытание.

Вечером нас всех (а это было, оказывается, немалое количество!) собрали в холле отеля. Люди действительно прибывали сюда, как и говорили исполнители. Неудивительно, впрочем. Такова человеческая природа — искать лучшее. Кому захочется в одиночку выживать в неизвестном мире и довольствоваться малым? Когда на Пляже тебя ждут теплый кров, электричество, горячая ванна и гарантированная пища. Правда за это приходится основательно попотеть, но мы бы так и так это делали, но уже без столь шикарных преимуществ. В целом, меня все устраивает. Система Шляпника работает блестяще, и я вхожу в нее без зазрения совести. Прошлое в прошлом, надо жить настоящим. Я все-таки хочу выжить и вернуться домой. Как и все здесь.

К заходу солнца в Токио появляются сразу по несколько арен для игр — это уже всем известный закономерный факт. Исполнители делят своих людей на группы из специалистов разных мастей, чтобы гарантированно выигрывать все игры, добывая карты после победы. Шляпник утверждает, что, если собрать их все — можно вернуться обратно в свой мир. Звучит забавно, но в этом есть своя логика. Вот только откуда он это узнал? Все исполнители далеко не глупые люди, странные по-своему, но явно не тупицы. Мне ничего не остается, кроме как поверить им. Может, когда попаду к ним и вотрусь в доверие, смогу узнать больше.

Эксцентричный лидер поделил нас на команды, выделив машины для отправки на арены. Никто не возражал, чтобы за рулем была Анн. Правда, мне пришлось сесть рядом с ней — а это было крайне скучно. Позади расположились Мира и Кузурю. Честно говоря, для меня эти двое казались странным тандемом, совершенно не ладившим бы друг с другом в нормальных обстоятельствах. К моему удивлению, они всегда находили, о чем поболтать. Но меня немного колотил нервяк перед следующей игрой, поэтому я забил на изучение своей вынужденной команды. Пока. Как всегда, разберусь на месте. Не зря же я игрухи создаю.

***

Мы оказались на круглой внушительной площади, напоминающей циферблат гигантских часов. Выйдешь за пределы арены — получишь лазер в лоб (так сказали мои спутники). Проверять на себе я, конечно же, не рискну. По периметру расположены 12 башен — то бишь, отметки часов, на вершине каждой из которых сидит каменная горгулья. В центре площади — большой прозрачный куб с единственной дверью, внутри которого находится устройство с тремя слотами для ключей и большая кнопка.

Привычная идентификация на смартфонах была пройдена, вскоре к нашей группе присоединились еще люди. Перед началом игры нас попросили взять по одному ключу на каждого человека, а также по одной рации.

«Игра: «Горгульи на часах».

Сложность: Четверка Треф.

Участники: 12 человек. Просим разделиться на 3 команды по 4 человека — это командная игра.

Правила: В каждой команде должен быть хотя бы один обладатель каждого ключа, однако распределение внутри команды случайное. Чтобы получить доступ к центральному кубу, нужно активировать три специальные контрольные башни. Активация требует одновременного присутствия у башни двух игроков с определенными ключами:

Башня 1: Ключ Времени + Ключ Силы.

Башня 2: Ключ Силы + Ключ Тени.

Башня 3: Ключ Тени + Ключ Времени.

Каждая горгулья просыпается каждые 90 секунд на 30 секунд. Если игрок пересекает линию между двумя активными башнями или находится на открытом пространстве, не прижимаясь к стене башни, горгулья поражает его лазером.

Первая команда, члены которой одновременно вставят три уникальных ключа в устройство в центре и нажмут кнопку, будут победителями. Остальные игроки будут ликвидированы лазерами, исходящими от горгулий.

Меняться участниками команд не запрещается. Отбирать ключи друг у друга не запрещается.»

Признаться, я охренел от масштаба своей второй игры. На первый взгляд, она кажется куда сложнее первой. Но тут стоит хорошенько пораскинуть мозгами, прежде чем выбрать верную стратегию, чтобы выиграть.

Иначе смерть.

Кузурю внимательно осмотрел арену, полностью игнорируя испуганные возгласы других игроков. Как шахматист перед следующей партией.

— Исходя из циклов горгулий, нам необходимо разбиться на пары. Для активации каждой башни нужны два разных ключа. Анн и Нираги идут к первой башне — у вас как раз Ключ времени и Ключ силы. Пока вы это делаете, Мира будет готовить путь к следующей башне, так как у нее Ключ тени. У меня тоже Ключ времени, поэтому я буду курировать операцию и присоединюсь к вам в финале. — серьезно заговорил он, мгновенно проанализировав обстановку.

— Неплохой план, — сомнительно оскалился я. — Для праведного ботана.

Кузурю бросил на меня цепкий взгляд исподлобья, а Анн слишком резко сняла свои солнцезащитные очки. Пластиковые дужки в ее руках опасно щелкнули.

— Что, прости?!

Мира тем временем с неприкрытым любопытством наблюдала за нами.

— Что ты предлагаешь? — с улыбкой поинтересовалась она у меня.

— Не будем активировать башни сами. Подождем, пока это сделают другие команды, а потом отберем у них ключи или просто проберемся в центр. Зачем делать работу за них? — цинично пояснил я, лениво разминая плечи.

Анн нетерпеливо оборвала меня.

— Мы здесь, чтобы выиграть честно и добыть карту для Пляжа, а не устраивать бойню. Мы работаем как команда.

Ее стальной голос каждый раз заставлял меня внутренне съеживаться, брр.

— Нахрена такие сложности? Они все равно умрут, если мы собираемся выиграть, — после недолгой паузы ответил я, пожимая плечами.

Мира вдруг подходит к нам чуть ближе.

— Какой интересный выбор… Рискнуть сейчас или рискнуть позже, когда другие команды станут сильнее? — она театрально сцепила руки за спиной. — Нираги, а ты уверен, что сможешь отобрать ключи у всех, если они объединятся против нас?

Взгляд ее черных, как ночь, глаз словно дырку во мне сверлили. Эта девка тоже та еще штучка чудоковатая. Но явно не тупая. И от ее внимания мне всегда становится не по себе.

— Я не собираюсь быть палачом этих несчастных, — отрезала Анн, не желая разжигать конфликт пуще прежнего. — Я за честную игру.

Кузурю задумчиво перевел взгляд с нас на игровое поле.

— Вероятность успеха при следовании правилам — 68%, при попытке саботажа — 41%, учитывая внештатные ситуации.

Мира же не принимала ничью сторону. Она по большей части молча наблюдала и загадочно улыбалась. Ей будто нравилось находиться в центре хаоса. И, кажется, теперь я понял, почему Кузурю отдал отвлекающую роль именно ей. Умно, ничего не скажешь.

— И не забывайте, что нам в полном составе нужно выйти отсюда с картой, — как бы невзначай добавила она, хихикнув и прикрыв рот ладошкой.

— Идиотизм, — негодующе выплюнул я, растирая фантомный плевок подошвой по земле.

Поразмыслив немного, я был вынужден согласиться на их условия. Аргументы координатора операции были вполне убедительны. Да и тактика его в нашей ситуации вполне рабочая. Просто нудная для меня.

В конце концов, всегда побеждает большинство. И я никогда в этом большинстве не был.

Мы настроили рации и приготовились. Пошел отсчет таймера. Я был крайне возбужден предстоящей игрой, и то и дело нервно бросал взгляд на команды противников. Кто-то принял полную боевую готовность. А некоторые из них даже тряслись от волнения. Недальновидные трусы!

— Итак, Анн и Нираги, у вас есть 20 секунд для пересечения сектора 1. Бегите сейчас. Дальше действуем по обстоятельствам и держим связь по рации.

Голос Кузурю был идеально собранным. Казалось, он отключил все эмоции для победы в игре. А они у него вообще были? Слишком серьёзный тип. Пока он раздавал указания, которые меня неимоверно бесили, Мира уже скрылась из нашего поля зрения. Ключ тени словно для нее был создан, ха.

— Чего застыл? Бежим! — окликнула меня Анн, резко дергая за рукав рубашки.

Похоже общая текущая обстановка только меня волновала. Ну конечно, вторая игра. А они наверняка уже с десяток таких прошли. Слишком собранные и хорошо аналитически подкованные.

И я рванул за ней, что было сил. По пути нам попадались препятствия в виде балок, арматуры и прочего забытого здесь мусора. Я периодически бросал взгляд на других игроков, которые полностью были сосредоточены на похожей операции. Никто из них пока не решался вступать в конфликт друг с другом, выбирая по возможности более благочестивый способ победы. Прям как мои святоши.

— Нираги, у тебя Ключ времени. Старайся тоже следить за таймером, пока я отвлекаюсь на Миру, — громко прошипела моя рация голосом Кузурю.

— А раньше не мог предупредить?! Я тут вообще-то занят! — с одышкой отозвался я, перепрыгивая через большие трещины под ногами, пока Анн освобождала путь спереди.

— Держу тебя в тонусе. На связи, — и отключился.

Мне показалось, или в его тоне впервые прорезалась тень улыбки? Вот же гаденыш четырехглазый! Раздраженность придала мне сил двигаться быстрее и поглядывать на время, чтобы заблаговременно прикрывать наши с Анн спины.

— Слева, берегись! — внезапно крикнула она, и я едва успел отпрыгнуть от падающей железной балки, которую кто-то сверху сталкивал со стеллажа. Наверху мелькнула тень — одна из команд уже не церемонилась.

— Уже начинается, сволочи, — проворчал я, но бежать было некогда.

Мы почти достигли первой башни, когда из-за угла выскочили двое — парень и девушка, оба с дикими глазами. Так вот как выглядит отчаяние. У парня в руке сверкнул тот же ключ, что и у Анн — Ключ силы.

— Не уступим! — заорал он, бросаясь к точке активации.

— Время! — рявкнула Анн, и мы рванули вперёд вчетвером, сшибаясь плечами, как стадо баранов у кормушки.

Глупо, азартно, по-скотски. Мои пальцы вцепились в холодный камень башни в тот же миг, что и пальцы Анн. Раздался щелчок, и башня озарилась мягким синим светом. Мы успели. Они — нет.

— Активировано! — тут же доложила Анн в рацию, тяжело дыша.

Эта движуха заставила нас сильно попотеть. Парень, наш соперник, смотрел на нас с откровенной ненавистью. Его девушка что-то кричала, но я не разбирал слов. Время вышло. Над нами дрогнула каменная горгулья, её глаза зажглись алым огнём.

— К стене! — заорал я, вжимаясь спиной в холодный камень. Анн, округлив глаза от удивления, последовала моему примеру.

Лазерный луч, тонкий и смертоносный, прочертил линию между башнями, разрезая пространство. Мы были в безопасности. А та парочка — нет. Они замешкались, пытаясь понять, куда бежать. Досадно. Для них.

— Бегите к нашей башне! — крикнула им Анн, приглашающе махая рукой, но было уже поздно.

Луч смерти нашел их. Девушка закричала — коротко, пронзительно, а потом её крик оборвался, звонким эхом отдаваясь по пространству. Они оба рухнули на пол, обугленные. В воздухе запахло паленым мясом и запекшейся кровью. Мерзость!

Я нервно сглотнул, адреналин во мне подскочил до небес. Нет права на ошибку. И я завишу от других людей, черт! Это самое бесячее во всей этой блядской ситуации…

Я стоял, прижавшись к стене, и смотрел на это. Сердце колотилось где-то в горле. Не от страха. От ярости. От осознания. Это могли бы быть мы, черт возьми, не сообразив я вовремя!

Вот она, новая реальность. Красивых смертей не бывает.

Тяжело дыша, мы ждали следующих указаний от Кузурю. Не проронив ни слова. Никто не хотел умирать, особенно так нелепо. И похоже Анн была слишком правильной, что даже в таком опасном положении не стала привычно язвить. А вот я был бы не прочь, но надо сначала привыкнуть к новому ритму жизни. Обещаю — втянусь, как свой в доску!

— Анн, Нираги, порядок? — донёсся из рации бесцветный голос Кузурю,

Я выхватил рацию у Анн, которая смотрела на трупы с, удивительно для девушки, каменным лицом.

— Какого хрена?! Ты видел, что тут творится?! Ты там прохлаждаешься, пока мы жизнями рискуем!

— Я видел, — последовал невозмутимый ответ. — Теперь вы знаете, как работает система. А я знаю, что вы способны выжить. Следующий цикл через 60 секунд. Готовьтесь к перемещению.

Больной ублюдок! Он использовал их смерть как учебное пособие.

И ему за это ничего не будет.

— Похоже, сейчас начнется потасовка за участников, — добавил Кузурю. — Будьте осторожны.

— Предоставьте это мне, а сами действуйте по плану, — в эфире послышался сладкий голос Миры.

Я огляделся. Из-за соседней башни выскочил перепуганный парень, что был с погибшей парой. Видимо, он сбежал, бросив своих напарников. И теперь прямо на него с хищной улыбкой вышла Мира.

— Милый, ты, кажется, потерялся? — её голос был ласковым, как плюшевый мишка с бритвой внутри. — У тебя такой интересный ключик… Давай я тебе помогу.

Она что, собирается его убить? Или завербовать? Запутать? Я не мог отвести глаз. Это было отвратительно и завораживающе одновременно.

— Мира, ты нужна нам во втором секторе, — напомнил Кузурю, но в его голосе не было нетерпения. Лишь холодная констатация факта.

— Успею, — пропела она. — Развлекайтесь!

И увела запуганного парня в тень, словно паук, увлекающий муху в свою паутину. Что она с ним сделает? Отберет ключ? Убьёт? Или превратит в свою марионетку, чтобы сбросить его потом на нас?

Чёрт. Пока Анн и Кузурю играют в солдатиков и стратегию, эта стерва играет в свою собственную игру. И я внезапно понял, что именно её игра может оказаться самой опасной из всех.

— Что дальше? — голос Анн вернул меня к реальности.

— На второй Башне нужны Ключ силы и Ключ тени. Анн, бежишь туда. Нираги — в укрытие. Ты нужен для финала.

— Скукотища! — буркнул я, но уже без прежнего запала. — Сидеть сложа руки, пока эта психопатка развлекается.

— Твоя задача — дожить до финала, — сухо парировал Кузурю. — Пока что у тебя неплохо получается.

Я недовольно прыснул. Как только горгульи уснули, Анн бросилась ко второй башне. Я же, бросив последний взгляд на то место, где исчезла Мира со своей игрушкой, поплелся в укрытие.

Вернувшись на «базу» у входа на арену к Кузурю, я застал картину — четырёхглазый, прижавшись к стене, мониторил площадку, словно полевой командир.

— Ну, как дела? — я прислонился к стене рядом, с наслаждением чувствуя, как дрожь в руках от адреналина сменяется приятной усталостью.

— Минимизирую риски, — не отрывая взгляда, ответил он. — Анн и Мира должны встретиться у Башни 2. Пока всё идёт по плану.

— По твоему плану, — поправил я. — А где теперь та парочка, что с нами соревновалась? Тот парень, которого твоя червовая подружка утащила?

— Мира действует по своему усмотрению. В ее методах не стоит сомневаться.

Внезапно из-за угла, ведущего ко второй башне, вывалился тот самый перепуганный парень. Он был один, без Миры, лицо его было бледным, а в глазах животный ужас.

— Она… она сказала… что вы можете меня взять в команду… — он задыхался, глотая воздух. — У меня Ключ Тени! Он вам нужен! Я видел, как вы сильные! Не оставляйте меня здесь! Я могу помочь…

Он смотрел прямо на меня, умоляюще. Идея была до смешного очевидной. Взять его ключ, а его самого — выбросить, как отработанный материал. Или использовать как пушечное мясо. Быстро, эффективно, без лишних сантиментов.

Вот он, шанс. Настоящая игра. Не их скучные шахматы, а грязный покер. Взять его. Сказать Кузурю, что он погиб. А потом… черт, а потом что? Стать таким же безликим винтиком, как этот ботан? Нет. С ними я могу получить больше. Ванну с горячей водой. Чистую одежду. Еду. Власть. А с этим дерьмом — лишь грязный ключ и вечный страх.

Мысль пронеслась за секунду. Я видел, как Кузурю смотрит на меня, его взгляд был тяжёлым, оценивающим. Он проверяет меня. Смотрит, сорвусь ли я.

— У нас уже есть участник с таким ключом, — я сказал это нарочито громко, чтобы Кузурю услышал. — И наша команда укомплектована. Ищи других лохов.

Парень что-то ещё залепетал, но я уже отвернулся, делая вид, что слежу за горгульями. Через мгновение он в каком-то странном ужасе убежал прочь. В груди у меня что-то гадливо шевельнулось — не жалость, а злость на самого себя.

Слабак. Играешь по их правилам.

— Рациональное решение, — тихо произнёс Кузурю.

— Не льсти себе, — огрызнулся я. — Мне просто с тобой выгоднее. Пока что.

Внезапно у Башни 2 вспыхнула синяя подсветка. Это означало заветную активацию. Но где Анн? И где, чёрт возьми, Мира?

— Я на связи. Башня два активирована. Мира исчезла сразу после этого. Я её не вижу. — голос Анн был собран, но в нём слышалась усталость и напряжение. Похоже, Мира тоже не вызывает в ней симпатию. Она открыта только Кузурю.

— Вероятно, она преследует собственную цель, — констатировал тот. — Нираги, твой выход. Для Башни 3 нужны Ключ Тени и Ключ Времени. У Миры — Тень, у тебя — Время. Найди её и активируйте башню. Я буду координировать.

Вот же-шь! Мне, значит, бегать по этому адскому циферблату в поисках этой психованной куклы? Просто охренительно!

Рыча про себя, я рванул в указанном направлении. Бежать в одиночку было и страшнее, и… Свободнее. Не надо было подстраиваться под Анн. Я мог выбирать короткие, но рискованные пути, полагаясь только на свою скорость и реакцию. Лучшее чувство в мире!

Именно на одном из таких путей меня и поджидала другая команда. Вернее, её остатки — двое крупных парней, явно бывших спортсменов. Один из них сжимал в руке окровавленный Ключ Силы. Видимо, они уже оптимизировали свой состав.

— Эй, пирсингованный! — рыкнул тот, что побольше. — Видел, ты тут самый сообразительный? Предлагаю сделку.

Опять? Я замедлил шаг, оценивая незнакомцев. Сила явно на их стороне. Но вот мозги…

— Я слушаю, — сказал я, останавливаясь на безопасном расстоянии.

— Ключ Времени у тебя, да? Присоединяйся к нам. Вместе пробьёмся в центр. Твоих друзей кинем, они тебя всё равно в расход поставят.

Искушение зашевелилось во мне снова, гадкое и липкое. Они правы. Эти исполнители видят во мне лишь инструмент в своей безумной идее. А здесь… Здесь я могу быть тем, кто решает. Кинуть их. Выжить с этой парой громил. Это так просто.

Я представил лицо Шляпника. Его безумную ухмылку. Агуни с его пистолетом. Вспомнил тёплую ванну и еду, которую не надо добывать с риском для жизни. И это лишь верхушка айсберга, судя по перспективам, которые меня ждут при успешном прохождении теста.

Нет. Это не свобода. Это смена одной клетки на другую, ещё более тесную. А с ними я могу получить всё.

— Спасибо за лестное предложение, — я ухмыльнулся, и моя улыбка получилась на удивление естественной. — Но я пас. У меня уже есть работа с соцпакетом.

Я видел, как в их глазах вспыхивает ярость. Они поняли, что я просто водил их за нос, выигрывая время.

— Тогда просто отдай ключ! — они рванули ко мне, словно бешенные псы, сорвавшиеся с цепи.

Я не стал ждать. Развернулся и побежал. Не к укрытию, а вглубь площадки, туда, где, по моим расчетам, должна была прятаться Мира. Пусть эти увальни гонятся. Сейчас как раз должно было…

Раздался оглушительный рёв. Горгульи проснулись. Я, не сбавляя темпа, нырнул в узкий проход между двумя стеллажами, едва не задев плечом стену. Мои преследователи, не рассчитавшие дистанцию, застыли на открытом пространстве. Я обернулся ровно настолько, чтобы увидеть, как алый луч находит их одного за другим. Быстро. Безболезненно. Наверное.

Либо ты, либо тебя. Но иногда умнее — сделать вид, что играешь в команде, чтобы в итоге оказаться тем, кто «либо ты».

Вскоре я нашёл Миру у основания третьей башни. Она стояла, прислонившись к стене, и осматривала свои ногти, словно только что вышла из спа-салона, а не со смертельного игрового поля.

— А вот и ты! — она посмотрела на меня стеклянным взглядом, в котором плескалось неуместное веселье. — А я уже, признаться, заскучала в ожидании. Хорошо провел время?

Сил и энергии у меня уже не было, чтобы развлекать эту психопатку. Хотелось просто зайти в свой номер и рухнуть на кровать. Сейчас мне было наплевать даже на автомат, который мне обещали. На место в боевиках. И даже на теплый ужин.

— Прекрасно, — мрачно выдохнул я, подходя к панели. — Давай уже закончим этот цирк.

Мы приложили ключи. Башня озарилась долгожданным синим свечением. По площадке прокатился гул — центральный куб был открыт.

— Команда, финальный рывок! К центру! — тут же скомандовал вечно готовый Кузурю.

Мы бежали все вчетвером. Анн, запыхавшаяся, но не сломленная. Кузурю, холодный и расчетливый. Мира, с весёлой, безумной улыбкой. И я. С грязью на ботинках, с адреналином в крови и с новой, твёрдой мыслью в голове.

Я могу играть в команде. Но только до тех пор, пока это выгодно лично мне. А когда перестанет быть… Что ж, я уже понял, как здесь нужно бить первым. И следующая игра станет моим настоящим дебютом.

Глава 5. Специализация.

Утром следующего дня меня вместе с управляющими вызвали отчитаться по вчерашней игре. Так как, видите ли, вечером босс был сильно занят. Да и я не горел желанием общаться грязным и вымотанным. Наверняка вся его занятость сводилась к очередному косяку или бутылке в компании местных давалок. Хотя меня это мало интересовало, но даже последних здесь можно понять. Каждый выживает подходящим ему способом. Поэтому можно предположить, что глупых людей здесь мало. Они либо пушечное мясо, либо обслуживающий персонал для разного рода заданий исполнителей. Пляжу нужны лучшие из лучших для достижения цели.

Я лениво протянул карту Шляпнику. Мне слишком хотелось спать после двух интенсивных дней, проведенных в новом мире.

— Четверка треф, хорошая работа, друзья! — довольно воскликнул лидер, поднимая очередной трофей над головой.

Пусть на нем все время красовались стильные солнцезащитные очки, я ощутил, как он окинул своим фирменным цепким взглядом каждого из нас.

— В чем заключалась суть игры? — поинтересовался Шляпник между делом, пряча карту в надежное место.

Кузурю лаконично пересказал правила трефовой игры, не вдаваясь в подробности.

— Как проявил себя Нираги?

Этот вопрос был обращен явно не ко мне, хотя я стоял прямо перед боссом. Меня это бесило, будто со мной обращались, как с обслугой. Но выебываться пока рано. Сначала надо получить обещанное.

— О, он был великолепен! — подала восторженный голос Мира, сцепив ладони, словно в невинной молитве. — Правда, Нираги?

Червовая чертовка многозначительно прищурилась на мне. Я уловил, как закатились глаза Анн, которые были так же спрятаны за черным стеклом, когда она резко оборвала свою излишне эмоциональную коллегу.

— Не преувеличивай. Он, конечно, пытался показывать свой скверный характер, но работа в команде удалась, как видишь.

В характере Анн проступала какая-то дебильная справедливая жилка при любом удобном случае ставить неугодных на место. Шляпник оживился и подался вперед, будто с этого момента ему вдруг действительно стало интересно.

— Подробности, дорогая. Ты же помнишь, зачем все это затевалось, — мягко напомнил босс.

Анн явно не горела желанием хвалить меня, потому что ее праведная сущность не признавала моих заслуг. Как и ожидалось, командная игра не сплотила нас в том смысле, в котором должна была по идее. Особенно после пережитого. Мы — не команда и не друзья. Мы — вынужденные сообщники. Мы вместе, пока нам это выгодно.

Скорее, трефовая игра расставила шахматные фигуры в новом порядке, добавляя место на доске для меня. Это было видно по лицам исполнителей. Кузурю хмурым взглядом молча признал мою силу. Анн пусть и не лестно, но отметила мое полезное участие перед лидером. Зато Мира, на удивление, оценила мои таланты.

— Нираги проявил хладнокровную ловкость манипуляции, а также блеснул интеллектом тогда, когда другие были не в состоянии помочь, — с неуместным маниакальным восхищением вклинилась в разговор она. — Он был бы неплохим червовым игроком. Но трефы явно не его сильная сторона.

Шляпник внимательно слушал, пока Мира добавляла важные детали, чтобы определить верную специализацию.

— Вердикт?

— Пока сложно сказать наверняка, ведь мы еще не видели его в остальных мастях.

— Твоя правда. Что ж, — босс устало откинулся на спинку стула. — Сейчас у меня встреча с новичками. Агуни, выдай Нираги оружие и проинструктируй о фракции боевиков. Остальных прошу остаться со мной.

Наконец-то, блять!

Взмахом руки он дал понять, что нам с Агуни пора валить отсюда нахрен. (И что он резко потерял ко мне всякий интерес, передав менторство своему заместителю.) Тот, до сего момента играющий роль интерьера, впервые встретился непроницаемым взглядом со мной и коротким кивком головы указал на дверь, немедленно покидая кабинет Шляпника. И я с готовностью последовал за ним.

***

Агуни какими-то окольными путями привел меня в местный склад, где хранилось все оружие Пляжа. Мне хотелось бы слышать от него больше информации, но из этого вояки ведь клещами ничего не вытянешь. Пришлось запоминать дорогу сразу на ходу. Было сложно определить, как он относится к новому напарнику. С одной стороны, ему был не нужен лишний балласт. С другой, я облегчал ему его работу. Похоже, военный думал о том же, потому что его плечи, обычно напряженные, заметно расслабились после указания Шляпника.

— Стрелять умеешь?

Как всегда, коротко и по делу. Я повременил с ответом.

— Язык проглотил?

— Fallout считается?

— Че? — Агуни непонимающе вскинул бровь.

— Не играл никогда что ли? Самый популярный шутер нашего времени.

Военный посмотрел на меня, как на идиота. Коим я, скорее всего, перед ним и выглядел. Но сам так не считал!

— Боже… Это жанр видеоигр, где основой является использование огнестрельного ору… — продолжил объяснять я, но мужчина меня оборвал.

— Да завались ты уже.

Агуни бесцеремонно схватил первую попавшуюся винтовку и властно подозвал меня к себе. Я послушно заткнулся и подошел к нему, внимательно осматривая настоящее оружие.

— Это не сложно.

Мы оказались напротив импровизированного зала с самодельными мишенями. Военный сделал пару выстрелов и протянул винтовку мне.

— Как великодушно звучит твое предложение научить меня, — не смог не съязвить я, принимая долгожданный залог власти в свои руки.

— Заткнись и тренируйся, — рыкнул Агуни.

Я не стал дальше нарываться на его гнев, хоть меня и развлекала его реакция. Вспомнив все свои игровые навыки, я приложил все усилия, чтобы тренировка прошла плодотворно. Не хотелось упасть в грязь лицом перед Агуни еще и в этом. Мне не выгодно, чтобы он передумал. Я слишком упорно к этому шёл, черт возьми!

Это было недолго. Пара промахов по мишеням и куда больше попаданий в цель. Закончив, я вопросительно повернулся к нему, опустив винтовку на плечо.

— Неплохо для юнца, — заключил военный, все это время внимательно наблюдая за стилем моей стрельбы. — Она твоя.

***

На следующем внештатном вечернем собрании нам представили одного из новичков, на которого, судя по всему, тоже были сделаны ставки. Народ все прибавлялся, но далеко не каждый удостаивался особого внимания Шляпника. Перед нами, прислонившись к стене спиной, стоял странный долговязый полностью татуированный молодой мужчина. Лишь капюшон скрывал его голову, пока остальные части тела показушно выставляли татуировки. Уверен, даже под одеждой живого места от кожи не осталось. И какой-то он как будто не от мира сего… Но что самое вопиющее во всей этой картине — татуированный облокотился о рукоять катаны. Катаны, мать его! Какого хрена?! Когда он успел…

— Что ж, Агуни, поздравляю. В твоем полку прибыло, — притворно улыбнулся Шляпник, кивая на новичка. — Такие бойцы нам не помешают.

Я вопросительно переводил взгляд с одного на другого.

— Ласт Босс — новый член фракции боевиков, прошу любить и жаловать, — буднично продолжил Шляпник, в театральной манере вскидывая руки.

Новичок отрешенно прошелся по нам пустыми глазами и не вымолвил ни слова.

— Простим ему его немногословность, ведь дело важнее слова. С такой машиной-убийцей нам теперь все нипочем, — снисходительно ухмыльнулся лидер.

Все остальные так же молча приняли сей факт. И только Мира загадочно улыбалась, заострив свое внимание на новом объекте. Планерку вскоре завершили, и я наконец-то смог обратиться к Агуни. Ибо вопрос уже зудел на подкорке сознания, отравляя своим ядом мое уязвленное эго.

— Слушай, Агуни, что за херня? Этот чувак только появился и сразу же получил все лавры?

Тот, не поворачивая головы, сухо бросил:

— Я сегодня обновлял визу, играл с ним и увидел способного бойца. Экзамен пройден. Так что не выебывайся на него, парень хорош в своем деле.

Мне не нужно было повторять дважды или разжевывать это объяснение. Про выбор оружия даже и спрашивать нечего — Шляпник все предельно ясно пояснил на собрании. Ласт Босс человек дела, а не слова. Он произвел впечатление на самого Агуни, что само по себе трудное испытание. Наш вояка больше всего ценит силу и умение этой силой обращаться. Мне конечно стало легче, но осадочек остался.

***

Спустя несколько дней

«Игра — Громкость тишины.

Уровень сложности — 4 бубен.

Участники: Юки, Мичико, Такэши, Нираги.

Правила: Перед вами четыре телефона разных цветов (красный, синий, желтый и зеленый). На стене четыре слота с карточками (А, Б, В, Г). Вам необходимо за 8 минут позвонить с каждого телефона на правильный номер, чтобы получить код выхода. Каждый телефон может позвонить только один раз — после набора номер блокируется. Номера не видны, их нужно определить. Чтобы узнать номер, нужно сопоставить громкость звука с числом. Когда все четыре номера будут набраны верно — на стене появится 4-значный код для выхода из игры.

Если набран неверный номер — телефон игрока бьет током.

Если позвонили не с того телефона — слот с карточкой захлопывается, уничтожая карточку.

Если уничтожены 2 карточки — потолок начинает опускаться.»

Я внимательно осмотрел телефоны, их цвета. Затем перевел взгляд на карточки в слотах. Карточка А была с рисунком зонта, Б — рисунок дверного проема, В — рисунок часов и Г — рисунок игрушки. Что бы это значило? Явно все это не просто так. Здесь должна крыться некая закономерность, скрытая подсказка. Не зря же игра бубновая.

Стремно, что пришлось играть на этот раз с незнакомцами Пляжа, но визу нужно было продлевать, как ни крути. Агуни уже недавно был на игре вместе с Ласт Боссом. А с исполнителями я вижусь только на собраниях.

— Что за чушь собачья? — возмутился силовик Такэши. — Я нихрена не понял!

— Давайте слушать звуки по очереди, — предложил Юки, специализирующийся на трефах.

Тем временем Мичико, червовый игрок, берет красный телефон, после чего слышен достаточно громкий звук дождя. Ага, значит, красный — это зонт, карточка А. Тот в растерянности смотрит на нас. Я не успеваю ничего произнести, как Такэши хватает синий телефон. Характерный еле слышный скрип двери нарушил тишину. Синий — карточка Б с дверным проемом, отлично! Но эти звуки… Один был громче, второй значительно тише. Не значит ли это, что громкость звуков, указанных на карточках равна цифре номера? Тогда дождь можно оценить на 8 из 10, а дверной скрип на 3 из 10. Слишком размыто, чтобы попасть в точку… Черт! Неужели придется полагаться на интуицию?! Это полное безумие! И ярчайший адреналин, мать его.

Но я все же озвучил свои наблюдения, потому что время поджимало. И все остальные начинали нервничать.

— Значит, номера: красный — 8, синий — 3? Набираем! — торопится Юки, взволнованно поглядывая на таймер над нашими головами.

— Стоп, — остановил его я. — Мы не знаем, какая громкость какой цифре соответствует. Нужна калибровка.

— У нас нет времени! — взревел Такэши, игнорируя мою команду, и набрал на синем телефоне «3».

«Неверно!»

Телефон тут же бьет его током. Слот с карточкой Б (дверной проем) захлопывается — карточка уничтожена.

— Одна ошибка! Еще одна, и потолок опустится! — запаниковал Мичико, бросив недовольный взгляд на силовика.

— И что же нам теперь делать?! — Юки схватился за голову.

Время идет слишком быстро. И тут на пятой минуте меня вдруг осенило. На каждом телефоне есть маленький индикатор — по несколько полосок. Красный: четыре полоски. Синий: одна полоска. Желтый: три полоски. Зеленый: две полоски.

Индикаторы показывают порядок звонков! Сначала красный — самый громкий звук, потом зеленый, затем желтый и в конце синий — самый тихий звук.

— Кажется, я понял. Вот эти маленькие индикаторы на телефонах обозначают порядок звонков.

Пляжники настороженно глянули на экраны. Такэши недоверчиво фыркает. Видимо для его мозгов это было слишком трудоемко.

— Но как узнать цифры? — недоумевал Юки.

— Слушайте, — я поднял палец вверх для пущего эффекта, призывая действовать по моей указке. — Громкость дождя это 8. Детский смех — 6. Часы — 4. Дверь — 2. Цифры равно громкость, деленная на порядок вызова.

— Так сложно и просто одновременно? Как ты до этого додумался? — брови Мичико удивленно взмывают вверх.

— Да, смотри. Красный (первый): это 8, деленное на 1, получаем 8. Зеленый (второй): 6, деленное на 2, будет 3. Желтый (третий): 4, деленное на 3, получаем 1, округляем. Синий (четвертый): 2, деленная на 4, равно 0,5 — целые числа. Простые уравнения…

— Херня какая-то! Ты че ботан что ли? — неверяще отмахнулся здоровяк, хватая желтый телефон и набирает 4 — громкость часов.

«ОШИБКА! Уничтожены две карточки. Потолок опускается.»

Телефон бьет его током, карточка В уничтожена. Я начинаю терять терпение, ведь потолок действительно начал опускаться… И это дало мне стимул на финальный рывок, игнорируя всех остальных. Я быстро набираю «8» на красном телефоне — верно! На зеленом «3» — снова верно! Юки набирает на желтом «1» — удача на нашей стороне! Остается только синий…

Но Такэши лежит без сознания на пути к синему телефону. Потолок уже в 1,5 метрах от пола… Мичико тянется к телефону, но я останавливаю его.

— Не успеешь, потолок раздавит, — хладнокровно бросаю ему.

— Все было зря! Мы все умрем! — запричитал Юки, нервно обхватив живот руками.

Инстинкт выживания поглотил меня, отбросив панику на второй план. Я толкаю тело Такэши ногой к стене, освобождая путь, и набираю на синем телефоне «0».

Верно!

Послышались истошные мучительные вопли. Потолок останавливается. На стене появляется код: 8310.

«Игра окончена! Вы победили.» — объявил механический голос в рупор.

Я забрал карту четверки бубен, вышел с арены и уселся на ступеньки, чтобы перевести дух. За мной несмело последовали пляжники. Но не все. Такэши выжил, однако потолок раздавил ему ноги. Предполагаю, что он умер от кровопотери.

— Ты использовал его, как расходный материал! — в истерике забормотал Мичико, останавливаясь неподалеку от меня.

— Он уже был мертв. Его тело просто сослужило еще одну хорошую службу напоследок, — безразлично откликнулся я, разминая затекшие от напряжения плечи. — В Пограничье все — ресурс.

Юки же смотрит на меня с ужасом и… уважением.

— Ты просчитал все… Даже его смерть.

Я довольно улыбнулся, когда осознал, что мои таланты наконец-то были признаны. И теперь, когда исполнители об этом узнают, присваивая мне специализацию — я обрету полноценную, безоговорочную власть в их глазах.

Глава 6. Чеширский кот.

День начинался как обычно — собрание исполнителей, излишне воодушевленный голос Шляпника, Мира со своей словно пришитой к губам загадочной улыбкой, Анн с её скучающим, но всё ещё осуждающим взглядом. И Кузурю, который смотрел на меня сквозь свои дурацкие очки с выражением «я знаю, что ты умнее, чем кажешься, но это меня совершенно не радует».

За пару недель я отвоевал своё место. Не просто новичок, а член правления. Боевики больше не смотрели на меня как на сопляка — они видели того, кто приносит карты и не ссыт в решающий момент. Агуни, конечно, всё так же был немногословен, но я заметил, как он расслабил плечи, когда мы вместе шли на разведку. Он знал, что я не подведу.

— Сегодня у нас пополнение, — Шляпник развалился в кресле, как полагается, в своих идиотских плавках и халате. — Агуни, наше дело растёт. Ещё один кандидат. И он явно не из пушечного мяса. Вот только нужно будет определить его к тебе или ко мне?

Я лениво перевёл взгляд на массивную дверь. Очередной способный боец? Очередной неудачник с претензией на статус? Я таких уже видел — напуганные, но готовые убивать, лишь бы продлить свою жалкую визу.

А потом дверь открылась.

Он вошёл бесшумно, подобно тени. Двигался мягко, но с расчётом, как зверь, который пришёл не охотиться, а оценить территорию. Капюшон был натянут на голову, но я всё равно увидел его лицо — спокойное, почти безразличное, и глаза... Темные, глубокие, ничего не выражающие и одновременно всё видящие.

— Чишия Шунтаро, — представил его Агуни, и я уловил в его голосе знакомые нотки уважения. Такие же, как тогда, с Ласт Боссом. — Прошёл четыре игры. Специализация неизвестна, но данные говорят о гибкости.

Шляпник оживился, подаваясь вперёд.

— Игрок без специализации? Интригующе. Добро пожаловать, Чишия. У нас на Пляже каждый должен приносить пользу.

Новичок снял капюшон и посмотрел на лидера. Без страха, без подобострастия. Просто оценил, как человек, который уже всё понял про это место.

— Я принесу, — сказал он тихо. Не постараюсь, не попробую. Просто констатировал факт. Блондинчик был явно уверен в себе. Даже чересчур самоуверен, беря в расчет его нынешнее положение.

— Я слышал, вы ищете умелых игроков. Командная работа — не моё сильное место, но я умею выигрывать. И рассчитывать на других мне не привыкать.

В комнате повисла пауза. Я почувствовал, как внутри закипает раздражение. Он стоял, прислонившись к стене, руки в карманах — поза человека, который знает своё место, но не считает нужным его доказывать. Молчаливый, спокойный, непроницаемый. Как Ласт Босс, только без катаны и с более опасным взглядом.

— Чишия, — голос Агуни вернул меня в реальность. — Это Сугуру Нираги, мой заместитель. Он покажет тебе Пляж и ответит на вопросы.

Ну конечно. Сделать меня нянькой для новичка. Какая честь!

— Идём, — безэмоционально бросил я, направляясь к выходу. — Держись рядом и не отставай.

Блондин вышел за мной без лишних вопросов. Мы прошли по коридору, и я все время чувствовал его присутствие — странное, давящее. Он не нёс той открытой угрозы, что ощущалась от Ласт Босса, но в нём была другая опасность.

— Так, — я остановился, повернувшись к нему. — Ты умеешь стрелять?

— Достаточно, чтобы остаться в живых, — ответил он без улыбки. — И даже без оружия, если нужно.

— Значит, нам повезло, у нас оружие есть. А вот головой у нас тут многие страдают, — я усмехнулся, но Чишия не поддержал насмешку. Просто смотрел, чуть склонив голову набок. Наблюдал, словно чеширский кот.

— Я слышал о тебе, Нираги, — сказал он вдруг. — Тот, кто выиграл игру с телефонами и использовал тело другого игрока как топливо для победы. Интересный подход.

Я напрягся. Откуда он знает?

— Слухи быстро расходятся на Пляже, — он будто прочитал мои мысли. — Ты просчитал всё до мельчайших деталей. И теперь тебя считают гением. Но ты не просто гений, да? Ты тот, кто может переступить через всё, чтобы выжить. Такие люди опасны. И полезны.

Чишия сказал это без осуждения. Без восхищения. Просто констатировал. Как Кузурю, только... иначе. В его словах не было холодной логики. Было понимание. Или принятие?

— Ты меня раскусил, значит, — скривился я. — И что дальше? Думаешь, если мне лестно, я тебя поглажу по головке?

— Нет, — он слегка, едва заметно улыбнулся. — Ты не из тех, кто гладит. Ты из тех, кто сразу жмёт на спусковой крючок. Мне это и нужно. В этом мире намного проще, когда можно рассчитывать на кого-то, у кого совесть не будет мешать.

Он сказал рассчитывать, но я услышал использовать. И мне это понравилось.

— Слушай, Чишия, — я убрал усмешку и посмотрел ему прямо в глаза. — Ты мне не нравишься. Но ты выглядишь умным. И я готов терпеть тебя рядом, если ты не будешь лезть под руку. Но есть одно правило.

— Какое?

— Я не собираюсь с тобой воевать. Откровенно говоря, мне плевать на все эти игры внутри Пляжа. Но если ты встанешь на моём пути... — я обнажил зубы в кривой ухмылке.

— Понимаю, — он спокойно кивнул. — У тебя тоже есть принципы. Только не те, что у Анн.

— Анн, — фыркнул я. — Эта святоша... — я осёкся, ощутив, как в груди неприятно кольнуло. — В общем, ты понял. Мы говорим на одном языке. Не будем играть друг с другом в поддавки, и тогда, возможно, я не застрелю тебя, когда у тебя подойдёт виза.

Чишия усмехнулся в своем стиле — коротко и беззвучно.

— Договорились.