Дима и оборотни из Зауна. Том 1: «Брошенный или месть за предательство»
Глава 1
Жанр: фанфик
Доп. жанр: боевая фантастика
Доп. жанр 2: триллер
ДИМА И ОБОРОТНИ ИЗ ЗАУНА
Том I: «Брошенный или месть за предательство»
Автор: SHADOW
Пролог: «Тень на снегу»
Декабрьский лес под Тихорецком не спал. Он тяжело, астматично дышал промерзшей хвоей, выпуская в лунное небо клубы морозного пара. Снег лежал жесткой коркой наста, которая предательски хрустела при каждом шаге Димы.
Для семнадцатилетнего парня этот звук был музыкой смерти.
Он стоял, прижавшись спиной к шершавому стволу вековой сосны. Холод коры пробрался сквозь куртку до самых костей. Левая рука онемела от пореза веткой час назад. Настоящая боль сидела глубже — там, где остались школьные друзья.
«Предатели».
Слово обожгло горло яростью. Марк схватил орущего Макса и поволок прочь, даже не оглянувшись. Артём растворился в темноте следом. Они бросили его здесь, одного, когда тени между деревьями пришли в движение.
Луна вышла из-за туч. Дима увидел их силуэты. Это были не волки. Волки не отбрасывают человеческие тени.
Впереди стояла пепельно-серая фигура — высокая, неподвижная, её индиговые глаза светились холодным светом сканеров. Она целилась из тяжелой Hextech-винтовки прямо ему в грудь. Слева скребла мерзлую землю багровая гора мышц, припавшая к земле, готовясь к прыжку. Справа металась фиолетовая вспышка безумия, жонглируя какими-то химическими колбами.
Они брали его в вилку.
Дима медленно выдохнул облачко пара. Полуторный меч со звоном покинул ножны. Руки дрожали то ли от холода, то ли от ужаса, но хват была твердой. Это было оружие старого охотника Киллиана, которое он нашел в лесу накануне — тяжелая, надежная сталь.
— Ну же, щенок, — прорычал низкий женский голос слева, хотя пасть багровой твари оставалась закрытой. — Смело. Очень глупо, но очень смело!
Она прыгнула первой.
Воздух разорвал лязг сервоприводов. Земля содрогнулась так, что Дима потерял равновесие. Он качнулся вбок, принимая удар механической лапы на плоскость клинка.
Раздался оглушительный визг металла. Искры брызнули во тьму, ослепляя. Ударная волна прошла по рукам до самых плеч, выбивая суставы. Боль была адской. Меч едва не вылетел из пальцев, но Дима удержал его, рухнув на одно колено в глубокий сугроб.
Багровая бестия нависла над ним, готовясь размазать человека по земле одним ударом пасти.
И именно в эту секунду раздался сухой щелчок тетивы откуда-то сверху.
Охотник Киллиан сидел в «вороньем гнезде» прямо над той сосной, у которой замер Дима. Старый профессионал выжидал идеальный момент. Его целью была не плоть мальчишки. Пока стая отвлеклась на добычу, он выцеливал лидера — ту самую серую фигуру, что держала винтовку.
Болт сорвался с ложа. Черный росчерк смерти устремился точно в затылок девушке-энфорсеру. Она стояла идеально ровно, подставив спину под выстрел, полностью сосредоточившись на жертве внизу. Она его даже не услышала.
Время растянулось в бесконечную нить.
У Димы не было времени на мысли. Был только расчет фехтовальщика. Отразить удар Ви, уклониться от Кейтлин и заблокировать болт физически невозможно.
Поэтому он сделал единственное, что мог сделать защитник.
Он вложил остатки сил в рывок вперед.
Меч полетел в сторону, брошенный намеренно, чтобы сбить траекторию снаряда. Сам Дима врезался в бок серой фигуры всем весом своего тела, отталкивая её с линии огня за мгновение до попадания.
Тяжелый арбалетный болт просвистел мимо уха, вонзившись глубоко в ствол сосны позади них.
Но инерция толчка сделала свое дело. Не рассчитав веса бронированного оборотня, Дима потерял опору. Вместе с ней они рухнули в снег — тяжелый клубок из человеческого отчаяния и звериной ярости.
Ви приземлилась рядом, зарычав от разочарования упущенной добычи. Но тут же замолкла.
Наступила абсолютная тишина, прерываемая только свистом ветра.
Дима лежал на спине, придавленный телом девушки. В глазах темнело от боли в плече после удара лапы. Он чувствовал запах озона от её винтовки и слабый аромат духов... совершенно неуместный посреди кровавого леса.
Девушка шевельнулась. Она оперлась руками о его плечи, собираясь встать, сбросить помеху и добить идиота, испортившего ей выстрел. Её индиговые глаза смотрели сверху вниз без единой эмоции.
А потом она посмотрела на свою шею.
Там, куда должен был войти наконечник болта, зияла дыра в воротнике плаща. Чуть левее — миллиметрах в десяти от сонной артерии — торчало оперение её собственного бронебойного болта, отраженного чужим телом.
Она перевела взгляд с дерева обратно на лицо Димы.
Её идеальная маска энфорсера дала трещину. Впервые за десятилетия стальной самообладания Кейтлин выглядела растерянной.
Рядом заворчала Ви. Она подошла ближе, принюхиваясь. Механические когти втянулись обратно в пальцы, сменяясь обычной человеческой рукой, которая осторожно потыкала Диму в бок.
— Живой, — буркнула она, обращаясь больше к Кейтлин, чем к парню. — И дурак. Зачем закрыл?
Фиолетовая вспышка оказалась перед самым носом. Джинкс плюхнулась коленями прямо в сугроб рядом с ними, заглядывая в лицо Диме огромными разноцветными глазами.
— Ты видел?! — восторженно прошептала она. — Как он кинулся! Прямо под пулю! Багровая чуть не раздавила его, а он такой: «Н-на тебе!»...
Она вдруг резко посерьезнела, наклонившись совсем низко. Её дыхание пахло сахарной ватой и порохом.
— Значит... ты теперь мой? Раз защитил меня от железяки этого старика?
Дима попытался сглотнуть, но во рту пересохло. Он посмотрел на свои руки, затем на девушку, которую только что спас. Обычный человек. Никакой трансформации. Только пульсирующая болью ключица и звон в ушах.
— Я просто... не хотел смотреть, как вас убьют, — прохрипел он.
Кейтлин моргнула. Медленно, словно перезагружая систему. Затем она опустилась на колени в снег рядом с ним, окончательно снимая маску угрозы. Ее движения стали плавными, почти заботливыми. Она приложила два пальца к его шее, проверяя пульс, игнорируя тот факт, что минуту назад хотела прострелить ему голову.
— Пульс нитевидный. Шок. Перелом ключицы исключен, сильное растяжение связок, — констатировала она тем же ровным голосом, но адресованным уже своей стае. — Охотник уйдет живым. Мы уходим сейчас. Этот долг нужно оплатить.
Ви оскалилась в подобии ухмылки, глядя на Диму сверху вниз.
— Лезем в канализацию, чемпион. Там сухо. Почти. И приведи себя в порядок, от тебя пахнет страхом. Ненавижу этот запах.
Джинкс помогла ему подняться, поддерживая под здоровый локоть. Она прижималась к нему так крепко, будто боялась, что он исчезнет.
Дима пошатнулся, опираясь на меч. Он посмотрел на трех самых опасных существ Зауна. Серая стратег. Багровая убийца. Фиолетовый хаос.
Они стояли полукругом, прикрывая его спины своими телами от того места, где засел охотник.
План Силко создать пугало для доков провалился.
Потому что самый страшный хищник в этом лесу сегодня ночью понял простую вещь: одиночество убивает быстрее клыков.
Глава I: «Выбор стороны»
(В Прологе: Дима был предан школьными друзьями и брошен в ночном лесу на растерзание трем оборотням — Кейтлин, Ви и Джинкс. В разгар схватки профессиональный охотник Киллиан устроил засаду, выстрелив из арбалета в спину стае и Диму. Дима спас положение, отразив один болт клинком, а второй приняв на себя своим телом, что сбило прицел убийцы. Пораженная его самоотверженностью, стая отказалась от убийства. Вместо того чтобы разорвать парня, они признали его право на жизнь и повели к своему укрытию.)
Бойня прекратилась так же внезапно, как и началась.
Тишина зимнего леса давила на уши сильнее недавнего лязга стали. Снег под ногами окрасился багровым — кровью охотника, которую Дима только что смыл со своего клинка о штанину. Руки дрожали не от страха. От отходняка. Адреналиновый пик схлынул, оставляя после себя звенящую пустоту и тупую боль в ключице там, где челюсти Ви едва не отделили её от тела.
Стая стояла полукругом, тяжело дыша. Пар валил из пастей густыми облаками.
Ви выглядела... разочарованной. Она втянула когти, превращаясь обратно в высокую девушку с бледной кожей, но глаза всё ещё горели опасным багровым огнем. Она пнула тело Киллиана носком тяжелого ботинка.
— Скучный дед, — буркнула она. — Даже толком не сопротивлялся, когда ты его насадил.
Кейтлин методично перезаряжала Hextech-винтовку. Её движения были выверенными, экономичными. Ни единой лишней царапины на форме энфорсера. Только идеальная осанка хищника, который оценил угрозу и признал её достойной.
Джинкс сидела на корточках прямо в кровавом сугробе, обхватив колени руками. Она больше не хихикала. Разноцветные глаза смотрели на Диму с каким-то новым, почти научным интересом.
А сам Дима смотрел на свой меч. Лезвие было зазубрено у основания — память о столкновении с сервоприводами Ви.
«Я защищаю вас», — пронеслось в голове эхом его собственных слов из боя. Он сказал это тогда инстинктивно, пытаясь выиграть секунду перед прыжком охотника. Но сейчас, глядя на этих троих монстров Зауна, он понимал, что это была чистая правда.
Они могли убить его сто раз. Ви могла перекусить позвоночник. Кейтлин могла прострелить голову еще на подходе. Джинкс могла нашпиговать его шрапнелью просто ради веселья. Но они этого не сделали. Они играли. А потом пришли убивать *за него*.
— Почему? — голос Димы прозвучал хрипло. Он прочистил горло. — План Силко? Вы знали, кто я такой?
Кейтлин подняла взгляд от винтовки. Холодный, анализирующий.
— Нам сказали, что щенок Энфорсера забрел на территорию «Лорис-Прайм» и мешает логистике Шиммера, — ровно произнесла она. — Твоя смерть открывала дорогу для их патрулей. Стандартная зачистка территории. Мы согласились. Работа есть работа.
— Но мы не договаривались, что работа будет скучной! — встряла Ви, оскалившись. — Ты дрался неправильно, чемпион. Ты блокировал удары вместо того, чтобы рвать глотки. Ты двигался как танцор, а не как мясо. Это бесит.
— Я не хотел становиться мясом, — парировал Дима, делая шаг вперед. Боль пронзила плечо, но он заставил себя стоять ровно. — И вам не позволю.
Он вложил меч в ножны одним плавным движением. Звук металла, входящего в кожу, прозвучал в тишине как приговор.
Это был невербальный сигнал. «Я закончил охоту».
Ви напряглась. Багровая шерсть снова начала пробиваться сквозь кожу на руках. Она сделала шаг навстречу, сокращая дистанцию до опасной.
— Что значит «не позволю»? — прорычала она, нависая над ним. Ростом она была выше, шире в плечах, пахла озоном и смертью. — Ты человек. Полутруп с железкой. У тебя нет права голоса в моей стае.
Она резко выбросила руку вперед, намереваясь схватить его за горло, сжать, почувствовать хруст трахеи...
Но её пальцы сомкнулись на пустом воздухе.
Дима ушел вбок. Не отпрыгнул — скользнул, используя инерцию её замаха. Оказавшись сбоку от неё, он не ударил. Вместо этого он перехватил её занесенную руку своей левой рукой, выворачивая кисть болевым приемом, а правой уперся ладонью ей в грудь, останавливая движение корпуса.
— Потому что теперь это моя стая тоже, — выдохнул он ей прямо в ухо.
Ви замерла. Механические элементы на её предплечье тихо гудели, сдерживая силу, способную согнуть стальной рельс. Она смотрела на него сверху вниз, ожидая увидеть страх. Но видела лишь ту самую сталь, которая отбила арбалетный болт.
Из-за спины Ви раздался тихий щелчок предохранителя.
— Попытка доминирования зафиксирована, — сообщила Кейтлин. — Результат: ничья. Объект проявил тактическую гибкость уровня Альфа-теста. Рекомендую прекратить агрессию во избежание травм опорно-двигательного аппарата.
Ви зарычала, но руку опустила. Она вырвала запястье из захвата Димы и отступила на шаг, брезгливо отряхивая рукав.
— Наглый щенок, — процедила она, но в рыке слышалась усмешка. — Мне нравится.
Джинкс вскочила на ноги. Безумие вернулось в её глаза вместе с восторгом. Она подбежала к Диме, обошла его кругом, заглядывая в лицо.
— Ты танцуешь! — выпалила она. — Когда все дерутся топором, ты танцуешь фламенко! Это гениально! Можно я назову нашего первого ребенка Фламенко?
— У нас не будет детей по имени Фламенко, — отрезала Кейтлин, вешая винтовку за спину. — Время уходит. Патрули Серебряных отделений будут здесь через двадцать минут. Нужно уходить под землю.
Она развернулась и направилась к старой дренажной решетке, скрытой кустами.
Ви двинулась следом, бросив напоследок:
— Если хочешь быть Альфой, мальчик, научись принимать решения быстрее. Следующего врага я тебе загрызть не дам. Сама сожру.
Дима остался стоять на поляне один, если не считать прыгающую вокруг Джинкс. Он посмотрел на свои руки. На кровь. На город вдали, который начинал просыпаться под звуки первых сирен.
План Силко был понятен. Использовать волков как клинок, чтобы убрать помеху. Затем избавиться от самого клинка или посадить его на цепь. Классика криминального мира.
Но старый химик просчитался в одном.
Чтобы контролировать зверя, нужно дать ему хозяина. Чтобы контролировать стаю, нужен вожак.
И кажется, только что вакансия закрылась.
— Идемте, — бросил он, поправляя перевязь меча. — Покажете мне ваш мир. Хочу посмотреть, из чего сделаны зубы тех, кто считает себя королями.
Спускаясь вслед за девушками в сырую, вонючую темноту коллектора, Дима впервые за ночь почувствовал себя не жертвой. Он чувствовал себя дома.
Глава II: «Поцелуи, цепи и коллекторы»
(В предыдущей главе Дима не просто выжил в схватке со стаей — он переломил её. Отказавшись убивать оборотней («Я защищаю вас»), он заставил их усомниться в приказе Силко. Появление охотника Киллиана стало катализатором: Дима спас стаю от арбалетного болта, а затем лично добил старика мечом. Этот акт защиты и убийства первой жертвы руками Димы стал переломным моментом. Ви признала в нем равного хищника, а Кейтлин — тактическую угрозу. Стая спустилась в подземелья Тихорецка.)
Спуск по ржавой лестнице вонял озоном и гниющей органикой. Звук был глухим, влажным: шлепанье тяжелых ботинок Ви, почти бесшумное скольжение Кейтлин и звонкий, нервный скрежет когтей Джинкс о бетон.
Дима шел замыкающим. Боль в плече после удара лапы Ви пульсировала в такт шагам, но адреналин всё ещё держал его на ногах. Он чувствовал себя так, словно попал в декорации к дешевому фильму ужасов, где главный герой обычно умирает первым. Только вот монстры шли впереди него, освещая путь химическими маркерами.
Они выбрались из люка в заброшенной котельной Пилтоверского завода. Здесь было сухо, пахло остывающим металлом и старой сажей. Огромные паровые котлы возвышались во мраке, как спящие левиафаны.
Как только тяжелая крышка люка встала на место, отсекая звуки города, напряжение начало спадать. И вместе с ним уходила броня.
Джинкс отпустила руку Кейтлин, за которую цеплялась весь спуск, и плюхнулась прямо на грязный пол, обхватив колени. Фиолетовое свечение её глаз потускнело. Впервые за ночь она выглядела не безумной машиной для убийств, а просто очень замерзшей, напуганной девочкой.
— Тут холодно, — прошептала она, клацая зубами. Зубы у неё были слишком острыми даже для человеческой улыбки. — Почему тут всегда так холодно? Я ненавижу трубы. Они высасывают тепло.
Ви, уже принявшая человеческий облик, лишь раздраженно фыркнула, сбрасывая с плеча тяжелый рюкзак с гранатами.
— Потому что ты пушистая только снаружи, петарда. Внутри у тебя пустота Зауна. Грейся сама.
Но слова прозвучали беззлобно. Багровая ярость окончательно схлынула, оставив после себя обычную человеческую усталость. Она села на перевернутый ящик, вытянув длинные ноги.
Кейтлин методично осматривала выход из коллектора через оптический прицел винтовки. Её движения были выверенными, лишенными эмоций энфорсера. Но когда она закончила, то вместо того чтобы занять позицию у двери, подошла к Диму.
Он стоял, прислонившись к теплому боку котла, пытаясь отдышаться. Куртка была разорвана на спине, плечо кровоточило.
— Ткань потеряла герметичность, — констатировала она своим ровным голосом, снимая с пояса небольшую армейскую аптечку. — Инфекция в таких условиях гарантирована. Сядь.
Она говорила это тоном врача, осматривающего пациента, но Дима видел, как едва заметно дрожат её пальцы, когда она доставала антисептик. Контраст между идеальной пилтоверской формой и запахом канализации был настолько абсурдным, что Дима невольно усмехнулся.
— Ты же Энфорсер, — сказал он, опускаясь на корточки перед ней. — Разве протокол не велит бросить дезертира подыхать в грязи?
Её индиговые глаза встретились с его взглядом. На долю секунды ледяная маска дала трещину.
— Протокол велит оценивать ресурсы, — ровно ответила она, начиная обрабатывать края рваной раны на его плече. Прикосновение её пальцев было неожиданно осторожным, прохладным. — А единственный боец ближнего боя, способный отбить болт Охотника, сейчас истекает кровью. Это... нелогично, допускать твою смерть.
Это было самое близкое к «спасибо», что могла произнести Кейтлин.
Пока они занимались раной, Джинкс подползла ближе. Она больше не мерзла — страх одиночества оказался сильнее холода. Она прижалась к свободному боку Димы, положив голову ему на бедро. Её синие дреды пахли порохом и чем-то сладким, химическим.
— Ты теплый, — выдохнула она. — Не как Ви. Та горячая, обжигает. А ты... правильный. Как батарея ноутбука.
Дима замер под её весом. Маленькая, смертоносная психопатка доверчиво грелась об него, как бездомный котенок. В этом было столько хрупкой, детской уязвимости, что сердце защемило.
Воспользовавшись тем, что внимание Ви отвлеклось на чистку когтей, а Кейтлин сосредоточена на бинтах, Джинкс подняла лицо. Разноцветные глаза смотрели серьезно, изучающе. Маска безумия исчезла, осталась только бесконечная, звенящая искренность.
— Ты назвал нас стаей, — тихо сказала она. — Там, в лесу. Когда прыгнул под стрелу. Люди всегда лгут. Марк лгал. Макс лгал. Они обещали быть друзьями, а сами хотели сдать меня ученым. Думали, я не вижу. А я всё вижу.
Её голос дрогнул. Она наклонилась еще ближе, сокращая расстояние до минимума.
— Поцелуй в лесу... был честным. Значит, это правда? Я больше не ошибка природы? Я твоя подруга?
Вопрос повис в воздухе, густой, как туман над канализацией. Для неё это был не романтический жест. Это был вопрос существования. Если поцелуй настоящий — значит, связь настоящая. Значит, ей есть куда возвращаться.
Дима смотрел в эти огромные, полные надежды глаза. Он мог бы отстраниться. Мог бы сказать, что это был просто импульс, секундная слабость посреди ада. Но глядя на неё, он понял, что этот ребенок-оружие заслуживает большего, чем ложь ради комфорта.
— Правда, — хрипло ответил он.
И прежде чем успел передумать, он протянул здоровую руку, зарываясь пальцами в её спутанные синие волосы, и мягко притянул её к себе.
Поцелуй получился неловким, коротким и сухим — губы всё ещё пересохли от мороза и жажды. Это не было страстью. Это было клеймение. Печать договора, подписанная не кровью, а теплом.
Когда он отстранился, Джинкс смотрела на него так, будто он только что достал луну с неба и подарил ей. Она медленно коснулась своих губ кончиками пальцев, а затем расплылась в абсолютно счастливой, хоть и немного безумной улыбке.
— Мои губы лучше батарейки! — восторженно прошептала она. — Можно я поставлю тебе отметку лояльности? У меня есть краска!
Из теней раздался сухой кашель.
Кейтлин отвернулась обратно к коридору, делая вид, что проверяет сканер, но на её бледных скулах проступило легкое розовое пятно.
— Патруль Серебряных отделений сменил маршрут, — сообщила она, пряча смущение за цифрами. — У нас окно в пятнадцать минут. Тепловой след вашей... привязанности может привлечь тех, кто живет ниже коллекторов. Предлагаю двигаться.
Ви закатила глаза, демонстративно громко хрустнув шеей.
— Ромео и Джульетта из помойки. Если закончили обмен бактериями, может, пойдем? Мне нужно кого-нибудь убить, пока я не начала грызть бетон от этой сахарной ваты в воздухе.
Дима поднялся на ноги, чувствуя странную легкость, несмотря на боль. Он помог встать Джинкс. Девушка тут же снова вцепилась в его рукав мертвой хваткой, прижимаясь к плечу.
Они двинулись вперед цепочкой: впереди чуткая Кейтлин, посередине Дима (центр бури), а замыкающими — расслабленная Ви и сияющая Джинкс.
Контраст романтики и окружающей реальности был оглушительным. Они шли сквозь журчание нечистот, перепрыгивая через крысиные трупы и обходя облака метана, но воздух вокруг них казался чище, чем школьные коридоры, которые Дима покинул несколько часов назад.
Впереди показался тусклый свет химической лампы — их логово.
— Добро пожаловать домой, чемпион, — прорычала Ви, толкая ногой гнилую дверь бойлерной. — Запах чувствуешь? Это успех.
Дима вдохнул полной грудью вонь горелого пластика, сырости и машинного масла. И впервые за всю свою жизнь почувствовал, что наконец-то вернулся туда, где его действительно ждали.
Глава III: «Охота на призраков прошлого»
(В предыдущей главе: Спустившись в подземелья, стая нашла укрытие в заброшенной котельной. Эмоциональное напряжение после боя вылилось в уязвимость: Джинкс страдала от холода и страха одиночества, что привело к её первому искреннему проявлению привязанности к Диме. Поцелуй стал скреплением их странного договора стаи. Реакция Ви была ворчливо-одобрительной, а Кейтлин скрыла смущение за прагматизмом. Контраст романтического момента с грязью и вонью канализации подчеркнул новую реальность героев.)
Логово пахло озоном, оружейной смазкой и мокрой шерстью.
Керосиновая лампа отбрасывала дрожащие тени на бетонные стены старой насосной станции. Это место было идеальным укрытием — слишком много ржавых труб и узких вентиляционных шахт для человека, но дом для тех, кто видит в темноте.
Дима сидел на перевернутом ящике из-под патронов, пока Кейтлин методично сканировала периметр своим визором. Плечо всё ещё пульсировало болью под тугой повязкой, но адреналин окончательно сменился тяжелой, звенящей усталостью.
— Марк Косинов живет в Южном районе, сектор 4-Б, — голос Кейтлин прозвучал ровно, лишенный эмоций энфорсера, читающей сводку новостей. — Максим Непомнящий... адрес не зарегистрирован, ночует по притонам Зауна. Артём Булгаков работает курьером у людей Силко. Его квартира над гаражом в доках.
Ви, чистившая свои механические когти куском промасленной ветоши, подняла голову. Багровая шерсть на её загривке начала медленно втягиваться, обнажая бледную человеческую кожу.
— Докуи? Серьезно? Этот кусок дерьма спит спокойно, когда мы тут мерзнем? — она сплюнула на пол. — Я хочу начать с него. Хочу услышать, как хрустят его ребра, когда я буду объяснять ему значение слова «предательство».
Джинкс, которая до этого момента разбирала свою сумку с гранатами, радостно встрепенулась. Её разноцветные глаза загорелись предвкушением.
— Да! Визит вежливости! Можно я возьму ту банку с кислотой? Мы можем нарисовать на его двери смайлик, который будет светиться в темноте! Изнутри его желудка!
— Никакой кислоты внутри жилых помещений, — отрезала Кейтлин, не отрываясь от планшета. — Это нарушает протокол скрытности. Если нам нужен быстрый допрос без привлечения патруля Серебряных отделений, действовать нужно чисто. И быстро.
Дима потер переносицу. Карта города стояла перед глазами так же четко, как план этой бойлерной. Он посмотрел на своих... подруг. Монстров, которые полчаса назад пытались его убить, а теперь готовы перегрызть глотки школьным друзьям ради него.
«Охота на призраков», — подумал он. Прошлое пришло собирать долги.
Уют квартир школьных друзей бил по обонянию сильнее нашатыря.
Марк жил лучше всех — съемная студия с видом на парк Тихорецка. Дорогая мебель, которую явно купили родители, экран последней модели коммутатора на стене.
Они вошли без взлома. Кейтлин просто деактивировала замок тремя движениями пальцев через портативный дешифратор. Звук щелчка сработал лучше любого будильника.
Марк вскочил с кровати. Увидев на пороге Диму — покрытого засохшей кровью, лесным мусором и стоящего рядом с тремя самыми опасными существами Зауна, — он побелел как простыня.
— Дим?.. Ты же... мы думали волки...
Ви шагнула вперед, демонстративно разминая костяшки закованных в сталь пальцев. Звук получился похожим на работу гидравлического пресса.
— Волки уже ушли, Марк, — прорычала она. — Теперь пришли те, кто хуже волков. Мы.
Он даже не пытался сопротивляться. Когда твоя прошлая жизнь смотрит на тебя глазами хищников, любые мысли о героизме испаряются. Его связали быстро: руки заведены за спину и прикручены паровым трубопроводом, ноги стянуты той самой застывающей пеной Джинкс. Сейчас он сидел на полу гостиной их съемной квартиры, прислоненный к дивану, с кляпом из дорогого футбольного шарфа во рту.
Следующим был Макс. Найти его оказалось еще проще — он не прятался, просто отключил коммутатор и пил дешевый синтетический алкоголь в подвале старого торгового центра. При виде Ви он попытался выпрыгнуть в окно, но Джинкс метнула гарпун на тросе, пришпилив его куртку к раме прямо в прыжке. Он висел там, плача и умоляя, пока Кейтлин перерезала кабель.
Артём попался последним. Курьер «Лорис-Прайм» оказался самым пугливым. Он начал говорить еще до того, как Ви успела коснуться его плеча. Просто увидев лицо Димы в дверях своей кухни, он выложил всё: про Силко, про Экко, про то, что им приказали лишь задержать Диму в лесу, а остальное должны были сделать звери.
Теперь все трое сидели в ряд на полу бойлерной. Их уютный мирок разбился вдребезги о бетон реальности.
Дима стоял над ними, опираясь на меч. Боль в плече смешивалась с ледяной яростью.
— Вы хотели зрелища, — произнес он. Голос звучал глухо, отражаясь от металлических стен. — Получите премьеру.
Он подошел к Марку. Тот замычал сквозь кляп, пытаясь отползти, но уперся спиной в ноги Джинкс. Она сидела на столе, болтая ногами, и жевала конфету, глядя на Марка взглядом ребенка, изучающего насекомое.
Дима присел перед ним на корточки. В отличие от Ви, чей оскал обещал быструю смерть, взгляд Димы был тяжелее свинца.
— Привет, Марк. Давно не виделись. Со школы. С тех пор, как ты решил, что бросить друга ночью в лесу трем оборотням — это забавная шутка.
Марк замычал, бешено вращая глазами.
— О, хочешь поговорить? — раздался сладкий голос Джинкс справа. Она наклонилась к его уху. — Я разрешаю. Только учти, если начнешь врать — я заставлю Макса съесть свои собственные кроссовки. Они резиновые, говорят, полезно для пищеварения.
Максим на соседнем месте зашелся в новом приступе рыданий.
Ты чуть наклонил голову, внимательно изучая лицо человека, которого знал одиннадцать лет.
— Спрашивать «Зачем?» я не буду, — продолжил ты ровным тоном. — Это скучно. Люди всегда врут. Я хочу знать факты.
Твой меч со звоном покинул ножны. Ты приставил острие к колену Марка, едва не проколов ткань спортивных штанов.
— Кто отдал приказ? Имя. И где сейчас третий кусок этого дерьма — Артём? Почему он молчит, будто воды в рот набрал?
Ви громко хрустнула шеей слева от тебя, выступая из тени бойлера. Багровая шерсть снова начала пробиваться сквозь кожу на её руках.
— И советую поторопиться, — мурлыкнула она. — Мои когти сегодня еще никого не рвали. У меня лапы чешутся.
Связанные переглянулись. Их старая дружба рассыпалась прахом за эти несколько минут. Остался только первобытный страх за свою шкуру. Марк судорожно сглотнул, глядя на тебя, и начал быстро-быстро мычать, соглашаясь говорить.
Но прежде чем Ви сделала шаг вперед, чтобы приступить к делу, тебя осенило.
Холодная логика пазла сложилась в единый рисунок.
Ты вспомнил день, когда случайно забрел в промышленный сектор Зауна. Человек в кожаной куртке, белые волосы торчком, кибернетические коньки. Экко.
Человек Силко приходил к вам *дважды*.
— Подожди, — сказал ты, опуская меч, но не убирая его совсем. — Марк. Посмотри на меня.
Он затрясся, послушно переводя взгляд с лезвия на твое лицо.
— Вы сказали, что пришел человек от Силко. Но этот человек... его ведь зовут Экко? Чернокожий пацан с белыми волосами, заплетенными в хвост?
Глаза Марка расширились от ужаса абсолютного понимания. План рушился у него на глазах.
— Д-да... — просипел он. — Это он! Точно он! Он сам принес фото девчонки! Сказал, что босс хочет забрать территорию доков, но там ошивается какой-то мелкий пацан со связями в лесу... Какая-то новая стая... Мешает бизнесу... Мешает поставкам Шиммера...
— Дело не в территории, — внезапно тихо сказала Кейтлин. Она опустила планшет. Индиговый свет экрана освещал её сосредоточенное лицо. — Артём упомянул «Лорис-Прайм». Силко ищет кое-что другое. Что-то, что появилось в лесу вместе с нами.
Дима посмотрел на Ви, затем на Джинкс. Связь. Альфы. Триада.
— Он хотел вытащить меня из норы, — прошептал Дима, и улыбка на его лице стала жестокой, хищной. — Потому что Экко сказал ему: если парень выжил после встречи с вами троими, он больше не просто школьник. Он опасен. А Силко убивает опасность, пока она маленькая.
Ви зарычала, ударив кулаком по трубе так, что посыпалась ржавчина.
— Использовал нас как наживку?! Для своего щенка?!
Дима убрал меч в ножны. Он смотрел на связанных бывших друзей, которые тряслись на полу.
— Спасибо за подсказку, ребята, — сказал он мягко. — Вы только что подписали приговор самому быстрому человеку в Зауне.
План мести перестал быть абстрактным. Теперь у него было имя, лицо и привычка носить волосы в хвосте.
Глава IV: «Театр одного андроида»
(В предыдущей главе: Стая спустилась в бойлерную и захватила школьных друзей — Марка, Макса и Артёма. Допрос начался с психологического давления Ви и холодной логики Кейтлин. Диму осенило: Силко использовал оборотней как наживку, чтобы выманить его из норы, так как Экко доложил боссу о невероятной выживаемости парня. Упоминание имени Экко вызвало у Марка панику, подтвердив догадку о кукловоде.)
Запах озона, пота и дешевого синтетического алкоголя висел в воздухе плотной завесой. Бойлерная превратилась в камеру для призраков прошлого.
Дима стоял над Максом Непомнящим. Тот сидел на полу, прислонившись к ржавому бойлеру, и мелко дрожал. В отличие от рыдающего Марка и пытающегося торговаться Артёма, Макс просто смотрел в одну точку перед собой. Его челюсть отвисла, а глаза казались пустыми.
— Он ничего не знает, — фыркнула Ви. — Пустышка.
Кейтлин опустила сканер.
— Нейронная активность минимальна... Либо он глупее кирпича, либо...
Её взгляд метнулся к тени в углу, где сидела Джинкс.
— Странный он, — тихо сказала Джинкс. — Слишком тихий. Даже когда я пугала Марка ножницами, он пах адреналином. А этот пахнет пылью. И машинным маслом.
Дима присел на корточки перед Максом. Что-то в этой апатии было фальшивым.
— Эй, — позвал он, щелкая пальцами перед лицом парня.
Никакой реакции. Только редкое моргание.
И тут пазл со звоном встал на место. «Театр одного андроида». Экко никогда не был мясником. Он инженер.
— Ви, отойди от него, — голос Димы стал опасно низким.
Ви удивленно оглянулась, но послушалась. Дима медленно протянул руку к лицу Макса. Кожа была слишком гладкой. Слишком бледной. И холодной.
— Не человек, — выдохнул Дима. — Оболочка. Андроид высокого класса.
Кейтлин мгновенно оказалась рядом, оттягивая веко пленника.
— Отсутствие слезной жидкости. Ритм сердца замедлен искусственно. Тепловая сигнатура шеи выдает скрытые сервоприводы, — она провела сканером вдоль челюсти. — Под кожей импланты связи шестого поколения. Силко послал нам своего лучшего шпиона под маской школьного труса.
Макс наконец поднял голову. Разноцветные линзы уставились на Диму. На губах начала формироваться плаксивая улыбка.
— Я же говорил... проскрипел синтезатор внутри его горла. Голос изменился, став ниже. — Я всегда говорил Марку, что ты тупой, чемпион. Но не думал, что настолько.
Маска окончательно сползла. Мимические мышцы лица закоротило, обнажив под человеческой кожей переплетение титановых тросов.
Андроид рванулся вперед, целясь лезвиями скальпелей прямо в горло Кейтлин.
Энфорсер шагнула вперед, принимая удар на жесткий наруч планшета. Искры брызнули во тьму.
— Неверный расчет, — процедила она, выворачивая запястье и ломая сталь голыми пальцами.
Но время было потеряно.
Раздался сухой, отчетливый писк таймера изнутри корпуса робота.
00:03...
00:02...
— Бегите! — рявкнул Дима.
Он действовал быстрее мысли. Взрывчатка детонирует внизу, значит, ударная волна пойдет вверх. Выход только один — канализация.
Кейтлин подхватила раненую Ви. Джинкс, кашляя от дыма, прыгнула в открытый зев дренажного отверстия первой.
Дима остался один посреди комнаты. Огонь отрезал путь к лестнице наверх.
Его взгляд упал на тело андроида. 00:01...
План Экко был идеален. Выкурить их отсюда, заставив бежать вниз, в старые тоннели третьего уровня, где газ соединяется с Шиммером. Один выстрел там — и весь район взлетит на воздух вместе со стаей.
Если только они не изменят правила игры.
Ты посмотрел на огонь. Посмотрел на мигающие цифры.
00:00...
Решение пришло само. Ты ведь обещал защитить их любой ценой.
— Кейтлин! Бросай её в люк! Джинкс, держи свою принцессу крепче!
Ты не стал прыгать следом. Вместо этого ты подошел к телу дроида. Схватил его за остатки металлической шеи и повернулся лицом к входу, откуда уже лезли вооруженные боевики.
Ты выставил меч перед собой, принял стойку для приема удара и закрыл глаза.
— Ну давайте, рыбьи дети. Поиграем.
Первый залп дробовиков разорвал тишину ночи ровно в тот момент, когда детонировал заряд внутри андроида.
Ударная волна поднялась вверх, встретившись с потолком, а затем обрушилась вниз, прямо на тебя.
Последнее, что ты увидел — столб огня и стали, несущийся навстречу твоему лицу.
Тяжёлая крышка люка со скрежетом отъехала в сторону, и кто-то буквально вышвырнул тебя наружу.
Ты рухнул на мокрый асфальт заводского двора, жадно хватая ртом воздух. После затхлой вони канализации, озона и гари бойлерной, ночной дождь показался стерильным чудом. Каждый глоток кислорода обжигал легкие, возвращая сознание. Жизнь хлынула обратно в тело вместе с ледяной водой.
— Живой, — прохрипел знакомый голос.
Ви вытащила тебя из люка. Она выглядела помятой, плечо всё ещё дымилось, но механический болт исчез. Следом выбрались Кейтлин и Джинкс.
Ты попытался встать, но ноги подкосились. Боль от взрыва смешивалась с диким истощением. Десять минут действия стимулятора, который тебе вкололи еще внизу, почти истекли. Ты чувствовал, как уходит обезболивающий туман, обнажая порванные мышцы и сотрясение.
— Десять минут, — констатировала Кейтлин, сверяясь с показаниями на браслете. — Действие препарата заканчивается. Без немедленной стабилизации твоя нервная система сгорит от болевого шока. У нас есть второй инъектор. Военный образец. Он поднимет тебя на ноги на десять минут, но потом наступит откат такой силы, что ты будешь спать сутки.
Она достала шприц-тюбик с мутноватой жидкостью.
— Решай. Сейчас или мы будем нести твой труп до коллектора.
Ты перевел взгляд с иглы на свои руки. Они всё ещё слегка дрожали, покрытые копотью и твоей кровью. И вдруг тебя словно током ударило.
«Десять минут...»
Стимулятор даст лишь отсрочку. Временную заплатку. Чтобы выжить после такого перегруза без последствий, организму нужна полная регенерация. Биология человека здесь бессильна.
А единственный способ запустить процесс перестройки клеток, совместимый с химией Зауна — это ликантропия.
— Вытащили... — просипел ты, глядя на Ви, которая мрачно смотрела на твои ожоги. — Чтобы я сдох сам через пять минут?
Ви оскалилась, выпуская когти. Её трансформация снова начала проступать сквозь кожу от злости.
— Если хочешь жить, чемпион, придется принять дар. Других вариантов нет. Или стимулятор на 10 минут и смерть, или моя слюна и вечность.
И тогда осознание накрыло тебя тяжелой волной.
Это не случайность. Это не провал плана Силко.
Это и был его план.
Экко знал, что ты выживешь в лесу. Знал, что ты придешь за школьниками. Знал, что взорвавшаяся ловушка покалечит тебя смертельно. Он рассчитал всё так, чтобы загнать тебя в угол: либо умереть человеком, либо стать одним из них, потеряв контроль навсегда. Сделать из тебя ручного зверя, привязанного болью к той, кто тебя обратил.
— Давай, — прохрипел ты, расстегивая ворот куртки, чтобы обнажить шею. — Колем стимулятор. Мне хватит десяти минут, чтобы довести всех до норы. А потом... можешь кусать.
Джинкс восторженно взвизгнула, выхватывая шприц у Кейтлин.
— Зубки! Моя очередь ставить печать лояльности!
Игла вонзилась в вену. Ледяной огонь хлынул по телу, вымывая боль и заменяя её звенящей, опасной ясностью.
Выбор был сделан. План Силко сработал идеально.
Теперь оставалось только дождаться конца этих десяти минут.
Глава V: «Рождение Альфы»
(В предыдущей главе: В бойлерной Макс Непомнящий оказался высокотехнологичным андроидом-смертником — ловушкой Экко. Когда таймер на детонации начал отсчет, Дима принял решение пожертвовать собой ради спасения стаи. Он схватил Кейтлин, Ви и Джинкс и буквально швырнул их в канализационный люк за секунду до мощного взрыва, приняв ударную волну на себя. Стимулятор военного образца подарил ему десять минут ясности, чтобы осознать страшную правду: это и был план Силко — загнать Диму в угол смертельным ранением, заставив принять укус оборотня ради выживания, тем самым подчинив его своей воле через боль трансформации.)
Агония началась ровно через девять минут после того, как стимулятор «Громобой» выжег остатки боли от взрыва.
Дима лежал на груде старых одеял в логове котельной. Ледяная вода коллектора давно сменилась сухим жаром заброшенной бойлерной. Инъекция держала тело на плаву, но химический огонь внутри вен начинал стихать, обнажая истинный масштаб повреждений.
Сначала затряслись руки. Мелкая, неконтролируемая дрожь перешла в судороги, сводящие мышцы живота. Боль пришла не снаружи — она родилась прямо в костном мозге.
— Началось, — констатировала Кейтлин. Она сидела рядом на корточках, её индиговые глаза светились в полумраке, фиксируя каждый спазм. — Процесс клеточной перестройки инициирован ядом Ви. Температура тела сорок три градуса. Если начнется отказ внутренних органов...
— Заткнись, Кейт, — прохрипел Дима сквозь сжатые зубы. Его голос уже звучал иначе — ниже, вибрируя от зарождающегося рыка.
Тело выгнулось дугой. Позвоночник хрустнул, меняя геометрию, изгибаясь так, словно кости превратились в расплавленный воск. Это было хуже любого пламени. Хуже пыток охотника Киллиана. Это была смерть заживо. Каждая клетка разрывалась на части, чтобы собраться заново в чужую, звериную форму.
Джинкс металась по комнате, заламывая руки. Её безумие уступило место животному ужасу.
— Дим! Чемпион! Не смей уходить туда, где нет взрывчатки! — верещала она. — Я сейчас тоже укушу! Хочешь, укушу тебя в коленку? Там смешнее!
Ви стояла неподвижно, прислонившись к ржавому котлу. Багровая шерсть снова начала пробиваться сквозь кожу — инстинкт требовал защищать альфу, даже если он сам этого просил. Но она молчала, стиснув челюсти, выполняя приказ ждать.
Мир сузился до белой вспышки боли за веками. Человеческий разум кричал, паниковал, пытался цепляться за воспоминания о школе, о матери, о лице Марка. Но этот шум только усиливал агонию.
И тогда ты вспомнил советскую песенку. Ту самую, что напевал Джинкс.
«Не бойся сказки, бойся лжи...»
Ты перестал бороться с огнем. Ты шагнул в него.
Разум отделился от бьющегося в конвульсиях тела. Ты наблюдал за перестройкой своего скелета со стороны, словно инженер, проверяющий чертежи. Каждую вспышку боли ты принимал как данность, позволяя огню делать свою работу, сохраняя ядро сознания нетронутым. Медитация фехтовальщика стала щитом против звериного бешенства.
А затем всё резко прекратилось.
Тишина обрушилась на бойлерную, звенящая и густая, как кровь.
Дима сделал глубокий вдох. Воздух вошел в легкие не просто легко — он принес с собой тысячи запахов. Он чувствовал страх Макса за километры отсюда, слышал биение сердца Ви, ощущал вкус озона на языке.
Он открыл глаза.
Индиговое свечение Кейтлин больше не казалось ярким — оно резало взгляд. Мир стал четким, контрастным, черно-белым с пятнами тепла.
Он встал на ноги одним плавным движением. Трансформация завершилась.
Черная шерсть втянулась обратно под кожу, но фигура осталась массивной, переполненной скрытой силой. Плечо, разорванное взрывом, было целым. Шрамы исчезли.
Перед ними стоял не парень-старшеклассник. Перед ними стоял Альфа.
Джинкс замерла, глядя на него снизу вверх. Слезы всё ещё блестели на её чумазом лице, но теперь это были слезы чистого восторга.
— Мой Дим... — прошептала она благоговейно. — Самый зубастый Дим в мире.
Ви издала низкий утробный рык. Она медленно опустилась на одно колено перед ним, склоняя голову. Вся её воинственность, вся привычка бросаться первой, исчезла без следа. Осталась лишь покорность высшего хищника перед сильнейшим.
Кейтлин убрала планшет. Впервые за ночь на её идеальном лице энфорсера отразилось нечто похожее на уважение.
— Расчеты требовали коррекции, — сухо сказала она. — Поздравляю с днем рождения, Альфа.
Дима-Дим выдохнул. Запах подземелья ударил в ноздри. Теперь он ощущал каждую крысу, каждую каплю воды в трубах, каждый грамм страха своих девочек.
Силко хотел дать ему клетку из боли. Хотел сделать ручного монстра.
Ошибка планирования.
— Вы мои, — произнес новый вожак. Голос эхом отразился от бетонных стен. — И никто. Никогда. Больше не посмеет диктовать нам правила.
Ви подняла голову. В багровых глазах стояли слезы преданности.
— Приказывай, лидер.
Дима посмотрел на вход в коллектор, ведущий обратно в город. На школу, где остались предатели. На Заун, который принадлежал Силко.
— Мы идем в гости, — оскалился он, обнажая удлинившиеся клыки. — У нас назначено свидание с королём. Подготовьте оружие. Сегодня ночью мы заберем этот город себе.
Глава VI: «Визит к королю»
(В предыдущей главе: Трансформация Димы завершилась. Агония перестройки костей и мышц, сдерживаемая лишь медитацией, уступила место абсолютному контролю над новым телом. Пробудившиеся инстинкты хищника не затуманили разум, а обострили его. Стая приняла нового вожака безоговорочно: Ви склонила голову в подчинении, Кейтлин признала тактическую эффективность, а Джинкс обрела фанатичную преданность. Рождение Альфы состоялось. Теперь у них есть десять часов до рассвета, чтобы нанести ответный удар Силко, пока город спит.)
Клуб «Морская Ведьма» гудел низкочастотным басом, который ощущался не ушами, а вибрировал где-то в костях. Воздух был густым от испарений дешевого Шиммера, пота и отчаяния. Мигающие неоновые вывески окрашивали лица танцующих внизу людей в мертвенно-синие и кроваво-красные тона.
Вы вошли через главный вход. Никакого взлома дверей, никакой стрельбы. Просто четыре фигуры, шагнувшие из дождливой ночи под своды бывшего театра.
Контроль — вот что было твоим главным оружием сейчас. Ты шел первым. В человеческом облике, но зверь никуда не делся: он просто свернулся внутри тебя тугой пружиной. Твои движения были пугающе плавными для человека такого сложения. Плечи больше не казались ссутулившимися от усталости; они разошлись в стороны, заполняя пространство вокруг тебя аурой абсолютной власти. Люди на входе — громилы Силко с лицами, испещренными химическими ожогами, — инстинктивно расступились. Они смотрели на Кейтлин за твоей спиной, на Ви по правую руку, искали угрозу в их руках, но их взгляд неизменно спотыкался о твое лицо. Они видели спокойствие. И это спокойствие пугало их сильнее любого оружия.
Кейтлин шла слева. Идеальная осанка энфорсера заставляла местных дилеров тушить свои трубки прямо на ходу. Она двигалась сквозь толпу как ледокол, и веселящиеся наркоманы расступались перед ней, словно вода перед носом корабля.
Ви справа была воплощением нетерпения. Её багровые глаза сканировали каждый темный угол балкона, пальцы нервно подергивались, готовые выпустить когти. Ей хотелось рвать глотки прямо сейчас. Но она подчинялась ритму твоих шагов.
Джинкс... Джинкс была самым слабым звеном в этой цепи сдержанности. Она подпрыгивала на месте позади вас, её синие дреды метались из стороны в сторону. Она то прятала руки в карманы куртки, сжимая гранаты, то начинала беззвучно открывать и закрывать рот, имитируя звук пулеметной очереди, когда какой-нибудь особенно уродливый охранник поворачивался к ней спиной. Если бы не твоя поднятая за спиной ладонь — молчаливый приказ «Стоять» — она бы уже превратила VIP-ложу в кратер.
Силко сидел в своей ложе над залом. Его огромное инвалидное кресло стояло так, чтобы видеть всю панораму клуба. Он медленно потягивал жидкость из своего аппарата, подключенного к шее. Картина абсолютного триумфа. Король Зауна в своем дворце.
Он заметил вас только тогда, когда Ви небрежным движением плеча сбросила со столика бокал дорогого вина. Звук разбившегося хрусталя прорезал гул музыки.
Танец на сцене оборвался. Музыка стихла почти мгновенно — охрана нажала тревожную кнопку. Сотни лиц повернулись к вашей группе. В зале повисла мертвая тишина, нарушаемая только шипением сломанного аппарата Силко, из которого тонкой струйкой вытекала синяя сыворотка на дорогой ковер.
Силко лениво перевел свой стеклянный взгляд вниз. Увидев Кейтлин и Ви, он едва заметно нахмурился. Неприятно, но решаемо. Энфорсер и беглая убийца. Стандартная проблема.
Но потом его единственный глаз нашел тебя.
Улыбка медленно сползла с его обезображенного шрамами лица. Химический раствор в трубках кресла забулькал быстрее. Он узнал твой силуэт. Узнал стойку. Но разум матерого стратега отказывался принимать вводные данные.
Этого не могло быть. Этот парень должен был лежать разорванным на куски в лесу. Или, если план Экко сработал, корчиться в агонии трансформации где-нибудь в канализации, превращаясь в безмозглого монстра.
Ты стоял перед ним целый. Человеческий облик. Спокойное лицо. Только во взгляде плескалось индиговое пламя того самого волка, которого он пытался приручить.
— Занятно, — проскрипел Силко. Его голос, искаженный динамиком в кресле, звучал как скрежет металла. — Я послал щенка поиграть с тремя альфами. А вернулся ко мне... кто? Новый вожак?
Он поднял свою единственную здоровую руку, подавая знак охране. Десяток боевиков в тяжелых бронежилетах начали спускаться с балконов, беря вас в полукольцо. Их оружие — тяжелые дробовики и автоматические арбалеты — смотрело на Ви и Кейтлин. На тебя направить ствол никто не решался. Инстинкты кричали им, что целиться в хищника бесполезно, если ты стоишь к нему лицом.
Ви оскалилась, готовясь сорваться вперед. Это будет бойня. Грязная, быстрая, но численное преимущество охраны...
Ты поднял левую руку открытой ладонью вперед. Не приказа ради — стая знала свое дело. Просто жест вежливости перед старым врагом.
Ты сделал шаг вперед, выходя из-за спин девушек. Теперь ты стоял ровно под ложей Силко, один против всего картеля.
— Ты хотел создать идеальное оружие, Силко, — твой голос прозвучал негромко, но акустика пустого зала донесла каждое слово до последнего угла. В нем всё ещё рычали басы оборотня. — Хотел дать мне клетку из боли, чтобы я кусал тех, кого ты укажешь. Чтобы я стал таким же, как они.
Ты позволил трансформации скользнуть по лицу. Всего на секунду. Кожа на мгновение пошла трещинами, зрачки вытянулись в вертикальные щели, обнажая истинную суть Альфы. Охрана внизу неуверенно переступила с ноги на ногу, крепче сжимая рукояти оружия.
А затем ты вернул человеческий облик.
— Ошибка планирования, — продолжил ты, и твои губы растянулись в той самой хищной улыбке, которой научила тебя Ви. — Ты дал мне семью. Дал мне причину контролировать эту силу. И показал, насколько хрупким может быть даже король, сидящий в кресле.
Ты кивнул вверх, на аппарат жизнеобеспечения Силко, всё еще сочащийся синим.
— План изменился. Приговор прежний.
В этот момент Силко понял всё. Понял, что недооценил не мальчишку. Он недооценил связь стаи. Понял, что пока Экко играл в шахматы с фигурами, настоящая угроза собиралась в темноте коллекторов, вооруженная не логикой, а абсолютной преданностью.
Рука старика дернулась к подлокотнику, где обычно лежал пульт вызова отряда чистильщиков или инъектор смертельного токсина.
Но опоздала.
Ви стартовала первой. Багровая вспышка. Сервоприводы экзоскелета взвыли. Она не стала прыгать на охрану. Она ушла *под* них. Упав на четвереньки, она пронеслась между ног ближайшего боевика одним смазанным движением. Лязгнули механические когти, вспарывая сухожилия на лодыжках сразу трем людям. Пол покрылся кровью раньше, чем тела начали падать.
Кейтлин выстрелила дважды. Бесшумные Hextech-заряды ударили точно в запястья двух стрелков на балконе, целящихся в спину тебе. Руки отсушило, тяжелое оружие полетело вниз, сбивая с ног своих же товарищей.
Джинкс радостно взвизгнула: «ВСЕМ ДОБРЫЙ ВЕЧЕР!» — и швырнула связку гранат не в толпу, а высоко вверх, к позолоченной люстре над центром танцпола. Взрыв. Дождь из раскаленных осколков стекла и искр посыпался на оставшихся головорезов, вызывая хаос и пожары.
А ты?
Ты просто исчез снизу и появился наверху.
Не прыжком. Серией стремительных, невозможных для человеческого глаза скачков, используя перила и спины падающих охранников как опоры. Ты преодолел расстояние до ложи Силко за долю секунды.
Старик успел нажать лишь одну кнопку. Из ручки кресла вырвался разряд электричества, способный остановить сердце слона.
Ты поймал этот разряд левой рукой. Искры затрещали на коже, мышцы свело судорогой, запахло паленым мясом. Ты даже не поморщился. Адреналин и новая природа сожрали боль целиком.
Ты схватил подлокотник кресла огромной лапищей. Металл застонал, сминаясь, как фольга. Одним рывком ты выкорвал Силко из его передвижного трона и швырнул через всю комнату — прямо в панорамное окно из толстого бронированного стекла.
Стекло выдержало первый удар. Силко впечатался в него, выбив облачко крови из разбитого носа. Кресло рухнуло на пол с оглушительным лязгом.
Ты подошел к окну, оперся руками о раму и посмотрел сверху вниз на короля Зауна. Клуб внизу горел, тонул в дыму и криках. Твоя стая методично добивала остатки сопротивления внизу, работая как единый идеальный механизм.
Силко поднял голову. Его единственный глаз встретился с твоим взглядом.
— Добро пожаловать домой, папочка, — прошептал ты, прежде чем нанести второй удар.
Глава VII: «Новый порядок»
(В предыдущей главе: Стая во главе с Димой совершила бесшумный штурм клуба «Морская Ведьма», застигнув людей Силко врасплох. Пока Ви и Кейтлин методично уничтожали охрану на нижних уровнях, а Джинкс вносила хаос сверху, Альфа поднялся прямо к ложе босса. Игнорируя электрический разряд защиты, Дим вырвал Силко из инвалидного кресла и швырнул его сквозь панорамное окно второго этажа вниз, на танцпол перед лицом всего картеля. Казнь тирана свершилась за секунды, посылая недвусмысленное сообщение всему Зауну.)
Тишина после падения тела была оглушительнее любого взрыва.
Силко лежал внизу, посреди обломков собственного трона и битого стекла. Его единственный глаз всё ещё был открыт, но стеклянная пустота в нём говорила о том, что мозг уже отключился от разрушенного позвоночника. Он умер не сразу — такие люди цепляются за жизнь до последнего, — но как политический игрок он перестал существовать в ту секунду, когда твои ботинки коснулись края разбитого окна.
Ты стоял над своим королевством. Клуб превратился в скотобойню. Выжившие боевики «Лорис-Прайм» жались к стенам, бросив оружие. Они смотрели не на труп своего лидера. Они смотрели вверх, на тебя. Человеческий облик снова сошел с тебя, обнажив черты Альфы — слишком широкие плечи, вертикальные зрачки и ауру абсолютной власти, которая физически давила им на грудь, заставляя опускаться на колени.
— Мой первый указ, — твой голос прогремел под сводами, усиленный акустикой зала. Ты не кричал, но каждое слово вибрировало угрозой. — Прекратить сопротивление. Сложить оружие. Те, кто осознает глубочайшую ошибку службы Силку, могут сохранить свои жизни. Но просто опустить стволы недостаточно.
Ты сделал паузу, обводя взглядом бледные лица дилеров и убийц.
— Вы извинитесь. На коленях. Прямо здесь. Не передо мной. Перед моей стаей.
Твой палец указал вниз, сначала на Ви, затем на Кейтлин, и наконец замер на Джинкс, которая сидела на перилах балкона, болтая ногами и счастливо улыбаясь.
Реакция последовала быстрее, чем ты ожидал. Страх перед новым хищником оказался сильнее корпоративной верности. Грохот падающего металла заполнил зал. Тяжелые дробовики, арбалеты и пистолеты загремели о бетонный пол. Люди начали опускаться на колени — сначала неуверенно, сгибаясь пополам, пряча лица, словно пытаясь стать меньше. Затем быстрее, понимая, что твоя стая смотрит на них голодными глазами.
Ви удовлетворенно зарычала, подходя к одному из капитанов, который замешкался, и легким ударом когтя прочертила ему щеку, оставляя четыре глубоких кровавых борозды.
— Ниже, жестяной мусор, — прошипела она. — Я хочу видеть узоры на плитке.
Кейтлин молча спустилась с балкона, ступая прямо по спинам преклонивших колени людей, направляясь к центральному терминалу связи клуба. Ей нужно было перехватить управление камерами безопасности и финансовыми счетами.
А ты смотрел на эту картину — сотни вооруженных людей, лежащих ниц перед четырьмя фигурами. Стаей. Тобой.
Ты почувствовал прикосновение сзади. Маленькие ледяные пальчики схватили тебя за штанину. Джинкс прижалась к твоей ноге, положив голову тебе на бедро, и счастливо вздохнула:
— Хороший король, — промурлыкала она. — Самый лучший. Приказываешь взрывать только плохих дядь. Мне нравится этот режим.
Ты опустил тяжелую ладонь ей на голову, взъерошив синие дреды. Взгляд упал на тело Силко внизу. План картеля провалился. Они хотели сделать из тебя зверя на цепи. Вместо этого ты забрал их цепь себе.
Король действительно был мертв. Да здравствует новый Альфа Тихорецка.
Путь домой через рассветные коллекторы казался прогулкой победителей.
Теперь это место пахло не сыростью и страхом, а домом. Запах озона от перегрузки сетей смешивался с запахом вашей общей крови и дешевого синтетического кофе, который нашла Кейтлин.
Ви сбросила напряжение трансформации и теперь просто храпела на диване, закинув ноги на ящик с гранатами. Её трансформация окончательно сошла на нет, оставив лишь человеческую кожу и полное удовлетворение хищника после сытной охоты.
Кейтлин сидела за столом, её индиговые глаза были устремлены в планшет, но пальцы больше не лежали на спусковом крючке. Она просчитывала маршруты патрулей и новые границы ваших территорий.
— Юго-восточный тоннель затоплен, — сообщила она, не отрывая взгляда от экрана. — Нам нужен насос. И постоянный источник чистой воды. Кипячение канализационной жижи разрушает мои слизистые.
Джинкс чистила свой гранатомет, мурлыкая под нос детскую песенку, которой ты научил её в лесу. Закончив, она подошла к тебе и без предупреждения повисла на шее, обвивая руками и ногами.
— Мы сделали это! — выдохнула она тебе в ключицу. — Мы взорвали Радио-мальчика, сожгли клуб и у нас есть своя пещера! Это лучшее утро в моей жизни!
Ты обнял её в ответ, чувствуя, как бешено колотится её сердце — не от паники, а от чистого счастья. Ты посмотрел на свою руку. Шрамы от взрыва исчезли. Когти втянулись, возвращая почти человеческий вид, если не считать неестественной бледности и того факта, что один твой взгляд сейчас мог заставить взрослого мужчину обмочиться.
Эхо битвы улеглось. Рефлексия пришла вместе с болью в мышцах. Ты вспомнил лес. Вспомнил лицо Марка, когда он убегал. Предательство школьных друзей больше не казалось раной. Оно казалось подарком. Если бы они остались рядом, ты никогда бы не встретил их.
— Мы семья? — тихо спросила Джинкс, прерывая твои мысли. В её голосе впервые за долгое время не было безумия, только хрупкая надежда ребенка, которого слишком часто предавали.
Ви на диване приоткрыла один багровый глаз и фыркнула, но ничего не сказала.
Кейтлин сняла перчатки и аккуратно положила их рядом с винтовкой.
Ты подошел к столу, взял висящий там кусок угля и провел жирную линию поверх карты Зауна, которую изучала энфорсер. Линия отрезала территорию доков и старых заводов от остального города.
— Отныне мы сами пишем правила этого города, — сказал ты, глядя на каждую из них по очереди. — А тех, кто попытается написать их за нас... ждет короткий визит вежливости.
Джинкс восторженно запищала. Ви глухо заворчала во сне, соглашаясь. Кейтлин едва заметно кивнула, принимая новую реальность.
Вы стояли вчетвером посреди ржавой бойлерной, которая стала крепостью. Стая.
Они пришли сюда, чтобы разобраться с угрозой для своего бизнеса или статуса. Ты пришел, чтобы узнать, почему твои друзья детства оказались предателями.
Но теперь игра изменилась навсегда. Силко нажал на курок. Пуля вылетела. И теперь весь криминальный мир Тихорецка узнает, что та самая стая, которую боятся даже в Заунских трущобах, встала под знамя семнадцатилетнего парня с мечом.
План Силко сработал идеально. Ему действительно оставалось только умереть.
Потому что самое страшное чудовище в этом городе — это не тот, кого обратили против воли. Это тот, кто выбрал свою природу сам.
И эта вечность только началась.
Эпилог: «Вечность начинается сегодня»
(В предыдущей главе: Стая вернулась в свои коллекторы не как беглецы, а как завоеватели. Подавив остатки сопротивления людей Силко одним лишь взглядом и приказом Джинкс, Дима установил новые правила Зауна. Путь домой сквозь утренние тоннели стал триумфальным шествием хозяев территории. Место, которое раньше было грязным убежищем одиночек, теперь ощущалось как неприступная крепость новой империи.)
Пахло озоном, остывающим порохом и мокрой шерстью.
Рассвет едва пробивался сквозь решетки ливневых стоков, окрашивая бетонные стены логова в болезненно-серый цвет. Но внутри старой насосной станции впервые за много лет было по-настоящему тепло. Не от работающих котлов, а от присутствия друг друга.
Дима сидел на перевернутом ящике, прислонившись спиной к теплой трубе отопления. Боль от взрыва Экко ушла окончательно, оставив после себя звенящую пустоту и колоссальный запас сил, который требовал выхода. Рядом с ним, положив голову ему на колени, спала Джинкс. Её синие дреды разметались по ржавому металлу, а во сне она крепко сжимала его палец, словно боясь, что он исчезнет.
Ви лежала на старом диване, закинув ноги на ящик с гранатами. Она уже приняла человеческий облик, но багровые искры всё ещё плясали в её глазах. Она смотрела в потолок, и на её лице играла редкая, почти умиротворенная ухмылка.
— Неплохо для первой ночи правления, — выдохнула она, выпуская струйку дыма из найденной где-то сигареты. — Стая цела. Враги мертвы. Ноги тоже целы, почти. Я одобряю этот вторник.
Кейтлин сидела за грубо сколоченным столом, освещая карту города светом химического маркера. Инъекция стимулятора давно закончилась, и черты энфорсера смягчились под тяжестью усталости. Она сняла перчатки и аккуратно положила их рядом с винтовкой.
— Юго-восточный тоннель затоплен, — ровным голосом произнесла она, обращаясь скорее к самой себе. — Нам нужен насос. И постоянный источник чистой воды. Кипячение канализационной жижи разрушает мои слизистые.
Никто не засмеялся. Это была самая громкая форма одобрения, которую могла позволить себе Кейтлин.
Дима перевел взгляд со своих девочек на пролом в стене котельной, через который они вчера вошли сюда испуганными детьми, а вышли королями.
«А вы помните, как всё начиналось?»
Он вспомнил хруст снега в лесу. Запах страха Марка. Ледяной холод реки, когда Ви тащила его на себе, еще считая врагом. Тогда он был один. Загнанный зверь, которого предали собственные друзья ради спасения своих шкур.
Теперь же...
Он посмотрел на руку Джинкс, державшую его палец. На мощную ногу Ви, свисающую с дивана. На идеальную осанку Кейтлин даже сейчас, когда она просто чистит оружие. Они пришли сюда, чтобы разобраться с угрозой для своего бизнеса или статуса. Он пришел, чтобы узнать, почему школьные друзья оказались предателями.
Но игра изменилась навсегда.
— Мы семья? — внезапно спросила Джинкс, не открывая глаз. Сонно, тихо, без капли безумия. Только хрупкая надежда ребенка, которого слишком часто предавали.
Ви на диване приоткрыла один багровый глаз и фыркнула, но ничего не сказала. Для неё слова были лишними.
Кейтлин подняла взгляд от карты. Впервые за всё время ледяная стена между «энфорсером» и «девушкой» дала трещину. Она посмотрела на Диму, затем на Ви, потом снова на него. Взгляд её индиговых глаз говорил больше, чем любые речи: «Моя математика оказалась неверна. Выброс данных составил критическую ошибку. Но я не хочу это исправлять».
Ты поднялся на ноги. Твоя тень накрыла стол с картой. Ты больше не был щенком, которого притащили в лес. Глаза светились спокойным золотом альфы.
— Отныне мы сами пишем правила этого города, — сказал ты, и твой голос эхом отразился от труб. — А тех, кто попытается написать их за нас... ждет короткий визит вежливости.
Джинкс восторженно запищала, просыпаясь окончательно. Ви глухо заворчала во сне, соглашаясь. Кейтлин едва заметно кивнула, делая пометку о закупке водяных фильтров.
Вы стояли вчетвером посреди ржавой бойлерной, которая стала крепостью. Стая.
Четверо одиночек, самых опасных существ, которых боится весь Заун, нашедших единственное место, где им позволено снять маски.
Понимание пришло одновременно ко всем.
Они спустились в эти туннели несколько дней назад, думая, что убегают от смерти. Но смерть настигла их здесь только для того, чтобы подарить бессмертие.
План Силко создать пугало для доков провалился. План охотника Киллиана убить монстра обернулся тем, что монстр забрал его жизнь и его честь. Предательство школьных друзей привело к созданию самой страшной силы в криминальном мире.
Финальный аккорд этой симфонии прозвучал в абсолютной тишине логова.
Они смотрели друг на друга — убийца, ищущая покоя; машина закона, нашедшая свободу; стихия хаоса, обретшая якорь; и человек, ставший богом.
И в этот момент каждый из них ясно понял одну простую вещь:
Их человеческая жизнь — школа, квартиры родителей, страх перед полицией — окончена сегодня.
Впереди была вечность.
Вечность боли, ярости, защиты своей стаи и абсолютной власти над тенями.
Они были свободны. Свободны от законов людей, от приказов Силко и от собственных страхов.
И они были смертельно опасны для всего мира.
Ночь в Тихорецке закончилась.
Да здравствует Новый Порядок.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге