Чувство родства

1. Интерес

В этой жизни его мало что интересовало. Власть у него уже была. Семьи не было, но теперь и не надо. И только полёты оставались его неизбывной страстью. За штурвалом личного истребителя он забывал на короткое время о своих заботах и проблемах и был просто… пилотом. Просто свободой.

Дарт Вейдер сжал штурвал и повёл истребитель наружу из ангара. Туда, где была свобода. И туда, где его ждал бой. Ситх не боялся рисковать. Да и не считал он повстанцев серьёзным противником. Эти наивные идеалисты вызывали у него только презрительную усмешку. Да ещё недоумение — он искренне не понимал, как можно на полном серьёзе верить в равные права и свободное «демократическое» государство.

Но вот и реальность. Его истребитель заложил крутой вираж и устремился навстречу противнику. Ведомые последовали за ним. Дарт Вейдер прищурился, оценивая ситуацию. Похоже, повстанцы нацелились на Звезду Смерти. Смело, но глупо. Он не позволит им добиться успеха (а то, что успех возможен, он знал — Сила подсказала ему).

Их было трое. Обычное построение, которое используется и Империей во время боя. Ситх прицелился и нажал на гашетку. Миг — и противников уже двое. Яркая вспышка отметила место, где только что был третий пилот.

Вейдер почувствовал что-то странное. Как будто… движение в Силе? Он прислушался к своим ощущениям. Воздействие шло от одного из пилотов повстанцев. Темный Лорд удивился. В Альянсе появился Одарённый?

Но времени на размышления не было — повстанцы шли на второй заход. Дарт Вейдер заложил вираж, уходя от выстрелов. Но одному из ведомых не повезло. Теперь вспышка обозначила место, где только что был истребитель Империи.

Сила отозвалась болью. Дарт Вейдер скрипнул зубами. Как он не любил это ощущение! Несмотря на свою устрашающую репутацию, Тёмный Лорд вовсе не был любителем убивать. Но мнение людей изменить не старался — послушнее будут.

Космическая схватка продолжалась. Ещё немного времени — и они остались одни. Вейдер чувствовал, что именно этот пилот Одарённый. Движение Силы вокруг крестокрыла давало однозначный вывод.

Главнокомандующий прищурился, глядя на то, как дерзкий пилот идёт ещё на один заход. Если его не остановить, то грядёт катастрофа — он это чувствовал. Но как это сделать? Внезапное предчувствие заставило выкрутить штурвал. И заряды неожиданно откуда взявшегося транспортника, прошли рядом, не задев истребитель.

Ярость вспыхнула ослепляющим пламенем. Но Вейдер ей не поддался — некогда. Заложив вираж, он нажал на гашетку. Подстреленный противник ушёл в сторону, но ситх уже не обращал на него внимания. Пилот-одаренный уже приближался к опасной точке. Он прицелился и выпустил снаряд, жалея, что попадание будет неточным. На точность не было времени, да и угол обстрела неудачный…

Он попал. Подбитый крестокрыл вильнул в сторону и выпустил торпеду, которая никуда не попала. Дарт Вейдер почти услышал вопль отчаяния, разлившийся в Силе. Ситх ухмыльнулся и повернул истребитель. Дело сделано.

Краем глаза он наблюдал, как крестокрыл повстанца подхватывает гравитационный луч. Все правильно — не могут же они его отпустить?

2. Знакомство

Люк был в отчаянии. Его крестокрыл подбили, он попал в плен…, а что будет с Леей? И Ханом? И со всеми? И Биггс — он что, погиб напрасно? Все эти мысли крутились в голове светловолосого юноши, когда штурмовики в броне вели его по узким коридорам Звезды Смерти.

Когда очередная дверь с шипением открылась, он увидел… Высокая фигура в черном плаще. Угольно-черные доспехи. Враг. Люк сжался внутри, невольно вспоминая Бена. Тогда, перед побегом, он плохо рассмотрел его, запомнив только ярко-алый меч. Но теперь спешки не было.

Дарт Вейдер стоял перед ним и юноша чувствовал его подавляющее присутствие. Сила (а он уже мог её немного чувствовать) клубилась вокруг него.

— Свободны, — Люк увидел, как охранники вышли. Они остались одни. Юноша вскинул голову, с вызовом смотря на Тёмного Лорда. Дарт Вейдер немного наклонил голову, обозначая интерес. А затем неожиданно спросил. — Ты меня не боишься?

— Нет! — Скайуокер все так же стоял, гневно глядя на ситха. В голове звучал голос Бена «Твоего отца убил Дарт Вейдер». Теперь убийца его отца стоял перед ним. Вот только Люк был не в том положении, чтобы думать о мести.

— Интересно, — ситх вдруг оказался совсем рядом — Люк даже не понял, как ему это удалось. Рука в чёрной перчатке крепко сжала его плечо, не давая двигаться. И юноша почувствовал необычное ощущение. Перед глазами вдруг все поплыло. Он не упал только потому, что Дарт Вейдер держал его. Через пару секунд ощущение исчезло.

— Твое имя? — голос Повелителя Тьмы звучал неожиданно резко. Люк оторопело заморгал. Голова вдруг стала тяжёлой, а ноги ватными. Но в голосе Вейдера отчётливо слышался приказ, которому было необходимо подчиниться.

— Люк Скайуокер, — язык еле ворочался, но он ухитрился произнести свое имя отчётливо и ясно. И едва не вскрикнул от боли — рука на плече сжалась с неожиданной силой.

— Скайуокер? — голос Тёмного Лорда звучал странно. Приглушенно… и недоверчиво? Люк вспомнил о том, что ему сказал Бен. Дарт Вейдер убил его отца! То есть, ему было знакомо его имя!

— Да! — его голос дрожал, но сам юноша попытался выпрямиться, глядя прямо в непроницаемые линзы чёрного шлема. — Энакин Скайуокер мой отец! И ты убил его!

Рука на плече разжалась. Ситх отшатнулся от него.

— Что? Кто убил? — Люк на мгновение почувствовал неуверенность — такое искреннее удивление звучало в голосе Вейдера.

— Бен мне все рассказал, — уже менее уверенно сказал Скайуокер. Реакция Тёмного Лорда удивила его. — А ты убил Бена.

— Бен? — Вейдер немного оправился от шока. Похоже, этот мальчик говорил правду. Что было невероятно.

— Бен Кеноби, — да, молодой повстанец явно чувствовал неуверенность.

— Кеноби! — знакомое имя. И знакомые манипуляции. Действительно, что ещё ожидать от джедаев? Они украли его сына, лгали ему, хотели использовать против отца… Дарт Вейдер почувствовал гнев. И презрение. Как он мог раньше думать, что джедаи защитники добра и справедливости? Все не так.

— Меня ты тоже убьешь? — мальчик снова напомнил о себе. Вейдер взглянул на него: дрожит и явно испуган, хотя старается не показать этого. Бедолага. Он неожиданно для себя почувствовал жалость. И желание защитить.

— Нет, — он постарался смягчить тон. Судя по реакции Люка, ему это удалось. Он немного помолчал. — Бен сказал тебе неправду. Я не убивал твоего отца.

— Нет? — Люк недоверчиво уставился на темную фигуру. Он почувствовал, что ситх говорит ему правду. Но как такое может быть? Ведь и Бен вроде бы не лгал? Но прежде, чем он успел задать вопрос, тот заговорил снова. И эти слова перевернули его мир.

— Я твой отец.

Это была правда. Сила говорила об этом. Люк Скайуокер пошатнулся, глядя на Вейдера дикими глазами. Этот… человек — его отец? Энакин Скайуокер? Почему? Как? Но все сумбурные мысли вылетели у него из головы, когда он — отец? — снова оказался рядом.

Рука в чёрной перчатке легла на плечо, но теперь Тёмный Лорд слегка приобнимал его, давая опору. И Люк неожиданно для себя почувствовал покой. Покой, который давно не испытывал.

— Пойдём, тебе надо отдохнуть, — голос отца звучал заботливо. Юноша послушно позволил отвести себя в каюту и уложить на узкую койку. Рука в перчатке легла на лоб Люка и тот почувствовал необычную сонливость.

— Спи, — последним ощущением было прикосновение пушистого тёплого пледа. А затем он уснул.

Дарт Вейдер смотрел на спящего юношу. Его сын. Его ребёнок. Темный Лорд вышел из каюты, аккуратно закрыв дверь. Люку нужен покой. А у него много дел. Теперь джедаи и повстанцы заплатят за то, что они отняли его ребенка.

3. Пробуждение

Он спал долго. Но хорошо. Люк медленно потянулся, стряхивая остатки сна. И улыбнулся, чувствуя силы и бодрость в отдохнувшем теле. И тут воспоминания обрушились на него.

— Отец! — Люк рывком сел, ошалело оглядываясь. Простая каюта, ничего лишнего. И он один. Отца нет.

Юноша сел на койке, опустив ноги на пол. Теперь, когда первое волнение схлынуло, он задумался. Как так получилось, что его отец жив? Почему он отдал его дяде и тёте? Почему Бен солгал? На эти вопросы у него не было ответов. Но он знал, где их получить.

Люк встал и вышел из каюты. И в растерянности замер. Он ведь не знал, куда идти. А если он будет просто ходить по коридорам… вдруг его сочтут шпионом? Нет, лучше дождаться отца в каюте. Так безопаснее.

Он вернулся назад и стал ждать. Откуда-то он знал, что ждать осталось недолго.

***

Ребёнок проснулся. Дарт Вейдер улыбнулся, прислушиваясь к Силе. Хорошо, что на нем шлем — никто не видит его лица. И выражения глаз.

Люк оказался неожиданно разумным молодым человеком. Вейдер понял, что он решил не выходить из каюты и дождаться его. Да, зрелое поведение. И это хорошо — значит мальчик способен слушать и слушаться. Сам он в его годы этим похвастаться не мог.

Темный Лорд широким шагом направился к заветной каюте. Ему нужно было многое сказать Люку, прежде чем они вернутся на Корускант.

Дверь открылась с легким шорохом. Вейдер замер в проёме, разглядывая сына. Люк поднял взгляд, оторвавшись от исследования имперского коммуникатора, стоявшего у стены. «А он похож на меня», мелькнула мысль. Светлые волосы, голубые глаза… да и лицо. Как он не увидел этого сразу?

Люк Скайуокер. Он повторил про себя это имя. Как странно. Его сын. Почти двадцать лет назад он старался привыкнуть к мысли, что у него будет ребёнок. После того, как Император сообщил ему о смерти Падме, в этом месте в его душе образовалась пустота. Пустота, которая теперь снова заполнялась. У него есть сын!

— Отец? — мальчик произнёс это слово осторожно, будто ещё не веря в реальность происходящего. Но, Вейдер это чувствовал, он тоже был рад. Рад тому, что у него есть отец.

— Сын, — в его голосе чувствовалась улыбка. Ситх зашёл в каюту и закрыл дверь. И остался стоять — места, чтобы сесть не было. — Я почувствовал, что ты проснулся.

— Спасибо, — Люк почувствовал смущение. Отец — как непривычно было произносить это слово! — заботился о нем. Значит, он любил его? Он набрал в легкие воздуха и выпалил. — Почему ты оставил меня дяде и тёте?

Отец молчал. Потом вздохнул, качнув головой в черном шлеме.

— Я не оставлял тебя. Я думал, что ты умер вместе со своей матерью.

— Что? — юноша сразу понял, что отец сказал правду. Или то, что он считал правдой. Он ошеломленно тряхнул головой. Новая информация не укладывалась в разуме.

— Послушай, давай мы поговорим об этом позже. Сейчас есть что-то, что мы должны обсудить, — Дарт Вейдер прервал его размышления. Люк вопросительно посмотрел на него, догадываясь, что дело серьёзно. Лорд вздохнул. — Мы захватили базу повстанцев.

Люк почувствовал, как кровь отхлынула от лица. Лея! Как он мог забыть о ней? Почему-то именно судьба Леи беспокоила его больше всего.

— Всех? — он отчаянно хотел услышать, что часть ушла. И что она тоже.

— Всех, — разбил его надежды Вейдер. Помедлив, он добавил. — Часть оказали сопротивление. И были убиты.

— А… принцесса Лея? — почти прошептал он, боясь услышать ответ. И удивлённо поднял голову, почувствовав руки отца на плечах. Вейдер слегка сжал пальцы, передавая ощущение поддержки и сочувствия в Силе.

— Она погибла.

Эти слова набатом отозвались в голове. Люк невидяще уставился перед собой. И только ощущение рук отца на плечах не давало ему совсем уйти в свое горе. Ощущение потери было таким острым, что казалось, будто сердце не выдержит.

— Ты любил её? — вопрос не сразу дошёл до сознания. Люк заторможено поднял голову, смотря на то место, где должно было быть лицо отца. Но увидел только чёрную маску. Он кивнул.

— Наверное. Я… никогда раньше не чувствовал ничего подобного. Не знаю, любовь это или нет. Хотя теперь и не важно, — по щекам потекли слезы. Люк со всхлипом вздохнул. Да, теперь не важно. Лея мертва.

— Она не хотела сдаваться, — Вейдер крепче сжал руки, обнимая сына. Он знал, каково это, когда любимая женщина не хочет сдаваться. И идёт навстречу смерти, не смотря ни на что. Но его сын сильный, он справится.

— Да, — Люк неожиданно для себя наклонился вперед и обнял отца. Ему нужна была поддержка. Вейдер на мгновение замер, а затем крепко обнял его в ответ. Теперь все будет хорошо. Он знал это.

4. Единение

Они летели на Корускант. Люк бездумно смотрел в иллюминатор. Чувства немного притупились и юноша чувствовал только печаль. Печаль по прошлому, которого не вернуть.

Сегодня он был один — отец ушёл, сказав, что у него дела. Потому Люк и сидел здесь, в этой каюте, смотря в иллюминатор и думая. А думать было о чем.

Люк Скайуокер думал о прошлом. О том, как встретил маленького дроида с посланием принцессы Леи. О дяде и тёте, которые погибли. О Бене Кеноби, который солгал ему. О Хане Соло, который мог бы стать его другом. И об отце. Если бы он взорвал Звезду Смерти, Лея была бы жива. А вот отец… вряд ли. Как странно — теперь ему приходится выбирать: отец или Лея. И оба почему-то одинаково сильно дороги ему.

Были. Люк невесело улыбнулся. Лея мертва. Теперь у него остался только отец. И он сделает все, чтобы не потерять его. Все. И даже больше.

***

— Дарт Вейдер, примите мои поздравления, — голограмма Императора слегка дрожала: плохая связь. Но главное виделось чётко — Палпатин улыбался. — Восстание подавлено. И мятежников ждёт суд.

— Да, Учитель, — он привычно склонил голову. Но внутри дрожит одинокая струна. И Император это чувствует. Для Силы не существует расстояния.

— Ты взволнован, — Император говорит спокойно и даже не заинтересовано. Но взгляд… он режет острее ножа. Вейдер выпрямляется, глядя прямо перед собой.

— Да. Один повстанец… я заберу его себе.

— Почему? — Палпатин не зря был Императором столько лет. Он сразу почувствовал подвох.

— Его зовут Люк Скайуокер, — и все. Больше сказать нечего. Дарт Сидиус сразу понял, в чем тут дело. Люк Скайуокер. Сын Энакина Скайуокера. Все просто. И в то же время сложно.

— Тогда… ты должен привести его ко мне, — Палпатин остро взглянул на ученика. Будет ли он повиноваться?

— Хорошо, Учитель, — Вейдер снова склоняет голову. Хотя в Силе не слышно его эмоций. Закрывается.

— Я буду ждать, — голограмма гаснет. Дарт Вейдер медленно распрямляется. Он не отдаст своего сына Императору. Но пока не время воевать. Может, ещё удастся все решить миром?

***

— Ух, ты! — Люк с восхищением смотрит вниз. Вейдер его понимает: для татуинского фермера вид столицы действительно поразителен. Он усмехается и слегка выворачивает штурвал. Его личный истребитель послушно закладывает вираж. А вид Корусканта становится ещё величественнее.

— Отец, а где ты живёшь? Мы полетим туда? — теперь сын смотрит на него. Голубые глаза, так похожие на его собственные, наполнены ожиданием и предвкушением чего-то… необычного?

— Нет. Сначала мы встретимся с Императором, — он увидел страх в его глазах. Мальчик… боялся? Почему? Он постарался спросить помягче. — Люк. Почему ты боишься?

— Я не боюсь, — Люк отвернулся, смотря на пролетающий внизу город. Теперь его красоты совсем не волновали его. Он чувствовал нарастающее напряжение в груди. — Просто… Лея и другие говорил о том, что он плохой. Что он тиран.

— Тебе надо самому понять, какой он, — про себя Тёмный Лорд подумал, что повстанцы не далеки от истины. Хотя… он все же не стал бы служить плохому правителю. А быть тираном не всегда плохо. — И, к тому же, ты мой сын. А, значит, обязан знать Императора.

— Хорошо, — Люк вздохнул, чувствуя, что тревога понемногу отпускает его. В конце концов, рядом будет отец! Он не позволит, чтобы Император причинил ему зло.

— Вот и молодец, — Дарт Вейдер уверенно повел истребитель к личной площадке у Императорского дворца. Сегодня все решится.

***

— Император, — Палпатин смотрит, как ученик привычно становится на одно колено и склоняет голову. Внешний знак почтения. Но в Силе эмоций не чувствуется. Упрямый гордец.

Но сейчас императора интересовало совсем другое. Рядом с учеником стоит он. Люк Скайуокер. Светловолосый и голубоглазый юноша, действительно очень похожий на отца. Глядя на то, как он неуклюже кланяется, Палпатин думает. Как поступить?

— Лорд Вейдер, — он кивает обоим. Дарт Вейдер распрямляется и теперь смотрит прямо на Императора. И тот знает, чего он ждёт. Палпатин слегка улыбается.

— Я рад, что ты нашёл сына. Это просто невероятная удача.

— Да, — Вейдер слегка наклоняет голову. И Палпатин чувствует его гнев через Силу. — Ведь я думал, что он умер.

«Вот оно!» Император был готов к претензиям — ведь именно он сообщил когда-то ученику о смерти Падме Амидалы.

— Я действительно не знал о том, что ребёнок выжил, — он сожалеюще качает головой. И отмечает про себя удивлённое выражение на лице Люка — тот явно не понимает, о чем они говорят. Значит, отец ему ещё не рассказал. Палпатин обращается прямо к нему. — Видишь ли, молодой Скайуокер, именно я рассказал твоему отцу о смерти твоей матери. Она была беременна.

— Но… почему тогда я жив? — Люк ошарашен. Император знал его мать? Знал о её смерти?

— К сожалению, я не знал, что джедаи смогли продлить её жизнь до твоего рождения. Тебя спрятали от отца и от меня.

Люк задумался. Джедаи… теперь действия Бена открылись ему совсем в другом свете. Почему-то Бен хотел убить его отца. И даже Люка настраивал против него. Скайуокер почувствовал гнев: как он посмел!

— Я не знал, — юноша сжал кулаки. Его переполняли эмоции. Рядом шевельнулся отец и Люк почувствовал неожиданное спокойствие. Отец явно воздействовал Силой. Юноша благодарно улыбнулся.

— Тебе многое предстоит узнать, молодой Скайуокер, — голос Императора снова привлёк его внимание. Люк взглянул на него — Палпатин улыбался. Он неуверенно улыбнулся в ответ. Император оказался совсем не таким, как он его себе представлял.

— Учитель, Люк не повстанец. Он присоединился к ним по незнанию, — спокойный голос Вейдер нарушил концентрацию Палпатина. Он медленно моргнул и перевел взгляд на ученика. Сила клубилась вокруг Вейдера. Гнев, злость, решимость — он чётко транслировал свои эмоции, не скрываясь. Ситх понял — ученик не отступит. В таком случае…

— Очень хорошо, лорд Вейдер, — кивнул Император, благожелательно улыбаясь. Судя по всему, Вейдер понял. Тяжёлая аура вокруг него пропала. — Я надеюсь, что мы ещё увидимся, юный Скайуокер.

Все. Аудиенция окончена. Палпатин задумчиво смотрит вслед отцу и сыну, пока они не скрылись за дверью Малого зала приёмов. Он улыбается — Люк Скайуокер. У мальчика очень хороший потенциал. И, что важно, доверие к нему.

***

Вечер на Корусканте. Люк заворожено смотрит на закат — закаты на этой планете ничуть не хуже закатов Татуина. А в некоторых отношениях даже лучше — без вездесущего песка и удушающей жары.

Юноша стоит на балкончике. Резиденция (по-другому не скажешь) отца действительно впечатляла. Высокое здание, оснащённое самыми современными техническими средствами. Люк улыбнулся, вспомнив об этом. Да, отец тоже любил разную технику, как и сын. От этого маленького факта он еще сильнее проникался чувством родства.

— Люк, ты будешь стоять там всю ночь? — это отец. Он недавно покинул камеру для медитаций и, похоже, хочет снова видеть его.

— Я иду, подожди! — Люк бросает последний взгляд на городской пейзаж. Теперь у него будет много таких вечеров. Но, самое главное, теперь у него есть отец, который его любит и который о нем заботится. И он не жалеет о той цене, которую пришлось за это заплатить.

Лея, Хан, Биггс… теперь они были только маленькими эпизодами прошлой жизни. А в настоящем был Дарт Вейдер, его отец. Люк Скайуокер с надеждой смотрел в будущее, оставив прошлое позади.