Дары и дроиды

Пролог

— Как вы объясните мне вот это?!

Граф Дуку в качестве ответа лишь промолчал, уткнув взгляд в кончики начищенных сапог. Дарт Сидиус был рассержен, и сейчас ему требовались не объяснения, а выпустить пар, наорав на верного ученика.

— Дарт Тиранус!

Граф поднял глаза. Ему в лицо тыкали новостной заголовок. Эту статью он уже прочитал, но огромные буквы вверху поста на главном информационном портале: «Сепаратисты отступают! Слава джедаям!» снова заставили его передернуться.

— Генерал сейчас совершенно не в форме, а джедаи давят по всем фронтам, — справившись с собой, угрюмо произнес Дуку — он уже успел поцапаться по этому поводу с советом Конфедерации (они уже всерьез начали обдумывать вариант с перемирием, жалкие трусы!) и внимать разносу от учителя не хотел совершенно. Но кто его спрашивал?

— И это, по-вашему, оправдание? Приведите своего генерала в форму — и в бой! Он киборг или нет?!

— Именно в том, что он киборг, и проблема. Он тоже заражен и едва ходит.

А еще рычит, матерится на трех языках и судорожно кашляет на весь корабль, но про это граф говорить не стал.

— Тогда замените его! Встаньте сами во главе армии! — Сидиус злился из-за нарушения каких-то своих планов.

— Армии тоже почти не осталось, учитель, — пришлось, сжав зубы, произнести графу. — Оружие проклятых республиканцев поражает сервоприводы дроидов и целые взводы солдат парализует…

— Значит, найдите против этого оружия защиту! Почините дроидов! Поражение на этом этапе войны неприемлемо!

— Дело в том, учитель, что это оружие чисто биологическое — плесень особой породы, как нам удалось выяснить…

— Я в курсе, что это биологическое оружие! — Обжег ученика своим фирменным взглядом Дарт Сидиус, и Дуку словно наяву почувствовал проходящие через тело разряды электрического тока. — Найдите того, кто разработает антидот!

— Простите, учитель… — Поклонился граф Дуку. — Но я искал. Пока безуспешно. Прошу, помогите!

Дарт Сидиус на пару секунд замер, задумавшись и слегка успокоившись. Явно советовался с Темной Стороной Силы. Граф почтительно задержал дыхание.

— Да… — Медленно протянул Сидиус, обращаясь к самому себе, а потом резко приказал. — Займитесь просмотром научных журналов, выпускаемых на Корусанте. Ищите в пределах последней пары лет. Уверен, вы найдете нужного специалиста. Сила подскажет, кто именно нам необходим.

Дуку почтительно кивнул. И так ясно — другим подобную работу поручать нельзя, а у самого Сидиуса слишком много дел, чтобы заниматься подобной ерундой.

— Я найду того, кто исправит положение, учитель.

— И запомни — ты все проконтролируешь. Лично! Доставишь найденного сотрудника на флагманский корабль и проследишь, чтобы наша армия была возвращена на фронт в кратчайшие сроки! — Дарт Сидиус отключился. Дуку, глядя на потухший голопроектор, пробормотал:

— Да, сэр, конечно, сэр… Уже бегу, сэр… Тьфу!

И двинулся заниматься скучнейшим делом — перебирать старые научные публикации в надежде отыскать талантливого ученого, который сможет придумать какой-нибудь антидот против биологического оружия Республики.

Часть 1

— Доброе утро, солнышко! — Привычно ласково поздоровалась сама с собой я, еще не продрав глаза. Делать так мне подсказала знакомая психолог — каждое утро начинать с позитива, направленного внутрь себя.

Вчера вроде бы что-то случилось… Но толком вспомнить, что именно, никак не выходило… Уууу, голова трещит… Наверное, мы вчера слишком хорошо отметили наступающий Всемирный Женский День… Девочки притащили много вкусненького, сладенького, кисленького, беленького и красненького, так что, насколько я помню, вечер удался!

— Давай встанем и сделаем лёгкую зарядочку, а потом сходим в душик, чтобы лучше себя чувствовать! — Произнесла я, и только теперь сообразила — голос был отвратительно писклявым, словно ломающимся.

Я недовольно нахмурилась, открыла глаза и отбросила в сторону невероятно толстое и ужасно тяжелое одеяло. Да что это такое?! Спала я на дорогом ортопедическом матрасе, используя легкое одеяло из бамбука — здоровый сон крайне важен для хорошего самочувствия, а я очень бдительно относилась к своему здоровью и кроме Нового Года, Женского Дня и своего дня рождения излишеств никогда не допускала!

Ножки тоже были не мои. Тоненькие, словно макаронинки, а заодно и заросшие жесткими черными волосками, которые явно никогда толком не удалялись. Я торопливо подскочила и принялась осматривать руки и тело. Живот ввалился, вместо нормальной груди два жалких прыща, ногти обломаны и обгрызены, кожа слишком сухая и слегка потрескавшаяся.

— Это что за… — Пробормотала я, но внятного определения сама дать не смогла. Кажется, я вчера слишком хорошо отметила… Однако после пары щипков ничего не изменилось, и мне пришлось сесть обратно на кровать.

Но, кроме легкого неприятия тела, в котором я проснулась, особой паники, истеричной или восторженной, от самой себя я как-то так и не дождалась. Собственно, характер попытался взбрыкнуть и заставить меня побегать по комнате, вопя: «Мама, спаси меня, забери меня домой, а-а-а-а, верните мне мое тело!», но я приказала себе остаться сидеть на кровати и привычно ласково заговорила сама с собой:

— Итак, родная моя, ну что ты можешь сделать? Побиться в истерике? Бессмысленное занятие и ненужная трата сил. Осмотреть помещение — явно полезнее, нежели паниковать.

Мозг пискнул: «Но мы же попали!», а я со слоновьим спокойствием ответила:

— Допустим. Либо действительно попали, либо нам снится сон, либо мы сидим в психушке или наркодиспансере. Ни один из этих вариантов не требует от нас такого действия, как паника. Если по-настоящему попали — то, во-первых, надо приживаться, стараясь не показывать, что мы наглые оккупанты, а не законная хозяйка тела, а во-вторых — следует разобраться, есть ли шанс отправиться домой. Если же мы оказались в психушке, то будем ждать, пока нас не вылечат. Вопросы?

Мозг обиженно замолчал.

Я встала и принялась осматривать комнату, в которой проснулась. Светлые, приятные обои, легкие шторы на закрытом окне, широкая кровать в углу, туалетный столик с зеркалом, шкаф. Больше ничего. Шедевр минимализма! Я испытала брезгливую жалость к бывшему владельцу тушки, в которой проснулась. Комната выглядит пристойно — так почему бы не позаботиться и о себе?! Минимально хотя бы! Я понимаю, немногие готовы каждое утро краситься, делать перманентный макияж или химическую завивку, но побрить ноги! Это же совсем нетрудно!

Я встала, прошлась по пушистому ковру и, наконец, решилась заглянуть в зеркало на туалетном столике. Из загадочной глубины на меня вызверилось… Нечто. Определить это, как молодую девушку, я не смогла. Волосы обрезаны абы как. Похоже, вон теми ножницами, валяющимися на полу, просто отхватили в гневе несколько прядей, и все. На них еще клочки шевелюры остались — видимо, вчера у девочки, в которой я оказалась, был плохой день. Волосы теперь напоминают неаккуратно сложенный стог сена. Цвет — весьма классический медово-каштановый, спасибо хоть не крашеный! Веснушки и угри по всей измазанной в соплях и саже физиономии, страшенные синие круги под глазами, обгрызенные губы, зубы, украшенные брекетами…

Меня пробрала физическая дрожь отвращения к этому. Подросток на пике гормонального бума, который думает только о том, как ужасна эта жизнь и ненавидит все вокруг. В свое время я тоже была юной девицей (не так, чтобы очень уж давно, но и не вчера!), но весь мой подростковый бунт заключался в прогулках допоздна с развеселой компанией подружек, и в семнадцать я напоминала милую синичку, а не растрепанного воробья со сломанным крылом и без трех пальцев на ноге! Фу-фу-фу! Неприятно заныл желудок, а стоило наклониться за туфельками, валяющимися внизу шкафа — сразу прострелило поясницу.

— Деточка, ты же совсем ненормальная… — Пробормотала я, осторожно разгибаясь и прислушиваясь к внутренним ощущениям. — Так к своим семнадцати себя испоганить…

Одежда была под стать «красавице» из зеркала. Черные объемистые толстовки, джинсы… И рваное белье! Вот тут я едва не впала в настоящую истерику. Аккуратистка, привыкшая к железобетонному правилу «Вдруг я попаду в катастрофу, а патологоанатом — мужчина? Так что белье красивое, ноги бритые, подмышки депилированные!», внутри меня билась в агонии от того, в кого я попала. В ярости я пару раз метнулась из угла в угол. Почему-то именно рваное белье добило…

Однако через несколько секунд я снова взяла себя в руки. Бешенством ничем тут не поможешь. В конце концов, это вам не Амбридж из Поттерианы, жиры вокруг талии спасательными кругами не колыхаются! Так что пара месяцев на нормальной диете (в смысле, чтобы мясцо наросло на костях!), легкие физические нагрузки, специализированные гели для морды лица — и, надеюсь, воробей превратится в симпатичный цветочек. Так… О чем я думаю? Я попала неизвестно куда, в чужое тело, а думаю о диетах?! Тьфу!

Взяв себя в руки — хотя это и потребовало некоторых усилий — я решила выяснить, как меня теперь зовут. Я аккуратно обшарила всю комнатку, и в туалетном столике (кстати, здесь царил настолько нереальный порядок, что я просто поразилась — разве может человек, так аккуратно содержащий свои документы, носить рваное белье?) обнаружила небольшую шкатулку с искомым. Сверху лежала карточка, на которой вполне себе обычная девочка с янтарно-карими, большими глазами улыбалась во все зубы, демонстрируя брекеты и торчащие в разные стороны косички. А мы похожи… Немного. Только я была попышнее в щечках, волосы были светлее, а глаза темнее и меньше. Ну и заботилась о себе лучше. И брекеты не носила. На карточке значилось «Элл-Джей Дэй». Дата рождения мне ничего не говорила — ведь я не была в курсе, какой нынче год. Место прописки — ух ты, вместе с планетой указано? Похоже, это какое-то будущее.

Я села за «компьютер» — пусть пока будет так называться! — и задумалась, как его включить. Задумалась — и как-то незаметно сама по себе ткнула в одну из кнопок. Техника тихонько загудела, пальцы пробежали по «клавиатуре», вбивая пароль. Ага, это у меня явно машинально получается. Софт был совершенно незнакомый, но читала я с легкостью. Это были удивительно странные ощущения. Одной частью мозга я удивлялась, что это за странные закорючки и загогулинки перед моими глазами, а второй быстро просматривала новостные заголовки, мгновенно цепляя нужную мне информацию и отбрасывая все лишнее. А эта Элл явно умела работать с информацией, намного лучше меня — мигом выделяет важное в огромном объеме текста!

Война… Отважная Республика… Сепаратисты отступают… Вот попала! Прямо в военные действия, причем, судя по всему, всегалактического масштаба! Хммм, мне кажется, или что-то знакомое мелькнуло на границе сознания? Война… Война… Сепаратисты… Так и не вспомнив ничего толкового, я предалась тихой панике. Можно мне домой, я не хочу приключений, я хочу вкусный завтрак и свое тело!

Как бы выяснить, кто у нас эта Элл по профессии? Как там бывает, когда человек попадает? Он получает навыки и память прежнего владельца тела? Ну, судя по тому, что мне удалось ввести пароль и прочитать пару новостных статей — частично способности этой педантичной дурочки оказались при мне. Надо вытащить остальное. Как бы это сделать?

— Элли, дорогуша, выгляни… — Неуверенно обратилась я сама к себе. — Я хочу познакомиться. Мне нужно узнать кое-что…

Молчание.

— Элл, не заставляй меня настаивать.

Тишина. Ничего полезного не всплывает.

— Элл-Джей Дэй! — Рявкнула я в голос. — Если ты немедленно не появишься, я отключу тебе интернет!

И вот это почему-то сработало…

Часть 2

Нет. Я не стала мисс Дэй, не ощутила ее эмоций, ничего подобного не случилось. Просто она пустила меня в свои воспоминания. Они не стали мне родными, я просматривала их, словно чужие фотографии в альбоме. И со стороны это выглядело… Гадко. Даже не просто гадко. Омерзительно это выглядело, будем честными. Мне даже жалко стало бедную Элл.

Небольшая планета на окраине двадцать шестого сектора («Эллочка, дорогуша, что за Двадцать шестой сектор? Ааа, просто нумерация по удаленности от столицы? Спасибо, продолжай, пожалуйста!»), субтропики, патриархально-монархический уклад. Когда началась война, планета, не задумываясь, примкнула к сепаратистам. Бедные жители умирали от голода, аристократия, получив прикрытие от налогов Республики, наживала все больше и больше богатств.

Элл была аристократкой. «А с виду и не скажешь, жертва концлагеря ходячая!» — язвительно подумала я, адресуясь бывшей владелице тела, но она, конечно, не ответила. Если глядеть на ее отношения с родителями снаружи — счастливая, прекрасная семья, на которую все равняются и о которой все мечтают. А если смотреть изнутри — гадюшник. Матери почти никогда нет дома — она то на вечеринке, то на приеме, «не лезь к моей косметике, дура мелкая, она дороже тебя стоит!», «Когда же ты научишься правильно краситься?!». Отец — всего три слова: «Ты не сын». И все… Все! Элл так хотела доказать родителям, что она что-то может, что-то умеет! Школу закончила в десять лет. Первое высшее получила к тринадцати. Второе и третье — к шестнадцати. Убедить отца, что она не хуже сына, не смогла. «Она не сын. Мне нужен наследник. Выйдешь замуж — надеюсь, наконец, родишь мне нормального ребенка.».

А Элл не хотела рожать. Она хотела, чтобы любили ее, а не предполагаемого наследника. Великолепный биолог. Талантливый инженер. Научные статьи по микробиологии, по нанотехнологиям, интересные разработки по объединению биологии и техники. Обычный скромный домашний гений. Бывают такие. Мозги так работают — безостановочно.

Я поняла, что завидую. Я тоже была по образованию биологом. Мечтала сделать… Хоть что-нибудь. Не удалось. Пришлось становиться преподавателем в том же вузе, который я и кончила. Я не жалуюсь, мне нравится моя жизнь. Ну, то есть, теперь уже нравилась, судя по всему… Студенты меня любили. Коллеги — ценили. Родители — уважали. Но лёгкий привкус досады, что не смогла, не открыла, не сделала — он все равно чувствовался в мягких подколках приятельниц, в унылом взгляде моего научрука, который так и не дождался от главной любимицы в научном клубе хорошего исследования… Талантливый преподаватель — учёный никакой.

А Элл продолжала показывать дальше фотокарточки своей истории. Поняв, что, как бы она ни старалась, родители никогда не полюбят ее, она начала опускаться. Наплевала на внешность. На здоровье. Принялась питаться, чем под руку попадется, запиралась в лаборатории на целые дни, недели… Изобретала и плакала, плакала и изобретала. Снова писала статьи, а потом поливала напечатанное слезами.

Ну, а по окончании вуза появился ОН. «Как предсказуемо!» — мысленно фыркнула я. Из бедной семьи, добрый, умный, понимающий, такой замечательный… И изменяющий. На ее же кровати. С ее же подругой-прилипалой, которой были нужны деньги семьи Дэй, а не сама Эллочка. И все это произошло на тусовке, организованной в честь семнадцатого дня рождения девочки. Вчера. «Рыбка, ну ты же понимаешь, ты ещё маленькая, я не могу с тобой спать, нельзя, посадят, но мне нужно, я же мужчина!». Воспоминания кончились на застилающих глаза слезах и настройке особо точного электрографа в небольшой лаборатории, находящейся в подвале дома.

Я подперла ладонью голову, задумчиво наблюдая за абстрактными кольцами, плавающими по экрану компьютера — тот успел погрузиться в спящий режим, пока я общалась с памятью Элл.

— Значит, дурочка ты этакая, ты вчера, узнав, что парень тебе изменяет, полезла, заливаясь слезами, работать с электронным оборудованием и получила удар током и, судя по всему, умерла… А меня-то за какие грехи в тебя впихнули?

Чтобы спасти всех, кого только можно спасти, что ли? Эх, о себе бы позаботиться для начала… Надеюсь, навыки Элл остались при этом тельце — мне ее научная жилка очень по душе. Хотя… Наверное, теперь можно говорить — моя научная жилка! Я решительно вырубила комп и встала. Мне тут еще жить! И говоря про «тут», я имею в виду это тело. Штормило же девчонку из крайности в крайность… Элли, я не дам пропасть твоему гению, обещаю!

Я решительно отправилась в душ. Пару минут уныло посозерцала угристую, тощую мордочку. Мда. Конечно. Глухое раздражение копилось в душе. Стоп. Раздражение? Так, мне двадцать восемь и я не позволю себе срываться из-за закидонов одной глупой школьницы. Да, мне придется разгребать за ней все, что она сама себе нагадила. Разгребу. Впервые, что ли?

Часть 3

— Доброе утро, мамуля, доброе утро, папуля! — Прощебетала я, выпорхнув из своей комнаты.

После тщательного умывания, скраба и геля воспаление с лица немного спало, несколько прыщей на лбу я выдавила, не удержалась, но потом тщательно обработала антисептиком. Волосы пока забрала в хвост и пообещала себе наведаться в парикмахерскую, дабы привести стрижку в порядок. А то Элл вчера в расстройстве чувств отхватила себе несколько прядей перед тем, как побежать в лабораторию. Как бывший педагог и просто красивая девушка (в прошлом, но ладно!), я преотлично понимала: приятный внешний вид — залог первичного уважения. К тому же, зачастую внешность — отражение внутреннего здоровья. И Элл явно этим самым здоровьем не отличается! В конце концов, попала я или не попала, а переставать заботиться о своем здоровье нельзя!

— Наконец-то ты хотя бы раз умылась теми средствами, которые я тебе купила, позорище ты мое! — Всплеснула руками матушка, только втянув носом воздух.

— Я неожиданно захотела сегодня блистать, мамуля! — Подмигнула я женщине. Сознание упрямо отказывалось воспринимать ее, как нечто беспредельно важное, наоборот, она напоминала туповатую в плане учебы, но крайне полезную подружку, которая всегда знает, где сделать идеальную стрижку и у какого мастера лучше всего получается хороший маникюр. С такой надо говорить на ее языке — и все в выигрыше! Вон как лихо по запаху опознала, что я умывалась со скрабами!

— Неужели я слышу разумную речь, дурында?

Я понимаю, почему Элл жестоко страдала с такой матерью. Девочка хотела великую наставницу, а этой молодящейся дурочке была нужна игрушка, которую можно одевать и красить, а потом хвастаться ей перед подружками. А Элл не хотела краситься, она хотела обсуждать теорию скрещивания генов с родным человеком. Разные полюса интересов. Матушку интересовала внешность, а не мозги — этого Элл понять и не могла.

— А я повзрослела, мамулька!

— Помолчите, женщины, — уронил низким голосом отец, медленно и важно поедающий кашу. Моя мать тут же заткнулась. Я решила, что если с «матушкой» дело иметь можно, то с отцом следует держать ухо востро.

— Ты собралась? — На меня уставились два ледяных глаза, проедающие насквозь.

То есть, они всегда проедали Элл — я помню, как она терялась, пугалась и расстраивалась, когда отец смотрел на нее с таким презрением и детской обидой, словно за все время так и не смог смириться, что у меня нет, простите, члена. Ну а мне этот человек был никто, и звать его никак, а против вопросов: «Где же первенец?» у меня заготовлено такое количество креативных ответов, что я могу часами мучить докучливых кумушек. Так что пусть идёт лесом. У него-то член есть, пусть жене ещё одного ребенка заделает, раз так сын нужен.

Так что я равнодушно пожала плечами, кладя себе каши.

— Куда собралась?

— У тебя космолет сегодня вечером, а ты забыла? — В голосе мужчины зарокотала гроза.

Я задумалась, соображая, куда именно мне предстоит лететь. А. Ясно. Три дня назад какой-то серьезный человек вышел с «отцом» на связь, учтиво сообщил, что им крайне необходимы знания его очаровательной дочурки, и предложил годовой контракт, пообещав за уникальные разработки девочки круглую сумму. Меня, не колеблясь, тут же продали в рабство, сообщив об этом уже постфактум. Элл совершенно не придала этому значения — ее гораздо больше волновал собственный внутренний разлагающийся мир, в котором ее никто не любил, нежели место предстоящей работы. Она и изобретала, чтобы… Просто изобретать, без всякого смысла и толка.

— Ага… Да, конечно, я готова! — Неубедительно соврала я.

Элл даже не думала, что ей вообще-то нужно там вещи упаковать или хотя бы какие-то действия предпринять перед долгой поездкой. Вот блин, ну каждому учёному нужен его личный администратор, который проследит, чтобы учёный вовремя покушал, написал речь перед выступлением, получил деньги за изобретение или вывел себе прыщи на лице! А тут, видимо, получилось два в одном!

— Только попробуй опозорить славный род Дэй!

— Это и мой род тоже, пап, — твердо ответила я, взглянув прямо в глаза мужчине. Он наклонил голову набок, явно удивившись — Элл никогда не смотрела ему в глаза, это я хорошо помнила.

— Оговариваешься? Может, мне выпороть тебя?

— Не забудь наручниками к батарее пристегнуть! — Фыркнула я. «Отец» медленно начал подниматься, а я, поняв, что зарвалась, поспешно добавила. — Передавать ценного специалиста со следами побоев на теле его новому руководителю — моветон!

Отец подумал и грузно плюхнулся обратно, снова занявшись овсянкой. Я покопалась в памяти. Да, отец иногда брался за гибкую и тонкую ветку местного дерева, которое я почему-то тут же окрестила гибискусом — очень уж похоже было. Элл обычно в такие моменты просто сжималась, прятала лицо и подставляла спину, а потом бежала реветь в комнату, не пытаясь никак прервать насилие над собой. Надо отметить, отец не был злодеем и домашним тираном — никаких переломов, синяков, отбитых внутренних органов — только тонкие красные полосы на коже, жгущие, как огнем, причем не больше трёх за раз… Меня в детстве тоже так бабуля хворостиной гоняла по даче, когда я малину у соседей воровала. Это было даже смешно, хотя и больно.

А для Элл подобные экзекуции были катастрофой, концом света, причиной многодневных депрессий. Рефлексирующая наша… За дело же пороли — когда заставила волноваться, на целую неделю заперевшись лаборатории, когда пыталась переспать в шестнадцать с каким-то хахалем, когда говорила что-то неподходящее при важных гостях…

— Исчезни с глаз моих долой, — потребовал отец.

— Уже разрабатываю сыворотку невидимости! — Не удержалась я и пулей рванула в свою комнату. Отец неожиданно фыркнул от смеха и бросил мне вслед:

— С какой ноги ты сегодня встала?

— Плюхнулась на четвереньки, папуля! — Язвительно ответила я. Тот выразительно потянулся за стоящей в углу гибискусовой хворостиной, а я захлопнула за собой дверь в комнату. Подросток, что с нее взять… Совершенно не умеет относиться к жизни проще! Все у нее трагедия, все у нее катастрофа… Ничего, научим!

Часть 4

Элл, стоило мне войти в комнату, тут же потянула меня в лабораторию. В голове роились какие-то неоформленные идеи, и Элл, испугавшись всего происходящего, теперь жаждала спрятаться за микроскопом, углубиться в дебри расчетов и не вылезать из-за работы ещё часов шесть. Но я дернула поводок.

– Ты едешь на войну, дурочка! – Процедила я. – Тебя явно купили, чтобы ты делала какое-то оружие. Или… Что-то подобное. И ты хочешь потратить последние шесть часов свободной жизни на то, чем непрерывно будешь заниматься ближайший, как минимум, год?

Элл хотела. Я была против. Я понимаю, увлеченность любимым делом – вещь хорошая, но и о будущем надо думать! Кто ей… То есть теперь уже мне туалетную бумагу купит, если кончится? А мыло? А свежее белье? Кстати, белье надо купить нормальное, удобное и минимально приличное. Нет, я никому не собираюсь его демонстрировать, но вдруг патологоанатом – мужчина? Так что эти рваные трусы – в помойку!

Перелопатив всю одежду, я пришла к неутешительному выводу – Элл реально какое-то эфемерное создание, которое, видать, питалось своей тоской и водичкой. Джинсы и толстовки, причем все затасканные до невозможного состояния. Хотя… При постоянном повторении того, что жаль, что она не мальчик… Подсознательно пыталась хотя бы так стать желанным наследником. Я высунулась из своей комнаты.

– Мамуль, мне бы в магазин!

– Что ж ты раньше не сказала! Наконец-то!

– Куда именно? – Тяжело обрубил меня отец.

– За одеждой, чтобы не позорить славный род Дэй! – Отбарабанила я.

– Звучит… Разумно, – уронил он и обратился к жене. – Проследи, чтобы дочь выглядела прилично.

– Конечно, дорогой!

Меня схватили за руку и потащили за собой…

***

Когда вечером за мной пришли, я чувствовала себя более-менее готовой к долгому путешествию, сидя в окружении трех здоровенных сумок и кейса с минимально необходимым оборудованием. Конечно, мне предоставят лабораторию, но всё-таки! Запас карман не тянет. Матушка умиленно поглядывала на меня и щебетала о том, что какая же я умница, что подумала, наконец, о своей внешности. Так и хотелось сказать: «Так, Миронова, сядь и помолчи!». Я с трудом сдерживала свои учительские инстинкты и задумчиво расчесывала подстриженные волосы. Отец смотрел на меня равнодушно. Наконец, ровно в шесть вечера в дверь постучали.

Открыла я. На пороге стояли два тёмно-серых дроида. Один из них поднял руку, в которой был зажат голопроектор. На изображении появился благообразный седой дед. Я моргнула пару раз, вспоминая, где могла видеть этот острый нос и аккуратную бороду, запуталась в своих же ногах и едва не плюхнулась на задницу. Дед по отечески взглянул на меня и слегка наклонил голову, видимо решив, что мой ошарашенный вид относится к неимоверному уважению, которое я испытала при его виде.

– Здравствуй. Ты мисс Дэй? – учтиво произнес он, и почти сразу потерял ко мне интерес, стоило моему отцу подойти поближе.

– З… Здрасте… – Неизвестно зачем проблеяла я – на меня внимания уже не обращали – и почти отползла подальше от порога, машинально усевшись на свою же сумку с одеждой.

Вот попала так попала… Граф Дуку! Так вот куда меня занесло! Теперь все услышанное и мимоходом прочитанное выстроилось в стройную картинку мира. Война клонов, сепаратисты, ситхи… Их же потом почти всех перебили! А меня, не спрашивая, уже записали в лагерь проигравших! Вот черт! Черт-черт-черт! Ну почему мой парень – страшный фанат Звездных Войн – не заставил меня выучить покадрово все фильмы, прочитать все комиксы и просмотреть все мультсериалы?! Почему он был вежливым и деликатным молодым человеком и уговорил только на одноразовый просмотр всей саги?!

А мой отец, немного поклонившись Дуку, вежливо произнес:

– Наше соглашение в силе, граф! Моя дочь будет работать вашим биологом столько, сколько потребуется!

Что?! Речь шла про один год! Столько, сколько потребуется?!

– Я держу свое слово – за каждый месяц работы на Конфедерацию плачу сто тысяч и каждое открытие, полезное нам, оплачивается отдельно. Девочку переправят на наш флагман. Она будет в полной безопасности.

– С вами приятно иметь дело, граф.

– Тогда позвольте откланяться, лорд Дэй.

Не знаю, сколько это – сто тысяч в месяц, но, наверное, много. Только… Я-то этих денег не увижу – они пойдут сразу моему папаше.

– Элл, передай свои вещи дроидам и иди за ними! – Позвал меня отец. Я скорчила невинно-милую мордашку.

Дроиды сгребли мои сумки и потопали в сторону выхода. Я скорчила папашке страшное лицо и прошипела:

– По возвращении жду по пятьдесят тысяч за каждый отработанный месяц!

Отец уставился на меня в таком тихом шоке, что я не удержалась от усмешки – видимо, прежде Элл даже и не подумала бы такого произнести.

– Да я тебе… – Он занёс руку.

Дроиды одновременно повернулись, сделали шаг вперед, закрывая меня плечами.

– Угроза, угроза! – Одновременно произнесли они. Отец поднял руки и кисло улыбнулся.

– Зайчик мой, я выполню все твои просьбы! – С фальшивой улыбкой произнес он. Я ответила ему такой же вымученной гримасой.

Дроиды, поняв, что нападения не последует, развернулись и по одному вышли из дверей. Я последовала за ними, и за моей спиной захлопнулась дверь в то место, которое было домом для Элл и ровным счетом ничего не значило для меня. Космический челнок ждал меня почти около нашей многоэтажки. Ну, в путь!

Часть 5

Как всегда, паниковать я себе не позволила. Пока челнок набирал высоту, я принялась методично и последовательно вспоминать все, что знала о вселенной Звездных войн. Итак, что мы знаем? У нас тут есть «хорошая» Республика и «плохие» сепаратисты, которые еще Конфедерация. И меня, даже не спрашивая, пихнули в лагерь последних. Итак, наш план? Если вкратце — выжить. Осталось продумать все более подробно.

Итак, для начала… Силой меня, похоже, обделили. По крайней мере, по одному взгляду предметы двигаться не начинают, да и Дуку я интересна исключительно как талантливый биолог. Эх, а ведь я женское фэнтези бросила читать именно из-за обилия Мэри Сью… Теперь вот думаю — а может, в Мэри и нет ничего плохого? Была бы я гениальным ученым, великолепным воином и еще и сильнее всех ситхов вместе взятых — вот было бы классно! Ладно, потом помечтаем!

Что у нас есть еще? Навыки. Ладно, с этим повезло — а то могла бы влететь в какого-нибудь дроида, бррр! Также повезло, что оказалась именно в человеке, а не в какой-нибудь кракозябре инопланетной. Разбираться в психологии и физиологии другой расы я не хочу. Язык — ну, идет к навыкам. Влияние на местных жителей… С этим хуже — я явно не могу рассчитывать на ученичество у ситхов или в Храме… Хотя в храм я бы и сама не сунулась — нафиг, нафиг нам Скайрокера с его неуравновешенной психикой и переходом от света к тьме в течение пары секунд! Значит, надо плясать от того, что имеется.

Покровитель. Определенно, надо подобрать себе покровителя, чтобы по окончании войны не оказаться козой отпущения. Так, посмотрим, что у нас тут имеется. К джедаям даже присматриваться смысла нет — я уже засветилась как дочь сепаратиста и устроившаяся работать на Конфедерацию. Значит, пойдем по темной стороне. Дарт Сидиус? К черту, к черту такого покровителя! Он своего ученика не пожалел, а я до ученика явно не дотягиваю — разменная монетка. Продаст — и глазом не моргнет. К тому же до него фиг дотянешься. Граф Дуку? Ну… Касательно. С одной стороны — умен, хитер, продуманист. Но! Слишком хитер. Тоже продаст, как только я потеряю свою значимость. Ученики Дуку? Там вроде была какая-то лысая барышня… Не помню, как ее по имени… Нет. Даже в фильмах не появилась — точно не вариант покровителя! Гривус… Ммм, нет, скорее нет. Неуравновешен, злобен, явно не ценит своих союзников, хотя перед учителями преклоняется. Пробьет голову и прикажет выкинуть труп в космос, если разозлить. Не вариант. А до Дарта Вейдера могу и не дожить…

Так и не придя к определенному консенсусу с самой собой, я решила решать проблемы по мере их поступления и начала устраиваться подремать. Уже засыпая, немного удивилась своему спокойствию. А впрочем… Разве я хоть когда-нибудь позволяла другим руководить своей судьбой? Нет, нет и еще раз нет!

Конечно, наиболее желательным вариантом было бы слинять, слиться с толпой и жить мирной жизнью подальше от любых военных действий, спокойненько перейдя от Республики к Империи и особо не рыпаясь. Но меня уже втянули — значит, надо вертеться. Поиграем, ситхи? На вашей стороне — Сила, а у меня — Канон!

***

— Такс, дамы… Продолжаем! — Наша бухгалтер, уже порозовевшая от выпитого вина, крутит уложенную на бок пустую бутылку.

Мы все уже слегка «тепленькие», весь пед.состав ВУЗа празднует Всемирный Женский День, всем весело. Студенты разбрелись по домам, дамы-преподаватели нюхают врученные цветы, джентльмены-учителя, благородно не мешающиеся под ногами, не мешаются. Игра в «бутылочку» — самое то, чем могут начать развлекаться шесть дам от тридцати до пятидесяти после той самой бутылочки красного.

— Ну давайте, изверги! — вздохнула я, поняв, что в этот раз исполнять придется мне.

— Правда или желание? — хихикая, спрашивает Тамарочка, сидящая напротив.

— А что за вопрос? — Подозрительно щурюсь я.

— Какой из наших коллег тебе нравится? — Все дамы хихикают.

— Тогда желание! — Твердо отсекаю пересуды о моей личной жизни я.

Дамы тут же прыскают от смеха, я надуваю губы. Как дети малые, ей-богу!

— А знаешь… — Тамара задумывается, поднимает голову вверх в поисках вдохновения. — О! У нас лампочка неделю уже мигает — поменяй!

— Нифига себе желание! — Обижаюсь я. — А почему я? Мужчин позовите!

— А потому что я первая придумала! И хочу посмотреть, как ты будешь корячиться на столе! — Уже откровенно укатывается от смеха Тамара, как и прочие дамы бальзаковского возраста. Я зло прищуриваю глаза, встаю и засучиваю рукава.

— Ну держитесь, дамы! Лампу мне! — С интонацией Воланда провозглашаю я, театрально отводя руку в сторону. Мне вручают осветительные прибор, коллеги убирают со стола пирожные, и я лезу поближе к источнику света с твердым намерением поменять и гордо смотреть на всех со столешницы, чтобы знали, я — человек гордый!..

…Премию Дарвина мне, пожалуйста. Умерла от удара электрическим током, потому что полезла менять лампочку на спор по пьяни… Но мне очень хочется жить. Очень!

Часть 6

Проснулась я, когда дроид аккуратно похлопал меня своей металлической клешней по плечу. Я провела ладонями по лицу, словно бы умываясь, зевнула и взглянула на робота. Тот протягивал мне голопроектор.

— Граф Дуку на связи, — сообщил он.

Меня разобрала паника. Это же почти всемогущий ситх, который с легкостью убивает врагов и предает союзников! И я — маленькая монетка в его игре! Так что, когда я брала в руки голопроектор, ладони у меня успели вспотеть, а пальцы меленько дрожали. Чтобы успокоиться, пришлось сделать пару дыхательных упражнений. Немного полегчало. Я подтвердила прием сигнала. Уже знакомый мне благообразный старик (ну не могу, Саруман — один в один! К тому же и актер тот же играл вроде бы!), слегка наклонил голову, приветствуя меня.

— Как проходит полет?

— Все прекрасно, милорд.

Спорить с ситхом? Я не самоубийца!

— Я бы хотел объяснить вам вашу задачу.

— Благодарю, милорд, я уже терзаюсь вопросом, зачем отважной армии Конфедерации скромный биолог!

Кажется, обильное улещивание имеет свой результат — Дуку слегка усмехнулся, гордо пригладив ус: ему явно понравилась моя манера общения.

— Республика разработала некое биологическое оружие, мисс Дэй.

— Какой ужас! — Не переборщить бы с фанатизмом… Хотя пока вроде бы нормально! — Значит, мне придется придумать лекарство?

— Именно так, мисс, вы необычайно умны.

Граф Дуку сделал жест, словно что-то смахивает со стола, и голопроектор звякнул, получив присланную ситхом информацию.

— Все, что мы успели выяснить — в этой папке.

— Это бактерия, — озвучила я мысли Элл, просматривая информацию из папки. — Она питается пластиком определенного типа, быстро размножается, а продукты ее метаболизма вызывают налет вроде ржавчины и забивают сервоприводы, расположенные в суставах…

— Мы уже начали выпускать дроидов из другого материала, но…

— Но исправить код этой бактерии на новый тип питательной среды — дело пары минут.

— Именно, мисс. Нужно играть на опережение. Тем более, что чинить дешевле, нежели создавать с нуля.

— Есть ещё что-нибудь, что мне нужно знать? — Спросила я, продолжая изучать данные тестов из чужой лаборатории.

— Думаю, да, — поразмыслив пару секунд, ответил граф. — Заражён также наш отважный генерал-командующий армией.

— Он дроид? — Покопавшись в памяти Элл и убедившись, что она не в курсе, кто ведёт армию сепаратистов, спросила я.

— Его это слово безумно бесит. Он киборг. Мы пытались заменить полностью весь корпус, но, видимо, бактерии осели на живых тканях, и, несмотря на отсутствие контакта с зараженными, болезнь снова поражает его сервоприводы, из-за чего, как боец, он становится совершенно бесполезен.

— Ясно… — Задумчиво потерла подбородок я. — То есть пока ещё ничего не ясно, нужны образцы бактерии, а также опыты.

— Пока вы будете жить на флагмане войск Конфедерации, где в вашем распоряжении будут все нужные реагенты, сломанные дроиды в любых количествах и все условия для опытов. А теперь прошу меня простить…

— Постараюсь к следующему сеансу связи порадовать вас добрыми вестями! — учтиво ответила я, и Дуку, наклонив голову, отключился.

Пока я улещивала своего непосредственного руководителя, кораблик сепаратистов уже вышел из гиперпространства. Зрелище было невероятное — сине-белые полосы, вытянувшиеся вокруг корабля, неожиданно сплющились, превратившись в какую-то прекрасную темно-синюю планету. Я аж вздрогнула, на миг подумав, что вижу Землю. На фоне величественно парил здоровенный космический крейсер. Правильного названия этого судна не знали ни я, ни Элл.

Челнок приземлился на одной из палуб космолета. Нас уже поджидали. Гривус стоял на взлетной полосе и щурился, пытаясь рассмотреть прибывшего. Видимо, генералу было интересно, как выглядит «прославленный» биолог. Паника снова потрогала меня своей мягкой лапкой и тихонько шепнула на ушко: «А ты в курсе, сколько джедаев он убил и какое количество дроидов сломал?». Я старательно попыталась вспомнить, не смогла и решительно окрысилась на свою паникерскую половину: «Значит, просто буду с ним максимально любезна, и все! Не станет же он драться с молодой девочкой, которая обращается к нему на «вы» и не задает никаких глупых вопросов!». Проведя с самой собой экстренный сеанс психотерапии, я выбралась из челнока первой и первой же слегка поклонилась мрачно изучающему меня киборгу, который с явным трудом сдерживал душащий его кашель:

— Генерал Гривус. Это честь для меня.

— Мисс Дэй. Наслышан, — хрипло-металлическим голосом отозвался он.

— Надеюсь, только хорошее, — мило отозвалась я.

— Убейте эту надежду, — мрачно отозвался он, скептически изучая меня своими пронзительно-желтыми глазами. Мои коленки самопроизвольно попытались войти в резонанс с моим сердечком, но я уняла дрожь и взглянула на Гривуса взглядом Котика в Сапогах:

— Тогда могу только робко рассчитывать, что мы найдем общий язык, несмотря на все распускаемые обо мне дурные слухи!

Мне показалось, что генерал под маской ухмыльнулся. А через несколько секунд он отточенно склонил голову на пару сантиметров вниз, наметив поклон. Кажется, общий язык начал находиться…

Часть 7

А генерал оказался не таким уж и монстром! По крайней мере, на первый взгляд. Не рычал просто так, ни с кем драться не пытался. Вполне себе спокойно пригласил меня пройти за ним и даже пояснил, все еще пытаясь не заливаться лающим кашлем и хромая чуть впереди:

— Не советую вам ходить куда-либо, где вы прежде не были. Некоторые зоны корабля являются безвоздушными — дроидам дышать не надо, и поэтому можно не тратить средства на вентиляцию.

— Благодарю за предупреждение, генерал, — отозвалась я. — Впрочем, я не собиралась блуждать по кораблю в одиночестве.

— Я не буду работать экскурсоводом, у меня своих дел хватает, — сердито огрызнулся Гривус и всё-таки раскашлялся, да так что его аж скрутило, заставив сложиться почти вдвое.

Неожиданно мне стало его жаль чуть ли не до слез. И я, как учитель, и Элл, как биолог — мы обе видели, что ему плохо, и что он пытается держаться, притворяясь, что все в порядке. Но болезнь потихоньку берет свое. И черт, стало очень грустно! Я мимоходом даже сама подивилась тому, как просто меня разжалобить.

— Вы неверно меня поняли, генерал. — Пробормотала я, надеясь, что мои мысли не слишком отражаются на моем лице — вряд ли Гривус простит семнадцатилетней девчонке жалость. — Меня интересуют только моя каюта, мое рабочее место и выделенные мне гигиенические зоны, а так же переходы между ними. Никакие другие места я посещать не собираюсь, так же, как не собираюсь надоедать вам… За исключением тех моментов, когда мне будет необходимо проводить для вас какие-либо лечебные процедуры.

— Я не болен! — Огрызнулся генерал и опять раскашлялся, да так, что даже уперся рукой в стену.

Я остановилась рядом с ним, пережидая, когда приступ кашля генерала сойдет на нет и старательно глядя в сторону. Прокашлявшись, он сердито зыркнул на меня, и я не удержалась:

— Генерал, поверьте, биологическое оружие — опасная вещь. Я здесь, чтобы помочь вам!

Он хмуро уставился мне в глаза, и я вдруг почувствовала себя прям как когда уговаривала одну из моих студенток, что с температурой под сорок надо брать больничный, а она, зябко ежась и кашляя (прямо как генерал!), насморочно уверяла меня, что она в порядке и не собирается пропускать невероятно важные лекции.

— Б-биолог… — Процедил он, поняв, что пересмотреть меня не удастся и я со своим фанатичным желанием причинять добро и наносить справедливость могу снести даже стену. Снова поковылял вперед.

— Благодарю за комплимент, — еле приметно улыбнулась я, двинувшись за ним.

— Я не говорю комплименты, я констатирую факты, — огрызнулся Гривус.

— Тогда позвольте и мне констатировать факт — вам необходима помощь. И граф Дуку это понимает. Именно поэтому я здесь.

Гривус отозвался сердитым скрипящим рыком, а после этого замолк. Я тоже больше не навязывалась — засмотрелась на его движения и походку. Генерал двигался словно птица с подбитым крылом — какими-то неестественными скачками, явно хромая на одну ногу. Судя по тому, что он то и дело останавливался, чтобы перевести дух, вторая конечность тоже слушалась не очень. Да и, судя по тяжелому дыханию (что там какой-то Дарт Вейдер!), его живые органы тоже работали на износ. Защипало в глазах, когда я заметила, что он пытается закутаться в плащ в бесплодной попытке согреться.

Почему-то именно этот обреченный жест заставил меня втянуть воздух сквозь сжатые зубы, сдерживая всхлип. Вспомнился мой парень… Тот самый, который обожал Звездные Войны… И как он кутался в одеяло, глядя на меня такими же тоскливыми глазами, когда доктор объявил, что язва неоперабельна и ему осталось всего пара месяцев…

— Вы почините меня? — Неожиданно как-то сломленно и тихо спросил Гривус, заставив меня вздрогнуть.

— Нет. Вы не дроид, чтобы вас чинить. Я вас вылечу, — подчеркнула я последнее слово, как можно незаметнее пытаясь стереть ненужные слезы.

Гривус взглянул на меня с яростной, но молчаливой благодарностью и горьким удовольствием. Я постаралась отвернуться, чтобы он не заметил моего выражения лица. Да что же это такое! Расклеилась я, совсем расклеилась! Соберись! Никакого слезоразлива!

— Я должен быть в центре сражения.

— И будете, — отозвалась я, усилием воли заставив себя произнести эту фразу спокойным голосом, но при этом твердо.

— Простите, но сколько вам лет? — Вдруг спросил он.

— Невежливо спрашивать такое у девушки! — Отбрила его я машинально. — А что, думаете, вошла ли в возраст согласия?

— Нет… — Генерал, кажется, даже смутился от такого предположения. — Просто вы выглядите очень молодо, а рассуждаете…

— Сочту за комплимент… Ах да, вы же их не говорите… Тогда за констатацию факта! — Я улыбнулась, показывая, что это шутка. Гривус слегка сузил глаза, но не злобно, а насмешливо.

— Ваша каюта, — Остановившись, указал он. — Там подготовленная для вас лаборатория. Прямо — капитанский мостик, но не советую выходить туда во время боевых действий.

— Учту.

Гривус, сочтя долг гостеприимства исполненным, слегка поклонился и, запахнувшись в плащ, удалился на мостик, продолжая страшно хромать и то и дело судорожно кашлять.

— Будем считать, что покровителя я себе нашла, — Сказала я ему вслед, убедившись, что он ушел, а дверь за ним надежно закрылась и он точно не услышит этой фразы.

И отправилась в лабораторию. Своего покровителя надо сперва поставить на ноги, чтобы мог при необходимости покровительствовать.

Часть 8

— Генерал, вы не заняты? — Сунула я нос на мостик.

В принципе, в плане видов космоса и панелей управления ничего нового тут я не увидела — все весьма похоже на кадры из фильма, которые я помнила. Так что оглядываться, разинув рот, мне не пришлось. А то с этой Элл сталось бы — она тоже впервые была на космическом корабле! Затворница добровольная…

Генерал, судорожно кашляя, встал, слегка склонившись при моем появлении («Джентльмен!» — умилилась я). Граф Дуку, вполголоса втирающий ему что-то через голофон, повернул в мою сторону голову, не увидев меня, но кажется, услышав мой голос.

— Мисс Дэй? — Уточнил он у своего собеседника, и генерал кивнул.

— Простите, зайду позже, не знала, что вы заняты! — Мигом дала задний ход я, но граф отрицательно качнул головой, прося меня остаться на месте.

— У вас какие-то успехи? — Спросил он, и Гривус слегка повернул приемник, чтобы я тоже попала в «кадр». Я пригладила стоящие дыбом волосы — статическое электричество, чтоб его! Почему у Элл почти все идеи связаны с электричеством?! — и ответила:

— Антидот за пару часов не разрабатывается, граф. Мне просто нужно как следует осмотреть генерала, взять с него образцы бактерий и сравнить с результатами, полученными после обследования поврежденного дроида. Так вообще у меня есть несколько идей, как уничтожить коррозию, но… Показывать сырой продукт, — «Дуракам» добавила мысленно я. — Нельзя.

— Что ж… Тогда мы продолжим наш разговор позже, генерал. Сейчас приоритетной задачей является восстановление функциональности армии дроидов. Ступайте с мисс Дэй.

— Я вас понял, милорд, — хрипло отозвался Гривус, и Дуку отключил проектор.

Генерал обессиленно повалился обратно в обреченно заскрипевшее кресло, прикрыв свои золотые глаза. Я робко подошла к нему — начинаю привыкать болтать с киношными персонажами, надо же! — и спросила:

— Песочил?

— М? — Приоткрыл глаз Гривус.

— Ругал? — Преобразовала слово я. Генерал фыркнул и снова с трудом поднялся.

— А вам зачем? Прикидываете, нужно ли меня жалеть? — откровенно передразнил он мою реакцию на вопрос про возраст. Я выпятила вперед нижнюю губу и заставила ее задрожать.

— Я же с добрыми намерениями спросила…

Гривус фыркнул и первым проследовал в сторону моей лаборатории, показывая, что не собирается извиняться или менять свой ответ. Я пожала плечами и двинулась за ним. Решение прибрать Гривуса к своим хорошим ручкам крепло с каждой минутой размышлений на эту тему. Во-первых, при правильном подходе он может стать хорошим защитником для меня лично. Во-вторых, с ним у меня есть хоть какой-то шанс выжить — с его любовью драпать! Осталось только приучить драпать вместе со мной… Ничего, приручим, не дракон, чай!

В лаборатории генерал вопросительно замер на пороге, пропустив меня в свои владения, и явно ожидая приказа, где ему встать, чтобы мне было удобнее его осмотреть.

— Простите, генерал, но… На лабораторный стол, пожалуйста. Понимаю, возможно, вам неприятно, но…

— Не тратьте лишних слов, — отрезал генерал и послушно опустился на металлическую поверхность посреди лаборатории.

— Я пыталась быть учтивой.

Генерал пару секунд помолчал, а потом прикрыл глаза и процедил:

— Я должен вести себя с вами по-другому.

— Не трудитесь! — Отмахнулась я, придвигая лабораторную лампу на колесиках поближе к тазобедренному суставу генерала. Он замер, вцепившись когтями в металл так, что на поверхности наверняка останутся вмятины. — Давайте попробуем вести себя по отношению друг к другу, как коллеги по работе, коими, собственно, на данный момент мы и являемся.

— Как пожелаете, — чуть удивленно отозвался Гривус. Видимо, звание «коллеги» на себя прежде никогда не примерял. Логично, он же либо командующий, либо подчиняющийся, а на равных с ним никто и не общается.

Я аккуратно провела чистой палочкой по «суставу», которым крепилась левая задняя конечность киборга к телу, набирая на кончик немного плесени. После мне пришлось передвинуть лампу чуть выше. Честно говоря, тут работала уже не я, а Элл, дорвавшаяся до интересной задачи и потому почти неостановимая. Еще немного образца я получила из сочленений на локте генерала. После я аккуратно коснулась пальцами грудной пластины, закрывающей доступ к внутренним органам.

— Позволите?

— Не могу отказать, — процедил он с явным напряжением.

Элл уже было потянулась раздвинуть пластины и зарыться во внутренние органы мужчины, но я притормозила ее, почувствовав, что, в принципе, для опытов ей это не нужно, а просто интересно посмотреть на внутреннее строение киборга. Я осторожно провела пальцами по гладкой, теплой, словно костяной поверхности и мягко произнесла, убрав ладонь:

— Я не подумала. Мое любопытство когда-нибудь меня погубит. Мы еще не настолько близко знакомы, чтобы я могла начать претендовать на ваше сердце. Пока мне хватит двух взятых образцов. Когда закончу разработку антидота, конечно, мне все-таки придется проверить состояние ваших внутренних органов, но пока первостепенно, как сказал граф Дуку, восстановление армии. А для этого я получила все необходимое.

Помедлив, Гривус мягко спрыгнул на пол.

— Вы удивительно чуткий ученый, — пробормотал он.

— Мне приходится сдерживать свою страсть к науке, чтобы она не поглотила меня, — мягко улыбнулась я. От задумчивого взгляда генерала мне стало как-то не по себе, но я отбросила в сторону лишние мысли. — Не смею вас больше задерживать.

— Проще говоря, «Выметайтесь вон»? — Уточнил Гривус, заворачиваясь в плащ.

— Заметьте, это произнесла не я! — Привычно пошутила я, уже устроив первый образец под яркой лампой микроскопа и подбирая нужный фокус линз. Генерал все равно немного потоптался у меня за спиной — я слышала его покашливание — а потом произнес:

— Я никогда не встречал похожих на вас, мисс Дэй.

И только после этого вышел.

Часть 9

Вот уж не знаю, чем я таким зацепила генерала, но теперь он чуть ли не безвылазно сидел вместе со мной в лаборатории, покидая ее, только чтобы перегнать корабль в другую звездную систему, скрываясь от разведки Республики (несколько десятков тысяч старых дроидов находились на нижних уровнях корабля в состоянии паралича, флагманом управляли полубольной Гривус и десяток новеньких дроидов с другим составом пластика в суставах), или некоторое время провести в бакта-камере. Правда, в разговоры Гривус не лез, просто сидел и молча наблюдал за тем, как я с хаотичной грацией перемещаюсь между столами, на которых разложены планшеты с расчетами, колбы с различными реактивами и инструменты. Казалось, будто кот наблюдает за лучиком лазера — не моргая, напряжённо и с любопытством.

Скажу честно, в эти дни я, как личность, по большей части дремала вполглаза, следя только за тем, чтобы Элл вовремя кушала, и кушала не гадость, а нормальную кашу, спала хотя бы по шесть часов и делала с утра зарядку. Все остальное время я пребывала в состоянии некоего транса, пока бывшая хозяйка тела наслаждалась чистой наукой, кружась в своеобразном вальсе среди пробирок и компьютеров. Как говорится, задача проста — не мешать!

Через три дня мне надоело — все внутренние «архивы» были разобраны по полочкам, я полностью проинвентаризировала свою личную память, и мне надоело заниматься самокопанием и построением совершенно нереальных планов на будущее. И я решила немного поиграть в Цезаря.

— Генерал, позволите вопрос?

— Слушаю, — слегка склонил голову он, приоткрыв глаз — он слегка придремал на своем привычном месте около входа. Котик и есть котик, да!

То, что я решила поболтать, Элл не мешало, она продолжала вести расчеты и продумывать формулу. Так что со стороны я, наверное, выглядела невероятно эпично — левой рукой пишущая дневник, правой — помешивающая экспериментальный образец, и при этом ведущая светскую беседу.

— Меня так никто и не просветил, как именно вы умудрились подхватить эту болезнь — вы же генерал… Для разработки подобная информация не существенна, но… Очень уж интересно. Расскажете?

— Кхм… — Гривус явно поперхнулся, то ли смутившись, то ли удивившись, но потом коротко и четко доложил. — Осаждали одну из столиц республиканской планеты. Над нами на большой высоте и скорости пролетели несколько сверхмалых, скоростных судов. Я не придал этому значения — они были слишком малы, чтобы перевозить оружие или клонов, дроиды-разведчики, скорее всего. Через несколько минут на наши плечи осела странная пыль. Я первым ощутил, что мне с каждой минутой становится все труднее двигаться. Скомандовал отступление.

— Конфедерации безумно повезло, что именно вы, генерал, ведете ее войска.

— Лесть? — Сердито сощурил глаза он, нервически переступив с ноги на ногу.

— Нет, всего лишь констатация факта, — мотнула головой я, отбрасывая лезущую в глаза челку. — Во-первых, вы не отсиживаетесь в лагере, во-вторых, ваши протезы имеют в своем составе тот же пластик, что и суставы дроидов. Если бы не это, замедление армии было бы замечено слишком поздно, и вывести большинство дроидов вряд ли бы удалось, они бы оказались парализованы прямо посреди боя и их расстреляли бы прямой наводкой. Вы спасли свою армию.

— Скажите это Дуку, он клялся, что разберет меня на запчасти, если я сбегу с поля боя еще раз, — неожиданно пробурчал вполголоса Гривус. Я оторвалась от микроскопа и серьезно взглянула на него.

— Я скажу. Обещаю.

И снова удивление в глазах. И снова жалость в моей душе. Ну вот как так надо обращаться с человеком (я в курсе, что он не человек, а калиш, но это не отменяет того факта, что он разумен и обладает душой!), чтобы он на банальное признание его заслуг реагировал, как на нечто невероятное?! Совсем уже озверели, сепаратисты клятые!

Элл внутри меня радостно пискнула, и я вернула свое внимание к пробирке, в которой медленно выпадал нужный мне осадок.

— Ага… — Задумчиво протянула я и, взяв получившийся реагент, отошла к стоящему в углу парализованному дроиду, которого вытребовала для опытов. Гривус тут же поднялся и тоже подошел поближе. Я строго взглянула на него:

— А вас, генерал, я попрошу ост… Тьфу, выйти!

— Но…

— Мне этот реагент повредить не может, но для вас, как для калиша, он теоретически может стать опасным. А я буду его распылять. Выйдите. Немедленно! Я доложу о результатах, не волнуйтесь!

Гривус возмущенно фыркнул и, запахнувшись в плащ, покинул мою лабораторию. Я облегченно вздохнула и принялась аккуратно обрабатывать при помощи ватных дисков основные суставы экспериментального дроида. Потом с помощью небольшого пульверизатора покрыла ровным слоем сыворотки голову дроида. Понятия не имею, как мое изобретение должно работать. Нет, то есть, я примерно понимаю — оно должно растворить результаты жизнедеятельности бактерий и при этом сделать пластик «несъедобным» для дальнейшего их размножения… Но как этого добилась Элл — понятия не имею! Дар, чистой воды дар!

— Ой! Здрасте! — Гнусавым голосом протянул дроид, со страшным скрипом повернув в мою сторону голову. — А вы кто? Вы дже-е-едай?

— Нет, — сосредоточенно отозвалась я. — Я сепаратист, биолог и механик. Стой спокойно.

Я обработала шейные позвонки и показала ему одолженный мне Гривусом значок лейтенанта:

— Я твой руководитель, ясно?

— Яс-но! — Отозвался дроид. Тупица, даже не сообразил, что я могла стырить этот значок…

— Подними руки.

— За-чем?

— Я проверяю работоспособность твоих суставов. Подними. Молодец. Так, теперь подними одну ногу. Поставь ее и подними другую. Повернись. Иди сюда. Стой.

Дроид, послушно выполняющий все мои команды, повернул в мою сторону свою глупую морду. Я похлопала его по плечу и приказала:

— Иди за мной.

Мы вдвоем вышли в коридор, и я споткнулась об усевшегося прямо на пол под дверью лаборатории Гривуса. Он ловко ухватил меня за плечо, не дав упасть — даже сидя он был почти с меня ростом — и задушевно (от этой задушевности вечно становилось немного неуютно) спросил:

— Как я вижу, ваш антидот работает как надо?

— Да, генерал, спасибо! — Я поправила майку, слегка сбитую его манипулятором. — Думаю, теперь можно передать формулу графу Дуку, чтобы он начал полноценное производство антидота для обработки всех дроидов, и после — заняться уже вашими суставами.

Часть 10

Граф Дуку был доволен. Нет, пожалуй, даже не так. Он лучился самодовольством, и я в который раз подумала, что идея выбрать себе «покровителем» Гривуса была не самой идиотской. Мой генерал (ну да, я успела привыкнуть называть его про себя своим), хотя и отличался злобой и агрессивностью к посторонним, но по отношению ко мне вел себя предельно корректно — его сдерживал то ли приказ Дуку, то ли воинская честь калиша, то ли мужское достоинство.

Плюс Гривус всегда так остро реагировал на мои сдержанные комплименты или проявления простого человеческого уважения, распахивая золотые глаза и с удивлением глядя на меня, что мне, как учителю со стажем, хотелось порвать графа Дуку на лоскутки за такое откровенное неуважение к одному из лучших своих генералов. Ну и как следует прочистить мозги моему калишу.

— Великолепно, мисс Дэй, блестяще! Я не ошибся, когда выбрал именно вас для решения нашей проблемы! Вы действительно гений! В столь юном возрасте достигнуть так многого!

— Я рада, что смогла помочь, — учтиво отозвалась я, мило улыбаясь. — Но вам стоит благодарить не только меня, но и генерала Гривуса.

Граф Дуку выгнул бровь, впившись взглядом в возвышающегося за моей спиной ссутуленного киборга, и я пояснила:

— Если бы он не вывел армии из боя, дроиды оказались бы парализованными посреди вражеских войск.

— Мисс Дэй, вы прекрасный биолог, но ни разу не военный, — процедил граф, мгновенно перестав отечески улыбаться. — Это не ваше дело. Генерал, не думал, что вы будете жаловаться.

Гривус сгорбился еще сильнее, и в его глазах засветилась самая настоящая злоба. Причем, когда он взглянул на меня, я поняла, что эта злость адресована в том числе и мне. Захотелось сжаться от страха, но я не позволила себе сделать это. Открыла рот, чтобы пояснить, что никто ни на что и не жаловался, а просто… Но граф не дал мне этого сделать, одним взмахом руки заставив меня умолкнуть.

— Антидот, изготовленный по вашей формуле, будет доставлен на флагман завтра. Хватит на обработку всех находящихся на борту дроидов. До связи.

Он отключился. Гривус взглянул на меня с отвращением и плохо скрываемой ненавистью.

— Прошу прощения, генерал, — негромко произнесла я, опустив взгляд. Несколько секунд молчания.

— Не трудитесь, — наконец проскрипел калиш, а когда я подняла глаза, он, хромая, уже шел в сторону лаборатории. Я поспешила за ним и, догнав, пошла с ним в такт.

— Генерал, я…

— Мне не нужна ваша жалость, мисс Дэй, — раздраженно отрезал он. Я досадливо вздохнула. Гадский Дуку. Ненавижу, когда кто-то топчется по чужим мозгам. Насмотрелась в своем мире, хватит!

— Если бы граф оказался в таком состоянии, как вы сейчас, он бы и ходить не смог, не то что вести такой огромный корабль в одиночку! — Выпалила я. — Вы самый сильный из всех моих знакомых мужчин!

Гривус зыркнул на меня, и неожиданно зрачки его слегка расширились, отчего показалось, что он вот-вот замурлычет, словно большой кот. Успокоился. Все-таки он по-мужски падок на лесть.

Я пропустила его первым в лабораторию, и он привычно забрался на лабораторный стол. Ну, Элл, не подведи. Биолог посоветовала в данном случае не использовать распылитель — кое-какие реагенты состава могли быть токсичными для калишей. Так что лучше основные суставы обработать пропитанной антидотом тканью, а более мелкие потом прочищать специальными ватными палочками по жалобам пациента… Если киборга можно назвать пациентом.

Начать чистку я решила с наиболее загрязненных суставов — тазобедренных. Через минут пятнадцать работы я неожиданно заметила, что калиш расслабленно прижмурился и словно бы задремал, совсем разомлев.

— Генерал? — Осторожно позвала его я.

— М? — Отозвался мужчина, приоткрыв один глаз. Причем его голос прозвучал настолько низко, что его грудные панели аж завибрировали от этого урчания. Мне стало неловко — звук получился довольно пошлым.

— Вы в порядке? Если боль в груди стала сильнее или что-то подобное — говорите, возможно, средство, подходящее дроидам, не стоит использовать киборгам…

— Как бы вам сказать… — Генерал приподнялся на локтях, хитро сощурившись. — Возможно, для вас это новость, но все мои детали оснащены датчиками давления, тепла и влажности. И все эти датчики напрямую подключены к моей нервной системе. Так что сейчас я не просто в порядке, сейчас мне очень хорошо.

Он взглядом указал на мою ладонь. Я перевела глаза на свою руку и поняла, что уже минут пятнадцать копошусь у Гривуса в паху, то и дело бесцеремонно лапая его за… То место, к которому приличные мужчины девушек раньше третьего свидания не подпускают. И в данный конкретный момент моя рука лежит именно на этой самой защитной пластине, прикрывающей то место, где у обычного гуманоида находятся первичные половые признаки.

Элл среагировала первой, я не успела притормозить ее — отпрыгнула, покраснев, как свеколка, и завела руки на спину. Генерал расхохотался своим каркающим смехом, откинувшись обратно на лабораторный стол.

— Вы не могли сказать сразу или уж подождать до конца операции?! — Раздраженно прорычала я.

— Простите, мисс Дэй, я не думал, что это существенно! — ехидно отозвался он.

— В моем деле не бывает несущественных деталей! — Сердито процедила я.

Гривус ещё пару раз смешливо фыркнул и прижмурился снова. Вот же… А впрочем… По крайней мере, чувство юмора у него атрофировалось не окончательно! Уже радует.

Часть 11

Как только генералу полегчало — а после очистки основных суставов ему явно стало намного лучше — он тут же развил бурную деятельность. Я впервые была на сто процентов солидарна с Элл — заперевшись в лаборатории, мы пустились во все биологические тяжкие, бурно изучая все генные изменения, внесенные в плесень, и стараясь не обращать внимания на бодрый лязг скачущего туда-сюда генерала, который то и дело доносился из коридора.

А уж когда доставили изготовленный по моей формуле «нержавин», как я его в шутку окрестила… Если бы калиш мог вспотеть, наверное, он был бы весь мокрый от постоянной беготни. Видимо, пытался отыграться за период вынужденного бездействия. Впрочем, благодаря такому активному участию самого генерала — а он успевал и командовать, и самостоятельно манипуляторами работал («Петр Первый на верфях!» — мысленно обозвала его я и вернулась к микроскопу) — уже через три дня все дроиды, до этого сваленные на нижних уровнях флагмана, снова были в строю и носились по всему кораблю, приводя его в порядок после долгого простоя и явно готовились начать контрнаступление.

Честно говоря, более счастливым калиша я еще ни разу не видела — он рычал, с откровенным наслаждением регулярно ломал нерасторопных дроидов, ругался, кашлял и строил планы, какого джедая убьет при ближайшем же наступлении на оборзевшие республиканские войска. Граф Дуку царственно кивнул, объявил свое благорасположение мне, заявил, что генерал не безнадежен и, возможно, скоро он, Дуку, будет гордиться своим учеником, и Гривус и вовсе слегка сошел с ума от восторга, принявшись с удвоенным фанатизмом гонять дроидов и тренироваться со световыми мечами.

Я понимала, что он пытается выслужиться (а то скромная биологичка успела получить благодарность графа, пока он болел!), да и просто засиделся-залежался, но все равно было немного обидно — очень уж я привыкла к его молчаливой фигуре в углу лаборатории. Только, понимаешь, начала думать, что небезразлична «покровителю» — а стоило снять с него кандалы болезни, и он тут же умчался быстрее паровоза. Элл была со мной солидарна. Точнее, это были как раз по большей части остатки эмоций прежней владелицы тела, я-то сама строила на Гривуса планы исключительно по собственному выживанию, а вот бедной девочке печальный генерал, кажется, понравился не только платонически. «Извращенка!» — припечатала ее я. Элл, вроде бы, вздохнула. Ей всегда нравились плохие мальчики. А плохие мальчики, которых можно жалеть — это ж вообще праздник!

— Мисс Дэй, можно?

— Вопрос был риторическим? — Выгнула бровь я, наблюдая, как Гривус («Легок на помине!»), не дожидаясь моего ответа, проходит к своему операционному столу.

— А?

— Сначала спрашивают, потом получают разрешение войти, а только после этого входят! Вдруг у меня тут важнейший опыт в разгаре был бы? — пояснила свое недовольство я. Генерал отмахнулся, закашлявшись. — Так что вам надо?

— Я хотел попросить вас обработать разделяющие суставы, а то верхние манипуляторы разделять почти не могу.

Я вздохнула и подошла к нему с привычной синей жижей во флаконе и ватной палочкой.

— А сами не могли с таким пустяком справиться? — Ворчливо спросила я.

— Мог, но вы же сказали в случае любых жалоб обращаться к вам, а не заниматься самодеятельностью! — Обезоруживающе сощурился он, словно игривый кот, который преотлично знает, что за веревочку дергает человек, но очень уж хочет повеселить своего двуногого друга и лишь поэтому так потешно нападает на цветную шуршащую бумажку, привязанную к концу нитки.

— Мужчины… — Пробурчала я. Гривус от гордости слегка распрямился, но кашель тут же заставил его снова согнуться вдвое. И это встревожило и меня, и Элл — до этого визита в мою обитель мы с генералом после его ремонта-лечения не пересекались дольше, чем на две-три минуты. — Кашель слабее не стал?

— А, ерунда, кашель постоянный, последствия кибернизации! — Отмахнулся свободной рукой Гривус. Я оторвалась от его суставов и резко развернулась к дверям. — Мисс Дэй?

— Значит так! Мой нержавин купирует последствия на пластике, но неизвестно, как эти бактерии действуют на ваши внутренние органы! Вдруг вы тут уже умираете?

Я захлопнула дверь, надела и застегнула на все пуговицы халат, нацепила на лицо маску и очки и обработала руки антисептиком.

— А вы чего ждете? Лягте и постарайтесь не двигаться!

Гривус фыркнул и развалился на операционном столе. А потом защитные грудные панели, негромко заурчав сервоприводами, разъехались в сторону, позволяя мне заглянуть буквально внутрь киборга. Мерно и медленно бьющееся в небольшой прозрачной колбе сердце завораживало, и лично я зависла на несколько секунд, наблюдая за этими спокойными толчками, пока Элл деловито, но весьма деликатно набирала кровь и какую-то слизь на анализ. Легкие даже внешне были покрыты какой-то не очень приятной коростой, которая то и дело трескалась, заставляя генерала покашливать.

— Закрывайте, — похлопала я по раздвинутой панели ладонью, и грудная клетка снова сомкнулась, спрятав все внутренние органы калиша в надежный чехол из металла. — Ну-с, больной, что я могу сказать? Вы дебил!

Гривус ошарашенно уставился на меня и даже неожиданно шевельнул ушной пластиной, словно проверяя, не послышалось ли ему. Резкий приступ настроения: «Какая милота!» едва не свалил меня с ног, но я удержала на лице скорбное выражение лица.

— Простите? — Поняв, что пояснений он не дождется, и вроде бы ему не послышалось, с мягкой яростью тихо переспросил Гривус.

— И я идиотка, — добила я его, удаляясь к микроскопу. — Хотела быть вежливой, пыталась проявлять уважение к чужому личному пространству… Если бы сразу заглянула внутрь после того, как обработала ваши суставы — вы бы вообще из лаборатории не вылезли! А если бы вы сразу пожаловались, что кашель не ослабел после обработки, я бы уже разрабатывала средство, а теперь вам придется еще несколько дней провести на корабле, в лаборатории. И никаких джедаев! Иначе наябедничаю графу!

Часть 12

Честно говоря, это было по большей части прощупывание почвы — наорет ли? Оскорбится? Ударит? Сбежит? Или же подчинится своему врачу? Несколько секунд мы прожигали друг друга взглядами, а потом что-то шевельнулось, видать, в сознании Гривуса, и он, тяжело закашлявшись, опустился обратно, кутаясь в плащ.

— Я не хотела вас оскорбить, генерал… Просто на нервах ляпнула… — Делая мордашку максимально виноватой, пробормотала я, устраивая образцы под микроскопом.

— Понимаю, — поразмыслив немного, проскрипел он, прикрыв глаза. — Сам виноват. Надо было сразу сообщить.

— Вам холодно? — Спросила я, глядя, как он, щурясь, пытается завернуться поуютнее в свою тряпку.

— Просто приятно чувствовать ткань на плечах. К тому же, это знак того, что я генерал. Калишский обычай.

«Цветовая дифференциация штанов» — подумала я, чтобы развеселить себя, и с трудом сдержала улыбку, представив Гривуса в малиновых шароварах.

— Когда сама пыталась носить плащ, вечно спотыкалась об подол, даже один раз упала и разбила лоб, — поделилась я своим воспоминанием.

Пыталась как-то с друзьями и парнем поиграть в эльфов и орков. Кончилось все пьянкой, и мы забили на это дело. Так что эльф из меня хреновый вышел… Гривус заперхал, сдерживая смех.

— Хотел бы я это видеть…

— Жуткое было зрелище! — Охотно кивнула я, записывая результаты наблюдения в дневник одной рукой и доставая нужный мне реагент второй. Как всегда, мы с Элл поделились — она занялась наукой, а на мне остались социальные связи. — Я слышала, что особо умелые воины используют плащ в том числе и как оружие.

— Использовать плащ как средство скрывать свои движения и путать противника довольно сложно, и к тому же мое нынешнее строение практически уничтожает необходимость в этой технике, но прежде я действительно неплохо умел при рукопашном бое использовать края одежды, — довольно охотно поделился Гривус, явственно расправив плечи, чтобы подчеркнуть свою значимость.

— О-о-о! Это, наверное, очень красиво смотрелось со стороны! Но, впрочем, лично мне больше нравятся ваши нынешние движения, — польстила я. — Выглядит устрашающе-грациозно.

Гривус слегка сощурился.

— Скажите, мисс Дэй, вы пытаетесь сделать мне комплимент? Мы же вроде условились, что констатируем факты.

— Ну хорошо, — пожала плечами я. — Констатирую факт — глядя на вас, мне хочется стать механофилом, так что мне приятно говорить вам комплименты.

Элл внутри меня испуганно пискнула и попыталась закрыть руками лицо от смущения, но я не позволила ей, продолжив невозмутимо работать с пробирками. Гривус вылупил свои желтые глаза так, что показалось, будто они вот-вот вывалятся из маски, зрачки расширились, аудиорецепторы опять задвигались, пытаясь убедиться, что он не ослышался. Если бы у генерала была челюсть, он бы наверняка в этот момент потерял ее.

— Ч-что?! — Каким-то хриплым голосом переспросил он наконец. — М-механофилом?!

— Надеюсь, сэр, что сказанное мной никак не отразится на вашем ко мне отношении, — с нажимом произнесла я. — Все-таки мы пока еще пребываем во взаимоотношениях «коллеги по работе», а рабочий роман никогда не кончался ничем хорошим. Я просто сообщила, чтобы вас не удивляли некоторые мои реакции на ваши поступки.

Знаю, знаю, я, наверное, немного увлеклась, проверяя, как именно ко мне относится Гривус. Но это сделать необходимо. Я хочу знать, как далеко могу зайти в своем «приручении калиша».

— Вы только что признались, что я вам нравлюсь… Кхм-кхм-кхм… — Гривус судорожно закашлялся, все еще пялясь на меня выпученными глазами.

— Сэр, вы учтивый, сильный и, на мой взгляд, привлекательный. В моем возрасте девушки испытывают острую нужду в эмоциональной привязанности. Обычно ею становятся те, кто находится ближе всего — сокурсники, коллеги по работе либо же ближайшие друзья, — занудным голосом принялась читать словно с бумажки я, продолжая возиться с основой для лекарства. — Эта юношеская влюбленность, по сути, не значит ничего. Именно поэтому я не стесняюсь вам признаться в том, что нахожу вас… Интересным мужчиной.

— А вам точно семнадцать? — Подозрительно сощурился он, постучав себя кулаком по грудной панели, чтобы облегчить кашель. — Я могу ошибаться, но в семнадцать так спокойно говорить о подобном…

— Генерал, прошу отметить, что я биолог, для меня мои перепады настроения и юношеские привязанности — исключительно резкие изменения гормонального фона.

Гривус молчал пару минут, наблюдая, как я продолжаю работать.

— Тогда позвольте констатировать факт — теперь я не могу не думать о том, как вы выглядите без одежды, — наконец заявил он и, царственно запахнувшись в плащ, вышел из лаборатории, оставив меня искать свою челюсть где-то под столом.

Интересно, это было проявление чувства юмора или мои «психологические тесты» завели меня в какую-то неправильную сторону работы над характером моего «покровителя»?

Часть 13

Я проснулась посреди ночи от того, что корабль резко тряхнуло. Я уж было подумала, что это просто гиперскачок прошел не очень удачно, и уже хотела перевернуться и спать дальше, но когда по всему корпусу судна начала проходить мелкая дрожь, я вскочила и вылетела из каюты в одной ночнушке. Дроиды носились по коридорам, создавая упорядоченный хаос, и это явно не подпадало под описание «штатная ситуация». Я поймала одного из дроидов за плечо:

— Что происходит?!

— Рес-пуб-ли-ка-а-а-анцы! — Проскрипел он и, вырвавшись, умчался дальше.

Я попятилась и нырнула обратно в каюту. Встречать нападение джедаев и клонов в ночнушке — не лучшая идея. Потому что клоны клонами, а фиг его знает, что им там в голову стукнет, я ж девушка! Думаю, сегодня я бы с легкостью сдала все нормативы на поступление в пожарную академию, ибо впрыгивание в штаны и майку заняло у меня пять секунд.

После этого я, подчиняясь скорее инстинктам Элл, нежели какой-то логике, рванула в лабораторию и закрылась там. Несколько минут продолжались маневры, и судно содрогалось при попадании из лазерных пушек по корпусу. Потом по коридору тяжело прогалопировал сам Гривус — за эти несколько дней я успела прекрасно выучить, как именно звучат его шаги, и сейчас он чертовски спешил. Однако… Он резко затормозив, одним пинком распахнул дверь в мою лабораторию.

— Ты тут, отлично, — отрывисто произнес он, увидев сжавшуюся меня. — Сиди. Запрись. Никому, кроме меня, не открывай. Будут ломать дверь… — Он замолк на секунду, явно толком не зная, что сказать. — Не бойся. У меня приказ графа — защищать тебя. Сегодня ты не умрешь. Держи! — Он бросил мне в руки какое-то устройство с заколкой, показавшееся мне в приглушенном свете похожим на брошь. — На всякий случай. Ни в коем случае не расставайся с ним.

— Я поняла, — пролепетала ссохшимися губами я, трясущимися руками прикалывая брошенную мне вещицу к поясу на джинсах и прикрывая ее майкой. Гривус отрывисто кивнул мне и умчался, словно вихрь, прочь по коридору.

Единственное, что более-менее успокаивало — занятия наукой. Так что я дрожащими пальцами притянула к себе планшет со всеми собранными мной данными и принялась составлять формулу, которая, согласно расчетам Элл, должна была снять воспаление и прекратить распад лёгочных путей Гривуса. Я напряжённо прислушиваясь к тому, что происходило в коридоре, сосредоточенно возилась с пробирками. Я так нервничала из-за этой гадкой тишины в коридоре, что, несмотря на дрожащие пальцы, выкладывалась по полной. Минут через тридцать я уже переливала готовую основу лекарства в герметично закрывающуюся колбу. Теперь ей надо только настояться, а после можно отделить осадок и можно приступать к первичным тестам. Но в таланте Элл я не сомневалась, наверняка рабочее...

Я сунула колбу на полку в шкаф. Пусть стоит, ждет.

Тишина пугала. Даже дрожь корпуса корабля прекратилась. Я взялась за расчеты, как можно превратить бактерию в оружие против клонов. Данных катастрофически не хватало, но я упрямо набрасывала различные варианты формул, которые потом можно будет проверить.

— Так вот кто у нас теперь главный враг Республики! — Раздался неприятный чужой голос за моей спиной.

Я против воли взвизгнула, резко обернувшись и едва не смахнув локтем половину своего оборудования. Прямо передо мной стоял Энакин Скайуокер. Я резко подняла голову вверх. В вентиляции был прорезан ровный круг, явно световым мечом. Лез по воздуховоду, потом прорезал и спрыгнул вниз. Значит, эта атака была лишь необходимостью выманить Гривуса с корабля. Я на удивление спокойно осознала, что действительно стала одним из самых страшных врагов Республики — ведь я дала Конфедерации щит от того оружия, которое должно было переломить ход войны. Я медленно подняла руки вверх, показывая, что сдаюсь.

— Правильное решение. Вы арестованы по приказу верхового канцлера и Сената Республики! — усмехнулся Энакин и схватив меня за локоть, потащил за собой, вышибив ногой дверь. — Асока, где Гривус?

— Со мной, точнее, за мной! — С некоторой заминкой отозвался, как я поняла, падаван Скайуокера. — Мы его сдерживаем, но он в бешенстве и пытается прорваться обратно!

— Отступайте, цель у меня! Гривуса потом отловим, пусть удирает! — Дал отмашку Скайуокер и отключил комм, продолжая стискивать мой локоть словно стальными щипцами.

Драться с джедаем или как-то протестовать своему аресту я не планировала, паниковать тоже не стоило начинать. Джедаи у нас силы света и добра, не станут же они убивать запуганную несовершеннолетнюю девочку? А меня запугивали, мучили, дразнили и издевались надо мной! Хммм, стоит попробовать выжать из своего ареста максимум. Элл протестовала, требуя сохранять верность Гривусу.

«Вряд ли джедаи будут нас насиловать, так что не бойся, твоя девственность достанется генералу!» — язвительно отозвалась я. — «А у нас пока план-минимум — выжить! Надо выяснить, с какой стороны больше плюшек дают!»

Часть 14

Меня без всяких церемоний закинули за шкирку в небольшой челнок, где нас поджидали три клона.

— Как все прошло, генерал? — Спросил один. Скайуокер встряхнул меня за шкирку:

— Блестяще, Рекс!

Я послушно болталась в руках джедая, словно маленький щенок, и старалась смотреть на всех вокруг жалостливыми глазами. Клон хрипло рассмеялся, поднимая кораблик и направляя его подальше от сражения:

— И это страшный враг Республики? Мелкая, тебе сколько лет?

— Семнадцать неделю назад исполнилось… — Всхлипнула я.

— Э-э-э, да она ж еще несовершеннолетняя! — Толкнул один другого локтем.

— Неважно, сколько ей лет — она опасна. Из-за нее сепаратисты снова наступают! — отрезал Энакин и толкнул меня в сторону камеры. Загнав несчастную девочку (ну, меня то есть!) за решетку, он активировал световую защиту.

— Сиди тут! — Резко приказал он мне и подошел к клону. — Асока, что с генералом?

— Не посмел за нами бежать! — Гордо отозвался падаван. — Как только мы отошли на свой корабль и отстыковались, он тут же драпанул на своем корыте, даже не попытавшись отыграться!

— Конечно, у него же ценный груз! — Фыркнул Энакин, взглянув на меня. — Только вот он еще не знает, что груза у него больше нет! Давай запланированный скачок в шестнадцатый сектор.

— Принято, учитель! — Отозвалась падаван.

Я вытащила из своих мозгов смутное воспоминание о симпатичной девчонке с оранжевой кожей и забавными рожками — одно время она стояла на обоях у моего единственного поставщика информации по Звездным Войнам. Видимо, скоро придется познакомиться с ней лично. Челнок, на котором находилась я, ушел в гиперпространство. Скайуокер, убедившись, что прыжок проходит нормально, снова подошел к моей камере.

— Кто ты? — Вполне себе нейтральным тоном спросил он, присаживаясь снаружи в кресло. Я на миг задумалась — выдавать настоящую фамилию Элл я не хотела. Не стоило подставлять родных под удар. Так что я отозвалась:

— Гарриэт Пот-Эр!

Ну да, мне нравилась поттериана, у всех свое хобби, отстаньте!

— Врешь, — мгновенно определил джедай. Ах да, точно, Сила может определить лжецов. Так что я тут же послушно кивнула и ответила, заставив скатиться по щечке слезу (я вспомнила свой любимый «Орден Феникса» и смерть Сириуса).

— Вру, господин джедай! Но поймите меня! У меня есть семья, друзья, родные!

— Они сепаратисты?

— Они с планеты, оккупированной Конфедерацией, — максимально мягко поправила его я и снова заставила себя всхлипнуть. — Мамочка, наверное, ужасно переживает!

Скайуокер прищурился, но лжи в моих эмоциях не почувствовал — я старательно вспоминала сцену с Добби из предпоследнего фильма, отчего губы у меня дрожали совершенно искренне. Наконец, джедай перестал просвечивать меня своим фирменным холодным взглядом и произнес:

— За то, что ты добровольно сдалась, суд смягчит приговор. Может, ты хочешь выдать какую-нибудь конфиденциальную информацию, которая поможет нам победить сепаратистов и твоего командира, Гривуса?

Я задумалась, шевеля пальцами и закатывая глаза. На самом деле, я подсчитывала, что именно я могу получить за какую информацию. Наконец, решив, что лучше начать с торговли, я прищурилась:

— А что мне за это будет?

— Все зависит от ценности выданной тобой информации! — Предвкушающе придвинулся к решетке Скайуокер. Я надула губы:

— Ну нет, я так не играю! А то я расскажу, а вы потом скажете, что сами все это узнали, а я тут ни при чем!

Скайуокер нехорошо прищурился.

— А ты не зарываешься ли?

— А что, пытать будете?

— Кто ты такая? — Неожиданно рявкнул он. Я машинально пискнула и сжалась от страха.

— Гарриэт Пот-Эр! — Тем не менее, упрямо повторила я.

— Хор-р-р-рошо, Гарриэт, — грозно пророкотал Энакин, вставая, и провел ладонью перед собой. — Расскажи все, что знаешь про Гривуса.

Я моргнула, неожиданно почувствовав страшное желание разболтать вообще все, что знаю. Вот блин, это же Внушение Силой! Ладно… Хотел все — слушай все!

— Он генерал-дроид, — С придыханием выпалила я. — И он такой потрясающий!

— Потрясающий? — С интересом переспросил один из клонов, оглянувшись — камера была рядом с мостиком. Будущий Вейдер цыкнул на любопытного солдата, но я тут же ответила:

— У него глаза очень красивые, и он такой сильный! Он мне ужасно нравится!

Теперь уже Энакин ошарашенно моргнул, а меня (и Элл вместе со мной, которая, кажется, была очень восприимчива к гипнозу Силы) уже понесло — не остановить:

— Я часто думаю, как это делать с киборгом… Скорее всего, когда у твоего партнера четыре руки — это очень круто! А еще он, наверное, такой грубый будет… Может, даже будет царапаться… И еще, он же очень сильный, он может поднять и… Ну как бы… Держать в воздухе в процессе! Люблю представлять себе, как…

— Я спрашивал, что ты про него знаешь, а не что думаешь! — Оборвал меня Энакин. Я вздохнула, недовольная, что меня перебили, и продолжила:

— Я знаю, что у него живые внутренние органы — я чувствовала, как у него бьется сердце, когда осматривала его… Это же так здорово — сочетание машины и живого тела! Такая пульсация приятная!

Минут через тридцать подробного пересказывания некоторых влажных снов Элл, посвященных Гривусу (а что, тоже факты! К тому же я то и дело добавляла какой-нибудь всем известной информации вроде того, что Гривус может высоко прыгать или хорошо фехтует на лазерных мечах, так что условия приказа Энакина не нарушались), Скайуокер сдался и приказал мне замолчать. Я удовлетворенно заткнулась.

— Как тебе удается противостоять гипнозу Силы? — Устало спросил джедай у меня. Я захлопала глазами:

— Так я и не противостою!

— Ты же не сказала ничего толкового, умудрилась забить мозг мне и смутить Рекса! — Мотнул Скайуокер головой в сторону красного, как помидор, клона. Только, судя по выступающим слезам, покраснел Рекс не от смущения, а от дикого ржача, который с трудом сдерживал.

— Я рассказала все, что знала и думала про Гривуса! — Обиженно надула губы я. — Что вам не нравится?

— Черт с тобой… — Устало отмахнулся Энакин и вышел с мостика. Клоны, наконец, залились диким гоготом.

— Ты… Правда… Хочешь с… С ним?! — Гогоча, спросил Рекс.

Я мило сощурилась — подобному прищуру я научилась у Гривуса, который мог одними глазами передать огромную гамму эмоций — и промолчала. Не их дело, чего я хочу и с кем.

Часть 15

Меня приволокли на главный корабль и опять потащили за шкирку, словно щенка, в тюремный блок. Здесь меня для начала устроили в допросной — посадили на жесткий стул, направив прямо в глаза лампу (какая прелесть!) и приковав наручниками к столу. Через пару минут к нам присоединились Асока и Оби-Ван. Я, щурясь, с интересом разглядывала всех троих. Пока они молчали, весьма недружелюбно изучая меня. Сама знаю, что впечатление произвожу не лучшее, но мне же на руку! Я же обиженная сепаратистами.

— Как твое имя? — Строго, но спокойно спросил меня Оби-Ван.

— Гарриет Пот-Эр, — уверенно отчеканила я.

— Уперлась… — Сердито прошипел Энакин. — Пойдем, Оби-Ван, от нее нет никакого толку. Она будет выгораживать своего любовника всеми силами.

— Я бы попросила! — Возмутилась я. — То, что он мне нравится, не делает его моим любовником… Его внимание еще завоевать надо!

Кеноби подавился смешком.

— Кстати, у вас, магистр Кеноби, это отлично получилось! — Жизнерадостно добавила я, выбив полузадушенное хихиканье уже из Энакина. — Только про вас и говорит, все время представляет, как будет вас убивать! Никак не может определиться, хочет ли вас разрубить световым мечом на две половины, оторвать вам голову или просто выкинуть в открытый космос.

— Кхм… Польщен… Пожалуй, — озадачился Кеноби, но потом мотнул головой и спросил. — Ладно, допустим, Гарриет. Ты давно работаешь на сепаратистов?

Я задумалась, прикидывая, какую пользу можно извлечь из этой информации. Да в принципе, наверное, всем очевидно, что меня наняли, чтобы разработать антидот, так что при необходимости они и сами это могут определить с точностью до нескольких дней.

— Девятнадцать суток, если считать именно мое время пребывания на флагмане генерала.

Оби-Ван переглянулся с Энакином.

— Как так вышло, что выбрали именно тебя?

Я уже хотела ответить правду, но поняла, что этим мгновенно выдам себя с головой. Они выяснят, что у меня есть научные издания и мигом вычислят и мою фамилию, и мой мир, и мою семью. Но если я откровенно совру, они поймут, что вопрос почему-то важен для меня. Значит, надо сказать правду, но по женски — актуальную только для меня и только в данный конкретный момент.

— Видите ли… — Осторожно начала я. — Граф Дуку обладает огромными связями. Он имеет большую базу данных ученых в самых различных областях. Так вышло, что я была наиболее подходящим по квалификации специалистом.

Снова неприятное, непонятное переглядывание.

— Сколько тебе лет?

— Семнадцать.

Оби-Ван неожиданно встал и вышел. Энакин присел в углу, следя за каждым моим движением. Я равнодушно покачивалась на задних ножках своего стула. Конечно, мне дико хотелось начать паниковать, но я усилием воли тормозила подступающую истерику. Тут все зависит исключительно от моего ума. Вернулся Кеноби с каким-то планшетом.

— Прошу вас, мисс Пот-Эр.

— А это что? — Уточнила я, взглянув на какой-то тест.

— Хочу проверить одну мысль. Пройдите, пожалуйста.

— Зачем? — Подозрительно уточнила я, быстро просматривая вопросы. Казалось, составители теста хаотично нахватали информации из разных областей науки, напихав их в одну контрольную.

— Если вы покажете тот результат, который я думаю… — Оби-Ван напряженно переглянулся с Энакином. — То с вами захотят побеседовать в Храме Джедаев.

В Храм мне не хотелось.

— А если не покажу?

— Тогда с вами будут беседовать уже в Суде.

— То есть тут меня будут анально насиловать либо световыми мечами, либо полицейскими дубинами? — Без всяческих комплексов уточнила я. — Знаете, мне как-то дубины больше по нраву, они меня насквозь не прожарят.

Я кинула планшет в руки Оби-Вану. Он ловко поймал брошенный ему предмет и сжал его в руке.

— Вам лучше пойти на сотрудничество, мисс, — процедил Скайуокер.

— Самое плохое, что со мной случится — тюремная камера, ведь я не совершила ни одного убийства и не изготавливала никакого оружия массового поражения, — нагло улыбнулась в ответ я, хотя поджилки заходили ходуном. Но я заставила себя приплюснуть свой страх могильной плитой и продолжать вести себя в подобном ключе.

— Пытаешься подобрать для нас модель поведения? — Неожиданно спросил Кеноби, опустив ладони на стол. — Судя по тому, что мне рассказал Энакин, ты успела побывать заплаканной жертвой, развратной дурочкой, развеселой юмористкой, хитрым психологом, а теперь вот самоуверенная хамка. Подбираешь тактику поведения? Какая же ты настоящая, Гарриет?

— А вот этого не знает никто, — мягко улыбнулась я.

— Хорошо, давай просто поговорим, спокойно и по душам, без всех этих кривляний… Что ты знаешь про Гривуса?

— Сначала поговорим о том, что я получу за сведения о генерале, — упрямо отозвалась я. Кеноби вздохнул и жестом попросил Асоку выйти. Я занервничала. Надеюсь, я не заигралась, почувствовав свою исключительную важность!

Глава 16

Я сидела в камере, уткнувшись лицом в колени. Трепал меня в основном Энакин. Не смертельно, не опасно для жизни и даже почти больно не было — осталось только чувство жестокого унижения. Легкие оплеухи, подзатыльники, толчки, сердитый рык Скайуокера — и печальное, одухотворенное выражение лица Кеноби, который призывает облегчить свою участь и рассказать им что-нибудь интересное про Гривуса. Плохой и хороший джедаи.

Я окончательно уверилась, что на Темной Стороне печеньки вкуснее и мне определенно не по пути с «доброй» и «великодушной» Республикой. Генерал вел себя намного любезнее. Хотя… Если бы я оказалась у него на допросе, наверняка бы оплеухами не отделалась бы. Но не думаю, что джедаев от более жестоких методов допроса удерживали побуждения гуманности — скорее опаска перед «темной стороной» и либерализм. Потом на меня нацепили какой-то шлем с кучей проводков, от которого страшно разболелась голова, после зашептались и взялись за допрос с удвоенной силой, теперь пытаясь выяснить, что именно я успела наизобретать в лагере сепаратистов.

В общем, устав твердить, что информацию о дислокации сепаратистов и слабых местах Гривуса они получат только после обеспечения меня гарантиями свободы и защиты, я вылила им на уши бочонок откровенной ерунды, обильно смешанной с подробным рассказом, как именно я хочу переспать с генералом. Так как любовных романов в свое время я перечитала вагон и маленькую тележку (Ага, «поцелуй опьянил и в терновнике что-то запели, ее грудь напряглась от желанья, соски отвердели…»), то история у меня вышла откровенно эротическая. И джедаи («Воздержание до добра не доводит!» — ехидно подумала я, чувствуя, что хоть немного, но отомстила за трепку), смутившись, прервали допрос, удалившись то ли медитировать, то ли тренироваться, то ли «полировать мечи».

Еле слышный цокот когтей заставил меня вздрогнуть, подняв голову. Я метнулась к «решетке».

— Хотела, чтобы граф опять меня отчитывал? — Гривус почти беззвучно спрыгнул с потолка корабля и закашлялся, постучав себя по грудным пластинам, с усмешкой щурясь на меня сквозь прорези маски.

— Гривус! Ты как меня нашел?! — Я почувствовала, что с души упал здоровенный такой булыжник размером, наверное, с половину Корусанта.

— Я же дал тебе маячок, — Так вот что за вещицу он мне бросил перед началом боя! Подозревал что-то подобное! Какой он у меня умница! Гривус поклацал когтями по панели рядом с моей камерой, и энергетическая решетка пропала. — Тебя допрашивали?

— Потрепали слегка, но я не сказала ничего важного, только ерунду всякую, — усмехнулась я, и неожиданно генерал ловко подхватил меня одной из рук и прижал к груди, заставив меня ухнуть от неожиданности и обхватить его ладонями за шею.

— Так быстрее, скоро Кеноби почует, что я у него под носом.

Гривус, больше не скрываясь, здоровенными скачками помчался куда-то по известному только ему маршруту. Включилась сирена, но генерал-дроид даже не сбавил ходу. Клоны начали появляться на его пути, но он, со страшным скрипом тормозя когтями, умудрялся в самый последний момент менять направления и скрываться от загоняющих нас солдат за изгибами коридоров.

Наконец — у меня жутко кружилась голова от кульбитов генерала, и к тому же бластерные «пиу-пиу» над ухом звучало отнюдь не так мультяшно и смешно, как в фильмах — генерал домчался до какой-то только ему ведомой цели, без всякого пиетета зашвырнул меня в узкий люк небольшого кораблика, скромно пристроившегося около аварийного люка, сиганул следом, одним прыжком оказался за штурвалом, одним рывком усадил меня себе на колени — кораблик явно был рассчитан на одного — и долбанул кулаком по экстренному закрытию дверей.

— Тебя граф за мной послал? — Как-то незаметно перешла на «ты» я.

— Нет, — помотал головой генерал, резко дергая штурвал и штопором направляя кораблик прочь от корабля республиканцев. — Если бы он узнал, что тебя похитили… Мне даже страшно, какую бы он мне устроил трепку. Так что пришлось спешно научиться у джедаев искусству лазать незамеченными по чужим кораблям.

Надо же! Я почувствовала, что чертовски польщена. Пусть даже он спасал меня из весьма корыстных соображений, но все равно было приятно.

— Ж-ж-жучьи отродья! — Выругался генерал, закладывая виражи. Кораблик трясся — по нам палили из всех орудий. Я затихла, съежившись у него на коленях и стараясь даже не дышать, чтобы не отвлекать его от управления кораблем. — Гады! Гипердвигатель!

— Садимся на планету? — Не удержалась от вопроса я.

— Да, придется, — сосредоточенно рыкнул он, направляя свой челнок сквозь слои атмосферы планеты, на орбите которой висел большой корабль. Судно республиканцев осталось в верхних слоях атмосферы, и Гривус, выведя свой челнок из падения в горизонтальный спуск, откинулся на спинку кресла, поудобнее перехватив штурвал и пояснив для меня. — Корабли этого типа не способны спускаться сквозь атмосферу, они предназначены только для битв в космосе, а пока клоны займут свои места в файтерах, мы уже будем на поверхности.

— Гривус?

— М?

— А как ты меня нашел на посудине? Корабль-то огромный!

— Все республиканские судна строятся по одному типу, — фыркнул генерал. — Так что найти тюремный блок было несложно, да и оттуда до моего челнока недалеко.

— А как сядем — будем размахивать флагами и выкладывать камнями надпись: «На помощь, конфедерация, ваш генерал тут»?

Гривус хрипло засмеялся. Смех закончился кашлем, и я подумала, что, во-первых, не ошиблась со своей стороной, а во-вторых, вроде бы и покровитель не оставляет своими милостями.

Глава 17

— А кому принадлежит эта планета? — Спросила я, наблюдая за приближающимся лесом, в который мы падали.

— На данный момент — вроде официально нейтральная, но, судя по количеству республиканских шавок на ее орбите… Но это место хорошо только как база — ни полезных ископаемых, ни развитых технологий… — Гривус пожал наплечниками и задумчиво пошевелил аудиорецепторами, снова укаваив меня до состояния «Ми-ми-ми!». — Ты чего так уставилась?

— Ты просто когда ими шевелишь, это та-а-ак мило! — Честно призналась я. Гривус фыркнул и нарочито двинул «ухом».

— Поэтому стараюсь делать вид, что эти детали неподвижные, — на полном серьезе произнес он.

— А по-моему — страшное оружие всеобщего умиления! — Хихикнула я, осторожно стирая ладонью полосу копоти с груди генерала. Тот слегка дрогнул от моего нежного прикосновения и так жарко взглянул на меня, что аж неловко стало. А потом все-таки ответил:

— Я должен устрашать, а не умилять!

Я усмехнулась, вспомнив Котика в сапогах.

— Ну смотри, учу особому боевому приему! — Шутливо произнесла я и начала показывать. — Складываешь манипуляторы вот так, — я свела ручки перед своей грудью, — садишься, чтобы визуально казаться ниже, зрачки расширяешь на всю радужку, шевелишь своими рецепторами — и враги забывают, что тебя положено арестовывать, они дружно умиляются. — Я применила все инструкции, только что ушами шевелить не стала (потому что не умела!), и Гривус против воли сощурился, явно заулыбавшись под маской. — А тут ты такой выхватываешь меч и крошишь их в капусту, пока они не поняли, что такая милаха может быть смертельно опасной!

Гривус зашелся лающим смехом. Кажется, становлюсь личным шутом его высочества. Челнок приземлился не слишком аккуратно, но я даже не ушиблась — генерал успел меня вовремя прижать к себе нижними половинами верхних манипуляторов. И потом еще выволок наружу. Правда, уже не на руках, а на плече… Но все равно приятно!

— Итак? — Отряхнув подол халата, уточнила я.

— Идем, — поманил меня Гривус. — По кораблю нас мигом республиканцы найдут — они уже спускаются. — Его палец указал на россыпь точек в небе. — Уйдем в лес.

Я послушно потопала за генералом. Поняв, что мне трудновато успевать за его шагами, я сделала небольшой рывок, догнала его и осторожно поймала его за шестипалую руку. Он слегка дрогнул — из-за «ушек» с шипением вырвались две тонкие струйки пара — и страшные когти осторожно сжались на моем узком запястье.

— Боишься потеряться? — Усмехнулся он.

— Ты хороший, — честно произнесла я то, что думала в данный момент. Он закашлялся, удивленно покосившись на меня.

— Так меня еще ни разу не оскорбляли.

Пару минут мы помолчали, а потом я наябедничала, надув губы:

— А джедаи меня били!

Мы с Элл успели покопаться в парочке местных энциклопедий и выяснили, что калиши ужасно нервно относятся к предкам, а также никогда не позволяют обижать мирных самок своего вида. Нет, если женщина — воин, то честь ей и почет, с ней и обращаются, как с солдатом, без скидок на пол. Но если это обычная, семейная девушка, живущая в гареме, то ни один калиш не посмеет тронуть ее и пальцем, даже враг того, чьей женщиной она являлась. Так что Гривус сощурил глаза и пророкотал вполголоса, но так злобно, что даже я вздрогнула:

— Джедайская мразь… Убью…

Через пару часов начало темнеть и холодать, а я поняла, что уже не столько иду, сколько волочусь следом за генералом, вцепившись в его руку, и дремлю на ходу, дрожа крупной дрожью — на мне были только джинсы, майка и накинутый поверх лабораторный халат.

— Гривус! — Сдавшись, позвала его я, шмыгая носом. — У меня нет батареек, я устала и хочу спать! Меня вытащили из кровати, не давали спать почти сутки и мне холодно! Давай немного отдохнем, пожалуйста!

— Ох… — Устало вздохнул он и мягко сощурил светящиеся в темноте глаза. — И почему тебя оснастили такой маломощной батареей?

— Шутить изволите? — Обиделась я.

— Изволю, — согласился Гривус и присел на корточки напротив меня. — Элл, пойдем. Нужно хоть укрытие какое найти…

— Я не могу, я устала… Давай посидим хотя бы минут десять… — Захныкала я — я действительно ужасно устала и понимала, что если попробую потерпеть еще немного, то с легкостью свалюсь в обморок. Гривус вздохнул, сдернул с плеч свой плащ, ловко завернул меня в тряпку и устроил на сгибе своего локтя, словно маленького ребенка.

— Отдыхай так, чудовище.

— Я не чудовище, — опустив голову на наплечник генерала, сонно отозвалась я.

— Чудовище, причем страшное, — отозвался Гривус. — Тиранишь меня и используешь. На мне еще никто верхом не ездил! Если ляпнешь хоть какому-нибудь джедаю, что я носил тебя на руках — я тебе язык вырву…

— Я им уже рассказала, — хихикнула я. — Что хочу тебя. Эй! — Гривус, ошарашенный такой новостью, едва не уронил меня на землю.

— Ты серьезно?!

— Я заявила, что твое внимание еще завоевать нужно, и я ничего для тебя не значу, — серьезно ответила я. — Я понимаю, что любая привязанность для тебя — это слабость.

— А ты не такая глупая, какой иногда кажешься… — Фыркнул калиш, перейдя на неспешную трусцу.

— О себе же и заботилась! — Хмыкнула я и зевнула. — Если бы они решили, что я твоя любовница…

— Спи уже, монстр биологический… — Почти тепло посоветовал мне калиш.

И я, завернутая, словно гусеница, в уютный теплый плащ генерала, сладко заснула под мерное покачивание походки моего «покровителя». А хорошо я все рассчитала…

Глава 18

Проснулась я от холода. Плащ по-прежнему был на моих плечах, но я уже не покачивалась в одной из конечностей Гривуса (все его металлические детали были удивительно теплые, словно живые!), а лежала на земле, в какой-то небольшой пещере. Клацая зубами, я выбралась из остывшего кокона ткани и, стараясь прогнать дрожь холода, занялась разминкой.

Минут через пятнадцать активных упражнений мне полегчало, и я снова набросила на плечи плащ генерала и укуталась в него. Планета — так и не озаботилась спросить, как она называется! — до боли напоминала родную среднюю полосу Россиюшки. Только вместо берез тут были вполне себе обычные сосны, вязы и прочие растения. Однако моя память неожиданно вступила в конфликт с Эллиной — та упрямо требовала называть эти растения по-другому.

— Интересно, куда наш генерал усвистал? — Сердито спросила я сама себя и принялась ходить кругами возле пещерки, где Гривус меня оставил. — Вот же гад… А если бы меня кто-нибудь во сне решил за ногу поглодать? Интересно, тут есть волки?

Элл была не в курсе наличия волков на данной планете. Зато один из кустов с ягодами уверенно опознала, как съедобный. Я сорвала пару ягодок и закинула в рот. Кислинка заставила слегка поморщиться, но я все равно проглотила ещё десяток даров природы — пить хотелось неимоверно. Жажда отступила, но теперь я уже всерьез волновалась за своего генерала-дроида.

— Ну только попробуй вернуться, я тебя насмерть загрызу! — Ругалась я уже вслух, обирая следующий куст с ягодами — и наемся, и успокоюсь. — Бактерию выведу, чтобы…

— Чтобы что?

Я резко обернулась, не донеся до рта очередную голубую точку с кислым привкусом. Гривус, словно всегда там был, стоял около пещерки, облокотившись на дерево, и весело щурился.

— Чтобы всегда хотелось, но никогда не моглось! — Сформулировала угрозу я, скрестив руки на груди. — И куда мы бегали?

— Мы — никуда, — фыркнул Гривус и одним движением отнял у меня плащ. — А я разведывал местность.

— А если бы, пока тебя не было, меня бы кто-нибудь жевать начал за ногу?! — Возмутилась я.

— Тут не водятся звери, которые будут первыми нападать на человека, — Гривус развернулся и направился куда-то в сторону, всем своим видом намекая, что раз я согрелась и выспалась, то могу и своими ножками за ним побегать. — А джедаи и республиканские силы тебя бы не нашли.

— Это ещё почему?! — Возмущенно уточнила я, потопав следом.

— Они высадились в той стороне, — махнул рукой он в ту сторону, откуда, видать, появился. — Меня они бы не обошли, ты оставалась в безопасном секторе.

— ЧСВ у тебя… — Пробурчала я вполголоса — бесить его мне не хотелось, к тому же все-таки он меня спас… Гривус смешливо фыркнул, скосив на меня свой желтый глаз. — А куда мы идем-то?

— Тут город неподалеку, как я выяснил. Я раздобуду межпланетный передатчик и запрошу помощь. И нас заберут.

— А я буду сидеть и не рыпаться?

— Примерно так.

— Примерно? — Это слово мне однозначно не понравилось. Гривус снова фыркнул, теперь уже с издевательской интонацией, и закашлялся, привычно постучав себя костяшками по грудной панели. — Так, можно поподробнее, почему именно «примерно»?

— Хорошо. Подробнее — так подробнее, — не стал спорить генерал. — Ты — ценный груз. Даже не так — уникальный груз! Но при этом я не могу засунуть тебя, скажем, в канализационную шахту и отправиться по делам.

— Совесть заест? — Ехидно уточнила я.

— Нет, просто ты долго в шахте не высидишь, начнешь дергаться, шевелиться. Так что тебя мгновенно засекут и сдадут республиканцам.

— Ну ты и сволочь!

Гривус не стал спорить с этим утверждением — наоборот, слегка приосанился, словно я его похвалила. Наверное, с его точки зрения так и было. Пару минут мы шли молча, потом я снова вцепилась в его руку, заставляя дроида подстроиться под мой шаг. Он опять «выдохнул» пару струек пара из-за «ушек» (интересно, что это за система там?) и слегка сбавил обороты, чтобы мне было удобно идти с ним рядом.

— А где ты передатчик будешь брать?

— В любом городе должен быть склад различных запчастей — для дроидов, прочей механики, челноков, кораблей… Возьму нужные детали и соберу сам.

— А у тебя есть деньги? — Заинтересовалась я.

— Ага, универсальная валюта! — Фыркнул Гривус и щелкнул свободной рукой по висящему на поясе световому мечу.

— У тебя явственно прорезаются криминальные наклонности… — Задумчиво отметила я. Генерал фыркнул.

Примерно через час деревья начали редеть, а впереди замаячили серые стены города. Интересно, что у нас из всего этого выйдет?

Глава 19

— Подожди тут! — Требовательно произнес Гривус, когда до города оставалось меньше километра по моим ощущениям, и ловко вскарабкался на ближайшее дерево. Я пожала плечами. Подождать так подождать, мне не сложно! — Ага…

Я задрала голову, рассматривая устроившегося на ветке генерала. Сейчас он напоминал здоровенного ягуара, сидящего в засаде. Не хватало только бьющего по бедрам хвоста. Я мысленно расхихикалась, представив своего зловещего покровителя в ободке с кошачьими ушками. А что, глазки подходящие!

— Что видно? — Спросила я у калиша, щурясь — в глаза летела древесная труха, обдираемая когтями Гривуса.

— Ничего хорошего — город под оккупацией, на воротах отряд клонов, да и на космодроме даже отсюда видно несколько республиканских кораблей! — поморщился под маской генерал и так же проворно, как и залез, спустился на землю. — Эх, будь ты обычным грузом — прикопал бы под ближайшими корнями и пошел бы за транслятором один, а за тобой потом вернулся бы.

— Ну прости, прикопать не выйдет точно, иначе после этого я откажусь функционировать! — Пожала плечами я.

Стало немного обидно, я начала чувствовать себя чемоданом без ручки — тащить неудобно, а бросить жалко. Гривус прошелся мимо меня туда-сюда, обдумывая положение. Я вздохнула:

— Так, получается вот что, если я права — официально в город нам нельзя, потому что ты очень узнаваемый, а на воротах… Эээ… Таможня. Неофициально ты бы мог пробраться сам, но я мешаю, потому что слабая, объемная и живая. Бросить ты меня не можешь — потому что пока тебя нет рядом, меня могут снова найти джедаи, и тогда вся спасательная операция насмарку. Я все верно разложила по пунктам?

— Верно… — Гривус опять прошелся мимо меня, свистнув краями плаща. Я присела на выступающий из земли корень. — Можно было бы рискнуть и прорубиться сквозь строй клонов, но тогда счет пойдет на секунды, да и драться с тобой в одном из манипуляторов будет неудобно.

Я почесала нос. Вспомнился один рассказ, который я читала, когда безумно увлекалась игровой серией «Assassin’s Creed»*.

— Может, ты пройдешь в город… Неофициально, а я — спокойненько через ворота. Вряд ли они знают меня в лицо.

— Ага, из леса выходит одинокая симпатичная девушка без корабля, оружия и в лабораторном халате — ни разу не подозрительно, никто ни о чем не догадается! — Язвительно отрезал Гривус. Нервничает. Не может выполнить свою задачу и оттого сердится.

— А может, я сдамся?

— Чего?! — Опешил генерал, озадаченно захлопав желтыми глазами. — Захотелось обратно в камеру?

— Нет! — Я поморщилась. — Но это точно выиграет тебе время. Пока будут искать для меня транспорт, пока приедут джедаи — а без них меня никуда не повезут — ты успеешь найти передатчик, дать знать сепаратистам, где мы, а потом отобьешь меня. И будем ждать помощи.

Гривус сердито фыркнул:

— Идиотский план! Глупее ничего не слышал! — Отрезал Гривус.

— А у нас есть выбор?

— Тогда уж проще оставить тебя в лесу и надеяться, что джедаи пройдут мимо! Нарочно идти в плен — это бред.

— Если меня поймают не по плану, то тебе придется попрыгать, прежде чем ты найдешь меня. К тому же… Хочешь спрятаться — встань под фонарем!

Генерал возмущенно фыркнул.

***

Я выскочила из кустов, как чертик из табакерки, и бросилась на шею ближайшему клону, разревевшись. Завопила во весь голос:

— Наконец-то! Наконец-то я нашла вас!

Мужик опешил, даже, кажется, про бластер забыл. Ему на помощь поспешили приятели и принялись отдирать меня от выбранного мною солдата. Я сопротивлялась, цепляясь за шею бедняге и рыдала во весь голос. Минут через пять меня отцепили и, усадив в небольшом караульном помещении, дали воды, успокаивая всеми силами. Я жадно выхлебала предложенную жидкость и затихла, перестав всхлипывать и рыдать, только слегка вздрагивала.

— Кто ты? — Наконец спросил обреванный мною клон, предварительно сообщив о том, что они подобрали какую-то девушку, джедаям и получив приказ следить за мной, никуда не пуская.

— Я… — Я опять принялась всхлипывать и вытирать набегающие слезы. — Я… Меня поймали… Гривус… Он меня как заложницу… Использовал! Чтобы… Чтобы джедаи не нападали… Пока он отступает… Прижал… К шее меч…

— Ты сбежала от генерала Гривуса? — Ошарашенно спросил один из клонов — меня охраняли двое, остальные вернулись на свои посты, бдительно следя за подступами к городу. Я потрясла головой.

— Он решил… Что я ему не нужна… Я заплакала и он решил… Что от меня… Даже свой клинок ему… Марать не охота… А потом я… Я долго блуждала по лесу… — Я снова зашмыгала носом — голова от такого длительного рева уже болела, но на что только ни пойдешь ради конспирации.

Клоны задумчиво переглянулись. Я насморочно хрюкнула и спрятала лицо в ладонях, сквозь пальцы незаметно посматривая на часы. Гривус обещал управиться за час, из которого тридцать минут уже прошло — успокаивать истеричку всегда сложно, а я умело могла изобразить неуправляемую женскую истерику, перед которой руки опускаются совершенно у всех мужчин, даже если они клоны.

Если этот гад не успеет — точно изобрету бактерию… Чтобы хотелось, но не моглось!

Глава 20

— И что это было?

— Я немного увлеклась… — Я виновато поковыряла носочком кроссовки землю, старательно рассматривая грунт. — Вошла в роль, так сказать…

— Ты сама по себе, без всяких вирусов, оружие массового поражения… — Буркнул генерал, ссаживая меня на землю глубоко в лесу. — Это как же надо было клонов довести, чтобы они сами разбежались при моем появлении, и вслед давали не прицельный залп, а выстрелы в воздух?

— Просто рассказала о тяжелой женской доле.

— Мне вообще давно интересно, как ты умудряешься… Выкидывать это все? — Гривус помахал в воздухе лапой.

— У тебя все равно не получится, даже если я объясню! — Фыркнула я.

— Почему?

— Ты не девушка! — Со стопроцентной убежденностью отрезала я. — Эта техника доступна только девушкам. Во-первых, ни один мужчина подсознательно не ожидает подвоха со стороны женщины. Во-вторых, так же подсознательно каждый мужчина пытается показать себя с лучшей стороны перед девушкой и пытается ее защитить. Ну и в-третьих, девушки никогда не врут — они говорят правду, актуальную для них в данный момент. Мужчины так не умеют.

Гривус потряс головой и сел прямо на землю, поводя аудиорецепторами. Я подумала пару минут, ковыряя носком кроссовки чернозем, и спросила:

— Но у тебя все получилось? Ты просто опоздал.

— Не опоздал, а задержался. Пришлось поискать склад техники.

— Признай, мой план был хорош! — Поддела его я.

— Повезло, что джедаев там не было, — огрызнулся Гривус. — Если бы там был хотя бы один джедай — тебя бы тут же опознали, как беглую сепаратистку, и утащили туда, где и я тебя не спас бы!

— Слушай, что ты такой злой, словно тебя какая-то жужелица-металлоед укусила?

— Я… С чего ты взяла?

— Да просто так, очень уж симптомы похожи…

— Просто… Просто почему ты не сказала? — С какой-то совершенно детской обидой спросил Гривус. — Я был уверен, что… Ай, кгхор, не важно!

— Про что не сказала? — Не поняла я.

— Про то, что у тебя Дар! — Махнул когтистой лапой Гривус, разглядывая кору ближайшего дерева.

— Дар? — Переспросила я, покопавшись в памяти Элл и убедившись, что она не знает, что именно Гривус имеет в виду. — Ты о чем?

Гривус смешался, явно нахмурившись под маской и повернув, наконец, морду ко мне.

— Так ты сама не знаешь?

— Да о чем не знаю?!

Вместо ответа Гривус протянул мне голограф с небольшим изображением. Я была нарисована на плакате анфас («Как и положено преступнице!» — горько подумала я) с подписью: «Сепаратист. Разыскивается за помощь врагам Республики и использование темной энергии».

— Около космопорта их с десяток развешан.

— Темная энергия? Что за бред?! — Потрясла головой я, изучив плакат. — Меня что, только что в ситхи записали?

— Нет, не в ситхи, а в… — Гривус вздохнул, явно не в состоянии толком подобрать слова. — У тебя Дар! Джедайская погань считает всех, у кого прорезался Дар, принадлежащими некой… Эээ… Темной энергии, противопоставленной их ордену. Это не Сила в прямом смысле слова — это… Некая ярко выраженная предрасположенность. Я сам мало что знаю — граф Дуку однажды на тренировке обмолвился, что жаль, Одаренные нынче скрываются, официально, мол, их уже лет триста не рождалось, а сколько на самом деле сейчас их живёт в Галактике, никто не знает.

Я поскребла в затылке.

— А как раньше выявляли Одаренных?

Гривус пошевелил наплечником, мол, а я почем знаю? — и мрачно фыркнул:

— Граф Дуку хотел тебя видеть, когда мы вернёмся. Скорее всего, он тебе и расскажет.

Я опять пнула какой-то камешек, мысленно плюнула и аккуратно влезла Гривусу на колени, втершись между его лапой и грудиной. Он вздохнул и аккуратно обернул меня своим плащом, заключив в надежную, уютную клетку из своих металлических рук. Сидим, ждем…

Часть 21

Отдыхать нам удалось чуть меньше часа. Потом Гривус резко открыл глаза — до этого он сидел, словно задремав — и повернул голову куда-то в сторону, прислушиваясь к чему-то, мне недоступному.

— Идут, — словно сплюнул он. Я вздрогнула — слышать эти слова оказалось очень страшно.

— Они чувствуют нас? — Слегка дрожащим голосом спросила я, и сама почувствовала отвращение к неприкрытому страху внутри себя.

— Тебя, — подумав несколько секунд, качнул головой генерал. — Они чувствуют тебя.

— И что делать? — Я начала тихо паниковать.

Гривус отвечать не стал — просто поднялся, сграбастав меня за шкирку, и ловко полез на дерево. Я предпочла зажмуриться и не смотреть вниз — Элл панически боялась высоты и сейчас уже была готова завизжать и забиться в истерике.

— Тебе — ждать и не рыпаться.

Гривус устроил меня на ветке дерева и неожиданно еле ощутимо коснулся страшными когтями моих волос. Я настолько удивилась, что на пару секунд даже забыла, что надо бояться. Он улыбнулся мне одними глазами, да так, что показалось — вот-вот мурлыкнет басом. И, ловко спрыгнув вниз и активировав свои мечи, быстрыми шагами направился в сторону приближающейся угрозы. Я прикусила губу и мысленно пожелала ему удачи.

Ждать пришлось еще около получаса.

Деревья закачались — спускавшийся кораблик гудел двигателями. Судя по дроидам внутри - наш, сепаратистский. Челнок не садился — кружился в воздухе, так как внизу явно была уйма клонов. Сбросили капсулу с упакованными дроидами. Мне очень хотелось зажмуриться, но я смотрела во все глаза - сидеть и не видеть, что происходит вокруг, казалось еще страшнее.

Из зарослей выскочили поочередно: мой генерал, Кеноби, три клона, шесть дроидов. Гривус явно ушел в оборону — мечи крутились в лапах, закрывая непробиваемыми щитами владельца, но он не атаковал, только отступал, задерживая Оби-Вана. Клоны сцепились с жестянками.

— Никогда не видел, чтобы ты защищал кого-то, кроме себя! — Крикнул Кеноби, мельком глянув вверх и явно заметив меня на верхушке дерева.

— Так посмотри! — Гривус ловко перекинулся на шесть конечностей и рванул вверх по дереву, словно кошка от собаки. Кеноби ловко прыгнул следом, но в двух лапах у генерала оставались мечи, и он спарировал атаку и оттолкнул Кеноби, заставив его снова оказаться на земле.

Гривус вскарабкался на самую верхушку, сгреб меня за шкирку и выпустил из запястья трос с кошкой на конце, которая впилась в борт кораблика сепаратистов. Я наконец позволила себе зажмуриться — с открытыми глазами висеть на плече у киборга, пока мы оба болтаемся между небом и землей, было выше моих сил.

***

— Мисс Дэй, вы с каждым днем умудряетесь преподносить все новые и новые сюрпризы! — Граф, впервые прибывший на флагман Гривуса, слегка склонил голову. — Вы Одаренный биолог, — он не спрашивал, он констатировал факт.

Генерал на заднем плане сердито фыркнул — он терся рядом, делая вид, что руководит полетом корабля, но на деле грел аудиорецепторы и надеялся на похвалу за удачно провернутую миссию спасения.

— Сэр, если вы объясните мне значение термина «дар», я буду очень благодарна! — учтиво отозвалась я.

— О, это очень просто! — Дуку аккуратно подхватил меня под локоть, вызвав негромкое рычание калиша. — Дело в том, что Сила проявляется во всех формах жизни по-разному… Некоторые становятся чувствительны к ней, а другие — просто получают от нее… Дар. Дело в том, что в период полового созревания мозг получивших Дар развивается особенно бурно. И если обычный человек задействует свой мозг всего на пятнадцать-двадцать процентов, у Одаренного при активации области, в которой он одарен, мозг начинает работать почти на сто процентов. Самое интересное, что около тринадцати процентов всех разумных имеют Дары. Но джедаи объявили Дар проявлением Темной энергии, и теперь Одаренные либо скрываются, либо просто не знают, что они одарены. И знаете, что самое интересное?

— Что? — Мне ужасно хотелось моргнуть или отвести глаза — темные провалы глаз старика гипнотизировали и сводили с ума. Вот как только у Гривуса с его нечеловеческим взглядом получалось выражать теплоту и насмешку одними зрачками, а у этой ледяной статуи с вполне обычными чертами лица — нагонять такую жуть?!

— Что официально Одаренных не встречалось уже более трехсот лет, — тихо выдохнул граф. — Я бы очень хотел узнать про вас побольше - вы меня интригуете…

— Эээ, сэр, обещаю, я проведу все необходимые исследования! — Я, не удержавшись, отступила на пару шагов назад и взглянула с молчаливой мольбой о помощи на Гривуса. Тот ответил мне взглядом, в котором смешалась теплая насмешка, обещание защиты и плохо сдерживаемая злость, направленная на графа. — И пришлю вам все результаты!

— Вот как… — Граф пронзительно посмотрел на Гривуса и на меня, явно заметив наше быстрое переглядывание. — Вот как вышло… Что ж… Я с нетерпением буду ждать результатов исследования.

Дуку неожиданно стиснул мой локоть так, что я заскулила от боли, и тихо, но ясно произнес мне прямо на ухо:

— А вы неплохо устроились — талант к общению, дар к биологии… Так не бывает. Дар отнимает. Обычно отнимает навык говорить. Раньше я этого не замечал — голограммы не передают весь спектр восприятия, но Темную сторону Силы вам обмануть не удастся. Наслаждайтесь вторым шансом.

Я почувствовала, как мгновенно взмокла спина, сглотнула и уставилась на ситха, словно кролик на удава. Он знает… Знает, что Элл-Джей мертва, что в ее теле обитает другая сущность! Неужели… С подобным уже сталкивались?!

— Не увлекайтесь, мисс Дэй, и все будет хорошо, ясно?

— Я… Я поняла, граф… — Прошептала я, чувствуя, как мышцы сводит от ужаса. Дуку довольно кивнул.

— Генерал!

— Да, милорд? — Гривус тут же подошел поближе к нам и склонился, приложив руку к груди.

— Вы заслужили мою благодарность, — генерал опустил голову еще ниже, благодаря за комплимент. Дуку еще раз кивнул и удалился с мостика.

Я пошатнулась и почувствовала, что сейчас упаду от пережитого ужаса, но когтистые манипуляторы аккуратно придержали меня за плечо и талию. Я перевела взгляд на Гривуса. Каким же простым и надежным в этот миг показался он! Просто калиш, просто мужчина, которого умудрились довести до такого состояния, что он готов цепляться за любого, кто приласкает… Никаких политических интриг, никакого лицемерия — он честно говорит, что ненавидит джедаев, честно говорит, что ему плевать на сепаратистов, плевать на все — ему хочется мести. Насколько я помню, в оригинале именно это его и погубило…

Часть 22

Я толком не заметила, как Гривус проводил графа с корабля — все мысли были заняты только тем, что, оказывается, мой секрет — больше не секрет… Ой, что будет…

Я осторожно уползла с мостика в свою лабораторию. Элл, трясясь от ужаса, вцепилась в первую попавшуюся пробирку. Возня с реактивами нас всегда успокаивала. Пока моя «научная половинка» тестировала законченную сыворотку для нашего калиша, я напряжённо думала. Мысли были по большей части безрадостные.

Значит, в этом мире переселение душ известно и считается возможным. Интересно, тут другие попаданцы успели отметиться или просто бывает так, что разум переходит в другое тело? Если попаданцы — то совсем безрадостно. Я нервно хихикнула, представив, что Кеноби, с которым буквально пару часов назад бодался Гривус, тоже попаданец. Нет, определенно, надо на Земле распространить Азбуку Попаданцев. Проработать систему сигналов, паролей уровня «вопрос-ответ», чтобы, если оказываешься где-то, незаметно тестировать всех вокруг на попаданчество.

Тьфу! Что за ерунда лезет в голову?! Сосредоточься! Если тут имеет место переход интеллекта в рамках одной вселенной — то все не так уж и плохо. Да, я не знаю, как тут относятся к переселенцам. Но граф Дуку ясно дал понять — если я буду вести себя тихо, он мне ничего не сделает. Другое дело, если кто-то узнает, что я имею представление о том, о чем не осведомлен даже сам генерал Гривус!

— Граф умеет запугивать, — на мои плечи неожиданно легли когтистые лапы, а сам генерал наклонился и еле ощутимо коснулся кончиком маски моего затылка, сдавленно закашлявшись — бактерия всё-таки ещё донимала его лёгкие. Тьфу, не буди Лихо, пока оно тихо — только помянула, а он тут же нарисовался!

— Я уже поняла… — Я растерла ладони, пытаясь изгнать дрожь из кончиков пальцев. Манипуляторы генерала осторожно сместились чуть ниже, устроившись на моей талии. Против воли я покраснела и поспешила вернуть разговор в конструктивное русло. — Лекарство для вас уже готово.

— Я вам не доверю делать мне инъекцию, мисс Дэй — у вас руки дрожат.

— Простите? — Надулась я и тут же нарвалась на издевательский смешок генерала. Когтистые манипуляторы скользнули по талии к моему животу, прижимая мою спину к теплому металлу грудной клетки Гривуса, и мягко замерли чуть ниже пупка. — Генерал, сэр…

— Кажется, ты забыла мое имя… — Нижний край маски царапнул мое плечо, а горячий воздух из дыхательных прорезей опалил ухо. — Мы же вроде уже перешли на «ты»…

— А ты двинулся в наступление? — Фыркнула я, стараясь сдержать мурашки, пробежавшие по спине.

— Я же военачальник, я не привык долгое время обороняться, — хмыкнул калишец, мгновенно поняв и поддержав словесную игру.

— А разве между нами военный конфликт? — Нарочито удивилась я.

— Ну, допустим, сначала был мир, однако войну мне объявила ты, — мигом открестился Гривус.

— Свалил на меня вину и счастлив, да? — Притворно обиделась я.

— Ну хорошо, ты лишь спровоцировала, а уж бой объявил я…

— И что, долго будем воевать?

— До полной победы с моей стороны, — уверенно заявил Гривус.

— Я читала, что калиши полигамны, — усмехнулась я, слегка откинув голову и приоткрывая шею, поддразнивая «военачальника». — Сколько жен было у тебя?

— Десять, — неожиданно мрачно отозвался Гривус. Когти дрогнули, слегка кольнув мои бока. Я, поняв, что спросила что-то не то, положила ладонь на обнимающий меня манипулятор, и генерал слегка заурчал в ответ, снова расслабившись. Я не удержалась от подколки:

— Что, и все десять были тобой довольны?

— Тридцать сыновей и дочерей, — фыркнул Гривус, а потом прикрыл глаза и вдруг добавил. — Четыре моих женщины погибли во времена войны на Кали, а одну убили у меня на глазах, чтобы убедить работать на сепаратистов… Когда мне ненадолго позволили посетить мой клан, ни одна из них не желала даже смотреть на меня, их пугало мое новое тело. Если бы я потребовал, они легли бы со мной в кровать, но я не хотел их заставлять…

Я обернулась и, подняв ладонь вверх, мягко положила ее на маску генерала. Он прикрыл глаза, позволив мне поглаживать ладонью его маску и тихо-тихо вздохнул. Ну, а в моей неуёмной голове крутилась только одна мысль: «Вот блин, теперь я косплею Иккинга, только мой Беззубик — злобный инопланетянин с шестью конечностями…».

Глава 23

Генерала загнать на лабораторный стол мне не удалось. Он, ехидно щурясь, твердо заявил, перемежая слова кашлем, что доверяет только своему личному механику и согласится на инъекцию моего препарата лишь у себя на базе — там, если что, его всегда успеют откачать, если что-то пойдет не так.

Я демонстративно обиделась на такое недоверие к моим способностям и вытурила обнаглевшего механического самца (этот гад решил, что если я не против, то можно сразу переходить к празднику на стенах захваченной крепости, пропустив, собственно, штурм) из своих владений.

Честно говоря, было довольно забавно видеть недоумение в золотистых глазах и всей позе генерала. Мол, женщины — величайшая загадка вселенной! Сама же сказала, что влюблена, но стоило ему проявить инициативу, как я тут же выставила его вон! С ума сошла женщина… А я заперлась над пробирками, разрабатывая способ сделать бактерию опасной для самих республиканцев: я серьезно обиделась на объявление меня в розыск.

Дней пять я не вылезала из лаборатории, не обращая внимания ни на что, происходящее снаружи. Гривус топотал под дверью с четкой периодичностью четыре раза в день и дважды ночью, делая вид, что просто занимается своими делами. Впрочем, судя по всему, действительно занимался — один раз флагман поучаствовал в звездном сражении — опять сильно трясло и дроиды носились по коридорам, а сам генерал не ходил, а галопировал.

После сражения он, расхаживая под дверью лаборатории с голофоном, в полный голос хвастался, что уничтожил четыре республиканских корабля и лично победил парочку джедаев и судя по звукам, демонстрировал новые световые мечи в своей коллекции. Граф Дуку, которому Гривус, очевидно, и хвастался, уточнил, что с моими разработками. Гривус честно признался, что я… Работаю, и на этот раз Дуку ему попенял, что он не контролирует мою работу.

Когда беседа с графом была закончена, я не выдержала и открыла дверь.

— Ты напрашиваешься на общение?

— Да, — усмехнулся Гривус, мигом счастливо сощурив глаза.

— И на механофилию? — Уточнила я.

— Возможно! — Прищур стал сильнее.

— Починился бы сначала! — Фыркнула я, проводя пальцем по охотно подставленной маске и демонстрируя генералу копоть. — Ты весь грязный и искришь.

— Хорошо, что ты напомнила! Я сейчас направляюсь к себе на базу, хотел пригласить тебя с собой.

— Бросаешь корабль, генерал? — Усмехнулась я.

— Нет, просто временно отступаю — пусть джедаи побегают, поищут меня, а я отдохну, — Гривус поддержал шутку, заперхав — кашель смешался со смехом.

— Ага, не беги от снайпера — умрешь уставшим, — фыркнула я и вернулась в лабораторию. Генерал вошел следом, с интересом крутя головой. — Предопределяя вопрос — я хочу сделать биологическое оружие против клонов. Превратить щит в меч.

Гривус поежился и промолчал, кивнув. А потом вдруг хищно спросил:

— А ты можешь сделать бактерию, которая уничтожит джедаев?

— Ну… — Я задумалась. Вроде бы там, в Каноне, что-то уточнялось про мидихлорианы, наличием которых джедаи и отличались от прочих жителей вселенной. — Вообще, наверное, могу. Но мне нужен образец крови джедая.

— Фффф, легко! — Хрюкнул Гривус. — Доставлю отрезанную голову, этого хватит?

Меня передернуло.

— Да, вполне. Почему ты их так не любишь?

— Они ханжи, — четко отрезал Гривус. — Я — трус, который только и может, что убегать, они — благородно отступают. Я — злодей и убийца, они — милосердны до тошноты. И так далее.

— Тоже мне, повод для ненависти! — Фыркнула я, скрещивая руки на груди. — А мне парень изменил, потому что я несовершеннолетняя и он не мог со мной переспать — что мне, всех парней ненавидеть?

Гривус сгорбился, словно побитая собака, и злобно зыркнул на меня.

— Ты не поймёшь.

— Ты не объясняешь.

— И не собираюсь, — рыкнул он. — Так ты отправишься со мной на мою базу или останешься тут?!

Я вздохнула.

— Три вещи остановить нельзя — песчаную бурю, метеоритный дождь и генерала Гривуса.

Калиш гордо кашлянул, польщенный столь высокой оценкой, и даже предложил мне руку, чтобы проводить меня к челноку. Приятно, черт возьми! Ну что ж… Летим в гости!

Часть 24

В гостях мне понравилось. Встреча оказалась чрезвычайно теплой — стоило мне войти в логово Гривуса, как сразу же четыре магна-стража взяли меня в кольцо. Мне в лицо уткнулись потрескивающие сухими разрядами электро-посохи. Я с визгом полезла прятаться под плащ генерала, вызвав у того неконтролируемый приступ сухого смеха. Он, вдоволь нафыркавшись над перетрухнувшим биологом, важно приказал роботам:

— Она со мной! Не обижать, при необходимости защищать и помогать. Ясно?

— Да, хозяин! — Механическими голосами дружно отозвались стражи и убрали оружие. Меня вытряхнули из-под уютной, теплой тряпки и с язвительным: «Дамы вперед!» подтолкнули к исследованию помещения.

— Ну нет! — Я увернулась от подталкивающей меня руки и снова попыталась забраться под плащ мужчины. — Знаешь, откуда взялось правило пропускать дам вперед?

— И откуда же? — Заинтересовался калиш, элегантно не давая мне забиться «в норку».

— Оно пошло с тех древних пор, когда люди еще жили в пещерах! Дам пропускали вперед, и если в пещере был саблезубый тигр, он нападал на более слабого, а сильный мужчина успевал его прикончить, пока зверь харчил галантно пропущенную вперед женщину!

Гривус гулко расхохотался и, наконец, сам двинулся с места. Я потрусила следом, с жадным интересом вертя головой. Он остановился в довольно уютной комнатке с парой кресел и голофоном. Видимо, граф Дуку иногда наведывался в это логово, и Гривусу пришлось позаботиться о месте для гостя.

— Где твоя разработка?

— Держи, — я протянула генералу ампулу с получившимся лекарством.

— Побудь тут, ладно?

— Эй, а у тебя тут саблезубых тигров случаем не водится?! Нет, нет и нет! Гостей неприлично оставлять в одиночестве!

Гривус ловко поймал меня за плечо и повернул к себе лицом, не позволив снова нырнуть к нему под плащ. Золотые глаза удивительно ласково сощурились.

— Мне будут менять некоторые детали, а не только введут сыворотку.

— Ну и что? — Все еще сердито, но уже поспокойнее отозвалась я — у калишей точно в роду были змеи. Иначе как еще он одним взглядом умудрялся гипнотизировать меня до такой степени, что я практически растворялась в своем альтер-эго и из уравновешенной, взрослой женщины превращалась в глупую девчонку?

— Просто не хочу, чтобы ты смотрела на меня без маски. Жалкое зрелище, — медленно произнес генерал.

— В моих глазах жалким ты выглядеть не будешь, даже если тебя полностью разберут… — Я опустила глаза вниз, принявшись рассматривать носки своих легких тапочек.

Как же глупо… Я хотела, чтобы он стал моим покровителем и защитником — и сама в него влюбилась. Я была достаточно по-житейски умной женщиной, чтобы понять, откуда у меня это странное желание жаться к нему, говорить глупые комплименты и просто как можно больше быть рядом.

— Что, это просто резкие изменения гормонального фона? — Чуть более хриплым голосом, чем обычно, спросил Гривус.

— Очень резкие, — тихо отозвалась я.

— Не пожалей потом о своем выборе, — неожиданно резко буркнул он, отшатнувшись в сторону и горделиво вскинув голову, и процокал мимо меня. — Жди тут.

— Если вы, генерал, пытаетесь таким образом защитить меня, — бросила ему в спину я. — То вот вам новость — ваше благородство несколько запоздало.

Калиш обернулся и неожиданно его грудная пластина завибрировала, а из вокодера вырвалось низкое, уютное урчание, словно он был огромным котом. Я расплылась в дурацкой улыбке, прислушиваясь к этому басовитому звуку.

— Тогда наилучшим решением будет провести пару небольших модификаций моего экзоскелета, — неожиданно сказал он. Я от неожиданно брякнула:

— Будешь приделывать?

— Изначальной конструкцией это не было предусмотрено, но раз ты так настаиваешь… Думаю, удастся встроить, — с хитрой усмешкой в глазах отозвался калиш и, оставив меня озадаченно моргать, удалился.

Глава 25

Было довольно тихо, и я быстро заскучала. Жаль, что не прихватила с собой какую-нибудь книжку или хотя бы планшет для расчетов. Кто ж знал, что мой «гостеприимный» хозяин бросит меня скучать в одиночестве… Я зевнула, раз, другой… «Поспи!» — посоветовало мое альтер-эго, и я послушалась этого совета. Кресло было уютное и мягкое, так что в сон я провалилась легко и быстро.

— Как я тебе? — Гривус нарисовался совершенно бесшумно и без привычного кашля. Экзоскелет был новый и даже вроде отполированный. Судя по взгляду, быстро брошенному на голограф, где был таймер, я проспала около трёх часов. Сонно протирая глаза, осмотрела его с ног до головы.

— Эмм… Блестяще?

Генерал фыркнул, оценив мою шутку. Я подошла поближе и пощупала теплый металл.

— Лёгкие болят?

— Нет. Твое средство помогло. Спасибо.

— Я рада, что оказалась полезна.

Почему-то мне стало неловко. Не знаю, может, из-за того, что заснула и теперь наверняка лохматая и с отпечатком ладони на щеке, а может, из-за его нового роскошного вида…

— Кстати, у меня несколько новых апгрейдов, — ухмыльнулся Гривус. Я приподняла брови и растянула губы в понимающей улыбке. — Вообще-то, я имел в виду дополнительный канал связи… А ты о чем подумала?

Я не стала отвечать. И так было понятно, что он издевается.

— Гривус, скажи… — Я задумчиво погоняла пальцем по креслу клочок какого-то пуха. — Как ты относишься ко мне?

Он прищурился.

— Ненавижу этот вопрос!

— Да я серьезно! — Надулась и я в ответ. — Может, я тебе как младшая сестра? Или хороший друг?

— Элл, ты глупенькая или как? — Устало вздохнул Гривус. — Вроде сначала умной показалась…

Я улыбнулась.

— Спасибо за ответ.

— Что?

Закончить фразу генерал не успел — я подпрыгнула, повисла у него на шее и быстро чмокнула его точно в середину маски. Калиш фыркнул и слегка придержал меня за талию и то, что ниже.

— Слушай… — Я похлопала по диванной подушке, но он подобрал конечности и сел напротив на пол. — Я хочу кое-что с тобой обсудить.

— Надеюсь, не имена совместных детей.

— Имена я уже сама придумала! — Отмахнулась я. — Я хочу сказать, что… Знаешь, если информация всплывет в самый ненужный момент — она испортит жизнь всем вокруг…

Гривус насторожился. Я подползла поближе к нему, но калиш напряжённо отодвинулся. Я вздохнула и села на пол перед генералом. Уткнулись лбом ему в грудную клетку. Он мягко заключил меня в клетку из своих металлических конечностей.

— Что ты чувствуешь?

— Ну, кроме желания стать ксенофилом?

— Да, кроме этого!

— Не знаю… — Повел плечом калиш. — А что я должен чувствовать?

Я вздохнула.

— У тебя же есть немного Силы. Ты должен ощущать. Я… Чужая.

Гривус наклонил голову, прислушиваясь к чему-то внутри себя.

— Чужая? — Ровно спросил он. — Двойная — да. Но чужая — нет. Ты спокойная.

Я почувствовала, что с души свалился камень размером этак с половину планеты. Теперь даже если Дуку в самой неудобной для меня форме поставит генерала в известность о том, что я — попаданка, то его это не удивит и не заставит меня ненавидеть. Ай да я, ай да умница!

— Ты прав, — поспешила кивнуть я. — Раньше нас была одна, но недавно…

— Я знал тебя-одну? — Перебил он мою несколько бессвязную речь. Я помотала головой:

— Нас стало двое за день до прибытия посла графа Дуку. Одна — знает биологию и она грустная, а другая — умеет нормально общаться с окружающими, не рефлексируя часами.

— Хорошо, — так же спокойно кивнул калиш. — Тогда пусть будет двое.

Я тихонько перевела дух и игриво пощекотала у него за ухом. Он прижмурился и негромко мурлыкнул.

— На диване или на полу? — Хитренько спросила я.

Глава 26

Я сидела на диване, завернувшись в плащ Гривуса, и сверлила его сгорбленную спину сердитым взглядом. Я, конечно, все понимаю, работа, война ждать не будет, он генерал, лицо подотчетное, ответственное, все дела, все такое… Но знаете, срываться с уже раздетой девушки, которая готова на все и в любых позах прямо сейчас, только потому, что зазвенел голофон… Это свинство!

Гривус, закончив беседу с графом Дуку, обернулся ко мне.

— Ты обиделась?

— Ты свинья, — ляпнула я то, что думала, и прикусила язык. Надулась как хомячок и отвернулась.

— Ты обиделась, — констатировал факт генерал и мягко скользнул ко мне.

— Сначала звук звонка на голофоне отключи, а потом подкатывай! — Отодвинулась я от него.

— Не могу, сама знаешь…

Элл хотела расплакаться от обиды, но я ей не позволила, вместо этого просто надув губы и сердито уставившись в прорези маски. В желтючих глазах не было ни капли раскаяния! Хотя чего я хочу от дроида? Машина убийства и все такое…

— Ни в коем случае не лети на Утапау! — Неожиданно выпалила Элл моими губами, подглядев мои воспоминания.

— Что? — Ошарашенно переспросил Гривус. — А почему нет? Планета давно присоединилась к союзу сепаратистов и поставляет топливо для пары заводов по производству дроидов…

Я отвернулась.

— Мисс Дэй… — С опасной мягкостью протянул генерал.

— Да-да, генерал? — Фальшиво пропищала я и сама почувствовала омерзение к этому искусственному тонкому голоску, вырвавшемуся из моего горла.

— Почему мне нельзя лететь на Утапау?

— Да я… Я просто так…

Дюраниевые когти сомкнулись на моем горле. Я даже не успела заметить, как он оказался рядом со мной. Было не больно, но я все равно пискнула — от ужаса.

— Почему я не должен лететь на Утапау, мисс Дэй?

Я зажмурилась.

— Потому что ты там умрешь! — Выпалила моя безрассудная половина. Когти еле ощутимо кольнули мою кожу.

— Что?

— Это видела моя вторая половина! — Заговорил, наконец, мозг, поняв, что пора спасать положение. — Я не знаю, почему так вышло, но когда меня ударило током и я разделилась на две части, одна из них видела что-то… Странное! Она видела предстоящие события. Видела, как союз сепаратистов падет, видела, как на месте республики появится Империя и видела, как ты умрешь! Я думала, это просто какая-то чушь, но потом встретила тебя! Оби-ван Кеноби…

— Он никогда не победит меня… — Меня аккуратно устроили на диване, все еще придерживая за горло.

— Он разворотит руками твою грудную клетку и выстрелит туда из бластера!

Генерал утробно засмеялся и отпустил мое горло.

— Попробуй руками открыть мою грудь.

Я несмело потрогала края дюраниевых пластин.

— Чтобы погнуть этот металл, недостаточно силы джедая! — Самодовольно пояснил Гривус. — Я был спроектирован, как оружие против этой погани. Мои создатели учли все возможности Силы при изготовлении корпуса.

— А ты когда-нибудь нарушал приказы графа Дуку? — Вдруг спросила я.

— Нет, он же мой военачальник! — Теперь отодвигаться от меня пришла пора самого Гривуса.

— А он отдавал какие-нибудь глупые или неправильные приказы?

— Он лорд-ситх, его приказы, даже если и кажутся иногда… Странными, все равно эффективны. Он же может предвидеть ближайшее будущее, — отодвинулся еще дальше генерал.

— Ну, а бывало, что приказ странный, а…

— Погоди, к чему ты вообще об этом заговорила?! — Не выдержал Гривус.

— Я магистр биологических наук! — Рыкнула в ответ и я. — И я тебе точно могу сказать, как специалист в своем деле! Возбужденный мужчина совершенно точно никогда не поставит звонок от начальства выше своей любовницы! Ты мог бы спокойно не брать трубку, а после сказать, что в это время был на техобслуживании!

«Элл, что ты несешь?!» — ужаснулась я. В ответ прилетела несвязная волна воспоминаний из ее статьи по биологии.

«… И таким образом становится возможным управлять любым живым существом при помощи программирования. Для того, чтобы поведение создания оказывалось полностью предсказуемо и управляемо, для начала проводят томографию головного мозга, выясняют, какие отделы у данного конкретного индивида с учетом видовой принадлежности отвечают за эмоции, а после подчищают, удаляя ненужные нейронные связи. Таким образом из агрессивной собаки можно сделать безобидное создание, а миролюбивую черепаху заставить нападать на существо, превышающее размеры самой черепахи многократно…».

«Спасибо, Элл, я поняла…».

— Ну знаешь! — Калиш явно разозлился. — Вообще-то я разумное существо, у которого, кроме инстинктов, есть еще и мозги!

— Я про то и говорю! Мозги! — Гривус мрачно зыркнул на меня. — Я писала статью на тему программирования живых существ! Вот скажи, ну постарайся припомнить! Тебе поставили твой родной мозг, верно? Тебе что-нибудь в нем изменяли?

— Ну да, ускоряли рефлексы и добавили пару чипов, чтобы проще было управлять телом дроида… — Медленно ответил Гривус и его глаза так сощурились, что превратились в две ледяные щелки. — Дуку не выполнил свое условие и поковырялся у меня в мозгах?!

— Возможно, — уклончиво ответила я. — Скажи, ты всегда ненавидел джедаев?

— Да!

— А когда ты впервые с ними встретился?

— Когда они… — Генерал замер, а потом зарычал, выхватив меч и принялся крошить в щепки все окружающее. Я испуганно пискнула и нырнула за диван. Через пару минут калиш немного успокоился и сухо ответил. — Когда они прилетели остановить меня от завоевания планеты Ям’рии. Но я четко помню, что ненавидел их с рождения. И я понял это только сейчас, когда ты задала этот вопрос.

— Ты закончил махать мечом? — Осторожно спросила я. Он хмыкнул и вытащил меня из-за дивана.

— Однозначно.

— Я могу попробовать помочь с восстановлением нарушенных участков памяти, — робко предложила я.

— Спасибо, — тихо отозвался Гривус.

Глава 27

— Ну что там? Ну?

— Если ты будешь поменьше возиться, результаты будут точнее и быстрее! Да прекратишь ты ерзать или нет?! Сейчас усыплю и буду работать спокойно!

— Ну ты мне скажи, есть пробелы или нет? Есть? Ну!

— Да есть, есть, только лежи спокойно!

— Гррррр!

— Так, я предупреждала!

Фух. Наконец-то он задремал (не без помощи транквилизатора), немного расслабившись и перестав елозить в неком аналоге томографа (Элл подсказала название и даже дала коротенькую инструкцию по работе, предупредив, что сама она не работала, но слышала). Нервный он, как… Как не знаю, кто! Знатно над его сознанием поработали, как он только остатки личности сохранил? Крепкий орешек!

Его дроид мне, ворча и критикуя каждое мое действие, тем не менее помог подключить мозг генерала к аппарату жизнеобеспечения и объяснил, как работать с их усовершенствованной версией «томографа», чтобы замораживать или пробуждать нейроны.

— Так это ты его переписывал? — Догадалась я. — Да, подобные операции нужно выполнять регулярно, нейроны стремятся к самовосстановлению…

Дроид фыркнул:

— Моему хозяину надо было лучше следить за теми операциями, что я над ним провожу, и проверять мой программный код! Меня же сюда Дуку поставил.

— Он тебя переплавит, когда поймет, кому обязан песьей верностью графу и ненавистью к джедаям, — на всякий случай пригрозила я жестянке. Напугать не удалось, он ворчливо ответил:

— Вот не надо! Джедаев он и без меня ненавидел. Ты знаешь, что они помешали ему отомстить за его любимую женщину?

— Если он тебя не переплавит — это сделаю я, — безнадежно поугрожала я медику и тот захрюкал:

— Ну-ну! Кто потом будет чинить генерала? Ты? Не смеши мои шестерни!

Я поджала губы и отключилась, выпихнув вперед Элл. Потому что лично у меня дрожали руки. Ковыряться в мозгах существа, которое нравится, имея риск при одном неточном движении уничтожить личность полностью… Я к этому не готова! И, наверное, никогда не буду. Мне страшно. А вот слабохарактерная, меланхоличная Элл не боялась. Она была уверена в себе и результате. Наверное, впервые я ее уважала. Не жалела, не презирала и не использовала в качестве источника знаний, а завидовала и уважала.

«Эй, Элл, может… Попробуем подружиться?». В ответ пришла волна тепла и осознание того, что ее все устраивает. Ей нравится то, что происходит с ее телом и между нами. «Вот и славно…». Надо же, я смогла подружиться даже с самой собой… Да уж…

— Ну как? — Моргнули золотые глаза в прорезях маски, когда через несколько часов я отстранилась от камеры и, утирая пот со лба, позволила ему проснуться.

— Вроде все удалось… Оби-ван?

— Ммм, все равно хочу убить! — Однако он явно улыбнулся под маской. Я засмеялась и щелкнула его по дюранию.

— Кстати, тебе бы программиста найти, чтобы твой дроид тебе в мозги больше не лез, а то у него программный код.

— Переплавлю! — Беззлобно поугрожал медику Гривус и сгреб меня в охапку, прижав к теплой металлической груди.

А ведь и правда, он изменился. Пропала эта собачья грусть из глаз, вызывающая у меня безотчетную тоску, перестал ощущаться вечный гнев… Он был целым.

— Ну точно, муж да жена — один сатана… — Фыркнул дроид. То есть пословица была не такая, но перевела я ее для себя именно так.

— Кстати, насчет этого… — Гривус, отчаянно зажмурившись, сунул мне в руку один из своих лазерных мечей.

Я несколько секунд недоуменно рассматривала врученное мне оружие, а только потом вспомнила, что по калишским обрядам вручение девушке своего оружия является заявлением о серьезности своих намерений. Я ухмыльнулась и, вытащив из кармана пробирку, впихнула ее в манипулятор киборга. Он хмыкнул, оценив мою находку (невеста должна вручить свое оружие в случае согласия, а оружия у меня не водилось ни в той жизни, ни в этой) и мы обменялись предметами обратно, разобравшись с традициями.

Медик, фыркнув, удалился прочь.

— Кстати, а канцлер Палпатин — Дарт Сидиус… — Задумчиво пробормотала я, задрав лицо к потолку.

— Чего?!

— Но я тебе этого не говорила, тсс, это спойлер!

Глава 28

— Ты уверен, что это хорошая тактика? — Опасливо спросила я, вцепившись в поручни на капитанском мостике. Гривус снисходительно взглянул на меня.

— Я генерал калишской армии с двенадцати лет, детка.

— Врешь! — Сразу догадалась я.

— Ну хорошо, в двенадцать я управлял небольшим отрядом, генералом армии стал… По-моему, в семнадцать, — признался калиш и улыбнулся мне одними глазами. — Маневр 172, маневр 12, огонь на поражение!

Стая дроидов тут же нырнула резко вниз, потом выполнила бочку и открыла огонь по республиканским корабликам, оказавшись в них в тылу.

— Неплохо, а? — Самодовольно ухмыльнулся Гривус, скрестив манипуляторы на груди.

— Однозначно неплохо! — Фыркнула я, стряхивая еле заметную пылинку с новенького, с иголочки, генеральского мундирчика. Это Гривус, отловив обслуживающего дроида, который присматривал за его плащами, дал ему приказ «сшить мне что-нибудь по рангу».

По итогу, я получила красивый костюм, и лабораторные халаты временно отправились на покой — очень уж мне понравилось с надменной миной стоять на мостике рядом с командующим калишем.

— Так, все по нашему плану? — На всякий случай уточнила я, покосившись на плененную джедайку-тогруту. Та ответила мне мрачным взглядом. Вырваться она не могла — была надёжно закована в наручники и прикована к стулу. Захотелось показать ей язык.

— Именно так, — усмехнулся Гривус, царственным жестом отбрасывая в сторону край плаща.

— Ни пуха!

— А?

— Моя вторая часть так всегда говорит. Пожелание такое — ни пуха, ни пера, а отвечать надо: «К черту!».

— Ну… К черту.

— Так морду позлобнее и сгорбись.

— Мне сложновато морду будет сделать… — Он постучал себя когтем по маске.

— Тебя глаза выдают, — прервала я его. — Соберись, давай, ты ненавидишь джедаев, ты их терпеть не можешь, они гады, сволочи, причем все и кучей, они… Ты чего ржешь?!

— П… Прости… — Гривус еще пару раз перхнул от смеха, и, сгорбившись, наконец, настроился.

— Вот! — Одобрила я. — Так хорошо.

— Готовность номер один! — Сообщил дроид-охранник, перед тем, как пискнуть и выйти из строя. Ясно, джедаи уже на подходе к капитанскому мостику…

— Погнали, — кивнула я и отступила на пару шагов назад.

Через несколько секунд в дверь ворвалась парочка незабываемых джедаев — Оби-ван и Энни.

— Оби-ван Кеноби! — Пророкотал самым зловещим голосом Гривус.

Я чувствовала, что ему хочется хихикнуть, но он старательно сдерживается. После кардинальной чистки мозгов он оказался хитрым, умным, и при этом смешливым существом, весьма беззлобным при этом по натуре. Этакий вояка по принуждению, хороший вояка, ответственный, не боящийся смерти и умеющий убивать, но тот, кто скорее бы предпочел побыстрее закончить со скучным кровопролитием и вернуться к семье.

Джедаи впечатлились. Я активировала красный световой меч. Гривус выдал из своих запасников и строго-настрого запретил махать им из стороны в сторону, объяснив, что владение Силой защищает от ненамеренных травм, нанесенных себе же, а идиоты без способностей, пытающиеся фехтовать оружием джедаев регулярно отрубают себе конечности. Так что я просто красиво стояла и щурилась на ворвавшуюся к нам парочку.

— Так ты ситх! — Узнал меня Энни. — Но как?!

— Ты не ощущаешься… — Озадаченно пробормотал Оби-Ван.

Я натужно захохотала. Элл скептически отметила, что я больше похожа на филина. Гривус, не удержавшись, насморочно хрюкнул (видимо, злодейский смех у меня всё-таки получается не очень!) и, спеша исправить свою ошибку, сам активировал пару мечей.

— Вот мы и встретились вновь! — Зловеще выдохнул он.

«Больше пафоса, больше! Что-нибудь в тональности — «О люди, порожденья крокодилов!» — подсказывала мысленно я под сдавленный внутренний смех.

— Генерал Гривус… Вы же понимаете, что мы заберем мастера Шаак-Ти, и вам опять придется отступить?

— С чего бы? — Гривус уже откровенно давился смехом, хотя внешне продолжал выглядеть весьма внушительно. — Ваши клоны отступают, вы окружены, перед вами — самая опасная машина для убийства джедаев и юный ученик лорда-ситха!

— Сколько же у него учеников? — Пробурчал вполголоса Оби-Ван и сказал погромче. — Этим мы отличаемся от вас — мы не сдаемся и не бежим, когда шансы против нас. Сила на нашей стороне!

— Генерал! — С надменным выражением лица щелкнула пальцами я, выключая меч. — Уничтожьте их!

— С радостью, леди Вейдер! — Рыкнул он (прозвище я придумала сама, и да, отстаньте, у меня нет фантазии!) и схлестнулся с Кеноби и Скайуокером. Несколько минут они пофехтовали с переменным успехом, потом калишец поддался и, повалившись на пол, распластался железным ковриком, притворяясь побежденным.

Два световых меча повернулись ко мне. Я усмехнулась. Как все и планировалось! И вытянула руку с мечом в сторону тогруты.

— Я могу прикончить ее быстрее, чем вы скажете «сыр».

— А после мы прикончим тебя, — прорычал Энакин.

— Так зачем же проливать лишнюю кровь, мою и вашу? — Равнодушно спросила я. — Если я раскрою вам один из важнейших секретов, который переломит ход войны и завершит ее в несколько дней — получу ли я и мой генерал помилование? Мы мирные люди…

— Мирные?! — Сощурился Энакин, но Оби-Ван остановил его жестом.

— Ты готова пойти на измену?

— Я хочу сохранить жизнь себе и генералу Гривусу.

И ведь самое смешное, не соврала ни в чем ни капли! Но и правду сказала… Так, что они сами додумали все, что им было нужно. Гривус, поймав мой взгляд, тут же подмигнул мне и снова зажмурился, делая вид, что он в коме и отключке.

— И что же это за информация? — Осторожно спросил Оби-Ван.

— Чтобы продемонстрировать вам наше желание сотрудничать… Я отпущу мастера… Как вы там сказали? Шаак-Ти? А после… Встретимся по координатам сектор три, сто двадцать шесть, одиннадцать. Через три дня. Если мы получим помилование от Сената — предоставим вам информацию, которая закончит войну. Прочь.

Джедаи, вместе с освобожденной Шаак-Ти медленно отступили, держа нас в поле зрения. Как только они вышли, Гривус поднялся и подошёл ко мне, разминая плечи.

— Думаешь, прилетят?

— Конечно, прилетят, с подписанным помилованием! — Фыркнула я. — Пусть наш любимый канцлер узнает, что мы готовы его предать. Он не знает, что мы хотим слить Республике и поэтому поддержит наше помилование, чтобы узнать, где произошла утечка и настолько она серьезна — ведь тебе не сообщали, где база Дуку, координаты всех заводов, производящих дроидов, да и никакой масштабной операции не планируется. Значит, канцлер на сто процентов пожелает узнать, какую же мы раздобыли информацию.

— Ой, как он удивится, когда ты сдашь главный спойлер всей войны! — Хмыкнул калиш и обнял меня, заключив в надёжную стальную клетку из своих манипуляторов.

Кажется, у нас все будет хорошо…

Эпилог

— Как вы объясните мне вот это?!

Граф Дуку в качестве ответа лишь промолчал, уткнув взгляд в кончики начищенных сапог. Дарт Сидиус был рассержен, и сейчас ему требовались не объяснения, а выпустить пар, наорав на верного ученика.

— Дарт Тиранус!

— Простите, но я просто выполнял ваши указания…

— Разве я отдавал указания, чтобы ваш лучший генерал, как вы меня уверяли раньше, становился автономным и неуправляемым существом?!

— Я… Простите меня, лорд Сидиус… Я не мог предположить, что киборг может влюбиться в человека… И уж тем более, я не мог предугадать, что девчонка ответит взаимностью… И что они вместе смогут разыграть такое сложное шоу перед джедаями, чтобы убедить их в своей лояльности…

— Ее надо было убрать сразу после выполнения ее миссии! А теперь они хотят спутать нам карты, сдав известную им информацию! Что они могли вынюхать такого, что могло бы переломить войну?! Почему эта девчонка не была убита сразу после окончания разработки антидота?!

— Сэр, но вы сами сказали, что республиканцы могут создать новую версию бактерии, и биолога надо подержать при нас…

— Молчать!

Граф Дуку снова уткнул взгляд в носки своих сапог. Конечно, чуть что, так виноват верный ученик, а не всемогущий и всеведущий учитель… И именно ученик виноват в том, что лучший из генералов вышел из-под контроля и отказывается повиноваться, самостоятельно думая и, что самое страшное, собираясь пойти на сделку с Республикой!

— И что теперь делать? — Выдержав паузу, спросил граф. Дарт Сидиус задумался.

— Убрать девчонку по-тихому не выйдет… — Задумчиво протянул лидер сепаратистов, подуспокоившись. — Значит, надо разыграть ее, как козырную карту… Тиранус!

— Да, учитель?

— Придумайте, как, но разлучите ненадолго Гривуса и эту его… Биологиню. Дайте ему какое-нибудь личное задание. Удалите его с корабля, любым способом. И делайте вид, что не знаете о его измене. А когда Гривус покинет флагман, убейте ее. Потом выдайте тело генералу и сообщите, что ее прикончили джедаи, пробравшись на корабль и пытаясь узнать, что именно ей известно. Потом предложите вашему ручному киборгу какое-нибудь дополнительное оружие против Ордена. И подправьте настройки у него в мозгах, чтобы стал поменьше думать и побольше злиться. Нам нужно пугало для джедаев. Вам все ясно, лорд Тиранус?

— Все, учитель. Я сделаю, как вы приказали. Скоро девчонка умрет, — верноподданнически взглянул на учителя Дуку.

Сидиус удовлетворенно кивнул и завершил вызов…

Комментарий к Эпилог

Итак, у нас тут два видения конца.

Первое (канонное): Дарт Тиранус все-таки прикончил Элл. Гривус буквально потерял смысл жить, отказался выдавать тайну Сидиуса Республике и действовал уже скорее на автомате. Война сепаратистов прошла, как в Каноне и последним пристанищем генерала стала безвестная платформа на планете Утапау.

Второе (счастливое): Когда ситхи попытались прикончить Элл, Гривус был рядом и спас ее, сбежав вместе с подругой на своем спасательном челноке. Это послужило спуском м генерал, сдав Палпатина, поднял калишей, попер на сепаратистов. Элл состряпала новую версию бактерии, насмерть коротящую всю электронику дроидов. Война была закончена за несколько недель, сепаратисты сдались, Торговая федерация была разгромлена. Гривус умудрился отжать достаточно денег, чтобы полностью оплатить долги своей родины. Когда джедаи попытались его арестовать, Гривус во всеуслышание предупредил, что если его не будут провоцировать - то он перестанет охотиться на носителей Силы и вообще уйдет на покой. Но если кто-либо притронется к нему или его женщине - он озвереет. Палпатин и Дуку оказались за решеткой. Большинство сенаторов поддержали решение даровать Гривусу амнистию за то, что он помог завершить войну. Элл и сам Гривус, который снова стал Кимаеном, осели на Кали, регулярно путешествуя в разные концы космоса и наслаждаясь поломанным Каноном без всяческих Империй.

Режиссерская версия

Комментарий к Режиссерская версия

Мне просто жаль стало удалять все свои черновички, набросанные для этой работы! Просто несколько несвязные сцены, которые впоследствии заменились на другие эпизоды. Можно так сказать, что это режиссерская версия или сборник неудачных дублей!

ВНИМАНИЕ, присутствует один отрывок, который ранее должен был стать NC-17-сценой! Он не дописан, но тем не менее!

Иное описание приглашения Элл в гости, на базу Гривуса

— Мисс Дэй!

— А-а-а-а! — Я подпрыгнула в кресле. Гривус виновато закашлялся и повторил чуть тише:

— Мисс Дэй!

— Гривус! Ты меня напугал! — Сердито рыкнула я на него, кутаясь в плед.

— Обычно эти слова меня радуют, — ехидно сощурился генерал и ловко подхватил меня на руки вместе с пледом.

— Эй, ты чего делаешь?! — Я пару раз побарахталась в коконе, но потом расслабилась и уже привычно обвисла в цепких манипуляторах калиша.

— Хочу пригласить тебя в гости, — усмехнулся Гривус.

— А извиниться ты не хочешь?

— Не-а!

— А стоило бы! — Сердито бросила я.

За вчерашний день генералу и правда стоило бы хотя бы сказать банальное: «Прости!». Потому что этот металлический гад, как говорится, «поматросил и бросил». Несколько минут я млела от еле ощутимых, легких поглаживаний манипуляторов, которые сползали все ниже и ниже.

И в тот момент, когда калиш осторожно поддел ремень на моих джинсах, он неожиданно — действительно неожиданно, без всяких объяснений — шарахнулся, сердито выругался на своем родном языке и удребезжал прочь из лаборатории. А я осталась — недоуменно хлопающая глазами, слегка подогретая и ужасно возмущенная таким беспардонным поведением кавалера. Весь следующий день о калише не было ни слуху, ни духу — я даже обежала все известные мне отсеки на корабле, но генерал спрятался где-то, куда я еще не ходила, и я, обиженная, устроилась спать на кресле в лаборатории. А тут и сам «виноватый» нарисовался.

— Что на тебя вчера нашло? — Хмуро спросила я у него, поняв, что самостоятельно он говорить не будет. Гривус слегка поморщился. — Давай, колись, железяка!

— Стало очень больно, — вздохнув, признался он. — Сначала было терпимо, а потом накрыло. Очень… Гадкое и болезненное чувство — мозгом понимаешь, что возбужден, а физиологически… Эх!

Гривус махнул манипулятором и привычно забрался в свой челнок, устроив меня у себя на коленях.

— А куда мы хоть двигаемся-то? — Все-таки решила спросить я, украдкой позевывая.

— Сказал же — в гости! Тут до моей личной базы недалеко, — Гривус слегка стукнул себя по груди кулаком, выгоняя кашель. — Медицинский дроид тебе поможет - я тебе не дам самостоятельно это твое изобретение мне вкалывать.

— Боишься анафилактического шока? - Усмехнулась я.

— Раньше мне кашель не мешал… — Обдал горячим воздухом мое ухо генерал, заставив покрыться мурашками. — А теперь будет отвлекать…

Мне страшно захотелось провести ладонью по его паху, но я сдержалась — это будет подло. Ведь действительно — это же наверное, отвратительно, мыслями понимать, что у тебя встал, а на самом деле — нечему вставать-то!

Однако в логове Гривуса прием меня ждал отнюдь не такой радужный, как мне представлялось. Генерал на пару со своим медицинским дроидом отняли у меня изготовленное средство и удалились в мастерскую, оставив меня в кресле перед мониторами. Я напряженно прислушивалась к тихому голосу своего калиша и сердитому ворчанию его дроида. Однако все-таки не удержалась и задремала.

Забавный, исчезнувший эпизод (а жаль, он был глупым, но смешным!)

— И зачем вам эти модификации, хозяин?

Я, не подавая виду, что проснулась, сквозь дремоту прислушалась к продолжающемуся разговору.

— Такая-то модификация уж точно… В бою бесполезна будет!

— Я же сказал — необходимо!

— А! — Дроид скрипуче хихикнул. — Она же не вашей расы.

— Да я сам уже не своей расы, я сам не знаю, что я… Тьфу! Сделай уже, и все!

— Чувствительность как настраивать? На максимум выкрутить?

— Сам отрегулирую.

— Что, прям в процессе?

— Не твое дело!

Я вместе с креслом обернулась. Господа заговорщики уставились на меня невинными, кристально чистыми глазами. То есть это калиш выпучил свои желтые глазки, а его дроид то и дело явно едва сдерживался, чтобы не хихикнуть. Паховая пластина Гривуса, сдавая всю контору этих двух технарей, с щелчком закрылась.

— Подключил? — Со скромным вздохом спросила я.

— Хочешь протестировать?

— А у меня есть выбор? — Смиренно уточнила я.

— Ммм, думаю, что уже нет!

Начало NC-17, не привязанное к конкретной главе

Я вздохнула и, отвернувшись, вернулась к микроскопу.

— Элл…

— М?

— Элл, я хочу видеть твои глаза, а не твой затылок… — Тихо прошептал генерал мне почти на ухо. Я вздохнула, снова ощутив табун мурашек, промчавшийся по спине. Внизу живота слегка потеплело, но я, помолчав секунду, справилась с неожиданно накатившей волной похоти.

— Я работаю.

— И чем же я вызвал немилость этого вредного, но такого обаятельного биолога? — Чудовищные когти легли мне на плечи, слегка надавили, мягко скользнули вдоль позвоночника, заставляя неестественно выпрямиться.

Затылок уткнулся в теплые складки резины, защищающие трубки, ведущие от мозга к сердцу. Я ощутила легкую пульсацию и новая волна возбуждения накатила, заставляя втянуть носом воздух. Когти вернулись на плечи, один принялся блуждать по нежной коже лопатки, оголенной майкой, второй замер около сонной артерии, еле ощутимо покалывая кожу.

— Гривус…

— М?

— Прекращай, а?

— Почему я должен прекратить? — Легкое шуршание показало, что генерал согнулся еще сильнее и теперь жаркий воздух, вырывающийся из его динамиков, горячил кожу за ухом. Я закусила губу и прикрыла глаза.

Одна из рук с еле слышным щелчком разделилась. Три когтя остались дразнить спину и основание затылка, а еще три медленно скользнули сквозь широкий рукав к маленькой груди.

— М-м-м… — Не сдержавшись, все-таки томно выдохнула я.

— Еще что-то да умею… — Отозвался Гривус в ответ на мое выразительное постанывание. Я выгнула шею, мышцы почти зазвенели от напряжения. Острый кончик маски скользнул по коже, нежно царапая, почти сводя с ума.

— Знаешь, от чего реально сносит крышу?

— Да? — Коготь сначала еле ощутимо зацепил кожу на груди, а после уже целенаправленно коснулся самого кончика соска, заставив меня рвано втянуть носом воздух.

— От мысли, что этими когтями ты можешь разорвать меня на две неравные… М-м-м… Половинки…

— Могу… Но никогда не сделаю этого…

Верхние манипуляторы ловко стянули с уже не сопротивляющейся меня маечку и шорты. Я попыталась обернуться, но генерал не позволил мне этого сделать.

— Гривус…

— Ты же не хотела смотреть на меня… Вот и не смотри…

— Издеваешься?

— Немного…

Авторское рассуждение на тему после очередного недовольного комментария

Примечание: «Почему Гривус неровно дышит к Элл?»

1) Ему весьма скучно на своем корабле, не с кем толком поболтать, а из хобби только коллекционирование световых мечей. Он, конечно, маньяк, но даже у Ганнибала были свои способы развлечения.

2) Элл относится к нему как к равному, а он давно не испытывал подобного и ему это нравится. Если вспоминать того же Ганнибала, то он с огромным удовольствием болтал с агенткой, потому что она обращалась с ним на равных, уважительно.

3) Элл умна, а Гривус любопытен. (Комикс Звездные войны: Генерал Гривус)

4) У Гривуса было 10 жен — а потом не осталось ни одной! Физиологически он не испытывает потребности в сексе, но психологически должны же были остаться хоть какие-то потребности в эмоциональной привязанности!

Попытка написать сценарий для предполагаемой серии для сериала “Война Клонов”. Не закончен. Автор занимается анимацией, так что идея была сложно, но осуществимая. Однако… Не сложилось

«Война клонов: «Никогда нельзя недооценивать противника». Республика развертывает обширное наступление. *Вид космоса с кораблями республики* Учеными было разработано бактериологическое оружие, благодаря которому большинство дроидов армии сепаратистов оказались парализованы Парализованные дроиды. Злобный генерал Гривус так же заражен и панически отступает, уводя с собой жалкие остатки армии сепаратистов Гривус за штурвалом своего корабля. В руки джедаев попадает девушка-биолог, нанятая сепаратистами, чтобы защитить дроидов от нового оружия республики… Клоны, ведущие мисс Дэй»

Допросная комната, испуганная молодая девушка щурится на лампу, Кеноби напротив

Оби-Ван: Как ваше имя?

ГГ: Элл… Элл-Джей Дэй…

Оби-Ван: Я генерал Кеноби. Не волнуйтесь, мисс Дэй, вам никто не причинит вреда. Если вы будете сотрудничать с нами, обещаю, я буду лично свидетельствовать в суде, что вас склонили к сотрудничеству шантажом, угрожали физической расправой и вы являетесь лишь жертвой, а не военным преступником.

ГГ: Спасибо, генерал, вы… Вы так добры! Испуганно смотрит по сторонам

Оби-Ван: Сколько вам лет?

ГГ: Семнадцать, сэр.

Оби-Ван: Расскажите с самого начала, как именно вы попали на корабль генерала Гривуса?

ГГ: Я выросла на небольшой планетке в шестнадцатом секторе, вы вряд ли знаете ее название… внешний вид планеты Я была дочерью местного аристократа… Фото семьи Дэй Мне очень хотелось проявить себя и я изо всех сил старалась учиться. Дэй за учебниками У меня талант к биологии и год назад я получила докторскую по микробиологии. Девушка в шапочке выпускника. У меня есть несколько научных статей. отрывок из газеты с ее фото И несколько недель назад на связь вышел граф Дуку… ГГ с голофоном

Оби-Ван: Что вам предложили?

ГГ: Предложили не мне — моему отцу, я еще несовершеннолетняя, так что меня просто продали.

Оби-Ван: Прошу прощения, продолжайте, пожалуйста.

ГГ: Я прибыла на корабль генерала Гривуса три недели назад. Садящийся челнок, после кутающийся в плащ Гривус Он был серьезно болен… Такой несчастный… Задумчивая улыбка ГГ

Иная сцена покидания планеты после спасения Элл от республики

Разбудил меня сдавленный кашель и негромкий голос. Гривус вполголоса спорил о чем-то с голограммой графа. Я, не подавая виду, что проснулась, насторожила ушки. Кстати, я, по-прежнему завернутая в плащ генерала, лежала на какой-то пыльной лежанке, а Гривус развалился рядом. По сути я пребывала у него под боком, уткнувшись носом куда-то в район дюраниевых ребер. Видимо, пока я дрыхла, Гривус успел дотащить меня до обещанной базы и, устроив отдыхать, сам поспешил вызвать подкрепление, чтобы нас сняли с планеты.

— И все-таки ваш рассказ не внушает доверия, генерал.

— Милорд, повторяю третий раз — на меня напали псы-джедаи, я, прекрасно осведомленный о первостепенной задаче восстановить работоспособность армии и не позволить похитить мисс Дэй, предпринял тактическое отступление, обнаружил пару джедаев на корабле. Они, прикрываясь взятой заложницей, отступили к спасательным капсулам, выманив меня вслед за собой, я спас мисс Дэй, но оказался отделен от своего корабля, который успел уйти в гиперпространство.

— Я бы скорее поверил, что вы трусливо сбежали, а не что вы, оказавшись в меньшинстве, начали преследование противника.

Калиш зарычал, словно дворовая собака, у которой отнимают кость и почти выплюнул:

— Можете не верить, но все было именно так!

— Спасательный челнок прибудет через два часа, ближе никого нет, — равнодушно обрубил Дуку и отключился.

Генерал тяжело вздохнул, глухо закашлявшись, и закрыл когтистым манипулятором прорези на маске, второй лапой слегка приобнимая меня за плечи. Я, глядя сквозь ресницы и продолжая прикидываться спящей, попыталась осмотреться. Крошечная комнатушка, в которой была только лежанка и столик. Песчаные стены. Низкая дверь.

— Подслушивать нехорошо, — тихо произнес Гривус, не убирая ладони от маски.

— А я злобная сепаратистка, мне законы не писаны… — Так же тихо ответила я и потерлась носом о теплый металл, к которому прижималась. Гривус слегка дернулся и приобнял меня покрепче, устроив манипулятор у меня на бедре.

— Почему ты не рассказывала? Секретная информация? — Полушепотом спросил он.

— Про что не рассказывала? — Не поняла я.

— Про то, что у тебя Дар. Если бы я знал раньше…

— Дар? — Переспросила я, покопавшись в памяти Элл и убедившись, что она не знает, что именно Гривус имеет ввиду. — Ты о чем?

Гривус смешался, явно нахмурившись под маской.

— Так ты сама не знаешь?

— Да о чем не знаю?!

Вместо ответа Гривус протянул мне голограф с небольшим изображением. Я была нарисована на плакате анфас («Как и положено преступнице!» — горько подумала я) с подписью: «Сепаратист. Разыскивается за помощь врагам Республики и использование темной энергии».

— Темная энергия? Что за бред?! — Потрясла головой я. — Меня что, только что в ситхи записали?

— Нет, не в ситхи, а в… — Гривус вздохнул, явно не в состоянии толком подобрать слова. — У тебя Дар! Джедайская погань считает всех, у кого прорезался Дар, принадлежащими некой… Эээ… Темной энергии, противопоставленной их ордену. Это не Сила в прямом смысле слова — это… Некая ярко выраженная предрасположенность. Я сам мало что знаю — граф Дуку однажды на тренировке обмолвился, что жаль, Одаренные нынче скрываются, официально, мол, их уже лет триста не рождалось, а сколько на самом деле сейчас их живёт в Галактике, никто не знает.

Я, с трудом выпутав руку из складок плотной ткани, поскребла в затылке.

— А как раньше выявляли Одаренных?

Гривус пошевелил наплечником, мол, а я почем знаю? — и мрачно фыркнул:

— Граф Дуку хотел тебя видеть, когда мы вернёмся. Скорее всего, он тебе и расскажет.

— Ты устал? — Почему-то спросила я, глядя, как он пытается устроиться поудобнее рядом со мной на лежанке.

— Батареи садятся. Экономлю энергию, — пробурчал генерал.

— А вчера еще ворчал, почему, мол, у меня батарейки такие слабые! — хихикнула я, окончательно выкручиваясь из плаща и набрасывая его на грудь хозяину вместо пледа. — Они у меня слабые, зато заряжаются быстро!

— По мне, так лучше дольше, чем быстрее, — несколько секунд мы молчали, а потом я осторожно уточнила:

— Мы же все еще про батареи?

— Именно про них! — Судя по хитрому прищуру — нет, не про них.

Гривус намеренно спошлил и теперь ждет, чем отвечу я. Думаешь, тебе удастся смутить педагога со стажем?

— Все думают, что у них батарейки часов на двадцать, а как доходит до боя или длительного забега — так сразу выясняют, что их минут на пять хватает, а потом требуется отдыхать! — Пренебрежительно фыркнула я. Гривус сердито зарычал, раздраженно нахмурившись.

— Меня, чтоб ты знала, оснастили самыми мощными батареями из всех, когда-либо изобретенных!

— А на ком тестировал? — Тут же уточнила я.

— На джедаях и моем учителе, графе Дуку! — Прорычал генерал, уязвленный моим намеком и осекся, когда я закатилась счастливым хохотом. Калиш сердито заурчал, поняв, что я нагло поддела его, и неожиданно одним движением устроил меня на своей теплой грудной клетке.

— На тебе я тоже потестирую, — еле слышно проурчал мне на ухо Гривус, заставив меня покрыться жаркими мурашками.

— Ты твердый… — Сглотнув, ответила я и теперь уже сама закусила губу, натолкнувшись на развратный взгляд калиша.

— О да, твердый… Абсолютно везде…

Я надулась и слегка стукнула его по грудной пластине, вызвав легкий смешок, переходящий в покашливание. Кажется, еще немного — и я лично полечу на Утапау, чтобы засунуть Оби-Вану его меч ему же в… А то он оборзел — на моего Гривуса нападать!