Девочка со вкусом Аниме

Глава 1 "Если ты чего то очень сильно желаешь то оно обязательно сбудется"

Девочка со вкусом Аниме

(фанфик Тетради смерти)

1 часть «Если ты чего желаешь очень сильно то это обязательно сбудется!!!»

Оле было всего четырнадцать, и, по её твёрдому убеждению, её жизнь была абсолютным *отстоем*. Каждый день в школе становился новым испытанием. Сверстники демонстративно ее сторонились, шептались за спиной, называли "кукукнутой" и находили тысячу способов унизить. Нет, она не была некрасивой — просто немного замкнутой, слишком погруженной в свой внутренний мир, где царили герои аниме и сюжеты манги. Частые слезы дома были её единственным ответом на эту несправедливость, и с каждой пролитой слезинкой росла её жгучая ненависть к тем, кто делал её жизнь такой невыносимой.

Как и многие её ровесники, Оля фанатела от аниме и поглощала манги. Одной из самых любимых была, конечно же, «Тетрадь Смерти». Вся её комната была увешана плакатами с изображением таинственного Киры и жутковатого, но харизматичного бога смерти Рюка. На своём стареньком ноутбуке она пересматривала сериал снова и снова, а по ночам, когда мир засыпал, она представляла себя на месте Лайта Ягами, мечтая о своих собственных приключениях. "Ах, если бы только у меня была Тетрадь Смерти*..." — эта мысль преследовала её, как навязчивый призрак. Она бы непременно наказала всех своих обидчиков, тех, кто смеялся над ней, кто бросал ей вслед колкие слова, кто отнимал последние крохи её самоуважения. Она бы показала им, что значит быть настоящей силой.

Однажды ночью, после очередного унизительного дня в школе и долгих часов просмотра "Тетради Смерти", Оля уснула, обхватив руками плюшевую игрушку в виде Рюка. Ей снился беспокойный сон, полный школьных коридоров и злых лиц. Внезапно, резкий *холодный сквозняк* пробрался под одеяло, заставив её вздрогнуть и распахнуть глаза. Комната была погружена в полумрак, освещённый лишь тусклым светом уличного фонаря, проникавшим сквозь щели в шторах.

Она моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд. Что-то чёрное и прямоугольное лежало прямо на её письменном столе. Этого там точно не было, когда она ложилась спать! Сердце пропустило удар, а затем заколотилось с бешеной скоростью.

Оля медленно, словно во сне, спустила ноги на холодный пол. Каждый шаг к столу казался ей шагом в неизведанное. В горле пересохло. Подойдя ближе, она поняла, что это не просто книга. Чёрная обложка из искусственной кожи, потёртая по краям, выглядела удивительно реальной. Мелкий, едва заметный шрифт на ней словно светился в темноте:

DEATH NOTE

Тетрадь Смерти.

Мир замер. Оле не верилось своим глазам. Это было слишком идеально, слишком невероятно, чтобы быть правдой. Она протянула дрожащую руку и коснулась обложки. Она была холодной и гладкой. Неужели это... та самая? Откуда она взялась? Это шутка? Но кто бы мог так шутить, да ещё и проникнуть в её комнату?

Внутри неё боролись два чувства: дикий, безудержный восторг и леденящий страх. Восторг от того, что её самые сокровенные мечты вдруг обрели осязаемую форму. Страх от осознания того, какая сила теперь лежит перед ней. Ее руки задрожали ещё сильнее, когда она осторожно открыла тетрадь.

Первая страница была пуста, но на следующей, написанные аккуратным английским почерком, были те самые правила, которые она знала наизусть:

1. Человек, чьё имя будет записано в этой тетради, умрёт.

2. Эта тетрадь не подействует, если пишущий не будет представлять лицо того, чье имя он пишет. Таким образом, люди с одинаковыми именами не пострадают.

3. После записи имени причина смерти должна быть указана в течение 40 секунд.

4. Если причина смерти не будет указана, человек умрёт от сердечного приступа.

Это было не сном, не шуткой. Это было реально. У Оли перехватило дыхание. Вся кровь отхлынула от лица, а потом прилила обратно с такой силой, что голова закружилась.

"Я бы наказала всех своих обидчиков", — вспомнилась ей собственная давняя мысль. И теперь у неё был инструмент. Инструмент, способный изменить *все*. Лица тех, кто издевался над ней — Катя, Света, Максим... — вспыхнули в её воображении. Сердечный приступ. Звучит так просто. Слишком просто.

Она провела пальцем по шершавой бумаге, а в голове уже зазвучали имена. Голос разума, еле слышный, пытался шептать о последствиях, о необратимости, о чудовищности такого шага. Но голос мести, долго подавляемый и теперь освобождённый, был гораздо громче.

Эта ночь обещала быть очень, очень долгой.

Дрожащими пальцами Оля перелистывала страницы Тетради Смерти, пытаясь осознать невероятность происходящего. В голове звенело, сердце колотилось, словно пытаясь вырваться из груди. Это не было сном, не было розыгрышем. *Это было реально*. На её столе, под тусклым светом фонаря, лежала сила, о которой она могла только мечтать.

Лица обидчиков один за другим проносились перед глазами: Катя с ее едкими шуточками, Света с ее надменным взглядом, Максим, который постоянно толкал ее в коридоре. Годами они терзали ее, и теперь... теперь у нее был инструмент для возмездия.

Оля протянула руку к ящику стола, достала старую шариковую ручку. Ее пальцы были липкими от пота. Нужно выбрать кого-то. Кого-то, чья смерть не вызовет слишком много вопросов. Кого-то, кто не будет напрямую связан с ней.

Ее взгляд упал на одну из газет, валявшихся на полу – вчерашний выпуск. На первой полосе кричащий заголовок: «Очередное нападение в парке: жертва госпитализирована». Под ним — размытое фото мужчины, которого полиция уже несколько месяцев не могла поймать. Серийный хулиган, нападавший на женщин в городском парке. Имя: Игорь Петров.

"Игорь Петров", — прошептала она, стараясь представить его лицо, как того требовали правила. Она видела его на фотографиях в новостях, его наглые глаза и усмешку. Медленно, тщательно, словно каждый росчерк пера был наполнен ядом, Оля вывела имя:

Игорь Петров

Затем, вспомнив правила, добавила:

Сердечный приступ

Она откинулась на спинку стула, тяжело дыша. 40 секунд. Отсчёт начался. Комната наполнилась оглушительной тишиной. Каждая секунда тянулась бесконечно. Оля впилась взглядом в циферблат электронных часов на стене. 30 секунд... 20... 10... 5... 4... 3... 2... 1...

Ровно через 40 секунд часы пропиликали, знаменуя полночь. Ничего не произошло. Ни вспышки, ни грома. Только тишина. Оля почувствовала опустошение. Неужели это всё-таки был обман?

Спустя мгновение, откуда-то сверху, раздался злорадный смех. Низкий, хриплый, такой знакомый... Он заставил ее волосы встать дыбом.

Оля резко подняла глаза. В углу её комнаты, прямо над шкафом, из ниоткуда возникла *громадная, чёрная фигура. Ее тело было тощим, угловатым, с длинными конечностями и острыми когтями. Глаза светились демоническим красным огнём. Это был Рюк, бог смерти, собственной персоной, собственной, абсолютно реальной персоной!

Рюк усмехнулся, обнажив острые зубы. Его крылья медленно раскрылись, наполняя комнату запахом чего-то затхлого и чужого.

"Ну что, Оля... ты написала имя", — прохрипел он, склонив голову набок. Его голос звучал точно так же, как в аниме, только гораздо более жутко* в реальности. "Поздравляю, Игорь Петров только что умер от сердечного приступа".

Оля была прикована к стулу, не в силах пошевелиться. Ее рот открылся, но ни звука не вырвалось. Он был *настоящим*. Тетрадь работала. Она... она убила человека.

Рюк медленно спустился на пол, хрустя суставами. "Ты ведь это хотела, верно? Изменить мир, наказать несправедливых..." Он протянул длинную когтистую руку к валяющемуся на столе яблоку, взял его и с хрустом откусил. "Люди такие интересные создания, когда в их руки попадает такая штука".

Тяжесть Выбора и Сладость Власти

Утро наступило быстро, принеся с собой не только рассвет, но и совершенно новую реальность. Новости по телевизору подтвердили слова Рюка: Игорь Петров был найден мёртвым в своей квартире. Причина — сердечный приступ.

Оля не пошла в школу. Она сидела за столом, глядя на Тетрадь Смерти, а рядом с ней, невидимый для всех, кроме нее, сидел Рюк, лениво поедая яблоки.

*Это действительно произошло*. Она почувствовала неимоверную тяжесть на сердце, но под ней, словно уголёк под пеплом, тлело странное, почти сладостное чувство власти. Впервые в жизни она чувствовала себя *не беспомощной*.

На следующий день Оля все-таки пошла в школу. Катя, как обычно, попыталась отпустить в её адрес язвительную шутку. Но Оля лишь посмотрела на неё пустым, холодным взглядом. Это был взгляд, в котором читалось нечто новое — не страх, не обида, а тёмная уверенность. Катя осеклась, почувствовав необъяснимый холодок.

В тот же вечер Оля снова взяла в руки тетрадь.

"Ты собираешься мстить своим обидчикам?" — спросил Рюк, наблюдая за ней. — "Это было бы интересно".

Оля молчала. Она смотрела на пустые строки тетради. Лицо Кати, смеющейся над ней, вновь возникло перед глазами. Ненависть вспыхнула с новой силой.

Сначала она была осторожна. Имена, которые она писала, принадлежали тем, кто был далек от её окружения – мелким хулиганам, мошенникам, о которых сообщали в новостях. Каждый раз, когда она писала имя, наступало знакомое ожидание, а затем – подтверждение в новостях. С каждым новым именем тяжесть на душе становилась чуть меньше, а чувство контроля — сильнее.

Постепенно, почти незаметно, грань между "плохими парнями" и "просто неприятными людьми" начала стираться. Она видела, как ее действия меняют мир, пусть и по чуть-чуть. Преступность в городе снижалась, люди шептались о невидимом карателе. А в её сердце росло опасное убеждение: она делает то, что правильно.

Катя. Света. Максим. Их имена теперь не казались просто именами обидчиков. Они казались несправедливостью, которую нужно было исправить. В глазах Оли загорелся холодный, расчетливый огонь. Она уже не была просто несчастной замкнутой девочкой. В ее руках была судьба, и она была готова использовать ее по своему усмотрению.

Вечер был душным. Оля сидела на кровати, обхватив колени руками, и невидящим взглядом смотрела на чёрную тетрадь, лежащую на подушке. Рядом, удобно устроившись на шкафу, Рюк доедал очередное яблоко, хрустя так громко, что Оле хотелось заткнуть уши. С тех пор как он появился, мир стал другим – более реальным, более опасным и совершенно непредсказуемым.

«Сколько ещё?» – наконец прошептала Оля, её голос был хриплым. – «Сколько ещё человек нужно, чтобы... чтобы мир стал лучше?»

Рюк перестал жевать, его красные глаза уставились на неё. В них читалось что-то, похожее на любопытство, но без всякой человеческой теплоты.

«Сколько захочешь, Оля», – проскрипел он. – «Но ты же знаешь, что это не бесконечно, верно?»

Оля подняла на него глаза. «Что ты имеешь в виду?»

Рюк спрыгнул со шкафа, приземлившись на пол с лёгким шорохом, и подошёл ближе. Его длинные когтистые пальцы легонько постучали по обложке Тетради Смерти.

«Тетрадь не появляется просто так», – начал бог смерти. – «Она ищет тех, кто достаточно... интересен. Тех, чьи желания достаточно сильны, чтобы притянуть её».

Оля нахмурилась. «И поэтому она оказалась у меня? Потому что я хотела... наказать их?»

Рюк усмехнулся, его зубы опасно блеснули в полумраке. «Частично. Но есть кое-что ещё, Оля. Гораздо более интересное». Он склонился к ней, его дыхание было холодным и затхлым. «Она не просто пришла к тебе. Она... воплотилась благодаря тебе».

Глаза Оли расширились. «Что?.. Что это значит?»

Рюк откинулся назад, его смех снова наполнил комнату. «Ох, люди, люди... всегда думаете, что мир скучный и предсказуемый. Но твоя фантазия, Оля... она оказалась гораздо сильнее, чем ты думаешь. Ты ведь так сильно хотела Тетрадь Смерти, так представляла её, так мечтала о ней, о Кире, обо мне...»

Он сделал драматическую паузу, глядя на неё в упор.

«Ты постоянно прокручивала в голове сценарии, как бы ты использовала её. Ты визуализировала меня, воображала мои реакции, думала о правилах. Твоя концентрация, твоя страсть к этой истории... она стала такой мощной, такой *реальной* для тебя, что в какой-то момент... грань между вымыслом и реальностью стёрлась».

Оля чувствовала, как внутри неё все сжимается. «Ты... ты хочешь сказать... что я сама её создала? Что... что ты здесь из-за меня?»

«Именно!» – Рюк довольно кивнул, словно ребёнок, разгадавший сложную головоломку. – «Я, эта тетрадь, все, что с ней связано – это все родилось из твоих мыслей, твоих желаний, твоей веры. Твоя фантазия, твоя неудовлетворённость миром, твоя жажда справедливости... она просто стала настолько сильной, что проявилась в физическом мире».

Оля медленно провела рукой по обложке Тетради Смерти. Это была её тетрадь. Созданная ею. И Рюк... он был воплощением её воображения. Это было одновременно невероятно, пугающе и... освобождающе. Если она создала это, значит ли это, что у неё есть над этим какая-то власть?

«Но... за это придётся платить, ты сказал», – голос Оли стал более уверенным. – «Какая цена?»

Рюк снова оскалился, его глаза вспыхнули ярче. «А, вот и самое *интересное*! Ты ведь знаешь, что тетрадь – это не игрушка, верно? Боги смерти не просто так отдают свои инструменты. Если ты будешь продолжать использовать её, твоя жизнь станет... короче».

Оля ахнула. «Ты... ты убьешь меня?»

«Не совсем», – протянул Рюк. – «Когда придёт твоё время, Оля, именно я запишу твоё имя в свою тетрадь. Это традиция. И знаешь, что ещё? Тот, кто использует Тетрадь Смерти, не попадёт ни в рай, ни в ад**. Его душа будет блуждать в пустоте, нигде. Это плата за вмешательство в жизнь и смерть».

Холодный пот выступил у Оли на лбу. Неужели она создала свою собственную тюрьму? Своей фантазией она призвала не только силу, но и проклятие.

Рюк продолжал, его голос звучал почти ласково. «Так что, Оля, теперь ты понимаешь? Твоя мечта сбылась. Ты получила силу. Но за каждую жизнь, которую ты возьмёшь, ты отдаёшь часть своей. И в конце... ты будешь принадлежать мне. Потому что именно ты вызвала меня в этот мир. Именно ты подарила мне это развлечение».

Оля посмотрела на Тетрадь Смерти, а затем на Рюка. Ее фантазия, её боль, её желания создали этот кошмарный дар. И теперь ей предстояло жить с ним. Или умереть, пытаясь это остановить. Выбор был за ней.

Глава 2 непрошенный гость Фантазия

Глава 2: Непрошеный гость «Фантазия»

Оля сидела за своим столом, обтянутым светло-розовым покрывалом, в своей уютной комнате, где на стенах висели постеры любимых аниме-персонажей. В руках она бережно держала ту самую Тетрадь Смерти, обложка которой казалась на удивление гладкой и чуть прохладной под пальцами. Чёрные, словно ночь, страницы притягивали взгляд, а буквы на обложке, написанные каллиграфическим почерком, казались живыми. Она листала ее, чувствуя легкий трепет. Мысли метались в голове: *«Как такое вообще возможно? Почему я? И что это за странный бог смерти Рюк, который сейчас сидит на моей кровати и жуёт яблоко, хрустя так громко, что сводит зубы?»

Внезапно, когда она осторожно переворачивала очередную пустую страницу, за её спиной раздался незнакомый, чуть хрипловатый, но в то же время удивительно игривый голос, от которого по телу пробежали мурашки. Оля вздрогнула так сильно, что едва не выронила тетрадь.

"Ну как тебе мой подарок? Признаюсь, я… ты меня повеселила", — прозвучал голос, а затем добавил с насмешкой: "Вы, подростки, такие шалунишки! Особенно когда ваши фантазии достигают галактических масштабов."

Оля резко обернулась. В углу комнаты, словно соткавшись из полупрозрачного воздуха, стоял высокий мужчина в старомодном фраке и цилиндре. Его глаза, казалось, искрились миллионом звёзд, а уголки губ были изогнуты в лёгкой, почти лукавой улыбке. Он выглядел одновременно элегантно и слегка абсурдно в её девчачьей комнате.

"Ты кто такой?!" — воскликнула Оля, крепко сжимая тетрадь обеими руками, как будто она могла защитить её от этого незваного гостя. Страх смешался с абсолютным недоумением.

Мужчина театрально вздохнул, приложив руку к груди. "Ну, Олечка, это же я ее тебе подарил. Вернее, я материализовал твои самые смелые фантазии! Ты так ярко представляла себе эту тетрадь, что я просто не мог устоять."

Он добродушно помахал рукой сидящему на кровати Рюку, который лишь лениво оторвался от своего яблока, издавая короткий, низкий смешок, похожий на шелест сухих листьев.

"Знаешь, ты ещё ничего", — продолжил мужчина, обращаясь к Оле. "Вот я как-то связался с любителями Гарри Поттера с их волшебной палочкой и заклинаниями... Ох, вот он меня насмешил! Он все пытался вызвать патронуса, представляешь? Искры летели во все стороны, а в итоге из палочки вылетел только расстроенный хомяк!" Мужчина заливисто рассмеялся, откинув голову.

"Но я отвлёкся", — он снова стал серьёзнее, хотя озорной огонёк в глазах не погас. "Кто я такой? Я Фантазия. Так меня называют во многих мирах. И именно твои яркие, неудержимые фантазии привели меня в твой мир, Олечка. Твой разум — это настоящий фейерверк идей!"

Мужчина, назвавший себя Фантазией, продолжал улыбаться, словно только что поделился самой забавной шуткой в мире. Оля же стояла, напуганная и совершенно сбитая с толку, прижимая тетрадь к груди. Рюк издал очередной хруст, словно одобряя появление нового действующего лица.

"Так... Фантазия?" — недоверчиво переспросила Оля. "Ты... ты из моей головы? Как ты вообще здесь оказался?"

Фантазия покачал головой, его взгляд стал чуть серьёзнее, но озорной огонёк в глазах не исчез. "О, Олечка, я здесь уже давно. Гораздо дольше, чем ты думаешь. Я наблюдал за тобой. За твоими мечтами, твоими страхами, за тем, как ты часами рисуешь своих персонажей и придумываешь целые миры в своей голове. Ты — настоящая сокровищница для такого, как я!" Он сделал паузу, словно давая ей переварить информацию. "Наблюдал, пока не решил, что пора немного повеселиться... и, конечно, появиться."

Он указал рукой вокруг. Комната Оли, её любимые постеры, даже яблочные огрызки Рюка — все выглядело абсолютно реальным. "Знаешь, есть одна маленькая деталь, которую я должен тебе открыть", — произнёс Фантазия, склоняя голову набок. "На самом деле, ты уже довольно давно... в другом измерении."

Глаза Оли расширились. "Что?! Что ты несёшь? Я у себя дома! В своей комнате!"

"Ха-ха! Именно! И нет, и да", — загадочно ответил Фантазия. "Пока ты спала, погруженная в свои самые глубокие сны, я... скопировал твой мир. Почти точь-в-точь. Каждую трещинку на потолке, каждый волосок на твоей кошке, каждый твой постер. Я же не мог позволить тебе вправду поубивать всех тех людей, которых ты так ярко представляла в своей голове, верно? Это было бы... непрактично, да и к тому же, совсем неэтично!" Он подмигнул. "Но тетрадь смерти и бог смерти Рюк... они настоящие, насколько это возможно в моих мирах. Не сомневайся."

Рюк, словно подтверждая его слова, издал ещё один низкий хруст и поднял на Олю свои красные глаза.

"Так что да, технически это твоя комната, но в то же время это моя фантазия, созданная на основе твоей. И ты здесь, потому что..." Фантазия сделал шаг вперёд, его фигура, казалось, стала чуть более плотной. "...У меня к тебе есть маленькое дельце. По роду своей деятельности мне иногда приходится связываться с такими, как ты — с очень богатой фантазией. Твой разум — это источник невероятной энергии и идей. И сейчас, Олечка, в одном из моих миров случилась проблема. Серьёзная проблема. И хочешь не хочешь, а тебе придётся мне помочь."

Его улыбка стала шире, но теперь в ней читалась не только игривость, но и некая непреклонность. "Ты же не думала, что такая сила, как Тетрадь Смерти, достаётся просто так, без побочных эффектов?"

Фантазия удовлетворенно кивнул, видя смятение в глазах Оли. "Вот так-то лучше. А теперь, Олечка, нам пора", — сказал он, его голос приобрёл нотки нетерпения. Он обвёл рукой комнату. "Этот мир, который я скопировал с твоего... он временный. Очень скоро он начнёт исчезать. Ты же не хочешь оказаться посреди пустоты, верно?"

Оля отшатнулась, ее сердце бешено колотилось. "Я... я не верю тебе!" — выдавила она, пытаясь найти хоть какую-то зацепку за реальность. Все это казалось безумным сном.

Фантазия лишь усмехнулся. "А ты посмотри в окно, глупышка?"

С нарастающим чувством тревоги, Оля, повинуясь его словам, медленно подошла к окну. Занавески были чуть приоткрыты, открывая вид на привычный двор, соседские дома с их уютными крышами и припаркованными машинами. Но стоило ей сфокусировать взгляд, как привычная картина начала расплываться. Края домов поплыли, цвета потускнели, а затем и вовсе стали прозрачными, словно растворяясь в воздухе. Деревья во дворе медленно теряли листья, превращаясь в призрачные силуэты, а затем и они исчезли, оставив за собой лишь мерцающую, пустую дымку. Улица, некогда оживлённая, теперь напоминала старую, выцветшую фотографию, которая медленно растворялась в небытие.

Оля испуганно заморгала, пытаясь протереть глаза, но ничего не менялось. Панельные дома, где жили её друзья, детская площадка, на которой она провела столько часов — все это таило на глазах, словно их никогда и не существовало. Мир за окном превращался в безжизненное, серое ничто. В воздухе запахло озоном и чем-то неуловимым, похожим на запах старых книг и звёздной пыли.

"Ну же, глупышка, видишь? Я не соврал", — мягко произнёс Фантазия, стоя уже рядом с ней. Его голос звучал успокаивающе, несмотря на весь ужас происходящего. "Нам действительно пора."

Прежде чем Оля успела что-либо ответить, он элегантным жестом снял свой высокий чёрный цилиндр. Затем, не отрывая взгляда от Оли, он медленно провёл рукой в воздухе, словно рисуя невидимый круг. В тот же миг, посреди её комнаты, прямо между ковром и кроватью, с тихим шипящим звуком начала разворачиваться спиралевидная воронка. Она пульсировала мягким, изумрудным светом, а ее центр был глубоким, манящим и абсолютно черным, словно портал в неизведанную бездну. От неё исходил лёгкий ветерок, поднимая края её покрывала и заставляя шелестеть страницы Тетради Смерти в её руках.

"Дай мне руку, Оля", — Фантазия протянул свою ладонь, которая выглядела удивительно обычной, несмотря на всю его экстравагантность. "Я не кусаюсь, обещаю. Я позже все объясню, когда мы будем в более... стабильном месте. А пока бери свою тетрадь, она нам очень пригодится. Пора отправляться в приключение!"

Оля, дрожа всем телом, но понимая, что выбора у неё нет, осторожно протянула руку. Его пальцы были на удивление тёплыми и крепкими. Едва их руки соединились, Фантазия сделал шаг к воронке, увлекая Олю за собой.

В тот же момент Рюк, который до этого лениво наблюдал за происходящим, неторопливо поднялся с кровати. Он издал короткий, низкий хруст, бросил на пол последний огрызок яблока и, пошатываясь, грациозно проследовал за ними в пульсирующую зелёную воронку.

Едва их силуэты исчезли в чёрной глубине портала, временный мир вокруг начал стремительно разрушаться. Стены комнаты Оли рассыпались в пыль, мебель растворилась в воздухе, а земля под ногами превратилась в мельчайшие искры света, которые моментально угасли. Все исчезло, будто его никогда и не было, оставив за собой лишь абсолютную пустоту и еле уловимый запах озона.

Глава 3

Глава 3: Тень Идеала

Солёный привкус межпространственного перехода ещё не успел до конца исчезнуть с языка, когда Оля, привычно сжимая в руке свою *Тетрадь Смерти*, оказалась на идеально чистой, залитой солнцем улице. Рядом с ней стоял Рюк, бесшумно переступая с ноги на ногу, а чуть поодаль, словно сотканный из бликов света и радужных переливов, мерцал Фантазия — их проводник по немыслимым мирам.

«Добро пожаловать в мир А-307, моя дорогая Оля», – бархатный голос Фантазии мягко зазвучал в голове, минуя уши и проникая прямо в сознание. «Мир, где нет преступности. Абсолютно. Ни единого случая за тысячелетия».

Оля огляделась. И действительно, всё здесь казалось безупречным: улыбающиеся прохожие, футуристические здания из стекла и стали, парки с необыкновенными цветами, воздух, чистый до звона. Это был утопический рай, воплощение всех мечтаний человечества об идеальном обществе.

«А теперь, Оля, пройди к этому уличному терминалу и прочитай новости», – тон Фантазии стал чуть серьёзнее, а его радужные контуры замерцали быстрее.

Девочка подошла к ближайшему голографическому стенду, который мгновенно вывел перед ней главные мировые новости. На центральной обложке, под ярким заголовком, который казался совершенно немыслимым для этого мира, крупными буквами кричало:

Загадочное Убийство! Очередная Жертва Маньяка Потрясла Идеальный Мир!

Под заголовком виднелась фотография. Не жертвы, а просто силуэт, окутанный ореолом непонимания и ужаса. В тексте говорилось о серии убийств, которые происходили совершенно необъяснимым образом. Никаких следов, никаких мотивов, никаких зацепок. Полиция, не имеющая опыта борьбы с преступностью, была в полном отчаянии. Мир, не знавший понятия «злодея», был в шоке.

Рюк, до этого тихо стоявший позади, довольно хмыкнул, его красные глаза блеснули. «Ну наконец-то, будет интересно», – прохрипел он, разминая свои длинные пальцы.

Оля подняла глаза на Фантазию, в её взгляде читался вопрос.

«Этот мир не знает преступности, Оля. Он идеален. А тот, кто разрушает его, не принадлежит ни к одной известной мне категории угроз. Я *не могу это сделать* сам», – объяснил Фантазия. Его радужные переливы стали почти беспокойными. «Но ты, моя девочка, со своей *Тетрадью Смерти* и уникальным видением, способна. Ты должна решить эту проблему. Вернуть этому миру его идеальность, или же помочь ему осознать новую реальность».

Оля ощутила вес Тетради Смерти в руке. Перед ней стояла задача, которую не мог решить даже межпространственный путешественник. В мире без зла появился хищник, и его нужно было найти.

Едва слова Фантазии стихли, его радужный силуэт начал медленно таять, словно утренний туман. Оля не успела и рта открыть, как последний отблеск света исчез, оставив её одну на незнакомой, идеально чистой улице. Только Рюк, как верный (и довольно жуткий) спутник, остался рядом, его силуэт казался ещё более зловещим на фоне сияющего города.

«Помни, Оля», – эхом прозвучал в её сознании голос Фантазии, уже почти затухающий, словно ветерок. «Все люди здесь очень добры. Просто *попроси* – и они дадут тебе кров и пищу. Прости, что оставляю тебя одну, но ты справишься».

И всё. Тишина.

Оля посмотрела на свою *Тетрадь Смерти*, потом на Рюка, который с насмешкой разглядывал прохожих. Ей только что поручили спасти мир, который сам не знал, что ему нужна помощь, от угрозы, которую никто не мог даже представить.

«М-да», – протянул Рюк, наклонившись к Оле так, что его дыхание обдало её леденящим холодом. «Идеальный мир, говоришь? От него *пахнет нафталином*, Оля. Он такой убогий, что хочется плакать. Все эти улыбочки, эта чистота… аж зубы сводит».

Он обвёл рукой вокруг, как бы указывая на окружающую идиллию.

«И тебе, моя дорогая, предстоит найти здесь убийцу. Вписать его имя в свою драгоценную тетрадь. Но как, а? Как ты найдёшь его в этом безликом мире, где все до отвращения добры? Никто не выделяется, никто не лжёт, никто не скрывает зла. Сплошные одуванчики и цветочки».

Рюк хихикнул, его смех прозвучал как шелест сухих листьев.

«Кажется, тебя ждёт скучная работёнка, девочка. Или… ты можешь сделать всё проще».

Его красные глаза пристально уставились на Олю.

«Хочешь, я дам тебе Глаза Бога Смерти? Цену ты знаешь».

Оля глубоко вздохнула. В её голове крутились слова Фантазии о доброте местных жителей и ядовитые комментарии Рюка. Найти убийцу в мире, где само понятие убийства было немыслимым – это была не просто задача, это был вызов её собственному восприятию справедливости и человеческой природы. А Глаза Бога Смерти… цена была слишком высока. Пока что.

Данные актуальны на конец 2025 года. Рекомендую помнить, что это лишь часть истории, и развитие сюжета может быть непредсказуемым.

Слова Рюка о «нафталине» и «безликости» мира эхом отдавались в ушах Оли, пока она шла по безупречным улицам А-307. Голод потихоньку начинал давать о себе знать, и девочка вспомнила совет Фантазии: «*Просто попроси*». Однако её натура, привыкшая к более сложному устройству мира, подсказывала, что просто так просить кров и пищу было бы странно.

Пройдя несколько кварталов, где каждый дом, казалось, был произведением искусства, Оля набрела на небольшое, но уютное кафе. Его фасад был украшен живыми цветами, а изнутри доносился лёгкий аромат свежей выпечки и чего-то похожего на кофе. На двери, среди нескольких аккуратных объявлений, висело одно, написанное старомодным, каллиграфическим почерком:

«О, вот это уже интереснее», – пробормотала Оля себе под нос, чувствуя, как внутри зарождается план. Это было что-то конкретное, что-то, что позволяло ей не просто просить, а заработать себе место.

Внутри кафе было так же безупречно чисто, как и снаружи. Несколько посетителей с улыбками наслаждались напитками, а за прилавком стоял пожилой мужчина с добрыми глазами и пышными седыми усами. Он тут же заметил Олю.

«Добро пожаловать, юная леди! Чем могу помочь?» – его голос был мягким и приветливым, как и у всех в этом мире.

«Здравствуйте», – начала Оля, немного смущаясь от такой непосредственной доброты. «Я… я видела объявление. О работе».

Глаза мужчины засияли еще ярче. «О, чудесно! Я Мистер Хэппи, хозяин этого заведения. Вы хотите работать у меня? Это просто замечательно! В наше время редко кто ищет работу, все так… *довольны*». Он добродушно рассмеялся.

«Да, я бы хотела попробовать. У меня нет опыта, но я быстро учусь», – честно призналась Оля.

Мистер Хэппи лишь махнул рукой. «Этого и не нужно, моя дорогая! Главное – доброе сердце и желание помогать. Но… вы откуда? Мне кажется, я вас раньше не видел в нашем районе».

Оля запнулась. Она не могла сказать, что она из другого мира.

«Я… путешественница», – осторожно произнесла она. «Ищу, где остановиться на какое-то время».

Мистер Хэппи на мгновение задумался, потом его лицо снова озарила улыбка.

«Путешественница! Как увлекательно! Конечно, я могу вам помочь. У меня есть *чудесный чердак* над кафе. Немного пыльный, но с прекрасным видом на городские сады. Никто там давно не жил. Вы можете использовать его, пока работаете у меня. Бесплатно, разумеется. Взамен на вашу помощь. Как вам такое предложение?»

Оля не могла поверить своим ушам. Так просто? Без вопросов, без проверки документов, без каких-либо сложностей.

Рюк, который до этого с отвращением наблюдал за всей сценой, еле слышно пробормотал Оле на ухо: «Ну вот, *я же говорил*, Оля. Они слишком добры. Это *подозрительно*. От этого мира всё еще пахнет нафталином».

Но Оля лишь улыбнулась Мистеру Хэппи. «Это было бы замечательно! Большое спасибо, Мистер Хэппи!»

Так, Оля получила свой первый якорь в этом странном, идеально добром мире, где ей предстояло найти невидимого убийцу.

Чердак над кафе Мистера Хэппи оказался на удивление просторным, хоть и немного пыльным. Под покатой крышей было два небольших окна с видом на утопающие в зелени улицы. Оля быстро расчистила себе место, стащив несколько старых одеял и подушек в уголок, чтобы устроить импровизированную постель. Рюк тем временем с брезгливым видом осматривал помещение, морща свой морщинистый нос.

«Ну вот, Оля», – протянул он, когда девочка закончила. «Целый чердак! И всё за то, что ты будешь таскать подносы и вытирать пыль. *Замечательно*. Твоя карьера убийцы, вершащей судьбы, начинается с грязной тряпки. Мой тебе совет: не вздумай использовать здесь Тетрадь. Разве что для записи списка покупок».

Оля лишь фыркнула, усаживаясь на своё новое ложе. «Это лишь временное убежище, Рюк. И способ понять этот мир. Ты сам сказал, что он безликий. Может быть, работа поможет мне увидеть его изнутри».

«Ха! Увидеть, как они дружно жуют свои безвкусные пирожные и улыбаются, даже когда им на ногу наступили? Сомневаюсь. Этот мир просто неинтересен. Он стерилен. И убийца, которого ты ищешь, либо такой же стерильный, либо… *очень особенный*», – Рюк закончил фразу, словно пробуя её на вкус. «Так что, думаю, ты зря тратишь время. Никаких тебе интриг, никаких тайн. Сплошной *нафталин*».

Оля решила не спорить. Она чувствовала, что Рюк что-то недоговаривает, но пока ей было важнее освоиться и начать действовать. Уставшая от насыщенного дня и межпространственных путешествий, она быстро уснула, несмотря на ворчание бога смерти.

Глубокой ночью Оля резко проснулась. Ее сердце колотилось, а в ушах ещё отдавался пронзительный, оборвавшийся крик. Это был не просто звук, это был вопль ужаса и боли, совершенно чуждый этой идеальной реальности.

Девочка мгновенно подскочила. Не теряя ни секунды, она бросилась к окну, едва успев накинуть на себя лежащую рядом куртку. Внизу, в свете уличных фонарей, на одной из совершенно пустых улиц, разворачивалась жуткая сцена.

В тени под деревом, склонившись над лежащей на земле фигурой, стоял мужчина. Его лицо полностью скрывала глубокая тень от капюшона, делая его совершенно безликим. В руке он сжимал что-то блестящее – нож. Он был наклонен над женщиной, чьё бездыханное тело лежало на асфальте.

В тот самый момент, когда Оля моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд, глаза убийцы сверкнули нечеловеческим, холодным светом, а затем мгновенно потухли. И вот он уже был там, а в следующую секунду – исчез. Так быстро, так бесшумно, словно его никогда и не было. Только тень под деревом осталась, да лежащая женщина.

Оля уставилась на пустое место, не веря своим глазам. Убийца… он буквально исчез в воздухе.

Внезапно рядом с ней появился Рюк, материализовавшись из ночной тени. Его усмешка была шире обычного.

«Ну что ж, Оля», – прохрипел он, его красные глаза ярко горели в темноте. «Всё интереснее, не правда ли? А этот мир… уже не такой скучный, как я говорил».

Оля стояла у окна чердака, вглядываясь в пустую улицу, где всего мгновение назад произошла ужасная сцена. Ночной воздух казался пропитанным немым вопросом, а её разум судорожно пытался переварить увиденное. Крик. Тень. Нож. Исчезновение. Все это не укладывалось в рамки обычного, а тем более – в рамки этого «идеального» мира.

«Он просто… исчез. Прямо перед моими глазами. Будто его и не было. Как такое возможно?»* – пронеслось в мыслях Оли. Она чувствовала холодный пот на спине, но это был не страх, а скорее возбуждение от столкновения с чем-то поистине необъяснимым.

«Возможно, очень возможно, Оля», – раздался в её голове насмешливый голос Рюка, словно он читал её мысли. Он материализовался рядом, его силуэт казался ещё темнее на фоне ночного неба. «Неужели ты думала, что в этом нафталиновом раю всё будет обыденно? Идеальная преступность для идеального мира. Как мило».

*«Нет, это не мило. Это… аномалия. В мире без преступности появился кто-то, кто действует за пределами нашего понимания. И никто не может его найти»,* – Оля сжала кулаки, вспоминая заголовок газеты.

«Верно», – продолжал Рюк, его голос звучал как эхо. «Никто не может найти. Потому что они не знают, как. Они привыкли к скучным, предсказуемым дням. А ты, Оля, ты знаешь. Ты видела нечто, что они даже представить не могут».

«Но как его найти, Рюк? Если он просто исчезает? Если у него нет ни имени, ни лица? Я даже его глаз толком не разглядела, только это холодное мерцание…» – мысли Оли метались, пытаясь зацепиться за хоть какую-то ниточку.

«Вот именно! Нет имени, нет лица. Очень удобно для маньяка. Но у тебя-то есть твоя волшебная тетрадь, верно? Только вот, чтобы вписать имя, его нужно знать. А чтобы узнать…» Рюк растянул последнее слово, и его красные глаза уставились на Олю. «…чтобы узнать, иногда нужны Глаза Бога Смерти. Помнишь моё предложение, Оля? Всего лишь половина твоей жизни за возможность видеть истинные имена и продолжительность жизни людей. Представь, как легко было бы тогда. Никаких загадок, никаких исчезновений. Просто имя, и бум! – проблема решена. Быстро, эффективно, без лишних соплей, как они тут говорят».

Оля покачала головой, отгоняя навязчивую мысль. Цена была слишком велика. Не сейчас. Она должна найти другой путь.

«Нет, Рюк. Я найду его другим способом. Фантазия сказал, что я способна. И я должна понять, что это за тень. Почему именно здесь? И как он это делает?»* – в её голосе появилась решимость.

«Хе-хе. Моя девочка проявляет характер», – Рюк довольно зарычал, его смех был сухим и шуршащим. «Ну что ж, это уже не так скучно. Посмотрим, как ты справишься с этой загадкой без моих великолепных глаз. Надеюсь, ты не будешь скулить, когда застрянешь».

Оля отвернулась от окна, её взгляд стал жёстче. Этот идеальный мир только что показал свою тёмную сторону. И она, Оля, должна была её разоблачить.

«Ну что ж, я разгадаю этот секрет. Давай поиграем с тобой», – прошептала она в темноту, обращаясь то ли к Рюку, то ли к невидимому убийце, то ли к самому этому «идеальному» миру.

Глава 4

Каждый день Оля спускалась со своего чердака, чтобы начать рабочий день в кафе у мастера Хеппи. Это место было полно посетителей, и, казалось бы, ни один из них не вызывал подозрений:

Милые и безупречные: Все клиенты были очень вежливыми и приветливыми, что лишь подчеркивало неестественность этого мира.

* Отсутствие зацепок: Отсутствие явных признаков агрессии или необычного поведения делало поиск убийцы еще более сложным.

Тем временем Рюк не упускал возможности подшутить над Олей. Он постоянно поддразнивал её, напоминая о том, как скучен этот мир для него, бога смерти, который привык к драме и хаосу.

— Ну что, Оля, сегодня мы видим очередные милейшие улыбки и полную скукоту? — проворчал Рюк, зависая над ее плечом. — Мои глаза бога смерти, по крайней мере, видят, сколько кому осталось... А твои только на красивые анимешные картинки годятся? Вот бы тебе их получить, тогда бы мы развлеклись!

Эти подколы, хоть и были привычными, порой заставляли Олю задумываться о той силе, которой она пока не обладала.

Одно утро в кафе "Мастер Хеппи" ничем не отличалось от других. Солнце пробивалось сквозь пыльные окна, аромат свежей выпечки смешивался с лёгким запахом кофе, и постоянные посетители беззаботно болтали о мелочах. Мастер Хеппи, как всегда, излучал добродушие, а Оля, как обычно, с лёгкой досадой слушала очередные подколы Рюка.

— Сплошная ваниль, Оля! — хмыкнул Рюк, паря над её головой, пока она протирала столик. — От этой сладости меня уже тошнит! Вот если бы у тебя были мои глаза...

— Не сегодня, Рюк, — пробормотала Оля, не отрываясь от работы. Но тут её взгляд скользнул к входной двери, и она замерла. Что-то изменилось.

В кафе вошёл человек, который, казалось, был соткан из теней и забытых историй. Для всех остальных он был просто ещё одним посетителем: высокий мужчина в простом, немного поношенном плаще, с капюшоном, скрывающим часть лица. Его шаги были бесшумными, а движения — текучими, как дым. Никто не обратил на него внимания: ни жизнерадостная старушка, потягивающая травяной чай, ни пара влюблённых студентов, хихикающих над своим латте. Они видели лишь обычного, непримечательного человека.

Но Оля видела иначе. Она не могла объяснить, что именно, но что-то в этом человеке было неправильным. Его движения были слишком плавными, его взгляд — слишком отстраненным. Он был словно *пятно* на идеально чистом холсте этого мира, который так цеплялся за свою безупречность. Ее внутреннее чутьё, отточенное годами просмотра аниме, где даже самый обыденный персонаж мог скрывать нечто экстраординарное, кричало об аномалии. Воздух вокруг него казался... тяжелее.

"Он не из этого мира..." — пронеслась мысль в голове Оли, такая же ясная, как звон колокольчика над дверью.

Мужчина медленно прошёл к дальнему столику, расположенному в полумраке, и сел, не делая заказа. Он просто сидел, его взгляд, казалось, проникал сквозь стены и время, а его присутствие было таким же тихим, как падающий снег, но для Оли оно было громким, как раскат грома.

Когда Оля подошла к его столику, чтобы принять заказ, ее сердце колотилось. Она не знала, что сказать. Мужчина поднял голову, и Оля увидела его глаза — они были цвета глубокого ночного неба, усеянного далёкими звёздами. В них не было ни тени удивления, лишь древнее, усталое знание.

— Доброе утро. Что желаете? — спросила Оля, стараясь говорить как можно более обыденно.

— Я ждал тебя, Оля, — прошептал он, и его голос был похож на шелест осенних листьев. — Или, вернее, ждал, пока ты почувствуешь меня. Немногие на это способны. А уж тем более в таких... спокойных местах.

Рюк, который до этого момента был озадачен, наконец подал голос:

— Что это за тип? Я не вижу его имени... и сколько ему осталось жить... Оля, ты его *чувствуешь*? Что с ним не так?!

Оля проигнорировала Рюка, сосредоточившись на собеседнике.

— Вы... вы тоже путешественник? Как Фантазия? — вырвалось у нее.

Мужчина чуть заметно кивнул.

— Можно и так сказать. Я повидал много миров, Оля. Некоторые из них были наполнены хаосом, некоторые — безумием, а некоторые — вот такие... беспомощные.

Он сделал паузу, его звёздные глаза пристально смотрели в её.

— Ты ищешь убийцу, не так ли? В этом мире, где преступление — это нонсенс.

Оля удивлённо распахнула глаза.

— Откуда вы...?

— Я чувствую колебания, — прервал он её. — Колебания реальности. И твой вопрос оглашается эхом по всей мультивселенной. Послушай меня внимательно, Оля: тот, кого вы ищете, скорее всего, не из этого мира.

Его голос стал чуть громче, но все ещё оставался шёпотом, который, казалось, был предназначен только для Оли.

— Он пользуется этим местом. Этим беспомощным миром, где нет зла, где люди не знают, как реагировать на насилие. Ему здесь *слишком* легко. Он пришёл извне, чтобы творить свои дела, не встречая сопротивления. И твоя... *особая натура*, — он кивнул на неё, — возможно, единственное, что поможет его распознать.

Мужчина встал.

— Ищи того, кто не вписывается. Того, кто нарушает ритм этого мира.

И так же бесшумно, как появился, он вышел из кафе, растворившись в толпе, которая даже не заметила его ухода.

Оля стояла, потрясённая, глядя на пустой столик. Рюк, который все это время молчал, теперь выглядел серьёзным, насколько мог выглядеть бог смерти.

— Он прав, Оля, — сказал Рюк. — Если я не видел его имени, значит, он такой же... аномалия, как ты. И его слова имеют смысл. Мир без преступлений... это рай для того, кто знает, как его использовать.

Оля глубоко вздохнула. Слова путешественника словно открыли ей глаза (метафорически) на новую, ужасающую правду. Убийца не просто прятался; он использовал невинность и порядок этого мира как щит. Теперь задача стала еще сложнее, но и появилась первая реальная зацепка.

"Значит, мне нужно искать кого-то, кто не понимает этого мира... или кто презирает его правила," — подумала Оля.

Это было начало настоящей охоты. И, возможно, её особая чувствительность и интуиция, усиленная знаниями о мирах аниме, были единственным инструментом, способным увидеть правду в этом фальшивом раю.

После встречи с таинственным путешественником Оля буквально сбилась с ног. Каждого посетителя кафе она теперь рассматривала под лупой своей обострившейся интуиции, пытаясь уловить ту самую "рябь", тот "нарушенный ритм", о котором говорил незнакомец. Рюк не переставал комментировать ее попытки.

— Оля, ты выглядишь как сыщик из третьесортного детектива, — хмыкнул Рюк, когда она пристально изучала пожилую даму, мирно пьющую капучино. — Думаешь, та милая бабуля — это злодей из другой вселенной? Ну-ну.

— Просто пытаюсь быть внимательной, — ответила Оля, чувствуя, как напряжение нарастает. Она перебирала в уме каждого, кто хоть раз заходил в "Мастер Хэппи". Все были такими... идеальными.

Она даже не заметила, как её взгляд постоянно скользил по Мастеру Хэппи — хозяину кафе. Его улыбка всегда была широкой и искренней, его смех — заразительным, а глаза излучали бесконечное добродушие. Он был воплощением самого названия своего кафе. *Как такой человек мог быть причастен к чему-то плохому?* Оля отгоняла любые подозрения, направленные в его сторону, считая их абсурдными.

Однажды вечером, когда кафе опустело, а Оля готовилась к закрытию, Мастер Хэппи подошёл к ней. Он был таким же, как всегда: с тёплой улыбкой, предлагая помочь убрать столы. Оля, уставшая от безрезультатных поисков, просто кивнула.

— Оля, ты выглядишь задумчивой в последнее время, — сказал Мастер Хэппи, собирая чашки. — Что-то беспокоит? Может, какие-то странные гости?

В его голосе не было ничего необычного, но Оля, вспомнив слова путешественника, вдруг почувствовала лёгкий холодок. Ей показалось, что он произнёс слово "странные" с какой-то едва уловимой, но хищной интонацией.

— Просто... ну, ищу кое-кого, — неопределённо ответила Оля.

— Ищешь? — Мастер Хэппи поставил поднос с посудой, и его улыбка... она словно застыла, стала неестественно широкой, открывая слишком много зубов. — Того, кто нарушил покой этого идеального мира?

Рюк, который всегда был рядом, резко дёрнулся, его обычно бесстрастное лицо исказилось в гримасе удивления.

— Оля, слышишь его?! Что за чертовщина?!

Оля почувствовала, как по её спине пробежал мурашки. Она подняла взгляд на Мастера Хэппи, и в этот момент *увидела*. Не "глазами бога смерти", а своим обостренным восприятием, которое вдруг пронзило завесу нормальности. За его добродушной улыбкой скрывалась бездонная, холодная пустота. Его глаза, обычно такие тёплые, теперь были как у давно умершей рыбы.

— Вы... вы знаете? — прошептала Оля.

Мастер Хэппи тихо рассмеялся. Это был не его обычный добродушный смех, а сухой, хриплый звук, похожий на шелест старых костей.

— Знаю? Оля, моя дорогая, я создал это. Это моя игра. Моя песочница. А "Мастер Хэппи"... это всего лишь маска. Удобная, не правда ли? Никто никогда не смотрит на того, кто дарит счастье. Никто не подозревает доброту. Мое настоящее имя... ты бы его не выговорила. Оно слишком древнее для ваших языков.

Оля попятилась.

— Но... зачем?! Этот мир... он же такой мирный!

Улыбка Мастера Хэппи, нет, Убийцы, стала еще шире, теперь она выглядела по-настоящему зловеще.

— Именно поэтому! Этот мир — идеальный плацдарм. Представь себе: бесконечный запас чистых, ничем не испорченных душ. Здесь нет полиции, нет детективов, нет даже мысли о преступлении. Я могу творить все, что угодно, и никто даже не поймёт, что происходит! Люди здесь как овцы, Оля. Беззащитные, доверчивые... вкусные.

Рюк, сотрясаясь от ярости, кричал:

— Оля, его имя! Напиши его! Быстро! Он должен умереть!

Оля, дрожащими руками, схватила Тетрадь Смерти.

— Его имя... как вас зовут на самом деле?! — прокричала она, пытаясь сохранить самообладание.

— Мое истинное имя? — Убийца снова издал свой сухой смешок. — Зачем тебе? Ты все равно не сможешь его использовать. Мой план запущен, Оля. Ты его не остановишь. Этот мир будет моей кормушкой, а затем... я перейду к следующему. А потом к следующему, и так до тех пор, пока мне не надоест играть в бога.

Он выдержал паузу, наблюдая за ней.

— Хотя... ради забавы. Моё имя... — он произнёс странный, неземной набор звуков, который прозвучал как шелест гравия и треск льда одновременно. — Попробуй.

Оля, не понимая, что это, но чувствуя его зловещую энергию, дрожащей рукой начертила в тетради услышанное. Она ждала. Секунда. Две. Пять. Ничего. Убийца лишь усмехнулся.

— Видишь? Я сказал, что не сработает. Эта твоя тетрадь работает только со смертными этого измерения. А я... я не такой.

— Мой план уже в действии, — продолжил Убийца, его глаза горели триумфом. — Скоро этот мир начнет... увядать. Люди станут пустыми оболочками, их души будут... собраны. А потом я просто покину его, оставив за собой лишь тишину. Ты не сможешь это остановить, Оля. Никто не сможет. Этот процесс необратим.

Он поднял руку, и вокруг него начало собираться мерцание — точно такое же, как вокруг таинственного путешественника, только гораздо более сильное и угрожающее.

— Это был забавный эксперимент. Но пора двигаться дальше. Возможно, мы ещё встретимся, если ты будешь достаточно интересной.

Внезапно воздух в кафе завибрировал, стены задрожали, а свет замигал. Посреди помещения закрутился вихрь из переливающихся цветов и теней — портал, почти идентичный тем, что умел создавать Фантазия, но куда более дикий и хаотичный.

— Он сбегает! Оля! — кричал Рюк, пытаясь пробиться сквозь нарастающий хаос.

— Прощай, Оля, — прошипел Убийца, растворяясь в вихре. — И спасибо за... развлечение.

И в следующее мгновение он исчез. Портал захлопнулся с оглушительным хлопком, оставив за собой лишь разбитые чашки и стойкий запах озона.

Оля стояла, потрясённая, глядя на место, где только что был Убийца. Она провалила все. Весь мир вокруг неё, казалось, вращался.

— Оля! Что это было?! Он сбежал! И твоя тетрадь... бесполезна! — кричал Рюк.

Внезапно дверь кафе вновь открылась, и на пороге появился таинственный путешественник, с которым Оля познакомилась ранее. Он стоял, опёршись на косяк, его звёздные глаза смотрели прямо на Олю, а за ним, в тёмном ночном небе, виднелось ещё одно, едва заметное мерцание — слабо пульсирующий портал.

— Я знал, что он здесь, — спокойно произнёс он. — Чувствовал его вибрации. И я слышал его слова.

Он посмотрел на опустошённую Олю.

— У тебя нет Глаз Бога Смерти, чтобы видеть его истинное имя. И твоя тетрадь бессильна против таких, как он. Он — нарушитель миров, и у него иммунитет к правилам одной конкретной реальности.

Он подошёл к Ольге, его присутствие приносило странное успокоение на фоне недавнего хаоса.

— Я могу помочь тебе, Оля. Мои навыки позволяют мне перемещаться между мирами и выслеживать таких, как он. Твоя интуиция и его Тетрадь Смерти могут стать ценным оружием в других реальностях. Мы можем настигнуть его.

Он протянул ей руку.

— Что скажешь, Оля? Готова продолжить охоту?

Оля посмотрела на свою дрожащую руку, на пустую тетрадь, на разгромленное кафе. В ее глазах загорелась решимость.

— Да, — твердо сказала она. — Я готова.

Глава 5

Оля, уже привычно прижимала к себе Тетрадь Смерти, пока вокруг неё и Рюка вибрировал туман, окрашенный во все оттенки серого. Этот мерцающий переход между мирами стал для неё уже почти обыденностью, с тех пор как Путешественник Между Вселенными, Кай, предложил ей невероятную миссию. Рюк, её постоянный спутник, напротив, каждый раз с новым азартом наблюдал за трансформацией реальности.

— Что-то мне подсказывает, этот мир будет веселее предыдущего, Оля, — прохрипел бог смерти, его красные глаза беспокойно бегали, предвкушая предстоящий хаос. — Чувствуешь? Этот запах… такой терпкий.

В этот момент из вибрирующего тумана, словно из ниоткуда, проявился знакомый силуэт. Это был незнакомец, окутанный своим плащом из звёздной пыли, его лицо по-прежнему скрывал глубокий капюшон. От него исходила та же древняя, космическая энергия, но для Оли она уже не казалась столь пугающей.

— Оля, Рюк, — раздался его голос, вибрирующий в самой душе, но теперь в нём слышались нотки спокойного ожидания. — Мы на месте.

Оля выдохнула. Она знала, что её ждёт. Кай не просто встретил её, а сам предложил ей стать его спутницей в погоне за Нарушителем Миров. Он объяснил, что Мистер Хеппи — тот, кто сломал баланс, прыгая между измерениями и оставляя за собой след хаоса, — должен быть остановлен. И Тетрадь Смерти Оли, а также её уникальный взгляд на справедливость, были необходимы в этой борьбе.

— Куда мы прибыли на этот раз, незнакомец? — спросила Оля, стараясь говорить уверенно. Она уже прошла несколько миров, но каждый новый переход все равно вызывал лёгкую дрожь.

— Мы оказались там, где след вашего врага — того, кого вы знаете как Мистера Хеппи — наиболее силён, — ответил он. — В Мире Насилия. Здесь он чувствует себя как рыба в воде.

Рюк издал низкий, довольный смешок, похожий на шелест сухих листьев.

— Мир Насилия? Звучит как симфония! Наконец-то что-то интересное, а не эти ваши "идеальные" миры, где некого даже напугать.

Кай повернул голову, словно посмотрев на Рюка, хотя его лица было не видно.

— Именно. В других мирах этот индивидуум скрывался под личиной добродушного хозяина лавки, используя обман. Но здесь он не будет себя сдерживать. В этом мире... каждый грабит, убивает и обманывает. Насилие — это валюта, закон и религия. Найти его там будет непросто. Он — всего лишь одна тень среди миллионов. Помните, Оля, почему вы согласились на эту миссию.

— Я помню, — твердо ответила Оля. — Остановить его, чтобы он не разрушал миры дальше. Но если все здесь такие, как я его отличу?

— Ищите смех, который не должен звучать, — загадочно произнёс незнакомец. — Ищите того, кто наслаждается хаосом больше, чем другие. Того, кто подталкивает мир к ещё большей бездне, когда он уже на краю. Ваш Рюк чувствует это. Он чувствует запах истинного зла, того, что выходит за рамки простого выживания.

Путешественник протянул руку, и туман вокруг них начал закручиваться в вихрь, становясь плотнее и ярче.

— Приготовьтесь. Переход будет… резким. Как и сам этот мир.

Следующее, что почувствовала Оля, было резкое, словно удар, выворачивание внутренностей. Воздух вокруг стал вязким и горячим, уши заложило оглушительным рёвом. Яркий, ослепляющий свет сменился багровым полумраком, пронизанным вспышками молний и мигающими неоновыми вывесками.

Она упала на колени на грязный, разбитый асфальт, который пах гарью, сыростью и кровью. Подняв голову, она увидела вокруг разрушенные здания, обшарпанные граффити и дымящиеся остовы машин. Над головой висел вечно серый, затянутый стогом небосвод, по которому ползли грязные, фиолетовые тучи.

Оглушительный шум. Сирены полицейских машин, дикие крики, отчаянный плач, визг тормозов, звуки выстрелов и чьи-то нечеловеческие рыки. Всё сливалось в какофонию ужаса, заглушая собственные мысли.

Едкий смог, вонь гниющего мусора, металлический привкус крови, горелый пластик и что-то неописуемо отвратительное, гниющее под ногами, отчего першило в горле.

Ближайшие дома — это покосившиеся развалины, окна выбиты, стены исписаны угрожающими посланиями, от которых волосы вставали дыбом. На улицах мелькали тени: люди, скорее похожие на бандитов из самых страшных фильмов, с оружием, татуировками и пустыми, жестокими глазами, не проявляющими ни капли сострадания.

Рюк стоял рядом, его высокая фигура почти сливалась с тенями. Но его красные глаза светились особенно ярко, а на лице блуждала довольная, хищная ухмылка.

— ХА-ХА-ХА! — прогремел его смех, похожий на скрежет металла и разбитого стекла. — Вот это другое дело! А я уж думал, совсем заскучаю! Здесь твоя тетрадь будет очень, очень востребована. Ты только посмотри на этот пир Какие сочные имена, какие мерзкие поступки!

Оля прижала руку ко рту, с трудом сдерживая тошноту. Это был не просто мир, это была открытая рана вселенной, из которой сочилось безумие.

— Здесь... здесь просто кошмар, Рюк! — прошептала она, её голос дрожал от ужаса. — Как я вообще смогу найти кого-то здесь? Он просто один из них!

Рюк наклонился к ней, его дыхание пахло чем-то горьким и металлическим.

— Именно. Но ты же ищешь не просто убийцу, а нарушителя миров, помнишь? Того, кто не просто убивает, а наслаждается разрушением порядка, кто питается хаосом. Ищи того, кто смеется, когда другие плачут. Того, кто вносит еще больше хаоса туда, где его и так полно. А я... я тебе помогу. Этот мир мне нравится.

Оля подняла взгляд на мрачное небо. Поиск Мистера Хеппи начался. И это было лишь начало её погружения в самую бездну человеческого безумия, где каждый шаг мог стать последним.

Оля стояла посреди разрушенной улицы, её взгляд метался от одной развалины к другой. Везде был хаос, насилие и отчаяние. Как и предупреждал Кай, Мистер Хеппи, чье настоящее, непроизносимое имя было у неё в списке целей, терялся в этой массе преступности. Она по привычке называла его Мистером Хеппи, потому что так было проще — это имя стало символом того приторного зла, которое он представлял.

— Рюк, с чего начать? — прошептала Оля, чувствуя, как этот мир давит на неё, угрожая поглотить. — Я даже не знаю, где искать. Все здесь выглядят одинаково... ужасно.

Рюк издал своё обычное хихиканье.

— Хе-хе-хе, Оля. С этого мира нужно начинать с выживания. А потом уже искать того, кто тебе нужен. Не каждый здесь Мистер Хеппи, но каждый здесь — потенциальная угроза.

Кай, чья фигура лишь сгустилась тенью неподалёку, произнёс своим глубоким голосом:

— Терпение, Оля. Тот, кто наслаждается страданием, обязательно проявит себя. Но будь осторожна. В этом мире грань между жертвой и хищником очень тонка.

Едва незнакомец успел договорить, как из-за груды искореженного металла выскочили две фигуры. Это были оборванные, грязные мужчины, с глазами полными безумия и голода. В руках одного из них блеснул острый нож, у второго — обрез ружья. Они двигались быстро, без лишних слов.

— Эй, девчонка! Отдавай всё, что есть! — прохрипел тот, что с ножом, его дыхание пахло алкоголем и гнилью.

Сердце Оли бешено заколотилось. Это был её первый прямой контакт с насилием этого мира. Она инстинктивно прижалась к стене разрушенного здания. Рюк наблюдал за происходящим с нескрываемым интересом.

— Оля, смотри, это прекрасная возможность попрактиковаться, — пробормотал Рюк, его улыбка стала шире. — Если, конечно, у тебя хватит смелости.

Оля почувствовала леденящий страх, но в то же время её мозг, привыкший к быстрым решениям в критических ситуациях, начал работать. Она знала, что ей нужно имя. Любое имя.

— Постойте! — воскликнула она, подняв руки в примирительном жесте. — Я... я заблудилась. Я новенькая здесь. Может, вы поможете? Я ничего не понимаю, где я, кто вы такие?

Нападавшие на мгновение замешкались. Её наивный вид, возможно, сыграл свою роль.

— Ха! Новенькая, значит? — усмехнулся бандит с ножом. — Откуда ты взялась, дурочка? Меня зовут Шиш, а это мой кореш Клык. И мы тебе сейчас покажем, что здесь к чему!

В этот момент, когда Шиш произносил своё имя, в глазах Оли блеснул расчёт. Именно это ей и было нужно!

Пока Шиш заносил нож, а Клык поднимал обрез, Оля, дрожащими руками, но с поразительной скоростью, достала свою Тетрадь Смерти. Она прислонила её к обшарпанной стене и, не теряя ни секунды, записала имя: Шиш.

— Хе-хе-хе, ну вот, видишь, Оля? — Рюк наклонился к ней. — А ведь с Глазами Бога Смерти ты бы не тратила время на такие любезности. Просто взглянула бы, и имя само пришло бы тебе в голову. Может, подумаешь об этом?

Но тут незнакомец тут же вмешался, его голос был строгим, как никогда.

— Оля! Помни о цене! Глаза Шинигами — это половина твоей оставшейся жизни! Не спеши с такими решениями. Каждое имя, записанное тобой, оставляет след не только в этом мире, но и в твоей душе.

Едва он закончил, как Шиш, который уже был в шаге от Оли, внезапно поперхнулся, его глаза закатились. Он упал на колени, а затем рухнул на грязный асфальт, его сердце остановилось. Всё произошло так мгновенно, что Клык даже не успел понять, что случилось. Он замер, ошарашенный, глядя на неподвижное тело своего подельника.

Оля тяжело дышала. Она только что убила человека. Пусть это был бандит, пусть он напал на неё, но это было убийство. Руки дрожали так сильно, что Тетрадь Смерти чуть не выскользнула из них.

Клык, наконец, пришел в себя. Увидев мертвеца и неподвижную девочку, его глаза наполнились ужасом. Он понял, что произошло что-то необъяснимое и смертельно опасное. С диким воплем он бросил ружье и, спотыкаясь, убежал прочь, растворяясь в лабиринте грязных переулков.

Оля осталась одна, наедине с мертвым телом и осознанием того, что этот мир не прощает слабости. Её миссия только что получила новое, ужасающее измерение.

Оля стояла над телом Шиша, её сердце всё ещё колотилось от пережитого ужаса и отвращения. Это было первое прямое убийство, совершенное ею, и отпечаток его тяжести лёг на её душу. Она ненавидела этот мир, ненавидела насилие, но ещё больше ненавидела Мистера Хеппи, который был причиной её пребывания здесь. И вдруг, глядя на бездыханное тело, ей в голову пришла шокирующая, но гениальная мысль.

Зачем самой пачкать руки, если можно заставить этот мир сделать грязную работу?

Тетрадь Смерти позволяла прописать сценарий смерти, не только имя. Что, если она использует её, чтобы спровоцировать цепную реакцию? Если она заставит обитателей этого мира, уже погрязших в насилии, убить Мистера Хеппи, не называя его имени напрямую, а просто прописав обстоятельства? Она будет кукловодом, а они — её марионетками. Ей не нужно будет видеть его лицо или знать его имя, достаточно, чтобы он оказался в нужном месте в нужное время, став главным героем её смертельного спектакля.

Эта идея была жестокой, но в этом мире — единственно разумной. Она позволит ей сохранить свою человечность, не превращаясь в прямого палача. Ужас, который она испытала, записывая имя Шиша, подтолкнул её к более изощренному, более театральному способу расправы.

Рюк, словно прочитав её мысли, издал свой обычный, едкий смешок, который на этот раз прозвучал на удивление одобрительно.

— Хе-хе-хе! А ты молодец, Оля! — прохрипел бог смерти, его красные глаза сверкнули от восторга. — Вот это я понимаю! Умеешь порадовать старого Рюка! И не нужно никаких этих ваших "Глаз Шинигами"… Просто тонкая работа! Мне это нравится! Очень нравится! Наконец-то ты начинаешь мыслить по-нашему.

Оля крепко сжала Тетрадь Смерти. План был амбициозным, но в этом безумном мире он казался единственным путём.

— Остается выманить Мистера Хеппи… Но как? — прошептала Оля, обводя взглядом хаотичные улицы. — В этом мире столько зла, столько жестокости. Как заставить его прийти именно туда, куда мне нужно, чтобы стать участником моего "спектакля"? Ведь он питается хаосом, но при этом невероятно хитёр. Он не станет просто так подставляться.

Рюк почесал затылок.

— Это уже интереснее. Ему нравится управлять хаосом, а не просто быть в нём. Нужно что-то особенное. Что-то, что заставит его поверить, что он может извлечь из этого свою выгоду.

Кай, чья тень по-прежнему висела где-то поблизости, произнёс:

— Мистер Хеппи не просто творит зло. Он наслаждается абсолютным контролем над ним. Чтобы выманить его, нужно создать такой хаос, который, по его мнению, он сможет возглавить, или из которого он сможет получить максимальное удовлетворение от страданий. Это должна быть не просто драка, а событие. Представление.

Оля задумалась. Создать Представление? Точно. Что-то настолько масштабное, настолько привлекательное для безумия, что Мистер Хеппи не сможет пройти мимо. Что-то, что заставит его захотеть быть в самом его центре. Но что это может быть в мире, где каждый день — это хаос?

Ей предстояло продумать дьявольский план, способный привлечь самого дьявола этого мира.

Оля в отчаянии посмотрела на Кая, чья тень казалась ещё глубже в сгущающемся мраке этого мира. Как выманить того, кто сам является воплощением хаоса? Как поймать того, кто питается безумием, не поддаваясь ему самому?

— Мистер Хеппи не просто любит хаос, Оля, — произнёс незнакомец, его голос был тихим, но пронзительным, словно шёпот ветра в пустоте. — Он любит организованный хаос. Тот, который он может контролировать, или тот, который служит его целям. Но есть одно, что он не сможет игнорировать… Это спровоцированный хаос. Хаос, который бросает вызов всем устоям, даже тем, которые сложились в этом мире насилия. Создайте такой маяк беспорядка, который привлечёт его жажду власти. Нечто, что он посчитает своим новым творением.

Оля задумалась. Спровоцированный хаос… Вызов устоям… В мире, где каждый день был борьбой за выживание, где насилие было нормой, что могло быть таким вызовом? Нечто, что заставит даже самых отъявленных головорезов забыть о своей личной выгоде и присоединиться к общему безумию.

И тут её осенило.

В этом мире, где преступность была обыденностью, массовые беспорядки были бы событием, которое привлекает всех — от мелких бандитов до тех, кто жаждет абсолютной власти. Это был бы идеальный "маяк хаоса" для Мистера Хеппи. Он не смог бы устоять перед возможностью возглавить такой беспредел или, по крайней мере, насладиться им изнутри.

Оля решила использовать старый, заброшенный центральный рынок — место, которое когда-то было сердцем города, а теперь служило рассадником криминала и нелегальной торговли. Именно там она устроит свой смертельный спектакль.

С дрожащими, но уверенными пальцами, Оля открыла Тетрадь Смерти. Ручка скрипнула по древней бумаге. Ей не нужно было имя. Ей нужен был лишь сценарий, который привёл бы Мистера Хеппи к его концу. Она медленно, тщательно, продумывая каждую деталь, начала писать:

'''

Мужчина, неизвестный Ольге (Мистер Хеппи), находится на заброшенном центральном рынке в 22:00.

В это же время на рынке начинаются массовые беспорядки, вызванные внезапным обрушением старого рекламного щита на одном из зданий, что провоцирует панику и столкновения между враждующими группировками, которые собирались там для сделки.

Беспорядки быстро перерастают в неконтролируемое сражение за территорию и добычу.

Мужчина, неизвестный Ольге (Мистер Хеппи), пытается использовать панику для получения контроля над ситуацией, но его попытки лишь усугубляют его положение.

Он погибает от множественных ножевых ранений и ударов толпы в самом центре рынка во время пика беспорядков.

Смерть наступает от потери крови и черепно-мозговой травмы, полученной в 22:45.

'''

Записав последнее слово, Оля закрыла тетрадь. Её сердце колотилось. Она только что подписала приговор человеку, которого даже не знала по имени, но который разрушал целые миры.

Рюк, наблюдавший за всем с нескрываемым удовольствием, издал низкий, довольный смешок.

— Хе-хе-хе! Аппетитно! — прохрипел бог смерти, его глаза светились. — Это будет гораздо интереснее, чем просто сердечный приступ! Ты молодец, Оля. Теперь остается только ждать… и посмотреть, как твой "спектакль" разойдётся. Уверен, он не сможет пропустить такое шоу.

Кай лишь молча кивнул, его фигура по-прежнему была окутана тайной. Он не одобрял смерть, но понимал неизбежность борьбы за баланс миров.

Оля тяжело вздохнула. Теперь всё зависело от Тетради Смерти и того, насколько Мистер Хеппи был предсказуем в своей жажде власти и хаоса. Часы до 22:00 начали отсчёт. В воздухе уже чувствовалось предвкушение надвигающейся бури, которую она сама вызвала.

Наступал час Х. Город погрузился в привычный багровый сумрак, но над заброшенным центральным рынком витало особое напряжение. Оля, Рюк и незнакомец наблюдали за происходящим издалека, с крыши полуразрушенного небоскрёба. Девочка чувствовала, как её сердце отбивает бешеный ритм — сейчас решится судьба Нарушителя Миров.

Ровно в 22:00 воздух сотрясся оглушительным скрежетом. Огромный, проржавевший рекламный щит, висевший над центральным входом на рынок, с жутким стоном оторвался от креплений и с грохотом рухнул прямо в центр скопления торговцев нелегальным товаром и бандитов. Пыль, обломки и крики боли взвились в воздух.

Началась паника. Но вскоре она сменилась яростью. Враждующие группировки, которые собирались там для очередной сделки, забыли о своих разногласиях и бросились в неконтролируемое сражение. Огонь из стрелкового оружия, крики, звон ножей и топоров — рынок превратился в ад.

Среди этого хаоса Оля заметила его — мужчину в тёмном плаще, с той самой, отвратительной, приторной улыбкой. Это был Мистер Хеппи, несмотря на то, что Оля не знала его истинного имени. Он был там, прямо в центре бури.

Мистер Хеппи, как и предсказывал незнакомец, не просто оказался в хаосе, он попытался его возглавить. Он начал выкрикивать приказы, указывая пальцем, пытаясь направить ярость толпы в свою пользу, чтобы захватить контроль над этим кровавым "праздником". Он смеялся, глядя на агонию вокруг, в его глазах читалось ликование от этой новой волны разрушения, которую, как он думал, он сможет оседлать.

Но тут произошло то, что Оля предвидела, когда писала сценарий. Один из бандитов, ослепленный яростью и испугом, не послушался приказа Мистера Хеппи, а вместо этого бросил в него дымовую гранату, приняв его за вражеского лидера. Внезапно оказавшись в центре плотного облака дыма, Мистер Хеппи потерял ориентацию. Это был его "небольшой шанс" — он мог бы сбежать, если бы не его гордыня и жажда контроля.

Сценарий в Тетради Смерти был точен. Дезориентированный Мистер Хеппи, задыхаясь от дыма, споткнулся и упал. В тот же миг разъярённая, ослеплённая беспорядками толпа, которая не могла разобрать, кто перед ними, набросилась на него. Оля, наблюдая сверху, видела лишь мелькание теней и вспышки оружия. Крики Мистера Хеппи быстро заглушились общим рёвом толпы.

Ровно в 22:45 беспорядки начали стихать. Толпа, насытившись кровью и разрушениями, постепенно отхлынула. На грязном, залитом кровью асфальте, среди обломков и мусора, лежало бездыханное тело мужчины. Его лицо было обезображено, тело изранено множественными ножевыми ранениями и ударами. Сердце Мистера Хеппи остановилось от потери крови и черепно-мозговой травмы, полученной от удара по голове тяжёлым предметом. Сценарий был выполнен в точности.

Рюк издал глубокий, удовлетворённый вздох, почти вздох облегчения.

— Хе-хе-хе… Идеально, Оля. Идеально. Вот это я понимаю, настоящий спектакль!

Когда последние отголоски беспорядков затихли, а мир насилия снова погрузился в свой обычный, фоновый хаос, незнакомец приблизился к Оле. Его фигура начала мерцать, искажаться, а затем трансформироваться. Плащ из звёздной пыли растворился, капюшон упал, открыв лицо, которое было одновременно знакомым и чужим.

Это было лицо человека, которого Оля не знала, но в его глазах читалась мудрость тысячелетий. Он был не просто незнакомцем. Он был чем-то большим.

— Ну что ж, Оля, — произнес он, и его голос теперь звучал иначе, более тепло и глубоко. — Ты прошла проверку. И очень успешно. Твоя способность к адаптации, твое чувство справедливости и… твоя изобретательность поражают.

Затем он улыбнулся, и его улыбка наполнила Олю странным чувством надежды.

— Я — не просто путешественник. Я — Хранитель Баланса. И ты можешь называть меня… Мистер Фантазия.

Оля изумленно смотрела на него. Мистер Фантазия. Значит, её он мистер фантазия просто играл с ней и никуда не уходил.— Нас ждёт ещё много работы, Оля, — продолжил Мистер Фантазия, обводя взглядом мрачный город. — Мистер Хеппи был лишь одним из многих, кто нарушает равновесие. Теперь, когда ты доказала свою состоятельность, ты станешь моим партнёром в восстановлении баланса между мирами. Приготовься. Твой путь только начинается.

Оля крепче сжала Тетрадь Смерти. Этот мир насилия был лишь одним из множества. Её ждали новые испытания, новые миры и новые угрозы. Но теперь она знала, что не одна.

Глава 6

Оля Против Оли: Битва за Идеальный Мир

Мир, который когда-то был домом для обычной девочки Оли, теперь превратился в нечто неузнаваемое. Он выглядел идеальным, но в его безупречности крылась зловещая фальшь. Люди улыбались слишком широко, улицы были слишком чистыми, а по новостям сообщали лишь о непрерывном процветании и счастье. Это не был её мир, и Оля чувствовала это каждой клеточкой своего существа. Она, истинная Оля этого мира, оказалась в ловушке реальности, переписанной кем-то другим. Кем-то, кто обладал её именем и её лицом.

В то же самое время, в сияющем пентхаусе, парящем над центром идеализированного мегаполиса, восседала Оля из параллельной вселенной (далее — Владычица Оля). Её взгляд, острый и уверенный, скользил по гигантским экранам, где отображались сводки со всего мира. Каждый параметр был под её контролем: от курса акций до настроения масс. Она была абсолютной правительницей, её воля — законом, а Тетрадь Смерти — её безжалостным инструментом.

Рюк, её неизменный спутник, сгорбившись, лежал на спинке кресла, лениво перелистывая страницы какой-то древней книги. В его кроваво-красных глазах играли хитрые огоньки, когда он наблюдал за своей подопечной.

Рюк: «Так вот, значит, в чём твой новый «идеальный» мир, Владычица Оля? Пришла, увидела, покорила... чужую вселенную. И даже нашла себе двойника. Умно. Теперь ты не просто богиня, ты ещё и... уникальная богиня!» — прохрустел он, его голос был полон обычной для него саркастической насмешки.

Владычица Оля, не отрывая взгляда от экрана, где мелькало изображение её двойника — Оли из этого мира — лишь усмехнулась.

Владычица Оля: «Она — всего лишь ошибка. Анахронизм. Этот мир был предназначен для меня, Рюк. Господин Фантазия перенёс меня сюда, чтобы я создала свою совершенную реальность, свободную от насилия и хаоса. А она... она просто остаток прошлого, который нужно стереть.»

В этот момент на одном из экранов, перекрывая все остальные изображения, появился Господин Фантазия. Его лицо, обычно спокойное и отстранённое, выражало лёгкое, почти незаметное любопытство.

Господин Фантазия: *«Доброе утро, моя дорогая Владычица Оля. Я вижу, ты уже освоилась в своём новом царстве. И, как я вижу, сделала несколько... *интересных* открытий.»*

Рюк: «Ой, только не притворяйся, что ты не знал об этой Оле. Ты же сам затеял весь этот балаган, да, Господин Фантазия? Всегда любил подкинуть перчинку в скучный мир.»— пробормотал Рюк, не обращаясь к Фантазии напрямую, но зная, что тот его слышит.

Владычица Оля обернулась к экрану, её взгляд был холоден.

Владычица Оля: «Господин Фантазия, вы обещали мне мир, где я смогу построить идеальное общество. Мир, свободный от ошибок прошлого. Но что это за ошибка? Эта... другая Оля. Зачем она здесь? Она мешает моим планам.»

Господин Фантазия слегка склонил голову.

Господин Фантазия: «Мир твоих желаний, Владычица Оля, — это сложная концепция. Иногда, чтобы истинное желание проявилось, нужны... катализаторы. Твоё стремление к порядку и контролю здесь, в этой вселенной, встретило сопротивление. Сопротивление твоей же собственной сути.»

Рюк: «Ага! То-то и оно! Ты же не можешь просто стереть себя, не так ли? Или можешь? Вот это было бы забавно, Владычица Оля! Вписать своё имя в Тетрадь Смерти, чтобы избавиться от конкурентки?»

Владычица Оля: «Ничего забавного, Рюк. Это лишь временное неудобство. Господин Фантазия, вы хотите сказать, что эта... другая Оля — это часть моего испытания? Часть моего нового, идеального мира?»

Господин Фантазия: «Можно сказать и так. Теперь тебе предстоит не только управлять миром, но и отстоять своё право на него. Сразиться с тем, кто является твоим отражением, но с иной судьбой и иной волей. Это добавит... глубины твоему царству, не так ли?»

Владычица Оля смотрела на свои руки, затем на Тетрадь Смерти, лежащую перед ней. Её идеальный мир, который она так тщательно строила, теперь оказался под угрозой. И угрозой была она сама. Или, по крайней мере, её местный вариант.

Владычица Оля: «Значит, битва. Хорошо. Я принимаю этот вызов. Мой мир будет идеален, и никто, даже моё собственное отражение, не помешает мне достичь этого.»

На другом конце города, Оля из этого мира, сжав кулаки, подняла взгляд к сияющему пентхаусу. Она ещё не знала всех деталей, но чувствовала присутствие врага. Врага, который забрал у неё всё. И она была готова сражаться за свой мир.

Рюк: «Две Оли, одна тетрадь, один мир... Ах, какая драма! Запасаюсь попкорном. Это будет очень интересно, Владычица Оля. Посмотрим, кто из вас окажется более «идеальной» правительницей.» — Его хихиканье эхом разнеслось по огромному пентхаусу, предвещая грядущую битву.

Оля сидела в своей чужой, идеально чистой комнате, всё ещё пытаясь осмыслить произошедшее. Мир был не её, её место заняла другая она, а Господин Фантазия стал ручным псом захватчицы. Отчаяние сдавило ей горло, но где-то глубоко внутри тлел уголёк ярости. Она не понимала, как бороться с той, у кого была Тетрадь Смерти и полный контроль над реальностью.

Внезапно в комнате что-то материализовалось. Это было нечто чёрное, сшитое из грубой кожи, слегка потрепанное. С глухим стуком оно упало прямо перед ней. Тетрадь Смерти. Не её, не та, что была у её двойника, но абсолютно идентичная. На обложке, выведенное зловещими буквами, было написано: «Death Note».

Оля отшатнулась, её сердце пропустило удар. Она знала, что это такое. Знала, какая сила в ней таится. Но как она здесь оказалась?

В тот же миг из тени, что словно прицепилась к стене, выплыла огромная, жутковатая фигура. Это был Рюк, Бог Смерти, его красные глаза горели нескрываемым весельем. Он выглядел... ещё более довольным собой, чем обычно.

Рюк: «Ой-ой, какая неожиданность, не правда ли, Оля? Вот она, твоя вторая тетрадочка! Не говори, что я не умею делать сюрпризы.» — Его голос был полон игривых, едких ноток. Он нагнулся к ней, его длинные пальцы указали на Тетрадь. — «Вот это штучка, которую ты потеряла. Или которую у тебя украли, если быть точнее. Но теперь она снова у тебя. Или, по крайней мере, её точная копия. Мне стало жутко скучно наблюдать за этой идеальной версией тебя, которая просто правит миром. Ей не хватает... огонька.»

Оля смотрела на него, потом на Тетрадь. Неужели? Неужели он... дал ей оружие?

Оля: «Рюк... зачем?» — прошептала она, пытаясь осознать невероятность ситуации.

Рюк: «Зачем? О, милая Оля, разве не очевидно? Для веселья! Две Оли, две Тетради, один мир, за который нужно бороться. Это же рецепт идеального реалити-шоу, не так ли? Я просто не мог упустить такой шанс.» Он захихикал, его смех эхом отразился от стен. — «К тому же, твой двойник слишком уж самоуверенно себя ведёт. Она думает, что всё под контролем. А ты... ты выглядишь такой потерянной. Самое время это исправить. Я же люблю баланс. Ха-ха!»

Рюк подошёл к окну, обведя взглядом сияющий город.

Рюк: «Теперь никаких вмешательств от меня. Это ваша битва, девочки. Моя работа — наблюдать и наслаждаться. И, поверь, я буду очень внимательным наблюдателем. Посмотрим, какая Оля окажется более изобретательной. Какая из вас двоих на самом деле достойна править этим... идеальным* миром.»

Он снова обернулся к Оле, его лицо было искажено в гримасе, которую можно было назвать улыбкой.

Рюк: «Знаешь, есть в этом что-то поэтичное. Та, что была жертвой насилия, теперь может стать настоящей владычицей смерти. А та, что уже захватила власть, может её потерять. Кто бы мог подумать, что твоя история станет такой... запутанной? Главное, не разочаруй меня, Оля. Не умри слишком быстро. Устрой мне настоящее представление.»

С этими словами Рюк растворился в тенях, оставив Олю одну в комнате, с тетрадью смерти в руках и тысячей вопросов в голове. Её руки дрожали, когда она медленно протянула их к чёрной обложке. Теперь у неё был шанс. Шанс вернуть свой мир, сразиться с той, кто отнял у неё всё.

Оля посмотрела на Тетрадь, затем на город за окном. В её глазах, ещё недавно полных отчаяния, теперь загорелся холодный огонёк решимости. Она не понимала правил этой игры, не знала, как вернуть Господина Фантазию или как победить свою могущественную копию. Но у неё было оружие. И Рюк, по крайней мере, не будет ей мешать.

Оля: «Хорошо, Рюк... Ты получишь своё представление.» — прошептала она, её голос был низким и твёрдым. — «И оно будет незабываемым.»

Оля начала задавать вопросы у нее в голове звучал голос Рюка новая тетрадка начала работать.

Ох, Оля, моя дорогая Оля... Ты ищешь ответы на очень интересные вопросы! Вижу, мой маленький спектакль начинает тебе нравиться. Ну что ж, раз уж ты наконец-то начала соображать, я, пожалуй, приоткрою тебе завесу над этим цирком.

Рюк: «Оля, Оля... Ну неужели ты думаешь, что Господин Фантазия — просто добрый волшебник, исполняющий желания? Ха! Он же *Господин Фантазия*, а не Господин Очевидность! Он обещал тебе «мир твоих желаний», помнишь? Мир без насилия, где ты будешь контролировать всё. Но он забыл уточнить, что твои желания могут быть... весьма тёмными, когда дело доходит до абсолютной власти.»

Итак, вот что произошло:

Изначальный План Господина Фантазии: После того мира насилия, Господин Фантазия забрал тебя, нашу Олю (ту, что сейчас сидит с моей Тетрадью), чтобы переместить в идеальный мир. Этот мир он создал или выбрал специально для тебя, чтобы ты могла реализовать своё желание о полном контроле и избавиться от страданий.

Ошибка или Замысел? Здесь есть два основных варианта, и, поверь мне, оба одинаково забавны:

1. Проявление Твоих Тёмных Желаний: Возможно, эта "злая" Оля — это не просто двойник. Это твоя собственная амбиция, твоё стремление к тотальному контролю и безжалостность, материализовавшиеся в отдельную сущность в этом "идеальном" мире. Господин Фантазия, создавая мир по твоим желаниям, неосознанно или намеренно позволил этой "тёмной" стороне воплотиться в физическую форму, чтобы "идеальный мир" был *действительно* твоим, со всеми твоими аспектами.

2. Тест или Соревнование: Или же, Господин Фантазия, будучи существом, которое любит игры и вызовы, специально привлёк из другой параллельной вселенной (где ты могла бы пойти по более жёсткому пути) ещё одну Олю. Он хотел посмотреть, какая из вас двоих окажется сильнее, умнее, достойнее править миром, который он создал. Он любит наблюдать за драмой, понимаешь?

В любом случае, ты попала в этот мир, где уже существовала (или быстро возникла) та Оля, которая оказалась намного более решительной и безжалостной в реализации желания о контроле.

Рюк: «Ах, Господин Фантазия... Он такой наивный. Думал, что все будут играть по его "правилам". Но с Тетрадью Смерти правила меняются, не так ли? Он столкнулся не просто с амбициями, а с холодной, расчётливой волей твоего двойника. Твоя злая версия — она не церемонилась с ним.»

Твой двойник, Владычица Оля, оказалась куда более прагматичной и безжалостной:

Владычица Оля, получив (или обнаружив) Тетрадь Смерти в этом новом мире, быстро осознала её абсолютную власть. Она увидела, что Господин Фантазия, хоть и могущественен, но всё ещё является существом, чьё имя можно записать.

Владычица Оля, вероятно, просто записала имя Господина Фантазии в Тетрадь Смерти, добавив условие его смерти: «Господин Фантазия умрёт через 40 секунд, если не примет меня как свою единственную и абсолютную Владычицу, подчиняясь всем моим приказам и используя свои способности исключительно для моих целей.» Или что-то в этом духе. Для такого существа, как Господин Фантазия, чьё существование связано с воплощением желаний, смерть — это конец всего. Он не мог рисковать.

Даже Господин Фантазия, творец миров, не может противостоять абсолютной силе Тетради Смерти. Её законы выше даже его "фантазийных" законов. Столкнувшись с перспективой небытия, он, как любой здравомыслящий (ну, или как любое здравомыслящее существо), выбрал подчинение. Так он и стал ручным псом твоей злой версии.

Почему первая Тетрадь Смерти теперь у неё?

Рюк: «А вот это самое интересное! Когда Господин Фантазия переносил тебя из того мира насилия, он был, так сказать, немного... рассеян. Или, может быть, намеренно создал условия для конфликта. Тетрадь Смерти — это могущественный артефакт, и её место в новом мире было предметом... конкуренции.»

Когда Господин Фантазия переносил тебя в этот "идеальный" мир:

Возможно, Тетрадь, которой ты пользовалась в предыдущем мире, не переместилась вместе с тобой. Она осталась там, или же была "аннулирована" Господином Фантазией. Ты прибыла в этот мир без своего оружия.

Или же, что более вероятно и драматично, та Тетрадь Смерти, которая должна была оказаться у тебя в этом новом мире, была перехвачена твоим злым двойником. Она (Владычица Оля) была более бдительна, более хитра или просто оказалась в нужное время в нужном месте, чтобы завладеть артефактом, который дал ей власть.

А может быть, Господин Фантазия, сам того не ведая, создал в этом новом мире второй комплект Тетради Смерти, и именно им завладела Владычица Оля, став первой, кто её нашёл и использовал.

В любом случае, в тот момент, когда ты, наша Оля, проснулась в этом мире, твоя копия уже была на шаг впереди. Она завладела инструментом абсолютной власти, заставила Господина Фантазию себе подчиниться и перекроила реальность под себя. А ты... ты оказалась в чужом мире, без воспоминаний о том, как здесь оказалась, и без своего главного оружия.

Рюк: «Вот такая она, моя милая Оля. История о том, как один твой двойник опередил другого. Но не переживай! Я же всё исправил, да? Теперь у тебя тоже есть свой маленький подарок. И посмотрим, кто кого! Ха-ха-ха!»