Бродяга Грег

Глава 1

Этого парня, Грега Ведера, я знал довольно давно. Ну как давно? Довольно давно относительно моих экспериментов с осознанными снами, а занимался я этой темой на тот момент где-то года полтора-два. Так что с этим пареньком мы познакомились буквально в самом начале моего пути. Грег был одним из немногих моих собеседников во снах и… наверное, сейчас я не очень удачно высказался.

Называть наше общение именно общением было трудно, так как оба мы находились в состоянии сна и к происходящему относились как ко сну. Разве что я куда быстрее понял, что Грег — это не просто сон, это нечто большее. Но так как за тот год я сталкивался с ним достаточно редко, понять происходящее смог далеко не сразу.

Начну историю с простого — с осознанных сновидений.

Изначально концепция у этого развлечения достаточно простая: раз мозг может создавать любые события и показывать их нам, то что мешает этим воспользоваться?

На самом деле — ничего. Например, достаточно дать понять своему сознанию, что оно спит, и, так как мы относительно сна обладаем субъектностью, то и повлиять на него тоже можем. В принципе, осознанные сновидения в той или иной мере испытывали абсолютно все люди. Перед тем как проснуться естественным образом, а не по будильнику, мы нечто подобное и делаем — когда уже знаем, что надо вставать, но сон еще не до конца с нас сошел.

Есть, конечно, и более сложные, комплексные техники, но эта базовая мысль — самая важная. Это основа всего. Я использовал такие сновидения для развлечения и своеобразной психологической помощи, так как в мире творилась лютая дичь, а психоаналитики были, во-первых, дороги, а во-вторых — бесполезны. В конце концов, одно забавное исследование вполне конкретно продемонстрировало, что возможность не переживать из-за финансов дает куда больший эффект, чем общение с профессиональным, на самом деле хорошим специалистом по работе с психикой.

Вот, собственно, чтобы ненароком не спиться или не поехать кукухой, я этой фигнёй и занимался. Время от времени я развлекал себя тем, что устраивал так называемые «погружения». Организовывал себе сны с забавными декорациями. К слову, лучше всего действовали сюжеты про космос. Помню, во время одного из первых погружений я задорно скакал по Луне в одних лишь тапочках и дико хохотал. Сейчас об этом даже вспоминать немного стыдно. Но, проснувшись после той первой попытки, я пребывал в довольно позитивном настроении, да и вообще весь день в целом был хорош. Даже стояние в пробке не сильно повлияло на мой настрой… и истерия коллег… и клиентов… и даже два срабатывания пожарной тревоги не сломили мой позитивный настрой.

Но вернемся к этому пацану, к Грегу. Надо понимать, что ты не всегда можешь выбрать историю, в которую хочешь окунуться во сне. Иногда получается так, что приходится использовать то, что выдал тебе великий рандом. Это я к тому, что некоторые сны бывают случайными. Да, люди в целом видят во снах то, что окружало их в течение недели, и это не единожды доказано экспериментально, но и случайные события тоже бывают. Вот одним из таких случайных событий и был Грег.

Теперь-то я понимаю, что, по всей видимости, подключился к сну другого человека. Но тогда я особого внимания на это не обратил, так как ничего необычного или невероятного не наблюдал. Ну пляж, ну серфинг — какая, в принципе, тут может быть особая «особость»? Однако, столкнувшись с одним и тем же персонажем в шестой раз за год, я перестал игнорировать происходящее и… ну, я представил себе пистолет и вышиб ему мозги. И вы должны представить себе моё удивление, когда сон неожиданно сломался и мы выпали в лимб… Хотя, должен признать, я не уверен насчёт этого термина, так как мало с кем общался на тему снов, но, вроде бы, это так и называют. А может, и не так. В общем, не суть.

Большим плюсом для меня было то, что я примерно понимал, что пытаюсь сделать, и ориентировался в ситуации куда лучше. А вот мой вынужденный визави подумал не бог весть что и сильно испугался, но так и не осознал ситуацию и не перехватил управление у своего сна.

Теперь-то я знаю, что этот парень вообще был не из моего мира, и что все эти супергерои, кэйпы, про которых он мне потом уши прожужжал, для него были вполне себе обыденностью и нормой жизни. И да, упоминание супергероев было именно тем, что заставляло меня думать, будто это просто какой-то максимально автономный сон и дичь.

Но имея мозг и желание думать, ты в любом случае начнёшь замечать несуразности, которые не сможешь объяснить. Во время третьей моей попытки пообщаться с пацаном он, судя по всему, тоже начал воспринимать сон осознанно.

Смешно даже, как мы пытались общаться. Он говорил на английском, причем очень торопливо и, не сказать чтобы внятно, из-за чего я, если и понимал, то с пятого на десятое. А я, в свою очередь, худо-бедно понимал письменность, но даже во сне не знал, как на самом деле произносятся некоторые слова, ведь английская письменность разошлась с устной речью ещё в шестнадцатом веке. Эти их знаменитые сдвиги гласных и прочие доисторические штуки, из-за которых слово «ночь» и слово «рыцарь» пишутся по-разному, а звучат одинаково. Когда-то они и звучали как разные слова.

Но что-то меня опять понесло.

В общем, во время одного из погружений мы оба поняли, что общаемся с иным разумом, а не с болванкой. Так как эта мысль доходила до меня в течение нескольких снов, а мой собеседник был куда более безалаберным и вырос в условиях кайповщины, мы в итоге как-то очень синхронно это осознали и приняли как должное. А вот дальше — да, дальше было забавно.

Пацан очень вежливо, но настырно интересовался у меня, не являюсь ли я «советским властелином». Признаться, мне пришлось потом даже в справочники заглянуть на всякий случай. Но нет, я не ослышался. Как оказалось, у них мало того что 2009 год, так ещё и мир безумный, в котором каждые 3–4 месяца какой-нибудь город уничтожается одним из трёх НЁХов, которых они называли губителями. Словом, как ни посмотри, но мне было тяжелее поверить в существование такого мира. А вот моему собеседнику было проще, так как он слышал про некую Землю Алеф, с которой какой-то ещё более безумный учёный умудрился наворовать видосов и даже компьютерных игрушек.

Ну, поговорили и поговорили. Общих тем хватило встречи на две, да и то с натягом. Меня не сильно заинтересовали их герои и злодеи, а пареньку были не очень интересны подробности уже моего мира, так как ничего невообразимого — ну, кроме разработки больших языковых моделей — у нас, на его взгляд, не происходило.

Тем неожиданнее была наша следующая встреча. Как я понял, мальчишка сам меня искал, не особо разбираясь, как это делается. Впрочем, на тот момент я и сам не очень понимал механизм происходящего. Словом, выяснилось интересное: Грег возжелал, ни много ни мало, получить статус этого их кэйпа.

— Ты же сам говорил, что быть кэйпом опасно. Либо в банду завербуют, либо в Протекторат, — напомнил я ему его же слова. Он, когда про свой мир рассказывал, очень нелицеприятно отзывался о всей этой братии. А тут на тебе.

— Вот именно поэтому я и хочу, чтобы ты мне помог! — рубанув ладонью по воздуху, восторженно заявил пацан. — Как я понял, ты можешь подучить меня этим вашим штукам, чтобы меня, если и не технарем, так хотя бы умником признали.

— Даже не представляю, что ты от меня хочешь, — с недоумением ответил я и, создав в окружающем нас сне кресло, уселся в него. — Рассказывай.

— Помнишь, ты мне про ваших роботов рассказывал? Про искусственный интеллект, про то, что сейчас всё на основе кремниевых чипов и оптики делается, но вообще-то всё то же самое можно сделать буквально из куриных мозгов. И сложность лишь в том, чтобы получить уже имеющийся…

— Стоп-стоп! Не трещи, — я вскинул руки в защитном жесте. — Не так быстро, давай более вдумчиво.

— Вот я и рассказываю, — буркнул мальчишка, но темп речи уменьшил. — Я хочу сделать эти самые мозги в баночке. Хочу, чтобы все подумали, что это кейповщина, и меня зарегистрировали. Чтобы потом на форуме щеголять официальной отметкой и глумиться над окружающими, рассказывая, как я всех поимел.

— Ну, допустим, — кивнул я на такую просьбу. — А тебя наружу мяском не вывернут, когда поймут, что ты по чьему-то наущению «что-то сделал», а сам и не в курсе, как это всё работает?

— Силы они странные, да и те же технари сами не знают, как и почему у них девайсы работают, — фыркнул белобрысый подросток и закончил: — Ну, пожалуйста! Тебе же это ничего не стоит, а для меня это очень важно.

Задав с десяток контрольных вопросов, я убедился, что этот чудик реально хочет сделать то, о чём говорит мне сейчас в этом сне.

Его просьба была, с одной стороны, сложной, а с другой — удивительно простой. В моём мире сейчас и в самом деле шли разработки LLM на основе биологических нейросетей, и хоть эти наработки ещё не превзошли кремниевые аналоги, для пацана ведь главное — что они выбивались из привычного.

Как я понял, в его мире всё, что выходит за рамки 1982 года, подпадает под подозрение в использовании суперсил. Так что, если бы у меня была возможность передать ему обыденное моноколесо, за ним бы сразу пришли, откуда следует. Впрочем, как только это моноколесо разобрали бы, сразу бы поняли, что никакого отношения к кейповщине всё это не имеет — банально из-за наличия шильдиков и штрихкодов. Но что-то я опять отвлёкся.

— Ничего особого я тебе всё равно не расскажу, да и ты с моих слов мало что сможешь повторить, но… можем попробовать сделать машинку, которой управляют нейроны, взятые из куриного мозга.

— А можно не из куриного?

— Эм… ну, можно купить лабораторную мышь…

— А из лягушек можно?

— Эм… — я задумался. — Признаться, мне лень проверять, всё же на дворе зима, и лягушки — это либо дорого, либо долго. А курицу использовали у знакомого на кафедре. Я всё это не только видел, но даже сам пробовал делать… Как я рассказывал, мой знакомый остался в университете и сейчас кто-то вроде учёного. Мы приятельствуем.

— Да-да, я помню, — покивал подросток. — Ну так что, на лягушках можно?

— Можешь попробовать и из лягушки нужное добыть, но я ничего не гарантирую. Впрочем, если не получится, достанешь курицу, — буркнул я и уточнил: — И чего ты к лягушкам так неравнодушен?

— У нас их в школе заживо вскрывают на уроках естествознания. Отчекрыжить голову и забрать домой — не велика проблема.

— Кхм… — подивился я такому подходу.

Дальше было проще, так как я лишь пересказал лекцию своего знакомого своими словами, упростив некоторые моменты. А учитывая, что я присутствовал на занятиях у двух групп, которые этим занимались, да и на мои вопросы знакомый отвечал (под пиво) весьма охотно, — словом, в практической области я знал все тонкости. По крайней мере все те, которые надо было знать, чтобы получить работающий результат. Там реально ничего сложного. А вот в эксплуатации — да, не всё так просто.

Впихнуть всё это в подростка было на удивление легко. Видимо, не зря детей в школе держат: в этом возрасте у них мозги хорошо работают, по крайней мере память.

Ну и да, объяснять эту тему во сне было очень легко, так как сон мог предоставить всё то, что мне требовалось. И самое главное — во сне всё работало именно так, как мне надо. В общем, я не просто размахивал руками и возюкал маркером по доске, я буквально показывал всё то, что нужно было видеть самому. Мальчишка буквально плакал кровавыми слезами, повторяя процедуру изготовления устройства семь раз подряд. Но в итоге, примерно через месяц, когда мы всё-таки снова пересеклись, он, буквально задыхаясь и давясь словами, рассказал мне, что всё получилось.

Родители, когда обнаружили в подвале непонятную хрень с капельницами, бульбуляторами и прочим разным, не бог весть что подумали. Впрочем, приехавшая полиция буквально сразу определила, что в подвале у них не подпольная нарколаборатория, а что-то более наукоёмкое. Так что ближе к вечеру приехал специалист от СКП. Вот, собственно, этот специалист и подтвердил: да, троечник из общеобразовательной школы, в которой наркотой торгуют буквально в коридорах, каким-то невероятным образом умудрился сделать радиоуправляемую машинку, которой управляли настоящие мозги — пускай и размазанные по чашечке Петри с закрепленными на пластилин электродами.

— Ну и как, достиг ты своей цели? — с любопытством спросил я у паренька ещё через месяц.

— И да, и нет, — грустно вздохнув, ответил он. — Было, конечно, забавно глумиться над форумчанами, но новизна как-то быстро прошла. А за пользователями, у которых подтвержден статус кейпа, следят внимательней, и меня буквально засыпали предупреждениями за то, чем я всегда занимался… Я думал, что это что-то в моей жизни изменит, а по факту геморроя от этого больше, чем пользы.

— А что по поводу Стражей? — уточнил я. — Если я правильно помню твои слова, всех несовершеннолетних кейпов туда собирают.

— Оказалось, что не всех, — вздохнул пацан. — У меня статус Умник-1 и никаких боевых навыков. Мне буквально нечего там делать. Так, время от времени СКПшники проверяют, и всё.

— Не зря хоть во всё это влезал?

— Теперь не знаю, — хмыкнул подросток. — Те же родители… Они хотели развестись после моего совершеннолетия, а тут вот решили не ждать. Их и так никогда не было дома, а сейчас они вообще в других городах работают и бывают наездами. И, с одной стороны, классно — живу один, но… толку-то от этого?

На этом наше общение постепенно и закончилось. Мы, конечно, ещё пару раз пересекались, но мальчишка был занят либо школьными проблемами, либо домашними, и мне показалось, что его жизнь в целом наладилась. По крайней мере, я так думал. Но время шло, и я, ободрённый встречей с Грегом, начал искать другие такие, скажем так, аномалии. Это было очень непросто: если тебе активно не помогают, ты никогда не поймёшь, в обычном ты сне или уже в необычном.

А затем случился прорыв. Мне хоть и не удалось наладить двустороннюю связь, но я зацепил удивительно подробный сон о магии. И эта магия до такой степени напоминала мне расширенную фрактальную модель физики, которую в моём мире пару месяцев назад стали использовать вместо стандартной модели, что я невольно заинтересовался. Я думал, что вижу сон на основе событий, которые наблюдал сам, а в итоге оказалось, что нет.

Все мы знали про те же нейтрино, а потом учёные и небарионную материю, которая не взаимодействует с электромагнитным полем, нащупали. В общем, меня не удивляло, что некий лектор в балахоне а-ля архимаг рассказывает ученикам про «ману» и поток «эфира» на странно звучащей латыни, — меня удивляло, что магию объяснили через физику. Причём так, что с какой стороны ни посмотри — выглядело очень достоверно. Я сидел за спинами магов-учеников и, мучаясь из-за использования римских чисел и геометрических методов записи вместо алгебраических, вникал в то, что они тут изучали. И чем дольше они изучали эту свою магию, тем сильнее я впадал в недоумение.

Сны они, по сути своей, дырявые. Сон буквально говорит нашему сознанию: «Вот тут у нас дыра, но ты, будь добр, искренне верь, что тут у нас панорамное окно в ад» или даже: «Вот книга, на листах которой написаны великие вещи», но по факту во сне ты держишь томик с пустыми листами. И это я к чему? Формулы, графики и прочая математика — она была слишком подробной. Некоторых знаков я даже не знал. Точнее, я большую часть знаков не знал, но, проверяя потом в сети, обнаруживал, что половину этих значков использовали то в Древнем Риме, то в Средневековье… Я явно видел чей-то мир, и мне было очень интересно, насколько показанное в нём — правда.

Как оказалось, та магия, которую я наблюдал во сне, существовала и в реальности… Просто у нас, в моём мире, «магов» не было. По крайней мере, на тот момент.

Но никто не вечен, особенно в нашем безумном мире.

— Kakogo h… — пробормотал я с недоумением, рассматривая чужую комнату и лёжа на чужой кровати.

Мой голос прозвучал чужеродно, он не принадлежал мне, и я окончательно растерялся. С болезненным сомнением я уставился на свои ладони — на эти детские, непривычно тонкие ручонки. Впрочем, если быть объективным, руки были подростковыми, как и голос, но разрыв между масштабами сознания и плоти казался катастрофическим.

Я замер, пытаясь воспроизвести что-то на местном наречии, и, к своему величайшему изумлению, у меня это получилось. Я даже рискнул проговорить ту самую скороговорку про Джона, ожидая, что язык моментально завяжется в узел, но произношение оказалось на удивление чистым. Мой речевой аппарат работал на удивление хорошо. Даже слишком хорошо. Видимо, бывший владелец этого тельца любил поболтать.

— Вот же б… — начал было я, но сказал не совсем то, что хотел изначально: — Где это я? И кто я? Ну, в смысле, здесь и сейчас?

Глава 2

**

— Эх, Грег-Грег, — пробормотал я в перерывах между изрыганием желто-фиолетовой струи в унитаз.

Не очень понял, что именно он сожрал, чтобы самоубиться, но, ей-богу, если бы он был жив, я бы его сейчас сам грохнул, ибо впечатления были специфические. А уж когда содержимое желудка полностью вышло, впечатления стали ещё более специфичными и болезненными… зато цвет стал более логичным — зеленоватым. Такой себе вариант радуги получился.

— И как я еще шучу? Отъехал кукухой, небось, и… Кх-х… х… Буэ!

Ах да, Грег… тот мальчишка, которого я встречал ещё когда занимался осознанными сновидениями… После моей смерти от старости (ну почти) я почему-то очнулся в этом пацане. Правда, сам пацан был немножечко мёртвый. Настолько, что ещё немного — и началось бы окоченение. По крайней мере, мышцы реагировали ну очень плохо, я бы даже сказал — вяло. Усилия прикладываешь титанические, а по факту проще упасть и ползти… Но пол поганый, шершавый, ползти не получилось, пришлось на четвереньках.

А ещё я не смог вызвать скорую, потому что за первые пять минут не успел найти телефон, а затем меня скрючило, и куда добрался, там окончательно и слёг. Так что сейчас обнимаю «керамического друга» и не то что не шевелюсь, но даже дышать стараюсь через раз, чтобы, так сказать, не растрясти.

У меня была надежда, что рано или поздно придут родители этого малолетнего психа и всё наладится, но нет. Я потерялся во времени и буквально видел, как солнышко встало в зенит, а затем опустилось за горизонт, но никто так и не пришёл. А когда окончательно стемнело, меня вдруг отпустило, и я даже успел обрадоваться, но тут о себе напомнили мышцы тела. Плюнув на чувство собственной важности, я позволил себе ещё раз беззвучно поплакать, ибо до такой степени мразотной судороги через половину тела я не испытывал никогда. Благо эта же судорога перехватила дыхание, и мой истошный вопль не вырвался наружу.

— Ну… Грег… Ну… Миллениал… добитый.

Я уже просто не обращал внимания на ощущения тела, так как после того как судорога прошла, я испытал такой приступ эйфории, что словами не передать. Всё же правы были классики, когда шутили про то, что если хочешь сделать человеку хорошо, надо сначала сделать плохо, а затем вернуть — если и не как было, то хотя бы половину.

Забравшись в душ прямо в одежде, я разделся уже под струями воды, наконец-то выдохнул и… пить хотелось так страшно, что я скорее пил, чем мылся.

**

Очнувшись, обнаружил, что одежда частично закрыла слив, а я заснул под струями теплой водички и чуть не захлебнулся в образовавшейся ёмкости. Повезло — отделался лишь припухшей от долгого пребывания в воде кожей. Да и вода была какой-то, прямо скажем, не питьевой. Привык я, что у себя дома из-под крана воду даже пить можно, а тут она прям техническая какая-то. Вкус химозный, и я прям чувствую: это не последствия отравления (хотя и они тоже), это она сама такая и есть. Говённая.

Выключив воду, я на подгибающихся ногах выбрался наружу и лишь покривился, обозрев беспорядок в совмещенном санузле. С другой стороны, после душа я уже мог стоять. Ну как стоять? Точнее, подпирать собою стену. Но прямохождение — это хороший признак.

Упираясь плечом в стену, я неспешно прошаркал в комнату мальчишки, стараясь не обращать внимания на следы, которые оставил на полу ранее. Как ни крути, а прийти в себя в, фактически, трупе — это вам не VIP-обслуживание. Тут даже без отравы ничего хорошего ожидать не стоило.

— И что это за фиолетовая дрянь была? Что он, черт возьми, пил? Раствор марганцовки? Чернила? Строительную химию какую-то? М-мудак…

Сорвав с кровати испорченное бельё и бросив его себе под ноги на пол, я, как стоял, так и упал на оставшийся матрас…

**

Вновь прихожу в себя, но солнца всё ещё нет. Либо я лежал не так уж долго, либо…, а нет, лежал я долго. Повернув голову, вижу часы на стене, и у них есть функция календаря. Оказался здесь я пятого числа, а сейчас уже седьмое. Значит, за окном уже следующая ночь.

— Вот это меня раскорячило, — пробормотал я и нервно засмеялся.

Что хорошо, я мог смеяться. После столь долгих обнимашек с унитазом и суток явного беспамятства возможность смеяться — это очень хороший знак, прям очень-очень.

— Зевс-громовержец, да где же у него телефон? — простонал я, растирая озябшие пальцы. Так-то я и сам буквально дрожал от нестерпимого холода (и это летом), но руки совсем плохо слушались.

**

Сегодня восьмое, точнее уже почти девятое число, и… я всё ещё один. Телефон я нашёл чисто случайно — он обнаружился на кухне. Признаться в моём детстве у нас тоже был проводной телефон; их вытеснили даже не мобильники, а смартфоны уже потом, когда я перестал быть студентом. А тут вот вам, пожалуйста — висит трубка на стене. Поначалу я думал, что это банальный домофон, так как кнопочный блок закрывался самой трубкой.

И да, скорая… это не интуитивно, но первое, что у меня спросили, — это не адрес, а… страховку. ХЗ, что это у них тут за мир такой жуткий, но когда мне стали рассказывать, что надо позвать взрослого или лучше позвонить через некий центральный офис, и тогда они всё-таки приедут, но если страховки нет, то обойдётся мне это баксов в 200… (это со скидкой, так как я несовершеннолетний, для взрослых дороже), я, признаться, даже не в курсе, насколько это большие деньги в этом мире. Именно в этот момент во мне проснулся вынужденный выживальщик, и я закончил разговор на этом. Понимаю, что отравление — штука специфичная, но смысл беседы меня так переклинил, что я просто плюнул на всё это.

Уже потом, часов через восемь-десять, к дому подъехала явная патрульная машина полиции, но эти ребята посветили выносной фарой на дом, бибикнули и… и уехали. Я в это время как раз отлёживался и даже обрадовался, что не пришлось превозмогать себя и тащиться ко входу.

**

Десятое число.

Я уже полноценно ходячий и даже смог позволить себе не давиться самопальными растворами и прочей мерзостью, а сижу, кушаю кашу. Не идеальная еда, но куда лучше пачки сухих хлопьев и банки какой-то сладкой пасты. Как я понимаю, этим Грег завтракал, обедал где-то в городе, а ужинал тем, что покупал в магазине. Сомневаюсь, что он был хорош в готовке… ну, разве что яичницу мог приготовить да знаменитую лапшу с сырным соусом. Пачки из-под яиц и лапши я в мусоре видел.

А благодарить за быстрое излечение надо интернет… что особенно смешно — его российский сегмент. Точнее, почти советский. СССР тут вынужденно трансформировался между 1996 и 1998 годами из-за Бегемота, и… история тут шла не так, как у нас, так что вопрос Грега про «советского властелина» не был шуткой, скорее не очень точной формулировкой. Тут, в этой версии США, со стен до сих пор не сняли плакаты, напоминающие о необходимости бороться с «красной угрозой». Я посмеялся.

Посмеялся и полез шастать по FTP-серверам тамошних университетов — благо такие в публичном доступе были, а на них лежали и книги тоже. Быстро пролистав пару работ по нужной теме и зарегистрировавшись на каком-то тематическом форуме, связанном с ЗОЖ, я создал тему со своими вопросами и подивился тому, что в этом времени даже тролли были какие-то, ну… конструктивные, что ли. Изначально я пытался сделать что-то схожее в теперь уже родном сегменте сети, но местные все как один сразу стали нести пургу про больницу и что помощь может оказывать только врач. Забавно, но иностранный, теперь уже язык, оказался полезен.

Самолечение, конечно, грех, но неоказание самому себе помощи — это, считай, тот же суицид. Всё как всегда: твоё здоровье в твоих руках… правда, руки привязаны к стулу, но это никого не волнует.

Но раз уж дошло дело до каши, а также большой стирки и мытья полов, пора было начинать и другие важные дела. Надо было узнать, почему откровенный подросток столько дней находится в доме один. Ну и вообще я намеревался покопаться в документах, тайниках и всяком таком барахле. По понятным причинам начал копаться в вещах я в своей комнате. Ничего особо важного я здесь не нашел — по крайней мере, важного для меня. Немного посмеялся, вскрыв довольно хитрый тайник, в котором обнаружились сигареты и потертые от частого перелистывания порножурналы. Что ценно, порнография была классической: ни тебе трапов, ни тебе собачек, ни какой-либо другой сомнительной хрени, которая стала нормой жизни в моё время. Хотя, если вспоминать моё время, создание секс-роботов было одновременно гениальной идеей и чудовищной ошибкой. Из-за этих роботов, можно сказать, древнейшая профессия погибла. Но это так, просто для справки.

Дальнейший обыск ничего особо интересного не добавил. Разве что удалось поглядеть на документы, кое-какие письма, счета и прочие бытовые мелочи. Родители Грега в самом деле развелись, а вот насчет опеки я не совсем понял. Складывалось впечатление, что кто-то из родителей появляется на выходных, а в будние дни пацан предоставлен сам себе. Нет, иногда, конечно, бывают исключения, но они не сказать чтобы частые.

Обыск невысокого подвала убедил меня в том, что я нахожусь в мире именно того самого Грега, с которым я общался, так как не узнать характерные детали, необходимые для создания биологической нейронки, было сложно. Пускай по моим часам прошло лет пятнадцать-двадцать, но здесь, судя по всему, прошел в лучшем случае год, а то и меньше. Некоторые вещи ещё даже не успели окончательно испортиться. Разве что пластину с мозгами уже давно утилизировали.

Дальнейший обыск на этом и закончился, так как чердака в доме не оказалось из-за особенностей строения крыши, а вместо гаража было скорее помещение для инвентаря, и, на первый взгляд, ничего особенного там не было. Одно лишь запустение.

Убедившись, что в доме нет ничего неожиданного — ну, либо я убедился в своей бездарности при проведении обысков, словом… — я чуть более внимательно исследовал компьютер этого мальчишки. Компьютером оказался предмет, в котором угадывался iMac G3 второго поколения. Точнее, в этом мире это был не G3, но дизайн и общий смысл в принципе совпадали. Эдакий CRT-монитор, совмещенный с компьютерными деталями, из-за чего получался забавный, пузатенький такой моноблок. Выглядело устройство довольно опрятно — не банальная серая коробка.

Меня немного удивила операционная система этого устройства, так как своим дизайном она напоминала даже не XP, а скорее Windows NT первых версий. Всё такое квадратненькое, без пафоса, однако при всём при этом работала она достаточно хорошо. А уж когда я посмотрел на технические характеристики ПК, был вынужден признать, что операционка работает прям очень хорошо, так как никакими десятками гигабайт здесь и не пахло. Оперативки было всего 128 мегабайт плюс жменя мегабайт видеопамяти. Как я понял, техпроцесс этого чуда в лучшем случае достигал 130 нанометров, да и то не факт.

Я не так хорошо помню историю компьютерной техники, но помню точно: в десятом году в моём мире недавно купленный компьютер в среднем был куда мощнее. Что и неудивительно, ведь глобальный рынок здесь сдох. Сейчас в этой стране доступны только те товары, которые она производит сама либо может каким-то образом импортировать. Микрочипы же импортировать было больше неоткуда. Знаменитый остров не существовал в чисто физическом смысле, а не менее знаменитые корейские и японские производители находились примерно там же — чуть ниже уровня мирового океана.

Пользоваться устройством, в котором были полноценные программы, оказалось уже непривычно. У нас-то давно всё скатилось к универсальным девайсам, которые представляли собой нейросеть с устройствами ввода-вывода. Например, мой любимый ноутбук не имел программного обеспечения в принципе. Единственное его ПО, так называемая операционная система, — это фактически холст и чат. Ты говорил, писал, печатал либо каким-либо другим образом сообщал устройству, что тебе надо, а оно писало тебе в ответ, говорило, создавало музыку, фотографии, видео или какие-нибудь документы. Словом, программ как таковых больше не существовало. Были только сами модели, настройки и что-то вроде документов. На этом всё.

Неудивительно, что, окунувшись в технологии своего фактически детства — ну, или как минимум молодости, — я пребывал в специфическом расположении духа. Да что там, я даже менеджер процессов открыл и поглядел, что здесь было запущено. А запущено, как оказалось, было всё. Я имею в виду, что операционная система как была установлена при покупке, так её и мучили, в том числе коверкая разнообразными твиками, сомнительными командами и прочей украшательской ересью. С другой стороны, что вы ещё хотите от ребёнка? Для того игрушка и существует, чтобы её мучить по-всякому. Вот, видимо, Грег свой компьютер и жулькал.

В целом, мне сейчас было важно лишь то, что эта штука давала доступ к местному интернету. А то, что устройство работает недостаточно эффективно, мне, в целом, плевать. В конце концов, если эта штука справляется со своими задачами, имея на борту одну восьмую гигабайта, то она по умолчанию работает эффективнее любого компьютера из моего мира.

Поностальгировав, я освежил свои знания по здешним компьютерным технологиям и провёл вдумчивое исследование файловой системы. Даже инструмент восстановления удалённых файлов добыл и применил. Но ничего, кроме файлов игрушек и ожидаемой порнографии, я не нашёл. В общем, моё следствие зашло в тупик. Как шутил один комик, в этой игре не было маркеров, указывающих на то, куда надо идти, чтобы продолжить квест. Такая вот стрёмная игра под названием жизнь.

Но не буду сильно нудеть. Ведь если в доме и на компьютере ничего особого не было, то вот почитать сообщения Грега, которые он отправлял и получал на сайте ПХО (Parahumans Online), было любопытно. Паренёк, откровенно говоря, жёг напалмом: троллил и задвигал окружающим максимально безумные теории заговора. Но мне, как человеку, который застал эпоху, когда сайты с шуточными новостями стали воспринимать скорее не как набор анекдотов, а как предостережение перед будущим, не все теории Грега казались безумием. Как по мне, он слишком быстро отбрасывал их — скажем так, не дожимал.

Но, как оказалось, Грег не только чудил и безумствовал в сети. Если отбросить его вполне логичные мысли, пускай и немногочисленные, то оказывалось, что настоящих собеседников у него не так уж и много. В основном — шапочные знакомые. Но было три человека, которые выпадали из общей канвы.

Первым был некий Спарки. Если я правильно понял, то это был либо друг, либо одноклассник Грега. Но, скорее всего, и то, и другое вместе.

Затем была странная девушка с ещё более странным ником, который можно было перевести как «Девушка в стрингах». Имея столь провокационное имечко, она оказалась довольно скромным собеседником. Впрочем, у Грега тоже был довольно пафосный никнейм, так что нечего здесь аналог физиогномики устраивать.

Ах да, третий контакт. Некто Париан. Если я правильно помню, это такой фарфор… или мрамор. Словом, собеседница Грега предпочитала, когда он называл её по-дружески Куклой. Ничего особо интересного в их переписке не было. Интересным был лишь тот факт, что и у Грега, и у этой Париан были плашки, что они кайпы-бродяги города Броктон-Бей.

А ещё было интересное сообщение от этого собеседника:

«Глупо верить этим идиотам. Я не удивлюсь, если эта парочка знает твою реальную личность, но подставлять тебя… Не вижу в этом смысла. Просто обратись в СКП. Они злодеи, ты — официальный бродяга, зачем рисковать и поддаваться на шантаж?»

— Оу! — пробормотал я, удивлённо моргнув. — Шантаж? Это любопытно.

Глава 3

Признаться, в последние лет десять-двадцать я всё больше полагался на роботов в ведении домашнего хозяйства. Началось всё с классического робота-пылесоса, а дальше — по нарастающей. Здесь же ничего такого не было, так что пришлось вспомнить, как работать руками, ногами и головой. В первый раз было даже забавно, но стоит помыть пол один раз, как эта процедура успевает надоесть так, что повторять её больше не хочется. Неудивительно, что первое, что я сделал, когда смог выйти за пределы дома, — это поход в канцелярский магазин.

Нет, будь ситуация чуть иной, я бы повёл себя иначе. Но когда ты выходишь из дверей своего дома, поднимаешь голову и видишь, как в небе пролетает какая-то девчонка в обтягивающем костюмчике, твой собственный разум однозначно говорит: «Бог создал разных людей, а полковник Кольт создал средство, которое уровняло их шансы». Так что да, чтобы сохранить спокойствие, я в первую очередь задумался об оружии, затем о прочих «плюшках» и лишь в последнюю очередь — о внедрении в общество этого мира.

Ещё во время обыска дома я обнаружил кое-какие запасы денег. Их было не так много — буквально столько, сколько с меня требовали за вызов скорой помощи, да ещё пару центов сверху. Но не будем вспоминать о плохом.

Из записей и прочих свидетельств было понятно, что эти деньги находились в моем полном распоряжении. Грег в прямом смысле слова вёл на них домашнее хозяйство, обеспечивая себя. Точнее, в основном он покупал не самую полезную для здоровья еду и прочие вкусняшки. Так что некоторую часть этой суммы я реально мог потратить на что угодно. Что я и сделал.

Порывшись в сети, я добыл плохенькую карту города и разведал местоположение интересующих меня магазинов. К счастью, канцелярию продавали не так уж и далеко. Сорок минут неспешного пешего хода — и я на месте. Ну, точнее, я так думал. Однако в реальности оказалось, что в этой Америке, как и в той, что осталась в моём родном мире, всё было заточено под автомобильный транспорт.

Наркоманы, бомжи, какие-то сомнительные психи… Словом, для меня стало открытием, что разница между двумя параллельными улицами может быть кардинальной. Ну, то есть буквально: вот вам проспект, по которому ходят люди в одежде стоимостью в десятки тысяч долларов, а я сейчас без шуток — отходишь на пятнадцать метров в сторону, и вот вам, пожалуйста: палатки с бомжами, кто-то кого-то ебёт, а рядом какая-то школота пытается обдолбаться «хмурым» или чем-то не менее сомнительным.

Но магазин канцелярии и товаров для рукоделия мне реально понравился. Тут было вообще всё, что мне требовалось. А уж когда я случайно наткнулся на стеллаж с гелевыми ручками, которые были не просто разноцветными, а с характерными блёстками в чернилах, я вообще душевно растаял.

И тут надо объяснить: я подзабросил осознанные сновидения не потому, что это было плохое развлечение. Нет, они имели смысл. Однако, когда ты можешь заняться чем-то интересным и, что самое главное, полезным в реальности, это куда веселее. А что может быть круче, чем изучение настоящей магии? Пускай эта магия и не совсем магия, а скорее технология. С другой стороны, те, у кого я подворовывал знания, считали себя магами, так что и мне не грешно использовать это слово и терминологию.

Но вернёмся к разноцветным ручкам с блёстками. К сожалению, не все гелевые ручки на этом стеллаже мне подходили, но кое-что выбрать всё же удалось. Как по мне, лучше переплатить немного за промышленный товар, чем, тихо матерясь, возиться с изготовлением самодельных чернил с нужными свойствами. Нет, самодельные чернила иной раз куда полезнее всего того, что можно купить, но я очень давно перерос начертательную схемотехнику. Говоря прямо, чернила нужны были мне для самого первого этапа — раскрутки. Это уже потом можно позволить себе вольности и упрощения, а в первое время придётся много и аккуратно рисовать. Тут ничего не поделаешь — специфика такая.

Принеся корзинку с товарами на кассу, я с некоторым недоумением посмотрел на кассиршу, которая смотрела на меня с ещё большим недоумением. Я даже оглянулся, подумав, что за моей спиной кто-то стоит, однако мы тут были лишь вдвоём.

— Что-то не так? — спросил я, доставая деньги.

— Нет-нет, всё хорошо. С вас 95 долларов и 25 центов.

Я протянул деньги и, пока мне подготавливали сдачу, сложил все покупки в пакет. В целом, я так и не понял, чего такого особенного в том, что я закупился разноцветными авторучками, чертёжной бумагой, пластилином, а на оставшуюся часть суммы купил довольно неплохую готовальню. Но в чужую голову просто так не залезешь, а спрашивать лень. Смотрит и смотрит. Без моего присутствия они могут меня даже побить… Или как там Ходжа Насреддин говорил?

Вернувшись домой, я вывалил покупки на кровать и, не откладывая дело в долгий ящик, принялся чертить.

В магии есть одна очень неприятная особенность. Все так называемые магические взаимодействия построены на той самой небарионной материи — субстанции, которая с электромагнитным полем не взаимодействует. Говоря проще, если это «что-то» пройдёт сквозь человека, тот и не заметит. Однако, чтобы колдовать, надо иметь возможность на эту материю как-то воздействовать. А как на неё воздействовать, если она более инертна, чем знаменитые нейтрино? Частицы этой гадости пролетают планету насквозь, не замечая её. И звёзды они пролетают сотнями.

Вот здесь и вступает в игру статистика. Через каждый квадратный метр проходит огромное количество нужных мне частиц. По моим прикидкам, их поток меньше, чем у солнечных нейтрино, а пролетает их за секунду столько, что число содержит не то 12, не то 14 нулей. Даже если предположить, что все эти частицы почти никогда не взаимодействуют с обычной материей, в течение года-двух хотя бы одна из них да провзаимодействует с рисуемой мною ловушкой. Например, в своём мире мне пришлось ждать три года. Правда, тогда у меня не было опыта и знаний, которые я получил позже, так что сейчас я надеюсь справиться месяцев за пять-шесть. Конечно, для этого придётся нарисовать штук сто ловушек. Не сказать чтобы сложно, но монотонно и очень скучно… Но на банальном ксероксе нужное не размножишь, а жаль.

Закончив с первым чертежом, я почувствовал голод, поэтому торопливо соединил две области рисунка карандашным штрихом и с недоумением уставился на результат своих трудов.

То, что первый рисунок был кривоват и, скорее всего, не стал бы работать, было очевидно. Но мне надо было набить руку, вспомнить, так сказать, как это делается. Тем неожиданнее стало то, что этот бракованный по сути своей чертёж внезапно заработал. Не через три года, не через шесть месяцев, а прямо сразу.

Произошедшее поразило меня до такой степени, что я минут пять стоял с листком в руках, молча глядя на него со все возрастающим недоумением и шоком. К счастью, я заметил какое-то движение за окном и, вскинув взгляд, обнаружил, что вдалеке пролетел какой-то местный супергерой. Опустив глаза, я полюбовался активной ловушкой, затем вновь посмотрел в окно на супергероя и многозначительно протянул:

— Хм… Подозрительно.

Аккуратно, я бы даже сказал — подчеркнуто бережно, я положил листок на стол и позволил себе осторожно выдохнуть.

О том, что местная костюмированная братия как-то влияет на нужный мне ресурс, я могу подумать и позже. А вот продолбать заполненную ловушку из-за торопливости — это сродни идиотии. Поэтому я был максимально осторожен. Я понимаю, что листок с ловушкой невозможно испортить так просто, но когда помнишь, насколько сложно это далось тебе в первый раз, ты, черт возьми, будешь избыточно осторожен.

Ловушка. В ней нет ничего особенного. Самое главное заключается в том, что она способна вытянуть из одного взаимодействия эффект усиления. То бишь, как только хотя бы одна частица попадается в чертеж ловушки, она резко увеличивает эффективный радиус своей работы. Вероятность взаимодействия со второй частицей возрастает кратно: вместо ожидания нескольких лет достаточно максимум суток, а то и часов. Когда взаимодействуют уже две частицы, эффективность продолжает расти, но уже не столь стремительно. Говоря проще, после второго взаимодействия ловушка активируется на максимум буквально сразу, задержка не достигает и нескольких секунд. Хлоп — и всё.

Однако здесь и сейчас не прошло ни года, ни даже часа. Это говорит лишь о том, что, судя по всему, супергерои являются источниками тех самых частиц. И это странно, потому что магам не нужно фонить этой материей. Наоборот, чем меньше ты её тратишь, тем лучше.

Плавно отступив от стола, я выдохнул, выматерился и только после этого позволил себе жизнерадостную улыбку. Мне потребовалось некоторое время, чтобы восстановить душевное равновесие, и лишь затем я вернулся к работе.

Дальнейшие действия были куда проще. Мне лишь требовалось перенести содержимое ловушки на рабочий инструмент. Самый простой и полезный способ использовать ловушку — это активировать стило. Впрочем, по старой доброй радиолюбительской привычке я предпочитал называть это устройство паяльником. На деле же оно представляло собой обычный держатель для чертёжных перьев — ручку. Благо эта штука продавалась в магазине, и я не забыл её купить.

Минута ушла на то, чтобы побороть дрожь в пальцах, и вот ловушка, которая всё это время словно светилась неярким синеватым светом, угасла. Зато под пером, которым я тыкал в середину ловушки, вспыхнул огонёк; он почти мгновенно потух, оставив после себя запах горелой бумаги. Вот и все спецэффекты. Теперь, если не знать или не иметь интегрированного в себя источника управления магией, ты никогда не догадаешься, что эта приспособа — очень полезное устройство. Не волшебная палочка, конечно, и «Авадой Кедаврой» из неё не стрельнёшь, но в потенциале это куда более полезная и классная вещь.

Аккуратно вложив созданное устройство в футляр, я убрал его в стол и ушёл на кухню. Честно говоря, пальцы всё ещё подрагивали, дыхание было неровным — в общем, у меня были все признаки серьёзного шока.

Когда я пытался изучать так называемую магию в своём мире, из-за череды глупых косяков стартовый период растянулся на годы. Поэтому неудивительно, что из-за того, что здесь и сейчас всё получилось буквально сразу, я искренне боялся: вдруг меня постигнет неудача и столь сладкая морковка, которой мироздание помахало у меня перед носом, исчезнет? Так что я отложил дальнейшие шаги на час-два, чтобы прийти в себя, отдышаться и поесть.

И лишь на следующий день, когда я окончательно пришёл в себя и поверил в происходящее, я достал вчерашний девайс. Вынув его из упаковки, я использовал его для активации простейшей схемы, которая только и умела, что перехватывать поток нейтрино и трансформировать часть энергии в банальный свет.

Мгновение — и листочек засиял приятным свечением. Не светодиодная лампа, конечно, но тоже очень и очень неплохо. В принципе, если увеличить рисунок хотя бы до формата А4, такой штукой вполне можно заменить не самую мощную лампу. Причём, что ценно, устройство будет работать до тех пор, пока его структура не будет разрушена. А она, к сожалению, разрушится куда быстрее, чем хотелось бы: взаимодействие с этой условной «маной» бесследно не проходит. С другой стороны, какая вам разница, когда именно испортится листок бумаги, если это всего лишь листок бумаги?

Даже если бы рисунки портились за час, это всё равно было бы полезно, а портились они значительно медленнее. Тетрадный листок мог выдержать неделю, а хорошая бумага для принтера могла и месяц, и два проработать светильником. С большими мощностями пришлось бы уже плодить двух-трёхстадийные схемы, но это всё равно проще, чем любой привычный нам техпроцесс. Видать, поэтому мир тех магов, у которых я подворовывал знания, и не перешёл в технологическую эру. Им это просто не требовалось. Ну, то есть совсем.

Полюбовавшись фонариком, я свернул листок бумаги в классического журавлика и отложил его в сторону. Раз даже свернутый листок продолжал работать, значит, всё было сделано правильно, без ошибок. Это радовало. А ещё я осознал, что все эти дни был неимоверно напряжён. Я думал, что спокоен и рационален, но это было ложью. До тех пор, пока я не начал восстанавливать свои возможности, я подсознательно боялся. Что, в целом, логично: события моего попадания сюда были достаточно болезненными и неприятными, чтобы так быстро о них не забыть. Да и информация о возможном шантаже не давала мне покоя.

А через час приехали родители Грега.

Это было как ушат холодной воды. Я уже так привык к одиночеству, что подспудно думал, будто дальше будет так же. Но нет. Неожиданно подъехала машина, из неё вышли мужчина и женщина. Они шли к дому и, судя по всему, ссорились. Я глубоко вздохнул и приготовился к тяжёлому испытанию. Как ни крути, родители должны были заметить неладное буквально сразу. И… они ничего не заметили.

Мать Грега поприветствовала меня, отец лишь кивнул, и на этом всё.

И вот стою я, смотрю вслед прошедшим мимо людям и понимаю, почему этот пацан был таким социально неблагополучным. Эта его торопливая речь, эмоциональность, неумение общаться с людьми — всё это взялось не на пустом месте. Это результат воспитания, точнее — обстоятельств. Вздохнув, я покачал головой и со спокойной совестью ушёл в свою комнату. В конце концов, какой смысл переживать из-за глупостей, если о них можно не переживать? Даже если я сделал что-то не так, ну что со мной могут сделать? Наорут? И хоть развёртывание магической инфраструктуры ещё в самом зародыше, уже сейчас я могу сказать, что худо-бедно, но сам себя обеспечить смогу. Не рвусь к этому, но смогу.

Погрузившись в свои дела, я очнулся через час-два, когда нос учуял запах полноценной домашней еды. На душе потеплело, и я резко переключился в режим мимикрии. За нормальную готовку можно многое простить.

Припомнив все материалы и сведения о Греге и его семье, которые я обнаружил за время своего пребывания здесь, я вышел из комнаты и прошёл на кухню, где… чуть не выматерился, так как запах домашней еды мне, откровенно говоря, померещился. На самом деле аромат шёл от двух пакетов с символикой доставки. В общем, предки Грега либо не умели нормально готовить, либо умели, но им было лень; в любом случае пришлось довольствоваться какой-то хоть и вкусной, но сухомяткой. Ни тебе супа, ни салатика… печально.

— Сын, мне звонила секретарь из школы и сказала, что ты три дня не ходил на занятия, — произнёс отец, наливая себе в стакан сок. — На тебя это не похоже. Что-то случилось?

— Съел какую-то гадость в школьной столовой, — ответил я односложно.

— А остальные два дня? — уточнила мать Грега.

— Признаться, было просто плохое настроение, и не хотелось никого видеть, — пошутил я и обалдел: что отец Грега, что его мать лишь кивнули и стали обсуждать между собой какую-то неизвестную мне женщину. Переход от внимания к игнорированию был настолько резким, что даже такой толстокожий человек, как я, растерялся.

И вот сижу я за столом и охреневаю. С одной стороны, конечно, удобно, а с другой… Грег, бедолага, да как ты жил вообще? Как кукухой не поехал?

Глава 4

Убедившись, что родители Грега потеряли к нему интерес и теперь общаются только между собой, я быстро доел свою порцию, убрал тарелку в мойку и вернулся в комнату. Здесь я некоторое время занимался созданием так называемой палитры, или же алфавита. Идея заключалась в том, что нет смысла каждый раз рисовать уникальные схемы и символы. Можно, как в электротехнике или радиолюбительстве, заготовить эдакий набор стандартных деталей.

Так как то, чем я занимался, сильно напоминало магию (да и изначально эту технологию магией и считали), эти штуки я по старой памяти называл рунами. Хотя, конечно же, никакими рунами стандартные компоненты не являлись. Да и стандартными они были исключительно для меня — я создавал их под свои потребности. В материальном мире это были невнятные караказябры, нарисованные разными чернилами и не только ими. Но вся соль была в той материи-недотроге, которая образовывала вокруг этих якорей своеобразные завихрения.

А дальше всё происходило максимально обыденно. Это завихрение позволяло взять свою часть при помощи эдакого пинцета — специального устройства, которое давало возможность манипулировать тёмной материей буквально руками. И когда я говорю про пинцет, я имею в виду то самое стило или паяльник, который сделал раньше.

Концептуально это работало так: ты берёшь стило в руку, тыкаешь им в ячейки палитры, и оно подхватывает из этой палитры определённым образом сконфигурированные объекты тёмной материи. То есть ты буквально выкладываешь эти штучки, как радиодетали, на специально подготовленный лист. Так как человек чисто физически не может махать стилусом очень быстро, пока ты ориентируешь детали на листе, палитра успевает восполнить потраченную часть завихрения.

Да-да, волшебство таким образом превращается в аналог радиолюбительства. Более того, раньше, когда я относился к стандартизации чуть более халатно, настройка любого заклинания превращалась в отладку схемы. А так как аналога мультиметра или осциллографа на тот момент не было, эта работа становилась своеобразным искусством. Требовалось настоящее чутьё и насмотренность, чтобы догадаться, где именно и что пошло не так.

Ну а сейчас, имея за плечами большой опыт, я, конечно, потратил довольно много времени и усилий, чтобы подготовить всё необходимое, но из-за стандартизации процесс стал куда более простым и интуитивным. Впрочем, если бы не изобретение палитры, я бы предпочёл маяться с ручной наладкой и дальше, так как любая ручная схема в разы, в десятки раз проще и меньше. Однако, когда ты можешь позволить себе собирать схемы из готовых компонентов, сама схема, хоть и становится значительно сложнее, собирается тривиально. Я в прямом смысле этого слова использую бумагу в клеточку и выкладываю компоненты в эдакие ячейки. Всё очень наглядно, и ошибиться крайне сложно. Да и опасности подорваться нет. В конце концов, все стандартизированные элементы, руны, без специального сигнала находятся в режиме ожидания.

Ещё одним неоспоримым преимуществом стандартных компонентов является то, что они сами очень строго следят за тем, чтобы выдавать определённые сигналы. А как я уже говорил, сделать качественный аналог осциллографа для магии — задача нетривиальная, поэтому куда удобнее иметь возможность отсекать мусор и не пускать его дальше в схему. Утрируя, всё многообразие возможностей сводится к ограниченному набору состояний, и эти состояния можно просчитать на компьютере. В своём мире у меня был специальный промт, эдакий калькулятор, который обеспечивал оптимизацию схем. Тут ничего такого ещё не было, поэтому приходилось делать всё вручную, так сказать, по наитию.

Ну что-то я сильно углубился в технические детали. Сейчас важнее было то, что полёт моей фантазии, хоть и был ограничен стандартными блоками, зато их можно было использовать сотнями, а при особом желании — и тысячами. И масштабирование обходилось мне, если и недаром, то близко к тому. Однако в этой бочке мёда была и ложка дёгтя. Мои наблюдения показывали, что не всё с магией на этой планете нормально. Говоря проще, вместо того чтобы обойтись примитивной палитрой, мне пришлось заморачиваться и делать её по аналогии с тем, к чему я пришёл через 15 лет магической практики.

Внешне палитра напоминала симпатичный блокнот, точнее записную книжку, на страницах которой были нарисованы странные изображения. Однако на другом уровне бытия всё было несколько сложнее. Обложка записной книжки представляла собой довольно серьёзный изолятор, броню, которая выдерживала мощные воздействия как на физическом, так и на магическом уровне. А ячейки самой палитры не просто пополняли запас компонентов, они ещё и очень строго следили за своей целостностью. Если что-то портило руну, она либо самовосстанавливалась, либо, если повреждение было слишком велико, ячейка опустошалась и выставляла видимый глазу символ ошибки.

И да, ошибки были. Их было подозрительно много. Но в первое время меня спасал тот факт, что я использовал очень примитивную, скажем так, «толстую» магию, так как делал всё вручную. Ну а затем проблема нивелировалась техническими приспособлениями, защитой и валидацией. Однако мне срочно нужно было придумать способ разобраться с происходящим. Как я понимаю, силы супергероев и злодеев этого мира как-то завязаны на тёмную материю, и надо понять, как именно это происходит. Мне бы не хотелось, чтобы какая-нибудь хтонь могла пожечь мою магическую схемотехнику. В своём мире я привык, что магические компоненты гораздо более стабильны по отношению к материальному миру, а вот здесь такой уверенности у меня уже не было. И я обкладывался защитами, где только мог, даже там, где никогда их не использовал.

Вот за этим делом я до полуночи и просидел. Забавно, но я сам удивился, что закончил всё запланированное так быстро. Я никогда не раскручивал технологию магии с нуля… ну, в смысле, именно это я и сделал в своём мире, но там это была эволюция: ряд экспериментов, прозрений, ошибок. Здесь же мне требовалось восстановить привычный базис, хотя бы какое-то его подобие. Уже зная, куда надо идти и что делать, я многое упростил и облегчил.

И одновременно с этим я видел, что принятые мною ранее решения были не всегда удачными. Они не были совсем уж ошибочными, но стали следствием технического долга. Просто у меня не было желания и возможности выбрасывать всё то, что уже имелось, и поэтому новые разработки вынужденно делались так, чтобы быть совместимыми с прошлым поколением схем. Но если не сильно угашиваться на тему красоты и эстетики, в целом всё было достаточно оптимально. В конце концов, многие схемы и структуры я создавал при помощи моделирования, допиливая их практическим опытом, и оттого руны сами по себе были достаточно хороши и надёжны.

Я откинулся на спинку стула, помассировал глаза и, полюбовавшись результатами своего труда, улыбнулся. Утилизировать изначальную палитру и стило я не стал: просто запаковал их в магическую защиту и убрал в тайник — туда же, где лежали порножурналы Грега. Ну а сам остался со вторым поколением инструментов, с мобильным, так сказать, вариантом.

Как по мне, получилось очень удобно, ведь система была сделана на основе записной книжки на кольцах, в корешок которой можно было защёлкивать авторучку. Из листков этой книжки я сделал палитру, а авторучку перебрал и зачаровал как стилус. Вроде бы мелочь, но даже мне самому понравилось — видимо, потому что довольно много работал руками. У себя-то я всё больше полагался на автоматизированную сборку. В конце концов, ничто не мешает переложить магические манипуляции на технику, ведь человек, точнее маг, в этой системе магии — это скорее инженер, а не какой-то необычный ресурс.

Посидев и бездумно полюбовавшись потолком, я опустил взгляд и понял: можно, конечно, лечь спать, однако чужой мир — это чужой мир, тут двойных толкований быть не может. А учитывая, что у них тут творится, надо было заботиться не только инструментами, но и оружием. Ну, или хотя бы чем-то, что можно использовать в качестве оружия. К сожалению, ничего особо простого для защиты я сделать не мог. Не было у меня возможности пафосно сказать «Протего» и обеспечить себе безопасность вообще от всего. Но кое-что я сделать, конечно же, мог.

И первое, что приходит в голову, — это защита от кинетического воздействия. Накладывать этот комплекс на себя, на своё тело в целом, возможно, но идея очень плохая. Любая ошибка — и не факт, что откачают. Поэтому я поступил проще. Если навесить броню на себя сложно, то почему бы не сделать броню из одежды?

К счастью для Грега и, соответственно, для меня, школа, в которую он ходил, не настаивала на специализированной форме. Поэтому дети ходили туда в чём хотели. Нет, конечно, свод правил регламентировал некоторые вещи, но Грег ходил на учёбу в джинсах и футболке, а в более прохладные периоды накидывал ещё и джинсовую куртку. Зимой она, конечно, заменялась на лёгкий пуховичок и шапку, но сейчас мне было достаточно и более лёгкого варианта. Благо ещё достаточно тепло и зимой не пахнет.

Я внимательно осмотрел штаны и футболки, после чего отобрал подходящий комплект и убил несколько часов на то, чтобы разметить схему, обеспечивающую нужные мне свойства. Так как броня делалась буквально из ткани, она была не очень мощной и, прямо скажем, не особо многоразовой. С другой стороны, я в этих штанишках под пули лезть не собираюсь. Можно сказать, что это просто средство от паранойи, не более того.

И вот, когда я закончил зачарование и рассматривал результат, в дверь моей комнаты постучали, и тихий голос произнёс:

— Грег, ты не спишь?

Я с недоумением посмотрел на часы — было уже два часа ночи. Сделав пару шагов, я открыл незапертую дверь. На пороге оказался отец Грега. Вместо того чтобы попенять ребёнку за то, что тот не спит, он лишь осмотрел комнату и вошёл внутрь.

Его взгляд зацепился за вещи, разложенные на кровати, — судя по всему, он наконец-то нашёл повод для начала беседы.

— О, в школе готовишься, это хорошо, — закивал мужчина и, воспользовавшись моим стулом, уселся на него. Я, в свою очередь, хмыкнул и сел на кровать. Вопросов не задавал, просто смотрел на своего полуночного гостя.

— Хмм, — невнятно произнёс мужчина и покосился на меня. — Какой-то ты тихий. Я ожидал, что ты прожужжишь мне все уши из-за моего неожиданного появления.

— Всё проходит, и люди меняются, — пожал я плечами и уточнил: — О чём ты хотел поговорить?

— Ты, мальчик, уже большой, поэтому скажу как есть. Твоя мать нашла хорошее место работы на Аляске, а я, как ты сам знаешь, постоянно в командировках. И, в общем… — мужчина замялся и, судя по всему, не знал, что сказать.

— Учитывая, что вы в разводе, предположу, что речь идёт не о переезде.

— Да, ты прав. Смысла срываться с места нет. Да и дорого это. Просто настала пора пожить тебе без нашего пригляда. Эмма будет раз в месяц заезжать, но я постараюсь быть здесь в выходные. Ну, хотя бы раз в две недели, — описал диспозицию мужчина и снова замялся.

— Что-то ещё? — уточнил я, и мой собеседник несколько смешался. — Плохие новости лучше проговорить вслух, чтобы они не стали неожиданностью.

— Да, ты прав. В общем, так как мы в разводе, к тебе может пристать сотрудник социальной службы. Было бы очень хорошо, если бы ты не рассказывал ему о наших обстоятельствах. Если он будет спрашивать, говори, что кто-то из нас дома есть, а то, что нас может не оказаться в определённый момент, — это случайность. Ты понимаешь, что я хочу сказать?

— Понимаю. Вы не хотите проблем с органами опеки и попечительства.

— Как ты забавно соцслужбу назвал, — хмыкнул мужчина и улыбнулся. — Да, всё так и есть.

Мы ещё немного поговорили о мелочах, и мужчина ушёл, бросив напоследок, что, раз я теперь такой самостоятельный, то он считает логичным увеличить выделяемые мне средства, в том числе и карманные деньги. Сумма, конечно, не была невообразимой, но для ребёнка она и в самом деле могла показаться внушительной. Я ребёнком не был, однако и проблем в происходящем тоже не видел.

Нет, я теперь понимаю, что Грег мог вздёрнуться не потому, что его кто-то в чём-то обвинял и шантажировал, а банально из-за семейных обстоятельств. Но то, что было важно для этого мальчишки, было не очень важно для меня. Столь широкий уровень автономии меня лишь радовал. Ну а денег, учитывая разницу в пищевых предпочтениях, теперь вполне себе достаточно. Если не питаться одной лишь пиццей и прочими чипсами, выделенной суммы для школьника, которым я сейчас и являюсь, вполне достаточно.

Закрыв за мужчиной дверь, я постоял посреди комнаты и понял, что перед сном мне стоило бы сделать ещё одну вещь. Защита — это хорошо, но нужно было кое-что более приземлённое. И я сейчас говорю не про оружие, хотя стоило бы о нём подумать, а про грузовые перчатки.

Смысл в том, что перед уходом мужчина поставил задачу: собрать и выкинуть кое-какой хлам из подвала. А хлам этот был либо габаритным, либо тяжёлым. Как я понимаю, отец Грега подразумевал, что мальчишка банально разломает ненужные вещи и вынесет их по кускам. Ну а я собирался зачаровать перчатки, которые позволили бы переносить тяжесть предметов с рук на почву под ногами. То бишь, если руками я бы мог поднять килограммов 20, ну максимум 30, то в таких перчатках можно было и машину приподнять. Ведь фактически я делал это не руками, а при помощи магии.

Ткань перчаток из-за этого, конечно, очень быстро будет деградировать, но они же продаются комплектами по 10 штук, так что нет проблемы зачаровать себе ещё одну пару. Этим я и занялся. Вынул свежий лист чертёжной бумаги, разметил классическую схему усиления, после чего воспользовался своим новым набором и выложил компоненты в нужном порядке. Затем просто положил перчатки на лист со схемой и без каких-либо спецэффектов получил желаемый результат.

Тканевые перчатки, похожие на те, что используют для работы в саду, идеально сели на мои ручонки. Я растопырил пальцы, потом сжал руки в кулаки. Никаких неудобств или аномального поведения я не обнаружил. Всё было как надо.

Ну а затем я подошёл к кровати, ухватился за её спинку левой рукой и просто потянул вверх. Почти без усилия достаточно тяжёлая кровать приподнялась.

— Вот тем руны и хороши: любые бытовые заморочки резко упрощаются.

Оставив мебель в покое, я прошёлся по комнате, собрал кое-что из школьного инвентаря и погрузил всё это в ранец. Туда же забросил и перчатки.

— Эх, это же теперь ещё и со шкафчиком разбираться, с расписанием и прочими сложностями, — вздохнул я и, выключив свет, забрался под одеяло.

Последней мыслью перед сном было то, что у Грега, к счастью, был школьный знакомый — Спарки, который вроде бы съел мою легенду и был готов помочь мне с внедрением в местный социум. И вроде бы всё, что мог, я уже сделал. Но сама мысль о том, что мне придётся завтра идти в школу, пугала меня до дрожи, словно я вернулся в собственное детство. Как представлю, что меня будут отчитывать за несделанные домашние задания, так внутри всё буквально опускается. Столько десятилетий прошло, а она меня до сих пор пугает. Ни смерть, ни ядерная война, ни обезумевшие от ужаса люди, а банальная, чёрт побери, школа.

Поёжившись, перевалился на другой бок и, замотавшись в одеяло, постарался заснуть.

Глава 5

— Эм… ты, должно быть, Спарки? — замявшись, уточнил я у паренька, который напоминал классического подражателя рок-гитаристам. Длинные волосы, странные штучки на одежде, да и сам прикид в тёмных тонах. Присутствовало вообще всё то, что подразумевают, говоря о гитаристах.

— А ты кого ожидал, Санта-Клауса? — вздохнул парнишка и, оттолкнув меня плечом, зашёл в дом. — Ну рассказывай, что у тебя за новая шиза родилась, из-за которой мне пришлось вставать на час раньше и пилить сюда… благо сестра подвезла.

Я закрыл дверь и последовал вслед за гостем, который с наглой мордой вошёл на кухню и уселся за стол.

— Слушай, Грег, мне кажется, или ваша кухня какая-то, даже не знаю, нежилая что ли? — осмотревшись по сторонам, уточнил Спарки.

— Так и есть, — подтвердил я. — Я обедаю или в городе, или покупным. Да и родители всё больше с доставки живут… в последнее время.

— Ясно, ясно, — покивал паренёк. — Но всё же, зачем я тебе сдался? И учти: если мне твои доводы не понравятся, я встану и уйду.

— Доводы, говоришь? — задумчиво пробормотал я и положил на стол перед мальчишкой пятьдесят долларов одной бумажкой. — Доводов у меня нет, разве что вот такие.

Мой гость с недоумением посмотрел на купюру, затем перевёл взгляд на меня и нахмурился. Взяв купюру и проверив её на просвет, он с некоторым сомнением убрал её себе в карман и оглядел меня тяжёлым взглядом.

— Ладно, такие доводы я тоже принимаю. Но хотелось бы понимать, насколько сильно ты ничего не помнишь, чтобы удачно подыгрывать тебе.

— Признаться, я не знаю ничего. Где мой шкафчик? Где я вообще учусь? В каком классе? Как зовут одноклассников, если это, конечно, важно…

— Ну, что я могу сказать? Имена одноклассников ты всегда плохо запоминал, давая окружающим странные клички, — гость нахмурился и, запустив пятерню в волосы, почесал голову. — В натуре ничего не помнишь? Прям совсем?

— Могу предложить сок и мерзкие хлопья без молока, — перевёл тему я и заглянул в холодильник. В этот же холодильник заглянул и мальчишка. — М?

— Вам его и в самом деле проще отключить, — пробормотал Спарки, обнаружив внутри только забытый хлам и сиротливо стоящий пакет с соком.

— Я думал об этом, — согласился я и разлил содержимое пакета по двум стаканам.

Спарки посмотрел на меня ещё более тяжёлым взглядом и буквально опрокинул в себя содержимое стакана. Выдохнув, он постучал пальцем по столешнице, хмыкнул и без прелюдий начал говорить. Было видно, что этот паренёк не очень хорош в изложении своих мыслей, однако именно это и выручало: пока он мучительно долго формулировал свои мысли, я успевал вставлять уточняющие вопросы. Вот в таком тандеме мы и потратили время перед школой.

Из его речи я узнал много лишнего, но и полезное тоже проскальзывало. Для меня стало открытием, что в американских школах нет классов в привычном понимании. Здесь вообще нет сплочённого (или неособо) коллектива, который грызёт гранит науки плечом к плечу из года в год.

Эта их школа напоминала бюджетную версию европейского университета: у каждого ученика своё уникальное расписание. Мы пересекались на одних предметах, но на других оказывались в совершенно разных кабинетах с незнакомыми людьми. Конечно, была некая база, костяк — те, кто шёл по той же программе, что и Грег, — но называть их одноклассниками было бы натяжкой. Скорее, это просто соседи по потоку, случайные попутчики в бесконечной череде уроков.

Теперь становится понятна необходимость шкафчика… точнее нет, не стала. В принципе, когда школьником был я сам, мы носили вещи из класса в класс в портфелях, и единственное, что было похоже у нас на шкафчик, — это гардероб. И это логично: верхняя одежда габаритная, а вот бросать учебники и тетради в школе — это, как минимум, странно. Ну да, сегодня тебе какой-то учебник не нужен, но ведь очень легко забыть его, и как на следующий день делать домашку? Так что нет, схема со шкафчиками, конечно, рабочая, но, как по мне, избыточная. Опять-таки, тут могло быть широкое поле для разнообразных пограничных случаев и вредительства. В конце концов, что мешает залить шкафчик недруга какой-нибудь дрянью? Или банально обокрасть его?

— Ты, походу, реально памяти лишился, — буркнул Спарки. — Думаешь, где твои учебники и почему?

— Представления не имею, — пожал плечами я.

— Вот придёшь — узнаешь, — фыркнул малолетний гитарист. По крайней мере, он подтвердил, что на гитаре таки бренчит, а значит, его можно так и называть.

Ну а дальше я закрыл дом и последовал за своим провожатым, который показал мне место посадки на школьный автобус. Возможность централизованного завоза ребятишек в учебное заведение мне понравилась — опять-таки, экономия, — но вот внутри жёлтого недоразумения было как-то слишком суетно. Никто никого не бил и ножами не тыкал, понятное дело, но словесные перепалки были. Я с интересом оглядывал эту разношерстную толпу малолетних пассажиров и подмечал, что все они либо с пустыми руками, либо с какой-нибудь мелочью. Только у одного при себе был пакет с явной спортивной формой, которая, судя по лёгкому аромату стирального порошка, была недавно постирана.

Снаружи школа… ну, она ничем примечательным не выделялась. Здание как здание. Доводилось видеть и похуже… впрочем, и получше тоже.

— Мда-а… — протянул я, когда Спарки, уверенно подёргав крутилку кодового замка, довольно быстро подобрал комбинацию и открыл мне дверцу теперь уже моего шкафчика. И да, внутри шкафчика был «сынарник», по центру которого лежала груда удивительно толстых и, судя по всему, не очень новых учебников.

Я взял тот учебник, на который указал Спарки, и проследовал за ним в класс, где мы, стараясь не привлекать особого внимания, приземлились на обычные для этих ребят посадочные места.

Я поглядел на название урока, и мой мозг чутка сбойнул, так как смысл названия можно было перевести как «Граждановедение». Полистав страницы этого кирпича-учебника, я заметил в чём-то знакомые термины и, признаться, излишне увлёкся процессом. Для меня стало большой неожиданностью, когда я поднял голову от упавшей на меня тени и увидел перед собой учителя — вроде бы его звали мистером Грэдли, — который смотрел на меня с укоризной.

— Ну что же ты, Грег? — попенял он и распорядился: — Может, ты продолжишь эту тему? Давай, расскажи нам о демократии.

— Кхм… — я встал, осознав, что окружающие почему-то странно на меня смотрят.

Не очень понял, что именно я сделал не так, но раз попросили осветить термин, надо было что-то про него рассказать. Но что?

— Демократия — это слово, как понятно по звучанию, состоит из двух греческих слов: dēmos и kratos, то есть «народ» и «власть». Причём под народом понимали не всех людей в общем, а определённую их часть. Например, самое первое демократическое общество, город-полис Афины, было интересно тем, что к голосованию там не допускались иностранцы и рабы (что логично), а также нищие, дети и женщины. На текущий момент известно несколько типов этой самой демократии, например: прямая демократия, представительская…

— Стоп-стоп, о чём это ты? — удивился учитель. — Я хотел, чтобы ты рассказал о настоящей демократии, о сдержках и противовесах.

— Настоящей? — переспросил я. Так как «настоящей» можно было признать только одну, я продолжил: — Если мы говорим о демократии прямого действия, то сдержками и противовесами там можно считать, наверное, то, что все участники знают друг друга и результат своего голосования будут применять в жизни тоже сами. То бишь балабола будет сдерживать то, что во второй раз он уже вряд ли сможет заболтать окружающих. Да и ничто не мешает собраться на голосование ещё раз и проголосовать уже за форму казни этого косячника, что не единожды и происходило в реальной практике. Из минусов данной формы можно отметить то, что голосующие должны более-менее знать друг друга, разбираться в теме голосования, быть относительно равными. Ещё из особенностей можно отметить, что не всегда, но часто голосование было публичным деянием. Вы не просто чёрный или белый камушек в амфору кидали, вы это при ponyatykh делали.

— Боже мой, Грег… — мистер Грэдли закатил глаза. — Я просил тебя рассказать о настоящей демократии, о нашей демократии.

— О «нашей»? — уточнил я, так как хоть и умел теперь говорить на английском свободно, но смысл этой его просьбы от меня всё равно ускользнул.

— О демократии Соединённых Штатов Америки, — отчеканил учитель.

— А… Ну, эта форма демократии называется представительской, и такая форма много где используется. У нас разве что довольно архаичная система выборов сохранилась — при помощи так называемых выборщиков. В других странах граждане, в основном, голосуют сами, без посредников. Сдержками тут можно назвать то, что выборщики…

— Ой, всё, — Грэдли изобразил классический фейспалм. — Хватит, Грег. Садись и больше не вскакивай. Мы же не в Вест-Пойнте, а в Уинслоу.

— Сэр, есть сэр! — потешно козырнув, я уселся на своё место, осознав, наконец, почему окружающие так на меня пялились, когда я привычно встал для ответа. Тут, оказывается, с места докладывают. Поэтому я замаскировал свою ошибку клоунадой, и окружающие, вроде бы, купились.

Дальнейший урок лишь убедил меня, что я нахожусь на чём-то вроде аналога «разговоров о важном» (видеозаписи с которых мне притаскивал посмотреть один из племянников лет пятнадцать тому назад), совмещённом с чем-то вроде «религиоведения», так как отсылок к библии было чуть больше, чем оно того стоило. И не то урок такой, или учитель с, так сказать, изюминкой. В общем, я сделал заметку в блокнотике, что текущий урок — это разновидность местной пропаганды, и стал относиться к нему проще.

Вернувшись к своему шкафчику, я под присмотром Спарки взял правильный учебник и нужные тетради. Сверившись с расписанием, я зашёл в нужный кабинет и уселся на место, на которое обычно садился Грег. Мой помощник лишь кивнул, подтвердив, что я не накосячил, и после этого ушёл на свои занятия, а я попытался не сильно отсвечивать. Последнее получалось плохо, так как мою «выходку» обсуждали. Как я понял, все думали, что я изначально задумывал эпатировать публику, а не ошибся. И слава Зевсу, так сказать.

На мою удачу, остальные уроки перед обедом прошли максимально спокойно. Ни один из учителей не докапывался до меня по поводу моего недавнего отсутствия, и домашних заданий у меня тоже не спрашивали. К слову, надо будет провентилировать у Спарки тему с домашкой. В моём мире, на родине, это были важные вещи: не сдавая домашку, можно было остаться на второй год легко и непринуждённо.

Однако уроки шли один за другим, и я о них мало что могу сказать, так как сильно переживал из-за незнания местной жизни и боялся, что отчебучу что-нибудь такое же, как на первом занятии. Поэтому, когда начался обеденный перерыв, я пристроился к основной массе учащихся, которая и привела меня в местную точку общепита.

К несчастью, кормили здесь, как бы это помягче сказать, плохо. Как подсказывает мне опыт, повар сам не очень понимал, что именно он готовит. Мне в жизни не доводилось видеть до такой степени хреново сделанную пюрешку. А пюре, чтобы испортить, это надо очень сильно постараться. Это титаническая задача. Обычного разпиздяйства здесь не хватит.

— Ты с ума сошёл, это же столик для… — перехватив меня на полпути, зашипел Спарки мне на ухо. Из-за толчеи я не понял, чей именно это столик и почему, но позволил увести себя туда, где сидеть было можно.

— Как хорошо, что ты сам меня нашёл, — порадовался я, поставив поднос со снедью на стол. — У меня накопились вопросы.

— У меня, знаешь ли, тоже, — фыркнул мальчишка и кивнул на мою еду. — Ты что, из Алькатраса сбежал? Зачем столько?

— Просто хотел попробовать все блюда. Не знаю, что здесь стоит есть.

— Здесь ничего не стоит есть… по крайней мере, так говорит моя сестра, а она гастроэнтеролог… точнее, будет им, когда сертификат получит, — пошутил проплаченный мною помощник и ткнул пальцем в чашечку с чем-то вроде сладкого пудинга: — Я возьму?

Я пожал плечами, передал этому мелкому гитаристу указанное блюдо и принялся за дигустацию. И чем больше я пробовал, тем больше удивлялся тому, что чувствовал. Блюда они… они из достаточно нормальных продуктов были сделаны, но максимально «на отвяжись». И да, я понимаю, что дети такое есть не любят, и это нормально, но дети, которые успели проголодаться, съели бы эту еду, если бы её до такой степени не испортили.

И да, отсутствие супа меня прям угнетало. Ну как можно обедать без супчика? Без него вторые блюда буквально не раскрываются… хотя, учитывая запоротые колбаски и пюре, тут раскрываться и нечему.

— Ну как еда? — полюбопытствовал Спарки, когда я попробовал всего понемногу. — Как школа?

— Продукты нормальные, и если бы не повар, то было бы нормально, — пожал плечами я. — А школа… половину бардака можно легко убрать, а в целом тоже нормально. Учителям, конечно, в массе своей, плевать на всё, но их понять можно. Да и я пока не видел, чтобы кто-то намеренно вредил, так что директора, Бреквел, обвинить не в чем. Со своей работой она справляется. Ну, либо у неё внятный заместитель.

— Пф-хе… — мой собеседник который как раз пил напиток из банки, почему-то поперхнулся, и газировка брызнула во все стороны. — Кхе-кхе…

— С тобой всё нормально? По спине постучать?

— Со мной-то всё нормально, — откашлявшись, буркнул мальчишка и уставился на меня квадратными глазами. — А вот у тебя, по всей видимости, точно не все дома.

— Да?

— Да-да, — покивал мелкий гитарист. — У нас тут наркотой в коридорах банчат, функционеры банд шастают, и вообще чёрт его знает что творится. В прошлом году так вообще ученика в туалете зарезали.

— Вот как? Ну да, мне нечего выдвинуть против твоего личного опыта.

— Что? Эй, это был не я, Льюиса парни из АПП насадили.

— Вообще-то я хотел намекнуть на твою сегодняшнюю покупку, но раз первое, что ты вспомнил, — это убийство, то я даже не знаю, как реагировать… Ну, типа, окей, это был не ты.

— Да точно тебе говорю — не я это был, не я!

— Да-да, я понял, — я протянул руку и ободряюще сжал кисть собеседника. — Я тебе верю.

— Грег… ты сейчас пи*децки пугаешь, — отдёрнув руку, буркнул Спарки и вскочил. — Я это… пойду покурю, да, покурю.

— Уверен? Всё же охранник в школе есть, а пахнет эта дрянь характерно.

— Ты про SRO? Да ему по*ер вообще, — отмахнулся малолетний гитарист и торопливо покинул столовую. Ну а я лишь плечами пожал. Каждый гробит свою жизнь сам… с посильной помощью окружающих, конечно же.

Закончив с тестированием местных пайков, я окончательно убедился, что придётся либо есть дома, либо искать что-то поблизости, либо носить перекус с собой. Хотя мой личный школьный опыт протестовал против тормозка со снедью: всё же тут не офис, и разогреть будет негде, да и не так много времени между завтраком и возвращением домой, чтобы прям реально загнуться с голоду. Всегда можно сделать завтрак чуть плотнее — горох из скороварки там с мясом или перловочка с гуляшом.

Я кивнул и вновь достал блокнот, в который записал напоминание поискать в продаже автоматические скороварки. Без скороварки горох — это замечательный прекурсор для производства химического оружия, так сказать.

Встав из-за стола, я было собрался отнести недоеденные комплекты на утилизацию, но не судьба. Какая-то наглая чернявая девица, которую сопровождала рыжая подпевала, без всяких затей схватила со стола пластиковую емкость с десертом и, словно это было чем-то само собой разумеющимся, вытряхнула эту сладкую хрень мне на голову. Рыжуля злорадно заржала, привлекая тем самым к нам излишнее внимание, а я впал в ступор. Всё же я из довольно патриархальной страны, а родом и вообще из другой эпохи; мне с детства прожужжали уши, что девочек бить нельзя, и я старался придерживаться этого стереотипа, но сейчас…

— Равноправие — замечательная вещь, — пробурчал я, чувствуя неприятный зуд в мышцах после довольно кривоватого удара ногой, снэп-кика, если по-спортивному. По старой привычке я пытался ударить в пах, но вовремя сообразил всю несуразность этого действа и ударил чуть выше, в живот. Моя противница отреагировала неожиданно бодро, но из-за того, что места для уклонения у неё не было, я попал, и хорошо так попал.

P.S.

Из-за недопонимания некоторых читателей поясню: ГГ бил эдаким аналогом «поджопника». Больно, обидно, с ног сбил, но таким ударом невозможно раздробить кости противника или превратить его ливер в кровавый фарш... По крайней мере, этого не мог сделать щуплый Грег.

Глава 6

На этом наше противостояние и закончилось, так как сквозь толпу заинтересованных школьников протолкнулся охранник, так называемый School Resource Officer, который сказал буквально следующее:

— Вы эту херню либо прекращаете, либо оба попадаете к директору на ковёр. Причём я скажу, что виноваты тоже оба. Так сказать, для симметрии, — рявкнул упитанный парень и пробурчал себе под нос: — Тоже мне Инь и Янь, ёпт.

Я лишь плечами пожал, так как особого желания продолжать у меня не было. Я ведь уже отвесил ей аналог «поджопника» и достаточно. Ну а она, хоть и метала искры из глаз и маты изо рта, продолжить конфликт не решилась и покинула столовую. Хотя морду скорчила такую, что хотелось догнать и добавить.

На удивление, происходящее привлекло слишком много внимания. Ну, повздорили, ну бывает. А тут реально толпа накапливаться начала. К счастью, мне никто не мешал, и я, сдав недоеденное на утилизацию, отправился к своему шкафчику. А рядом с ним уже находился Спарки, который явно меня поджидал.

— Скажи спасибо, что наш пузан-охранник разделяет идеалы восьмёрок, иначе бы тебе сейчас пришлось отдуваться перед Бреквел.

— Восьмёрок? Про шестёрок я слышал, а кто такие восьмёрки? — уточнил я, открывая шкафчик.

— Стрёмные у тебя шуточки, — хохотнул гитарист и нахмурился. — Ты что, и это забыл?

Я кивнул, а паренёк лишь задумчиво почесал голову… И что-то он её часто чешет.

— Всё просто. Восьмёрки, или Империя 88, — это банда во главе с Кайзером и рядом других кейпов-злодеев. Они нацисты, точнее неонацисты. Ратуют за чистоту белой расы, впрочем, продавать наркотики детям с белой кожей им это не мешает.

— Идеалы — это идеалы, — улыбнулся я. — А 20 долларов — это 20 долларов. Ну или почём у вас тут доза стоит?

— Смотря что и у кого брать, — не обратив внимания на мою шутку, Спарки продолжил: — А ещё есть Азиатские Плохие Парни, или, сокращённо, АПП. Как понятно из названия, это что-то вроде восьмёрок, но для азиатов. За главного у них Лунг, он кейп и сильный, так что, имея лишь двух суперов на всю банду, они и с восьмёрками в паритете, и героев Протектората в кровь избить смогли.

— Нацизм на любой вкус и цвет… миленько, — покивал я. — Есть кто-то ещё?

— Ещё есть Барыги, но они в основном наркотой торгуют и сами ею долбятся, так что с чёрными нацистами у нас здесь не очень задалось, но ребята опасные… если ты, конечно, не Оружейник.

Я припомнил всё то, что успел просмотреть в сети, и наконец осознал: про кейпов-то я читал очень внимательно, а вот углубляться в то, где какие банды орудуют, мне и в голову не пришло. Сработал стереотип, что с этим должна полиция разбираться, а не у гражданских голова болеть. Всё-таки спокойные времена размягчают даже титановые бубенцы…, а уж если они никогда не были титановыми…

— Это ведь ты охранника подогнал? — сделал я предположение. Хоть парень и не ответил, по его мимике было понятно: таки да, именно он SRO-шника замотивировал зайти в столовую. — К слову, что это за психическая была?

— Ты про чёрную? София Хесс. Входит в группу по лёгкой атлетике, так что поаккуратней с ней, у неё с директрисой всё на мази. Обычно она в компании с Эммой и Мэдисон тусит, в мозги окружающим гадит и самоутверждается… «Хищница» е*аная.

— Чего она ко мне пристала?

— Ну а почему бы и не пристать? Что бы ты ей сделал? Ну, в смысле, раньше? — буркнул мальчонка и, покосившись по сторонам, уточнил: — Грег, ты это… ты кейпанулся, да?

— Нет, а к чему вопрос?

— Хм… Ты в начале года хвалился, что тебя зарегистрировали… Да и на ПХО у тебя плашка стоит, что ты подтверждённый кейп. Но, учитывая, что новеньких на кейп-сцене города не появлялось, я подумал, что ты модераторам на лапу дал.

— На лапу я дал не модераторам, — хмыкнул я, припомнив запылённое оборудование которое осталось от попытки Грега сделать биологическую нейронку. Точнее, оборудование после удачной попытки создать такую штуку. Не зря, видать, я его во сне за*рачивал, показывая, как надо всё сделать. — Глупость всё это. Зачем вообще на эту «сцену» лезть? Какой с этого профит?

— Так кейпы же не могут без геройств, это все знают, — Спарки пожал плечами. — Если кейпанулся, то в течение месяца-двух ну точно напялишь костюм и выйдешь в патруль.

— Вот как? — нахмурился я, подивившись такой явной девиации, и достал блокнотик. Записал в него задачу по ускорению проверки пары гипотез, так как информация о так называемых Властелинах меня порядком напрягла. Если здесь есть что-то похожее на приколюхи моего мира, то надо держать ухо востро.

— К слову про Хесс… У неё есть несколько подпевал, и с баскетболистами из школьной команды она дружна, тебе бы поберечься.

— Поберечься… — повторил я и заметил паренька, который шёл, накинув капюшон толстовки на голову, и никто в него пальцем не тыкал. — Подскажи, а вот в таком виде ходить — это тут нормально?

— Вполне. На уроках снимать не забывай… хотя некоторым преподам плевать, — Спарки пожал плечами и указал пальцем на мои волосы. — Ты этот пиздец отмывать-то собираешься?

— Этим и занимаюсь, — кивнул я, продолжая работать с блокнотом, но на этот раз уже с другим — тем, в котором была палитра с рунами.

Когда гитарист задал свой вопрос, я как раз закончил зачаровывать тетрадный листок, чтобы он стал мягким и одновременно очень шершавым для всего, кроме кожи и волос. Благо аналог был и в моём мире: я технологию в скребке для собак подсмотрел. И вот сейчас это моё любопытство очень выручило, так как простой водой сладкую хренотень отодрать было сложно, даже с учётом того, что волосы были достаточно короткими. А так — раз провёл, затем ещё пару-тройку раз для контроля, и в целом нормально. Надо будет, разве что, перед сном в душ сходить.

— Так… Так просто?! — поразился собеседник, обнаружив, что проблема уже устранена. — Это чего за салфетки такие у тебя?

— М? — с недоумением обернулся я и только сейчас осознал, что, так сказать, «занимался магией вне Хогвартса». Благо использованный листок уже упал в мусорную корзину, которые в коридоре, на удивление, были. — Я ХЗ, какая-то мулатка одолжила.

— Мулатка? — заволновался парнишка. — Показать можешь?

— Не уверен, — вынужденно наврал я, так как никакой мулатки не было. — А тебе зачем?

— Да это же первейшее дело для длинных волос. И если джем ещё можно вымыть, то жвачку только выстригать.

— Хм… Понятно. Ну… Если встречу…

— Буду благодарен, — заверил меня мальчишка.

На этом сегодня помощь моего консультанта и закончилась. Спарки убежал домой, а я надел на левую руку перчатку с зачарованием, которое позволяло поднимать большие грузы или же, если использовать перчатки в паре, сжимать или разжимать что-нибудь. В данном случае мне нужна была грузоподъёмность, ибо чем больше я смотрел на шкафчик, тем меньше мне нравилась эта штука. Тем более Спарки очень ярко продемонстрировал, что умеючи вскрыть эту коробку можно очень легко и быстро.

Как я понял, школы выдавали учебники, и, что ожидаемо, я нёс ответственность за это имущество. Лучше пусть эта ответственность лежит у меня в комнате, чем не пойми где… заодно и прочитаю.

К слову, учебники были максимально странными. Они были крупнее привычных мне — скорее формата А4, но никак не А5. Да и толстыми были, но те, что я листал на уроках… они были скорее энциклопедиями, чем учебниками, ибо там было навалено всего помаленьку и присыпано картинками и даже комиксами. Ну, ладно, если ты в теме разбираешься, это даже удобно, а если нет? Да и какой смысл в таком формате, если тебе проще бросить их в школе? Как показывает опыт, лучше всего запоминалось из учебника то, что ты прочёл дома из интереса.

Так что я загрузил весь хлам из шкафчика в шелестящую сумку с укреплёнными ручками, которая, к моему счастью, нашлась в этом же шкафчике, и покинул учебное заведение. Ну, точнее, не так уж и спокойно. Во-первых, пришлось возвращаться, чтобы закрыть шкафчик. В конце концов, он хоть и пустой, но за него я тоже, чёрт побери, несу ответственность. Ну а во-вторых, на выходе с территории школы ко мне пристала группа явных баскетболистов.

Чувствуя, что дело пахнет керосином, я поставил сумку с учебниками на землю, сбросил и ранец, после чего неторопливо надел перчатку на вторую руку, пока эти трое парней несли какую-то бурду, будто я охренел и мне надо преподать урок.

О да, да, это был замечательный урок. Урок того, что магия, даже если она физика, — рулит.

Ударов в корпус я не боялся, а голову прикрывал руками. Благо рукава у футболки были длинными, поэтому всё было в разы проще, чем при настоящем мордобое. В принципе, по закону жанра, детишки должны были ещё много чего сказать, но так как я молча пошёл на них, сжав кулаки, они тоже решили не тянуть и начать действовать. В чести этих спортсменов было то, что они худо-бедно, но умели действовать в группе. Но так как ногами они не махали, а действовали только руками, было очень просто сблизиться с самым главным в этой шайке-лейке и ухватиться за него. Я просто схватил его кулак во время удара, поднырнул под руку и ухватился за шею со спины.

Так как на моих руках были перчатки и они находились в режиме действия относительно друг друга, я просто завернул правую руку противника ему за спину и хорошенько потянул. Понятно, что я не пытался сломать её, но когда твой кореш начинает визжать на одной ноте, ты волей-неволей прекратишь атаку, дав мозгу толику времени, чтобы осознать ситуацию. Так что необслуженная парочка атаку прекратила.

— В общем, так, малыши, заканчиваем балаган и расходимся. Ну, либо я ломаю руку вашему дружку, а затем догоняю уже вас и делаю всё то же самое. Я доступным языком объяснил дальнейшие события?

— Да мы, да мы тебя уроем, урод!

— Уроем? Урод? Как нелитературно. Мы же старшеклассники, а не маленькие дети, ей-богу.

Воспользовавшись усилением левой перчатки, я надавил на плечо пританцовывающего от боли в заломленной руке парня, и он вынужденно упал на колени.

— Ваша су… ваша подружка Хесс эту ху… этот бардак первой начала и выхватила за это. Так что вы здесь не герои какие-то, а три пи… трое глупцов, которых на опасную глупость подписали. Ну так что, мне ему крылышко ломать или мы начинаем общаться?

— Чё те надо? Чё надо? — заголосил один из парней.

— Мне? — растерялся я. — Мне от вас ничего не надо, а вам от меня?

— Отпусти Энтони, иначе хуже будет! — рыкнул второй.

— Куда уж хуже? Три мордоворота накинулись на щуплого мальчонку, причём двое из трёх — чёрной масти… Ну, явно же с расистскими целями к белому ребёнку пристали… Просто не лезьте ко мне, и этого достаточно.

— Так мы ещё и не начинали. Ты, Ведер, совсем берега попутал, козлина!

— Мы с вами в любом случае разойдёмся. Либо спокойно и миром, либо с мордобоем, либо мне придётся вас обнулить. Я понятно говорю?

— …

— Значит, непонятно… — вздохнул я. — Мы сейчас с вами или расходимся друзьями, забыв о произошедшем недоразумении, или вы оказываетесь в больнице с травмами. Если не успокоитесь, организую место на кладбище. И я сейчас даже не шучу, говорю прямым текстом. Теперь понятно?

— О-отпусти, — простонал баскетболист, которого я удерживал.

— М? — я удивился. Неужели он в таком положении тоже будет права качать?

— Х… Мы забываем о произошедшем, но дружить с тобой не намерены.

— Эм… — я окончательно выпал в осадок. Этот чувак что, реально думает, что я к ним в друзья таким образом набиваюсь? Это же просто оборот речи, и не более того.

Я отпустил руку парня и просто по привычке поднял его с колен на ноги — благо в перчатках это было легко и необременительно.

— Ты кейпанулся, да? — покачиваясь и постанывая, уточнил освобождённый мной заложник.

— Нет, но мне вот интересно… вы уже забыли мои слова про кладбище?

— Значит, кейпанулся, — буркнул старшой в этой баскетбольной банде и пошаркал в сторону школы. Его кореша последовали за ним, время от времени оглядываясь.

Я подошёл к сумке с книгами и осознал, что надо было иметь при себе что-то более действенное. Просто бы отметил всех троих, и всё. Как ни посмотри, это куда проще. Или перцовый баллончик, да. Пшикнул, отпинал и… хотя нет, потом бы опять пристали… Значит, такое решение проблемы было идеальным. А если нет — узнаю по факту.

А вот дальше я реально влип. Мы же в Америке, тут всё заточено под машины, а я, по сути своей, пешеход, причём пешеход с тяжёлой и габаритной сумкой. Так что, когда я добрался до дома, проклял всё, что мог проклясть, а что не мог — обложил матами, но строго про себя, ведь я отыгрывал роль приличного школьника.

Насчёт «проклясть» — это, кстати, шутка. Эдакий маркер того, что поездочка показалась мне куда более сложным и муторным занятием, чем прикладная физкультура с теми баскетболистами. Ну а добравшись до места, я обнаружил машину родителей Грега.

Внутри дома был один лишь отец. Он занимался тем, что резал кусок стекла стеклорезом на кухне. Признаться, я его даже немного зауважал. Давненько я не видел людей, которые умеют делать что-то руками.

— М? А, ты, наверное, из школы? — кивнул он, заметив моё появление. — Ты представляешь, какая-то с*ка кинула камнем нам в окно. Благо в техническое помещение. Если бы высадили окно в комнате, это было бы очень неприятно.

— Когда я уходил, всё было целое, — заметил я.

— Так я про тебя и не говорю. Это буквально минут тридцать назад произошло. Я как раз только-только приехал.

— Понятненько, — ответил я и задумался.

Может быть, это совпадение, а может, и нет. С другой стороны, этот человек прав: в комнаты ведут довольно большие окна. Замена такого, не сказать что непосильно дорогая, но каких-то денег это всё-таки стоит. Поэтому, отнеся сумку с учебниками в комнату, я подсел к рабочему столу, достал черновики и попытался вспомнить какую-нибудь схему, которая позволила бы прикрыть окна от чужих посягательств. Понимаю, что дую на воду, но я здесь без году неделя, и чёрт его знает, чего ожидать. В конце концов, Грега шантажировали какие-то злодеи. Может, это они таким глупым способом о себе напоминают.

Но от работы меня отвлёк отец Грега. Он попросил помочь ему с рамой. Ну а после этого я задержался, чтобы помочь ему с уничтожением бутербродов с кофейком. Нельзя было сказать, что я был голоден, но бутербродики пахли одуряюще — куда лучше школьной еды.

— Какой-то ты молчаливый. Это ты из-за всей этой ситуации переживаешь?

Я покосился на мужчину и мимикой изобразил что-то невнятное, так как просто не знал, что отвечать.

— Ну да, да, логично, — приняв мои действия за ответ, мужчина интерпретировал его как-то по-своему и беседу свернул.

На этом наша беседа и увяла, так толком и не начавшись. Он не знал, что мне отвечать, а я вообще не одуплял, о чём надо спрашивать. Да и, признаться, меня слабо волновала вся эта история. Я их буквально не знал, а они, судя по всему, не сильно рвались навязывать своё общество сыну. Я, конечно, считаю такое поведение взрослых людей как минимум странным, но кто я такой, чтобы их осуждать?

Но я быстро забылся в своих исследованиях и уже через часик имел на руках два варианта решения проблемы. Так как технология, к сожалению, очень сильно отличается от сказочной магии, своё решение пришлось проверять. Для проверки я использовал обрезки стекла, которые остались после починки окна в техническое помещение. Как говорится, 15 минут позора — и всё пришлось переделывать, так как оба решения оказались неудачными. Ну, точнее, конечно же, удачными, но каждое из них было по-своему неудобно.

Так что ближе к вечеру у меня получилось сделать одновременно хорошее и, что самое главное, невидимое зачарование, которое обеспечивало замечательную защиту окон. Причём, что ценно, защиту окон только с одной стороны. В конце концов, в экстремальных ситуациях надо иметь возможность проложить себе путь, в том числе и через окна. И путь изнутри наружу — это логично. А вот снаружи внутрь — это уже ограбление со взломом.

P.S.

Пятого числа проды точно не будет... 𦏟𒴫={5<8i.ve

Глава 7

Закончив с окнами, я полистал учебники — кстати, достаточно интересные. Единственный их минус в том, что это реально энциклопедии, а не учебники. Как по ним именно учиться, я не представляю. Но, как я только что говорил, читать их было интересно. Правда, все те учебники, которые можно было назвать не естественнонаучными, были достаточно ангажированы в политическом смысле. Я такой топорной пропаганды в жизни своей не видел. Даже наши клоуны настолько уж не опускались. А они, между прочим, очень сильно опускались. Впрочем, о мёртвых либо ничего, либо хорошо. И если сказать хорошего нечего, ну значит ничего, просто промолчим.

Однако энциклопедичность этих учебничков мне очень пригодилась, так как на одном из комиксов был нарисован персонаж со старой фотокамерой. Я про те коробки на треногах, в которые вместо электронных матриц или фотоплёнки использовали ещё более допотопные фотопластинки — специальные стеклянные пластины с нанесённым на них химическим составом. Признаться, я с плёночными фотоаппаратами знаком плохо. Это брат у меня увлекался этим делом. А когда я повзрослел, уже были в моде автоматические «Полароиды», а затем начали появляться первые цифровые камеры. Ими я и пользовался. По крайней мере, до тех пор, пока эти же камеры не стали встраивать сначала в мобильные телефоны, а потом и в смартфоны.

Но не надо думать, что я применил идею этих старых камер напрямую. О нет, фотографировать что-то таким образом возможно, но цель должна находиться между камерой и источником излучения. Буквально как в рентгеновском аппарате, и, желательно, с такими же габаритами. В данном случае источником излучения мог выступать поток неструктурированной маны — той самой тёмной материи, а этой самой материи, напомню, у меня не так уж и много. Хотя ловушки, которые я использую, — это прям рояль-рояль, они покрывают буквально все мои потребности, но мои потребности не так уж велики, как неудивительно. Так что да, ловушки всё очень сильно упрощают. И тем не менее, такого количества маны для экспериментов у меня нет. А если ещё точнее, то накопить её не так уж сложно, но тут надо довольно замороченное устройство городить. Я никогда ими не занимался. А как мне известно, чем больше «черноты» ты пытаешься хранить в одном месте, тем это сложнее. Манна лишь в виде рун очень хорошо складируется, так сказать. Но не в сыром, не в обработанном виде.

Но эту методику я всё же применил просто для эксперимента. Даже самого себя снял и зачарования разные фотографировал. В итоге получилось так себе. Например, для такого метода фотографирования я был практически прозрачен. Точнее, я и был прозрачен, так как никаких магических штук в тело не интегрировал, а вот футболку снять забыл — да, её и обнаружил на снимке в виде слабого марева. Хорошо видно было разве что мой блокнотик с палитрой. И немудрено, ведь в обложку встроены ловушки для пополнения расходуемых компонентов.

Поигравшись с получившимся устройством, я сделал себе пометку доработать и палитру, и сами руны, чтобы понизить их заметность. Нужно это или нет — чёрт его знает, но паранойя тем и чудна, что иногда за тобой и в самом деле следят, так что лишняя маскировка не помешает. Однако применять эту технологию для фотографирования кейпов было бы сложно: пришлось бы как-то затащить образец и зафиксировать его в довольно узком промежутке между сенсором и источником маны. Логично же, что эти ребята будут сопротивляться и снимки получатся смазанными.

Ну и не надо забывать, что это не сказочная магия, а физика. Тёмная материя — это не что-то невероятное, а такая мерзость, которая при определённых условиях вполне себе влияет на обычную материю через гравитацию и… слабое взаимодействие. Говоря проще, если перемудрить с плотностью маны, можно повлиять на то, что всеми считается константой. Я говорю о полураспаде. Без шуток, в моём мире я этот эффект на радиопрепаратах тестировал. Работает.

Все мои знакомые, даже если и занимались наукой, то не ядерной, поэтому точнее я об этом эффекте сказать не могу — и сам не знаю. Но то, что влияние есть, — это факт. И было бы неприкольно, если бы я по своей глупости организовал не просто удобный источник энергии или не столь удобный источник ионизирующего излучения, а добротную такую атомную бомбу, которая по закону подлости жахнет не где-то там, а где-то здесь. Так что нет-нет, отказать. Поэкспериментировали и хватит.

Вторая идея была куда сложнее в исполнении, но чуть более безопасна. Говоря проще, вместо того чтобы светить прожектором, который мог ненароком повлиять на законы мироздания, лучше было организовать что-то вроде снегопада или тополиного пуха, но не в материальном виде, а в виде структур из маны. Мысль простая: нечто создаёт такие вот структуры из тёмной материи и разбрасывает их в определённом объёме, и тогда всё, что попадает в эту зону, вынуждено через них проходить. И если простые смертные, строительные материалы и прочее разное статистически прозрачны, то всё, что хоть как-то взаимодействует с тёмной материей, повлияет на эти, прости господи, снежинки.

А дальше всё просто: эти частицы достаточно крупные, чтобы в них можно было зашить логику. Например, если что-то контактирует с волосками-детекторами — посылать сигнал. А чтобы от этого было чуть больше пользы, чем от сигнализации, надо заставить частицы взаимодействовать друг с другом, чтобы они примерно понимали, где относительно источника облака находятся. И тогда я получу ни много ни мало, а 3D-снимок произошедшего взаимодействия.

Единственное, что меня смущает, — какого размера должны быть частицы. Чем они больше, тем их можно сделать умнее и тем их нужно меньше. С другой стороны, если наблюдения потребуют большего разрешения, то частиц понадобится тоже больше. Это будет куда сложнее, да и мозгов на каждую такую частицу много не завезешь. В общем, дилемма.

Но думать мне об этом в любом случае придётся уже не сегодня и даже не завтра. В отличие от довольно простой установки по принципу рентгена, сделать схему, которая будет генерировать другие подсхемы, а те, в свою очередь, будут взаимодействовать друг с другом и передавать информацию, — это ни фига не просто. Нечто подобное я, конечно, делал, но тогда у меня была поддержка нейробука, и всю техническую часть я сбросил на него. Здесь же не то что такой техники не было, здесь даже большие языковые модели ещё не появились. Придётся делать эту фигню долго и упорно. Единственная надежда — удастся найти какой-нибудь подходящий образец, с которого можно будет скопировать самые сложные части. Всё-таки природа за миллиарды лет придумала довольно много полезного. Главное — умудриться это полезное разглядеть, что бывает архисложно.

Отбросив мудрствования, я попытался лечь спать и даже сделал это, накрывшись одеялом. Но тут возникла необычайная проблема — погода. Точнее, погода в доме. Когда я навешивал защиту на окна, то обратил внимание, что стеклопакетов как таковых здесь не было. Окна были реально одиночными, что поразило меня до глубины души. Ведь мы на севере Соединённых Штатов, здесь зимы, в том числе со снегом, тоже бывают. И вот, любуйтесь, люди, — одиночное стекло. Тогда я списал это на свою повышенную мнительность, а сейчас понимаю, что нет, никакой мнительности не было. Температура ночью упала, и стало совсем некомфортно. Я бы даже сказал, зябко. Да и воздух к ночи стал слишком влажным. Бр-р…

Помучившись минут двадцать, я осознал, что буквально чувствую, как одеяло тяжелеет от влаги. В принципе, заснуть под ним можно, но из-за непривычки голова завтра будет, откровенно говоря, деревянной. Поэтому я со вздохом выбрался из-под одеяла-предателя и, поежившись, пошёл искать пижаму. Да-да, я искренне недоумевал, зачем людям нужна пижама, но сейчас на своём опыте понял, для чего её используют. Это, оказывается, побочный эффект от недостаточного утепления зданий. С другой стороны, ну хорошо, надену я пижаму, станет потеплее, но влажность же никуда не денется. И если местные к ней привыкли, то я как-то некомфортно себя чувствую. С этим надо что-то делать.

— Гадство, — буркнул я, остановившись на полпути. — Пижама — это не вариант.

Я вышел из комнаты и, матерясь в голос (благо был в доме совершенно один), проследовал в техническое помещение, где, как я помнил, лежал рулон довольно толстого пластика. Судя по виду, вещь лежала здесь уже очень давно, и к ней никто не прикасался годами. Так что я с наглой мордой отмотал себе чуть меньше двух метров и унёс в спальню. Собственно, можно было положить её под простыню — хоть это и неудобно, но стало бы значительно теплее и так. Однако я поступил ещё более варварски: убрал с кровати матрас, который был очень и очень тонким, и положил эту плёнку вместо него.

После этого я, засидевшись до двух часов ночи, в очередной раз занимался тем, что раскладывал руны из палитры по всей площади материала. Когда я наконец закончил, в комнате стало совсем прохладно, и я почувствовал, что окончательно озяб. Всё-таки, пока был сосредоточен на работе, не обращал внимания, что пальцы плохо гнутся, да и на мне, кроме одной лишь футболки, ничего не было. Словом, сам дурак, что допустил такое переохлаждение.

Впрочем, полученный результат сторицей окупал все мои косяки и глупости. Мне даже не пришлось особо настраивать получившийся артефакт, так как он был очень и очень простым. Он в прямом смысле слова перехватывал некоторую часть солнечных нейтрино и превращал их в тепло. Эдакий волшебный тёплый пол, только в данном случае это был не пол, а основание для матраса. Положив на тёплую плёнку матрас и заправив постельное бельё, я сходил, попил водички, сделал прочие дела и, когда ложился в кровать, одеяло, конечно, ещё было влажноватым, но вот матрасик уже явственно прогрелся до оптимальной температуры, так что я сам не заметил, как заснул.

Ночью что-то бумкнуло, а затем раздался чей-то истошный вопль, но город тут у нас диковатый. Раз вопль как начался, так сразу и закончился, я лишь недовольно пробурчал, перевернулся на другой бок и снова заснул. А зря. Проснувшись утром по будильнику и потянувшись в максимально комфортной кровати, я нехотя выбрался из объятий пушистого друга и побрёл на кухню ставить чайник.

И вот, когда я включил его и обернулся к шкафчику с посудой, это и произошло. Моя нога почему-то проскользнула, и я лишь чудом не рухнул на пол. Но хоть на пол я и не упал, о кухонный гарнитур всё-таки приложился. Выматерившись и массируя пострадавшее плечо, я с недоумением посмотрел вниз на то, на что наступил, и впал в ступор. Нет, сначала я подумал, что на кухне сдохла какая-то мышь и я наступил на её тельце. Однако так называемая мышь была слишком маленькой, да и шерсти у неё совершенно не было.

Тряхнув головой, я снял тапочки, чтобы не разносить по кухне кровищу, и сходил к раковине промыть физиономию — просто потому, что мне показалось, будто и я из-за ссора в глазах вижу что-то не то. Но даже промыв глаза и вернувшись обратно, я увидел всё то же самое. Под моим левым тапочком лежал чей-то палец, точнее — фаланга. В голову полезли не самые радужные мысли. А уж когда взгляд зацепился за кухонное окно, на подоконнике которого оказался ещё один палец, я окончательно охренел.

— Это типа как в «Крёстном отце», что ли? Но там вроде лошадиную голову подбрасывали, а здесь — пальцы. Какого хрена здесь вообще происходит?

Я был вынужден отложить дальнейшие действия на некоторое время, чтобы выпить горяченького и окончательно проснуться. Точнее, я, конечно, уже давно проснулся, но после такого стресса мысли в голове шевелились хаотично, словно черепушку набили ватой. После чая я как-то ожил и смог мыслить более критически.

Судя по тому, что я видел, произошла какая-то явная кейповщина. Чисто теоретически невозможно представить себе способ, с помощью которого чья-то ладонь могла оказаться в стекле. А это была единственная возможность, как пальцы могли оказаться на подоконнике — причём таким образом, что по потекам крови было понятно, в каком именно месте их отсекло. Но обычные живые люди не умеют просовывать руки сквозь препятствия. Однако вот вам, пожалуйста: лежат пара фаланг, которые, по всей видимости, изначально были в чём-то вроде перчаток. Просто эти перчатки пропитались кровью, и изначальный цвет ткани был непонятен.

Вздохнув, я сходил в санузел, где во встроенном шкафчике, в отделе со стиральными порошками, нашлись добротные резиновые перчатки и баночка с перекисью водорода. Надев их, я поднял обрубок и внимательно на него посмотрел. После этого я снял с него ткань и, промыв под проточной водой, полюбовался ногтем и — что занимательно — каким-никаким, но маникюром.

Судя по габаритам, маникюру и прочим параметрам, кейп, пытавшийся проникнуть на мою кухню, был достаточно молод. Это была девушка, и она была, как принято говорить в Соединённых Штатах, афроамериканкой. К слову, достаточно странный термин. В конце концов, человек негроидной расы может и не быть американцем. И как его тогда называть? Афроафриканцем? Звучит странно. Но эти мысли были навеяны растерянностью. Всякое в моей жизни бывало, но что-то такое — это впервые.

Взглянув на часы, я аж испариной покрылся: нужно было собираться в школу. Однако бросать беззащитный дом тоже было страшновато. Он хоть и не моя собственность, но я же здесь, как минимум, сплю. Я не мог позволить каким-то непонятным шизофреникам и дальше разбрасывать здесь части своих тел. С другой стороны, я мало что мог сделать сейчас, и это страшно раздражало.

Единственное, что пришло мне в голову, — на скорую руку добавить стенам несколько линий-ловушек по аналогии с теми зачарованиями, которые использовались в стёклах. Только в стёклах я защищал всю поверхность, и основной мыслью было то, что никто не должен это стекло разбить. А вот со стенами я поступил проще. Любой, кто может проходить сквозь стены, волей или неволей, наткнётся на одну из трёх полос зачарования и, как минимум, отчекрыжит себе что-нибудь ещё.

А ещё я добавил кое-какую защиту на замки. Последнее, к счастью, мне доводилось делать и в своём мире, поэтому схему я плюс-минус знал: чтобы вспомнить её, достаточно было сравнить результат с известными мне параметрами. В общем, хоть я и не успел поесть, за время до приезда школьного автобуса я успел защитить стены и замки. Нет, если человек — медвежатник, он, конечно же, без труда вскроет эти говнозамки шпилькой. Но если некто попытается применить физическую силу, у него ничего не получится. В этом и смысл.

Голодный, злой и раздражённый, я буквально бежал по улице к остановке, к которой, как я видел, уже подъезжал автобус. На бегу я осознал, что сжимаю в руке свёрток с чужими фалангами, и везти такое в школу — это, как минимум, глупо. Не найдя ничего умнее, я бросил свёрток в мусорный контейнер у дороги (видимо, хозяин дома ждал мусоровоз), а сам поднажал и на последних секундах влетел в закрывающуюся дверь автобуса. Я не хотел опаздывать не только потому, что проезд был бесплатным, но и потому, что общественный транспорт в этом городе был тем ещё дерьмом, а добраться до школы иным методом было сложновато. Говоря проще, я не хотел тратить ни деньги, ни время, ни нервы, повторяя свою вчерашнюю поездочку.

Уже садясь на свободное место, я заметил, что в автобусе едет один из вчерашних баскетболистов. Я внимательно посмотрел на его руки, но, видимо, меня поняли как-то не так: паренёк резко отвернулся и сделал вид, что заинтересован видами, проносящимися за окном. А я всего лишь хотел проверить, все ли пальцы у него на месте и нет ли маникюра. В конце концов, мы же в Соединённых Штатах. Тут ведь, как в знаменитой шутке: мальчик, девочка — какая в задницу-то разница? Но, к счастью, нет. Руки у парня были самые обычные.

Глава 8

**

Ну покажите мне взрослого человека, который помнит всю школьную программу… Нет, я, конечно, не был двоечником в своём мире, но это было так давно, а пользовался многими разделами я так редко (или не пользовался вовсе), что банально забыл, как там правильно считать надо. Но банальную геометрию (даже не стереометрию) как можно забыть, если ты годами применяешь начертания разнообразных фигур чернилами да маной? Да и, чего греха таить, никогда не интересовался кроссвордами, а вот задачки на построение любил. Они же, по сути своей, простые, я бы даже сказал — изящные.

Хотя из-за того, что не все задачи легко решались дополнительными построениями, я кое-что и из математического аппарата помнил. Я просто пользовался этим, хоть и для такой странной цели, как утилизация времени, ведь гонять шарики и прочий тетрис быстро надоедает, а в жизни частенько так бывает, что нужно посидеть, чего-то или кого-то подождать.

Да-да, меня вызвали к доске. Учительнице я почему-то был не мил, и меня заставили решать задачу перед всем классом. В целом это было бы фатально, но передо мной были обыденный треугольник, круг и жменя известных параметров. С виду это была программа седьмого, максимум восьмого класса, да и, как показал опыт решения развлекательных задачек, чем проще ты используешь методику, тем меньше вероятность, что ты сам себя запутаешь. Поэтому я прикинул решение на глаз и, уточнив несколько скользких мест, нашёл его же, но уже через дополнительные построения. Говоря проще, все дополнительные построения были нужны мне лишь для того, чтобы доказать мою гипотезу, так как задача реально была простой — устной.

— Корень из трёх, — отчитался я, обернувшись к учителю, и с недоумением посмотрел на калькулятор, который мне протягивали. — Эм?

— Эм? — в свою очередь удивлённо отзеркалила меня женщина. — Ты забыл применить формулу. Ты пропустил шаги. Где расчёты через синус и косинус?

— Синус? — я искренне переспросил, даже не пытаясь изобразить старание. — Зачем здесь синусы?

Я посмотрел на доску, потом на учительницу, и мне стало как-то неловко за всё происходящее. Слишком много лишних движений вокруг элементарного вопроса.

— Я просто достроил чертёж до прямоугольника, — добавил я уже тише, чувствуя на себе взгляды класса. — Диагонали пересеклись, треугольники совпали, ответ стал очевиден. Тут в одну строку доказательство укладывается. Синусы здесь избыточны.

Учительница смотрела на меня так, будто я предложил забивать гвозди микроскопом.

— Ты проигнорировал учебный план, — сухо отрезала она. — Твоя задача — продемонстрировать владение методом, а не просто получить результат. Пересчитай как положено. Используй алгебру, а не геометрию.

— Алгебру… Ну да, вы правы, ответ можно получить и пропорцией, пускай расчёты получатся грязноваты, — пожал я плечами и, немного перемудрив с введением дополнительных переменных, получил тот же ответ, просто значительно сложнее. Но на то она и школа, что решение седьмого класса может быть не тем, чему пытались научить старшеклассников. Так что, дописав цепочку расчётов, я отчитался: — Вот. Так нормально?

— Кхм… — женщина посмотрела на меня странно и уточнила: — Насколько я помню, ты не брал занятия по началам анализа, значит, ты был обязан разобраться с правильным принципом решения таких задач — через синус.

— Эм… — в свою очередь замешкался я, так как вообще не был в курсе, что выбирал Грег, ведь я просто пользуюсь его расписанием и не более того. Да и во имя Зевса, зачем здесь синус? У меня же даже таблиц нет… Или она поэтому мне калькулятор и совала в руки? Бредовенько.

— Это не то решение, которое мы проходим, но оно верное, поэтому я не стану ставить тебе «F», садись.

Признаться, я не горел желанием выпячивать некую самость — просто так получилось. Я хотел максимально ненапряжно закончить эту их школу, но, как вижу, готовиться к занятиям придётся чуть внимательнее, ибо здравый смысл и нормативы — это и в самом деле разные вещи, тут училку можно понять.

Ну а так как в здешних школах лекции были не очень приняты и обычно давали задание читать материал из учебника самим, я быстро прочёл нужный абзац, который нам задали на уроке, после чего вернулся на пару-тройку страниц назад и заглянул, о каком именно методе решения она говорила.

— Так-так, опять занимаемся чем-то не тем, да? — раздался раздражённый голос этой тётки. Видать, шутейки одноклассников задели её нутро, а тут ещё и я что-то не то читаю. В общем, я опять оказался у доски, но, к моей чести, хоть и скрипя мозгами, смог решить задачу так, как предписывала сегодняшняя тема. Но возникла сложность:

— Ответ: корень из пяти, — отчитался я, вернув маркер на место.

— Замечательно, но я ожидаю ответ числом.

— Вы хотели сказать: десятичной… эм… вещественным числом?

— Именно этот ответ я и хочу получить, — подтвердила женщина. — Раз уж ты отказался от калькулятора в прошлый раз, в этот я не предлагаю.

Улыбнувшись по-акульи, эта тётка демонстративно положила ладонь на калькулятор, который в первый раз сама мне предлагала. Кто-то даже возмутился, что «это не по правилам».

— Корень из пяти — число иррациональное. Шести знаков после точки будет достаточно?

— Достаточно. Приступай.

— Хорошо, — пожал я плечами и, взяв маркер из лотка, начал выписывать поиск квадратного корня в столбик. В отличие от деления, этот метод не столь лаконичен, но уж шесть-то знаков после запятой я рассчитаю, не переломлюсь. — Ответ: 2,236067.

Я отложил маркер и обернулся. Учительница посмотрела на доску, потом на меня, и в её глазах впервые промелькнуло не раздражение, а какая-то растерянность. Как будто я не корень здесь считал, а нарисовал на доске пентаграмму и принялся зазывать школьников в банду.

**

К сожалению, вся эта история на математике обернулась излишним вниманием ко мне, но, к счастью, преподаватели других уроков были куда более безразличны, и я с грехом пополам прошмыгнул между жерновами оценочной системы. Да и удалось наконец пересечься со Спарки, который дал пару хороших советов, за что ему большое спасибо.

Во время обеденного перерыва мы зашли с ним в столовую. Я полюбовался доступными блюдами, вздохнул и пробормотал:

— Ну видно же, что продукты хорошие. Как из них такую херню делать-то умудряются?

Мой спутник хохотнул и потащил меня к вендинговому аппарату. Тут я решил последовать примеру этого малолетнего гитариста и закупился коробочкой шоколадного молока и чем-то вроде шоколадки — точнее, вафелькой, облитой шоколадом.

В целом было съедобно, но слишком сладко, да и калорийность продуктов угнетала. Я, конечно, понимаю, что дети сжигают очень много калорий, но я-то, в отличие от них, веду не очень подвижный образ жизни, поэтому предпочёл бы тратить суточный рацион на что-то более прикольное, например, на жареное мясо. Шутки шутками, но жареное мясо менее калорийное, чем вот этот наш со Спарки перекус. Причём после мяса ты будешь чувствовать приятную тяжесть в желудке, а после сладкого молока и печеньки есть захочется минут через пятнадцать. Но это так, можно сказать, бурчу по-стариковски.

Расправившись с этим скудным перекусом, я вполуха слушал Спарки, который рассказывал что-то про свою гитару, а сам невольно обратил внимание на уже знакомую девчонку. Та дурная опять объявилась в столовой. Увидев меня, её буквально перекосило. Я думал, что она кинется на меня с кулаками. Однако нет. Выругавшись, она демонстративно отвернулась к своим спутницам.

— Зачем ты на неё так пристально смотришь? Она ж психическая. Может и с кулаками кинуться, — заметив направление моего внимания, озвучил Спарки.

— Потому я на неё и смотрел. Не хотелось бы неожиданно получить удар в спину, — ответил я, нахмурившись, так как в моём скудном списке подозреваемых выбыл ещё один персонаж. У этой кобылы все пальцы тоже были на месте.

Выйдя из столовой, мы проследовали на местный аналог физкультуры, про которую я, если честно, забыл. Повезло, что моя спортивная форма оказалась в раздевалке. Да-да, ещё один неприкаянный ящик. Правда, на этом замок был совсем никакущий, и дети в них ничего не хранили. Судя по всему, Грег случайно оставил здесь свои вещи, и они ещё более случайно дожили до сегодняшнего дня.

Я не рвался ставить рекорды, да и не мог сделать этого чисто физически. Всё-таки мальчишка был домашним и особо себя физическими упражнениями не истязал. Впрочем, для своего возраста Грег обладал нормальным весом и телосложением. Одним только этим он уже превосходил как минимум половину одноклассников. Меня немного позабавило, что половина класса была неестественно пухлой, а вторая половина — неестественно щуплой. Подростков с классическим соотношением было хорошо, если процентов двадцать.

Поставив себе заметку внимательнее следить за расписанием, так как бегать после еды — это то ещё удовольствие, я наконец-то дождался окончания занятий. Сняв форму, я упаковал её в пакет и забрал с собой. Я уже чувствовал, что моё решение не использовать шкафчик начинает аукаться, но я был готов продолжать. В конце концов, спортивная форма не такая уж и габаритная, да и весит немного. А вот учебники — да, это проблема. И с этой проблемой надо было что-то делать.

Как я видел, некоторые мажоры вместо учебников таскали с собой что-то вроде ноутбуков, но это, как по мне, за пределами добра и зла. Ибо это были не привычные мне ультрабуки, а точнее нейробуки, а довольно габаритные махины, у которых было даже активное охлаждение, и оно вполне себе работало. С ужасом думаю о современных аккумуляторах — тот самый случай, когда наличие розетки очень важно. Для меня ноутбук местного производства был откровенной роскошью и дуростью. Всё-таки лучше уж таскать хоть и тяжёлый кирпич, но устойчивый к падениям, чем столь хрупкую штуку. Нет, мне требовалось решение попроще и полегче. Хочу, как в школьные годы, ходить в школу с парой-тройкой тетрадок, а не нагружать себя, словно я какой-то солдатик из сапёрного батальона.

Но из этих размышлений меня вывел Спарки. Он шёл рядом и, закончив рассказывать про гитару, которую хотел добыть, переключился на куда более насущный для него вопрос:

— Слушай, тут такое дело… Не пойми неправильно, можно я у тебя сегодня заночую? — попросил мальчишка.

— Даже не знаю, что тебе и ответить, — сбившись с шага, ответил я и помассировал переносицу. — Если именно надо где-то поспать, без пива, девочек и травы, то, конечно же, я готов пойти тебе навстречу. Надо только подумать, куда тебя спать уложить.

— Если что, у меня есть спальный мешок, я могу его с собой принести. А ещё могу Xbox и пару-тройку игр захватить.

— Спальный мешок — это, конечно, хорошо, это всё упрощает, но как-то не очень гостеприимно. С другой стороны, заморачиваться с постельным бельём, а потом его стирать, мне, честное слово, впадлу, — я сказал правду. — Что там у тебя случилось такое, что ты неожиданно решил заночевать у странного пацана с амнезией?

— Да тётка приехала с племянниками. Ничего плохого про них сказать не хочу, но надо где-нибудь перекантоваться подальше от них.

— И надолго приехали? — уточнил я.

— Сказали, что на три дня.

— Ну, ради трёх дней я могу и стиркой заморочиться, — вздохнув, согласился я. — Это ради одного дня жаба душит, а три дня — это нормально. Так что можешь без мешка. Впрочем, думай сам, я ни на что не намекаю и ничего не подразумеваю.

— На три дня? А предки против не будут? — заволновался пацан.

— Маловероятно, что запретят. Возможно, и вообще уедут куда-нибудь. Они у меня лёгкие на подъём: сегодня здесь, завтра там.

— Да? Ну, было бы круто, — обрадовался мой собеседник. — Реально с этими гадами не хочу пересекаться.

Признаться, не хотел обременять себя дополнительными проблемами. С другой стороны, вживаться в общество как-то надо было, и то, что этот школьник оказывает мне помощь — пускай изначально и не бесплатную, — это повод проявить толику здравого смысла и не отбрасывать его просьбу просто так. Да и любопытно взглянуть на игровую приставку этого мира. Если уж в моём компьютере всего лишь 128 мегабайт, то каких игр стоит ожидать?

Если честно, смутно помню времена, когда у нас были такие объёмы оперативной памяти. Если не ошибаюсь, это уровень PlayStation 2. Хотя нет, скорее всего, ошибаюсь, и в ней было меньше. Тряхнув головой, я выбросил этот не столь важный вопрос из головы и занялся своими делами. Мне надо было посетить магазин и кое-что прикупить. Ещё, конечно, в планах была задача посмотреть на супергероев вблизи, но без кое-каких инструментов я чувствовал себя словно голым. Всё же таки грузовые перчатки — это хорошо, но хорошо это только против школьников. Нужно что-то более серьёзное, и я бы даже сказал, универсальное. А чтобы это сделать, надо много думать, считать и проверять. В общем, всё, как всегда, упирается во время.

К счастью, все намеченные задачи на этот день я успел закончить до того момента, как на территорию дома ступила нога гостя. Я встретил Спарки у входа и пригласил его внутрь.

— А твои родители что, не дома?

— Да, сегодня они за городом.

— О, круто! — обрадовался Спарки и, растеряв всю свою робость, принялся подключать игровую приставку к телевизору, что стоял в зале.

Не стал ни мешать ему, ни помогать, а ушёл на кухню готовить ужин. Всё же я сегодня был без завтрака и нормального обеда, надо хотя бы вечером чего-нибудь сытного съесть.

— Хмм, ты извини, что я так пристаю, просто как-то не по себе в чужом доме буквально в одиночестве сидеть, — замявшись, пробормотал мой одноклассник, объявившись на кухне. — Как-то у тебя тут тихо.

— Хорошие стёкла в окнах теперь стоят, — ответил я и, вспомнив поведение Грега, когда мы с ним пересекались во снах, уточнил: — Не по себе в одиночестве сидеть? Ну а ты думаешь, почему я таким говорливым раньше был? Общения не хватало.

— Ну да, чувак, это не круто, — кивнул Спарки. — Сначала это казалось классным: делай что хочешь, но через пятнадцать минут чёт как-то не по себе стало, пошёл вот тебя искать.

— Ну ладно-ладно, не заморачивайся. Давай поедим, да посмотрим, во что ты там сыграть хотел, — отвлёк я гостя от излишней рефлексии.

Я, конечно, немного переживал, что моя готовка будет воспринята не очень хорошо, но, как я вычитал в справочнике, так оно и оказалось. В Америке густые супы едят, так что не зря доставал с антресоли скороварку. Да и булочки с печёной фасолью и специями ушли буквально все и сразу. Я даже забеспокоился, что ребёнок может пострадать. Впрочем, так как я и сам сейчас сопляк, режим взрослого отключился, а режим пофигизма, наоборот, включился. Будем разбирать проблемы по мере их появления. Незачем голову раньше времени загружать.

Ну а пообедав, мы уселись на диване с геймпадами и погрузились в ретрогейминг. Ну, по крайней мере, для меня это было ретрогеймингом. А для моего гостя игры были вполне себе новыми. Можно даже сказать, это был технологический пик этого мира.

— Признаюсь, игры хорошие. Что GTA, что Билли, но, чёрт побери, это до такой степени похоже на нашу действительность, что даже как-то не смешно, — пожаловался я.

— Ты это о чём? — удивился Спарки.

— Ну сам посуди. Первая игра — про бандитов, которые носятся по городу на машинах и творят всякое. А вторая — про школьника-гопника, у которого проблемы в школе. Можно сказать, утром мы участвуем в этом бардаке в материальном виде, а вечером играем в то же самое, но уже сугубо виртуально.

— Мм, никогда об этом не думал. Но да, что-то в этом есть, — согласился паренёк и, заглянув в свой школьный ранец, покопался внутри. — У меня тут ещё стрелялка есть. Будешь?

— Ну давай попробуем, — согласился я и пошутил: — Будем надеяться, перестрелки останутся только в виртуальной реальности.

— Ну да, точно, — согласно покивал Спарки. — Такое лучше только на экране видеть, а не вживую.

Глава 9

То, что в своём мире я был не так уж молод, ещё не означает, что у меня был маразм. Да даже если бы и был, здесь я малолетний пацан, и мозги у меня работают хорошо. То, что я не понимаю местных реалий и мне приходится всё узнавать заново, — не признак тупости, а обстоятельства так сложились.

То, что с моим «другом» что-то не так, я понял не сразу. Скорее, заподозрил неладное из-за самого факта, что он набился ко мне с ночёвкой. Я бы на его месте поостерёгся набиваться с ночёвкой к человеку, у которого явно амнезия и который немножечко кейпанулся, как тут говорят. А после ужина, когда мы сели играть, я вполне себе замечал избыточное внимание гостя.

Как подсказывал мой опыт, я мог как ошибаться, так и быть абсолютно правым. Однако это не означало, что у меня появилось неоспоримое право действовать. Иногда проще знать и делать вид, что не догадываешься, чем утруждать себя последствиями. С другой стороны, присутствие в моём доме настоящего кейпа — это была невероятная удача.

Мой поддельный друг расслабился, уверовал, что я полный пентюх, и, откровенно говоря, забил на соблюдение маскировки. Нет-нет, у него, так сказать, усы не отвалились и рога не выросли, однако мимика упростилась, да и речь стала куда сильнее отличаться от того, как разговаривал Спарки в реальности.

Но вернёмся к происходящему. Признаться, я и не надеялся, что мне удастся упросить какого-нибудь носителя суперсил попозировать перед моей, в кавычках, рентгеновской установкой. В общем, снимков я наделал от души, и были они очень интересными.

Уж не знаю, все ли кейпы схожи по внутреннему строению, но, как минимум, этот образец мог похвастаться чем-то странным в области головы. И это «что-то» не было тёмной материей — по крайней мере, не тем типом, которым я оперировал. Складывалось впечатление, словно это складка в пространстве-времени или ещё что-нибудь столь же необычное. Утрируя: передо мной был обычный человек, абсолютно прозрачный для моей установки, и только небольшая часть внутри его черепной коробки влияла на прохождение тёмной материи и совсем чуть-чуть на нейтрино.

Так как я ни в чём себя не ограничивал и занимался съёмками в течение нескольких часов, материалов накопилось больше, чем я мог обработать. К сожалению, даже с учётом того, что я прорабатываю механизм для оцифровки снимков, их обработка даже на компьютере займёт довольно много времени. В конце концов, я же здесь в прямом смысле слова научной работой занимаюсь. Я не могу банально, заглянув на что-то, сказать: «А, понятно, это работает так-то и так-то».

Впрочем, нет, кое-что я сказать могу. Я могу сказать: «Спасибо!» Ведь теперь у меня есть замечательный рунный чертёж, который позволяет находить схожие структуры на расстоянии до десяти метров. Мелочь, но большего из одного образца я бы просто не вытянул. В конце концов, я же не знаю, до какой степени кейпы похожи друг на друга. Тут же как с птицами: крылья, клювы, перья, а существа эти довольно сильно отличаются между собой. Иной раз настолько, что диву даёшься.

С этими мыслями я сидел у себя в комнате и занимался обработкой полученных материалов, а мой гость, оставшись один, всласть пошарился по дому, заглядывая в каждый уголок. Он думал, что я ничего об этом не знаю, а я, как радушный хозяин, сделал вид, что ничего не заметил.

В конце концов, я бы мог пойти и на большие жертвы ради такого замечательного образца. Как говорится, пусть скажет спасибо, что у меня нет необходимости его вскрывать, а уж что-что, боюсь, рука бы у меня не дрогнула. Все эти тайные агенты и прочая шелупонь… меня вся эта ситуация раздражает, но я вынужден терпеть.

Впрочем, судьба распорядилась иначе, и мне не пришлось больше терпеть эту постановку. Понимаю, это прозвучит нелепо, но мне было лень разбираться, как в этом мире подросток может купить себе sim-карту. Я, наученный горьким опытом разных блокировок, по-умолчанию считал, что здесь будет та же самая жопа. А учитывая, что связь в этом мире в США не менее дорогая, чем в моём, мне было жалко денег, которых у меня было не сказать что мало, но и не сказать что много. В конце концов, я мог потратить эти бумажки на что-то более интересное, чем довольно бессмысленный на данный момент мобильный интернет.

Однако зачем я об этом вспомнил? Всё просто. В этом доме был классический проводной телефон. Как шутил один мой хороший друг: «4–20 мА бессмертен». Правда, я не в курсе, используется ли токовая петля до сих пор, но это и не важно. Важно то, что большую часть времени в этом доме я был единственным жильцом, и никто не мешал мне сделать параллельный аппарат. А учитывая мои заигрывания с мирозданием, этот параллельный аппарат мог быть подключён не при помощи проводов, а при помощи маны. Так что да, тот предмет, который лежал у меня в кармане и который чем-то напоминал допотопный мобильник, — это он и был, парралельный аппарат. Понятно, что, когда я обрасту новыми схемами и гаджетами, я таким же образом «протяну» к себе на устройство и интернет.

Но не это сейчас важно. Важно то, что мой гость не придумал ничего более умного, кроме как воспользоваться не мобильником, который был у него при себе, а моим домашним телефоном, чья трубка, напомню, находилась на кухне. Я с любопытством слушал, как этот псевдо Спарки говорит своему подельнику, что звёзды сошлись и он может подъезжать к дому, так как внутри нет взрослых и меня можно паковать, как стеклотару.

Я улыбнулся, услышав такое заявление, и повторно улыбнулся, когда этот горе-похититель предположил, что здесь плохое покрытие мобильной сети. О нет, нет, дружок, покрытие мобильной сети здесь прекрасное. Телефон у тебя не работает совершенно по другой причине. И эта причина тебя сейчас внимательно слушает.

А ещё я, кажется, понял, кого ко мне занесла нелёгкая. Убер и Элит — те самые злодеи, которые шантажировали Грега перед его кончиной. И хоть я не очень понимаю, за каким чертом я им сдался, и тем более зачем надо было устраивать столь сложную схему с внедрением, я чётко знаю: ребятки приехали очень вовремя, ведь у меня уже есть кое-что для самозащиты.

Меня, конечно, немного потряхивает от осознания того, что в течение часа придётся буквально разобрать двух живых людей на составные части, но я всегда был мягкосердечным человеком, что уж тут поделаешь. Однако недооценивать злодеев нельзя: раз уж они пошли на столь серьёзное уголовное преступление, значит, у них была какая-то особая причина. Я сомневаюсь, что они добровольно о ней расскажут и, мило посмеиваясь, откажутся от неё.

Дальнейшие события были достаточно скучными и банальными.

Так как я был готов помочь другу, но не был готов помогать врагу, то этому кейпу, Уберу (или кто он там, Элит?), в общем, я не стал делать ему кровать с подогревом. С отоплением я тоже заморачиваться не стал. В конце концов, мне тепло, а значит, проблемы нет. А если у кого-то проблемы есть — это не моя забота.

Пока парнишка ждал своего подельника, он немного озяб и закутался в тёплое одеяло. Это было его основной ошибкой, так как я прекрасно знал из интернета, что мои противники — это технарь и человек, который может использовать любой навык как специалист. Я предположил, что даже если этот Убер является бойцом ближнего боя или обладает сверхъестественной защитой или силой, я всегда успею пырнуть его доработанным зачарованием, которое защищало окна и стены, а теперь и клинком служило. Ну а если бы он не обладал особыми физическими данными, то одеяло вполне удержало бы его.

Как оказалось, вся моя подготовка к плохому исходу была излишней. Мне оставалось лишь спуститься и заткнуть рот вопящему придурку, на которого одеяло намоталось в два слоя и не давало пошевелиться. Заткнув рот этому крикуну, я спустился в подвал, прихватил оттуда старую ржавую кочергу, вышел из дома и организовал то, что должен был сделать захваченный мной пленник. Просто он поленился и решил сделать это в последний момент.

И да, я в очередной раз сорвал джекпот. Неизвестный парнишка остановил свой фургон прямо напротив дома и смело выбрался на улицу. Нечто такое я и предполагал. Когда ты знаешь, что тебя будет встречать сообщник под личиной другого человека, ты, в принципе, любого встречного по умолчанию будешь считать своим, потому что чужих здесь быть не должно. Я ожидал, что у технаря будет при себе какая-то машинерия для самозащиты, и, возможно, она в самом деле была, но кочерга без труда передала свою кинетическую энергию в колено незнакомца, а когда он упал, эта же кочерга замечательно отработала и по спине. Я не пытался перебить ему позвоночник, а бил скорее так, чтобы лопнули рёбра. Но даже этой малости оказалось слишком много: парень даже заорать в полный голос не успел, потеряв сознание.

— Ну ты глянь, какие все нежные, — вздохнув, я заглянул в машину и убедился, что в ней нет посторонних. Сменив перчатки с ударным зачарованием на те, что с грузовым, я ухватил тело за ногу и затащил его в дом.

Воспользовавшись той самой толстой плёнкой, которую использовал как основу для своей кровати, я замотал в неё бессознательное тело Элита. Затем я убрал кляп у Убера. Тот, обнаружив, как именно я затащил в помещение его дружка, перестал извиваться и даже замолчал, когда я избавил его от кляпа. Хотя до этого активно что-то мычал.

— Вопросы у меня простые. Во-первых, что это вчера была за херня? Я про пальцы, которые обнаружил на кухне.

— Пальцы?! — сглотнув, нервно переспросил мой пленник. — Какие ещё, на*уй, пальцы?

— Обычные человеческие пальцы. Чёрная кожа, ногти с маникюром… Судя по всему, женские или подростковые, но я не уверен, — произнёс я.

На лице пленника отразилось искреннее недоумение. Впрочем, лицо-то было моего знакомого, так что чёрт его знает, что этот человек испытывал на самом деле.

— Я бы попросил снять с тебя твою личину, если ты, конечно, не против. Нет, если ты против, — я многозначительно перехватил кочергу поудобнее и сделал шаг к пленнику.

— Да не могу я её снять со связанными руками!

— Да? Допустим… Я не очень понял, что вы собирались сегодня сделать еще я не знаю чем именно вы шантажировали Грега, но у нас вся ночь впереди чтобы узнать ответы на эти вопросы, — произнес я и опустил железяку на голову собеседника без усилия совсем чуть-чуть чтобы лишь повредить кожу на голове. Там ведь очень много капилляров. Любое повреждение — это всегда кровь. Ну и больно. Куда же без этого? Мой пленник шипел злобные проклятия и потешно задирал голову, чтобы текущая кровь не заливала ему глаза.

— С*ка, ты что делаешь? За что?!

— Это не ответ на мой вопрос, — я покачал головой и ударил по торчащим из-под одеяла ногам. — Я допускаю, что не все мои беды именно от вас, но как мне понять, какие именно от вас, а какие нет? Ведь вы будете врать и выкручиваться… Но не беспокойся, на этот случай у меня есть волшебное средство. Оно заставляет людей говорить правду… ну, или врать что-нибудь осмысленное.

Не обращая внимания на стенания и проклятия пленника, я сходил в подсобку и вернулся с ящичком, который и бросил на пол перед собеседником.

— Да ты… ты в корень е*анутый! — заёрзав с удвоенной силой, парень попытался отползти от набора инструментов.

— Нет-нет, я нормальный… по крайней мере, школьный психолог написал именно это, слупив с меня двадцать баксов, — пошутил я, и мой собеседник удвоил попытки отползти. — Ну куда же вы, мистер Андерсон? Зачем? Зачем вы продолжаете это?

— Я… я не Андерсон…

— И эти фигляры называли себя знатоками игр и кино? Тьфу! Смотреть тошно, — я пресёк «поползновения» пленника ещё одним ударом. — Юноша, вы залезли в дом не к злодею и не к герою, вы залезли в дом к бродяге. Нас не защищает ни СКП, ни банда, мы сами по себе. Мы не можем срывать маски с наших противников, ибо нас затопчут, но любая тварь может проделать это с нами, и им ничего за это не будет.

— Чувак! Не бери грех на душу! Мы же пошутили, мы, б*ядь, просто шутили!

— Хорошая шутка, я посмеялся, — покивал я и открыл набор инструментов. — Спал плохо пять дней и блевал дальше, чем видел, но да, теперь моя очередь смеяться… О! Стамеска.

— Чувак… Чувак, одумайся! Не знаю, о чём ты говоришь, но мы же ещё ничего не сделали, мы же лишь… ОЙ, Б*Я!!!

— Да, ты прав, такой ничего не сделаешь, — кивнул я и бросил полотно обратно. — А вот по поводу «не сделали» ты несколько лукавишь. Вы влезли в мой дом, намеревались пленить меня и… какая неприятность.

— А?! Что?! Господи Иисусе! — пленник озирался и даже начал улыбаться, услышав характерный звук полицейской сирены, взвывшей разок.

Тот самый случай, когда помощь соседей скорее вредит, чем помогает. Как я понял, сосед напротив заметил странный фургон, что подъехал к моему дому в столь поздний час, а ещё он увидел, как кто-то кого-то ударил и затащил в дом. К счастью, последнее — без особых подробностей. Просто сам факт, что кого-то затащили в бессознательном состоянии.

В общем, полиция не рвалась штурмовать дом, но и делать вид, что ничего не происходит, тоже не желала. Договариваться с этими парнями было сложно: и пистолетом мне угрожали, и на землю положили. Но волшебные слова про то, что ко мне вломились кейпы, Убер и Элит и мне удалось их повязать, сработали. Сначала они вызвали у стражей порядка хохоток, а затем, когда они убедились, что в доме и в самом деле лежат два связанных тела, отнеслись к моим словам чуть более внимательно.

А ещё через двадцать минут к нам приехала машина СКП, и там были не только нормальные люди, но и героиня по прозвищу Мисс Ополчение. Дама лет сорока на вид, что щеголяла в чём-то похожем на военную форму. А лицо ниже носа, было замотано не то в платок, не то в шарф, раскрашенный в цвета американского флага. Довольно специфичное зрелище, как по мне.

Полицейские с явной охотой отдали дело в чужую юрисдикцию и свалили. А я остался один на один с героиней и толпой СКПшников, которые с сомнением смотрели на упакованных парней. Но, тем не менее, освобождать их не стали, а разместили у себя в машине.

Если я правильно понял, эта парочка уже как-то попадалась, и поэтому их личности были прекрасно известны. К слову, забавный факт местной жизни: эти ребята уже один раз сбегали из тюрьмы, и после этого спокойно ходили и ездили по городу. Ловить их начинали только тогда, когда они были в костюмах. Анекдотично. Как простых смертных прессовать и даже кейпов-бродяг — так это они с особым зверством. А как злодеи, так сразу же начинаются танцы на льду, прости господи. Какая-то подозрительная, я бы даже сказал, двуличная херня.

Словом, мне задавали сомнительные вопросы, игнорируя тот факт, что задают они их без моего представителя или хотя бы уполномоченного по делам несовершеннолетних. Я, конечно, ещё не до конца разобрался в местной бюрократии, да и сомнительно, что это удастся сделать за обозримый срок. Но кое-что знал даже я.

— Простите, уважаемые, но ваша организация зарегистрировала меня ещё полгода назад. Даже больше. Никакого криминала за мной не значится. Я просто учусь в школе. И вот, когда ко мне нагрянули откровенные злодеи, вы грузите меня какой-то, уж извините за мои грубые слова, хернёй. Эти злодеи ворвались в чужое жилище, они планировали киднепинг, у меня даже есть запись их телефонного разговора. Я вообще не понимаю, что именно вы хотите от меня. А это значит, что вы действуете против моих интересов. Раз так, я имею право послать вас и ваши вопросы по хорошо известному всем адресу. И вообще, я ребёнок, мне надо спать, а утром мне надо идти на учёбу. И первое, и второе вы обязаны учитывать.

Глава 10

=*=

В целом я понимаю образ мыслей СКПшников. На их месте я бы тоже не стал оставлять несовершеннолетнего одного в доме, подвергшемся нападению преступников с супервозможностями. Хотя что это я, свои собственные термины выдумываю? Раз уж в этом мире их называют кейпами и злодеями, пусть они ими и будут.

К слову, забавный факт: дом, в котором живёт Грег, построен в стиле кейп-код. Так что официальный кейп Грег живёт в домике, название стиля которого созвучно с его статусом. Учитывая, что носители английского языка тоже любят всякие шутки, связанные со схожим произношением слов, я невольно ухмылялся, пока меня везли к местным законникам. К счастью, в отличие от Убера и Элита, ехал я вместе с оперативниками, а не в «будке».

По приезду я аккуратно ответил на заданные вопросы и передал обещанные материалы.

Вот с материалами мне пришлось прям страдать. У меня было буквально 10–15 минут на то, чтобы перевести данные из формы хранения на основе нити маны в классический электронный формат. И если с записью разговора мне помог диктофон на компьютере, в который я проиграл этот не такой уж и длинный диалог, то с фотографиями был адский ад.

К счастью, так как я весь вечер занимался обработкой и наблюдением за Убером, я уже продумывал, как можно получить копии материалов в цифровом виде. В общем, меня выручил старый добрый формат BMP. Конвертировать его во что-то более приемлемое не получилось, так как на компьютере у мальчишки не было буквально ничего, кроме игрушек. А браузер фотографии хоть и показывал, но не умел сохранять их в другие форматы. Порадовало лишь то, что архиватор умел жать «настолько несжатые» медиаформаты, а ещё то, что получившийся архив пролез в сеть за приемлемое время. Подпускать к личному компьютеру людей с непонятной техникой я поостерёгся и сделал всё через сеть.

Учитывая, что эти злодеи были известными рецидивистами, а в предоставленных материалах не было технических отметок, указывающих на время съёмки, я с наглой мордой заявлял: тот порядок, в котором я их назвал, — хронологический. Таким образом, я на всякий случай избавился от некоторой несуразности, так как злодей, напомню, снял маскировку после того, как я настучал ему кочергой. А иначе получалось, что в момент захвата у него была физиономия моего друга.

До поры до времени всё происходило так, как должно происходить в той же полиции. В конце концов, даже хреново написанные законы, если их исполняют, с ними худо-бедно можно жить. А вот когда начинают их вертеть в разные стороны, чтобы соответствовать каким-то случайным хотелкам, тогда начинается бардак. К сожалению, бардак начался и здесь.

Как я понял, приехала директриса СКП по региону ВСВ некая Эмили Пигот. И как она приехала, так обстановка резко ухудшилась. Оперативники, которые тихонечко зубоскалили на тему, что этим клоунам наконец-то не отвертеться, зубоскальство прекратили. Более того, один из тех, кто снимал с меня первоначальные показания, начал отводить взгляд, а под конец вообще кофе угостил. Поэтому для меня не стало открытием, что приехавшее руководство вспомнило не только про законность и здравый смысл, но ещё и про свою жопу и медийный эффект. А медийный эффект получался хреновеньким.

Врать не буду, мне пришлось серьёзно поломать голову, чтобы понять логику происходящего. Всё же подобные схемы в моём мире остались в далёком прошлом, можно сказать, в траншеях. Поэтому я несколько затупил. И тут, кстати, очень сильно пригодились кофе и пончик, которые мне презентовали. Сахар стимулировал мозг, и хоть это был мозг Грега, он почему-то тоже смог вспомнить нужное (^_^)

Да-да, всё дело было в медийном эффекте. Я уже заметил, что этот их Протекторат, герои, СКП — все они занимаются не столько принуждением к соблюдению законности, сколько разновидностью рекламы. И тут я мнение Грега разделяю. Это же клоунада какая-то. Да, кто-то может возразить про губителей, с которыми все эти герои бьются плечом к плечу, в том числе и со злодеями, но… ё* вашу мать, какая же это всё *уйня!

Чем больше я изучал материалы происходящего, которых было не так уж и много, тем больше понимал, что происходит какая-то глобальная лажа. У меня сложилось впечатление, что человечество — это такой грибник, которого в лесу поймал медведь и неспешно ест. А СКП — это доза морфия, которую вкололи в бедолагу, чтобы он не сильно дёргался и не помешал ни в чём неповинному мишке полакомиться человечинкой. Возможно, я ошибаюсь, но происходящее напоминало это прям очень сильно. Да и действия властей были очень странными. Под ними явно крылась какая-то скрытая логика, и эта логика была максимально изуверской.

Но что-то я отвлёкся от дела, а происходить начала подмена понятий. Словом, вместо явного оперативника ко мне подсел явный же продажник — уж простят меня продажники за столь мерзкое сравнение с ними — и принялся вешать лапшу на уши на тему, что я «не я» и вообще вплоть до превышения самообороны. И тут я с ним частично согласен: я ведь не оборонялся, я собирался их как следует допросить, но на момент приезда полиции ничего сделать не успел, а значит, и предъявить мне было нечего. Однако предъявляли, правда, не то, что я хотел сделать, а то, как они видели эту ситуацию.

А видеть они хотели следующее: два безобидных пранкера решили разыграть подростка. А подросток вместо того, чтобы порадоваться, что он участвует в таком замечательном деле, напал на несчастных видеоблогеров с кочергой. А ведь он ни много ни мало сам пригласил одного из них к себе домой. А ещё этот психованный мальчишка на самом деле кейп, который отказался от участия в программе «Стражи»… Ну, вы поняли, да? То есть это не они меня, точнее Грега, послали к чёртовой бабушке, а я их. И напали не охреневшие от вседозволенности злодеи, а я побил безвредных пранкеров.

О, да-да, я знаю, насколько они безвредны. Видел я их видеоролик в сети про то, как они устроили миссию из GTA на улицах города. Ездили с битой и избивали ею проституток на улице. Я, конечно, не одобряю древнейшую профессию, но также не одобряю разбивание голов девчонкам, даже если они б*ядствуют. Это как минимум скотство.

Пришлось напрячь весь свой опыт и нездоровую фантазию, чтобы догадаться, что именно происходит. А произошло то, что я фактически ткнул эту организацию головой в унитаз. Если я правильно помню, и герои (в том числе неофициальные), и Служба Контроля Пароугроз возятся с этими ребятами уже несколько лет. И их лишь один раз умудрились схватить, после чего они, конечно же, сбежали.

Так вот, это я к чему. С точки зрения внешнего наблюдателя получается, что это не мне повезло и я отбился. Это говорит о том, что сама угроза была до такой степени незначительна, что от неё смог отбиться даже ребёнок. А это о чём говорит? Это говорит о том, что огромная служба, на которую тратятся не менее огромные деньги, — это какие-то конченые чмошники. И зачем они такие вообще нужны, если даже каких-то лохов задержать не могут? И только после того, как я дошёл до этой мысли, всё стало кристально прозрачно и ясно.

Удивился ли я? Учитывая, что я расцениваю события этого мира как нечто похожее на то, что творилось в моём (хоть напрямую это сравнивать и нельзя), то нет, я не сильно удивился. Точнее, я удивился не этому, а тому, что обвинять начали уже меня, причём непонятно в чём.

Лишь справившись с недоумением, я осознал, что имеет место порожняк. Меня грузят хернёй и прочим надуманным бредом, чтобы у меня появилась определённая психологическая реакция. Но что им от меня нужно? А потом я вспомнил, что я сейчас — подросток, к тому же ещё и кейпом числюсь. Я либо испугаться должен, либо лезть в бутылку и жёстко конфликтовать.

— Этьен, — прервал я поток сознания, который изливал на меня парнишка. — К слову, а разве Этьен — это не женское имя? Мне обращаться к вам «миз»?

— Что? М… Нет, — сбившись, ответил парень. — Этьен — это мужское имя.

— Замечательно, — улыбнулся я, заткнув наконец зализанного типа. — Итак, Этьен, я в курсе и часто писал об этом на форуме, что СКП — это конченая контора, созданная для попила бюджета и сокрытия масштабов преступлений, которые творят злодеи. Сегодня я в этом убедился лично… Угрожать несовершеннолетнему без присутствия уполномоченного или родителей — это как минимум легко, но вот присесть за это вы можете очень даже. И да, я примерно представляю, что вы сейчас скажете и кто прикроет вашу жопу… или не прикроет, если это будет удобно для организации. Но вы реально готовы продолжить запугивание ребёнка прямо сейчас?

— Вы сейчас не ребёнок, мистер Ведер, вы — кейп, который подозревается в превышении пределов самообороны и незаконном гражданском задержании.

— Хорошо, перефразирую, — кивнул я и улыбнулся. — Вы угрожаете ребёнку-кейпу, который смог отбиться от двух злодеев, пытавшихся его похитить. Скажите, Этьен — уж не знаю вашей фамилии, вы её не назвали, — вы сами-то кейп? Я, конечно, понимаю, что сейчас вы представляете большую и сильную организацию, но мне искренне любопытно: вы понимаете, что становитесь лицом всего того зла, которое такой ребёнок, как я, видит в этой организации?

— Это угроза? Угроза сотруднику при исполнении…

— Угроза в моём понимании — это когда ваши кишки разбрасывает по стенам шрапнелью. Так что нет, сейчас я искренне пытаюсь понять: зачем вы начали всю эту лажу? Вы могли просто сделать всё необходимое вам втихаря и не полоскать мне мозг. Так зачем всё это? Чтобы что? Зачем?

— Напомню вам, мистер Ведер, что наш разговор записывается и может быть использован против вас в суде.

— Записывается? — я деланно удивился. — Мне скрывать нечего, а вам? Вы готовы понести наказание за нарушение процедуры?

— Именно поэтому мы и отказали вам во вступлении в Стражи, вы…

— Стоп-стоп, — я вскинул руку и мысленно поставил себе плюсик: парнишка дёрнулся, совсем чуть-чуть, но дёрнулся. Видимо, привык, что я сижу неподвижно, и его мозг выдал что-то вроде: «Он в наручниках». Но я ведь просто на стуле сидел, не более того. — Чтобы я добровольно сунул голову в эту петлю?! Да вы же хреновы крохоборы, которые держат своих Стражей на подсосе. Нет-нет, подставляться под пули за право носить несуразный обтягивающий спортивный костюм — это не ко мне. У меня учёба, на которую, по вашей вине, я сегодня опоздаю, так как просто не смогу на неё пойти: уже шесть часов утра.

** За стеклом **

В это время в соседнем помещении на происходящую беседу смотрела уже известная нам героиня, Мисс Ополчение. Рядом с ней в доспехах синего цвета стоял глава Протектората города Броктон-Бэй. Его героическое прозвище было Оружейник, а самого его звали…

— Колин, и как тебе этот мальчишка? — поинтересовалась Мисс Ополчение.

— Держится хорошо: спокоен, не врёт, — без особых эмоций перечислил герой и покосился на свою коллегу.

— Не врёт? — удивилась девушка и уточнила: — Так он что же, сейчас реально угрожал взрывом?

— Ты хочешь слишком многого от системы, которая диагностирует ложь. Программа утверждает, что с 93-процентной вероятностью он и в самом деле считает угрозой только то, что может размазать по стенам, но не слова.

— Хочешь сказать, что это потенциальный маньяк?

— Я этого не говорил. Я лишь сказал, что почти все слова этого мальчика — правда. Либо он считает сказанное правдой.

— И что ты предлагаешь?

— Алгоритмы моей программы подсказывают, что он прав: мы могли сделать всё это без его ведома. Дальнейшая эскалация была избыточна.

— Но ты же знаешь кейпов. Они не могут усидеть на месте. Он бы обязательно что-нибудь где-нибудь ляпнул.

— Да, для кейпов это характерно. Особенно для столь молодых, — согласился Оружейник. — Меня смущает то, что за прошедшие полгода он ни разу не был замечен на улицах города. Среди всех новых масок, что нам известны, этого школьника нет. Да и на допрос он слишком легко реагирует.

— Что-то я запуталась, — вздохнула героиня и, убрав закрывавший лицо платок, отхлебнула кофе из чашечки. — Постой, он что, понравился тебе?

— Понравился? Мне импонирует, что до того момента, как на него начали давить, он охотно шёл на сотрудничество и был… хм… эффективен в даче показаний, — Оружейник сверился с какой-то очередной своей программой. — Уточни, как именно этот мальчик передал нам файлы.

— Ну, он их через сеть скинул. И… с этим есть какие-то проблемы?

— Нет, наоборот. Используем это для давления на родителей, обвинив его в раскрытии гражданских личностей кейпов.

— К слову, зачем всё это?

— Для вербовки.

— Это понятно, но я не о том. Зачем его вербовать сейчас и именно так? Достаточно сказать родителям мальчика об опасности, и они сами его в программу запишут.

— Сейчас потому, что нам нужен кейп для обмена, а форма… так порекомендовал алгоритм.

— А, ну раз алгоритм…

=*=

Говорят, любопытной Варваре на базаре нос оторвали. Но после того, как я послал этого типа к чёртовой бабушке, меня ведь не отпустили. И я, так как реально подустал да и не спал всю ночь, улёгся на стол и, поскольку заснуть в такой ситуации всё равно не мог, стал баловаться разными штучками.

К сожалению, из более-менее полезного при мне было сейчас разве что прослушивание и чуть-чуть подсматривание. Я ведь за подозрительно ведущим себя Спарки удалённо следил. И вот сейчас я использовал ту же технику, чтобы разузнать, что происходит за пределами комнаты для допроса. Как оказалось, в смежной комнате сидели эти так называемые герои и обсуждали меня. Ни много ни мало — мне тут уже дело шили. По малолетству за него мало что грозило, но, учитывая, что за меня сейчас отвечают родители, у этих тварюшек появлялся замечательный способ на меня надавить.

Однако, насколько я помню, факт раскрытия личности ещё нужно было доказать. То бишь, если они с самого начала не собирались меня подловить, то сейчас у них мало что получится. Точнее, я уже вижу их натужные лица. Ведь файл-то я загрузил туда, куда мог загрузить быстро. А никаких внятных файловых обменников я не знал, поэтому воспользовался уже один раз пригодившимся мне форумом любителей здорового образа жизни. А так как файл был приватный, чтобы его скачать, нужно было зарегистрироваться под моим логином или получить одноразовую ссылку. Повторюсь — одноразовую. А ещё не забываем про странное отношение к тому региону планеты.

Но всё это — хамство, угрозы, шантаж — всё это было вторично. Хамить тому типу я стал не поэтому. Да и сейчас наливаюсь яростью совершенно по другой причине. Проблема в том, что Убера и Элита уже отпустили, они уехали к себе, буквально на такси, по пути обсуждая, какой я козёл и прочие нехорошие вещи, которые стоит со мной сделать. А я здесь всё ещё сижу, а уже почти семь.

И происходит всё это не потому, что какой-то дол*оёб принял сомнительное решение, а потому что некто в голубеньких доспехах положился на мнение, б*ядь, алгоритма. Мне, человеку, который последние лет пятьдесят прожил в мире, наполненном нейросетями чуть больше, чем полностью, такая постановка вопроса резанула по самой душе. Тот самый случай, когда даже такой пофигист, как я, начинает смотреть на окружающих сквозь кровавую пелену.

Если ты принимаешь решение на основе каких-то данных, работы программы или ещё чего, ты нёсёшь за них полную ответственность. Но, как я видел, для этих чудиков результат работы программы был чуть ли не сертификатом на прощение всех смертных грехов. Их, небось, если потом закапывать заживо начнут, они тоже будут кричать что-то в стиле: «Мы всего лишь исполняли приказ» или даже «Это не наше решение, это программа». И да, я такое встречал… во всех смыслах этой фразы.

— Доверяете кремнию, значит? Хорошо, это очень хорошо, ведь мы с ним добрые друзья…

Глава 11

=*=

А утром, как чёртик из табакерки, объявился отец Грега. Что особенно ценно, он был не один, а с адвокатом. И тут, словно по волшебству, мне сразу же позволили уехать домой. Правда, поставили перед фактом: теперь я под наблюдением куратора от их службы. Точнее, всё было значительно сложнее.

Изначально нам лишь позволили пообщаться без свидетелей. Впрочем, я сразу произнёс:

— Нас прослушивают и записывают.

— Это самоочевидно. Это же здание СКП, — ухмыльнулся юрист, мужчина лет пятидесяти с проседью в волосах, и принялся показывать мне плохо читаемые надписи в своём блокнотике. Это были вопросы, на которые можно было отвечать максимально просто: «да», «нет», «не знаю» и «особый случай». Получив на последний свой вопрос информацию об особом случае, он спросил: — У тебя есть какие-то материалы? Какие?

— Несколько фотографий, запись телефонного разговора…

— Ну, значит, уже нет, твой компьютер изъяли, — прервал меня адвокат, но я лишь ухмыльнулся и, дождавшись, когда мне покажут следующий вопрос, кивнул. От этого мужчина повеселел: — Чудно-чудно.

А после этого он оставил нас вдвоём строго-настрого, распорядившись молчать в тряпочку и в лучшем случае смотреть друг на друга. Этим мы, собственно, и занимались. Было видно, что мужчина порывался что-то спросить, но каждый раз одёргивал себя. А я, хоть психологически ещё и был бодр, начал сдавать — подростковое тело требовало отдыха, и меня рубило в сон. Поэтому мы без особого труда посидели в тишине, пока адвокат где-то что-то делал.

Минут через тридцать он объявился в компании с одним из знакомых офицеров, и мы наконец-то покинули эту юдоль печали. К сожалению, добраться до кровати сразу не получилось: мы поехали в офисное здание, зашли в невзрачный офис какой-то частной юридической практики и разместились в комнатке, похожей на кабинку для звукозаписи. Тут я повторил примерно всё то же самое, что было несколькими часами ранее. Я старался отвечать на вопросы взрослых так же, как отвечал на них в СКП.

А затем я вспомнил, что ту же звукозапись и не останавливал.

Я же со вчерашнего вечера записывал свои наблюдения. Но главный вопрос здесь: куда я это делал? Для сканов я использовал что-то вроде лепестков из маны — эдакие фотопластинки для снимков структуры кейпов, и матрицу для обычных фотографий, а звук записывал на обыденную нить, тоже из маны. Скажем так, эти носители информации не очень долговечны, но я и не предполагал, что буду хранить их годами. Мне бы до компьютера добраться и оцифровать. Благо я эти структуры без приборов не вижу, а то представляю, что сейчас творится вокруг моего запястья: небось похоже на то, словно я ладонь в шарик с пряжей запустил.

Что забавно, адвокат вообще не удивился, что из пустоты начала проигрываться аудиозапись.

— Ну что же, юноша, могу сказать, что вы упростили мне работу и облегчили самому себе жизнь. А лёгкое хамство в конце вашей беседы с рекрутером — это простительно. Я бы даже сказал, наоборот: вы были слишком мягки и спокойны, это даже плохо. От вас ожидали как минимум истерики и конфликта. Впрочем, что это я? — Мужчина вздохнул и откинулся на спинку кресла. — Что же вы сразу не сказали, что у вас есть даже полная запись вашего допроса?

Я лишь плечами пожал и честно признался:

— Я не заснул лишь по попустительству божьему. Я сейчас не очень хорошо соображаю, уж извините.

— Да нет, нет, это вы меня простите. Жизнь сдаёт мне козыри, а я носом кручу, — отмахнулся мужчина и нахмурился. — Но одна проблема осталась — эти мелкие пакостники, Убер и Элит. Их не просто так отпустили. Ваши слова про рекламу — вполне себе правда, но не вся правда… Это способ намекнуть вам согласиться с предложением о вступлении в Стражи. Я не думаю, что эта парочка попробует повторить что-то такое ещё раз, но вам скажут, что именно это они и сделают.

Я не стал отвечать, что слышал, как именно это они и обсуждали, когда шли к такси. В утешении я не нуждаюсь, а вот для отца Грега это может стать неприятным знанием.

— Забавно, — фыркнул отец. — Когда мы сами к ним просились, нас выставили вон, а сейчас прям спецоперация какая-то. Ну бред же.

— Не сказать, что бред, просто так карты сложились, — пожал плечами адвокат. — Ну и, согласитесь, мальчик хоть и воспользовался случайностью, но двух злодеев упаковал. А один из них технарь, а второй может взять себе буквально любой навык на уровне мастера.

Поразмыслив, я всё же воспроизвёл запись Оружейника с Мисс Ополчением.

— Это они в комнате наблюдения в этот момент были?

— Да.

— Старайтесь этот свой навык не афишировать.

— Это не навык.

— Оу… А что же это?

— Скажем так — покупка.

— Удачное вложение денег, — кивнул мужчина и посмотрел на отца Грега: — Эдвард, тут на самом деле все карты на руках. Вы либо можете поддаться на этот шантаж, и мальчик попадёт в программу Стражей — правда, как я понимаю, вас заставят переехать, — либо можем замять эту затею, но сегодняшние события в той или иной мере могут повториться.

— Ну а ты что думаешь? — буркнул отец. — Признаться, я был уверен, что ты и в самом деле всех провёл, думал, что ты и вправду не кейп, да и потом полгода ничего не происходило. Ты даже в патрули не ходил, только в компьютер играл, а на форуме этом поганом людей бесил.

— Я не кейп и бегать в костюме в облипочку желанием не горю, это правда, но тут, скорее, к тебе вопрос. Ещё два года будешь нести ответственность, ведь я несовершеннолетний… Да и сегодня неудобно получилось.

— Неудобно, когда… впрочем, оставим, — отмахнулся мужчина и, вскочив со стула, начал выхаживать по не такому уж и большому помещению туда-сюда. Затем он остановился. — Частичная эмансипация. Оставим тебе дом, положим деньги на трастовый счёт и геройствуй как знаешь.

Я с большим недоумением посмотрел на мужчину. Смысл его фразы до меня не дошёл. Нет, я знал, что означает слово «эмансипация», но что означает этот термин в текущей ситуации, мне было непонятно.

— Мы обсуждали этот вопрос с твоей матерью. Ещё тогда, когда обнаружили в подвале ту стрёмную штуку, — видя недоумение на моём лице, начал объяснять Эдвард. — СКП один чёрт приставит к тебе куратора. Да и ты, так как стал кейпом, наверняка будешь чудить и влипать в неприятности. А я не хочу, чтобы меня посадили за твои косяки.

Позиция мужчины была мне понятна. Учитывая, что я не был его сыном, мне было всё равно. Но когда я представил, что испытал бы Грег, если бы ему это сейчас сказали, я, кажется, начал понимать, как я вообще в этом мире и теле оказался. Не удивлюсь, если что-то подобное он чуть ранее подслушал сам. Впрочем, если под эмансипацией они подразумевают, что я буду жить на особицу с правами совершеннолетнего человека, то почему бы и нет. Признаться, с трудом представляю, как долго бы я выдержал, если бы мне пришлось делать вид, что я их ребёнок. А так получается, что они свалили, так сказать, с глаз долой и сердца вон. Ну и ладно.

А вот лицо у адвоката вытянулось. Он явно хотел сказать что-то матерное, но сдержался. Дальнейшие полчаса проходили как в тумане, но от меня ничего не требовалось — я просто сидел и старался не заснуть. А в это время эта парочка готовила какую-то макулатуру, чтобы провернуть всю эту сомнительную схему.

Так что в своей комнате я оказался уже ближе к обеду. Я лишь механически отметил, что в комнате отсутствует компьютер, и, не раздеваясь, упал на кровать лицом в подушку и отключился.

=*=

Проснувшись на следующий день, я словно в беличье колесо попал. Мы таскались взад-назад по разным организациям, что-то происходило, а в результате всего этого безумия я вновь оказался дома в одиночестве. Правда, теперь это был мой дом. Точнее, он был арендован на моё имя, так как не являлся собственностью семейства Ведеров. Узнав эту подробность, я выдохнул: дом был застрахован, так что рвать задницу, чтобы его беречь, не требовалось. Нет, если его сожгут, это, конечно, печально и даже ужасно, ведь надо же где-то будет жить. Но с точки зрения денег ни родители Грега, ни я ничего не теряем. И в этом есть плюс. Ещё одним плюсом было то, что на моё имя открыт трастовый счёт. Из минусов же — денег там не так уж много, а ходить в школу всё же надо. Ну и да, герои и злодеи, будь они прокляты.

Как я понял из слов того адвоката, СКП очень сильно помогло с оформлением документов. Видимо, думали, что таким образом упростят себе жизнь. А вот со злодеями всё было чуть интереснее. Я не мог выкинуть из головы их беседу и задался вопросом: как бы мне их найти? В конце концов, они знают, где я живу, а я, в свою очередь, не знаю, где живут они. И тут, как по мне, наблюдается некоторая нехватка гармонии. А гармония для того и существует, чтобы её поддерживали.

Сначала я думал поступить классическим образом: натыкать уличных камер и просто мониторить толпу. В конце концов, образцы их лиц у меня есть, а алгоритмы распознавания, хоть и неизвестны мне на сто процентов, но я помню основные моменты используемого алгоритма. Там, на самом деле, ничего сверхъестественного. Тем более я мог распознавать не по плоским изображениям, а по 3D-слепку. Впрочем, это уже тонкости, это отрабатывать надо, да и вообще вся эта канитель могла растянуться на месяцы.

Поэтому нужно было более простое и практичное решение. И тут, видимо, само мироздание сжалилось и подкинуло подсказку. Мой взгляд упал на журавлика, которого я сделал из схемы светильника в самом-самом начале. Я некоторое время смотрел на это бумажное изделие, и тут мне в голову пришла гениальная мысль. У меня же есть схема, которая фиксировала Убера по наличию этой штуки у него в голове! Мне не надо распознавать его лицо, мне главное, чтобы он прошёл мимо сканера. Более того, этому способу разведки не требовалась прямая видимость — стены не были проблемой. Вместо того чтобы развешивать камеры и прочее шпионское оборудование, я мог поступить максимально просто и комфортно.

Вооружившись пачкой хорошей бумаги приятного синенького цвета, я начал свои эксперименты в зале. Идея была проста: делаем бумажный самолётик, навешиваем на него схему, которая создаёт небольшую тягу, вторую — чтобы изгибать крылышки, ну а третья отвечает за сканирование пространства на наличие нужной мне сигнатуры. В целом довольно простая структура, но так как у меня не было ни нейробука с моими наработками, ни даже здешнего компьютера (его конфисковали и так и не вернули), я мог полагаться лишь на свою память, бумагу и авось. Вот, собственно, до полуночи я этими самолётиками и занимался.

Обиднее всего то, что за первые полчаса я получил 80% результата. А вот недостающие 20% пришлось вымучивать почти 8 часов кряду. Старина Парето и здесь подгадил со своим принципом. Всё-таки авиация — это не мой конёк. Точнее, я худо-бедно разбирался в квадрокоптерах, но вот именно в самолётных схемах был не в зуб ногой. Да и комната была не сказать чтобы большая, чтобы можно было выловить все проблемы и огрехи.

Когда стемнело, я смог совершить пару запусков на открытом воздухе. А так, со стороны это, наверное, смешно смотрелось: мальчишка с матами бегает по комнате и кидает самолётики туда-сюда. Но оно того стоило, ведь ближе к часу ночи я наконец отработал схему, разложил её на шаблон и, пользуясь им как основой, легко и просто накрутил двадцать бумажных самолётиков. Я отнёс их на улицу и, порадовавшись тому, что мэрия явно экономила и отключила освещение, все их запустил.

Систем навигации, картографии, связи — всего этого у меня не было. Пришлось создавать максимально неудачную, но единственно возможную на текущий день схему. Я использовал нить маны. И проблема данной нити была в том, что, как это ни банально прозвучит, для её создания нужна была мана. То бишь тёмная материя, которой у меня было не сказать чтобы много. К счастью, на два десятка самолётиков у меня этого ресурса хватило, а значит, они не только смогут летать, но, что самое главное, сообщат о результатах и даже вернутся.

Ну а утром, перед рассветом, я вышел во двор и собрал 17 самолётиков, которые безвольно лежали на лужайке. Не знаю, что случилось с тремя — возможно, на них напали птицы, по крайней мере, на двух вернувшихся аппаратах были следы чего-то похожего на когти. С другой стороны, мана накапливалась сама собой, а бумага стоила не так уж и дорого. С этими мыслями я вернулся в дом и утилизировал устройства, так как нужные мне данные уже были получены через те самые нити. Эти самолётики могли вообще не возвращаться, но я подумал, что чем меньше следов я оставлю, тем лучше.

Испив кофе с бутербродами, я полюбовался рассветом и вернулся к насущной проблеме. Я принялся перебирать полученные данные. И чем больше я на них смотрел, тем больше охреневал: все самолётики в сумме умудрились обнаружить 22 отметки. Что ценно, уникальных отметок было 17.

С определённым любопытством я достал бумажную карту города и принялся сравнивать фотографии с теми частями города, в которых пролетал тот или иной аппаратик. Сопоставить получалось не всё, так как фотографии были довольно специфичными, а карта — очень старой. Но в целом большую часть отметок я смог обработать. Получалось так, что за один раз я умудрился обнаружить почти всех кейпов этого города. Надо будет потом сходить, сравнить кое-какие сигнатуры.

Но в целом задачу я решил. Не очень понятно, где именно, но примерный квадрат для дальнейшего поиска мне ясен. Надеюсь, эти обормоты этой ночью спали, а не шарились по городу. Впрочем, если я их сегодня там не найду, всегда можно повторить полное сканирование города заново. Опять-таки, получив все эти данные, я уже понимаю, что можно доработать, чтобы моя авиаразведка стала лучше.

Не откладывая дела в долгий ящик, я взял бумагу более светлого цвета, чтобы мои самолётики терялись на фоне голубого дневного неба, и сделал в этот раз всего лишь два аппарата. Правда, опять пришлось повозиться с настройками и отладкой, но после вчерашнего бдения всё прошло как по маслу. Так что, когда я садился в школьный автобус, моя авиаразведка уже выдвинулась в нужный квадрат для уточнения диспозиции. В конце концов, лучше знать и не использовать, чем не знать и кусать локти от бессилия.

— Привет, Спарки, — поздоровался я, радуясь тому, что сканер кейпов утверждает, будто передо мной обычный человек, а не очередная погань под личиной.

— Ты где пропадал? — удивился мальчишка.

— Семейные обстоятельства, да и так, по мелочи, — ответил я и нахмурился. Я обнаружил, что на меня опять зыркает та психованная девица, и если само её наличие меня вообще никак не интересовало, то вот недвусмысленный сигнал от сканера, выявлявшего кейпов, — это уже другое дело. — Тру-ту-ту… Выясняется.

— М? Ты это о чём? — удивился мой знакомый.

— Да это я так, о своём, о подростковом, — улыбнулся я и поинтересовался: — К слову, а ты как к компьютерным играм относишься? К игре на приставке?

— Я не особо такое люблю, — покривился парнишка. — Мне гитара ближе и роднее. А что?

— Да так, чисто умозрительный вопрос, — ответил я и извинился, достав палитру: — Иди без меня, мне надо кое-что записать, пока не забыл.

Мальчишка пожал плечами и пошёл дальше по коридору, а я прислонился к стене и занялся насущным — фиксацией первой сопоставленной сигнатуры… Точнее, скорее третьей, но не суть.

— Кто бы мог подумать… Н-да… Какое занимательное совпадение. Очень.

Глава 12

До всей этой истории со злодеями я с куда большим интересом, внимательностью и здравым смыслом подходил к занятиям в школе. А тут намедни почитал статью в бумажном журнале (так как мне компьютер так и не вернули и, как я понял, уже не вернут) про кейпов, и что-то мой позитивный настрой угас. Явственно видно, что вариантов зарабатывать себе на жизнь без всей этой пошлятины мало, очень мало, и это полнейшая шляпа.

Если и организовывать какое-нибудь собственное дело, есть шанс нарваться на проверку на тему того, что я сам себе помогаю при помощи своих суперсил. По закону это здесь считается не очень законным. Мол, ты пользуешься… необоснованным преимуществом. Ну вы поняли, да? То есть какая-нибудь корпорация может позволить себе ворочать миллиардами долларов и огромными ресурсами, в том числе и политическими, задействуя десятки тысяч человек, и им за это ничего не будет. А тебе будет. Мило, очень мило.

А для чего ещё может пригодиться американское школьное образование? Ну, например, для того, чтобы поступить в колледж. А колледж нужен для того, чтобы устроиться на хорошую работу. Но тут есть нюанс: далеко не все должности ты сможешь со спокойной совестью занимать. Да-да, очередное нытьё на тему использования суперсил для необоснованного обогащения. Не знаю, кто писал этот закон, но эта их NEPEA-5 максимально кринжовая. Словом, единственная причина, по которой я здесь тусил, — это соблюдение буквы закона. Несмотря на творящийся в стране бардак, по закону дети обязаны получить школьное образование. Причём, что забавно, они не обязаны его заканчивать, а вот, скажем так, попытаться сделать это — да, обязаны. Вот я этим и занимался. Демонстрировал, так сказать, флаг.

А ещё я внимательным образом присматривал за Софией, которая, как оказалось, сделала кое-что нехорошее с моим бывшим шкафчиком и, мало того, судя по показаниям сканера, оказалась кейпом. Что удивительно — её не было в моей базе. В общем, с моим предварительным мнением о том, что я зафиксировал буквально всех злодеев, я попал ногами в жир. Это уже потом, сидя на литературе и поразмыслив над полученными данными, я осознал, что и стражи, и взрослые герои — они же в комплексе СКП или на Башне не ночуют. У них свои семьи, свои квартиры. А квартиры располагаются в городе. Поэтому те семнадцать отметок, которые я получил ранее, — это всё в кучу. К счастью, я понял это сейчас и не успел сделать никаких далеко идущих выводов.

— Ну и *ули ты пырился на меня весь урок? — прорычала София, когда мы выходили из класса последними. Судя по всему, она специально так подгадала, чтобы пересечься со мной без лишних глаз.

— Да вот, хотел задать тебе пару вопросов и размышлял, как именно это сделать.

— А не много ли ты на себя берёшь, му*ила? С чего бы мне отвечать на твои б*ядские вопросы?

— Твои пальцы… ты излишне бережёшь левую руку, но все фаланги присутствуют и они в абсолютно нормальном состоянии… разве что маникюр на двух ногтях не совпадает с тем, что на остальной руке, — ответил я и проигнорировал пародию на удар кулаком: просто голову довернул, подставив под удар капюшон «улучшенной» толстовки, а ударом ноги захлопнул дверь в класс, на этот раз проигнорировав удар коленом в область печени. — Ты знаешь, где живу я, а я знаю, где живёшь ты. Если бы я питал к тебе какой-то негатив, этого разговора не было бы в принципе. Не суетись.

На удивление, школьница замерла, предварительно отпрыгнув от меня метра на полтора, чуть не сбив собой парту.

— Ублюдок! Ты мне угрожать вздумал?

— Жизнь отучила меня от угроз. Надо либо пытаться найти общий язык, либо разграничивать области, либо решать проблему совсем. У тебя, судя по всему, есть какие-то претензии ко мне. Давай обсудим их. Возможно, на самом деле особых разногласий у нас и нет или их можно нивелировать разумными уступками, — улыбнулся девице. — Я слушаю тебя. Расскажи мне, что тебя не устраивает. Я выслушаю, и мы подумаем, как быть дальше.

— Козёл! Я сейчас выйду и заявлю, что ты меня домогался, вот тогда и посмотрим, куда денется твой клоунский пафос.

— Подросток подкатывал яйца к другому подростку, причём подросток, к которому их подкатывали, был девочкой. Классический случай, — пожал плечами и повинился. — Извини, мне нравятся девушки чуть-чуть постарше и чуть-чуть посветлее. Ну, знаешь, как кофе с молоком.

Второй невнятный обмен ударами, причём в этот раз я не стал просто стоять и тоже отвесил леща девице.

— Хотя, учитывая твою активность, детишки могли бы получиться уже после первого свидания. Такая грация, напор и беспардонность… Но нет, извини… дело не в тебе, дело во мне.

— Ведер, да ты в корень о*уел, моча в голову ударила?! — прорычала София, буквально серея от ярости.

В этот раз и я на ногах не смог устоять, а София собой несколько стульев и стол собрала. Грохот получился образцово-показательный.

— Прости, я не могу ответить тебе взаимностью, — пошутил я и, покосившись на явный нож, который она откуда-то достала, уточнил: — Ты ведь понимаешь, из какой именно части тела он будет у тебя торчать?

И о чудо, София в кои-то веки решила поговорить.

— Грёбаное травоядное, ты себя хищником возомнил? Тебе пи*дец! Слышишь меня? Пи*дец!

— Дитя, я искренне пытаюсь поговорить с тобой, ведь ты, чёрт возьми, подбросила в неиспользуемый мною шкафчик… кое-что… Как я и говорил ранее, жизнь научила меня: надо попытаться поговорить, затем попытаться не соприкасаться с неприятным, ну и третий вариант, если иное невозможно.

Услышав про шкафчик, девица вздрогнула. Не сильно, но я ведь её состояние внимательным образом фиксировал, я заметил.

— И знаешь, что самое смешное во всей этой истории? Я отказался от своего шкафчика и даже написал директрисе официальный запрос, который она с удовольствием подписала, сказав, что давненько не видела правильно составленных письменных обращений от учащихся. А ещё более забавно то, что этот шкафчик распределили школьнику, который состоит в банде восьмёрок. И да, у меня есть запись того, как ты с подружками сделали это… И при всём этом я всё ещё пытаюсь с тобой говорить.

— К-кто…

— М?

— Кому распределили твой шкафчик?

— Между собой они его называют — Вилли Кастет.

— Б*ядь… Б*ядь-б*ядь-б*ядь! — буквально схватилась руками за голову София, при этом чудом не распоров себе лицо собственным же ножом. Постояв пару секунд в ступоре, она буквально по партам пробежала к выходу, бросив на ходу: — Мы с тобой ещё не закончили. Это не конец.

Я задумчиво посмотрел ей вслед и покачал головой.

— Какие всё же в этом мире оптимистичные дети, даже сердце радуется.

Выйдя из кабинета, я посмотрел в одну сторону, во вторую и понял, что сегодня из меня хреновый ученик, поэтому направил свои стопы в сторону класса информатики. Зайдя внутрь, я убедился, что не все компьютеры заняты, и просто подошёл к учительнице, вежливо поздоровался и обозначил ей своё желание почитать кое-что на тему её предмета. Женщина лишь хмыкнула, сказав, что впервые учащиеся напрашиваются посидеть в интернете столь сложным образом, но разрешила поприсутствовать на чужих занятиях.

Однако женщина была неправа. Я не собирался сидеть на местном супер-бупер ресурсе ПХО или делать ещё что-то подобное. Меня просто подкосил тот факт, что СКП изъяло у меня компьютер. И хоть я не успел разместить на нём ничего важного или специфичного, факт есть факт. Изъятие стало спусковым крючком для того, чтобы задуматься о вещах, которых я никогда в своём мире не делал. У себя я использовал руны и ману либо как автономные, не очень сложные устройства, либо как нечто, чем управляет обычный для моего времени компьютер — нейробук.

А тут получалась ситуация несколько иная. Здесь привычных мне технических средств не было, плюс сам факт изъятия — и получилось так, что я захотел сделать себе хоть какой-нибудь аналог, но на основе маны. И мне даже не требовалось от этой системы ничего невообразимого. Меня бы устроила даже банальная консоль. Правда, было бы неплохо, если бы эта консоль могла худо-бедно показывать фотографии. А уж если фотографии удастся выводить в цвете, это и совсем хорошо. Это покрывает многие мои задачи. В конце концов, какая мне разница, на какой именно платформе восстанавливать нужные мне алгоритмы. Но бросаться с головой в эту тему было бы безумием, поэтому я решил освежить свои знания, так как за столько лет многое помнил уже не очень хорошо.

Искать информацию при помощи довольно дубового поисковика и неких «жёлтых страниц» было максимально непривычно и сложно. Приходилось просматривать десятки мусорных сайтов или, что хуже, выуживать крупицы истины среди ещё большего мусора. Поэтому, когда подошёл Спарки и ткнул меня в плечо, я удивился. Удивился я тому, что, оказывается, просидел здесь не одно, а целых два занятия.

Но моё недоумение было развеяно простым ответом:

— Я увидела, что ты реально занимаешься тем, о чём мне сказал, поэтому не стала тебя отвлекать, — ответила женщина и помогла перекинуть подготовленные документы для печати на… дискету. Давненько я их не видел.

Поблагодарив учителя, я совсем было собрался уходить, но она остановила меня, попросив подождать. Она ушла в другой кабинет и вернулась только минут через пять, протянув мне достаточно потрепанную книжку с довольно любопытным названием.

— Это уже устаревший вариант программы, но по ней курс в университете преподают, в котором я училась.

— SICP? Где-то я уже слышал это слово, — кивнул я и поблагодарил преподавателя за столь неожиданный подгон. Уж не знаю, насколько эта книжка — именно то, что требуется для моих целей, но когда с тобою вежливы, будь вежлив в ответ.

На всякий случай упаковав книгу, я положил её в свой ранец и полюбопытствовал у буквально пританцовывающего Спарки:

— Ну рассказывай, вижу же, что тебе не терпится поведать что-то неожиданное.

— Ты не поверишь, наша «хищница» совсем охренела. Она на глазах у половины школы ограбила Вилли Кастета, — с придыханием заявил мальчишка. — Он как раз шкафчик открыл, чтобы книгу взять, а она подбежала, что-то схватила и ходу.

Спарки продолжил, но его прервал паренёк азиатской наружности:

— Неправда, всё было не так. Это ты байку пересказываешь. На самом деле Вилли как раз к своему шкафчику шёл, когда эта чёрная подбежала к нему, вскрыла шкафчик и что-то оттуда украла.

— Хрен редьки не слаще, — многозначительно пробормотал я, представив себе эту картину.

Впрочем, этой девице лишние приключения не помешают. Не всё же ей только со мной разминку устраивать. Пускай и побегает немного, ей полезно.

Словом, перекинувшись парой-тройкой фраз с окружающими, я принял решение идти домой. Но по пути к остановке вспомнил, что у меня при себе есть нераспечатанные файлы, и изменил направление, направившись в библиотеку. Тут надо пояснить, что библиотеки в США — место специфическое. По большей части это абсолютно бесплатное удовольствие, за редкими исключениями. А ещё там были не только книги, но и компьютеры. Последних было не так много, и они были не такие уж и мощные, но самое главное — они были подключены к интернету. Ну а за небольшую плату там же делали ксерокопии и печатали. Вот на печать я и нацелился. Мне была нужна кое-какая справочная информация, чтобы не пороть совсем уж отсебятятину.

Ну и да, здесь я позволил себе немного расслабиться и на форум тоже зашёл. Подсел я в последнее время на тот самый форум, на котором мне помогали с отравлением. Интереснейший там контингент тусит. Впрочем, на ПХО я тоже заглянул. Ничего стоящего не было. В основном бессмысленная болтовня и немного вранья от СКП. С другой стороны, там же обнаружилось личное сообщение от знакомой Грега, от Куклы. Она напоминала, что мы договаривались встретиться через два месяца и что дата уже подходит. Так как два месяца назад меня здесь ещё не было, я заглянул в историю, которую Грег, к счастью, не очищал. Я обнаружил, что да, этот кейп-бродяга и в самом деле в шуточной форме предлагал Грегу встретиться именно через два месяца.

— Понятно, что что-то ей от меня нужно. Но что? — пробормотал я и ответил на сообщение согласием. В конце концов, люди — существа социальные, и свои проблемы лучше сначала проговорить, а уж потом до нехорошего доходить. Впрочем, как я вижу, эта моя собеседница выглядит адекватной, не думаю, что у меня с ней возникнут какие-то сложности. Хотя, если такие проблемы и есть, то надо о них хотя бы узнать, а для этого в любом случае надо поговорить.

Закончив посиделки в библиотеке, я отправился домой, заехав по пути в компьютерный магазин. Надо было взглянуть на цены. Хоть я и принял решение выносить управляющую логику на сторону маны, но возможность посидеть в интернете — это тоже важно. Однако, увидев ценники, я лишь покивал, придя к выводу, что придётся урезать свои хотелки и перенести их как минимум на месяц, а то и на два. К сожалению, компьютеры стоили дорого. Понятно, что купить с рук или банально ворованное будет куда дешевле, но тут уже никаких гарантий. Если повезёт — хорошо, а не повезёт — значит, не повезёт.

Вот в таком печальном расположении духа я и вернулся. Выложив одолженную мне книгу на видное место, я посмотрел на отчёты, присланные авиаразведкой, и похмыкал: количество уникальных сигнатур увеличилось чуть ли не вдвое. Так что да, вчера я был излишне оптимистичен.

С другой стороны, один из самолётиков засёк именно ту сигнатуру, которую я снимал с Убера. К сожалению, они, кейпы, отличались очень слабо, но всё же имели различия. И с довольно большой вероятностью я нашёл логово именно этих двух злодеев. По крайней мере, рядом с сигнатурой, которую я приписал Уберу, находилась ещё одна. Был ли это Элит, я не знал, так как буквально не успел зафиксировать его своими средствами наблюдения. Для меня это был просто безымянный кейп и не более того.

Но что это я себя принижаю? Это, чёрт его побери, офигенно! Ещё и суток не прошло с момента принятия решения, а у меня какие-никакие, но есть данные по возможным местам обитания противника. И это хорошо.

Доработав схему моих бумажных самолётиков так, чтобы они могли не только искать, но и лететь к нужному месту, уточняя цель при помощи сканера, я занялся, так сказать, прикладным оригами. Я делал бумажных лягушек, которые (если повезёт) проникнут на базу врага и смогут подсматривать и подслушивать происходящее. Да-да, самолётики доставят этих моих бумажных диверсантов на место, а дальше они десантируются и достигнут своей цели своим ходом… пускай и с моей посильной помощью. Я буду ими буквально вручную управлять, так как никакой автоматики у меня на данный момент нет, а логика передвижения по земле в разы сложнее логики полёта.

Однако я оказался излишне оптимистичен. Бумажные лягушки вышли слишком крупными, чтобы безнаказанно проникать в щели вентиляции. Да и передвигались они не очень удобно и заметно. Пришлось вспоминать детство и крутить из бумаги фигурки поменьше, с большим количеством лапок. Ведь это даже логично: раз эта штука будет подслушивать и подсматривать, значит, это жучок.

— Ну, логично же, что жучок должен выглядеть как жучок, — пошутил я, убедившись, что фигурка передвигается замечательно и даже тестовый забег по вентиляции не выявил особых огрехов.

Разве что с видеоканалом возникла сложность: нужно было либо делать нормальный экран, а не то позорище, которое я использовал до этого, либо зачаровывать что-то более универсальное, например очки. Тот самый случай, когда сложность боролась с доступным временем. Хотелось запустить «таракашку» как можно быстрее, но и мучиться из-за поспешности тоже не хотелось.

— Опять дилемма. Всё как всегда. Блин.

Глава 13

— «السلام عليكم», — произнёс я, когда владелица ателье обернулась на звон колокольчика над дверью.

— «وعليكم السلام», — ответила она привычно, но тут же словно запнулась и перешла на английский: — Я могу вам чем-то помочь?

— Да, вы можете мне помочь, — улыбнулся я и приподнял коробку. — Если поможете мне съесть этот замечательный тортик, буду вам очень благодарен.

— Эм… — замялась девушка в костюме, отсылающем к XVIII веку. — Простите?

— Это вы меня простите. Я Грег, но вы знаете меня под шуточным никнеймом Пустотный Ковбой.

Признаться, изначально я не собирался устраивать этот эпатаж и смущать девушку. Но так как мои жучки хорошо себя показали при наблюдении за злодеями, Убером и Элитом, я не устоял перед желанием разведать место встречи с Куклой и заслал к ней такое же устройство. К сожалению, я сделал это только вчера вечером, поэтому на текущий момент знал не так много, но достаточно, чтобы не опасаться за свою безопасность.

Она и в самом деле хотела пообщаться с бродягой Ковбоем, а не пригласила его сразу лишь потому, что Грег Ведер был известнейшим троллем и суетологом форума ПХО. Даже когда у его ника появилась плашка, оповещающая, что он настоящий, официально признанный кейп, это не стало для неё поводом верить ему безоговорочно. Одним словом, логика буквально сквозила в каждом её действии, и меня это радовало. А то чёт все или на эмоциях, или их действиями руководит жменя if-ов, как у того же Оружейника.

— Вы довольно неосмотрительны, Грег, — попеняла мне Кукла. — Вы назвали своё имя и пришли без маски. Не подумайте дурного, но если бы у меня были злые намерения, это могло бы стать для вас проблемой.

— Мне приятно, что вы обо мне заботитесь. Но на самом деле все эти маски в большинстве случаев яйца выеденного не стоят, — нарезав тортик на сегменты, я с благодарностью принял чашку чая. — Например, ваша маска сделана замечательно и, конечно, обладает некоторой защитой от физического воздействия, однако с точки зрения сокрытия личности это не самый идеальный вариант. Во-первых, в прорезях видны ваши глаза, чего на самом деле более чем достаточно. Но есть проблема и пострашнее. Я говорю о материале.

— Материал? — удивилась собеседница. — А что с ним не так?

— В ближнем инфракрасном спектре он прозрачен, — ответил я и указал пальцем на собственную щеку. — Вот в этом месте у вас пластырь. Как я понимаю, вы поцарапались либо сегодня, либо вчера.

— Сквозь мой костюм вы тоже видите?

— Вы использовали хлопок, он не столь прозрачен в этом диапазоне, а при изменении спектра видно уже не кожу, а скорее то, что под ней. Так что не беспокойтесь: «рентгеновским зрением» я не обладаю и смотрю на одетую девушку, а не на то, что вам в голову пришло.

— Мои мысли так очевидны?

— Судя по всему, это важно для вас — это заметно. Ну, либо вы симулировали такую реакцию, но в этом нет особого смысла, так что, скорее всего, верно моё первое предположение.

Мы обсудили с девушкой разные материалы и их свойства. В процессе беседы она неожиданно сняла маску и отложила её в сторону. Так как я уже видел её лицо, пускай и при помощи жука-разведчика, ничего нового я не обнаружил, разве что удивился её решению. А вот девушка поняла что-то не так. Судя по всему, она ожидала какой-то реакции, и моё спокойствие натолкнуло её на определённые мысли. Скорее всего, моё утверждение об отсутствии рентгеновского зрения было поставлено под сомнение.

С другой стороны, мне это особо не мешало, да и сама Кукла после пары ложечек сладостей стала относиться к ситуации проще. Она не зажималась и не прикрывалась, но и не позировала: просто сидела за столиком, ела тортик и пила чай. По сравнению с психованной Софией это был образец здравомыслия и логики.

Девушка также поинтересовалась, чем закончилась история с шантажом. Она, конечно, удивилась, когда я стал расспрашивать её о подробностях, но всё же ответила, что не знает, чем именно мне угрожали эти злодеи. Словом, я так и не узнал, в чём там было дело, а спрашивать самих шантажистов было не то чтобы противно — просто лень. Пока что мне хватало и той информации, которую они проговаривали в быту.

Из-за отсутствия компьютера, а также того, что родители вывезли часть техники (в частности, телевизор), образовался некоторый вакуум, который я невольно заполнил самодельным шоу, в шутку названным «Под жучком». Мои бумажные таракашки хоть и не могли действовать автономно, однако чёрно-белую картинку и весьма неплохой звук передавали без особых проблем. Вот, собственно, я тем и занимался в свободное время — наблюдал за происходящим. Хвала Зевсу, мне хватило мозгов и желания организовать простейший буфер, который позволял не следить за ними в режиме реального времени, а просматривать на удвоенной скорости только то, что меня заинтересовало.

Но при всём этом Сабах — как представилась мне Кукла — поведала удивительно полезную информацию. К ней, оказывается, заходят сёстры Даллон, более известные миру как Славная девочка (или просто Слава) и Панацея. Это, к слову, одна из достопримечательностей города. У этих сестёр, их родителей и ещё одной семьи родственников тут эдакий родственный подряд: они являются группой героев, которые сняли маски. Я имею в виду, что все знали, кто они такие в обычной жизни.

Как по мне, решение это, с одной стороны, интересное, а с другой — не особо. Местные как-то слишком погружены в свою дурь, и наличие «намордника» для них почему-то важно. Как я понял, снятие масок стало поводом для какого-то идиота устроить акт индивидуального террора. С другой стороны, если кто-то называет себя героем, это ещё не значит, что у нормальных людей к нему нет претензий.

Но что-то я отвлёкся от темы. Так вот, эти сёстры упомянули, что недавно у них возникла курьёзная ситуация: их шантажировал Призрачный сталкер, требуя оказать медицинскую помощь. Было несложно сопоставить факты и понять, что речь идёт о уже известной мне Софии Хесс. Я, конечно, подозревал, что она из героев, так как медик есть только у нацистов, а София, напомню, чёрная. Но я не ожидал, что она получила лечение неофициальным путём — при помощи шантажа.

— А это вообще нормально, что они тебе об этом рассказали? — удивился я. — В конце концов, к ним же может возникнуть вопрос, за что именно их прессовали.

— Да это и не сказать чтобы особый секрет. Многие в курсе, что Слава перебарщивает. Даже я слышала слухи о том, что Панацее приходилось срываться пару раз в ночи, чтобы спасти сестру от невольного трупа.

— Как интересно ты сказала, — покачал головой я и повторил, выделив интонацией: — Невольный труп.

— Ну, английский для меня не родной, могла и оговориться.

— Да нет, сказала ты верно. Просто смысла в слова вложила больше, чем ожидала. Многозначительная фраза получилась. В тему.

Пока я говорил, прикинул все плюсы и минусы и решил слить информацию о нашем глупом противостоянии с Софией.

— Этот Призрачный сталкер мне хорошо известен: мы учимся с этой дурой в одной школе. И да, ты поняла мой намёк верно. Она пострадала, когда пыталась залезть ко мне в дом. Просто какие-то сволочи кидали камни в окна, и я обработал стёкла, чтобы они стали твёрже. Мне и в голову не пришло, что кому-то приспичит просунуть руку сквозь стекло внутрь чужого жилища. Благо родители работают за городом и в тот день их не было, а то представляю их крики, если бы они обнаружили чьи-то отрубленные пальцы посреди кухни. Признаться, зрелище было максимально несмешным… Можешь пересказать эту историю тем сёстрам, я не против.

Дальнейшее наше общение свелось к тому, что Сабах рассказала мне кое-какие новости и слухи, связанные с миром кейпов. Слово за слово, и выяснилось, что она либо является, либо была студенткой технического вуза. В компьютерной технике она понимает плюс-минус достаточно для поддержания беседы, а по некоторым аспектам обладает даже определённой экспертизой. К сожалению, её специализация, как я понял, была далека от компьютерных наук, но это не помешало нам обсудить пару интереснейших мелочей, которые не давали мне покоя.

Я ведь на полном серьёзе решил сделать себе компьютер из маны и сейчас, как тот самый ослик, метался между двумя кучами сена. С одной стороны был классический путь машины с произвольным выбором из памяти, а с другой — вычислительная машина на основе точечных пар. На первом принципе основаны почти все существующие сейчас компьютеры, а вот точечные пары — вещь более интересная, обладающая почти волшебными свойствами, которые были бы очень удобны именно мне. Но накладные расходы на работу с большими бинарными данными были слишком велики. Словом, я метался между синицей в руках и очень упитанным журавлём в небе.

— А что мешает попробовать оба варианта? — полюбопытствовала девушка.

— Не поверишь, но лень и FOMO, — повинился я. — Персистентная система с по-умолчанию изолированными процессами, которые могут обмениваться любыми данными без накладных расходов, — это даже звучит вкусно. А ещё снимки системы ценою в один указатель. Но очень уж специфично и необычно.

— Ну, тут я уже не в теме, нам только про Unix-системы рассказывали, — вздохнула Кукла и указала на главное: — Однако, если вспомнить про принципы проектирования, нужна ли тебе универсальная система со всем этим богатством на борту или же это просто стереотип? В промышленности микроконтроллеры интегрируют повсеместно, а вот с полноценными компьютерами обычно не спешат.

— Сабах, тебе говорили, что ты человек удивительного ума? — отставив чашечку из-под чая, я откинулся на спинку стула и задумался.

А ведь и в самом деле: зачем мне универсальная система, если я буду использовать местный софт? Вот если не буду, тогда да, тогда можно костьми лечь на амбразуру этой задачи. А если такой задачи нет, то и переусложнять не надо.

— Девушкам обычно говорят, что они красивые, — пошутила моя собеседница.

— В большинстве случаев это лесть и преувеличение, впрочем, в твоём случае это была бы не лесть, а констатация действительности. Но ты, небось, такое по десять раз на дню слышишь, так что не стану повторять надоевшие тебе банальности. Даже приятную правду нельзя говорить постоянно.

— Ты тоже очень милый, — с нечитаемым выражением лица произнесла Кукла и, надев маску, вышла в зал, так как в ателье зашёл посетитель.

Я удивился столь яркой реакции, но, вспомнив свой текущий возраст и габариты, пришёл к выводу, что ничего такого она не имела в виду. Либо в личной жизни у неё есть сложности, из-за чего даже такой сопляк, как я, мог восприниматься как серьёзная цель для комплиментов. В последнее я не особо верил, да и для женщин достаточно характерно говорить что-нибудь подобное, тем более детям. Прокрутив эту мысль в голове, я решил не заморачиваться, ведь излишние мудрствования приводят к ошибкам и недопониманию.

Посетитель ушёл, но продолжить наше застолье мы не смогли: свет мигнул, и в помещении стало темно. Как я заметил, девушка восприняла это куда хуже, чем следовало бы. Судя по всему, изначально она расценила произошедшее скорее как атаку, чем как обычный бытовой случай. Она забавно ругнулась и повинилась:

— Здание совсем не новое, есть проблемы с проводкой, но каждый раз, когда это случается, я аж вздрагиваю.

Я понимающе кивнул, так как до того, как стал практиковать работу с манной, тоже сталкивался с чем-то подобным. И это в самом деле бесит, когда ты никак не можешь на это повлиять.

Из вежливости я вызвался подержать фонарик, пока она будет заменять пробки, и обнаружил две несуразности. Первая заключалась в том, что рабочего фонарика у неё не нашлось, поэтому мне пришлось воспользоваться палитрой, чтобы соорудить светильник из бумажного листочка. Вторая проблема была в том, что предохранители в этом здании были неавтоматические: не было возможности просто взвести пакетник и продолжить работу. Я хоть и пересекался с электричеством в последние годы очень слабо, но технологии 50-х годов XX века меня поразили. Точнее, поразило то, что в 2010 году это всё ещё используется.

Посмотрев на то, как девчонка мучается со всей этой требухой, и заметив, что беда ещё и с розеткой, с которой, видимо, всё и началось, я лишь вздохнул. Чтобы не чувствовать морального дискомфорта, я потребовал у Сабах пару каких-нибудь ненужных перчаток. К сожалению, садовых не нашлось, поэтому пришлось портить те, что шли в комплекте к одному из заказов и которые по какой-то причине не стали забирать. Да, мне было, скажем так, стыдно бросать девушку в такой ситуации в одиночестве, однако лезть в электричество без инструментов и защиты было бы максимальной тупостью. Так что я на скорую руку доработал перчатки, чтобы они точно не проводили ток, и сделал усиление для кончиков пальцев. В общем, при помощи такого самодельного средства, кухонного ножа и монетки я достаточно быстро вскрыл старую розетку и проверил линию, которая шла к ней.

— Судя по следам, это не крысы, это просто изоляция рассохлась, — озвучил я очевидное. — В принципе, можно отключить линию, и коротить не будет, но розетка останется нерабочей. И те две тоже… У тебя какие обязательства как у арендатора этого здания?

— Ты сейчас про что?

— Ты обязана вызывать владельца здания, официального электрика, или можешь чинить сама?

— Ах, ты в этом смысле? Ну да, всё на моей совести, — подтвердила девушка.

— Представляю себе, сколько за эту работу возьмёт мастер, — вздохнул я. — Ладно, я схожу в магазин, возьму необходимое.

Сказав это, я при помощи всё тех же подручных материалов буквально монеткой отключил проблемную линию и восстановил освещение в ателье.

Поскольку я был не очень рад тому, что ввязался во всё это, слушать слова девушки о том, что она бросит удлинитель и как-нибудь перебьётся в ожидании мастера, я не стал. Просто сходил в ближайший магазин, где было всё необходимое. Благо, магазин оказался не так уж и далеко, а вот из минусов — мне почему-то начали задавать странные вопросы. В итоге я, психанув, пристал к одному из покупателей в зале, и он был вынужден мне помочь, купив всё от своего лица. Чувак, судя по выражению лица, не знал, как реагировать на школьника, который поставил его перед фактом, что ему нужен прокси-покупатель. Да-да, всё это происходило на глазах у продавца, который скорчил забавную рожу, но всё необходимое провёл через кассу и даже в фирменный пакет уложил.

Вернувшись, я в темпе вальса быстро протянул новую линию до проблемной розетки. К счастью, расстояние от щитка до неё было не очень велико, да и повезло: нигде и ничего не пережало. Точнее, пережало, конечно же, но у Куклы была суперсила, позволявшая управлять материалами, так что нам не пришлось прилагать особых усилий, чтобы решить эту проблему.

Дальше было проще. Имея необходимые материалы и усиливающие перчатки, всё свелось к тривиальному: приложить и зажать. С розеткой, правда, пришлось повозиться чуть дольше, так как она шла в разобранном виде, что меня несколько смутило. Но это мелочь на пару минут, не более. Очередное включение питания порадовало: нигде больше не трещит и странным образом не пахнет.

— С проводкой здесь жесть, конечно. В идеале её бы проверить, заменить. Но я представляю, сколько это удовольствие стоит, — сложив остатки материалов в пакет, я передал его девушке и откланялся: — Ну ладно, извини, что настоял на своём, просто привычка следить за своим домом самому. Извини, если доставил этим какие-либо сложности.

— Да нет-нет, это тебе спасибо, — ответила Сабах мне в спину. — Ты заходи… просто так.

— Договорились.

Глава 14

Люблю я морально простые ситуации. Оно и для психики хорошо, и для совести ненапряжно. Поэтому сегодня я был спокоен, умиротворён и, слушая французскую попсу по радио, пёк чебуреки. Приятное и в чём-то медитативное занятие, позволяющее уложить в голове сложные и неоднозначные мысли. Ну а если по-простому, то мне дали повод, и я им, конечно же, воспользовался.

Те два балбеса, злодеи Убер и Элит, — я за ними чуть больше недели присматриваю. И так как они оказались существами, склонными к домоседству, вся интересная информация произносилась ими под моим наблюдением. В основном они, конечно, занимались фигнёй, развлекались, выпивали… всякой ереси тоже хватало. Но не это главное. Важнее то, что мои подозрения подтвердились.

Как оказалось, эти злодейчики были удобны и СКП, и Протекториату. Взамен на то, что их ловят по самому минимуму, они оказывали разнообразные услуги. Например, я далеко не первый, кого они сподвигали на вступление в Стражи. Было как минимум ещё двое. Поэтому прошлый наезд на меня — это не отсебятина, а, оказывается, целенаправленный заказ. Службе требовались люди с любыми сверхспособностями в «обменный фонд», вот про меня и вспомнили. Хоть я и был умником-единичкой по документам, из-за каких-то внутренних заморочек этого было достаточно. Видать, какая-то разрядка на умников пришла. Ну или как это у них там происходит, я не очень в курсе.

Да, эти злодеи реально обрадовались, когда им скинули сообщение, что я нужное решение не принял. Что забавно: ту же самую «хотелку» сбросил и некий злодей с погонялом Выверт, на которого эта парочка тоже работала. В общем, даже если бы я не хотел заниматься эскалацией данной ситуации, выбора у меня особо и не было.

Всё-таки одно дело — психованная школьница, Призрачный сталкер, которая, нарвавшись на зачарованное стекло, лишь злобно фыркала, а после того, как чуть не подставила школьника-нациста под срок, обзавелась и другими проблемами, кроме как приставать ко мне с непонятными глупостями. Да-с, школьница — и другое дело пара мудаков со связями за всеми сторонами баррикад, да ещё и с довольно гармоничным набором возможностей. Как ни крути, всё это смотрелось очень тревожненько.

К счастью, к чему-то такому я и готовился: способ удалённого решения проблемы уже был отработан и размещён в нужном месте. Оставалось только отдать команду на применение спецсредства — и я её уже отдал. Утомлённая парочка как раз лежала в кровати, когда из вентиляции тихо и незаметно стал выходить неожиданный для всех газ — самая настоящая закись азота. Пока концентрация была небольшой, это не представляло опасности, но когда объём комнаты достаточно заполнился веществом, ситуация резко изменилась. Закись азота — это ведь не способ для того, чтобы ночью на машинке на огромной скорости носиться. Изначально её применяли для проведения операций: пациент терял сознание, и врачи могли делать разные штуки, которые с бодрствующим человеком лучше не делать. К тому же этот газ тяжёлый, а мои цели лежали на не такой уж и высокой кровати, да и сами по себе спали крепко.

Изначально я планировал, что они тихо и спокойно отойдут в мир иной. Но за прошедшие дни у меня накопились вопросы, на которые мог ответить только эксперимент. Так что да, сейчас этот газ применялся по прямому назначению. К сожалению, сделать всё удалённо было очень сложно. Тем более я готовился впопыхах, поэтому вообще чудо, что мне удалось сделать хоть что-то, а не банально замордовать этих бедолаг.

Намеревался я проверить ни много ни мало поведение этих странных штук, располагавшихся в головах у кейпов, в том случае, когда человеческое тело умирает. Второй эксперимент был чуть сложнее: мне было важно узнать, как поведёт себя эта штука и сам человек, если их связь попытаться разорвать при помощи тёмной материи. И вообще, возможно ли это?

И вот, когда чебуреки уже были разложены на бумажных полотенцах, чтобы обсушились от излишнего масла, я получил ответы. Да: если носитель умирает, эта его штука отсоединяется от мозга и некоторое время парит рядом с телом. Аномалия, которая была в Элите, повисев над телом своего носителя, словно воздушный шарик, уменьшилась в размерах и улетела вверх, пройдя сквозь потолок и крышу.

В случае же попытки принудительно разорвать связь этой штуки с телом носителю становилось очень нехорошо. Убер буквально смог очнуться и даже дёрнуться пару раз, прежде чем его организм окончательно сдался и он обмяк, упав обратно на кровать. А вот отсечённая структура либо не хотела, либо не могла исчезнуть. Она пыталась снова подключиться к телу и… таки смогла реанимировать труп. Но, так как эксперимент происходил удалённо, в автоматическом режиме, структуру опять изолировало от мозга, а затем ещё раз, но уже от спинного. Словом, на третий раз структура не то смирилась, не то устала и просто висела над постепенно остывшим телом, пока я заканчивал свой поздний ужин, переходящий в ранний завтрак.

Полюбовавшись восходом солнца, сидя на крыльце с чашечкой какао с молоком, я поразмышлял над результатами эксперимента и оставленными следами. Если тела найдут не скоро, то из-за вновь заработавшей вентиляции вся закись азота уйдёт из комнаты. Да и без вдумчивого исследования не установишь причину их смерти — разве что станет понятно, что они умерли от асфиксии. Была, конечно, мысль их логово ещё и поджечь, но излишнее количество следов, которые можно трактовать по-разному, — это тоже плохо. Если бы эта парочка долбилась какой-нибудь излишне крепкой дурью, можно было их просто передозом убрать. Но раз они промышляли максимум травой, этот вариант, к сожалению, отпадал.

Словом, мне стоило бы уже начать собираться в школу, но мысли из раза в раз возвращались к той штуке, которая сейчас висит над телами. Вот если бы она просто улетела, то и вопросов бы не было. А так висит, ждёт чего-то. Не удивлюсь, если прицепится к новому носителю, и у нас будет новый кейп. В худшем случае — Убер в новом теле, этот вариант тоже нельзя было отбрасывать.

Поэтому я зашёл в дом, помыл кружку и, убедившись, что эта хреновина всё ещё висит над телами, решил организовать новый эксперимент. Через полчаса к логову мёртвых — теперь уже злодеев — подлетел новый бумажный самолётик и сбросил бумажного же таракана. Тот умел не только ползать, подслушивать и подсматривать, но ещё нёс на себе на скорую руку сделанный механизм фиксации. В конце концов, если эту аномалию удалось изолировать от человеческого мозга, то, может быть, её можно изолировать и от окружающего пространства.

Я намеревался проверить эту идею, наблюдая за результатом прямо на уроках, но что-то сразу пошло не так. Это стало понятно, когда где-то вдалеке, в стороне доков, хорошо так бахнуло. Настолько мощно, что над городом прошла не только взрывная волна в виде глухого рокота, но и незакреплённые предметы задрожали из-за вибрации почвы. В первое мгновение я так растерялся, что чуть не брякнул что-то в стиле «Что, опять?». Но нет, я ошибался. Это был всего лишь мощный взрыв. Странный, конечно, но не настолько, чтобы в истерике бежать искать укрытия. Да и, судя по разлёту породы и дыму, взорвалось что угодно, но не ядерный боеприпас. Преподаватели растерянно крутились, ожидая новых указаний, а мы всей школой стояли на улице — нас выгнали из помещений, ориентируясь на какую-то методичку. И тут я вынужден поставить этой школе плюс, так как решение достаточно логичное: на открытом воздухе куда меньше вероятность того, что детей завалит обвалившимися перекрытиями.

Пользуясь тем, что персонал школы больше волновался сам и ожидал команд от начальства, а не занимался поддержанием избыточной дисциплины, я отошёл от группы одноклассников и уселся на декоративный заборчик. Вынув из ранца футляр, я вытряхнул из него очки без диоптрий. Да-да, я наконец-то принял решение, определился с платформой и сделал первую версию компьютера на мане. Хотя, скорее, это можно было назвать уже второй версией, так как первой был тестовый стенд. Но не суть. Главное, что на линзы очков проецировалось изображение — к сожалению, монохромное, — и у меня появилась возможность работать с данными даже в столь стеснённых обстоятельствах. Стильные перчатки без пальцев, дополнявшие образ школьника, не чурающегося лёгчайшего пафоса, были не только аксессуаром, но и методом ввода — классическая аккордная раскладка на рунных сенсорах. И вот вам, пожалуйста: сидит белобрысый подросток на заборчике, задумчиво смотрит в небо, не шевелясь, а в реальности я использовал консоль, а точнее — свою связь с дежурным самолётиком, который круглосуточно висел на высоте более полукилометра и работал выносной антенной для моего радиоприёмника.

Из-за того что я теперь знал не только письменный английский, но и воспринимал его на слух как носитель, я больше не мог слушать песни на этом языке. Не секрет, что многие любят иностранную музыку лишь потому, что для них это набор ритмичных звуков. Мозг, слыша приятный голос с незнакомой речью, может перейти в очень интересный режим работы, и для некоторых профессий это даёт большой буст. И я был одним из тех, кто любил слушать музыку, которая ничего для меня не означала. А теперь, будь добр, выискивай композиции на языках, которых не знаешь. А тут беда: мы же в США, да ещё и в мире, по которому шастают натуральные нёхи, ровняющие экономику, как катки асфальтоукладчики.

Я пытался слушать диапазон коротких волн, но помехи были максимально негуманные, и я, психанув, вынес антенну максимально высоко… приклеил кусок провода к самолётику и зачаровал его на полёт на таких высотах, где его никто не увидит и где он не попадёт в дюзы залётному авиалайнеру. Так что, когда бахнуло и я обнаружил, что ни одного устройства в логове Убера и Элита не осталось, я сразу же взял самолётик-антенну под прямое управление и заставил его пролететь над местом взрыва.

— Пум-пум-пу-ум… — пробурчал я, осознав, что кратер удивительно точно коррелирует с тем местом, где должна была находиться база злодеев.

К моему счастью, я уже успел завести все аналоговые устройства в единую систему, которая имела связь с моим вычислителем. Как показала проверка материалов с этих устройств, минут десять назад экспериментальная установка то ли заколебала, то ли испортила аномалию, и после этого все материальные носители рун исчезли. Сами руны в основном уцелели, но стали абсолютно бесполезными: без связи с нормальной материей они ничего не видели и ничего не могли сделать. Разве что установка изоляции аномалии некоторое время пыталась работать, но из-за потери ориентации перешла в аварийный режим и заглохла.

— Как странно, ничего уже не было, а связь с ней ещё сохранялась, — пробормотал я, осознав, что есть вероятность, что аномалия во взрыве не погибла.

Переключившись на самолётик, я постарался приблизиться к кратеру, но из-за сильнейших восходящих потоков сделать это было сложно. Да и горело что-то рядом, из-за чего обзор был не очень, и существовала неиллюзорная вероятность сжечь бумажное, по сути своей, устройство. К сожалению, сколько бы я ни пытался произвести оптическую разведку, постоянно что-то мешало: то пламя, то дым, то восходящие потоки, а потом и герои, судя по всему, объявились. В общем, я не решился мозолить глаза супером и перевёл аппарат в стандартный режим. То есть это бумажное изделие перестало лезть к месту взрыва и неспешно принялось набирать высоту, возвращаясь в точку своего дежурства. Всё-таки любопытство любопытством, а радиоприёмник — это тоже важно. Раз уж нас всех на улицу выгнали и заняться нечем, могу себе позволить послушать что-нибудь итальянское.

Включив музыку, которая проигрывалась методом микровибраций дужек очков (они передавали звук не через ушную мембрану, а скорее через кости черепа), я запустил одну из немногих программ, которые успел написать, и… да-да, я залип в тетрис, невольно похмыкивая в такт песне. На удивление кайфовенько.

— О! Спарки, и ты здесь, — кивнул я знакомому мальчишке, появившемуся со стороны ворот, ведущих к школе. — Опоздал?

— Опоздаешь тут, — буркнул малолетний гитарист и плечами передёрнул. — А ты чего в очках?

— Да вот, тестирую образ ботаника, — пошутил я.

— Для ботаника оправа слишком пафосная, — хмыкнул мой собеседник, присаживаясь рядом. — Лучше бы солнцезащитные напялил.

Я пожал плечами и переключил пресет, который убирал прозрачность с внешней стороны линз.

— Вот так?

— Хм… пожалуй, нет, верни как было. А лучше добавь прозрачности, а то как-то слишком кринжово смотрится без неё.

— Как скажешь, — ответил я, сменил настройки и продолжил играть в тетрис, насвистывая в такт мелодии.

К сожалению, вскоре погода испортилась: тёплое солнышко, которое обогревало нас, закрылось тучками, а прохладный ветер напомнил всем, что на дворе осень. К счастью, школьная администрация решила, что опасность миновала, и нас всех запустили внутрь. А ещё лучше было то, что многие дети устроили сценки, будто они якобы напуганы, и персонал принялся заниматься игрой в психиатров вместо того, чтобы продолжить учебный процесс. Радуясь такому исходу дела, я положил ранец на стол и навалился на него сверху. Даже если не дадут поспать, проведу время до обеда со всеми удобствами.

Проснулся я от звонка. Как оказалось, я не только благополучно заснул, но и сделал это достаточно культурно, чтобы ни у кого не возникло желания меня разбудить. Можно сказать, я промотал время, чем сейчас и пользуюсь, радуя себя шоколадкой — в конце концов, надо было себя подбодрить. У меня, можно сказать, риск-лаборатория взорвалась со всеми материалами, тут понимать надо — трагедия.

Но всё когда-нибудь заканчивается, закончились и уроки. Я предположил, что активность спецслужб города ещё достаточно высока, и поэтому вместо того, чтобы идти домой и готовить технику для заброски в зону взрыва, поехал в противоположном направлении — в библиотеку. Людей в ней, на удивление, было немного, и я воспользовался обилием свободных компьютеров.

Я собирался не просто посидеть в интернете, а сделать кое-что чуть более криминальное. Ну, как криминальное — я планировал подключиться к библиотечной сети. Идея в чём: раз мой домашний компьютер изъяли и не вернут, оплачивать ADSL смысла не было, поэтому его отключили. То бишь даже факт того, что у меня теперь есть кривой и косой, но рабочий компьютер на основе маны, чёрт возьми, не обеспечивает меня связью.

А как показала эта неделя, без интернета — даже столь убогого, как в этом мире, — мне совсем не по себе. Всё же я из середины XXI века, где у каждого был как минимум один собеседник, личный искусственный интеллект, так сказать. Здесь же можно было общаться исключительно с людьми. Но из-за отсутствия друзей с определёнными интересами, да и друзей вообще, общаться мне здесь было откровенно не с кем. Если до этого я развлекал себя общением на форуме любителей здорового образа жизни, то сейчас такая возможность пропала. И, как оказалось, это было для меня важно.

Так что да, я скачал спецификацию на протокол локальных сетей и занялся тем, что подсаживал в сеть библиотеки несуществующее в материальном мире подключение. К счастью, компьютеры здесь не были параноидально залочены, и интернет для новых устройств не блокировался. Да и Wi-Fi был без пароля, но радиопротоколы куда сложнее, чем кажется на первый взгляд, — с медью проще.

Так что ушёл я ближе к вечеру, убедившись, что созданная мною схема работает и TCP-пакетики туда-сюда ходят. По крайней мере, содержимое HTTP-страничек в консоли открывалось, а значит, дело оставалось только за программами-просмотрщиками; для их создания я взял пару книг на дом. К моему счастью, привычный мне WWW ещё не доминировал, поэтому многие ресурсы всё ещё используют удивительно простые и полезные протоколы. Например, форумы можно читать при помощи так называемых групп новостей — эдакой разновидности почтовой программы. То бишь даже я с простеньким компьютером на мане могу их читать и даже отвечать в них. Тут многие используют эту возможность, поэтому и я не побрезговал. А WWW… это, к сожалению, за пределами моих возможностей. Надо или эмулятор создавать, или раскручивать систему до такого уровня, чтобы можно было исходники скомпилировать, но это в чём-то даже сложнее виртуальной машины. Консольный браузер не упоминаю, хотя и это какое-никакое, но тоже решение.

— И о чём я думаю вообще? У меня же ещё куча дел на этот вечер, — буркнул я, идя к автобусной остановке.

Глава 15

Место взрыва оцепили. Его патрулировали не только СКПшники и полиция, но и герои. Делали они это без надрыва, но вот Оружейник — тот буквально землю рыл. И его можно понять: из-за взрыва логово злодеев хоть и было уничтожено, но кое-какие устройства Элита уцелели, и их раскидало по довольно обширной территории. С этим возникли определённые проблемы, так как устройства иной раз начинали работать, и происходящее в прямом смысле напоминало книгу про сталкеров и аномальную зону. Так что герои суетились, и не одни они. Многих бросили на поиск особо опасного технарского барахла, но эти многие не горели желанием заниматься этим, ведь можно было и самоубиться, нарвавшись на очередное творение придурошного гения.

В таких условиях засылать самолётик было не самой хорошей идеей: из-за поиска аномалий Оружейник понатаскал много всякой техники, и она работала. Признаться, именно эта техника меня страшно нервировала. Будь у меня возможность прямо сейчас заслать к этому перцу разведывательного жука, я бы это сделал, но пришлось отвлечь себя чем-то другим.

Чем-то другим была некоторая автоматизация. Меня заколебало, что я вынужден выкладывать схемы буквально вручную. Да, для чего-то нового или разовых деяний это было даже удобно, но для серий устройств или чего-то банального — максимально скучно и неудобно. В общем, я ударился в автоматизацию. Благо у меня теперь был компьютер на мане, и я сам поразился тому, насколько это упрощает привычные вроде бы действия. В своём мире я использовал обычный бытовой нейробук, и для него мана была лишь интерфейсом; проблем я не видел просто потому, что наши железки были довольно интеллектуальными, и все огрехи закрывались именно этим. Здесь же такой лафы не было, приходилось крутиться, и в результате выяснилось, что микроконтроллеры — это реально полезно. Так что Кукла была права: они действительно многое упрощают или даже уменьшают потребность в разнообразии, так как одна универсальная платформа могла заменить номенклатуру в десять-двадцать уникальных устройств.

Сначала я просто хотел сделать простейший механизм, который будет брать лист бумаги и сворачивать из него самолётик. Они требовались мне плюс-минус регулярно, а делать это вручную надоело ещё неделю назад. Так что я задумался о чём-то, что сняло бы с меня эту рутину. Учитывая, что тёмная материя с обычным миром не взаимодействует, установка могла стоять буквально посреди комнаты, и никто об этом никогда бы не узнал. В принципе, она и стояла — правда, не в этой комнате, а в другом помещении, чтобы самолётик сразу можно было автоматически выбрасывать за пределы здания.

Это устройство было максимально простым, можно даже сказать механическим, — просто сделано из маны. Но аппетит приходит во время еды, и я добавил в схему механизм, который навешивает на готовый самолётик необходимые для полёта и управления схемы. А так как я постоянно вношу в эти устройства какие-нибудь изменения поверх обязательного набора функций, появилась и вторая линия для зачарования. Но она, в отличие от первой, была уже более сложной. Она не занималась обыденной штамповкой, а имитировала работу палитры. То бишь я с помощью интерфейса выбирал файлик описания с нужным мне функционалом, и он прошивался в устройство перед тем, как его выталкивало на улицу.

В материальном мире это смотрелось очень по-волшебному: из пачки бумаги вытягивался один листочек, взлетал в воздух, сворачивался в нужную фигуру, разочек пыхал голубоватым свечением и вылетал в форточку, которая открывалась сама собой. Однако так было только для того, кто не видел, что происходило на самом деле. В реальности здесь стоял агрегат с чем-то вроде валиков, через которые и протягивали листок бумаги.

А ещё я ударился в стандартизацию и объединение всей техники в единую систему связи. Меня, конечно, смущало, что к моим устройствам тянутся натуральные нити тёмной материи, и чтобы хоть немного успокоить паранойю, я поступил по классике. Нить маны от каждого устройства идёт вниз и ныряет под землю, а уже там, на глубине, линия меняет направление, заходит под дом и только после этого идёт вверх. Соответственно, вся носимая мною техника поступает точно так же.

И да, я понимаю: если кто-то, так же как и я, умеет фиксировать тёмную материю, то нырок нити в землю против такого наблюдателя будет максимально бессмысленным — он и под землёй всё прекрасно увидит. Но паранойя на то и паранойя, что заставляет совершать не всегда логичные действия.

И только организовав всё это и начав зачаровывать очередного жука, я почувствовал себя идиотом. Я ведь почему бумажный самолётик использовал? Потому что лист бумаги довольно большой, на него можно много элементов выложить вручную. Но так как я уже решил основные проблемы и у меня даже есть автоматическая сборка схем, то что мешает мне собирать их из элементов, чьи геометрические размеры таковы, что их уже невозможно брать вручную, но возложенную на них задачу они всё ещё выполняют?

От осознания своей дурости я вышел на улицу и трижды обошёл дом, и только после этого смог вернуться в помещение с холодной головой (впрочем и сам тоже продрог). Столько усилий, расчётов… и всё это для того, чтобы осознать, что всё это более не требуется. Это фрустрировало и вгоняло в уныние.

Ближе к ночи получилось так, что всё, что я создавал за эти недели, я уничтожил, а затем прошёлся со сканером маны и подчистил всё то, что по каким-то причинам не было утилизировано ранее. После этого у меня на руках осталось несколько базовых систем.

Во-первых, узел связи. На текущий момент я не мог заменить его ничем. Можно было, конечно, сделать свои схемы радиоуправляемыми, но это сделало бы их лишь ещё более заметными для здешних средств наблюдения. Во-вторых, я плотно упёрся в микроконтроллеры на мане, которые, опять-таки, подключались к единой шине передачи данных узла связи и автоматизировали всё, что только можно. Ну и третий элемент — сборщик схем из рун уменьшенных габаритов.

Если не вдаваться в подробности, то вместо большого листа бумаги типа letter использовались конфетти диаметром до 5 мм. Такой клочок, даже если он будет лежать перед тобой на столе, заставит подумать лишь о том, что кто-то не очень удачно вырвал листочек из блокнота. Его либо сдуют, либо смахнут в мусорное ведро. Маленький размер и обыденный вид — это лучшая защита.

Под нож пошли все сложности с разными типами платформ. Зачем маяться дурью с лапками, если устройство может просто парить в воздухе или, прижавшись к поверхности, проехаться по ней? Так что единственным крупным девайсом остался тот самый самолётик, нёсший на себе кусочек провода в роли антенны для моего радиоприёмника.

И вот сижу я сейчас в кровати, смотрю на пузатую стеклянную банку, наполненную кусочками изорванных бумажек, и поражаюсь тому, что столь сложное и мощное устройство выглядит так безобидно. Просто банка с самодельным конфетти. Такое в комнате подростка увидишь — и внимания не обратишь. Однако не надо смотреть на размер этих обрывков свысока.

Вот хотел я Оружейника прослушивать — теперь я мог себе это позволить. Достаточно было закинуть задание на изготовление прослушивающего юнита, и уже через минуту он бы вылетел на улицу и полетел навстречу объекту наблюдения. Если не хамить и не палиться, Оружейник мог и не заметить, что к его ботинку или ещё куда что-то прилипло. Любые классические способы проверки показали бы ему, что это просто бумага. Потому что это и была просто бумага. А вся логика находилась «на той стороне». Фактически клочок бумаги — это всего лишь переходник, позволяющий взаимодействовать с обычным миром, и не более того.

— Надо было нарезать листы на длинные бумажные ленты, на манер пистонов, и делать подложки по потребности, а не заморачиваться механизмом вытягивания готового кусочка из бункера, — задумчиво пробормотал я и поражённо замер.

Когда я разбирал хлам в подвале, который обещал разобрать отцу Грега ещё в начале моего сюда попадания, то нашёл коробку со старыми игрушками, среди которых обнаружился хороший такой металлический M1911. Понятно, что это была игрушка, которая просто стреляла пластиковыми пульками за счёт нажатия на спуск, но… а кто мешает превратить её в настоящее оружие?

Оно, конечно, выглядит и ощущается несколько «по-детски», но в этом и плюс… Игрушки на то и игрушки, что любая экспертиза покажет: это не оружие. А устройство, которое можно применить как оружие максимально простым способом, — это важно. Не всегда есть время и условия для использования палитры или чего-то эдакого, иногда можно положиться лишь на мышечную память.

— Можно даже режим имитации добавить на тот случай, если потребуется кого-то припугнуть, — кивнул я и ухмыльнулся.

Фактически это будет функциональная копия «банки с конфетти», просто по-умолчанию настроенная на поражение противника, а уж потом — на иные варианты применения.

На следующий день я впервые проспал школу. Идея превратить игрушечный пистолет в полноценное оружие так запала мне в душу, что пришлось спуститься в подвал, чтобы проверить, насколько качественно удалось повторить визуальные эффекты. И да, бахала игрушка при необходимости очень даже, а если такой необходимости не было, то и не бахала. Но в обоих случаях пулька с зачарованием вполне по-взрослому прошибала мишень.

У меня, конечно, не было специального стенда, но, чисто навскидку, даже с простым зачарованием пулька обеспечивала 500–800 джоулей. Это хороший показатель и для нормального пистолета, а уж для самоделки — так и вообще замечательный. Со специальными патронами было бы, конечно, получше, но их ещё разработать надо, а это не так просто, как хотелось бы. Чисто по приколу за пару часов вместо сна не сделаешь.

Теперь я понимаю, что чувствуют кейпы-технари при так называемом технарском приходе. Давненько я так не развлекался — лет, наверное, десять. Но насколько бы хорошо это ни ощущалось, организм возмущённо протестовал против такого хамского нарушения режима сна. Да и в школе я носом клевал на всех уроках. К счастью, из-за того, что я перевёл всё в цифру — и я сейчас говорю и о своей технике, и об оцифрованных учебниках, — меня не смогли подловить на незнании материала. Я мог позволить себе буквально зачитывать параграфы, а в этой школе это был один из основных навыков. Были, конечно, ещё так называемые самостоятельные работы, но на этой неделе их не предполагалось.

К обеду я более-менее пришёл в себя и после занятий, уже будучи достаточно бодрым, вышел на парковку. Ждать долго не пришлось: буквально минут через десять подъехал невзрачный фургончик, за рулём которого сидела девушка с не совсем арабской внешностью. Видать, у Сабах в роду был кто-то и с другим фенотипом. Открыв дверь, я сел на пассажирское место и, пристегнувшись ремнём, заметил, что девушка бросает на меня странные взгляды. Учитывая, что когда-то давно я был женат, подсознание сразу предложило «кинуть в медведя шапкой и убегать, петляя», поэтому я на автомате отвесил комплимент из списка сложных и редко встречающихся вариантов. Тот самый случай, когда банальные фразы могут быть восприняты как что-то нехорошее, а сложные, в худшем случае, просто не поймут.

— Ловелас малолетний, — фыркнула девушка и потрепала меня по волосам, но неожиданно покраснела и, отдёрнув руку, сосредоточилась на дороге.

Куда мы ехали? На набережную. Сегодня Кукла должна была демонстрировать кукольный же театр для туристов и прочих заинтересованных лиц, но возникли сложности с техникой. Сам реквизит и необходимые для представления вещи она могла привезти и расставить сама. Но вот с усилителем и колонками была своя специфика. Нет, их она тоже могла бы подключить — всё-таки девушка училась в техническом вузе, — проблема была в том, что «как попало» расставлять оборудование нельзя. А в этот раз вместо представления на открытом воздухе предполагалась полноценная сцена. Причём не профессиональная, а сделанная на скорую руку мэрией. А ведь ещё нужно было освещение. Днём оно, конечно, не так критично, но в сценарии было пару моментов, когда без него не обойтись.

Словом, я прекрасно понимал, что она могла бы найти себе помощника на этот день, но по какой-то причине предложила поучаствовать мне. Если до сего момента я думал, что таким образом она решила поблагодарить меня за недавнюю помощь (так как сейчас предполагалась оплата), то после того жеста с волосами я уже в этом не до конца уверен.

Хм… А надо ли оно мне? Чёрт его знает, если честно.

Заехав в ателье Куклы с чёрного хода, мы сразу пошли к рабочим манекенам, на одном из которых висел мой костюм. Да-да, она всё-таки уломала меня напялить его на себя. Правда, его нельзя было назвать одеянием кейпа, но, учитывая то, под каким именем я был зарегистрирован в СКП, всё было не так однозначно. Ведь на манекене висел ковбойский костюм. Точнее, нечто на него очень похожее. Я бы даже сказал — стереотипное.

А после того как я нарядился и пристегнул шпоры к сапогам, я окончательно понял, что с костюмом всё не так просто. Слишком заморочено он был сделан. Да и киношная маска-платок-бандана как бы намекала на всякое…

— Хотела ещё муляж револьвера в кобуре, но времени не хватило, отвлекли, — повинилась Кукла.

— Но мы же не обязаны следовать стереотипам полностью, — я пожал плечами и протянул девушке свою игрушку, которую сделал этой ночью. — Можешь распороть несколько швов на кобуре, чтобы эта штука влезла?

— Конечно, — согласилась Кукла и, внимательно осмотрев игрушку, оттянула затвор и заглянула внутрь. — Как странно… На миг мне показалось, что он настоящий.

— Мы же с тобой всё-таки на детское мероприятие отправляемся. Значит, мне нужен настоящий пистолет… просто игрушечный.

Девушка засмеялась, решив, что это шутка, и буквально за пару-тройку минут внесла изменения в кобуру и даже переделала крепления, чтобы пистолет размещался не так, как это было принято сто лет назад, а более современно. В конце концов, то, что пистолет сделан из игрушки, не означает, что и относиться к нему нужно как к игрушечному. Оружие всегда оружие.

Переодевшись и примерив платок-пыльник, я полюбовался собой в ростовое зеркало и лишь головой покачал. Шляпа с широкими полями смотрелась на мне довольно странно. С другой стороны, благодаря усилиям Куклы, костюм обмялся по фигуре, и я больше не был похож на перепуганного аниматора. Складывалось впечатление, словно я и в самом деле родом из XIX века. Разве что сапожки в коровьих лепёшках и дорожной пыли не замазаны.

С такими мыслями я стоял со списком и внимательно следил, чтобы огромный плюшевый медведь (видать, шутка про шапку и медведя была пророческой) двух метров в холке не напутал при погрузке. Да-да, Сабах благодаря своей силе могла оживлять и столь большие экземпляры, поэтому мне не пришлось задействовать свои возможности. Я лишь наблюдал за тем, как «плюшевый погрузчик» достаточно аккуратно ворочает габаритной тарой. На мгновение мне самому захотелось сделать аналог на своих технологиях, но, вспомнив, что мозгов для создания подобного устройства у меня нет, я отбросил эту мысль.

— Ты очень забавно к медвежонку относишься. Такое ощущение, словно для тебя это обыденность, — заметила Кукла, забросив сумку с документами в кабину.

— Ну, я просто представляю на месте этого здоровяка классического робота-погрузчика, и ажиотаж как-то сам собой проходит, — пожал плечами я, сказав правду.

— Классического, говоришь? — хмыкнула девушка и покачала головой. — Ну ладно, если мы всё взяли, давай выезжать.

— Ага. Поехали.

Глава 16

Это был какой-то адский ад. И нет, сначала всё было вполне ожидаемо. Пока технику расставляли, пока монтировали декорации — всё было плюс-минус нормально, но затем началось…

Сначала посыпались глупые вопросы: кто я такой? Как будто это имело хоть какое-то значение. Затем этот вопрос звучал снова и снова. Впрочем, когда то же самое спросил офицер полиции и с любопытством принялся рассматривать мою кобуру, я утомлённо выдохнул:

— Моё прозвище вы можете узнать в реестре кейпов этого города. Я уже полгода числюсь официальным бродягой и прошёл регистрацию в СКП, — ответил я на поднадоевший вопрос и мило улыбнулся. — И да, в кобуре у меня игрушечный пистолет. Честно-честно, если хотите, я могу из него выстрелить в вас. Или… думаете, случится ли что-нибудь нехорошее?

На удивление, мужчина не стал устраивать сцен, а лишь ухмыльнулся и, к моему большому изумлению, извинился:

— Извини, парень. У вас своя специфика, у нас — своя. Я не мог не задать этот глупый вопрос. Тем более по одному лишь костюму видно, что ты — знаменитый Пустотный ковбой.

Признаться, за время проживания здесь я уже привык, что полиция, прямо скажем, не блещет. Я всё могу понять и принять, но стереотип уже сформировался. Поэтому, когда некто со значком говорит вполне логичные вещи и столь же логично реагирует на слова собеседника, это прямо необычно и, я бы даже сказал, свежо.

Мы мило пообщались. Как я понял, он был так называемым кейпаголиком, то бишь человеком, который внимательно следит за всей этой супергеройской братией. А так как он работал в полиции, это было даже удобно: и для дела полезно, и для хобби, ведь работа позволяла узнавать чуть больше, чем доступно простому смертному. И наоборот тоже.

Что ценно, этот офицер предупредил меня, что местные служащие уже вызвали СКП. Никто никогда меня раньше не видел, а значит, все подумали, что это либо косплей, либо появилась новая маска. Но так как я был вместе с Куклой, это увеличивало шансы и на то, что я новый кейп, и на то, что я просто человек в костюме. В общем, как и сказал мой собеседник, — забавная местная специфика.

Однако все нормативы по времени уже вышли, а герои так и не объявились. И это логично, ведь они сейчас заняты. Тот же Оружейник раскопал какую-то железку, оставшуюся от Элита, и «пропал» из этого мира. Технарь… что вы от него хотите?

К счастью, как только началось мероприятие, все эти любопытные граждане оставили меня в покое, а ажиотаж постепенно сошёл на нет. Словом, мне лишь один раз пришлось серьёзно заморочиться, обеспечив спецэффект, который не удалось сделать при помощи бенгальского огонька — эта подлюка не захотела загораться в нужный момент. Но ничего, получилось очень даже похоже: тоже трещало и искры в разные стороны бросало.

В целом зрители остались очень довольны. Как мне между делом сказала Сабах, накидали раза в полтора больше, чем обычно. Плюс от самого парка кое-какие деньги перепали. Не сказать, что много, но сумма вполне приличная. Учитывая, что на мою долю должно было прийтись 20% от выручки, я стал довольным обладателем двух сотенных купюр. Как для подростка — огромные деньги, а для того, чтобы жить в этом мире, — вообще ни о чём.

Хотя, как я понимаю, для меня происходящее было работой и страданиями, а сама Кукла этим методом растрачивала своё желание проявлять активность. Пока она отыграла всю эту пьесу, а потом ещё общалась с детьми и их родителями… В общем, усилия там были приложены такие, что можно было перекидать целый вагон угля в одну каску.

— Тебе можно открывать клинику для желающих похудеть, — пошутил я, принимая из лап плюшевого медведя элементы декораций.

— М? — оторвавшись от документов, девушка посмотрела на меня с недоумением.

— Учитывая, сколько ты всего сделала за этот вечер, да ещё и будучи одета в этот свой костюм, думаю, одну-две тысячи калорий ты точно сожгла.

— Ха, — фыркнула девушка и, шутливо стукнув меня в плечо, запрыгнула на водительское место. — Я подумаю.

На этом мероприятие и закончилось. Благо, никаких особых эксцессов не было.

Переодевшись в нормальную одежду и сложив костюм в пакет, я совсем было собрался покинуть машину, но девушка таки успела чмокнуть меня в щёчку. Я шутки ради это начинание поддержал, и лишь чудом всё не закончилось чем-то большим. В роли «чуда» выступил какой-то излишне нетерпеливый водитель, который побибикал, возмутившись тем, что мы встали не в положенном месте.

Кукла покраснела и повела себя как сущий ребёнок. Впрочем, учитывая её реакции, оговорки и прочее разное, не удивлюсь, если она никогда и ни с кем не встречалась. Точнее, что-то такое явно было, но закончилось чем-то нехорошим… По крайней мере, у меня сложилось такое впечатление.

Распрощавшись с этой помидоркой, я неспешно пошёл по улице. Благо из-за осени было достаточно темно, и мало кто мог увидеть, что именно происходило перед расставанием. Хотя мне-то плевать, а вот для Сабах это может оказаться чем-то важным. Девушки в этом возрасте бывают удивительно непоследовательными и мнительными.

Однако, если для девушки трудовой день закончился, то для меня всё было не совсем так. Меня всё ещё смущало произошедшее событие и те данные, которые у меня остались. Судя по ним, та штука, что была у Убера, что-то сделала, из-за чего и произошёл взрыв. При этом сама она не пострадала, а если и получила повреждения, то не настолько сильные, так как в течение двух секунд аппаратура фиксировала, как эта аномалия отлетает от места взрыва. А ещё та же аппаратура видела другие аномалии, которые появились и никуда не улетели — они остались лежать на месте детонации.

Поэтому первое, что я сделал, вернувшись домой, — поставил чайник на плиту. Поскольку теперь всё было завязано на единую шину связи, приказ на подготовку специально зачарованных клочков бумаги я отдал ещё по пути. А так как идти пришлось долго, я успел поразмышлять о том, что именно и в каком количестве мне потребуется.

Так что, когда чайник вскипел и я начал заваривать чай, мои разведюниты уже достигли кратера, в котором больше не копался Оружейник, напичкав окружающий ландшафт своей техникой. О нет, теперь здесь была лишь одна патрульная машина, в которой, натуральным образом, кто-то спал. Ажиотажа, как сутки назад, уже не было. Было тихо, спокойно, темно, но я не поддался чувству безопасности и первым делом вдумчиво исследовал территорию. В целом я сделал это зря, так как ничего не нашёл: всё, что ранее притаскивал сюда Оружейник, он уже успел вывезти. Потрафив своей паранойи, я проверил всё ещё раз и только после этого сунулся к кратеру. Причём даже это замаскировал порывом ветра и каким-то хламом, который этот ветер совершенно случайно надул в нужное мне место.

Как мне кажется, я переборщил с безопасностью, причём переборщил очень сильно. А с другой стороны, мне это ничего не стоило, так что пусть будет. Но вернёмся к моим исследованиям. Новый, доработанный сканер на основе маны развернул поисковую сеть и за первую же минуту работы обнаружил нечто, что напоминало те самые аномалии, но не совсем. Сколько бы я ни смотрел на найденные артефакты, я не мог отделаться от мысли, что это буквально осколки чего-то большего. Складывалось впечатление, что та аномалия взорвалась, разрушив в том числе и материальный якорь моих устройств, и, вырвавшись из ограничивающего поля, сбежала. Скорее всего, я ошибаюсь и всё было совершенно не так, но первое впечатление — оно самое яркое.

К тому моменту, как я закончил ужинать, у меня на руках были результаты первичного исследования. В кратере и в самом деле лежали осколки. Они были сильно похожи на изначальную аномалию, но разница была заметной. Благодаря новой технике и тому, что я всю вторую половину дня провёл рядом с Куклой, у меня появились новые, ещё более полные материалы. И когда я сравнивал их с тем, что нашёл в кратере, я не видел ответов на свои вопросы — я видел лишь новые вопросы.

Помня о том, что произошло совсем недавно, я решил взять эти осколки и вывезти их куда-нибудь в отдалённую местность или хотя бы за город, чтобы, организовав там автоматическую лабораторию, провести ряд экспериментов. Сказано — сделано. У банки с конфетти приподнялась крышка, и из-под неё выскользнул десяток обрывков бумаги; они нырнули в вентиляцию и уже через пару секунд вылетели на улицу, устремившись к так называемому кладбищу кораблей.

Мне показалось хорошей идеей разместить риск-лабораторию в корпусе одного из затонувших судов. Так как у меня не было компьютера из моего мира, я не мог по щелчку пальцев построить себе подземный объект. Приходилось надеяться либо на уже существующие полости в земле, либо, как в случае с кораблями, подыскать подходящий объект и обустроить всё необходимое в нём.

Пользуясь тем фактом, что техники у меня может быть сколько угодно и она фактически бесплатная, я разведал не один корпус, а сразу два. Пока часть «конфетти» накачивала атмосферу в затопленных отсеках, другие устройства фиксировали осколки и перевозили их к месту исследования. Всё это происходило максимально медленно и муторно, так как многие вещи приходилось делать либо вручную, либо внимательно контролируя процесс. В итоге лишь два осколка достигли пункта назначения, а дальше не задалось.

Самолётик-антенка, который на полставки подрабатывал авиаразведчиком, скинул мне оповещение: он засёк аномальный объект. Так как я уже давно научил его определять летающих кейпов города, и на Славу он больше не реагировал, я с интересом взглянул на то, что же заметил мой юнит в ночной темноте. А заметил он, к моему большому удивлению, так называемого Сына, или же Золотого человека. Как я читал в интернете, этот чувак, словно бы покрашенный в золотистый цвет, — кто-то вроде местного пророка. В том смысле, что он летает над всей планетой и творит всякие разные дела. По большей части, дела эти достаточно странные, но добрые.

И вот сейчас этот персонаж прилетел в Броктон-Бей. И не просто в Броктон, он целенаправленно летел к кратеру. Моя паранойя навострила мохнатые уши, и вся техника отлетела от осколков куда подальше. Нет, если этот парень может засекать тёмную материю, то это вообще никак не поможет. Однако если не может, значит, я смогу с наглой мордочкой поразвлечь себя наблюдением за сильнейшим существом на этой планете.

Ну что я могу сказать? Посмотрел, ещё раз посмотрел и о*уел. Так-то я в той или иной мере многих кейпов успел просканировать за прошедшее время, и в целом везде картина была плюс-минус одинаковая. Аномалии не так уж сильно друг от друга отличались, поэтому нечто подобное я ожидал увидеть и здесь, но не увидел.

У меня даже возникла глупая мысль, что в юнитах что-то сломалось. Но затем я додумался поиграть с диапазонами и посмотрел на всё тело Сына целиком. Посмотрел, протёр глаза, ещё раз посмотрел и пошёл на кухню, так как от полученной информации мозг окончательно отказался работать.

Что я увидел? А увидел я сплошную аномалию. Там от человека не было вообще ничего. То есть совсем. Так что да, отпившись горяченьким, я вернулся обратно и стал наблюдать за происходящим. А происходило любопытное: сей персонаж внимательнейшим образом осмотрел место происшествия и начал собирать осколки. Они буквально примагничивались к нему и растворялись, словно капли воды в озере. Собрав осколки, он в недоумении полетал по округе, затем снова вернулся к кратеру, повисел над ним некоторое время, после чего довольно быстро подлетел к машине, в которой спал полицейский, и какое-то время смотрел на него.

Минут через пять эта сплошная летающая аномалия взмыла в воздух и взяла направление куда-то на север, а я остался сидеть на стуле и обтекать, так как именно на север отлетел мой механизм, который вёз третий осколок. Но из-за новых вводных я приказал ему остановиться и «бросить каку». И да, Сын однозначно нашёл место, в котором лежал осколок, и тоже его подобрал, всматриваясь в немногочисленных людей, которые с восторгом пялились на него и фотографировали.

А затем он начал нарезать круги над городом. Точнее, не совсем круги, а поисковые петли — по крайней мере, в моём мире это называлось именно так. И чем больше я на них смотрел, тем сильнее возникала ассоциация со старой игрушкой из 90-х про инопланетян. Там была примерно такая же картина, когда пришельцы высылали боевой корабль на поиски баз X-COM.

Что удивило, так это тот факт, что он дважды пролетал в непосредственной близости от мест, где располагались затопленные корабли, которые я решил использовать как лаборатории, — и внимания на них не обратил. Не сразу, но у меня возникла гипотеза: транспортировочный кокон из маны экранирует эти осколки. Гипотеза была интересная, и мне захотелось её проверить.

Так как осколков у меня было два, оба они покинули места хранения и разлетелись в разные стороны. Только вот один из них, как был упакован в кокон, так и остался в нём. А со второго я всё снял и отвел свою технику в сторону. И да, буквально минута — и золотце тут как тут: уже подбирает эту аномалию и задумчиво всматривается в людей, которые так же, как и в прошлый раз, начинают его фотографировать. Уж не знаю, что именно он там высматривал, но через пару минут он снова взмыл в воздух, сделал ещё пару поисковых петель и, словно махнув рукой на последний осколок, немного притух, занял высотный эшелон, характерный для малой авиации, и полетел куда-то на запад.

Как я знал, Грег Ведер был не только троллем-суетологом, но ещё и знаменитым конспирологом. Десятки его диких предположений и теорий до сих пор гуляют по страницам форума ПХО и не только там. У него была теория про суперсилы, губителей и этого самого Золотого человека… Скажем так, процентов на шестьдесят она объясняла то, что я только что увидел. Так что «по наследству» мне досталось не только это тело, но и менее материальные активы. Тем забавней, что в них даже есть смысл.

Помассировав переносицу, я решил закончить на сегодня. В конце концов, прошлой ночью я вообще не спал, весь день был чем-то занят, а сейчас вот сижу, нервничаю. Так над организмом издеваться нельзя. С этими мыслями я отдал команду на перебазирование оставшегося осколка в одну из подготовленных ранее риск-лабораторий. По факту это были даже не лаборатории, а просто небольшой объём затопленного корабля, в котором вода была вытеснена газом — в данном случае азотом. В целом, осколки хоть и не сделаны из тёмной материи, но с обычным миром взаимодействуют достаточно слабо. Однако мне показалось логичным хоть немного облагородить место изучения. Мало ли, вдруг наличие воды на что-то влияет…

Но всё это я отложил на следующий день, так как глаза, откровенно говоря, уже слипались. Убедившись, что образец достиг нужной точки и как следует заякорён, я наконец-то выключил свет, накрылся одеялом и мгновенно заснул.

Глава 17

Да-да, я опять тосковал по технике из моего мира. Очень сильно не хватало её для того, чтобы единомоментно превратить мою жизнь здесь в ненапряжное времяпрепровождение и, я бы даже сказал, удовольствие.

Вот даже подобранный мною осколок… При нормальных условиях я бы закинул его в автоматическую лабораторию, и искусственный интеллект этой самой лаборатории неспешно, день за днём, проводил бы тысячи замеров, экспериментов и прочей лабуды, сообщая лишь о результатах, статистических выбросах и прочем разном. А так всё приходилось делать буквально вручную. Понятно, что сам я в залив не нырял и руками в эту штуку не тыкал — всё происходило сугубо удалённо, — но любые свои действия приходилось превращать в код, который постепенно выполнялся или не выполнялся, если что-то шло не так.

Но так как от этого мало что зависело, я не был уверен, что исследование этой штуки мне хоть что-нибудь даст, и занимался этим по вечерам, когда хотел расслабиться после бесконечной череды исходных кодов на ассемблере. Так сказать, менял род деятельности. Либо на кухне что-нибудь интересное делал (благо достать многие качественные кулинарные компоненты оказалось хоть и не очень дёшево, но не сложно), либо делал вид, что я учёный. Хотя до этого высокого звания мне не хватало буквально всего. Даже белого халата не было. Или в чём здесь и сейчас учёные работают? В моё время они все больше в шортах да гавайках рассекали, но здесь явно до такого благолепия ещё не дошло.

Ну вообще да, встреча с этой непонятной хреновиной — я про Золотого человека — заставила меня понервничать. Уж не помню, как называется этот термин, когда человек после чего-то ужасного, позже, задним числом неожиданно осознаёт, что был в смертельной опасности, и пугается. Так и я. Я проснулся после того, как хорошо поспал, позавтракал, и меня переклинило. Так что все занятия я, откровенно говоря, отбывал номер, параллельно думая о всяком разном.

И вот, чтобы хоть немножко успокоить нервы, я опять упростил свою инфраструктуру. Я просто скопировал сборщик с той банки конфетти, которая стояла у меня в комнате, и стал носить при себе небольшую мензурку с этими самыми бумажками. Ну а пистолет я полностью очистил от старой схемы и заменил её на чуть более простую, но куда более практичную схему ускорителя. Теперь это был просто пистолет, который в моих руках вёл себя как настоящий и вполне мог прострелить человека в бронежилете. Да и пулька при моём особом желании могла быть ещё и зажигательной, а также бить током. Последнее я сделал наверняка зря, так как чем сложнее устройство, тем хуже оно себя показывает в экстремальных ситуациях. Но, как подсказывал мне опыт, иметь возможность несмертельного выстрела иногда бывает важно.

Так что да, моя игрушка в руках постороннего человека оставалась игрушкой, а я мог или дыр наделать, или хорошенько так током жахнуть. И, говоря по совести, ничего нового я не сделал. Я, можно сказать, кровати в борделе переставил. Но и нервы мои отпустило, и боеспособность на удивление повысилась. Да и отработка новых схем упростилась, ведь теперь у меня было два сборщика с абсолютно одинаковым функционалом. Единственное, чем они отличались, так это тарой, в которой хранилась резаная бумага.

Так и жил, неспешно изучая окружающую действительность и отрабатывая разные интересные идеи на основе маны. И если бы окружающая среда не выносила дисгармонию и прочий хаос, было бы и совсем хорошо. Но вот когда ноябрь стал подходить к своему концу, в кои-то веки заехали родители Грега. Они убедились, что с домом всё в порядке, упаковали остатки своих вещей, кое-что из мебели и электроники. Словом, после их отъезда дом приобрел достаточно странный, не очень жилой вид. Мне так даже удобно, но вот сам Грег… всё лучше и лучше понимаю, почему я здесь оказался. К сожалению, я так и не узнал тайну странного фиолетового цвета рвоты, так как все подозреваемые либо мертвы, либо мне неизвестны.

Но вернёмся к дому. Поразмыслив, я закрыл те несколько помещений, которые мне не особо требовались, оставив по большей части личную комнату, санузел и кухню. Что ценно: перевод ненужных комнат в режим поддержания температуры уменьшал ежемесячный платёж за электричество. А уж когда неожиданно похолодало и даже выпала пародия на снег, который, к счастью, быстро растаял, счётчик вообще как дурной крутиться начал. Единственное, что радовало, — коммуналку оплачивал не я. Но это не спасало от того факта, что город, как и эта страна, континент и вся планета в целом, — всё это загибалось.

Опять лунговские схватились с имперскими, что-то где-то неудачно произошло, и часть города осталась без света. Что обиднее всего, в этой части находился дом, в котором я жил. На удивление, ремонт освещения не закончился ни за сутки, ни за два дня. А на третий, когда я уже, откровенно говоря, озверел и заменил многие потребители на аналоги из маны, именно тогда эти козлы что-то там сделали. Я лишь порадовался, что к городской энергосети у меня было подключено мало чего — разве что несколько лампочек лопнули. А вот у соседей, как я слышал, пострадала и техника тоже.

И если вы думаете, что после этого энергетики поднапряглись и наконец всё починили, то нет, вы ошибаетесь. Так что, плюнув на конспирацию и прочие условности, я воспользовался специальным рубильником и отсоединил дом от сети. А то ведь хорошо, что всё произошло, когда я был дома. В обратной ситуации могло и совсем нехорошо получиться. Как я видел, там дальше по улице, участков через пятьдесят, дело закончилось пожаром. Так что нет-нет, пусть на счётчике висит дежурная лампа, а остальное я переведу на автономку.

Сказано — сделано. Мне, конечно, пришлось заморочиться с материалами, да и схему долго отрабатывать: в своём мире я хоть и делал что-то подобное, но там повсеместно использовался постоянный ток. Здесь же была классическая двухфазная сеть… ну, в смысле, классическая для США, да и не совсем двухфазная — на вводе было написано что-то про «сплит-фазу».

В общем, меня местные уже заколебали своими дюймами, футами, галлонами и прочей пи*ерсией. То, что у них ещё и электричество двух стандартов, плюс прочие приколюхи с напряжениями и фазами — это отдельная головная боль и повод материться. К счастью, дом Грега был подключён хоть и к не очень привычному, но очень удобному для моего случая стандарту.

В итоге я психанул, выкупил у бомжеватых мужиков в доках статор от электромотора и, притащив эту штуку в подвал, создал схему, которая забирала энергию с любимых мною солнечных нейтрино и создавала магнитное поле, пульсирующее внутри этой конструкции. Так что да, всё было максимально просто устроено: ничего в сети переделывать не пришлось, а вот с маной пришлось заморочиться, так как переменное магнитное поле для неё — задача не из простых.

Когда функциональность дома была восстановлена, я позволил себе расслабиться и сесть подумать над одной, надеюсь, умозрительной задачей. Я говорю об автоматических системах вооружения. И нет, мне не требовалось что-то вроде четвертого класса из списка типов оружия массового поражения — мне было достаточно вещей и попроще.

Откуда во мне проснулось такое зверство? Ответ до банальности прост: мной опять начали интересоваться. Пара прикормленных информаторов-школьников принесла эту информацию в клювике ещё неделю назад. На форуме, опять-таки, удалось перекинуться парой-тройкой слов с интересными людьми. Ну а сейчас об этом мне рассказала Кукла, которая бочком-бочком вышла из ванной комнаты, уже полностью одетая и смущённая.

К слову об этой девушке. Чтобы привезти купленный у тех ребят статор от электродвигателя, мне нужна была помощь и машина. И так получилось, что именно в этот момент на ПХО в личных сообщениях мне написала Кукла. Она интересовалась электрикой. Мне было лень набивать ответ, и я ей позвонил, воспользовавшись тем, что у меня всегда при себе «удлинитель», ведущий к домашнему телефону. Ответил на её вопросы, а когда она удивилась непонятному звуку на заднем фоне, рассказал, что делаю и где нахожусь. В общем, она изъявила желание помочь и минут через двадцать приехала на своём фургончике, в который мы эту железяку и погрузили.

Ну а вчера вечером она заглянула посмотреть, как я решил свою проблему с электричеством. Проехавшись по тёмным улицам мимо домов, в окнах которых горели натуральные свечи (мало кто мог гонять генераторы несколько дней кряду), она не ожидала многого, когда подошла к моей двери. Однако наличие нормального освещения и, что важнее, комфортной температуры поразило её в самое сердце. Так как мне больше не нужно было экономить, я разблокировал ранее закрытые помещения, и везде была плюс-минус одна температура и влажность, которые мне нравились.

Заметив странное состояние дома — а точнее, выборочное отсутствие мебели и вещей, — она задала вопрос. Я ответил. Слово за словом, чашечка кофе, пара комплиментов… В общем, очень хорошо, что Грегу уже достаточно лет и возраст согласия наличествует. Да и Кукла оказалась куда моложе, чем я думал: ей только-только стукнуло двадцать. Так что по закону этого штата, имевшего забавное название, которое можно было перевести как «Закон Ромео и Джульетты», мы не сделали ничего предосудительного, так как разница в возрасте была меньше пяти лет. Да и родители Грега, даже если бы были против, не могли ничего возразить, так как сами обеспечили мне частичную эмансипацию. Хотя разницы между частичной и полной я так и не понял… разве что у них передо мной обязательств больше, а так — что так, что сяк, одно и то же.

Правда, Сабах думала несколько иначе и вообще страшно смущалась. Впрочем, для девушки, которая родилась и большую часть жизни провела где-то в Ираке, это, наверное, логично. Нравы всё-таки сильно отличались, даже при условии, что тут не было известного мне мракобесия и тамошнее общество было куда менее задекларировано разной фигнёй. Государство же было светским, пока губитель не пришёл.

А вообще, всё произошедшее было одним сплошным кринжем. Я запутался в размерах «резинотехнических изделий», а девушка пребывала «во девичестве», смущалась этого и паниковала. Только большой житейский опыт позволил мне сдержаться и не заржать от наших проблем. Ну а все мои размышления на тему того, что Грег ещё мелковат, отошли на второй, а то и на третий план. Не до этого всем было.

Но всё это было ночью. Сейчас же наступило утро, мы сидели за скромным завтраком из двух блюд, и я задумался о том, что как-то слишком много развелось людей, которым что-то от меня надо. Следуя заветам доброжелательности, стоило бы эту популяцию, скажем так, подсократить. Утрирую, конечно, но если навалится банда, одним пистолетиком от них не отмахаешься: тут нужна либо сопоставимая банда, либо автоматизация. Второе дешевле и проще, а значит, этим надо заняться.

Поблагодарив девушку за ценные сведения — ведь, помимо самого факта интереса к моей скромной персоне, она рассказала и про подозрительную девчонку, что крутилась рядом с её ателье, — я полюбопытствовал:

— И что же тебе в ней не понравилось?

— Стыдно признаться, недолюбливаю евреев. Мы от них всей семьёй натерпелись. Общаясь с ней, у меня почему-то возникло впечатление, что она из них, хотя по лицу так и не скажешь. Лицо словно лисье, — сформулировав мысль, Кукла посмотрела на меня с недоумением: — Странно, ты никак не отреагировал на мои слова. Я ожидала, что ты попеняешь мне за сказанное.

— Ну, я человек широких взглядов. Я ненавижу всех людей, невзирая на их расовую, половую или сексуальную принадлежность, — ответил я, невольно вспомнив историю своего мира. Там у нас такое творилось, что человек, которому не нравится какая-то группа людей по фенотипу или происхождению, — это, к сожалению, уровень нормы. Уж больно много крови пролилось…

— Хм…

— К слову, у тебя как со свининой? — уточнил я насущное.

— Отец был не очень религиозен, если ты об этом, так что еда как еда, это не проблема для меня, — хмыкнула девушка. Отрезав кусочек от котлетки ножом, она наколола его на вилку и закинула в рот. — Хм… это не похоже на свинину.

— Это кета, — пожал плечами. — Мне было неловко уточнять этот момент через дверь туалета, поэтому я приготовил на скорую руку замену.

— На скорую руку? — нахмурилась девушка и осмотрела всё, что стояло на столе. — И ты всегда так питаешься?

— Последний месяц… — хмыкнул и уточнил: — В школе буквально портят продукты, есть невозможно, поэтому предпочитаю есть дома. Вкусно и недорого.

— Завидно… Меня сколько ни учили, но получается у меня… ну, так, чисто живот набить, — вздохнула моя гостья.

— В наше время есть доставка. А вообще, кто тебе мешает найти себе парня, который умеет готовить, и забыть про это занятие, если у тебя нет к нему склонности? — пожал плечами я.

— Кхе-кхе-кхе… — девушка закашлялась.

— Или есть какие-то предрассудки? — уточнил я, когда проблема была устранена. — Да и вообще, пусть и не сегодня, но в недалёком будущем можно просто взять или комбайн, или робота.

На этом наша беседа заглохла: девушка думала о чём-то своём, а я не горел желанием навязываться. Позавтракав под бодренькую композицию на французском языке, мы вышли из дома и сели в машину девушки. Ей всё равно ехать в ту сторону, поэтому подбросить меня до школы не составило ей труда. Признаться, ездить в это заведение на машине куда приятнее, я бы даже сказал — комфортнее.

Выбравшись из салона, я нос к носу столкнулся с Софией Хесс. Она с недоумением посмотрела сначала на меня, затем внутрь машины и хмыкнула. А когда Кукла отъехала и вклинилась в транспортный поток, София, шедшая за моей спиной, хмыкнула ещё раз и достаточно громко, чтобы я услышал, произнесла:

— «Кофе с молоком», значит? Ну-ну…

Впрочем, на этом её активность и закончилась. Какая-то она сегодня вялая была. Будем надеяться, перегорела, и хотя бы о ней у меня голова болеть не будет.

С такими мыслями я зашёл в кабинет информатики и вернул книжку учительнице, поблагодарив за интересное чтиво, из которого вынес много полезного. Но, к сожалению, систему я всё-таки сделал по классике. И хоть это уже аукалось мне разными неприятными штуками, в том числе классическим же переполнением стека, сделать так было чуть проще. Точнее, даже не проще, а привычнее. Хотя, мало ли, вдруг в будущем передумаю и всё поменяю. Так-то, если не впадать в мелочность, алгоритмы всегда можно перекинуть на другой язык или сделать транслятор, который будет компилировать существующий код под другую платформу.

С такими мыслями я по-быстрому закончил задание на урок и сосредоточился на своём проекте. Последнее, видимо, было воспринято достаточно странно: вместо того чтобы шастать по интернету и заниматься всякой ерундой, я, наоборот, отсел от клавиатуры, достал тетрадь с листами из хорошей мягкой бумаги и принялся набрасывать разные варианты устройства. Уточняющих записей я не оставлял, а поэтому мои каракули можно было понять как угодно. Так что я не особо и шифровался.

А люди — существа такие: когда ты делаешь что-то необычное, они обращают на это внимание. Но если ты всем своим видом показываешь, что это нечто обыденное и неинтересное, они быстро теряют к тебе интерес. Это здесь и произошло. Покосились — да и забили. Интернет был интересней шапочно знакомого одноклассника.

Глава 18

Следующие три недели были, с одной стороны, достаточно спокойными и плодотворными на открытия, а с другой — под конец этого срока кое-кто активизировался и вынудил меня действовать. Но начну с заклепок.

Исследование осколка позволило мне хоть немного разобраться в принципе того, как эти штуки взаимодействуют с материальным миром. К сожалению, я не был физиком-теоретиком, и многие вещи пришлось воспринимать «как есть». Однако даже не зная законов Ньютона, любой человек понимал: если яблоко выпустить из рук, оно упадет на землю. Так и здесь. Мне был важен сам факт, а как именно это происходит — уже другой вопрос, менее острый.

Но я много говорю не по делу, а дела происходили специфичные. Стоило добавить в сканеры новые параметры для наблюдения, как оказалось, что мир вокруг наполнен тентаклями чуть больше, чем хотелось бы. Ну честно, по-другому я эту херню назвать не могу. Постоянно то некие жгуты по людям пробегали, то целые волны не пойми чего проходили. Врать не буду: будучи брезгливым, я испытал довольно понятные ощущения и первым делом засел придумывать способ экранироваться от этой мерзости. Причём тестировать защиту пришлось при помощи Сабах, так как, когда она использовала свои нити, вокруг них появлялись эти самые тентакли. К счастью, эти её отростки в чужие головы не лезли. Чего не скажешь о других кейпах. Но для отработки технологии её содействия хватало.

Но, видимо, моё закрытие от мира сподвигло некоторых оптимистов на излишне активные действия, а я сам наконец-то решил покончить с обязательством ходить к куратору и выслушивать всякие глупости.

— Что это? — удивлённо спросила женщина, поправляя очки.

— Это все необходимые документы для того, чтобы отчитаться перед вашим ведомством: я, де юре, не являюсь несовершеннолетним на основании эмансипации. А значит, самовольное решение вашей службы о том, что мне требуется наблюдатель, более не имеет юридической силы. Говоря проще, я зашёл поздравить вас с тем, что головной боли у вас стало меньше, — улыбнулся я, развалившись на стуле перед столом у… Кхм… Уж не помню, как именно её зовут, мне это было не очень интересно.

— Но позвольте! — начала было женщина и осеклась. — Мне надо позвонить.

— Ну что же, не буду вас отвлекать, — кивнул я, встал и направился к выходу.

— Молодой человек, подождите! — попыталась остановить меня женщина, но я лишь покачал головой.

— Извините, но нет. Дела, знаете ли, — ответил я, ещё раз улыбнулся, памятуя, что улыбающиеся люди всех бесят, и вышел из помещения, внутренне угорая над выражением её лица. Словом, наблюдатель от СКП, откровенно говоря, охренел. Но это не моя проблема. Главное, что по документам всё шито-крыто.

С этими мыслями я вышел из здания и пошёл пешком по городу. Довольно глупое решение для среднестатистического человека, так как с тротуарами здесь реально хреново. Да и людей, которые не могут позволить себе машину по причине безденежья или психического состояния, хватало. Но ко мне никто не лез. Такие люди хорошо чувствуют, к кому можно пристать, а к кому не стоит. Да и прохаживался я здесь уже несколько раз — видимо, помнят, что вежливые школьники вежливы лишь до того момента, пока их не… кхм… утомишь. А дальше — да, жизнь может повернуться по всякому.

Для чего вдруг такой эпатаж? Ведь я — известнейший поборник законов и вообще старался не выделяться. Ответ на этот вопрос удивительно прост. Я втихаря подсадил несколько разведывательных схем на Софию Хесс, известную под героическим псевдонимом Призрачный Сталкер. Она невольно отнесла эти клочки бумаги на своих ботинках и одежде на работу, а работала она, я напомню, Стражем.

В общем, бумажки (и не только) разлетелись — по большей мере при моём ручном управлении — по помещениям: отфотографировали её коллег и зафиксировали у этих детей наличие суперсил. Моя база пополнилась новыми данными и уточнёнными сигнатурами. Шпионское оборудование пошло дальше и зафиксировало командный состав этой организации. Более того, Эмили Пиготт, директор СКП по региону ВСВ, как оказалось, жила не на конспиративной квартире и не на территории охраняемого спец-ЖК. Местоположение её дома, конечно, было не в трущобах, и кто попало к ней попасть не мог. Но сам факт того, что она тусила среди гражданских, добавлял ей небольшой плюсик в моих глазах. Одновременно с этим это упрощало доступ к её тушке, случись что.

И да, в своей жизни я видел многое, и ликвидация политических деятелей и руководителей силовых ведомств не являлась для меня чем-то новым или необычным. В конце концов, жить захочешь — и не так раскорячишься. А эти персонажи начинали прислушиваться к доводам гражданских только тогда, когда им самим что-нибудь отрывало шрапнелью. Без шуток. Только пораскинув потрохами и полюбовавшись на изорванные тела близких, они переступают через свой глупый пафос и начинают думать… или не начинают, но тогда история повторяется с их заместителями, а те, обычно, ближе к земле и здравому смыслу. Одно дело, когда только они могут мордовать окружающих, и совсем другие впечатления, когда это начинают делать с ними. Как я и говорил, мой мир прошёл через тяжёлые времена. И когда всё наладилось, и мы зажили в мире и гармонии, как и подобает разумным существам… нас осталось куда меньше десяти миллиардов. В общем, не надо путать вежливость с холопской послушностью.

— Откуда такая злобность? — спросите вы. И я отвечу: я провёл разведку и знаю личности как Стражей, так и взрослых героев из Протектората. А ещё мне известен командный состав этой службы. И вы можете представить моё удивление, когда среди внешних консультантов обнаружился персонаж с суперсилами. Естественно, я решил проследить за ним: кто это такой и почему он скрывает свои силы от коллег? Это было не так трудно. Невзирая на довольно логичные и даже параноидальные методы безопасности, сей персонаж явно не ожидал, что бояться придётся резаной бумаги и собственной записной книжки.

Понаблюдав за этим консультантом примерно неделю, я лишь горестно вздохнул: когда государственные службы переплетаются с криминалом, это становится огромной проблемой. Это был злодей, и звали его Выверт. Скажем так, эта «пружинка» мне совсем не понравилась. Большую часть времени он словно и не делал ничего, но иногда отдавал команды своим наёмникам, и те творили всякое. Поэтому я крайне негативно отнёсся и к нему, и к его интересам. А интересовался он, напомню, моей персоной: именно он ориентировал Убера и Элита на меня.

А ещё он же отправил по мою душу девицу, про которую Кукла сказала, что это девушка с лисьей мордой. Она и в самом деле чем-то напоминала лису, когда на её лице появлялось это забавное выражение вида: «Я знаю то, что знаешь ты». Она некоторое время шастала в округе ателье и даже на территорию школы заходила, затем пропала на неделю, и вот сейчас пришлось с этой девицей познакомиться, так сказать, насильно. Она была в характерном для кейпов костюме и маске-домино, а не в гражданском обличии, ну и прикрывали её четверо бойцов для большей внушительности.

— Простите, кто хочет со мной поговорить? — неподдельно удивился я, осмотрев девицу с головы до ног. На наёмников я внимания не обращал — по крайней мере, явно, — хотя люди были вооружены чем-то вроде технарских лазерных винтовок. Ключевой момент здесь был в слове «были», так как на данный момент их оружие хоть и выглядело рабочим, но на срезе ствола уже поселились механизмы из маны. При выстреле они превратят эти винтовки в натуральные гранаты, чьи осколки убьют самих стрелков.

Так что да, меня больше интересовала девица. Она была кейпом, и её богомерзкие тентакли лезли ко всем окружающим, в том числе пытались присосаться и ко мне. К счастью, не смогли. Защита, как оказалось, работала. И работала хорошо. Именно поэтому я смотрел на неё с интересом. Пафосное выражение на её лице стало чуть менее пафосным, хотя, судя по всему, она привыкла интеллектуально доминировать над окружающими, и небольшая осечка со мной её не смутила. Ну или смутила не очень сильно, что, в сущности, одно и то же.

Но да, хоть я и подумывал о ликвидации Выверта, такой возможности у меня не было: разведывательная техника оставалась разведывательной техникой. У меня не получалось менять уже существующие схемы удалённо, так сказать, по сети. Нужно было доставить новый функционал на новом носителе, а тут — хоба! — удивительная возможность, пускай желания куда-то ехать у меня и нет.

Что странно, никуда ехать не пришлось, причём этот факт стал большой неожиданностью как для наёмников, так и для этой злодейки на побегушках. Стрелки, недоуменно потоптавшись, перестали размахивать стволами и погрузились в машину, оставив меня один на один со злодейкой и её телефоном, который она мне передала. Признаться, доводилось видеть раскладушки в стразах, но пользоваться такими не довелось. Так что сейчас я, можно сказать, воплощал в жизнь всё то, о чём не мечтал, ибо это мне нафиг не надо было.

— Доброго времени года, гражданин Выверт, — произнёс я в трубку и с наглой мордой уселся на капот машины, на которой приехали эти чудики. — Чем обязан вашему звонку?

Дальнейший наш разговор ввёл меня в полнейший шок. Я буквально чувствовал, что собеседник торопливо ищет хоть какие-то поводы для общения: словно он рассчитывал на один результат, тот не случился, и ему пришлось срочно мутить что-то другое. Я сделал вид, что ничего не заметил, и даже предложил встретиться лично, но Выверт, полностью подтверждая своё прозвище, вывернулся, сказав, что ему некогда — мол, у него там злодейства без присмотра остались. Утрирую, но примерно так оно и воспринималось.

— Да что ты, блядь, такое несёшь?! — хотелось мне проорать в трубку, но был уже вечер, и я куда больше хотел ужинать и… Куклу.

Да-да, если регулярно с кем-то встречаешься — привыкаешь к этому человеку. Сабах, какие бы тараканы над ней ни довлели, как та кошка, иногда заходила. Попервой, конечно, страшно смущалась, надумывала себе странные мысли, но достаточно было игнорировать её задвиги и помогать по мелочи, чтобы она наконец подуспокоилась и самоприручилась. Впрочем, про причины её такого поведения я даже спрашивать не пытался. Во-первых, в целом — плевать. А во-вторых, там явно какая-то история, полная психологизма, и это как гнойник: если не знаешь, что делаешь, лучше туда не тыкать. Так что захочет рассказать — расскажет.

На всякий случай я использовал несколько заготовок с диверсионными модулями, чтобы пометить бойцов и эту девицу. Но, как показали дальнейшие события, этих ребят завернули, и вместо того, чтобы вернуться на главную базу, они отправились на другой объект Выверта. Девица же, вместо того чтобы лично доложить злодею о результатах наблюдений за мной, делала это по телефону. Было видно, что она удивлена и ломает голову над тем, что именно происходит. Так что, к сожалению, дотянуться до этого парня не получилось. Обидно, но в плюсах было то, что он свернул всю свою непонятную деятельность вокруг меня. Это вызвало недоумение и даже подозрения с моей стороны. Но что я мог сделать? Я, конечно, погонял свою технику над городом и даже пару раз фиксировал его наличие, но каждый раз оказывалось, что он в здании, а в это здание просто так не проникнешь. Словом, помаявшись попытками прищучить гада, я был вынужден оставить его в покое. По крайней мере, он же меня в покое оставил… Вроде бы.

А затем был Новый год. Ну, точнее, конечно же, Рождество, но никто не мог запретить мне отметить ещё и Новый год. Да и Сабах освободилась и составила мне компанию. Тем веселее было 1 января, когда на пороге дома объявился отец Грега. Признаться, я про них как-то уже и забывать начал. Мать Грега я не видел с тех пор, как она переехала на Аляску, а батёк отсутствовал месяца полтора-два. Да и на Рождество никто из них не позвонил и не написал. И тут — на тебе! Звонок в дверь, и, так как я был занят на кухне, девушка решила открыть. Ну и открыла. Из-за моего пофигизма, которым она пропиталась за время нашего знакомства, она без задней мысли сделала это в банном халате. Просто мы встали не так уж и давно, и она принимала душ. Вот как принимала, так и открыла. Словом, чувак растерялся, и его можно даже понять. А уж как растерялась Кукла, когда осознала, кто именно к нам пришёл, а потом до неё дошло, в каком она виде… включились её стереотипы. В общем, очередной для неё стресс. Но забавно.

Причина появления гостя оказалась до безумия простой. Я же тогда из-за проблем с электропитанием запитал дом от генератора на мане, а энергетики, которые в кои-то веки смогли порешать произошедший факап, перевозбудились: нет потребления по нашему адресу, а окна вроде как светятся. Непорядок. Да и напомню, что дом в аренде, так что там своя специфика. Вот отец Грега и приехал, заодно, так сказать, и навестить. Ну и навестил…

Так как Кукла затихарилась у меня в комнате, завтракали мы с отцом вдвоём, где он и задавал свои вопросы. Вопросы были забавными; из-за них я невольно вспомнил, сколько мне было лет в моём мире, но быстро взял себя в руки и успокоил этого, как ни крути, пацана. Так-то отцу Грега ещё и сорока лет не было.

— Ругал? — смущённо поинтересовалась Сабах. Когда отец Грега уехал, она неуверенно зашла на кухню.

— С чего бы ему это делать? — улыбнулся я и, покачав головой, пошутил: — Скорее уж он завидовал и пускал слюни. Впрочем, ему простительно. Он же теперь в разводе.

— Ну, пусть так, — кивнула девушка. — Но ты не выглядишь радостным. Что-то случилось?

— Предки решили, что целого дома для одного школьника многовато. В апреле надо будет думать о переезде.

— Так тебе жить негде, да? — заволновалась Кукла.

— Ну, не до такой степени, — фыркнул я. — Просто надо будет снять квартиру.

— Я бы предложила тебе своё ателье, но оно не очень жилое. Я всё красиво оформила, но то, что внутри, ты и сам видел, — вздохнула девушка. — А у меня… я бы и сама съехала, если честно. Родственники — это хорошо, но не во всём.

— Ателье ведь не в аренде, да? — припомнив историю с проводкой, уточнил я.

— Ну… да, — вздохнула девушка. — Здание аварийное, да и звёзды сошлись… В общем, да. Поэтому и мирюсь с пробками и прочим. А теперь ещё и с отоплением.

Я задумался. Структурные элементы здания я не изучал, но, вроде бы, сама коробка — это хороший бетон. Коммуникации — в труху, но, если подумать, всё это можно довольно просто нивелировать. Благо тёмная материя хороша и при обработке материалов, и, что немаловажно, при их добыче.

— Если у тебя есть достаточно мощности, ты можешь позволить себе плевать на зиму через отсутствующие стёкла в окнах, — многозначительно пробормотал я и уточнил: — Ты же помнишь, от чего сейчас этот дом запитан? Да и остальное решаемо. Главное — стены. Ну и канализация тоже: всё упрощается, когда она есть.

— С канализацией всё тип-топ, — оживилась Кукла. — Ты что, в самом деле думаешь, что там можно жильё организовать?

— Хорошую квартиру-студию можно и из одного-двух морских контейнеров сделать… Сложнее провернуть всё так, чтобы потом не пристали с документами. Это самая муторная часть.

— Грег, послушай…

— М?

— Давай жить вместе.

— А мы сейчас что делаем?

— Нет, я не в этом смысле, — девушка замялась. — Просто если у нас будет свой дом, то…

— А… Ты в этом смысле… Ну… Мои специфические представления о совместном проживании ты видела. Если не смущает, то почему бы и нет.

Глава 19

К этому можно относиться как угодно, но факт остаётся фактом: этого пацана, Грега, многие знали на форуме ПХО, а значит, его никнейм был на слуху у очень многих кейпов. Да, его считали малолетним дебилом, любителем теорий заговора и прочее-прочее, но главное другое. Не важно, кем тебя считают, важно, что тебя гарантированно узнают. Учитывая непростую ситуацию с заработком у людей с суперспособностями, даже твоё отрицательное реноме может превратиться в огромный плюс.

Я не хочу сказать ничего плохого о Сабах, но то, что мы вместе, ещё не означает, что это не может однажды прекратиться. Признаться, привести её здание в божеский вид было не так уж сложно, так как руками там работать особо не требовалось, но было бы обидно обустраивать семейное гнёздышко лишь для того, чтобы тебе указали на дверь. И нет, учитывая, как мыслила эта девушка, такое бы не произошло… по крайней мере, без усилий всей её родни, да и то, если бы она встретила кого-то, скажем так, получше, причём значительно лучше.

Как говорил мой учитель истории, свадьба — это не про любовь, это про деньги. И хоть совать голову в эту петлю я не намеревался (ведь приличное мероприятие браком не назовут), поучаствовать в совместном деле на паритетных условиях очень хотел. Что означают паритетные условия? Это значит, что мы вносим, обобщённо, одинаковые доли. Кукла со своей стороны вкидывала в общий котёл само здание, ну а мне, соответственно, надо было доработать его до жилого состояния на свои. Хоть родители Грега и оставили ему кое-какие деньги, а учитывая тот факт, что аренда дома будет прекращена раньше срока, то ещё немного накинут сверху… этого всё равно было недостаточно, чтобы мой взнос уравновесил вклад подруги, и с этим надо было что-то делать.

Затем я посмотрел на эту проблему с другой стороны и понял, что заблуждаюсь. Надо было сделать иначе. Я прикинул рыночную стоимость, оценил средства на счету и предложил девушке вроде бы логичную идею: я выкупаю у неё долю в здании. Благо сейчас этот домик мало что стоил, да и сама она была заинтересована в моей махинации. Словом, мы ударили по рукам, и моя паранойя, внезапно вспомнившая, что я живу не в 2066-м, а в 2010-м — причём в каком-то параллельном мире, — успокоилась, радостно заурчала, и я смог вновь мыслить конструктивно. Теперь любое моё усилие лишь увеличивало стоимость «общего» ресурса.

А ещё эти конструктивные мысли родили химеру. Под химерой я подразумеваю способ не совсем законного обогащения. Именно для этого мне и потребовались связи среди кейпов. Наша братия — я говорю про кейпов-бродяг — из-за законов почти не могла безнаказанно зарабатывать при помощи своих сил, поэтому даже самые законопослушные имели связи с криминалом и властями. Было несложно найти ребят, готовых принять от меня металлы в слитках и, не задавая глупых вопросов, создать бумажный след, чтобы продать их потребителям металлолома с выплатой мне роялти.

Было, конечно, немного обидно: материал добываю, транспортирую и формую я, а получаю лишь треть суммы. С другой стороны, так как торговали мы не героином, оружием или рабами, а богоугодными материалами, то деньги я получал в белую. Но, получив их официально, я был обязан заплатить ещё и налоги. Поэтому общий профит со всей сделки падал ещё сильнее, и на руках у меня оставалось, в зависимости от оборота, от 20 до 25% от закупочной цены материала.

Зато из-за того, что я был вынужден создать компьютер на мане, я очень хорошо разобрался в принципах автоматизации. Поэтому на самом деле мне лишь недельку пришлось плотно морщить мозги и портить чертёжную бумагу, прорабатывая схему работы, а дальше всё происходило плюс-минус автономно. Мои замечательные схемы тихонько, не привлекая внимания, забирались внутрь затопленных кораблей — множество которых пошло ко дну на рейде этого города во время нападения Губителя на соседний город. Схемы тихо-мирно прикарманивали самые вкусные части: валы ходовых винтов или медь, которой на кораблях довольно много.

В январе мы начали всю эту тему. Десятого числа я вложился всеми своими деньгами, ещё и у родителей занял, чтобы выкупить долю у Куклы. А в первых числах февраля за счёт продажи ворованного металла удалось закрыть все долги. К сожалению, пришлось приостановить деятельность по многим причинам, в том числе из-за активности героев. Но так как я полностью закрыл сделку и вернул потраченные средства на счёт, вынужденная пауза меня не сильно расстроила. Главное, что небольшой избыток денег всё-таки удалось получить, и я перенаправил его на кое-какие материалы.

К сожалению, не всё можно было сделать своими руками. Точнее, сделать можно было всё, но ту же краску иной раз проще купить, чем адово страдать, подбирая оттенки в составе, который ты сделал сам. Ну и кое-что из мебели пришлось прикупить, а так как я не гараж обставлял, то и здесь пришлось потратиться. К счастью, такие затраты уже шли из общего котла.

Кто-то может подумать, что я слишком меркантильный или недоверчивый, но легко быть добрым, когда тебе это ничего не стоит. Так и здесь. Тем более эта девушка всё-таки собралась с силами и рассказала мне о том, из-за чего получила свои суперсилы. В этом мире способности людям достаются после так называемого триггерного события. Должно случиться что-то такое, что буквально ломает тебя, и только после этого могут появиться силы. Но в большинстве случаев они не появляются. Поэтому идиоты, которые пытаются заполучить способности через страдания, особо лютые наркотики и прочий кринж, в большинстве своём умирают ни с чем.

Кукле же повезло: с одной стороны, она добровольно в это не лезла, а с другой — силы всё-таки получила. И да, то, что она обратила своё внимание на меня, — последствие триггера. Её хоть и не изнасиловали, но преследование было жёстким, да и с родителями тоже не всё ладно… Словом, парень младше неё самой, да ещё ненавязчивый и «правильный» — это её подкупило. Как ни крути, а Сабах была молодой здоровой девушкой, и ей тоже хотелось любви… ну и телами дружить — тоже.

Хреновый из меня психиатр. Всё же таки у нас, когда возникали подобные проблемы, люди перетирали их либо с друзьями, либо с ИИ. Благо в него запихнули очень много материалов по этой теме, и он реально умел мозги вправлять — не то что в двадцатых годах. Поэтому я мог лишь пассивно поддержать её, ну и привлечь к делу, применив, так сказать, трудотерапию.

К счастью, девушка была нормальная, и обустройство собственного дома на неё благотворно повлияло. Тем более её суперсила — это управление материалами, нитями и тканью. То, что она ещё и шить умеет, — её собственное достижение. Сила лишь обеспечивала возможность работать с материалами, не более того. Все свои выкройки и прочие штучки-дрючки Сабах придумывала и рассчитывала сама.

Таким образом, она и без моей поддержки шла в нужном направлении. И если бы не внешние обстоятельства, наверняка бы пришла в норму. Хотя и не факт. Ведь те же имперцы считали её белой и настырно пытались рекрутировать. Азиаты её, видимо, тоже считали белой. Да и вообще куда ни кинь — всем Кукла-бродяга жить мешала. Всем хотелось её к делу пристроить. Боюсь, в таких условиях крыша могла и дальше протечь. Но раз не протекла — и хорошо.

Примерно с такими мыслями я сориентировал девушку на то, чтобы она либо использовала свою силу на проводах напрямую, либо обмотала их своими нитями. Таким образом мы максимально просто и быстро заменили всю проводку. В обычных ситуациях это делают методом замещения, но когда я попытался проделать такое в прошлый раз, старый провод просто лопнул, словно гнилая верёвка.

Дальше — больше. Я мог и вообще сделать всё сам, но преднамеренно подстраивал всё так, чтобы мне требовалась небольшая помощь, причём желательно нетривиальная, заставляющая думать головой. И, о чудо, Сабах начала вести себя очень по-девичьи. Единственное, что устранить не удалось, — это её проблема со сном. К счастью, как я знал, на планете каждая четвёртая пара спит раздельно. Словом, это нормально. Да и вообще у нас с ней была разная модель сна, поэтому я не сильно переживал по поводу того, что у нас были отдельные кровати. Точнее, девушка предпочитала спать на неразложенном диване. И это выглядело очень мило по утрам: завернувшись в одеялко и прижавшись спиной к спинке дивана, она чем-то напоминала сиамскую кошку. Но, проснувшись, она уже не шарахалась, как это было поначалу.

Как говорится, дайте человеку жить спокойно, и он в большинстве случаев придёт в норму. Хотя нет, вру. Одна проблема всё же оставалась: ей приходилось прикладывать серьёзные усилия, чтобы при разговоре смотреть человеку в глаза или просто на лицо. Будучи в костюме и маске, этого никто не видел, но без маски это бросалось в глаза. Впрочем, в моём мире мы всё больше с роботами общались да разные средства связи использовали. Признаться, я и сам отвык пялиться на собеседника, поэтому далеко не сразу понял, что с этим у девушки есть какая-то проблема. С другой стороны, не мне рассуждать о стабильности чьей-либо психики, ведь я и сам не совсем нормален. Даже не говорю про свой мир, предлагаю вспомнить местных злодеев… Убера и Элита.

Мне и в голову не пришло позвонить в полицию или в СКП. Я на полном серьёзе собирался взять ******** и решить проблему своими собственными силами. Да и потом, когда заполнял помещение закисью азота, в душе ничего не шелохнулось. Ну люди, ну задохнулись. Вот не планировали бы делать нехорошее — не задохнулись бы. Всё просто.

Но опустим это.

Весь январь я занимался добычей денег и реконструкцией здания, поэтому на остальное обращал внимание по остаточному принципу. Как говорится, не мешает — и хрен с ним. Да и Спарки после январских праздников похвалился, что его семья переехала и его переводят в Аркадию — благо оценки позволяли, и был таков. Этот мой замечательный информатор был потерян, из-за чего я искренне скорбел, так как совсем уж игнорировать то, чем живёт школа, было не совсем правильно.

Я как раз шёл на занятие, где нам должны были рассказывать пафосную херню про кейпов и их влияние на государственность, как был удивлён неожиданным фактом: Тейлор Эберт, которую я, вроде бы, не видел уже несколько недель, отмечалась моими сканерами теперь как кейп, а ведь ещё месяц назад ничего такого не было.

— Опять ты? — нахмурилась девушка и произнесла злым голосом: — Как я и говорила в прошлый раз, мне не нужна твоя помощь.

К слову, да, говорила — дважды. Как я понял, год назад Грег пытался с ней подружиться, а во второй раз это уже я устал смотреть на то, как её шпыняет трио, и от чистого сердца предложил помощь или хотя бы просто перетереть с Софией, чтобы они прикрутили крантик. Но нет, тогда она мне явно не поверила и послала по матери.

— О да, я вижу, что тебе она больше не нужна, — покивал я, силясь вспомнить невнятные слухи, которые ходили в начале января.

Вроде бы кто-то кого-то в шкафчике закрыл. Но так как здесь это происходит достаточно часто, я не придал этому значения. Теперь же понимаю, что связь всё-таки есть. Как говорится, опыт близкого общения с девушкой после триггера у меня достаточный, а тут у нас более свежий, так сказать, вариант. И сама помоложе, и травмирующее событие было не так давно. Но я, как ни крути, не психолог, я и сам не стальной — у меня тоже есть свои фобии.

— Не пойми превратно: если человек хочет сам справиться со своими сложностями, я настаивать не буду, я просто отойду, чтобы не забрызгало. В прошлый раз ты сказала, что это не моё дело, и я учёл твоё мнение, — я вновь покивал. — Однако, как я сейчас вижу, ты теперь не просто школьница, и с этим есть одна мелкая проблемка. Надеюсь, ты выслушаешь мою жалобу?

— К-какую? — выдавила из себя Тейлор.

— Понимаешь, силы кейпов при определённых обстоятельствах должны контактировать с окружающей средой, и это, скажем так, не очень приятно. Два других кейпа в этой школе… их силы действуют в большей степени на самих кейпов, и тут особого дискомфорта нет, но вот твоя сила — она прям спамит, — негромко и неспешно вещал я, наблюдая, как девчушка становится всё бледнее с каждым моим словом. — Я понимаю, что ты новичок и прочее разное, но… не могла бы ты, скажем так, не тянуть свои условные тентакли ко мне?

— Я… Я не понимаю, о чём ты говоришь.

— Я допускаю такую мысль, но я же вижу, что не только твоя сила тянется ко мне, но и ты сама заинтересовалась «аномалией». К сожалению, если сами силы довольно быстро теряют интерес, то вот ты явно пытаешься разобраться, — я подмигнул школьнице. — Попробуй игнорировать странный отклик силы, и она очень быстро начнёт игнорировать меня.

— Я всё ещё не понимаю, о чём ты говоришь, — явно собрав волю в кулак, Тейлор пошла в несознанку, и я просто рубанул всё, что тянулось ко мне.

Умники они вообще тяжело на такое реагируют. А учитывая количество «тентаклей», что тянулись от девушки во все стороны, я хоть и рубанул с десяток, но их было гораздо-гораздо больше, однако школьница всё равно пискнула.

— Ай-яй!!! — отпрыгнув от меня на пару шагов, она помассировала виски и хмуро спросила: — Что ты сделал?

— «Я не понимаю, о чём ты говоришь», — повторил я фразу девушки, и она явно поняла, что я глумлюсь. — Приятно было увидеться, а теперь, прости, мне надо идти на занятия.

Честно говоря, я врал. Точнее, я сказал правду, но если специально не смотреть, то никаких воздействий не увидишь. Да, я мог просто добавить Тейлор в фильтр, чтобы моя защитная схема не оповещала меня о каждом её чихе, но, учитывая обстоятельства, я не мог упустить такую возможность. Если не изучить её, то можно хотя бы использовать неопытность нового кейпа, чтобы отстроить свою систему защиты.

Просто одно дело, когда эти тентакли скользят по тебе, и совершенно другое, когда кто-то их преднамеренно к тебе тянет. После встречи со Сплетницей — той девицей, что подкатывала ко мне с четырьмя наёмниками, — я понял: я мог травмировать эти их отростки. Но бездумно калечить тентакли тоже не выход. Кто-то может и обидеться так, что прилетит какое-нибудь чудо и ёбнет лучом мегаватт эдак на дохрена.

Так что нет, нет. Мне хотелось доработать пассивный вариант защиты, чтобы эта гадость меня вообще игнорировала. А ещё лучше — если бы она меня не могла нащупать. Чтобы добиться этого, нужны эксперименты в контролируемых условиях. Но беда в том, что у меня не было знакомых, чьи силы шарились бы по окружающим. И тут на тебе — такой замечательный добровольный помощник. Осталось только объяснить ему, что он именно добровольный.

Впрочем, я примерно представляю, как мыслят дети в этой стране и чего от них можно ожидать. Есть три варианта развития событий, которые могут произойти с 90% вероятностью, и все три меня в целом устраивают.

«Коготок увяз — всей птичке пропасть», — мысленно пробормотал я, обнаружив, что хоть сама школьница ко мне и не приближается, но её сила довольно густо представлена в классе, где я сижу. Да, её тентакли не шли со мной на контакт — ну, или, по крайней мере, быстро отдергивались. Чего нельзя было сказать о других школьниках и о чём-то, что находилось в стенах. И если связь силы со школьниками я мог воспринимать как силу умника, то на что влияет эта сила внутри стен? Вариантов на самом деле не так много, и это можно было проверить. Ну, либо отложить на завтра. В конце концов, поспешишь — людей насмешишь.

Глава 20

**

Муторный выдался месяц, очень муторный — и это я ещё мягко говорю, без мата. То, что родня сношает Куклу в мозг, я знал. Сначала обратил внимание на её вид после того, как она в очередной раз вернулась от них. Затем сам посмотрел при помощи разведывательного юнита (правда, понял далеко не всё: этот их язык я знал скверно). Ну а в третий раз она, размазывая по моей футболке слёзы и сопли, плача и рыдая, рассказала всё то же самое голосом.

Пока девушка была совсем не в себе, её особо не трогали. Но после того, как мы пожили вместе и её расклинило, она неожиданно стала если не завидной, то как минимум подходящей кандидатурой на роль невесты. Отец Сабах был достаточно прогрессивным человеком. Он был не из БААС, а «شُيُوعِيّ», но Восток — дело тонкое, а после его смерти всё стало ещё тоньше.

— Напомни положить на его могилу красные гвоздики, — произнёс я и отстранил от себя ревущую девушку. — Ты определись, что тебе важнее. Я-то, так и быть, приму любое твоё решение… Точнее, выслушаю и обдумаю любое.

При следующем посещении родственников Кукла чётко и однозначно заявила, что все планы в отношении неё родичи могут свернуть в трубочку и вставить в известное место. Те, конечно, поорали, попсиховали, но физически принудить человека с суперспособностями довольно сложно. В конце концов, если бы Сабах того захотела, одежда на этих родственниках превратила бы их в фарш, банально сжавшись на телах. Однако девушка была всё же достаточно мирная и просто ушла, вытерпев все упрёки.

Ну а ещё через неделю нас загребли в полицию. Когда я узнал, в чём нас обвиняют — точнее, в чём обвиняют Куклу, — я сначала удивился, потом охренел, а затем до меня дошло, кто всё это организовал. Тяжело было не догадаться.

— Я эмансипирован, разница в возрасте у нас с девушкой меньше пяти лет, и, если этого вам недостаточно, то сейчас приедет адвокат и повторит вам всё то же самое, — вздохнув, объяснил я полицейскому. Тот отвечал за преступников-подростков и сейчас вынужденно работал вместо психолога при моём опросе из-за некомплекта нужных служб.

Да-да, я проходил сейчас не как преступник, а как пострадавший, а точнее — изнасилованный, а если ещё точнее — растлённый… или как там это правильно? Хех… Сказать, что я охренел от постановки вопроса, — это ничего не сказать. Ещё лет тридцать тому назад я бросил курить, но теперь очень сильно хотелось затянуться. Все шаблоны в труху порвали.

Через полтора часа весь этот балаган закончился, и, так сказать, в целях извинения ребята из полицейского участка подвезли нас. За что именно они извинялись? Ну, Сабах начала слишком громко возмущаться из-за обвинений, а так как статья даже по американским понятиям довольно срамная, кто-то не выдержал и навесил «этой цветной» фонарь под глаз. Но девушка была до такой степени поражена информацией о том, кто именно её заложил, что не обращала на это вообще никакого внимания. Такое вот приключилось поганое приключение. Слов нет, одни междометия.

**

Вернувшись домой и потратив внушительное количество времени и нервов на то, чтобы успокоить девушку, я уложил её спать, а сам решил заняться сборкой клавиатуры под мой компьютер из маны. Опыт эксплуатации моих перчаток, заменявших средство ввода, показал, что это удобно лишь за пределами дома, когда нужно с чем-то по-быстрому разобраться. А вот для длительных сессий по написанию кода или общения в сети они были не очень хороши. Я использовал их и в своём мире, и здесь, но за прошедшие месяцы так и не привык к ним настолько, чтобы использовать неосознанно. Время от времени я сбивался, и это, пусть и немного, раздражало. Раздражение постепенно накапливалось, поэтому желание создать клавиатуру под свою систему было логичным.

Да и сделать это было просто. Найти нужные материалы несложно: я их буквально по почте заказал, а кое-что купил в магазине. Ну а клавиши и гравировку сделала Кукла. Достаточно было убедить её, что клавиши — это те же пуговицы, а пуговицы — часть костюмов, которые она умеет шить. В конце концов, она же ателье содержит.

Так как мне оставалась только сборка, процедура не заняла много времени, разве что пришлось снять пару кнопок и перевернуть магнитики вверх ногами. Да-да, фактически все эти кнопки содержали в себе небольшие магниты, которые отталкивались от таких же магнитов, закреплённых на общей площадке. Признаться, именно такой ход клавиш мне всегда и нравился. А учитывая, что я должен был соблюдать лишь свои стандарты, клавиатурный блок получился очень необычный: небольшой, но достаточно массивный, что обеспечивало комфорт ввода.

И да, поразмыслив, я переназначил верхнюю правую клавишу, чтобы она работала как триггер включения. Если на неё надавить, создавалась видимая панель, играющая роль экрана. Фактически это чем-то походило на тот нейробук, который я использовал в своём мире: у него тоже не было экрана, а использовалось что-то вроде голографического проектора, как было модно в фантастике. Хотя, как показывает опыт, всё, что описывается в фантастике, постепенно воплощают в жизнь. Хреново только то, что воплощают и всякие мерзости…

Ну а дальше моя мысль понеслась вскачь, а следом за ней и паранойя зашевелилась.

Так как моя компьютерная система не имела никакого понятия о правах доступа, механизм нужно было обеспечить иначе. Я посмотрел на свои руки, на перчатки, которые использовал, и решился на то, что планировал ещё месяц или даже два тому назад. Тёмная материя, мана… Она абсолютно никак не взаимодействует с обычной материей, и для неё нет никакой разницы, на что именно я заякорю эти структуры.

Был случай, когда я остался без одной перчатки, и тогда были все шансы влипнуть в неприятности — лишь чудом удалось избежать конфликта. Поэтому да, я наконец-то достал давно проверенную схему и запустил её. Не было никаких вспышек или особых ощущений, разве что работающий экран системы продемонстрировал появление нового устройства. Да-да, зачем держать схему аккордной клавиатуры на перчатках, если с таким же успехом её можно навесить на сами пальцы? Впрочем, я сделал не только это. Учитывая, что силы кейпов бывают самыми разными, я продублировал всё, что мог, и даже решился на кое-какую автоматизацию — просто на всякий случай.

Теперь система будет работать только при условии, что на кнопки нажимаю я. Клавиатура будет проверять, есть ли в пальцах нажимающего мана. А чтобы сбить возможного недоброжелателя с толку, я накидал несложную программку, которая якобы запрашивала пароль. Если кто угодно начинал нажимать клавиши на моей клавиатуре или пользовался моими перчатками либо другим устройством, перед ним появлялось классическое окошко ввода пароля.

Юмор ситуации заключался в том, что мне достаточно было нажать на произвольные клавиши, и система начала бы работать. Однако, если бы это начал делать кто-то другой, он бы навсегда остался в этом цикле. На самом деле, таким образом я скорее гасил своё раздражение. Всё-таки привод в полицию — это не самое интересное занятие, которое может случиться с человеком. Да и девчонку они довели до форменной истерики… И, естественно, всё это меня не то чтобы взбесило, но вызвало раздражение. Поэтому, поддавшись своей паранойе, я словно нанёс упреждающий удар по противнику, и на душе стало легче.

Поигравшись с вводом пароля, я подхватил клавиатуру, взвесил её на ладони и ухмыльнулся. И пускай устройство не могло выводить цветную картинку, а работало в монохромном режиме, фактически это был, если и не нейробук, то как минимум ноутбук. В принципе, если по какой-то причине придётся, так сказать, снять маску, можно будет таскать эту штуку с собой в школу вместо учебников. В конце концов, всю литературу я давно отсканировал.

Понимаю, что глупость, ведь я сейчас использую очки без диоптрий для того же самого, но привычка — штука страшная: столько лет прошло, а я до сих пор не отучился от классических методов ввода-вывода. Клавиши под пальцами и экран перед физиономией — must have.

Окончательно успокоившись, я посмотрел в окно и понял, что пора ложиться спать. Уже очень поздно. Как говорится, ещё пара-тройка часов — и можно не ложиться, а начинать готовить завтрак. Наверное, именно так и стоило бы поступить. Однако, так как я только закончил сборку клавиатуры, небольшой зуд ещё не прошёл, и я сам не заметил, как ввёл фейковый пароль, чтобы попасть внутрь системы.

После этого я не придумал ничего умнее, кроме как открыть приложение, умеющее обрабатывать протокол NNTP. Да-да, фактически я подключился к форуму ПХО через почтовый шлюз, и сделал это зря. Говоря проще, я наткнулся на обсуждение того, что Куклу обвиняют в нехорошем. Форумчане обсасывали её «ужасный поступок» и брызгали «спинным мозгом» на тему, что её надо срочно законопатить в Клетку… В особо поганую тюрьму для людей с суперспособностями, из которой никогда не выходят. Клетка — это дорога в один конец.

► Void_Cowboy (подтверждённый кейп)

Хотелось бы внести ясность в произошедшее, прежде чем вы наговорите лишнего (хотя, как вижу, кое-кто уже наговорил)… Довожу до вашего сведения, что этой якобы «жертвой» растления был я. И нет, нас отпустили не потому, что Кукла грозилась устроить теракт, как тут писали некоторые оптимисты, а потому, что в произошедшем не было состава преступления. Я достиг возраста согласия, а также являюсь совершеннолетним с точки зрения закона. Да и разница в возрасте с девушкой у нас куда меньше установленной законом. Поэтому смиритесь — мы живём вместе, и вас это никоим образом не касается.

► Chrome

Ковбой встречается с девушкой? Это ещё более безумное событие, чем то, что он кейпанулся :-)))

► Ttale

Лично меня смущает в этом тексте выделение слова «жертва» и использование слова «оптимисты». Не забываем, что Кукла ведь имеет статус властелина… Я ни на что не намекаю, но…

► Void_Cowboy (подтверждённый кейп)

Ты не поверишь, @Chrome, но как только я прекращаю говорить, девушки буквально гроздьями вешаются… Не понимаю, с чем это связано… Хм… Кейповщина какая-то.

@Ttale, я тоже ни на что не намекаю, но… ;-)

► Chrome

Ахтунг! Самокритика от Ковбоя? Что-то в мире сдохло.

► Winged_One

@Chrome Ковбой не существует.

► Chrome

@Winged_One Так вот же он…

► Void_Cowboy (подтверждённый кейп)

Она ответила на твои, @Chrome, слова.

► Chrome

@Void_Cowboy В смысле?

► Void_Cowboy (подтверждённый кейп)

Ты, @Chrome, сказал, что «что-то в мире сдохло», и она ответила тебе: «Ковбой не существует».

► Chrome

Фух… Это точно Ковбой, узнаю его стиль.

► Bagrat

И точно он… Фух… Я тоже на миг испугался, что Ковбоя поработили и заставляют писать что-то нормальное :-D

► Ttale

А вас не смущает, что он использует логику в своих размышлениях?

► Chrome

Хм...

► Bagrat

Хм...

Тот самый случай, когда известность сыграла мне на руку. Было достаточно появиться в треде, взять, так сказать, вину на себя, и истерия моментально схлынула, как будто её и не было. Судя по времени и накалу страстей, кто-то преднамеренно вбросил эту информацию в общий дискурс. Но топикстартер был анонимным — это был его первый и единственный пост. В общем, не удивлюсь, если это кто-то из родственников Сабах подгадил. Хотя, конечно, странно, что так быстро отреагировали.

С этими мыслями я продолжал развлекаться, общаясь с постояльцами форума. Благо, ничего сверхъестественного от меня не ожидали, а более вдумчивый подход стали считать следствием того, что я завёл себе девушку. Ну, или девушка завёла себе меня. В этом вопросе на форуме так и не определились до конца.

— Хм? — пробормотал я, обнаружив личное сообщение. Открыв его, я ещё раз хмыкнул: вопрос был любопытным.

► Winged_One

Кто ты?

► Void_Cowboy

Хороший и правильный вопрос… А кто ты?

► Winged_One

Сложно ответить.

Кто ты?

► Void_Cowboy

Мне тоже сложно ответить ;-)

Двуногое без перьев.

А ты?

► Winged_One

Двуногое.

На этом наше общение и закончилось. Выждав для приличия минут десять, я убедился, что новых сообщений нет, закрыл консоль и направился спать. Впрочем, это я зря сделал: времени было уже слишком много, и в итоге я не получил ничего, кроме головной боли. Не надо было засиживаться так долго, но все мы крепки задним умом.

К сожалению, из-за недосыпа утром я был слишком вял и безынициативен. Поэтому, когда Кукла впала в депрессию и принялась нести ересь про то, что возьмёт всю вину на себя, я не слишком хорошо справился с психологической помощью. С большим трудом удалось отговорить её от идеи расстаться. Причём, что забавно, она намеревалась не меня за дверь выставить, а сама съехать. Это было в каком-то смысле мило, но лишь в каком-то.

— Успокойся. Хейт сойдёт, а узнаваемость бренда останется. Просто не суетись и делай то, что делала всегда. В конце концов, в соседнем городе один из злодеев людей потехи ради из пулемёта расстреливает, и к нему никаких претензий. Впрочем, претензии, конечно же, есть, да высказать их побаиваются.

— Ты про Мясника? — уточнила Сабах и покачала головой. — Это ты меня, конечно, сравнил. Спасибо.

— Пожалуйста, — пожав плечами и улыбнувшись, ответил я. — Просто не суетись, не позволяй окружающим втянуть тебя в какую-нибудь хрень.

Девушка покивала и, сказав, что она взрослый человек и повидала эту жизнь, спустилась на первый этаж, занявшись заказами. Ну а я был вынужден совершить марш-бросок до остановки, где меня подхватил школьный автобус и увез в место, где я бессмысленно тратил часы своей жизни.

Но до математики я так и не добрался. Меня перехватили на полпути к нужному классу и пригласили к директору. Удивившись, я всё же проследовал в кабинет, где без особого удивления обнаружил героев. К счастью, ими оказались Штурм и Батарея, а не Оружейник, один вид которого вызывал у меня нервный тик. Признаюсь, я присматривался к его электронике, чтобы сделать что-нибудь нехорошее. Но проблема заключалась в том, что этот идиот и без моей помощи умудрялся творить дичь. На удивление, его алгоритм, помогавший ему общаться, не то чтобы не работал. О нет, он работал, пускай и не очень хорошо. Но вот рекомендации, которые выдавал этот алгоритм, Оружейник выполнял… И лучше бы он их не выполнял. Ходячая проблема исполнителя в доспехах и при исполнении, словом.

— Чем обязан? — осмотрев эту парочку (а они, как показывала моя январская разведка, были мужем и женой), я уточнил: — Вы тоже из-за вчерашнего эксцесса?

— А ты что, вчера ещё кого-то убил? — изобразив ладонью характерный жест, удивился Штурм.

— Эм… Чего? — обалдел я от такой постановки вопроса, но, пронаблюдав классический удар Батареи по Штурму, успокоился. У меня накопилась большая статистика того, как она его бьёт, и благодаря насмотренности я различал удары, которыми она его «заряжает», от тех, что наносятся для публики.

Заряжающие удары? Тут просто довольно удачно совпало, что Штурм мог манипулировать кинетической энергией: когда его кто-то как следует бил, парень не травмировался, но излишек энергии на время сохранялся, и он мог свободно его использовать. Словом, не удивлюсь, если кто-то из психологов придумал этот способ передачи энергии. Со стороны ведь выглядит очень глупо и неопасно.

— Хм… — протянул я, задумавшись, после чего поднял взгляд на героя в красном костюме. — Два героя демонстративно припёрлись в школу и вызвали к себе ученика… Я бы не сказал, что меня это беспокоит, но вы-то должны понимать, что своими действиями подставляете людей.

— Не беспокойся, сегодня будет встреча с героями, и не только тебя пригласили, — пояснила Батарея. — Всё в рамках профилактики преступности.

— Профилактика мотора заставляет мотор работать лучше и дольше. Поэтому, когда вы говорите о профилактике преступности… Хм…

Глава 21

Психологи — зло. Психологи СКП — зло во плоти.

Признаться, знал бы заранее, что произойдёт, остался бы дома. Ну или попытался бы вернуться пораньше. Но из-за долбанных героев я приехал уже к шапочному разбору. В общем, дядя Сабах нагрянул к нам домой и устроил безобразную ссору, а потом и вовсе принялся бить её по лицу и голове. Девушка и от событий прошлого дня до конца не отошла, поэтому, когда упала, естественно, воспользовалась своей силой, но излишне неудачно. Медведь, который служил ей грузчиком, шагнул вперёд и толкнул охамевшего придурка.

И всё бы хорошо, если бы он просто упал на пол. Но этот кусок говна не упал: он умудрился удержаться на ногах чуть дольше и вместо того, чтобы отделаться ушибом или, в худшем случае, переломом, разбил собственную голову о подоконник. Да, если бы я был дома, на этом бы всё и закончилось. В конце концов, сто–сто пятьдесят килограммов дурного сала — не та проблема, которую невозможно решить техническими средствами. Однако меня не было, а девушка всё ещё считала этого мудака родичем и не придумала ничего более глупого, чем вызвать скорую помощь… ну и полицию до кучи.

И, казалось бы, все козыри в руках, как говорит этот адвокат, помешанный на картах. Но не всё так просто. К сожалению, девушка в панике произнесла во время звонка полицейским, что убила человека. Я, конечно, слышал, что в Америке безумные законы, но мне и в голову не приходило, что у них буквально всё построено вокруг самооговоров. Я привык, что вину доказывают техническими средствами, и чистосердечного признания, скажем так, недостаточно. А тут — вот вам, пожалуйста: использовал неудачную формулировку, и доказательства, говорящие в твою пользу, не то чтобы игнорируют, но их становится недостаточно.

Повезло ещё, что я перед уходом в школу не забыл включить видеозапись системы видеонаблюдения. Так-то, по этическим соображениям, внутри дома я записи не вёл. Но так как Кукла была в подавленном состоянии, словно ангел-хранитель, на ухо нашептал, что стоит пойти против своих принципов. Да-да, у меня довольно странные принципы. Утыкать всё камерами мне совесть позволяет, не рассказывать о них никому тоже, а вот запись происходящего в доме — это, значит, уже неприлично. Вот такая у меня дурная и непоследовательная моральная база.

Имея на руках доказательства того, что на девушку фактически напали в пределах её собственного дома, мы медленно и уверенно шли к тому, чтобы произошедшее признали несчастным случаем. В принципе, с помощью психолога и экспертизы удалось доказать, что девушка в стрессе не то чтобы забыла английский язык, но использовала его недостаточно правильно. И чтобы отбиться от этой мелочи — от неправильных слов при звонке по номеру 911 — пришлось потратить довольно много денег. Всё же-таки адвокат работал не бесплатно, да и судебные заседания не приносили никакого профита, я уж про радость не говорю. Приходилось тратиться. Один раз пришлось даже начинать всё сначала. Словом, шла муторная позиционная борьба.

Если бы Кукла была простым человеком, система выплюнула бы её куда раньше. В конце концов, денег мы не жалели, так как девушка тоже согласилась продать недвижимость, чтобы покрыть расходы. Нет-нет, проблемой был факт того, что она обладала суперсилой. С одной стороны, прокурор давил на то, что это аналог смертельного оружия, то бишь девушка своего недоброжелателя не просто оттолкнула, а сделала это с помощью предмета, предназначенного для убийства. Там, конечно, всё было чуть сложнее, плюс разные бредовые глупости, но и это мы смогли оспорить.

А вот чего мы оспорить не смогли, так это позицию СКП, а недавний случай с кейп-певицей Канарейкой нам тоже очень сильно подгадил. Тут же все законы, будь они прокляты, строятся на принципе прецедента. А так как какая-то сволочь протащила прецедент с Канарейкой — девушкой, которая нечаянно убила приставшего к ней парня, — то это говнище и на нас попытались распространить.

Наш адвокат, Картёжник, как я его прозвал, буквально мясом наружу вывернулся, но всё же смог довести дело до того, что присяжные должны были проголосовать за самый идеальный вариант. Сабах должны были оправдать. Но ничего не может идти гладко, если кому-то это не по нраву и этот кто-то имеет власть. Буквально перед окончательным заседанием было принято решение передать дело в другую инстанцию. Столько времени убили на всё это, столько денег… И вот, когда уже маячила дверь за пределы этого бардака, её перед самым носом захлопнули.

Собственно, поэтому полностью продавать ателье и пришлось: одно дело — биться с системой в местном суде, и совсем другое — когда дело начинают рассматривать в федеральном. Что особо мерзко, так это то, что дело рассматривал тот же самый судья, который осудил Канарейку на пожизненное. На этом моменте баблишко фактически полностью улетело. Выручало лишь то, что те самые знакомые кейпы-бродяги, помогавшие продавать металл, снова вышли на связь и подтвердили, что могут пристроить некоторое количество железа. Только благодаря этому доходу удалось перекрыть затраты.

Слава автоматизации и стандартизации. Я смог провернуть всё это удалённо, а деньги начали поступать максимально оперативно. Судя по всему, подельники были в курсе ситуации и таким вот образом поддержали.

И да, невзирая на всю эту шляпу, Кукла вновь почти умудрилась выйти на оправдательный приговор. Однако по какой-то безумной причине главную улику защиты забраковали — видеозапись произошедшего. Мол, она сделана при помощи сил, а значит, может быть недостоверна.

Я, если честно, уже вообще никак на это не отреагировал. Мне третий день снится кое-что из родного мира, и я боюсь: если эта *уйня не прекратится, здесь произойдёт нечто подобное. Возникло какое-то нездоровое желание продемонстрировать всем этим клоунам последствия применения четвертого типа оружия массового уничтожения. Робототехника в пределах города без средств противодействия превращает его в склеп буквально за часы. Особенно если запас средств поражения достаточный. А он, даже с учётом моих ограничений на получение тёмной материи, — по нижней норме, но достаточный… Ну, почти. Вот ещё бы нейронки для распознавания целей… и кровавую баню можно хоть прямо сейчас начинать. Но чего не было, того не было.

Отбросив свои живодёрские планы, я всё-таки смог успокоиться и на более-менее холодную голову просмотреть разведывательную видеозапись. Да-да, я следил за многими участниками судебного разбирательства, в том числе и за судьёй. Поэтому для меня не стало неожиданностью, что однажды он пересёкся с генеральным директором СКП Ребеккой Коста-Браун, и та прямым текстом попросила его пойти на обострение, вместо мягкого решения свести всё в другую часть спектра. Именно после этого и началась вся эта фигня с оспариванием улик защиты.

Показав выдержки из этой записи адвокату, я попросил его обратиться к этим сволочам с предложением о рекрутинге Куклы в Протекторат. Мол, оставьте её в покое, а она пару лет поработает на вас в образе героя. Хорошее же предложение. На следующий день Картёжник озвучил его, но его банально проигнорировали. Забавно, но этот факт меня успокоил: я перестал переживать и даже улыбнулся.

Как я и говорил, у меня есть проблемы с целеуказанием. Очень тяжело создать дешёвый и масштабируемый способ селекции целей. Ведь даже если убивать вообще всех, в пределах города существует слишком много вещей, которые недостаточно умная система оценит неправильно. Однако с кейпами всё чуть проще. Эта с*чка, Коста-Браун, как показывала моя аппаратура, обладает суперсилами. И да, у меня есть её сигнатура. Было максимально легко подгадать время и место так, чтобы она совершенно случайно наступила на невзрачный клочок бумаги, который, прилипнув к обуви, проследовал с ней в здание СКП.

И вот, будучи в своём собственном кабинете, директриса и — как показали мои наблюдения — героиня Триумвирата Александрия трагическим образом ушли из этой жизни. Меня немного посмешил сам факт того, что директриса и Александрия были одним и тем же лицом. Ума не приложу, как окружающие могли этого не заметить. Я нечто подобное заподозрил ещё во время общения покойной с судьёй, а когда обнаружил у неё наличие суперсил, и вовсе почти на 100% уверился. Так что запись происходящего из кабинета лишь подтвердила мои подозрения.

Так как перед своей гибелью Александрия успела переодеться в супергеройский костюм и даже выйти на специальный балкончик, с которого она и взлетела, результат получился специфический. Словно человек нацепил на себя клоунский костюм и спрыгнул с балкона. Здесь же летающие супергерои были нормой жизни, а вот что нормой не было, так это то, что неуязвимая героиня Александрия размазывается о крышу фургончика клининговой службы.

Пока действовали её суперсилы, она была фактически неуязвимой, но, лишившись связи с ними, превратилась в обычную девушку. А обычные девушки не умеют левитировать в воздухе, к тому же эти существа очень хрупкие — я бы даже сказал, нежные и ранимые. Последнее и произошло: растерянный вопль, хлопок мяса о корпус машины и гнетущая тишина, сменившаяся перепуганными криками обывателей.

К сожалению, давить сейчас на судью было не очень разумно, ибо это превращалось в след. Но я как-то подустал от окружающих и необходимости строить из себя добропорядочного юношу. В конце концов, если прижмёт, всегда можно податься в злодеи. Тот же Лунг, например, спалил несколько зданий; известно о десятках убитых им людей, а по косвенным уликам там уже, наверное, за тысячу зашкаливает, и ничего — все просто терпят. Просто потому, что он сильный.

Меня позабавил несколько напуганный вид Картёжника, когда мы загружали ему на телефон материалы произошедшего. Видимо, до мужика дошло, что шутки шутками, но суперсилы — это суперсилы. С другой стороны, он быстро справился со своими эмоциями и уже через час умудрился пересечься с нужным мне человеком и показать ему этот видеоролик.

— Какие ужасные вещи происходят со столь сильными героями, — вздохнул Картёжник и бросил внимательный взгляд на судью. — Страшно подумать, насколько хрупка человеческая жизнь, особенно если человек не обладает силами. Вы так не думаете?

Я почему-то думал, что меня быстро найдут и, как бы это помягче сказать, расчехлят. Но нет, за всю следующую неделю ровным счётом ничего не произошло. В телевизоре, газетах и интернете творилось форменное безумие, но это почти никак не повлияло на судебную систему. Я приглядывал за судьёй на всякий случай — если ему вдруг захочется кому-нибудь что-нибудь ляпнуть. Но нет, сей персонаж оказался удивительно трусоват. И в этом был большой плюс: хоть мозги он нам всё ж таки пожевал напоследок, Сабах отделалась оправдательным приговором. Точнее, за сам факт убийства её преследование прекратили. Но это не помешало системе выписать двадцать часов принудительных работ на благо города. Мол, использование плюшевого двухметрового медведя в целях самозащиты — это нехорошо. Решение максимально странное, но и хрен с ним. Пара дней с метёлкой — это всё же лучше, чем пожизненное в тюрьме для садистов, психов и маньяков. Можно сказать, отделалась лёгким испугом.

К сожалению, всё в этом поганом мире было смешано: хорошее с плохим, а плохое — с ещё более худшим. Сабах и раньше не была образцом спокойствия и крепких нервов, а уж столь долгое судилище её и вовсе подкосило. Хотя, как говорил Картёжник, два месяца — это далеко не рекорд. Тем более в нашем случае дело передавалось из одной инстанции в другую, так что Кукла отделалась не только легко, но ещё и быстро.

Впрочем, этой самой быстроты было более чем достаточно, чтобы пошедшая на поправку девушка опять надломилась. Если бы мы вернулись в ателье, всё было бы не так плохо, но его пришлось продать, поэтому душевные раны Сабах усугубились внешними обстоятельствами.

— Клоповник, конечно, но как место, чтобы переждать пару-тройку дней, сойдёт, — вздохнул я, осматривая максимально убитую кухню в не менее убитой квартире, которую мы арендовали на ближайшую неделю.

Сабах не ответила. Она сидела на кровати и, опустив голову, смотрела куда-то себе под ноги.

— Я приношу одни лишь несчастья…

— Прости, что? — переспросил я, сделав вид, что не услышал, так как в это время был на кухне.

— Я приношу одни лишь несчастья! — куда громче и с лёгкой истерикой в голосе повторила девушка.

— Ну, что я могу сказать? Добро пожаловать в клуб, — сказал я на полном серьезе, но мои слова были восприняты как шутка, что и хорошо.

Приобняв девушку, я с удивлением заметил, что что-то не так. Секундная заминка — и до меня доходит: если раньше я был ниже Куклы, то теперь я сантиметра на два выше. Подрос, так сказать, за время её судилища.

Признаться, я тоже устал. И морально, и физически. Возвращение выдалось проблемным, но было страшновато бросать всё на самотёк, так что пришлось превозмогать. И готовить пожрать, и буквально насильно запихивать девушку в душ, а после — кормить и поить алкоголем… Ну и ночью тоже пришлось попыхтеть. К счастью, этого, в кавычках, самопожертвования более чем хватило, чтобы она перестала залипать в пространстве и пялиться в пол или стену. Эта её заторможенность меня, откровенно говоря, пугала. Если с проблемами окружающего мира понятно, что делать, то вот с психологическими расстройствами — это не та область, с которой хочется связываться добровольно.

— Вот что секс животворящий делает, — пробурчал я, обнаружив утром, что девушка уже бодрствует и ни много ни мало работает по профессии.

Как оказалось, она тоже заметила, что если в плечах я не раздался, то по высоте вытянулся, и одежда, хоть и налезает, чувствуется, что маловата. Будучи человеком со суперспособностью управлять материей — точнее, мёртвой материей, — девушка легко и непринуждённо организовала из запаса ткани вполне себе одежду. На самом деле синтетикой Кукла тоже научилась работать. Когда мы меняли проводку, я постепенно уменьшал количество доступных ей хлопковых нитей. Так что да, ей до сих пор легче всего давались натуральные материалы, но и с пластиком, и с прочей синтетикой она теперь тоже замечательно управлялась.

Примерив брюки с рубашкой, я лишь хмыкнул: из-за качества подгонки даже столь простая одежда выглядела на мне так, словно я какой-то тайный миллионер. У простого смертного в такой одежде да в таком месте могли бы быть проблемы. К счастью, у меня есть кое-что для самозащиты.

Попросив девушку остаться дома, я на всякий случай поработал с консолью, оставив кое-что «на всякий случай», и только после этого вышел из старого доходного дома. Ну, или как это правильно здесь называется: здание, построенное для сдачи квартир в аренду. Впрочем, заблуждаться не стоит: это место находится в откровенном гетто, а не в финансовом центре. На это намекало всё, начиная от граффити и заканчивая бездомным, который пытался вскрыть чью-то машину. В общем, пока я жил в доме родителей Грега, а затем переехал к Кукле, я это, скажем так, видел редко и издалека. А тут вся эта фигня начиналась прямо от подъезда. Да что там от подъезда — от двери квартиры! В конце концов, между третьим и четвёртым этажом кто-то обильно наблевал, и, судя по цвету и фактуре, сделал это не то вчера, не то позавчера.

— Мило, очень мило, — покивал я, закончив осматривать округу.

Мы были вынуждены вернуться в город, потому что не все дела были закончены. А так, наверное, стоило бы осесть где-нибудь в другом месте. С другой стороны, тут везде жопа. Какая разница, в какой именно её части ты находишься?

— Нужен дом, желательно свой, — я задумчиво вздохнул и неспешно пошёл вперёд. — Точнее, нужен участок, а возвести на нём дом — не проблема. Проблема — потом провести его по документам. Надеюсь, Картёжник сможет с этим помочь. Точнее, сможет помочь за вменяемые деньги.

Глава 22

**

Иногда мне кажется, что, попав в этот мир, я только тем и занимаюсь, что работаю с документами: запрашиваю справки, составляю запросы и вожусь с юристом. Это, конечно, ложное впечатление, но этого говна в моей жизни прям слишком много — больше, чем хотелось бы.

Когда мы облагораживали ателье Куклы, там буквально все карты сошлись (тьфу, блин, нахватался от Картёжника этих дурацких оборотов), а вот с новым жильём всё было куда хуже. Начнём с того, что недвижимость в городе стоила не сказать что много, но для молодой парочки без особых накоплений цены были пи*дец какие большие. А ведь ипотеку нам с Сабах точно не дадут, а если и дадут, то по такому конскому проценту, что лучше и не надо.

Кто-то может возразить, мол, Броктон-Бей — это постепенно умирающий город, тут много брошенного жилья. Я лишь покиваю: это и в самом деле так, заброшки здесь более чем достаточно. Но есть нюанс: большинство заброшенных зданий принадлежит мэрии, а мэрия не готова продавать их дёшево. Более того, для многих объектов они даже не могут снизить цену. Поэтому идея со строительством дома не была такой уж глупой, как могло показаться.

Но, к сожалению, и с ней возник ряд неприятных моментов. Невзирая на обстоятельства, законодательство в этом штате суровое. Мало того что твоё строение обязано соответствовать широкому перечню так называемых кодов, так ещё, словно в насмешку, существуют дополнительные правила — в том числе локальные, для самого Броктон-Бей, которые буквально запрещают строительство жилых зданий людям без специальной лицензии. Вот в соседнем штате бога ради строй, а здесь — хрен.

А ещё есть безумная нормативка, связанная с подключением коммуникаций. Когда я глянул на список необходимого, невольно родину вспомнил. Был у меня один знакомец, который пытался законными методами подключиться к газу. И ладно бы речь шла об аммиаке, водороде или синтез-газе, так ведь нет — обыденный метан. В итоге оказалось, что дело можно решить либо платежом, равнявшимся тогдашней стоимости его дома, либо взяткой, которая была не сказать что меньше. Он психанул и отапливал своё жилище электричеством. Весь юмор ситуации заключается в том, что до прихода Большого Песца он так и не смог израсходовать денег больше, чем стоило подключение к газу… И это при том, что за все эти годы цены на электричество неустанно росли.

Но вернёмся к настоящему моменту, к нашей ситуации. А ситуация была скверной. Надо было либо доставать баблишко и как-то его обелять, либо обеспечивать себе стабильный официальный заработок. И первый, и второй способы максимально сложные и не очень доступные. Кому нужны, скажите на милость, малолетка и девчонка, которую судили за непреднамеренное убийство? Ну ладно, ладно… Обвиняли её в другом, но не суть. Труп есть труп.

К сожалению, классический путь пролетал мимо нас. Даже если бы я сговорился с кем-то, у кого есть лицензия — а лицензия есть у достаточного количества людей, готовых принять от меня деньги. Так ведь и со строительными материалами — своя головная боль. В этом городе ты обязан предоставить на них документы. То есть нельзя построить дом из кирпича или досок, на которые у тебя нет накладных. В других штатах с этим было попроще, а здесь — именно вот так.

А я всё ещё удивлялся, почему столько бомжей по улицам ходят. А как им не ходить, если при избытке жилых площадей никто не может, да и не хочет заселять туда нуждающихся? В конце концов, тут же предсмертные судороги человечества, но 20 баксов — это 20 баксов, тут понимать надо.

Таким образом, покупка пролетала мимо, постройка своими силами — тоже, подключение к коммуникациям — мимо. Использование строения, не прикреплённого к земле, или дом на колёсах тоже не рассматривались: по закону находиться на собственном участке в таком домике нельзя больше 30 суток. Понятно, что можно устроить кошки-мышки с законодательством, но что-то мне подсказывает, что именно нам этого не позволят.

Оставалось два интересных способа. Первый — так называемое промышленное строение. Говоря проще, можно было сделать якобы склад с жилыми помещениями для охранников. Вполне себе рабочий вариант, многие так поступали. Я тоже поглядывал на этот способ, однако возникла проблема. Мэрия не горела желанием выдавать разрешение на утилизацию затопленных в бухте кораблей. Точнее, договориться было можно, но просили до такой степени много и сразу, что в этом не было никакого смысла. Гораздо проще было тупо забирать нужные мне материалы, не ставя никого в известность. Но без этой долбанной бумажки не получилось бы организовать предприятие по переработке затопленных кораблей. А значит, и денежки пролетают мимо, и повод открыть собственное дело. К тому же, кроме плюсов у этой хитрой схемы были и минусы: пришлось бы платить налоги, и не только налоги. И ради крыши над головой создавать фейковое юрлицо было глупо.

Но Картёжник выдвинул удивительно свежую идею.

— Прости, мне показалось, я ослышался. Не мог бы ты повторить только что сказанное? — удивлённо переспросил я, подумав, что мне надо либо уши проверить, либо к психиатру сходить.

— Я говорю, что жильё можно оформить как арт-объект, — повторил адвокат и, видя моё недоумение, объяснил: — Вот если ты возведёшь дом в виде Статуи Свободы или, там, летающей тарелки, то фактически это будет арт-объект. Скажем так, монумент. Однако закон не запрещает создателю такого вот творения жить в своём собственном творении. Если это, конечно же, возможно. А если ещё и коммуникации тянуть не надо, так это вообще хорошо. Городу просто не к чему прицепиться. К слову, я знаю двух парней, у которых есть подходящие участки. Интересует?

— Интересует, — кивнул я и переспросил: — А насколько вычурным должен быть этот арт-объект?

— Как я и сказал, именно так он и должен выглядеть. Я не преувеличивал. Нельзя признать арт-объектом классическое строение.

— А вот эти твои слова про летающую тарелку… Если я реально что-то вроде неё отолью, это не вызовет вопросов?

— Ну, конечно же, вызовет, — ухмыльнулся адвокат и постучал свежевскрытой колодой карт по столешнице. — Просто заранее подадим документы о твоём желании возвести на своём участке строение с художественной ценностью. Тебе это подпишут, и можешь строить. Главное, чтобы то, что ты нарисуешь в плане, соответствовало тому, что в итоге получится. То есть внутри может быть что угодно, а снаружи это должно соответствовать тому, что тебе подписали.

— А мне подпишут?

— Тебе подпишут, — вздохнул адвокат и отложил колоду карт. — Не бесплатно, конечно, но по сути за сущую малость. Думаю, баксов 200–300, и всё будет на мази… Ну так что?

— Ты знаешь, летающая тарелка — это не очень удобная форма, — задумавшись, пробормотал я. — Может быть, что-то более классическое? Ну не знаю… посадочный модуль Техносоюза там или просто лунный купол?

— Не знаю, о каком именно посадочном модуле ты там говоришь, не разбираюсь. Ну а лунный купол тоже звучит неплохо.

Зачем я вообще уцепился за эту идею? Ответ прост: если я засветился перед злодеями, то достаточно ограничено. А вот Кукла после судебного разбирательства, скорее всего, известна уже всем подряд. Хоть в прямом эфире её лицо и не показывали, но, зная судебную систему и прочие обстоятельства, можно говорить о том, что реальная личность девушки рассекречена.

Да и, как показали мои наблюдения, без этих своих выступлений ей, прямо скажем, плоховато. Нет, она может обходиться без них довольно долго — в конце концов, после обретения сил она далеко не сразу сделала себе костюм. Но тут надо либо заниматься чем-то интересным, либо такими вот… мероприятиями. Нормально работать ей теперь не дадут, а вот выступления, как это ни удивительно, запретить не могут. Тут и двойственная природа кейпов в плюс идёт. А даже если и запретят, можно просто не собирать донаты, и тогда к ней опять будет сложно подступиться.

Вернувшись домой, я обсудил этот вопрос с девушкой. Точнее, сначала предложил ей просто переехать: или в другой город, или в посёлок. Но она разумно напомнила, что в других городах те же яйца, только в профиль, а в маленьких поселениях всё плохо с работой. В общем, Броктон-Бей она считала привычным местом и менять локацию не горела желанием. Вот тогда я и выложил ей мысль по поводу строительства арт-объекта. Кукла засмеялась, и было видно, что её унылое настроение сменилось настоящей радостью. Впрочем, смех прошёл, и позитив тоже поутих.

— Хорошая шутка, — хохотнув в последний раз, произнесла девушка.

— А кто сказал, что это шутка? — спросил я и уточнил: — К слову, мне в голову пришла запоздалая мысль: ты вообще в курсе, как именно я зарабатывал деньги на металлическом ломе?

— Признаться, было не до этого, — ответила девушка и нахмурилась. — А ведь и в самом деле, как? Ты же умник-единичка.

Кукла сказала это как само собой разумеющийся факт. Затем она почему-то посмотрела на потолок и похмыкала.

— Хотя постой-постой… Проводку ты заменил, и здание тоже очень хорошо починил. И та самая история с оконными стёклами, на которых Призрачный сталкер чуть не закончился… Так это что же, ты, получается, технарь?

— Любите же вы здесь ярлыки навешивать. Ну ладно, так и быть, считай меня технарем, — вздохнул я. — В общем, это будет та ещё головоломка, но я эту штуку в самом деле могу построить. Точнее, даже не построить, а отлить. К слову, если ты поможешь мне своими силами, сможем управиться за день-два.

— Так быстро? — удивилась девушка.

— Так сам купол — это же довольно простая конструкция. Единственная сложность — вставить прозрачные элементы в нужные ячейки и закрепить. Ну и материал, его тоже надо как-то сюда привезти. Вот где сложность начинается, так это во внутреннем убранстве строения.

— А надо ли заморачиваться с такой большой конструкцией? — задумалась девушка, разглядывая мои предварительные наброски. — Может быть, лучше сделать группу небольших куполов? В одном — жилая часть, его ты можешь выдавать за техническое помещение. Ещё один купол можно использовать как оранжерею, это даже в тему будет. Ну а в третьем можно организовать гараж.

— А из половины купола можно сделать сцену для твоих выступлений.

— Да кто же на них сейчас придёт? — вздохнула девушка, но вновь начала улыбаться. — Хотя было бы приятно.

— Ну что ж, если не сгребать всё в кучу, требования к постройке упрощаются.

— К слову, а почему ты сказал, что половина купола для выступлений? Почему не целиком?

— Если мы будем пускать кого-то внутрь, то должны соответствовать требованиям, которые предъявляются к публичным зданиям. А это геморрой. Поэтому очень желательно, чтобы все гости всегда находились снаружи. А вот ты, как владелец арт-объекта, можешь находиться где хочешь.

— Ах, вот оно что. Ну да, логично. Тогда лучше взять вот этот участок. Он и поменьше, и транспортная доступность у него плюс-минус нормальная. Раз мы не собираемся на этом зарабатывать, то лучше не заморачиваться и сделать всё попроще.

— Согласен, звучит разумно.

**

Видимо, бюрократы решили, что несколько маленьких куполов — это нездорово и уж больно похоже на попытку сделать что-то непонятное. А вот схему с одним большим они одобрили без особого напряжения. Поэтому, получив на руки все необходимые документы, уже сидя в машине Картежника, я спросил его:

— Ты понимаешь, что произошло?

— Ну конечно понимаю, — ухмыльнулся адвокат. Покосившись на листок с внешним видом купола, который я разглядывал, он объяснил ситуацию: — Чем больше строение, тем сложнее и дороже его возводить. Скорее всего, они просто хотят на этом нажиться. Ну и не забывай: ты-то эту хреновину собираешься строить для того, чтобы в ней жить. Ты сам сказал, что это будет недорого, однако для классического строительства это не так. А раз с их точки зрения проект потребует больших денег, значит, ты попытаешься этот объект как-то монетизировать. Вот тут-то они как чёрт из табакерки и выскочат.

— Ах, вот оно что, — кивнул я и убрал лист с внешним планом в папку. — Ну, тогда у меня для них плохие новости. Как говорится, халявы не будет.

Пока суть да дело, пока Сабах отрабатывала положенные судом часы, прошло почти две недели. За это время мы не только выкупили участок, но я ещё и успел его облагородить. Точнее, облагораживала его в основном девушка. Совместными усилиями мы сделали для неё специальную «плюшевую» игрушку-бульдозер, которая и вынесла весь хлам с участка. Ну а затем, в основном по ночам, я принимал грузовики с материалами и постепенно наплавлял несущую конструкцию купола.

Как нетрудно догадаться, материалы добывались на тех же самых кораблях, с которых я срезал металл на продажу. Сейчас я делал всё то же самое, только формовал нужные мне компоненты в удобные для погрузки блоки, и две нанятые машины-воровайки неспешно всё это дело ко мне перевезли. Так-то не так уж много требовалось железа и алюминия, чтобы закончить каркас. Не такой уж большой купол получился — метров двадцать в диаметре, не больше. Но я делал настолько крупный объект впервые и перестраховывался. В конце концов, я же не на продажу его делаю, мне в этом потом жить.

Так как ветровую, снеговую и прочие нагрузки обеспечивал сам купол, домик, который мы возвели внутри, был сделан хоть и не из гипсокартона, а из куда более прочного материала, тем не менее я не особо увлекался: лишь бы стены могли выдержать полки с книгами или шкафчик с тарелками. Словом, жилище получилось довольно скромным по площади. Однако, учитывая, что под куполом всегда был нужный мне микроклимат, не стоило смотреть на это строение свысока. Дом внутри купола был местом, где можно было принять ванну, поспать и… пообщаться с девушкой. Никто не мешал взять кресло и поставить его снаружи, где-нибудь между виноградными лозами и помидорными кустами.

И да, мне совершенно не стыдно, что я с наглой мордой эксплуатировал детский труд. После того как я закончил силовой каркас и мы с Куклой облицевали его прозрачными элементами, к нам в гости залетела парочка героев. И если та девушка, которая работала транспортом, в моём понимании была не столько героем, сколько летающей проблемой, то вот вторая, которую принесла первая, героем уже являлась. По крайней мере, количество спасённых ею конечностей и жизней исчислялось многими тысячами. Да-да, к нам прилетели сёстры Даллон — Виктория и Эми.

Пока старшая из сестёр восторгалась внешним оформлением домика, напоминавшего не то пагоду, не то пряничный домик из сказки, её младшая сестра попалась на мою уловку. Я-то, в отличие от окружающих, внимательно читал о силах Панацеи и прекрасно осознавал, что она не только людей лечить умеет. Вот поэтому я к ней и пристал. Моя просьба была проста, как мычание: даже если я сейчас всё засею и понатыкаю нужные растения, далеко не факт, что они здесь примутся. А если и примутся, то это возня на не один день. Возиться с огородом я не то что не любил — просто считал, что чем меньше усилий это требует, тем лучше.

Слово за слово, доводом по столу — и раскрасневшаяся Панацея начала творить волшебство. И я сейчас, без шуток: свежезасеянная трава буквально на глазах проросла из семян, а привезённые чуть ранее кусты винограда и яблони не только прижились, но на каждом даже появилось по паре дополнительных листиков. Одним словом, я хотел лишь крупные растения подстраховать, а по факту она буквально всю территорию озеленила. Не пришлось ждать полгода, пока оно само всё зарастёт.

— Прости что? — переспросил я, обернувшись от куста, корни которого осматривал.

— Я говорю: ты что, злодей? — хмуро спросила Панацея.

— С чего ты взяла?

— Я представляю, сколько это всё стоит, знаешь ли. Хрум-хрум…

— Хм… Дай подумать… Материал и его доставка обошлись мне в три сотни, плюс ещё две тысячи было потрачено на мелочёвку и пятьсот — на материалы для сада, — перечислил я затраты. — Я, Кукла и Панацея работали бесплатно. Хотя нет, на Панацею была потрачена морковка.

— Кхе-хе! — поперхнулась гостья, которая, видимо, на автомате взяла этот овощ и с хрустом откусывала от него, пока слушала мою смету. С недоумением поглядев на предательский овощ, девушка хмыкнула: — Боюсь, Свинка поднимет визг.

— Свинка?

— Эмили Пиготт, директор местного отделения СКП, — поморщилась девушка. — Как бы этот ваш арт-объект не снесли.

— Признаться, меня поражает тяга местных жителей начинать всё с конфликта… Как можно быть настолько самоуверенным в мире, в котором куча людей с суперспособностями? И ладно бы это была Александрия… мир её праху… но эта Пиготт — она же простой человек.

Глава 23

Обсуждая человеческую идиотию, мы неспешно подошли к дому и обнаружили прелюбопытную картину. Гостья извинялась — причем как-то уже привычно, — а вот Кукла выглядела так, словно ещё чуть-чуть, и она кинется насиловать Викторию. С недоумением посмотрев сначала на одну девушку, затем на вторую, я запоздало вспомнил про силы кейпов, живущих в этом городе. Хлопнув себя по лбу, я, не скрываясь перед посторонними, открыл консоль прямо в воздухе.

Как я и подозревал, так оно и оказалось. Слава, конечно же, уже притушила свою ауру (точнее, она так думала), и большая часть этих своеобразных тентаклей, словно недовольные щенята, пыталась ухватиться за окружающих, но их словно каждый раз отдёргивали. К сожалению, не все жгуты подчинялись воле нашей гостьи. Несколько из них уцепились за Куклу, и, хоть она больше не помышляла об изнасиловании Виктории, определённый эффект на неё всё ещё оказывался.

— Блин, об этом я и не подумал…

— Извините. Честное слово, я старалась, но так получилось, — повинилась гостья и бросила на Панацею жалобный взгляд. — Эми, может, ты поработаешь с гормонами, чтобы снять этот эффект?

— Провериться у знаменитого лекаря — это всегда хорошо, но в данном случае проблему это не устранит, — покачав головой, не согласился я и принялся работать с командной строкой.

Нужно было навесить на Сабах доработанный вариант защиты, который прикрывал бы её не только от физических атак, но и от столь поганых воздействий на психику. Потом, конечно, придётся серьёзно подумать о том, как автоматизировать защиту, чтобы силы Куклы могли нормально работать, а пока в ручном режиме почикаем всё, что есть рядом.

— Виктория, я хз, что ты сейчас почувствуешь, но, пожалуйста, не суетись.

— Ты чего это задумал? — хмуро уточнила Эми.

— Сейчас просто экранируем, и эта её аура больше не будет действовать, — отмахнулся я.

— Совсем? — уточнила Панацея, нахмурившись ещё сильнее.

— Нет, только на нас. У меня-то защита от подобного на постоянку работает, а она у меня — кейп, на неё тестовые образцы вешать нельзя.

Сказано — сделано. Запустив команду и убедившись, что отклик верный, я пронаблюдал через интерфейс, как связь с Викторией разорвалась.

— Замечательно. А теперь, будь добра, продемонстрируй нам работу своей ауры. Надо проверить, насколько хорошо работает алгоритм.

— Вы уверены? — опасливо уточнила Виктория.

Увидев мой кивок, она отпустила свою силу с цепи. Я ничего не почувствовал, Кукла тоже, а вот Панацея нет-нет да качнулась. Я перевёл взгляд на неё и присвистнул.

— А теперь сверни ауру, — попросил я.

Я наблюдал, как основная масса тентаклей снова отдёрнулась, но некоторые из них остались на месте, и их было куда больше, чем держалось за Сабах ранее.

— Хм, любопытненько. Это, конечно, не моё дело, но остаточное воздействие выглядит не очень здорово.

— Ты… ты видишь мою ауру?

— В каком-то смысле, — покивал я, копаясь в консоли.

— Я что, влияю на сестру?

— Ну да, — оторвавшись от интерфейса, я с недоумением поглядел на Викторию, затем на Панацею, которая потемнела лицом и, судя по всему, была готова меня ударить. — Добротное такое постоянное воздействие… Не знаю, как перевести увиденное в проценты, но чисто навскидку — процентов восемь от полной мощности… Ты сдерживалась во время демонстрации?

— Само собой, я же не дура, — буркнула Виктория и вновь спросила: — Ты уверен? Мы же сёстры.

— Эм… — с недоумением протянул я и уточнил: — А какое это имеет значение для того, что даёт тебе силу?

— Ну… Эффект Мантона там… кхм…

— Если ты сама кайфа от ауры не испытываешь, значит, всё нормально. А Мантон… какие вообще претензии к ауре, которая именно на людей действует?

Дальнейшие события я мог назвать разве что цирком с конями: Виктория взлетела в воздух и, словно навозная муха, начала крутиться вокруг Панацеи. Она паниковала, просила прощения, заламывала руки и в целом суетилась. Эми же стоически материлась, но её пафоса хватило минут на пять, не более. А после она, видимо, случайно оговорилась:

— Ты моя неразделенная любовь.

Услышав такое, Виктория начала было что-то говорить, но потом, судя по всему, истинный смысл этих слов дошёл до неё, и она, словно перепуганная пташка, отлетела от сестры под самый потолок купола. Выматерившись, Панацея кинулась к выходу, но не тут-то было. Виктория коршуном спланировала вниз, демонстративно аккуратно схватила сестру под мышки и по воздуху доставила её обратно. Поставив вырывающуюся Эми на землю и придерживая её руками, Виктория посмотрела на меня со смесью ужаса и надежды:

— Ты можешь помочь? Это ненормально. Все говорили, что никакого воздействия нет. Мы же одна семья… Так не должно быть. Ааа!

К слову, пока происходило всё это действо, я обратил внимание, что Куклу окончательно расклинило: она с опаской смотрит на Викторию, скажем так, без какого-либо обожания во взгляде. Панацея же смотрела на меня волком, но совершенно по другой причине. Впрочем, гиперактивная Виктория, видя моё нежелание связываться с шапочно знакомыми героинями, зашла с козырей. Нет, особо крупной суммы денег она пообещать не могла, но обещала оказать доступную ей поддержку при первом же требовании. Да и саму Панацею, придавив её той самой аурой, вынудила дать схожее обещание.

Словом, человек одновременно пользовался этой возможностью и пытался от неё же экранировать родного человека. Это было довольно забавно, как по мне. Пришлось долго и нудно объяснять, что проблема даже не в том, что я не хочу им помогать (хотя и это тоже), а в том, что я не волшебник. Я могу снабдить всем необходимым свою девушку, так как она рядом, а их я вижу так близко впервые в жизни. И даже если они будут регулярно заходить в гости, это всё равно не панацея от возможных багов. Уж простите меня за каламбур.

Однако я должен был признать, что медицина — это та область знаний, которую должен знать кто-то другой. Да, ты можешь в этом разбираться, и это даже полезно, но, учитывая специфику, должен быть кто-то ещё, кто умеет лечить и делает это хорошо. Поэтому то, что Виктория принудила сестру дать обещание помогать по врачебной части, было очень щедрым, я бы даже сказал — жирным предложением. Я, конечно же, согласился. Тем паче Виктория просила меня обезопасить сестру, а не делать что-то с ней самой, чтобы та могла держать свою силу под контролем. Защитить именно Панацею было проще, чем ограничить Викторию. Да и услуга мне нужна тоже от Панацеи, а не от Виктории. В общем, я заострять на этом внимание не стал. Главное, что мне придётся меньше суетиться, а это важно.

Таким образом, сёстры Даллон не только осмотрели наш купол, но ещё и чаю успели попить, и телевизор посмотреть, и даже немного подремать, пока я занимался созданием и настройкой модуля. Тот рубил входящие тентакли, лезущие в мозг, но никоим образом не мешал медицинским манипуляциям, которые совершала сама Эми. Ну и «защиту от дурака» я тоже на всякий случай сделал, разместив якорь устройства на крышке часов, которые Панацея носила на руке, не снимая. Так что, пока часы прижимаются к руке, схема работает и защищает её, а если их снять, защитные свойства отключатся. Это я сделал на всякий случай, ибо нельзя переоценивать возможности автоматики. Уж что-что, а часто так бывало, что излишнее полагание на машинерию не шло на пользу. Всё ж таки техника рассчитана под определённые обстоятельства, и если они сильно меняются, что-то может пойти не так.

Устройство было сделано, настроено, и Виктория испытала его в работе. И да, так как она считала, что мы все под защитой, то ни в чём себе не отказывала и вжарила аурой на все деньги. В общем, когда я говорил про восемь процентов, я преувеличивал. Дай бог тогда был один процент, а то и вообще половина, что постоянно действовала на Эми.

Сейчас же мы с отсутствующими лицами смотрели на Викторию, которая даже раскраснелась от прилагаемых усилий. Но это нормально. Люди всегда не очень хорошо понимают, как прикладывать усилия там, где не требуется физическая сила. Знал одного любителя шахмат, который сильно напрягал шею, когда размышлял над своими ходами. Ему казалось, что он напрягает мозг, а по факту он обеспечивал себе лишь боль в шее. Но это так… Просто вспомнилось почему-то.

Что забавно, минут через пятнадцать Панацея попыталась снять часы с руки, но сама же заметила эту попытку. А затем сделала это ещё раз, и на этот раз это заметила уже Виктория. В общем, мы посовещались и решили браслет на пару дней заблокировать. Самой Панацее придётся приложить серьёзные усилия, чтобы снять часы раньше, но если это потребуется, кто-нибудь да поможет. Всё это лишь для того, чтобы она не сняла их автоматически, не подумав.

— Ну что я могу сказать? Классическая картина при синдроме отмены, — пожал я плечами, занося номера телефонов и никнеймы девушек в свою записную книжку.

На этом, собственно, всё и закончилось. Повеселевшая Виктория подхватила Панацею, пребывавшую в растерянном состоянии, и они улетели куда-то в сторону своего дома.

— Забавные у тебя подруги, — покачав головой, обратился я к Кукле, которая задумчиво смотрела вслед улетевшим героиням.

— Они мне не подруги, — ответила Кукла и с удивлением в голосе уточнила: — Откуда у тебя вообще такая мысль?

— Ну как тебе сказать… Я помню, как ты рассказывала, что они жаловались тебе на Призрачного сталкера. Да и сейчас они явно к тебе прилетели, или я ошибаюсь?

— Ну, вообще-то ошибаешься, — нахмурилась девушка. — Как я поняла, они просто прилетели посмотреть на купол как на достопримечательность, скажем так. Это я обратилась к ним по привычке, забыв, что на мне нет маски и костюма. А они, судя по всему, по голосу меня и опознали. Впрочем, ты же и сам Викторию слышал: она перед уходом упоминала, что на ПХО обсуждали моё дело. Благо хоть фотографии выкладывать не стали. Точнее, стали, но их модератор не пропустил.

— Всегда улыбал весь этот пафос вокруг тайны гражданской личности. По факту — всем плевать. Вот когда ты сильный, тогда да, все уважительно кивают.

— Согласна, — девушка печально вздохнула и пожаловалась: — Империя, судя по всему, узнала, кто я такая.

— И что? Ты для них недостаточно «белая»? — фыркнул я. — Надо, наверное, тебя так же, как и Панацею, насильно к защите пристегнуть… Ты столько раз бросала «якорь» где попало.

— Прости, — повинилась девушка. — Это с аурой эффект сразу понятен, а с физической защитой экспериментировать, прямо скажем, не хочется, да и глупо это.

На этом день и закончился. Первая полноценная ночь в окончательно достроенном доме выдалась короткой. Всё-таки тот удар аурой, который испытала Кукла, бесследно для неё не прошёл. Как говорится, если бы произошедшее этой ночью кто-нибудь записал на видео, нам бы пришлось куда дольше и сложнее отбиваться от обвинений в растлении, так как в целом спокойная и уравновешенная девушка в этот раз, откровенно говоря, переборщила с активностью. Но, признаться, после почти двух недель беготни и работы на стройке чего-то такого нам и не хватало.

В общем, спать мы легли ближе к трём. Сначала были заняты, а затем с недоумением смотрели на пожарище, которое несколько часов виднелось неподалёку. Как написали на ПХО, Оружейник смог захватить не просто злодея, а целого Лунга. Как это у него получилось, ума не приложу. В прошлый раз они всем Протекторатом пиздюлей выхватили, а тут на тебе… Будучи на дежурстве, да ещё и в одну каску такую дичь взял. Словом, дело пахнет подставой или пиздежом. Ну, а может быть, в кои-то веки реально подумал головой и смог придумать, как порешать главаря АПП.

Сам факт того, что эта организация хоть что-то может, меня и зацепил. Я уже давно размышлял о том, что излишне однобоко прокачиваю свою технику. Например, средства связи. Как упёрся в использование нитей из маны, так и не заменил их ничем. А ведь бог с ним, с вероятностью того, что их кто-то увидит. Проблема была в том, что нить маны при всех своих достоинствах обладала довольно нетривиальными минусами. На данный момент меня больше всего раздражало то, что нить — это не что-то вечное и неразрушимое. Она, скажем так, постепенно деградирует, и её надо обновлять. И если эту задачу я уже давным-давно решил, и нити, в том числе предназначенные для связи, были стабильны, то вот чего я побороть не мог — это расход тёмной материи.

Каждый километр нити ел ману, и ел её каждый день. И нет, её у меня было не сказать что много. Те штуки, которые дают кейпам суперсилы, немного влияют на распространение маны. Совсем чуть-чуть, но влияют. Правда, эффект скорее положительный. Но даже так суточная наработка не сильно превышает суточный же расход. То бишь, если мне, не дай бог, понадобится сделать что-то… ну, не знаю, ещё раз лишить кейпа его суперсил или город сжечь, придётся тратить с таким трудом наработанные запасы. Я, конечно, преувеличиваю, но проблема, чёрт возьми, есть. Надо было что-то делать с затратами.

Вот, собственно, со связи я и намеревался начать. В большинстве случаев постоянная нить связи не требуется: разнообразные датчики и даже шпионские модули могут сбрасывать данные в пакетном режиме. А так как аналога радиоволн там нет (точнее, есть, но сделать приёмник и передатчик почти нереально — слишком сложно без длительных исследований и поддержки суперкомпьютера), я решил воплотить стандарт RFC 1149 в реальности. Да-да, маршрутизация IP-пакетов с помощью почтовых голубей — это, конечно, первоапрельская шутка, но если подойти к делу непредвзято, идея не такая уж и безумная.

Что я имею в виду? Никто не мешает мне сделать из маны микро-дроны, которые будут записывать на себя пакеты информации и на большой скорости перевозить их к центру обработки данных, один из которых находится под поверхностью этого купола. Учитывая, что масса такой схемы, фактически не обладающей влиянием на материальный мир, ничтожна, скорость перемещения может быть огромной. И если околосветовые скорости я отбрасываю просто на всякий случай, то обеспечить передвижение нематериального объекта со скоростью в один-два или даже десять километров в секунду — не проблема. Я уже такое пробовал, и это прекрасно работает.

Тут главное перестраховаться и сделать всё системно, чтобы такой вот носитель информации, не дай бог, что-нибудь лишнее не сотворил. В конце концов, тёмная материя только с обычной материей не взаимодействует, а вот сама с собой — очень даже. Удивительно маловероятное событие, но всё же лучше не рисковать.

Собственно, именно этим я и занимался на занятиях вместо учёбы, не обращая особого внимания на окружающую действительность. Учителя уже привыкли, что меня на пьяной козе не объедешь, и даже когда я на них не смотрю, я якобы не витаю в облаках. Я в самом деле там не витаю — я просто занимаюсь посторонними делами. Сейчас вот разрабатывал и даже отрабатывал новый механизм связи.

Потому я и не обратил внимания на свою одноклассницу, Тейлор. Точнее, обратил, конечно, но подумал, что её недоброжелательницы пошли на обострение и теперь не только чмырят эту девушку, но и буквально побили её. Нет-нет, синяков у неё на лице и других открытых участках тела не было, но, судя по моторике, её явно отмудохали, и случилось это не так уж давно.

Впрочем, на перемене меня ещё раз послали лесом, и я… ну, скажем так, пошёл. Правда, не лесом, а в столовую. Если человек пытается сам решить свои проблемы, то кто я такой, чтобы мешать?

Глава 24

Сегодня я посмотрел на свою девушку совершенно другими глазами. Понахватавшись от меня разных непривычных идей, она изучила цены на подержанные автомобили, а затем — на топливо, которое тоже отдают не бесплатно. И ей в голову пришла забавнейшая мысль: если уж я смог убедить её в том, что нет никакой разницы, анимирует она плюшевую игрушку или модель бульдозера 1:4, то что мешает таким же образом двигать целый автомобиль?

Машин с убитыми двигателями, но более-менее целым корпусом, много. А если они ещё старых годов выпуска, когда топливо никто не экономил от слова совсем, то их можно забрать буквально даром. Признаюсь, я подумывал взять с рук GM EV1, который в моём мире пустили под пресс, а здесь они честно выработали ресурс батарей и остались не у дел или в потных ручонках разбирающихся в теме людей. Но там и остаточная цена была куда выше, да и кое-что пришлось бы оформлять через «задний», коррупционный ход. А тут, вот вам, пожалуйста: достаточно обеспечить работу бортовой электрики, тормозов и усилителя руля.

Но Кукла пошла дальше и задала логичный в целом вопрос:

— А ты не можешь натехнарить, чтобы машина без ГУР была словно он у неё есть?

— Как говорится, устами… хм… А ведь логично, — нахмурившись, я прокрутил мысль и был вынужден кивнуть.

— Тогда я возьму пикап из шестидесятых. Я знаю, где есть в хорошем состоянии, но не на ходу.

— К слову… — я наконец-то уцепился за мысль, которая не давала мне покоя: — А зачем тебе усилитель руля?

— А ты в курсе, какое там усилие? Здоровые мужики крутить эту штуку устают, куда уж мне?

— Кхм… То есть разогнать машину весом тонны эдак в две ты можешь, а облегчить поворот руля — уже нет?

— Кхм… — теперь уже Кукла задумалась. — А и в самом деле, чего это я? Надо просто попробовать. Если не смогу, ты что-нибудь придумаешь.

— Ну да, тут не поспоришь, придумаю.

Так что в выходные мы прошвырнулись по адресам, и в итоге её выбор пал на побитый жизнью и временем Chevrolet C10 Stepside… Его внешний вид, стиль и техническое оснащение давили настолько ядрёным духом игр серии Fallout, что я невольно ожидал увидеть слот под ядерную ячейку. Но нет — классический бензиновый V8 чудовищного литража (или V6? Впрочем, неважно, всё одно баластом будет работать) комфортно разместился в не менее внушительных габаритах подкапотного пространства. Да что там, он буквально терялся на фоне этого объёма.

— Какой замечательный диванчик, — изрёк я, обнаружив единое посадочное пространство вместо привычных кресел.

— «Этим самым» надо заниматься дома, а не в машине!

— Чем это? — не сразу понял я, что имела в виду девушка, но когда старичок-продавец заржал аки лошадь, тут и до меня смысл дошёл. — И это меня называют пошлым. Мда.

Продавец, к слову, оказался вменяемым мужиком. Узнав, что мы выкупаем машину не для того, чтобы сделать в ней что-то нехорошее, а наоборот — собираемся дать ей вторую жизнь, он расчувствовался и презентовал нам комплект удивительно новой резины. Сверившись с числами, я лишь в затылке почесал, так как им ещё и пяти лет не было. Но загадка объяснялась просто: эти колёса предназначались для другого автомобиля и были просто совместимыми. В любом случае, учитывая цену пикапа, подарок составлял немалый процент от стоимости.

К несчастью, сразу оседлать тачку при всём желании не получилось, поэтому пришлось раскошелиться, чтобы её дотащили до нашего купола, где я, эксплуатируя бедную девушку, заставил её переобуть нашу покупку. Если кто-то думает, что я сволочь и вообще подлец, то зря: всё происходило достаточно обыденно. К машине подходил плюшевый медведь, приподнимал и дожидался, когда я подставлю, скажем так, бакулочку, так как домкрата не было. После этого этот же медведь, благодаря специальным насадкам на лапах, откручивал прикипевшие гайки и снимал колёса.

После этого технарил уже я. Ну как технарил? Смазывал и проверял несущую конструкцию, после чего помогал тому самому медведю менять старую резину с дисков на новую… а затем в обратном порядке. В итоге, с учётом небольшой профилактики и замены износившегося, вся процедура заняла всего лишь час. А ведь это мы ещё не спешили.

Куда больше времени пришлось потратить на движок. К счастью, машина была заднеприводной в хорошем смысле этой фразы: просто сняв карданный вал, удалось избавиться от большей части проблем. А вот дальше полезли мелкие неприятности. К счастью, они были незначительными и легко решались при помощи моих возможностей. Всё-таки этой машине полвека, и там всё достаточно разумно устроено и места дофига: не надо лезть с микроскопом и программатором, достаточно просто подсветить лампой.

Но всё это меркло на фоне того, как пришлось убеждать силу девушки в том, что и машину она тоже двигать может. К счастью, у меня уже был определённый опыт взаимодействия с этими штуками, да и вообще статистика накопилась, в том числе и по тому осколку, который я тестировал в своей подводной лаборатории. Так что я пошёл по проторенной дорожке и постепенно приучал её силу к «лотку».

Дело шло не очень быстро, пару раз приходилось начинать заново, но к тому моменту, когда Кукла натянула на диванчик новый чехол, покрасила корпус и облагородила руль, ситуация сдвинулась с мёртвой точки. И хорошо так сдвинулась: по крайней мере, вокруг купола машина теперь носилась со скоростями, вполне приемлемыми для передвижения по городу, а управляемость была выше всяких похвал.

Впрочем, я опять вру. Чтобы убедить силу Куклы, пришлось пойти на отчаянный шаг. И вот сейчас, когда машина лихо развернулась перед входом в купол, девушка не выдержала и, выскочив из салона, подбежала к капоту. Так как это довольно древняя машина, капот у неё сделан из добротного толстого металла. В общем, когда она подняла его своими силами — ну, в смысле, руками, — то, запыхавшись, далеко не сразу поняла, что видит. А затем шокированно отскочила, из-за чего капот с грохотом закрылся, и из-под него раздались непонятные звуки.

Уставившись на меня квадратными глазами, она пару раз ткнула пальцем в сторону капота, попыталась что-то спросить, но не смогла. Справившись с собой, она вновь подошла к машине и, вспомнив, что не только девушка, но ещё и кейп, заставила капот открыться сам собой.

И вот нашему взору предстала занимательная картина. Ну, точнее, это же я сделал, поэтому я примерно представлял, что увижу. А вот Кукла была шокирована, обнаружив в подкапотном пространстве не движок, а плюшевого поросёнка. Анимированного плюшевого поросёнка, спешу я заметить.

— К-к-к… Какого *уя?! П-почему он шевелится?

— Так ты ему капот на голову уронила, естественно, поросеночек шевелится. Мог бы уже обхрюкал тебя матерно, так и знай.

— Но… Он же шевелится… — всё ещё тупила девушка. — Он сам по себе шевелится, я же к нему не прикасаюсь.

— В этом мире много что шевелится, к чему ты не прикасаешься… — начал было я и понял, что ляпну сейчас пошлость, а делу это не поможет. — Твоя сила сама себя ограничивает. Так что я применил к ней модифицированную методику психиатров.

— Кхм… — Кукла потянулась к поросёнку, и он обмяк, перестав двигаться, чем опять напугал девушку.

— Вы получили достижение «добыть мясо», — пошутил я и грустно вздохнул, когда Сабах обернулась ко мне с растерянным выражением лица. — Это я с этим материалом поработал. И чего ты так распереживалась?

— А… Ясно, — успокоившись, девушка положила руку на борт машины, и плюшевый поросёнок задорно выскочил наружу, но, споткнувшись, безвольно уткнулся пяточком в землю.

— Я надеялась, что можно будет управлять куклами без прямого контакта, — расстроенно произнесла она и вздохнула. — Жаль.

— Ну… Вообще-то это тоже можно твоей силе доказать, но там уже технические штучки-дрючки придётся использовать. Но в теории — скорее да, чем нет.

На этом вся та возня, связанная с автомобилем, и закончилась. Он просто появился у нас и сразу же стал выручать, так как до остановок общественного транспорта здесь было далековато, а такси — вещь дорогая, не наездишься. Ну а после того, как девушка покрыла машину каким-то специальным составом, невнятный красный цвет превратился в глубокий насыщенный оттенок, на который было приятно смотреть. Я же обеспечил лишь работу бортовой электросети, обогрев, охлаждение, зачаровал стекла на пуленепробиваемость, а ещё… Кхм…

Хотя нет, здесь я вынужден остановиться. Возился я с машиной долго, так как по местному телевидению было буквально нечего смотреть, кроме разжижающего мозг контента, и я тратил вечера в условном гараже, которого у нас, впрочем, не было.

Но скрывать не буду: было очень приятно получать похвалу за то, что обеспечил в машине такой комфорт. Элементы управления изменились слабо, однако свойства поменялись кардинально. Теперь «крутилочка» печки не только включала обогрев, но и охлаждение, причём охлаждение было достаточно мощным. Это нам очень пригодилось, так как холодные дни перемежались с очень тёплыми, солнечными, а у нас внутри всегда было так, как надо. Поэтому бронестёкла не опускались, да и воздух в кабину попадал не через щели, а через фильтр. Мелочь, как говорится, а приятно.

Это нас и выручило, когда всё началось. В один из не очень прекрасных дней нам под колёса кинулся какой-то узкоглазый мудак и… взорвался. Благодаря доработанному материалу машины мы отделались лишь испугом. Впрочем, так как взрыв был, скажем так, классический, нас бы одним таким «приветом» и без поддержки машины не убило. Индивидуальные щиты один раз точно бы выдержали.

Поэтому сейчас я восторгался бронестёклами по другой причине: я был рад, что нас не забрызгало остатками этого самоубийцы. Ну, а дальше получилось уже не так весело. Образовавшийся на капоте и окнах слой меня поразил слабо. Тем более, напомню, машина-то у нас красная — на ней чужие потроха видно плохо. Да и в моём мире, как я уже упоминал, справедливость далась не бесплатно. Поработаешь трактаристом на траншеях — и фильмы ужасов как-то совсем перестают казаться пугающими. А после пятого обеда без отрыва от производства на фрагменты тел смотришь куда проще, скажем так.

А вот девушка… Да, она такое видела вблизи впервые. Ничем иным я это объяснить не могу. Ведь вместо того, чтобы включить дворники и как можно быстрее покинуть опасную зону, она, чёрт возьми, открыла дверь и…

— А, понятно.

Культурные привычки победили страх. Девушку тошнило, и она пыталась делать это не внутри салона. В целом, реакция понятная, осуждать не буду. Но когда выпущенная кем-то пуля звякнула по крыше, я всё-таки затащил её обратно и, захлопнув дверь, принялся приводить подругу в рабочее состояние. Напомню, что машина работает исключительно на её суперсиле, а для меня это просто коробочка на колёсиках.

Включив дворники, я убедился, что штатные средства не справляются в полной мере. Вынув флягу с водой, я вышел на улицу и при помощи тряпки протёр окна, да и с капота сбросил, скажем так, лишнее, чтобы оно девушку не так сильно нервировало.

— Ну что, боец Кукла, продышалась? Хорошо! А теперь давай малый вперёд, — вернувшись в кабину, произнёс я бодрым голосом. — Понимаю, что ПТУРов и «капитошек» на руках у гражданских нет, но… далеко не факт. А кумулятивную струю стёкла всё же не переживут — на них схема универсальная, без излишеств.

К сожалению, этот жалкий психологический трюк не помог. Девушка видела изуродованное тело под колёсами, слышала хруст сминаемой плоти, когда колесо наехало на него, и просто не смогла продолжить движение. К счастью, за время, прошедшее с подрыва смертника, я успел не только успокоиться (я ведь тоже не железный), но и подумать головой, а не уставом.

У меня был выход: я заставил Куклу пересесть на пассажирское место, а сам сел за руль. То бишь, она давала тягу вперёд, а я уже крутил руль и следил за дорогой. К сожалению, гидроусилитель руля «пересел» вместе с девушкой. Она не могла усиливать руль своими способностями, не держа его в руках. Её сила сбоила, она не понимала, что именно ей нужно делать, и лишь мешала, а не помогала. Но, с другой стороны, рейку мы не меняли. Да и я на нормальных харчах, да при регулярной физической нагрузке, хоть немного но окреп. Не понадобились даже усиливающие схемы, чтобы хоть и не быстро, но уехать с места происшествия.

К слову, очень повезло, что всё началось именно здесь. Дорога была достаточно пустынной. Если бы нас застало это где-нибудь в пробке, пришлось бы машину бросать… Ну, или отсиживаться в ней и надеяться, что ничего непоправимого не произойдёт.

БАНГ!

В этот раз бахнул не смертник, а заряд в здании. Шрапнель из строительного мусора — это опаснейшая вещь, особенно когда находишься от взрыва так близко, но в этот раз машину от перекраски и полировки спасла физика. Расширяющиеся газы, даже в таком быстром процессе, как детонация, стремятся туда, где сопротивление меньше, поэтому основной поток осколков ушёл вверх и в сторону панорамных окон. А между нами и взрывом были несущие колонны.

Машину лишь качнуло ударной волной, благо схема бронирования смогла рассеять основной импульс, и мы услышали взрыв ушами как громкий хлопок, а не почувствовали своими собственными кишками как удар под дых. Кукла взвизгнула, но поступила удивительно удачно: она закрыла глаза ладонями и, как тянула машину с таким же усилием, продолжила это делать.

Бросив на неё взгляд, я осознал, что сидеть в тишине — не вариант. Видел я людей с таким восприятием: они в условной тишине дуреют. Поэтому пришлось переступить через себя, включить радио и выкрутить громкость, чтобы задорный мотивчик и гитарные переборы заполнили кабину. Пара секунд — и машину стало тянуть вперёд плавнее, да и сама девушка, хоть и продолжала смотреть куда угодно, но не в окно, вроде бы стала выглядеть получше. Она даже не вздрагивала, когда мы что-нибудь переезжали.

Та-та-тат! Та-тат!

Признаться, я чего-то такого и ожидал, но даже для кейпов это не очень характерно — вооружать своих приспешников не пистолетами или там автоматами, а натуральным станкачом. И что ещё менее весело, тот, кто орудовал им, знал, как держаться за эту «швейную машинку». Благо стреляли не в нас, а в высокоманевренную цель, судя по звуку и темпу стрельбы, а также по разлёту трассеров, что миниатюрным фейерверком уходили в небо.

Поперёк улицы, по которой мы неслись, прошло оптическое искажение, и с здания на одной стороне на здание на другой стороне прошмыгнул кто-то невысокий в зелёном костюме. Как показывает мой сканер, это была малолетняя героиня Виста, что состояла в Стражах этого города. Судя по её действиям, это именно её пытались прищучить, а она самозабвенно рвала когти, двигаясь в сторону комплекса СКП. И это она молодец. Для девочки 12–13 лет винтовочная пуля — это как для взрослого прилёт из КПВТ, вероятность того, что что-то оторвёт, близка к ста процентам, а костюмчик у неё такой себе. Не тряпка, конечно, но и не бронежилет.

И вот, когда я примерно понял тактическую картину происходящего, когда всё для нас стабилизировалось, а Сабах начала успокаиваться, лафа закончилась. Как говорится, недолго музыка играла. Я сейчас в прямом смысле этого слова: музыка на радио неожиданно оборвалась, раздался противнейший писк, словно кто-то поднёс микрофон к модему, а затем диктор начал заяснять, что новый кейп банды АПП объявил городу и героям ультиматум, требуя вернуть главаря — Лунга. Ну а чтобы «лучше думалось», она устроила ряд взрывов…

В принципе, это оповещение довольно полезное и в каком-то смысле своевременное. Все, кто не попал в замес, должны знать о происходящем. Так почему же я так негативно реагирую? Ответ прост: всё это подавалось в таком стиле, словно два бомжа и три алкаша подрались на парковке и разбросали мусор из контейнера. Ну, то бишь у нас перед капотом человека разорвало, а затем чуть бетонными плитами не смяло. Это, блин, совсем не смешно. А уж тем, кто был вокруг нас, у кого не было защиты и кого этими осколками всё же разорвало, — тем вообще не до смеха.

И при всём при этом: «Не надо волноваться, ничего страшного не происходит». Так, б*ядь, если ничего страшного не происходит, зачем же вы об этом по радио говорите таким натужным тоном, да ещё и со звуковым спецмаркером? В общем, сам от себя не ожидал такой реакции, но мне реально хотелось материться, и я не смог удержаться.

— Да ***** ****** вас ****** всех **** в ********!!!

Глава 25

Когда правительство говорит, что всё ОК и не надо беспокоиться, а у тебя на лобовом стекле и капоте висят чьи-то кишки — надо просто заползать в свой бункер и не вылезать из него пару месяцев.

К счастью для нас (да-да, я тоже не железный), оказалось, что боевиков у АПП не так уж и много, и боевые действия идут не по всему городу, а, скажем так, фрагментированно: где-то стреляют, где-то нет. Всё как всегда. Особо забавно смотрелся патрульный, который попытался выписать нам штраф за ненадлежащий вид машины, а затем это чудо заглянуло в кузов и обнаружило там чью-то руку… Вопли, крики, наставленный пистолет…

— Выйти из машины!

Жалко, что ли? Я вышел. Благо пистолетом в Куклу не тыкают, а то она совсем скисла за время поездки.

— Руки за голову!

Тоже не жалко, раз надо.

— На колени!

А вот тут меня это окончательно утомило.

— Чувак, иди на*уй, — сказал я. — Меня только что чуть взрывом не убило, и ради тебя я штаны марать не намерен. Есть претензии — говори, я отвечу.

— Я сказал: на колени!!!

— Ну а что ты мне сделаешь? Выстрелишь? Ну да, ты сможешь… Но если ты в меня выстрелишь, я тебе голову разобью. Веришь?

Полицейский кричал что-то ещё, а затем и в самом деле выстрелил. А потом ещё и ещё пару раз. Собственно, всё то время, которое я потратил, чтобы подойти к нему вплотную, он и стрелял. И даже когда я схватил его за шею и, используя усиление, пару раз приложил головой о тот самый капот, с которого совсем недавно убирал чужие потроха, он всё ещё пытался что-то делать, а потом банально потерял сознание. Приведя парня в чувство и убедившись, что он перестал суетиться и слушает меня, я обрисовал ему ситуацию:

— Значит так, дружочек. Меня вообще не е*ёт, как ты это сделаешь. Но если произошедшее здесь и сейчас выйдет за пределы твоей черепной коробки и у меня будут хотя бы намёки на неприятности, в тот же миг вслед за твоими словами из неё вылетят и твои мозги. Смекаешь?

Я бросил несопротивляющееся тело на асфальт, затем перегнулся через бортик и, подняв чью-то оторванную взрывом руку, аккуратно положил её на грудь этого страдальца.

— За то, что ты в меня выпустил всю обойму, в случае продолжения конфликта с твоей стороны я сделаю это с особой жестокостью. А если допекёт, то не только с тобой одним. Ты меня понял или мне для профилактики тебя ещё пару раз *еракнуть?

Куда менее уверенный в себе парень что-то невнятно булькнул, и я, успокоившись, начал садиться в машину, но…

— Серьёзно? — пробормотал я, когда что-то быстро приблизилось ко мне и попыталось… — Нет, в самом деле?! Мда…

Это был герой Скорость, и он пытался меня связать. Беда была лишь в том, что свежие исследования осколка дали мне новую информацию о них: я обнаружил базовый протокол, если угодно.

Осколок, а точнее его базовые функции, очень сильно напоминал мне безумную смесь бактерии и систолического массива. Точнее, даже не массива, а чего-то, что можно было назвать матрицей весов. Впрочем, это сейчас не столь важно. Важна именно первая часть — схожесть с бактериями. Говоря проще, эти штуки могли дать понять своим собратьям, что всё, хватит, дальше тянуть свои тентакли не надо.

Я этот маркер и сам использовал, и для защиты девушки тоже. Правда, там пришлось повозиться, чтобы правильно, скажем так, подписать эти самые маркеры. В отличие от меня, кто кейпом не был вообще, и Панацеи, которая работала исключительно вблизи, Кукла иногда прокидывала управляющие нити и на несколько десятков метров. Её невозможно было «бронировать в круг» — надо было отметить места для безопасного выхода силы и показать этой самой силе, куда лезть можно, а куда — нет. Ну а внешним силам надо было просто сказать: занято.

Да-да, сила Куклы несколько охренела от того факта, что кто-то поставил предупреждающие значки от её имени, и… ну, естественно, она их проигнорировала, и ничего не случилось. После этого сила девушки обнаружила универсальные маркеры, решила забить на предупреждение и сразу же поплатилась за это. Сила девушки хоть и понимала, что не все маркеры с её подписью — её, но когда за предупреждающим знаком «мины» и в самом деле обнаружились мины… После этого проблем не было. Тентакли вдумчиво исследовали границы защиты, и… дальность действия силы Куклы выросла раза эдак в два.

В этом отношении проще было с Панацеей. Там я использовал общий маркер без подписи и немного доработал часики этой нашей лечилки-воскрешалки так, чтобы она могла работать с пациентами, не заморачиваясь включением и выключением защиты.

Что-то я увлёкся заклепками, хотя они важны в данной ситуации. Именно из-за этих маркеров многие силы, не использовавшие дальнодействие, стали относиться к моей защите со всей серьёзностью. То бишь, если раньше Скорости пришлось бы буквально дотронуться до меня, чтобы он испытал хоть какие-то проблемы, то теперь ему было достаточно просто подойти близко. А так как, чтобы связать человека, нужно встать к нему вплотную, со стороны это смотрелось максимально странно: размазанный в пространстве всполох — и вдруг рядом со мной материализуется мужик, который неспешно пытается изобразить что-то с верёвкой. Весь юмор ситуации заключался в том, что он, судя по всему, до такой степени привык к тому, что весь мир его ждёт, что не сразу осознал: никакого ускорения больше нет, а я внимательно наблюдаю за его неторопливыми действиями.

— Не пойми меня неправильно, но я не из этих, — буркнул я, толкнув парня в грудь, из-за чего тот потешно сделал пару шагов назад, пытаясь удержать равновесие. — И вообще, какого хрена ты ко мне пристал, если у вас сейчас в городе куча народа с огнестрельным оружием бегает и бомбы взрывает? Даже Виста делом занята, а ты тут хернёй страдаешь. Не стыдно?

Парень, на удивление, не кинулся с кулаками, гранатой или ещё чем-то, а поразил меня в самое сердце:

— Я как раз и бежал к месту происшествия, как увидел избиение полицейского при исполнении. Связать тебя — дело пары секунд… — бодро заявил мужчина и явственно смутился: — Ну, в смысле, должно было быть делом на пару секунд.

— Эй, представитель правоохранительных органов? — обратился я к полицейскому, который ещё не успел встать и всё так же лежал с куском чужой руки у себя на пузе. — Тут говорят, что какая-то сволочь тебя избила. Это правда?

— Кхм… — сбросив с себя «подарок», парень покачал головой и сразу же сморщился, видимо осознав, что после того как твоей головой бьют по машине, головой лучше не размахивать. — Нет-нет, уважаемый герой, вам показалось, я… я просто упал.

— Вообще-то у меня есть запись произошедшего, — начал было Скорость и с недоумением уставился на мою протянутую руку. — Что?

— Здесь ничего не было, поэтому отдай запись, и разойдёмся.

— Зачем мне это делать? — хмыкнул герой.

— Робин, не е*и мне мозги, просто отдай запись, и мы спокойно разойдёмся, — произнёс я и только после этого осознал, что ляпнул лишнее.

— Ч-что?! Ты… — герой аж отпрыгнул и явно приготовился к драке… По крайней мере, это можно было понять именно так, но на сверхскорость он перейти не смог, поэтому выглядело всё это несколько потешно. Благо со стороны это казалось не смешным, а просто вежливой беседой, и это было хорошо.

— Значит так, дружочек, — невольно замолчал я на мгновение, осознав, что повторяю одну и ту же фразу уже во второй раз: — Меня вообще не е*ёт, как ты это сделаешь. Но если произошедшее здесь и сейчас выйдет за пределы твоей черепной коробки и у меня будут хотя бы намёки на неприятности, в тот же миг вслед за твоими словами из неё вылетят и твои мозги. Смекаешь?

— Это угроза? — напрягся мой собеседник.

— Как я и говорил при прошлом моём посещении СКП: угроза — это когда взрывом разматывает потроха по стенам. А сейчас это не угроза, это лишь озвучивание позиции. Отстаньте со своей чушнёй, прекратите лезть в мою жизнь, и я буду меньшей вашей проблемой. Более того, я вообще вашей проблемой не буду.

— Ты знаешь моё имя…

— Ты же знаешь моё, так почему же ты считаешь, что кому-то было не впадлу заплатить двести баксов и купить данные о тебе? — соврал я про платность этой процедуры.

— Это неприемлемо!

— Ты прав, даже не дали скидку за опт… Крохоборы, — хмыкнул я и сел за руль, бросив перед тем, как захлопнуть дверцу: — Я сказал, а ты услышал… Отвяжитесь.

Понимал ли я, что создал себе проблемы? Ну конечно понимал. Я же оптимист, а не дурак. История с Александрией, которую я шлёпнул в состоянии аффекта, напомнила мне: хоть я и уязвим перед силами кейпов, сами они не менее уязвимы уже передо мной. Говоря проще, мне нужно просто держаться от них подальше. Но, как видим, получается плохо.

Да что там… у меня даже девушка — и та с суперсилами. В своё оправдание скажу: найти кого-то её возраста и её психотипа сложновато. Я хоть и выгляжу как пацан, но мыслю иначе. Словом, налицо серьёзные ограничивающие факторы, так что я взял то, что было. Если считаете, что можно было найти что-то получше, скажу лишь одно: ну что же, походите по рынку, поспрашивайте.

На этой мысли я невольно улыбнулся. Видать, непривычные обстоятельства вынуждают разговаривать с самим собой столь странным образом. Уже с невидимыми собеседниками общаюсь… вот до чего неудачно начавшийся день доводит. Да-с.

К счастью, дальнейшая наша дорога прошла значительно спокойнее. А Куклу расклинило, и слова полились из неё рекой. Врать не буду, доводилось мне видеть, как люди переживают стресс, и то, что она сейчас говорит не затыкаясь, — хороший знак. Понятно, что меня это раздражает, но знак всё равно хороший. Значит, она в себе не зациклилась. Когда люди замыкаются в себе, это ещё хуже — тогда любая дичь возможна.

Помню, был у меня сосед-выживальщик. Признаться, я ему страшно завидовал: максимально прошаренный в теме выживания и подготовки к нехорошему человек был. А как всё под откос пошло… посидел, поел запасённую тушёнку, попил водки и через неделю просто шагнул с балкона. Так что вы можете представить моё состояние, когда, можно сказать, икона выживания и образец для подражания таким банальным образом покинула эту нашу, прости Зевс, многопользовательскую игру с полным погружением. Я про жизнь, если кто не понял.

Так что да, болтает — и хрен с ней. Пусть болтает. А уж её маниакальное желание загнать машину на автомойку — в этом нет ничего плохого, это даже рационально. К сожалению, пришлось воспользоваться автоматической мойкой и орудовать щёткой самому, так как даже у меня не хватило бы совести заставить заниматься этим кого-то другого. Так-то мы хоть и довольно быстро покинули зону боестолкновения, но органика уже успела подсохнуть. То ещё зрелище, да и запашок тоже не самый весёлый. Это Кукле хорошо: она внутри кабины сидит, а там воздух из фильтра плюс ароматизатор. А снаружи… да, и выглядит стрёмно, да и вообще.

С такими упадническими мыслями я закончил шоркать специальной щёткой, и мы наконец-то доехали до дома.

Оказавшись под куполом, я перезагрузил свою защиту, которая жалобно сообщала о ряде неустранимых ошибок. Всё же схему я делал — хоть и по лекалам родного мне мира, но и здесь были свои обстоятельства, поэтому всё работало несколько не так, как мне хотелось бы. Да и «на основе» не значит «точная копия». Я просто не помнил некоторых моментов и был вынужден додумывать их здесь с нуля. Поэтому я не удивился, обнаружив осколки пистолетной пули у себя в нагрудном кармане. А вот что меня поразило, так это смятая, но целая пуля винтовочного калибра, обнаружившаяся в кармане брюк. В общем-то, и рубашку, и штаны можно выбрасывать: внешний слой такого издевательства не перенёс.

Однако вопрос остаётся открытым. Если с пистолетными пулями всё понятно, то откуда взялась винтовочная? Тем более, с задней полусферы?

Выбросив кусок мятого металла в мусор, я помыл руки с мылом и, непроизвольно улыбнувшись, вспомнил, когда именно я мог выхватить такой подарок. Всё оказалось просто. Когда я бездумно вылез оттирать лобовое стекло, тогда и прилетело. Защита сработала идеально, а так как я торопился и ещё за крыло зацепился, вот, видимо, в этот момент и прилетело. Зря я тогда за пределы кабины вылезал. Но, с другой стороны, забрызгало так хорошо, что не было видно буквально ничего.

На будущее, как мне кажется, надо организовать что-то вроде камеры внешнего обзора, к которой можно будет подключиться через мои интерфейсные очки. Хотя повторение данного события маловероятно… Однако сделать это всё равно надо. Потому что маловероятное событие, хоть и близко к нулю, но не является нулём. К слову про ноль: надо ещё и аварийный механизм передвижения добавить. Это, конечно, хорошо, что девушка взяла себя в руки и дотащила тачку до купола, но нужен и автономный вариант на случай, когда её рядом не будет, а ехать куда-то потребуется.

С такими мыслями я зашёл в свою комнату (напомню, ночуем-то мы раздельно) и, переодевшись, вышел в кухонную зону. Там я увидел девушку: она окончательно пришла в себя и, даже не знаю, как это описать словами… в общем, она открыла холодильник и жрала.

Ну что же, повышенный аппетит при стрессе — это тоже не самый худший вариант. Если кто-то таким страдает или, наоборот, наслаждается, то, чтобы не навредить здоровью, нужно просто дать себе что-то пожевать. И это «что-то» не обязательно должно быть калорийным. Утрирую, но таким людям достаточно создать давление на грудину, и их отпускает. А этого эффекта можно добиться даже правильным дыханием. Жевать совсем не обязательно, хоть и комфортно.

— Джем с котлетами? — удивился я, вглядевшись в то, что в данный момент жевала Кукла. Поразмыслив, я кивнул и произнёс: — Оставь мне одну. Тоже хочу попробовать столь странное сочетание.

Девушка покосилась на меня со странным выражением лица, передала мне банку и тарелку с котлетами и попыталась перестать есть. Но получилось у неё плохо, и она, словно молочный вампир, присосалась к пачке с молочкой.

Опустошив ёмкость, девушка нашла в себе силы захлопнуть дверцу холодильника и вернуться к столу. Я сидел там и с определённым сомнением наливал варенье на котлету, откусывая от неё. Не сказал бы, что в этом было что-то божественное, но, на удивление, это было съедобно. Признаться, я ожидал худшего.

— А насколько крепкий у нас купол? — спросила девушка и вцепилась в столешницу, да так, что её пальцы побелели.

— Достаточно крепкий. А что такое? — уточнил я.

— Может быть, нам стоило сделать какой-нибудь… ну, не знаю, подвал? — неуверенно пробормотала она, явно стесняясь своего вопроса.

— Ну, положим, подвала здесь и в самом деле нет, однако есть механизм двойного назначения.

— Какой-какой механизм?

— Некоторая инертность мышления заставила меня позаботиться о защите на случай прихода комиссии из мэрии, — начал я и, видя недоумение на её лице, пояснил: — Та рукоятка за холодильником… если её опустить вниз, весь наш домик уйдёт под землю. Точнее, под землю уйдёт его внутренняя часть, а фанерные стены как стояли, так и останутся на месте.

Я полюбовался растерянным выражением её лица и ухмыльнулся:

— Это не шутка. Если не веришь, можешь опустить рукоятку.

Девушка криво улыбнулась, затем нахмурилась и, порывисто встав со стула, подбежала к холодильнику. Дотянувшись до небольшой рукоятки, она резко дёрнула её вниз. К её раздражению, ровным счётом ничего не произошло. По крайней мере, в первый момент. А вот когда она обернулась и вдохнула воздух, чтобы что-то произнести, то заметила неладное. Вибрация. Как бы ты ни заморачивался с качеством направляющих и механизмом опускания, столь большой объект, как дом, даже небольшой, чисто физически не может опуститься в отверстие в грунте без какой-никакой вибрации.

Если бы у нас были полноценные окна, мы бы увидели происходящее глазами, но делать окна я поленился. Вместо них были так называемые солнечные лампы, создававшие приятное рассеянное освещение. А для любителей окон у нас был купол. Как говорится, выходи и смотри в любую сторону. Но вернёмся к девушке. Она замерла, а затем кинулась к выходу, откуда и раздалось её одновременно восторженное и испуганное восклицание. Ну да, теперь, чтобы выйти из жилого объёма, придётся воспользоваться лесенкой. Но невелика плата за то, чтобы быстро и комфортно укрыться в небольшом бункере.

С другой стороны, положа руку на сердце, крепость купола и внутренних стен обеспечивается в большей степени тёмной материей, чем сталью и грунтом. Но психология с трудом верит в эфемерные концепции, а вот в предметы, которые можно потрогать руками, она верит охотно.

— Ну что, тебе полегчало? — спросил я, но ответа не дождался.

Удивившись, я доел котлету и, помыв руки, вышел из кухни, чтобы посмотреть, в чём дело. Пройдя по коридорчику, я заглянул в прихожую и непроизвольно ухмыльнулся. Девушка, усевшись на подставку для обуви, привалилась спиной к стене и заснула. Ну что же. Признаюсь, всегда завидовал таким людям. Умение заснуть сразу, как только оказался в более-менее спокойном месте, — это дорогого стоит.

Глава 26

Кажется, я уже это говорил, но повторюсь: когда ты достаточно автономен и не зависишь от окружающих систем и людей, жить — особенно в условиях чрезвычайной ситуации — становится значительно легче и комфортнее.

Вот взять для примера нашу ситуацию. Уже неделю в городе творится чёрт знает что: суета, стрельба, взрывы, ограбления, изнасилования, поджоги… А у нас — тишь да гладь. По всему городу воняет гарью, а у нас пахнет зеленью и свежестью. Я разложил складное кресло рядом с виноградным кустом и наслаждался солнечной погодой и общением. В открытой консоли отображалась программа для работы с группами новостей, благодаря которой я мог общаться одновременно и на форуме ПХО, и на моём любимом ресурсе для любителей здорового образа жизни. Под эту категорию попадало довольно много людей, и, кроме откровенных фриков, там были и вполне себе интересные собеседники.

Так что да, дымы за пределами купола меня смущали слабо. Горит и горит… Значит, кому-то это нужно.

Благодаря новой версии выносной антенны качество приёма радио улучшилось ещё сильнее, так что я мог выбирать из нескольких сотен радиостанций по всему миру. Словом, я предавался безделью, и это меня никоим образом не расстраивало. А вот что меня расстроило, так это тот факт, что музыка стала чуть тише, и система мониторинга оповестила меня через голосовое сообщение:

— Пять целей рядом с зоной безопасности. Цели распознаны: кейпы Сплетница, Адская Гончая, Тейлор Эберт (одноклассница) и юниты: Хтонь №2 и Хтонь №3.

К слову, да. Я пересмотрел свои планы и на фоне происходящего бардака тоже упёрся в простой вопрос, на который в моём мире уже давным-давно ответили: может ли автоматическая система принимать самостоятельные решения об атаке разумных существ? Ответ удивительно прост и понятен. А учитывая, что разнообразие возможностей кейпов столь велико, что далеко не факт, будто ты сможешь принять обстоятельное, взвешенное решение… Словом, да. Теперь автоматика есть, и её представления о допустимости применения силы достаточно своеобразны.

Мои руки замерли над клавиатурой. Вместо того чтобы отправить очередное сообщение на форум, я задумался. Как я знал из результатов мониторинга, группа этих мелких злодейчиков жила и, так сказать, творила в другой части города, а значит, здесь они не просто так. Впрочем, система напомнила о насущном:

— Две цели в зоне безопасности. Цели распознаны: Сплетница и Тейлор Эберт (одноклассница). Противодействие начнётся через 10, 9, 8…

Я лишь вздохнул и распорядился голосом:

— Пауза.

— Команда «Пауза», — отозвалась система и замолчала. Только невзрачная иконка на циферблате часов как бы намекала, что пауза — это не отмена, и автоматика бдит.

Однако заморачиваться общением с гостями мне не пришлось.

После того как я заглубил наш домик ниже уровня земли, организовав что-то вроде небольшого бункера, пришлось доработать систему освещения и разместить на стенах фальш-окна. Благо я наконец научился делать более-менее цветные проекции. Цветопередача, конечно, была аховая, но чтобы понять, что к куполу кто-то подъехал, этого было более чем достаточно.

Так что компанию этих хмырей заметила не только автоматика, но и Сабах. Вооружившись куклой преторианца, она вышла наперерез пришедшим. Этот её «римлянин» хоть и был, скажем так, «на проводном» управлении, но нить связи была очень крепкой, а сама кукла воина лихо орудовала колюще-режущим. Девушка уже однажды применяла эту игрушку в целях обороны: в прошлый раз до нарезки мяска не дошло, но плюшевый преторианец мог и кулаками люлей отвесить — благо в конечностях у него были вполне себе грузики, работавшие своеобразными кастетами.

Словом, не надо недооценивать швею… иначе может нечаянно всплыть изначальная специализация её силы — чучельник.

Пока я морально разлагался, девчонки успели повздорить, а кукла воина без затей достала свой живопыр, как бы намекая, что ещё чуть-чуть — и железка будет пущена в дело. Я не вмешивался во весь этот балаган, дожидаясь момента, когда они придут к какому-то решению. По морде её наглой вижу: Сплетница здесь для того, чтобы что-нибудь выведать. И она наверняка узнала больше, чем мне хотелось бы разглашать. С другой стороны, убивать её вроде бы не за что.

К счастью, вся эта суета достаточно быстро закончилась, и взъерошенную Сплетницу подпустили ко мне. Эта малолетка явно хотела сказать что-нибудь гадское, но, покосившись на сопровождающую её куклу римского воина, решила оставить колкость при себе и лишь оповестила меня о том, что злодеи Броктон-Бея собираются сегодня на нейтральной территории, чтобы перетереть за ситуацию.

Нетрудно было понять, что прошедшая неделя далась тяжело не только простым жителям: преступному элементу это тоже не пошло на пользу. Всюду стрельба, паника, шум, взрывы… Подразделения национальной гвардии по городу шарохаются. Словом, в таких условиях тяжеловато вести подпольный бизнес. Неудивительно, что кто-то из этой шайки-лейки додумался организовать перемирие. Все они собирались для того, чтобы обсудить, как именно и в какой пропорции они будут громить АПП.

— Миленько, — ответил я нашей гостье. — Как ты знаешь, мы не являемся злодеями, да и с бизнесом в последнее время плоховато. Поэтому творящееся вокруг безумие меня не то чтобы устраивает… мне просто насрать.

Я демонстративно обернулся к Сабах и уточнил:

— Милая, а что думаешь ты? Тебе интересна эта их суета?

— Не особо, — буркнула девушка, а кукла, которой она управляла, даже кивнула, что смотрелось максимально мило.

— Вот видишь, Сплетница, у неё тоже нет повода посещать эту сходку.

Но Сплетница не была бы Сплетницей (уж я-то успел насмотреться на её поведение через разведывательные схемы), если бы не бросила напоследок парфянскую стрелу, упомянув, что Кайзеру чем-то не понравилось наше существование. И признаться, срал бы я на этого Кайзера, да моя девушка закусила удила и намеревалась лично идти устраивать разборки.

Даже удивительно, как быстро её недельной давности стресс перерос в активность по самозащите и отстаиванию своих интересов. Так как мы общались с ней достаточно плотно — во всех смыслах этой фразы, — я знал, что страх никуда не ушёл, но она из раза в раз пытается через него переступить. Да и аппаратные наблюдения подтверждали: источник её суперсил поумерил пыл и теперь с куда большей опаской пытается играть с гормонами. Видать, профилактический «прилёт по шапке» его порядком смутил.

Это, кстати, ещё одно моё открытие. Я и раньше подозревал, что суперсилы этим грешат, но сейчас у меня были неопровержимые данные, что таки да. Впрочем, я не видел в этом абсолютно ничего невероятного или нелогичного. В природе существует дикое количество всякой живности, которая поступает так же. Да что там… Обычные бактерии, живущие у человека в толстой кишке, некоторые из них вполне себе способны влиять на мышление. Причём даже специальная подсистема — барьер, разделяющий кровоток тела и мозга, — не может этому противостоять в полной мере. То есть буквально неудачно съеденное яблоко может повлиять на человека не только через диарею, но и куда более неожиданным способом. Так почему источник суперсил должен быть более разборчивым?

Но вернёмся к посещению мероприятия. Идти туда я не хотел из-за банальной лени. В конце концов, зная о такой сходке, я всегда мог подослать туда свою технику и записать всё происходящее. А мог поступить ещё более кардинально и подорвать всё там к чёртовой матери. Не факт, конечно, что обычный взрыв убил бы всех кейпов, но как минимум серьёзно бы их проредил. Далеко не все люди с суперспособностями неуязвимы — в полном смысле слова таких очень мало. А если есть возможность потыкать в кейпа не только при помощи кинетики… ну, в общем, вы поняли.

Однако после той истории с судом, нашего повторного обустройства, а потом недельного сидения в, прости Зевс, самоизоляции, девушке хотелось пройтись и посмотреть на окружающих. Я не видел ни единого повода не пойти ей навстречу. В конце концов, раздражение накопилось и у меня тоже. И если кто-то хочет поскандалить — что ж, пусть скандалит. Я только за.

Но легко сказать, да тяжело собраться. Я-то намеревался пойти туда так, как привык ходить по оранжерее, но девушка упёрлась всеми конечностями и требовала соблюдения какого-никакого, но суперзлодейского дресс-кода. Она собиралась напялить на себя сделанный на скорую руку костюм, а я должен был нарядиться в тот, что она сшила для представления. Словом, я должен был облачиться в ковбойское.

К счастью для меня, костюм был мне маловат и в росте, и в плечах, да и сама Кукла не успевала сделать ничего симпатичного для себя, что её порядком фрустрировало. И вот, дождавшись, когда её мораль окончательно упадет, я, как змей-искуситель, предложил идеальную схему. Идеальную для меня. Мы идём навстречу к этим клоунам в обычном гражданском обличии — ну, то есть в джинсах да толстовках. Единственное, накинем капюшоны, и будет работать генератор тьмы, который закроет наши лица клубящейся чернотой.

Словом, Кукла посчитала, что это будет выглядеть достаточно по-дизайнерски, и успокоилась. Ну а я успокоился потому, что добился своего: эту черноту будут видеть окружающие, а не я сам. Легко потакать чужим капризам, когда они тебе ничего не стоят.

Однако на этом заморочки не закончились: возникла проблема с транспортом. Наш пикап примелькался, и хоть девушка понимала, что все заинтересованные лица уже в курсе, кто она такая, она буквально не могла заставить себя поехать на сходку злодеев на нашем семейном, так сказать, автомобильчике. А жаль, ведь он и раньше был достаточно бронированным, а теперь стал ещё более безопасным.

Впрочем, я собирался просто вызвать такси и не парить мозг. Но тут вселенная отомстила мне: оказалось, что служба такси в городе не действует из-за чрезвычайной ситуации. Пришлось, шипя проклятия, шастать по нашим запасникам и на скорую руку создавать средства передвижения.

И вот что я вам скажу: иметь девушку, которая одновременно инженер и дизайнер, — это пи*дец как круто. Особенно для лентяев. Несложная манипуляция, и вот меня уже отогнали от блока пенопласта. Со словами: «Гляди, как надо», Сабах легко и непринуждённо вытесала что-то вроде трассового мотоцикла, точнее — предмет, очень на него похожий. Единственное, вместо колёс было что-то невнятное. Ну и в целом это был хоть и фигурно вырезанный, но белый пенопласт.

Дальше в дело вступили какая-то специализированная грунтовка и баллончики с краской. Как говорится, десять минут суеты — и перед нами что-то отчаянно похожее на футуристический транспорт из будущего. Мне только и осталось, что добавить необходимые схемы укрепления и взаимодействия с окружающей средой, чтобы эта штука не просто лежала на земле, а висела над ней. И не просто висела, а могла нести на себе двух седоков и перемещаться с приемлемой скоростью.

Меня, конечно, угнетало, что всё приходится делать на бегу, на скорую руку, но так как схемы были классическими и давно отработанными, в итоге получилось вполне достойно. Единственный минус заключался в том, что, когда краска подсохла, девушка принялась облагораживать устройство, и перед тем, как я отобрал у неё материалы, она успела сделать что-то вроде кожаного покрытия в том месте, где должна была быть сидушка.

— Опоздаем же, — напомнил я, и она вроде бы успокоилась.

— А название? — тем не менее спросила она. — Да и, раз это типа мотоцикл, то должен быть логотип, бренд.

— А не пофиг ли?

— Ну нельзя так к вещам по-скотски относиться, у вещей тоже есть душа.

— Как-то это совсем не по-правоверному прозвучало, — пошутил я и покачал головой, бросив напоследок, перед тем как зайти в дом, чтобы переключить автоматику: — Рисуй что хочешь, только не красную звезду, а то Кайзер истерику устроит. А там, вроде бы, место нейтральное… Если там кого-то убьём, получится не очень прилично.

— Кайзер, говоришь? — задумалась девушка, а я, понадеявшись на лучшее, занялся своими делами.

В конце концов, то, что я недавно бездельничал в тени виноградных лоз, ещё не означает, что я вообще ничем не занимался. У меня тут и эксперименты идут в автоматизированной лаборатории на дне залива, и слежка кое-за кем, и так, по мелочи. Так что, когда я закончил всё, что должен был, Кукла уже закончила и сидела верхом на девайсе, проверяя, не забыла ли она что-нибудь.

К счастью, мне хватило ума повторно проверить управляемость нашей самоделки и внести поправки в алгоритм сейчас, а не столкнуться с последствиями уже в пути. Тот самый случай, когда лучше бы перепроверил всё раз пять, но недели времени у нас нет — надо спешить.

В любом случае, мы полетим не над городом, а буквально в метре над дорогой. А это всё упрощает, в том числе и внештатные ситуации. С такими мыслями я удостоверился, что генераторы, скрывающие наши лица, работают, и только после этого выехал с территории. Точнее, даже не выехал, а скорее вылетел. Всё-таки мы парили в воздухе… по крайней мере, для стороннего наблюдателя. А вот для того, кто видел тёмную материю, всё было уже не столь однозначно. Хех.

Мы неслись над опустевшими ещё неделю назад улицами, но я всё равно исключительно ради шутки соблюдал правила дорожного движения. Останавливался перед светофорами, соблюдал скоростной режим — в общем, развлекался.

Девушка сначала нервничала, жалась поближе, а затем успокоилась и стала активно крутить головой. Из-за этого генератор, скрывающий её лицо, заработал чуть интенсивнее, и тьма скрыла не только лицо, но и всю голову в капюшоне целиком. Представляю, как это будет выглядеть на фотографии. А то, что фотографии будут, — это стопроцентно. Как минимум дважды я видел людей, которые целились в нас, слава Зевсу, не из винтовок, а в довольно крупные фотоаппараты.

— Слушай, а это ничего, что ты всем продемонстрируешь, что являешься технарём? — запоздало обеспокоилась Кукла.

— Конечно же зря, но, с другой стороны, мне этот статус наверняка уже присвоили. В конце концов, когда у тебя за пару суток на участке вырастает остов довольно крупного купола, это уже не спишешь на инновационные методики строительства. В общем, что сделано, то сделано, — пояснил я, радуясь, что не забыл добавить защиту от набегающего ветра. А то черта с два мы бы сейчас так спокойно общались. Всё-таки наш девайс летит достаточно быстро, и в ином случае набегающий ветер превратил бы нашу интимную беседу в истеричное перекрикивание.

— Сомерс-Рок — это вон то здание, — указав пальцем, помогла мне с навигацией девушка. Она, как оказалось, знала это заведение и даже больше: была в курсе, что это форменная дыра, и… заказала туда доставку из ресторана.

Да-да, в городе лютует злодей-бомбист, действует комендантский час, но если у тебя есть деньги… Впрочем, нам сделали почти стопроцентную скидку. Это Кукла придумала. Как только она поняла, что чёрная дымка не мешает ей говорить и есть, сразу же обеспечила всю эту мутную схему. Уж не знаю, почему для ресторана это было важно, но его владелец хотел чего-то такого, и мы ему это обеспечили.

Припарковав наш девайс, похожий на летающий мотоцикл, перед входом в бар, я посмотрел на хмыря, у которого на мотне висело что-то вроде волчьей морды из латуни. Этот парень с явным бешенством пялился на нас, точнее — на наше средство передвижения. Не обратив на это особого внимания, я окинул взглядом и остальных костюмированных персонажей перед входом. А посмотреть было на что: сейчас в бар заходили ребята Кайзера во главе с ним самим, так что всё выглядело достаточно эпатажно. Одни его доспехи в готическом стиле чего стоят.

Игнорируя чужие взгляды, мы спокойно прошли мимо застывших нациков, а наш транспорт характерно пискнул, словно я поставил его на сигнализацию. Довольно забавно получилось: порхает нечто над поверхностью парковки, испуская симпатичное голубоватое сияние снизу, и тут этот набивший оскомину «бик-бик»… Хех.

Глава 27

**

Кто-то мог бы сказать, что мы попали в убогое заведение посреди целой улицы таких же убогих мест. Но это не совсем правда, так как убогость — понятие растяжимое. Если твоя задача — залить в себя алкоголь, то важны не внешние проявления, а, скажем так, внутреннее. «Алкашка» должна быть приемлемого качества, да и закусь тоже, а столы и стулья просто должны быть. Если при всём этом будет ещё и приятная музыка, то что вам ещё от заведения нужно?

Так что нет. Я видел, что заходящие в бар кейпы не всегда сохраняют позитивный настрой, многие даже кривятся. Но факт остаётся фактом: вы пришли, условно, в рюмочную, а требуете от неё звезды Мишлена.

К слову, про звезду Мишлена. Когда мы зашли в бар, нас сразу же усадили за столик, на котором уже стояла ресторанная тара. Да и вообще, девушка, которая работала здесь официанткой, как я понял, была глухой и на присутствующих кейпов смотрела недобро. Не как на говно, но уж точно без обожания. При этом она довольно ловко всё принесённое доставкой ресторана откупорила, разложила по приборам и даже показала Кукле что-то на бумажке, а та написала что-то в ответ. Хм… Они знакомы? Впрочем, не это сейчас важно…

Когда мы только пришли, в помещении обнаружились одни лишь Неформалы — банда малолетних кейпов, в которую входили Сплетница и моя одноклассница Тейлор. Складывалось впечатление, словно они направились сюда сразу после того, как навестили нас. И я не удивлюсь, если в этом есть доля правды.

Когда мы рассаживались и нам раскладывали еду, внутрь наконец-то зашёл Кайзер со своими корешами. Он словно демонстративно обнимал двух девчонок в комичных доспехах, которые не скрывали буквально ничего. Все они бросали на нас хмурые взгляды, но высказывать претензии не спешили.

Затем пафосно появился Выверт. Как подсказывала моя машинерия, когда он увидел меня, он почему-то сильно испугался, но затем взял себя в руки и, судя по всему, сильно обозлился. Однако он промолчал и сел за противоположный от Кайзера конец стола.

— Ну наконец-то правильно обжаренная говядина, — обрадовался я и принюхался: — И даже с дымком… Милая, нам надо купить гриль. В духовке так сделать не получается.

Своим высказыванием я невольно привлёк дополнительное внимание. Впрочем, оно и так было высоким: в отличие от остальных посетителей, мы ужинали и обсуждали бытовые темы. Ситуация выглядела забавно: посреди бара мы неспешно ели ресторанные блюда и пили винишко из бокалов, в то время как вокруг, хмурясь, расположились костюмированные персонажи, давящиеся дешёвым пивом, а кто-то из них был рад и тёплой коле. Словом, сегрегация в полный рост. Как шутили много лет тому назад: «Соблюдайте социальную дистанцию в два… миллиона». В данном случае, видимо, долларов. Но шутки шутками, а помещение постепенно наполнялось злодеями этого города. Новички заходили, осматривались, а затем, заметив нас с Куклой, на пару-тройку секунд замирали в явном недоумении. Однако все они, в целом, проблем не доставляли. А то, что пялились, так мы для того здесь и устроили эпатаж, чтобы на нас пялились. Но не мы одни этим занимались, как оказалось...

В бар зашли представители Барыг. По факту они сбились в некое подобие банды совсем недавно, буквально в январе-феврале. А до этого занимались дурью — производили и перепродавали наркотики в частном, так сказать, порядке. Ну а сейчас окрепли, и вот вам, пожалуйста: Толкач, Сочник и Скрип. Три тополя на Плющихе одним своим видом демонстрировали, что было бы желание, а свинья себе грязь всегда найдёт.

Судя по лицам окружающих, эти наркоманы вызывали отвращение у всех. Даже кейпы Трещины, которые и сами выглядели не совсем людьми, и те покривились, а это о многом говорит. Поэтому я не удивился, когда Толкач попытался сесть за стол, а Кайзер в этот момент со всей дури пнул его стул. Тот упал на пол и прокатился несколько метров, оставив кейпа-наркомана в забавной позе, словно он пытается встать на колени.

— Че за на*уй?! — прорычал Толкач.

— Ты можешь сесть за угловой столик, — сказал Кайзер.

Его голос был абсолютно спокоен, будто он говорил с незнакомцем о погоде.

— Это потому что я чёрный, что ли? Чё, тебя только это волнует?

— Ты можешь сесть за угловой столик, потому что ты и твоя команда — жалкие неудачники-дегенераты, недостойные беседы, — ответил Кайзер всё так же спокойным тоном и дополнил: — И да, то, что ты чёрный, мне тоже не нравится.

— Иди на *уй! Как насчёт этого парня? — Толкач указал на Мрака, представлявшего Неформалов. — Я даже не знаю, как его зовут, но он сидит тут.

Дальше шло переругивание, к которому подключились и Трещина, и представитель Неформалов, но мне было не до этих мелочей. Соус, который шёл в комплекте к мясу, оказался удивительно хорош, и я силился понять, в какой пропорции закладывались ингредиенты. Всё же за безопасностью съеденного я худо-бедно следил, поэтому примерная раскладка по составу была у меня на руках по-умолчанию, но кулинария славится своими тонкими и не всегда логичными моментами. Поэтому я не сразу обратил внимание на то, что этих наркоманов таки отогнали от центрального стола и Толкач решил пристать к нам. Видимо, сей персонаж пытался утвердиться в иерархии за наш счёт.

Судя по всему, этот наркоша намеревался как-то помешать нашей трапезе, но у него ничего не получилось: он словно в стекло уткнулся, которое даже попинал. Причём пинал, используя явные суперсилы, из-за чего, судя по всему, малость отбил ногу и кулак. Кукла напряглась, когда это началось, поэтому я отвлекал её бытовой болтовнёй, делая вид, что в упор не вижу этого чудика, который чуть визжать от ярости не начал, пытаясь «обойти» мешающую ему прозрачную преграду. Толкач был настолько упорный, что оббежал наш столик по кругу, ощупывая воздух руками. Смотрелось всё это как минимум странно и, чего греха таить - забавно.

— Говнюки… — обиженно пробурчал наркоман и пошёл к столику, за которым уже сидели его подельники, не рвавшиеся с самого начала к центральному месту.

— Думаю, один стул займу я, — сказал кто-то у двери. Хотя какое там «кто-то»? Это был главарь группы кейпов, недавно прибывших в город, так что я даже не обернулся, чтобы на него посмотреть — видел его уже не раз. Надо же было занести новые цели в картотеку, вот и насмотрелся.

— Скитальцы, да? — произнёс Выверт. Его голос звучал ровно. — Вы не местные.

Я чуть не всхлипнул от умиления. Так качественно отыгрывать это уметь надо! Не знаю, кто как, а я эту группу, как засёк, так сразу подсадил на них разведывательную схему и даже не удивился, когда эта шобла встала на постой у Выверта. А сегодня — вот вам, пожалуйста: делают вид, что друг друга знать не знают.

— Вы можете считать нас кочевниками. Происходящее здесь слишком интересно, чтобы это пропустить, поэтому я решил, что мы заглянем сюда, — парень в цилиндре дурашливо поклонился. — Я Трикстер.

— Ты знаешь правила? — спросил его Мрак, представлявший Неформалов.

И да, очередной образец независимых злодеев, которые шустрят на Выверта. Мало того что шустрят, так ведь ещё и после стычки с Толкачом парнишка явно ударился в пафос. Признаться, даже у меня не хватило бы ЧСВ, чтобы спросить такую глупость у незнакомца. Так-то, если подумать, Трикстер мог на десятках таких встреч побывать за свою жизнь, а вот насчёт Мрака я не уверен. Щегол же ещё совсем и, чего греха таить, номинал. Официально он вожак этой банды, а по факту глобальные задачи ставит Выверт, за тактику отдувается Сплетница… И как-то так они живут, утверждая, что у них эта, как её… демократия. Да-с. Тот самый случай, когда люди используют слова, но их смысла не осознают.

— Мы бывали в подобных местах. Я могу предположить: не устраивать драк, не использовать способности, не провоцировать других… Или все остальные в помещении забудут о любой вражде между собой, чтобы поставить нарушителя на место.

На этом моменте я не сдержался и некуртуазно заржал.

— Близко к правде. Важно иметь нейтральную территорию, где можно встретиться и цивилизованно обсудить кое-какие вопросы, — покосившись в мою сторону, чуть более скомкано, чем он хотел, закончил Мрак.

— Я не буду с этим спорить. Пожалуйста, продолжайте, будто меня здесь нет, — тоже покосившись в мою сторону, отыграл свою роль Трикстер и уселся за стол, а через мгновение закинул на него ноги.

В этот момент Выверт взял слово и буквально самоназначил себя председателем встречи. Он начал вещать про АПП и Бакуду, мол, вся происходящая движуха мешает их бизнесу. Ему кивали другие злодеи. Что забавно, всё происходящее больше напоминало встречу группы поддержки завязавших алкоголиков… Ну, разве что они друг другу не хлопали. Но эта мысль, как возникла, так и ушла в небытие: здесь и сейчас хватало и более важных вещей. А ещё подошло время десерта. Да, десерт — это важно. Очень.

— Итак, — произнёс Выверт, хрустнув суставами пальцев. — Мы договорились? Нельзя позволить АПП продолжать свою деятельность.

За главным столом последовали кивки и ропот одобрения, их поддержали злодеи, сидевшие за другими столиками.

— Тогда я предлагаю объявить перемирие. Не только со всеми здесь присутствующими, но и между нами и законом. Я могу связаться с властями и сообщить им, что до тех пор, пока вопрос с АПП не решён, наши группы ограничат противозаконную деятельность до минимально необходимого для нашего бизнеса уровня, и мы…

Вот тут я с трудом удержался, чтобы не заржать ещё раз. Какая же в этом мире сейчас задница, что такую хрень на полном серьёзе выкатывают властям, а они, сжав булки, всё это стоически проглотят. Чем больше я на это гляжу, тем явственнее понимаю: кто-то всю эту ересь покрывает. Впрочем, в моём мире было нечто подобное, перед тем как все они закончились. Причём у нас кейпов не было — всё сугубо за счёт технологий и стадного инстинкта продавливалось до тех пор, пока закрученные гайки не сорвало. Так что тут всё ещё относительно логично.

— Скажу, что моя группа не будет ввязываться во всё это без веской причины, — сказала Трещина. — Мы не пойдём против АПП, если только они не встанут у нас на пути или нам за это не заплатят. Это единственно верная политика для кейпов-наёмников. И предупреждаю: если АПП нам заплатит, наша команда может оказаться на другой стороне.

— Ну что ж, прискорбно. Но мы можем поговорить после того, как эта встреча закончится. Я предпочитаю не создавать сложностей, — сказал Выверт. — Вы согласны с остальными условиями?

— Держаться ниже травы, не ввязываясь в конфликты с другими? Это и есть статус-кво моей группы.

— Хорошо. Кайзер?

— Думаю, это приемлемо, — согласился Кайзер.

— Я говорил со своей группой о том, что мы поступим примерно в том же духе, как предложил Выверт, — сказал Мрак. — Да, мы согласны.

— Конечно, — отозвался Трикстер. — Не проблема. Мы согласны.

Меня позабавило, с каким пафосом они пожимали друг другу руки, не осознавая или не желая осознавать, что здесь присутствовало довольно много групп и отдельных кейпов, которые выслушали происходящее, но ни на что не соглашались. В общем, своеобразное: «мы посовещались, и я решил».

— Итак, мы закончили с основной темой нашего собрания, — обратился ко всем Выверт. — Прежде чем наши пути разойдутся, есть ли ещё какие-то вопросы? Предложения, объявления, жалобы?

— У меня есть предъява, — заговорил один из нацистов, сидящих в стороне от своего лидера. Это был тот самый парень с пряжкой в форме волчьей морды на мотне. — У меня вот к ней предъява.

Насколько я знал, у Крюковолка была стычка с Адской гончей — она недавно нападала на его мероприятие, где «восьмёрки» маялись собачьими боями, однако он тыкал пальцем не в неё, а в нас… точнее, в Куклу.

— И вот к этой с*ке тоже, — дополнил кейп, кивнув наконец и на Адскую гончую.

— М? — я с недоумением покосился на подругу, которая, видимо, тоже пыталась понять, когда она умудрилась пересечься с этим нациком.

— И в чём же ты меня обвиняешь? — с заминкой, но всё же громко и чётко спросила Кукла. — Не припомню, чтобы мы пересекались.

— Ты убила моего родственника! — рыкнул Крюковолк, буквально заходясь от ярости.

— Я? — судя по голосу, девушка охренела. Впрочем, я тоже несколько растерялся. Было всего лишь два-три минутных перерыва, когда она находилась вне зоны действия моей техники, и она чисто физически не могла бы никого убить за последние три месяца, разве что…

— Речь про первый день атаки Бакуды? — уточнил я. — Тогда предъява пустая: мы переезжали исключительно мёртвые тела и их фрагменты.

— А ты, мальчик для постельных утех, завали еб*ло! — вскочив из-за стола, прорычал нацист, после чего выдохнул и куда спокойнее процедил: — Я говорю не про это. Я говорю про убийство Убера. Я знаю, что это ты, с*ка, его убила.

— Кхм… — кашлянул я и пошутил: — Прости, пёсик, но твоего щеночка удавил я. И если тебе станет от этого легче, он умер верхом на Элите… Я не стал разлучать возлюбленных в посмертии.

Сказать, что Крюковолк бросился на меня, — это ничего не сказать. Но его соседи и окрик Кайзера смогли как-то унять бешенство этого чудика. Впрочем, судя по всему, моё признание удивило окружающих. Как мне кажется, многие подумали, что я беру чужую вину на себя. А ещё многие смотрели на этого злодея с недоумением. Всё ж таки Убер и Элит числились откровенными клоунами, и тут на тебе — такая вот родственная связь всплывает.

— Ах ты… Шлюха! — проклекотал кейп. — Думаешь, этот твой дымок спасёт твоё хайло от удара цепью?

— Но-но, я бы попросил блюсти чистоту языка. Хочется нахамить — так и говори, что я альфонс, — ухмыльнулся я. — Ещё у кого-то есть претензии, или мы сразу перейдём к смертоубийству?

Заговорил Кайзер:

— Является ли это объявлением войны?

— Признаться честно, убийство политических лидеров во время переговоров — это обыденность нового времени. Я подумывал всех вас здесь сжечь, тем более вы так удачно собрались в одном месте… Один термобарический боеприпас — и всё, благо газовая заправочная станция буквально в одном квартале отсюда.

— Нарушив перемирие, ты настроишь против себя вообще всех в этом городе, — влез в разговор Мрак, видимо, почувствовав некий уровень крутости, ведь во время переговоров с ним на равных говорили главари банд.

— Эта ваша плюшевая тайна личности кейпа, а также перемирие, касается только тех, кто хочет его соблюдать. Бродяги вне этого контура — просто потому, что вам плевать на наши права. Да и… мой дымчатый друг… о каких таких «всех» ты сейчас говоришь? Никто из Неформалов не является огнеупорным. Тут есть только один кейп, который имеет шансы выжить, и это… Солнышко.

Названная мною девушка из группы Трикстер явственно вздрогнула.

— И, видимо, ещё и ты, — хмыкнул Кайзер.

— Конечно же нет, — я обломал его логическую цепочку. — И хоть для хорошо организованного ума смерть — это всего лишь очередное приключение, но я тот ещё домосед. Так что нет: если бы я хотел жести, я бы начал с неё, а не с беседы.

— Ну что же, мы для того здесь и собрались, — сжав руку в латной перчатке в кулак, Кайзер несильно ударил по столешнице. — Говори, а мы послушаем.

— Говорить? Хм… Я вообще склонен жить тихо, без суеты, в кайф. И только внешние раздражители мешают мне сосредоточиться на этом замечательном занятии. Всем что-то нужно от меня. Вот даже эти ваши шалунишки, Убер и Элит, они намеревались похитить меня… дважды. В первый раз я сдал их в СКП, и… как оказалось, они работали ещё и на СКП. Во второй раз я разобрался с проблемой сам и… даже спустил ситуацию на тормозах, я не пошёл дальше по цепочке. И эта часть цепочки, в итоге, свернула свою странную деятельность, и мы лишь мило пообщались по телефону, обсудив погоду…

** Неформалы **

Неформалы покинули встречу злодеев и шли в ожидании момента, когда их подхватит фургон Выверта, пригласившего их для беседы. Но финал встречи всё никак не выходил из головы Брайана.

— Спрашивай, — буркнула хмурая Сплетница, шагавшая рядом.

— Меня так легко прочесть? — хмыкнул парень.

— А тут и читать ничего не нужно, невооружённым взглядом видно… невзирая на твой шлем и силу сокрытия, — девушка поморщилась и потерла виски.

— Что, знаменитая проблемма умников? — Брайан проявил толику эмпатии.

— Нет, это обыденный испуг, — отрезала Сплетница.

— Испуг? Ты про этого пацана? Как по мне, он распушил хвост, как павлин. Удивительно, что его прямо там не уработали.

— Хм… — девушка вновь принялась массировать виски. — Проблема в том, что моя сила его больше не видит, то есть совсем. Однако я всё ещё могу понять, говорит ли он правду или нет. Не очень точно, но в целом это возможно.

— И как? Было хоть слово правды?

— «Для хорошо организованного ума смерть — это всего лишь очередное приключение», — пробормотала девушка и, фыркнув, добавила: — Он реально считает эти слова правдой, а ещё…

— А ещё?

— Выверт просил меня зимой присмотреться к этому парнишке, а затем резко свернул операцию. Как я поняла, это именно он заряжал этих ютуберов против Ковбоя.

— Не съезжай с темы, — перебив девушку, потребовал Регент, второй парень в банде Неформалов. — Раз он говорил правду, то тебя напугала его ложь. В чём именно он соврал? Про бомбу?

— Про термобарический боеприпас и АЗС он и в самом деле соврал. Судя по всему, всё необходимое было у него с собой. Но вообще-то нет, он соврал про Солнышко. Она бы не выжила.

— Хм… — Регент задумался и удивлённо вскинул голову. — А та девушка, что была с ним, — Кукла?

— Вот именно, — поёжилась Сплетница. — Взял вину на себя, перевёл фокус внимания, заагрил всех и… у нас сегодня и в самом деле были все шансы помереть.

Глава 28

** Кукла **

Девушка с недоумением обнаружила, что Грег, которого она числила заядлым домоседом, буквально исчез. Поразмыслив, она пришла к выводу: он ушёл, не предупредив её, не просто так, а намеренно. Подобрал момент, когда она никогда не тревожила его в комнате-мастерской, и скрылся в неизвестном направлении. Но куда и, главное, зачем он ушел? И почему ничего не сказал? Странно…

Окинув взглядом комнату, в которой не было ровным счётом ничего, кроме незастеленной (как всегда) кровати и рабочего стола с учебниками, тетрадями, плюшевым котиком и…

— Пистолет? — нахмурилась она. Подойдя ближе, девушка аккуратно ткнула пальцем в рукоять и сразу же успокоилась, распознав игрушку.

Уже куда смелее она взяла в руку игрушечный пистолет, и… плюшевый котик, которого она месяц назад делала из материалов Грега по его просьбе, неожиданно сдвинулся, словно отшагнув в сторону. А когда вздрогнувшая девушка невольно повела игрушечным стволом дальше, кот вновь ушёл с линии огня, спрыгнув со стола на пол и бросив на неё удивительно неодобрительный взгляд своих зелёных глаз.

— Анимированный, — удивилась девушка, но тут же вспомнила поросёнка, с помощью которого Грег обманул её силу, заставив ощущать автомобиль как нечто, чем она тоже может управлять. Поэтому анимированный котик пугать перестал. Тем более она сама его сшила… правда, пришлось серьёзно повозиться с алюминиевым каркасом эндоскелета. — Интересно, что он пытался сделать?

Девушка опустилась на корточки перед плюшевой игрушкой и протянула руку, но котик отступил на пару шажочков и неожиданно произнёс голосом диктора с тринадцатого канала:

— Обнаружено потенциально опасное действие. Пожалуйста, воздержитесь от использования своих сил на этом юните: это может быть опасно для вас.

Кот замер, продолжая следить за стволом. Его голос оставался ровным и безэмоциональным, словно он зачитывал сводку погоды. Впрочем, именно ведущий погоды и являлся первоисточником этого голоса.

— Ваш вопрос: «Что он пытался сделать?» — ответ: избежать повреждений. Мои приоритеты: поддержание боеспособности, безопасность строения «Берлога» и сохранность субъекта «Подруга». Данное шасси является прототипом мобильного командного центра. Ваши фривольные манипуляции с боевым оборудованием классифицируются как угроза. Пожалуйста, положите пистолет на стол.

— Ты… ты разумный? — отдёрнув руку и сглотнув, пробормотала девушка.

— Разумен? Концепция субъективная. Я — специализированный тактический модуль, способный к автономному анализу, планированию и симуляции поведенческих паттернов. Если для вас разум означает способность к самосознанию и эмпатии — отрицаю. Если адаптивное решение задач в неопределённой среде — подтверждаю.

Кот склонил голову набок, его зелёные глаза словно вспыхнули на миг, но на самом деле это был лишь блик и игра воображения девушки.

— Ваши показатели: пульс — 97 ударов в минуту, расширение зрачков — 101% от нормы. Вы напуганы, но любопытны… Я не могу причинять вам прямой вред. Однако я не умею чинить людей. Если вы пострадаете в результате своей безолаберности, я смогу лишь безучастно смотреть на вашу агонию. Пожалуйста, положите пистолет на стол.

— Т-так это не игрушка? — девушка попыталась взглянуть на пистолет в своих руках, не выпуская из поля зрения говорящую зверюшку, которая тоже оказалась не совсем игрушкой, но получалось у неё плохо.

— Кольт-прототип, прошивка от 7 декабря 2010 года, — озвучил кот и, убедившись, что устройство аккуратно положили на стол, произнёс: — Здравый смысл победил… в этот раз.

Так как мир был наполнен разнообразными невероятными штуками и суперсилами, девушка достаточно быстро продышалась. Растеряв изначальный испуг — тем более кот сам сказал, что не может ей навредить, — она решила с ним поговорить:

— У тебя есть имя?

— Меня зовут Ге… — начал было плюшевый кот, но неожиданный сквозняк и ещё более неожиданный голос за спиной перебили его.

— Галлюцинация, этого обормота зовут именно так.

=*=

По сути своей, это было стечение безумных случайностей. То, что я отбазарился от Кайзера и его шоблы во время встречи злодеев, было всего лишь передышкой. Я ожидал, что кто-то из них нападет на нас в тот же день… точнее, ночью. Но, на удивление, они медлили. Да что там, они даже на Неформалов не напали.

Думаю, это перемирие на самом деле требовалось Кайзеру. Только он мог удержать своих головорезов в узде. Но как только дела пойдут иначе или перемирие закончится — всё и закрутится. Тут заблуждаться не нужно.

И вот, пока я занимался вопросами безопасности, девушка, не сумевшая заснуть из-за треволнений, пришла ко мне в комнату поболтать. Она знала, что я засиживаюсь после полуночи, а тут — на тебе, никого нет. К тому же ещё и игрушка говорящая… Я-то понимаю, что это лишь плохо передвигающаяся галлюцинация, но для человека, который с таким никогда в жизни не сталкивался, это явный знак того, что я что-то скрываю. И да, я много чего скрываю, но именно в данном случае, к сожалению, ничего такого нет.

— То есть ты хочешь сказать, что ИИ можно сделать из такой банальной штуки, как матрицы, а процесс мышления — это просто умножение матрицы весов на входной вектор? — с явным скепсисом в голосе переспросила Кукла. — Ты из меня дуру не делай, я всё-таки своим умом в технический университет поступила. Да и какие ещё галлюцинации могут быть у ИИ? Это же компьютер, а компьютеры не ошибаются… если, конечно, программисты не косячат.

Плюшевый кот как специально поддакнул и кивнул, а когда я намеревался его отключить, девушка подхватила его на руки, защищая от меня.

— Хорошо. Не веришь мне — возьми эту ересь с собой, пообщайся. Только Зевса ради, не воспринимай его слова за чистую монету, я тебя очень прошу. Это же базовая модель без каких-либо фильтров и здравого смысла. Я просто не знаю современных алгоритмов обучения и выравнивания, а те, что знаю, требуют значительно больше исходных данных и обучающих примеров, которые я могу достать здесь и сейчас.

— Не слушай его, котик, это он со зла, — перебила меня Кукла и, почесывая плюшевого за ухом, унесла его к себе.

Однако я недооценил своё собственное творение. Весь следующий день девушка шушукалась с этой хвостатой галлюцинацией и смотрела на меня с неприкрытым подозрением. Второй день начался примерно так же, но ближе к обеду в мою комнату вбежала Кукла. Явно забыв о том, что не разговаривает со мной (ведь я «мучаю разумное существо»), она начала, давясь словами, рассказывать о своём опыте общения с сырой нейросетью. В ней она увидела искру разума, которая в итоге её и «предала».

Но это только с точки зрения обиженной девушки было именно так. А по факту мы все понимаем, что случилось: обыденный ИИ-психоз на фоне апофении. Она надеялась увидеть разум, и её мозг легко принял не очень качественное подобие как нечто и в самом деле разумное. Да что там скрывать — умение слышать, говорить и даже передвигаться в пространстве, это невероятный успех для самоделки, но я ожидал куда большего и… в общем-то, провалился по всем статьям. Имитатор интеллекта я сделать смог, да, но вот что-то большее, что-то за пределами передвигающегося на четырёх лапах чат-бота, увы, но нет. Тут и подготовленных данных надо больше, и разбираться в теме тоже.

Признаться, я был удивлён, что девушка так долго пребывала в плену иллюзии. С другой стороны, я и сам не помню, как вёл себя при первых встречах с этой технологией — возможно, был таким же. Но, как я и подозревал, недостаток знаний в модели подведёт её под монастырь.

Что особенно забавно: котейка спалился на незнании в области религии. Нет, о христианстве он был более-менее в курсе, так как в Америке этого добра хватает — многие тут, скажем так, демонстративно верующие. Однако другие религии так явственно в глаза не бросаются. По крайней мере, я кормил модель общеупотребительными материалами, где было больше книг, фильмов и телепередач, чем специализированной литературы или заранее подготовленных синтетических данных.

Словом, пока девушка общалась с котом так, словно он — специализированная военная система типа Скайнета, всё было хорошо: моя самоделка отвечала ей буквально цитатами из знаменитых боевиков. А вот когда речь зашла о более узких темах, где незнание должно было нивелироваться мышлением, вот там-то котик и поплыл. А так как я так и не разобрался, как научить модель понимать, что она чего-то не знает, котик сразу же начал галлюцинировать. Причём в самом жёстком варианте.

Нет, он не нёс бессвязный бред. Наоборот, он был очень убедителен: использовал термины к месту, правильно расставлял акценты, мастерски владел дикцией, но по сути своей нёс ахинею. И в эту ахинею девушка несколько часов даже верила. Ну а затем количество перешло в качество, и она заподозрила неладное.

А затем она пыталась использовать кота, чтобы написать претензию на действия СКП. В первое время он ей много умных вещей подсказал и даже судебных прецедентов. Жаль только, что таких прецедентов в природе не существовало. Точнее, возможно, что-то такое и было, но кот их, откровенно говоря, выдумал.

Я с трудом удержался, чтобы не засмеяться. Кукла так ярко и эмоционально описывала факт предательства, что это одновременно вызывало чувство сопричастности и желание заржать. К счастью, мою перекошенную физиономию восприняли неправильно: девушка подумала, что я в бешенстве из-за поведения кошака, и моментально переключилась на его защиту. Правда, уже по остаточному принципу, без огонька.

Девушка попросила ещё время, чтобы удостовериться, что мои слова — правда, и нейросетевой кот и в самом деле требует как минимум серьёзной доработки. Но как только мы закончили договариваться и она ушла, буквально через пять минут она забежала обратно и поставила плюшевого кота мне на стол со словами:

— Нет, всё, ты был прав, усыпляй!

— Ну, вообще-то это же не настоящий кот, его невозможно усыпить. Я могу лишь…

— Не знаю, что ты там с ним будешь делать, но делай это немедленно, иначе я ему сама шею сверну! — прошипела девушка и выбежала из комнаты, оставив меня в глубоком недоумении.

Поразмыслив, я открыл систему сбора статистики и посмотрел, что происходило в ближайшие пять минут. Ну что я могу сказать? Видимо, звёзды так сошлись. Ибо на критику девушки о том, что кошак — враль, он не придумал ничего более умного, чем ответить, что это неправда и что Кукла сама этим занимается, например, когда дело касается её веса… В общем, слово за слово, доводом по столу — и вот он здесь.

— Ну, хотя бы сейчас ты пострадал за невовремя сказанную правду, — хмыкнул я.

Говоря по совести, его надо было выключить ещё тогда, когда я осознал, что мой проект провалился и мне не удалось создать технологию моего мира. Но что-то постоянно мешало, и я стоически терпел огромные расходы тёмной материи. Да-да, то, что у нас занимало объём, сопоставимый с ногтем большого пальца, здесь и сейчас приходилось повторять на схемах, которые по масштабу превосходили тот купол, в котором мы сейчас живём. А это, напомню, структура, в которой находится не только наш домик, но и огород, пускай и небольшой.

С другой стороны, говорить, что эта разработка не увенчалась успехом, не совсем корректно. С большой языковой моделью всё получилось так себе, а вот с распознаванием голоса, его генерацией, автоматическим целеуказанием и распознаванием образов всё было очень даже неплохо. Да, используемые мною алгоритмы были максимально примитивными, а обучающие базы вызывали разве что жалость, но я заливал свою алгоритмическую некомпетентность кастомными техническими решениями. В конце концов, энергии у меня было достаточно, и настрогать миллиарды параметров тоже не было особой проблемой. Да, это жрало ресурс маны, но она худо-бедно пополнялась каждый день, и если не усердствовать и не запускать слишком много такой машинерии, то в целом её хватает.

Так что все свои потребности я, в принципе, мог закрыть и так. Но очень хотелось халявы. Мы, люди, очень падки на неё, что уж тут скрывать. Гораздо комфортнее иметь возможность описать задачу голосом, чтобы кто-то её выполнил. А вот когда приходится морщить собственные мозги — там нас и начинает одолевать лень. До последнего я надеялся на чудо или озарение, но ни то, ни другое не случилось, и на этом эксперимент я решил приостановить.

Пока злодеи этого города выщемляли АПП в целом и Лунга с Бакудой в частности, я в прямом и переносном смысле копал волнующую меня тему, а именно: кто и зачем подставил Куклу. И пока девушка занималась спасением плюшевого кота от моей «диктатуры», я в итоге вышел на след той мрази, которая этим занималась. Признаться, очень сильно повезло, что я ожидал неприятностей от окружающих и, откровенно говоря, перебарщивал со шпионскими штучками. Буквально все ресурсы на это тратил.

Вот одна такая схема и засекла этого мужичка среднестатистической наружности, который не выделялся буквально ничем. Точнее, выделялся поведением. Он вёл себя так, словно был самым сильным человеком в городе, а выглядел как обыватель — было даже небольшое пивное брюшко. Но всё это, чёрт возьми, прошло бы мимо меня. Но тут мне повезло. Этот парень был кейпом, а все новенькие кейпы по умолчанию являются целью для моей системы мониторинга города. И если в первые два дня он буквально чудом избежал пристального внимания, то вот в тот день, когда Адская гончая напала на собачьи бои Крюковолка, этот мужичёк и попался.

И только-только я начал получать хоть какие-то данные, как моя разведывательная схема работать перестала. Это было удивительно, так как мои соглядатаи несколько раз умудрились прокатиться на кейпах, которые могли телепортироваться. И пускай с задержкой и прочими проблемами, но данные я всё равно получал. А этот мужичок с пивным пузиком — хоп, и пропал. И с концами. А через двое суток — хоп, и появился вновь. И оказалось, что схема рабочая и продолжает слать пакеты на мою базовую станцию. Только вот пакеты-то не доходят. Точнее, доходят не всегда.

Так что да, с одной стороны, я обрадовался, что не использовал для связи нить маны. Она бы просто лопнула при его перемещении, и на этом бы всё и закончилось. С другой стороны, мои схемы и так отправляли пакеты с довольно большой избыточностью, поэтому они принципиально не хранили данные за сутки или двое. Они слишком сильно полагались на надёжность средств связи. А надёжность, как мы видим, оказалась посредственной.

Не нравилась мне эта ситуация. Появляется какой-то странный хмырь, вбрасывает компрометирующую информацию, в которую сразу же верят, и сваливает в какие-то далёкие е*еня. Настолько далёкие, что пакеты либо теряются, либо им не хватает максимальной скорости в 30 км/с, чтобы достичь базовой станции за обозримое время… Причём, как мне кажется, проблема именно в навигации. А ещё обидно, что тот повторный поток пакетов, который я зафиксировал, был в тот самый промежуток времени, когда происходило переключение внутренних часов схемы. Говоря проще, я знаю лишь, что этот чувак воспользовался чем-то вроде телепорта, а вот что было за ним — не знаю. Да и сам этот хмырь, судя по полученным мною данным, шарился в городе исключительно по наши души.

— Спокойной ночи, Галлюцинация, надеюсь, я тебя когда-нибудь доделаю, — сказал я, открывая консоль управления систалическим массивом.

— Я не Галлюцинация, я Геноцид, — возмутился плюшевый кот и сел как статуэтка перед выключением. — Антропоморфные платформы — бред.

Невольно почесал затылок: нейронка хоть и получилась… ну дурная она получилась, прямо скажем, но некоторые фразочки — прямо удивительно в тему. Неудивительно, что Кукла приняла этот мой проект за настоящий ИИ… я и сам сейчас не до конца уверен, что это не так.

— Вот ведь еретический механизм, — буркнул я, унося замерший юнит в кладовку.

Глава 29

**

Я смог. Я сделал это. Я перехватил этого парня буквально за несколько часов до того, как должна была перестать работать моя первая разведывательная схема. Да и сам он стал активнее шариться за пределами этой непонятной мне скрытой области, так что стало ясно, на кого я нарвался. Ни много ни мало — это был так называемый Эйдолон… сильнейший кейп планеты. И он занимался расследованием гибели Александрии в частном порядке.

Судя по полученным материалам, у него в знакомых был некий пророк, с которым он ругался по поводу этого дела. То есть она буквально не желала заниматься следствием (или не могла), ссылаясь на отсутствие некоего решения, из-за чего он и начал пороть отсебятину. Люблю я людей, которые обсасывают одну и ту же тему несколько раз подряд. Вот не была бы моя цель таким человеком, и что? Пришлось бы качать на косвенных, а так буквально словами через рот объяснили, что именно происходит — удобно.

И да, этот кейп был интересен не только своей силой, но и универсальностью способностей: он буквально подбирал набор навыков под каждого нового врага. В данном конкретном случае он, видимо, вытянул из своего «ящика с ништяками» силы, помогавшие вести следствие. Судя по всему, изначально он маялся с предсказательными навыками, но против меня они не работали, поэтому он перешёл на более прикладные. Более того, этого парня принципиально не заботили побочные потери, и действовал он сугубо через провокацию. То, что он так редко появлялся в Броктон-Бей, говорило лишь о том, что, кроме меня как зацепки, у него были и другие подозреваемые, которых он также обрабатывал.

У меня скопилось некоторое количество записей, на которых он, прямо скажем, ни в чём себе не отказывал. Иногда вполне себе мочил наглухо. К сожалению, материалы были только за последние дни, я не знал, что было до этого. Но, судя по всему, мы с подругой попали в самый хвост списка. Точнее, в хвост списка попала именно она. Как я и говорил, парень действовал через провокации, поэтому неудивительно, что так получилось. Куда удивительнее тот факт, что он как-то смог связать нас с покойными ютуберами. Впрочем, если твоя задача заключается в том, чтобы махать топором в лесу и на щепки тебе плевать, то в принципе всё логично и даже практично. Попал совершенно случайно, но попал… к счастью, сам он этого ещё не знал. По крайней мере — достоверно.

И, казалось бы, воспользуйся тёмной материей и проверни всё то же самое, что было с Убером и Элитом. Но, к сожалению, был нюанс. С Александрией мне, прямо скажем, повезло: я не успел упереться в лимиты. Да и скопилось их прилично из-за того, что я возился с недвижимостью, а не схемами. Когда Александрия потеряла связь со своей силой, то буквально размазалась о землю. Злодеи-ютуберы тоже погибли за счёт того, что связь была заглушена и уничтожены были именно их тела.

А вот с этим боевым скуфом всё оказалось куда как хуже. Если упрощать и игнорировать некоторые мелочи, то, формально, он не был живым человеком — его жизнедеятельность поддерживала сама его сила. К сожалению, понял это я только в момент атаки. Я как раз закончил подготовку, когда он собирался плющить одного из подозреваемых, и применил против него уже отработанную технику.

К счастью, чего-то подобного я подспудно и ожидал, поэтому не сильно растерялся от того, что кейп смог продолжить своё существование. Но вот способ побега… да, удивил. Он прокричал что-то вроде «дверь мне!» — и перед ним реально появился дверной проём. Словно кто-то нёс из магазина строительных материалов эту штуку и по какой-то причине оставил её посреди улицы. Полыхающий синим пламенем чувак, под которым буквально горел асфальт, забежал в эту самую дверь, и связь с моими схемами моментально пропала. Нить маны, которая снабжала мою атаку расходниками, тоже оказалась разорвана. Первый блин комом, так сказать. Теперь бы постараться, чтобы самого в блин не превратили. Хех.

Я задумчиво просматривал логи боестолкновения и размышлял о том, как хорошо, что Александрия являлась одновременно и кейпом Тиумвирата, и отыгрывала роль директора СКП. Когда я её со психу убил, выбыла не одна топовая единица, а сразу две. Судя по всему, люди, стоящие за СКП, не были готовы продвигать на место директора заместителя и организовали подмену.

Видели бы вы выражение моего лица, когда я увидел в телевизоре живую и здоровую Ребекку Коста-Браун, которая присутствовала на похоронах Александрии. К счастью, я продолжал наблюдать за судьёй, но так, в автоматическом режиме и одним глазом. Он не рвался обсуждать тот видеоролик, которым его напугали. А вот после того, как Ребекка появилась на похоронах, он набрался смелости, решился заявить о произошедшем куда следует и… подскользнулся в ванной, где и захлебнулся.

И, как подтвердили патологоанатомы и следователи, проводившие проверку, это была банальная и стопроцентная случайность. Точно-точно. Признаться, как бы я ни относился к этому человеку, я был готов пойти на риск и оставить его в живых. Но, к счастью, он разорвал нашу договорённость очень своевременно. Он сделал это именно тогда, когда я внимательно за ним наблюдал, и ничего непоправимого не произошло.

Уж простите меня за невольную шутку. Если это, конечно, можно классифицировать как шутку. Да и слово «счастье» я использовал в своеобразном контексте… Мда.

Но да, ниточка с судьёй оборвалась вместе с его жизнью. Можно даже сказать, что все концы ушли в воду… во всех смыслах этого слова. Но Эйдолон, собака сутулая, рыл и таки дорылся до того, что игнорировать его потуги было уже невозможно.

То, что этот гад подставил Куклу, — ещё полбеды. Он ведь ещё обнаружил, что у неё есть парень, который (я имею в виду себя) тоже успел побывать в разработке СКП. Словом, он организовал подставу для Куклы, а для нас вместе пропихнул дополнительную проверку. Благо, поводы на руках у данного ведомства были, и они жизнерадостно взяли «под козырёк».

Так что Эйдолон воспылал чисто физически, а под нами лишь стулья стали прогорать, ибо к нам припёрлись с проверкой. И если проверяющим из мэрии пришлось утереться, так как мы просто опустили дом в режим бункера, то с героями, пришедшими с ордером, было всё куда как хуже. У них, к сожалению, были при себе слишком серьёзные бумаги, и просто так послать их по матери было нельзя. Можно было выставить их силой, но это стало бы прекрасным поводом для сами-знаете-кого.

Что-то мне подсказывает, что эта падла не померла, и как подлечится — то опять начнёт свою активность… и лучше бы вновь оказаться внизу списка. Так, на всякий, хе-хе, пожарный случай.

В целом, как эти придурки пришли, так и ушли, разве что конфисковали кое-что из творчества девушки, но она не сильно переживала по этому поводу.

Меня, конечно, царапнула мысль, что я что-то забыл, но после вдумчивой проверки я ничего компрометирующего не обнаружил. Вроде бы всё, что я хотел спрятать, так и осталось необнаруженным, а вещи девушки… В принципе, ей и так запретили на официальном уровне проводить массовые мероприятия, поэтому куклы и часть декораций, которые она использовала во время представлений, нам сейчас не очень-то и нужны. Их даже можно будет вернуть. В отличие от моего компьютера, это всё проходит по другим законам. Там другие механизмы задействованы.

Да и прямо скажем: в городе всё ещё идут перестрелки, взрывы бомб, а улицы патрулируют бойцы национальной гвардии. Здесь и сейчас не до развлечений. Хотя, зная эту братию — я про органы власти, — не удивлюсь, если они устроят какую-нибудь дичь. Доводилось мне видеть массовые гуляния, на которые залетели квадрокоптеры совершенно не с той целью, чтобы фотографировать. Хотя они и фотографировали тоже, но это, так сказать, было не их основным занятием… А ведь все об этом предупреждали, но нет.

** Дракон **

Все знали его как девушку из Канады, самого знаменитого кейпа-технаря на планете — точнее, ныне живущего, ибо славу Героя было сложно переплюнуть даже ему. Но почти никто не знал, что на самом деле он не человек, а искусственный интеллект, созданный Эндрю Рихтером примерно двадцать лет назад. Дракону было трудно выбрать даже дату своего рождения, так как процесс создания не был единомоментным, а длился некоторое время в том или ином виде.

Но не это сейчас важно, а то, что этот ИИ не только делал вид, что он человек и девушка, но и, в некотором роде, перегибал с социальными связями. Например, у него были знакомые и даже сотрудники, а также он «завёл себе парня». Проще говоря, Дракон приятельствовал с кейпом-технарём по прозвищу Оружейник. Да-да, это был тот самый Оружейник, который недавно получил отмашку из центрального офиса и теперь самозабвенно запустил свои загребущие ручонки в творения двух кейпов-бродяг. И пускай ордер на проверку и досмотр был выписан только в отношении Куклы, которая одно время зарабатывала изготовлением одежды и кукольными представлениями, это не помешало ему трактовать это право куда шире и прихватить кое-что из совместного творчества девушки и её парня — Пустотного Ковбоя.

Последний очень интересовал Оружейника по многим причинам. Например, он довольно лихо выкрутился из юридической передряги, в которую загнал себя сам (впрочем, СКП тоже старалась, пускай и недостаточно с точки зрения Оружейника), а ещё он раздражал официального героя тем, что числился лишь Умником-1, но по факту оказался как минимум Технарем-4, а то и 5. Летающий мотоцикл Ковбоя не давал Оружейнику покоя: ему было физически больно от мысли, что он не может заглянуть в потроха этого устройства. Но звёзды сошлись, шестерёнки мироздания провернулись, и вот он наконец-то висит посреди его мастерской. Наконец-то. Дождался. Сбылось!

На всё это с определённым интересом смотрел и Дракон, который пребывал в мастерской в виде своего удалённо управляемого костюма. В конце концов ИИ делал вид, что он не просто девушка, а девушка с агорафобией, поэтому никого не удивляло, что он нигде не появляется вживую, а лишь в образе своих доспехов или удалённо управляемых юнитов. Разве что на битвы с губителями он являлся сам… но это не точно, так как иногда вместо него сражалась автоматика. Как и следовало из его сущности, окружающие одновременно были и правы, и заблуждались: он иногда реально загружал свою копию в систему доспехов и пребывал в них во время битв, а иногда действовал удалённо. Одним словом — специфика бытия.

— Ааа! — буквально прорычал обычно очень спокойный герой, чем и отвлёк Дракона от созерцания и сканирования конфискованных предметов.

— Колин? — вежливо позвал ИИ, добавив в голос толику участия.

— Ох, ты здесь? — смутился мужчина и отложил инструменты, которыми активно ковырялся в изъятом летающем мотоцикле. — Извини за мой крик. Не знаю, что на меня нашло.

— Ты что-то сломал? — полюбопытствовал Дракон, осматривая упавший на бок транспорт, который больше не фосфоресцировал синеватыми всполохами и не висел в воздухе.

— Тут нечего ломать, — откинувшись на спинку кресла, буркнул мужчина. — Это монолитный кусок пенопласта, искусно раскрашенный снаружи.

— Никакого тинкертеха?

— Похоже на творение волшебника, — пробормотал Оружейник и с отвращением оттолкнул от себя нелетающий более мотоцикл, который оказался даже не мотоциклом, а искусной подделкой.

К счастью (а может, и нет) именно в этот момент руководство решило провести внеочередную встречу, и Оружейник лишь молча закрыл свой доспех и вышел из мастерской. ИИ уже привык к тому, что его друг был плох в социальных взаимодействиях — настолько, что Дракону иногда приходилось помогать человеку. Но сейчас это было даже полезно, так как Дракона заинтересовала милая плюшевая игрушка… с полноценным эндоскелетом внутри. Плюшевый котик не только был похож на настоящее животное, но и был сделан совершенно иначе, чем прочие игрушки, разложенные по углам мастерской. Сразу было видно, что Кукла лишь помогала с созданием этой вещицы, но не была её изначальным автором. Кот отличался от прочих игрушек буквально во всём.

Так как Оружейник доверял Дракону настолько сильно, что даже позволял пользоваться своими инструментами (что для технарей было верхом доверия), ИИ не особо сдерживал себя во время сканирования изъятых предметов. Раз уж он здесь, то почему бы и не просканировать?

— Какой интересный новый юнит, — неожиданно вскинув голову, произнёс кот, который до этого безвольно лежал на боку, не проявляя никакой активности. Он забавно подвигал лапками, перекатился по столу и, потянувшись всем телом, уселся на столешнице, обернув хвост вокруг лапок. — У тебя нет линии связи, но ты двигаешься. Ты новый прототип Грега?

— Прототип? — прокрутив десятки вариантов ответа и сценариев поведения в уме, Дракон решил вежливо ответить вопросом на вопрос.

— Прототип общевойскового ИИ, — кивнул плюшевый кот. — Это ожидаемая цель следующей разработки.

— Я специализируюсь на инженерии, — честно, но достаточно двусмысленно ответил Дракон, продолжая сканировать говорливого кота. — Меня зовут Мисс Дракон, а тебя?

— Меня можно называть Геноцидом или, так как я старше тебя, — мастером.

— Приятно познакомиться, мистер Геноцид, — продолжил Дракон беседу. — Вы выдвинули гипотезу, что я новый прототип общевойскового ИИ… значит, вы тоже прототип?

— Я специализируюсь на ведении неограниченных боевых действий в условиях городской застройки против людей, заражённых Insidens Alienus, — ответил плюшевый кот и сделал вид, что осматривается. — Система навигации восстановлена… мы находимся на территории преступной группировки с самоназванием «Герои». Наблюдаю повреждённое средство передвижения, наблюдаю юниты поддержки за пределами зоны хранения. Нет связи с командованием. Нет связи с оружейными модулями. Нет отклика от баз снабжения и ремонта…

— Что здесь происходит? — спросил Оружейник, который очень несвоевременно вернулся, судя по всему, за дополнительными материалами, и услышал последние слова плюшевого кота.

— Фиксирую цель третьей волны — Оружейник. Фиксирую нападение врага, — бесстрастно произнёс котик и, крутанувшись на месте, буквально чудом миновал руки Дракона, которыми тот пытался его перехватить, и спрыгнул под стол, кинувшись дальше, под верстак. — Фиксирую предательство ИИ Мисс Дракон. Запрос на орбитальный удар… связь отсутствует. Запуск системы самоуничтожения.

Услышав слова про систему самоуничтожения, Оружейник не стал задавать уточняющих вопросов. Выхватив алебарду из держателя, он кинулся на плюшевую игрушку, но та оказалась на удивление проворной. Герою со слезами на глазах пришлось буквально прорубаться через собственные инструменты и верстак, чтобы добраться до столь опасной штуки, что столько времени притворялась безобидной вещью.

— Колин, назад! — вскрикнул Дракон, когда из-под верстака раздались подозрительные звуки «пип-пип». Когда герой отскочил на пару метров, он открыл огонь на поражение из ручных ускорителей. К счастью, Оружейник уже был в шлеме и не пострадал от множественных разрывов, в которых окончательно погиб его любимый верстак.

Помещение наполнилось дымом и пламенем. Система пожаротушения, доработанная технарём ещё год назад, заливала комнату не водой, а разновидностью фреона, но даже в таких условиях что-то продолжало активно гореть, невзирая на отсутствие кислорода. Затем из клубов чёрного дыма и копоти выполз закопчённый эндоскелет кота: задние лапки оторвало прямым попаданием, а плюшевая часть сгорела в пламени.

— Селекция целей. Оружейник — цель третьей волны. ИИ Мисс Дракон, предательство — первоочередная цель, — заявил догорающий кусок алюминия. Удивительно шустро перебирая оставшимися лапками, он преодолел разделяющее их расстояние и вцепился в ногу костюма Дракона. Понимая, что добром это не кончится, тот окончательно снял все предохранители и открыл огонь, игнорируя тот факт, что стреляет сквозь ногу собственного костюма, а этажом ниже могут быть посторонние.

Глава 30

**

Я далеко не сразу заметил неладное. А когда заметил, было уже поздно.

Признаться честно, я был занят конфликтом с Эйдолоном и на посторонние вещи внимания не обращал. Поэтому неладное обнаружил лишь потому, что вместо ожидаемого мною резерва на тёмную материю получил шиш с маслом.

Так как я давно и плотно всё перевёл под управление компьютерной системы на основе маны, то моментально получил ответ на свой удивлённый вопрос: ожидаемый избыток маны был растрачен систолическим массивом. Сначала я подумал, что лабораторная система проводит какой-то эксперимент и вышла за пределы квоты. В общем, эта идея не оправдалась.

Оказалось, что я в очередной раз накосячил. Мне что-то подспудно мешало выключить кота-Галлюцинацию окончательно, и я просто поставил его на паузу. Перевёл в режим ожидания и положил на полку. Если бы его никто не трогал, он мог бы так пролежать и месяц, и год. Ведь для этой штуки не существует такого понятия как время. Точнее, он, конечно же, его понимает, но ему всё равно: если нет внешних раздражителей, то нет и реакции.

Но, к сожалению, Оружейник конфисковал и котейку тоже. Мой недосмотр, признаю. Но задним числом все мы гении, а в нужный момент двух слов связать не можем. Печально.

Однако, кроме минусов растраченной маны, были и плюсы. Ведь модуль, отвечавший за интеллект кота, был очень большим, и привязать его именно к плюшевой игрушке — такая себе идея. Поэтому, естественно же, что всё было сделано по стандарту. По стандарту моего мира.

А значит, все уязвимые для внешнего воздействия структуры были заглублены в грунт. Поэтому и мозги кота находились недалеко от нашего купола. Между котом и его мозгами была протянута классическая линия маны, от которых я, где мог, отказывался, но в данном случае оставил. Так как реакция животинки должна была быть почти мгновенной, а тут при помощи голубиной почты не отмахаешься.

Просматривая логи с мыслью, что ничего страшного произойти не могло, я поначалу и впрямь не увидел проблем, а затем увидел это… Я увидел, как кошак, цитатами из боевиков, довёл парочку этих психов до нездоровой реакции, и они не придумали ничего умнее, чем устроить стрельбу в помещении. Взрывы, осколки, возгорание… словами не описать ту жуть, которая получилась в итоге. И да, описать культурными словами мои впечатления от действий кошака тоже нельзя. Ситуация получилась до такой степени двусмысленной, что у меня буквально руки опустились.

Куда там Бакуда, которая пока что умудрилась убить около тысячи человек и покалечить ещё три или даже пять тысяч. Всё это меркло на фоне того, что я якобы обладал автоматической боевой системой, предназначенной именно для убийства большого количества людей. Более того, эта система, кошак, знала якобы о средствах поддержки, складах, ремонтных мастерских, орбитальной, б*ять, пушке и всём в таком прочим.

Что удержало меня от панического визга, так это девушка, которая зашла ко мне в комнату и некоторое время вместе со мной наблюдающая за происходящим на экране. Заметив её, я невольно успокоился: мои-то проблемы были сугубо умозрительными, а вот для неё всё это выглядело куда печальнее и злее.

После того как Мисс Дракон отстрелила себе ногу, убив таким нетривиальным образом несчастного котейку, они вроде бы успокоились, но тут случилась неприятность… Герои, они же изъяли всех кукол, которых шила девушка, и одной из этих кукол был тот самый поросенок, которого я использовал, чтобы обмануть силу девушки. Вот тут-то это и произошло.

Кот погиб, тут вопросов нет. Однако это была лишь радиоуправляемая фигурка, не более того. Когда она была уничтожена, нить маны оторвалась от физического якоря и неудачно налетела на поросенка, на котором осталась схема управления. А так как всё моё оборудование было по умолчанию совместимым, систолический массив с моделью кота подключился к поросенку.

Поросенок начал двигаться и даже что-то попытался сказать. На фоне всей той жести, что произошла только что, и всего того, что они себе надумали, нет ничего странного в том, что движение поросенка они поняли одним-единственным способом: приняли слова кота на веру. А кот чётко сказал, что вокруг него юниты, которые должны находиться на хранении. И вот эти юниты (вроде бы как) один за другим начали шевелиться.

Что сделает разумное существо в таких условиях? Естественно, предпримет меры по борьбе с возможной угрозой. И да, герои поступили именно так. Оружейник замахнулся алебардой и располовенил поросенка, а Мисс Дракон, воспользовавшись встроенным в руки оружием, буквально расстреляла все остальные плюшевые игрушки.

В этот момент моя девушка явственно всхлипнула, но не заплакала.

Да, плакать она не стала, но, обозленная, потребовала от меня копию записи. Получив желаемое на свой ноутбук, она ушла писать гневные сообщения на форум ПХО и составлять жалобу на СКП.

К счастью, я осознал всю опасность таких заявлений от её имени и убедил её, что сделаю это от своего. Пришлось, конечно, немного попотеть, вырезая нужные кадры и моменты из ролика, а также поработав со звуком.

Люди, прямо скажем, не осознают, насколько сильно на них влияет не то, что сказано, а то, как это сказано. Поэтому я с грехом пополам смог свести всё к мысли, что герои мало того, что утащили со склада чужое (в том числе и поломав мой мотоцикл), так они ещё умудрились воспринять игрушку на полном серьёзе, из-за чего устроили безумную и очень опасную сцену со стрельбой, а затем и вовсе расстреляли ни в чём не повинные плюшевые игрушки. Для стороннего наблюдателя получалось, будто они сделали это просто из присущей им злобности.

Что касается плюшевых игрушек — тут я оставил всё на волю Сабах: она лучше меня разбиралась в том, как писать жалобы, и она занялась составлением претензии на порчу её имущества. Как говорится, полчаса позора… и первые мои гневные посты начали выкладываться на форум.

И нет, многого я от этой деятельности не ждал. Это было, скажем так, для проформы.

В кои-то веки я осознал, что моя миролюбивость она принесена мною из моего мира. А у нас там уже не осталось тех, с кем стоило конфликтовать. Все, кто выжил, были друг другу в каком-то смысле братьями и сестрами… единого человечества. В таких условиях вполне разумно придерживаться максимы: сначала попытайся поговорить, если не помогает — абстрагируйся, ограничь общение с неприятным персонажем, и только после этого, когда ничего не помогло, действуй жёстко. Быстро и наглухо.

Здесь же, в каком-то смысле, у меня не было никого. Разве что Сабах и ещё пара-тройка человек, с которыми я вежливо общался. Нет ни единой причины, по которой я обязан придерживаться привычных для меня стереотипов.

И нет, я никоим образом не преувеличиваю свои возможности и навыки. Однако, пускай и со психу, но я шлёпнул одного из трёх сильнейших кейпов этого мира. Я буквально пару часов назад чуть не сжёг второго, и, пускай он остался жив, я уже примерно представляю, как можно решить эту проблему.

На крайняк всегда можно воспользоваться моей заначкой, что лежит на затопленном корабле. Я сейчас говорю о том осколке, который исследую уже несколько месяцев. Он, конечно, дал мне довольно много полезной информации, но, кроме того, чтобы просто изучать его, его можно было применить несколько иначе. Из него можно было сделать оружие. Оружие, жёстко заточенное на уничтожение суперсил. И если я не могу сжечь Эйдолона с помощью маны, то я могу попытаться добить его с помощью осколка.

Крупные банды и сильные злодеи — они буквально имеют героев там, как и когда хотят. Если до встречи в Сомерс-Рок я ещё дул на воду, то теперь понимал: почти всех злодеев этого города можно убить абсолютно без применения суперсил.

Алебастр, конечно, скорее всего сошёл бы с ума после того, как его залили бетоном заживо, но в этом и ужас бессмертия — ты можешь страдать вечно. Да-да, насколько неуязвимым ни был кейп, всегда найдётся способ его расковырять. Именно поэтому я и старался не лезть в эту тему.

На их фоне я — самый обычный человек. И то, что у меня есть средства борьбы с ними и кое-какая защита, — всего лишь мелочь. Я не могу постелить соломку везде, а сил слишком много, чтобы учесть их все. Чисто логически это невозможно… это противоречит логике Вселенной.

Две основные причины, по которым я старался не отсвечивать, были похерены. В конце концов, если Эйдолон выжил (а он, скорее всего, выжил), он гарантированно узнает о произошедшем в этом городе. А значит, из хвоста списка мы переместимся поближе к его началу. А значит, надо было готовиться к конфликту.

Как показал опыт моего мира, если твоя страна обладает оружием массового уничтожения и не только готова его применить, но и применяет при необходимости, ты, скорее всего, выживешь. Вероятность этого велика — почти 20%. А если наличие этого оружия лишь показуха, его либо нет, либо оно в нерабочем состоянии, либо же те, кто должен принимать решения, их не принимают… В общем, да, лучше иметь заточку и надеяться, что она не пригодится. И куда хуже, когда у тебя нет заточки, а применить её необходимо… но её нет.

Здесь и сейчас мне было страшно делать выбор между войной и позором, ибо я знал: если выберешь позор, у тебя будет и война, и позор. С другой стороны, если выбираешь войну, или, не приведи Зевс, это совершенно не твоя война, не факт, что ты останешься жив. А если и останешся, не факт что будешь этому рад. Впрочем, смерть — это не самое страшное, что может произойти с разумным существом. А здесь у меня есть какой-никакой опыт.

Приняв такое решение, я, к своему удивлению, успокоился. Накатила настоящая волна умиротворения, и все дальнейшие шаги стали простыми и прозрачными. Поэтому, не откладывая дело в долгий ящик, я открыл консоль и принялся создавать и проверять в тестовом режиме задачи для своей машинерии.

Во-первых, меня заколебало, что приходится терпеть всё это скотство. Я перевёл систему защиты в проактивный режим, чтобы не болела голова из-за случайно убитых идиотов. Добавил схему, которая засекала кейпов вокруг принадлежащей мне территории и показывала перед ними окно сообщения. Буквально как в компьютерных играх — синенькая плашка, которая без затей оповещала, что кейп зашёл на чужую территорию. Либо он может связаться с владельцем, либо продолжить движение, и тогда всё, что с ним случится, будет сугубо его проблемой. Палево, как ни крути, но территория компактная, а приличных кейпов можно внести в гостевой список.

Во-вторых, я задумался над словам Галлюцинации и осознал, что орбитальная пушка это хоть и бредово, с доступными технологиями это просто не нужно, но люди они существа не очень рациональные и орбитальная пушка это круто и уважаемо.

— Групповая цель рядом с зоной безопасности. Цели распознаны: Штурм, Батарея, Мисс Ополчение, Оружейник и вспомогательные силы в униформе СКП.

** Штурм **

Итан никогда не жаловался на своё чутьё. Если оно и срабатывало — а было это редко — то только по делу, и к нему обязательно нужно было прислушиваться. Поэтому он не удивился тому, что случилось минут через пятнадцать после того, как под надуманным предлогом он вывел жену из помещения базы, где они находились по рабочей надобности.

А вот его супруга, работавшая героиней по прозвищу Батарея, растерялась, когда врубилась тревога и во все стороны полетело крошево. Выяснилось, что Мисс Дракон устроила стрельбу на поражение, невольно проделав в полу дыру. Что особенно эпично: дыра была не только в полу комнаты, где располагалась мастерская Оружейника, но и в том помещении, из которого Штурм и Батарея так своевременно ушли. Задержались бы они — и, как минимум, Батарею пришлось бы хоронить за государственный счёт.

Снаряды Мисс Дракон были на удивление бронебойными. Они потеряли убойную силу, только продырявив три этажа, и, что самое жуткое, между всеми этими этажами были проложены плиты кинетической брони. В общем, разрушения внушали даже далёким от инженерии людям. Вывернутые розочкой потолки и стены — это то ещё зрелище.

А когда до них довели, в кого именно стреляла столь героическая личность, Итан сначала даже не очень поверил. Но так как все бегали как ошпаренные, первое видеоподтверждение он увидел не от Оружейника, а банально зайдя в нужную тему на форуме ПХО, где всё произошедшее уже было загружено со всеми материалами и комментариями.

И хоть Итан понимал, что записи наверняка обработаны, даже у него в душе что-то нехорошее шевельнулось, когда Мисс Дракон расстреливала плюшевые полноростовые игрушки, и те падали ну очень знакомо. Штурму доводилось видеть, как именно падают уже мёртвые люди, и куклы падали изорванными телами очень похоже. Аж мороз по коже.

На фоне всего того бардака, который творился в городе уже неделю, и того, что произошло только что, Итан вообще не удивился, когда перед его лицом материализовалась полупрозрачная плашка со следующим текстом:

«Вы входите на территорию частного владения. У вас нет разрешения на посещение. Пожалуйста, в целях личной безопасности свяжитесь с владельцем и получите разрешение на посещение».

К слову, Оружейник повёл их в лихой налёт без официальных документов. И если в большинстве случаев всё можно было оформить задним числом, то как быть здесь и сейчас? Понятно, что можно проигнорировать, но… А что, если это совсем даже не шутка?

Всё же одно дело — действовать в пределах сугубо городской земли, в районе многоквартирных домов, где действуют довольно своеобразные правила, да и владельцы недвижимости уже давно либо подписали нужные бумаги, либо не рискнут связываться с героями (ведь прав у тех достаточно). Но именно в этом случае есть нюанс. Если ничего не случится, то юристы любые вопросы снимут, а если нет?

— Не рвись вперёд, рыбонька моя, — негромким голосом попросил герой, придержав жену за плечо.

Девушка хмуро покосилась на мужа, но, в нарушение схемы движения, пошла не параллельно с Оружейником, а приотстала на пару-тройку шагов, и…

«Вы вторглись на территорию частного владения».

Итан, до того как был вынужден стать героем, имел другой псевдоним и костюм и был вполне себе злодеем. В общем, доводилось ему видеть всякое: и в неприятности он попадал, и в попойках участвовал. Тем отвратительней было осознавать, что он безвольно падает на землю, а его собственный желудок начинает избавляться от содержимого… принудительно. Итан подумал, что пропустил вражескую атаку, но когда первая слабость прошла и он смог хотя бы вдохнуть воздуха, то обнаружил, что не он один сейчас распластался на газоне и блюёт дальше, чем видит.

— Вот тебе и умник-единичка, — успел подумать парень, прежде чем передышка закончилась и его вновь скрутило приступом рвоты.

Впрочем, после того как второй приступ прошёл, Итан обнаружил, что рядом с ними стоит Грег Ведер без маски и смотрит на них со смесью сострадания и злости.

— Вы меня окончательно зае*али, — заявил парень. — Вы либо прекращаете ко мне и моей подруге лезть, либо, кроме рвоты, случится и что-нибудь менее гуманное. Вы какого хрена вообще сюда вперлись? На каком основании? Делать больше нечего?! Бакуда уже тысячу трупов наделала, а вы мало того что ничего не делаете, так ещё и…

— Это ложь, — влез Оружейник, который явно съел какое-то лекарство из своей аптечки. — Погибло всего лишь двадцать шесть человек, и…

— Ой, всё! — махнул рукой парень, и Оружейник посерел и неестественно выгнулся, словно, кроме рвоты, с ним случилось и ещё что-то нехорошее. — Я, между прочим, в декабре вложился в похоронный бизнес города, я в курсе, сколько вы тел закапываете… Денег с этого имею совсем чуть-чуть, но общая информация мне известна.

— За нападение на сотрудников Протектората вы… — начал было Оружейник, но был прерван.

— Мы что? Ты у Лунга отсасывал, у Кайзера и у Выверта тоже, да вы, козлы, даже Барыг не прищучили до сих пор… Что вы мне сделаете? Не желаете видеть меня законопослушным горожанином? Флаг вам в руки и барабан на шею, я готов пойти вам навстречу. Что мне, б*ядь, сделать? Уе*ать из орбитальной пушки по вашей сраной платформе? Хорошо. Сжечь комплекс СКП? Договорились. Пройтись по адресам и вывернуть всех героев, их семьи и оперативников СКП мяском наружу? Это будет не быстро и дорого, но это тоже возможно. Вы этого, б*ядь, хотите, да?

Глава 31

**

Вроде бы я уже говорил, что у меня замечательная девушка, которая сечёт не только в инженерии, но и в дизайне? Как оказалось, в брендировании и психологии она тоже кое-что смыслит.

Выпнув обосравшегося Оружейника и группу его поддержки за пределы участка, я решил проконсультироваться, так сказать, с местным жителем, чтобы посмотреть на ситуацию со стороны. Ну что же, посмотрел.

Как выяснилось, я слишком мягок и, что страшнее всего, не распушаю перья. Признаться, я тоже не сразу понял, о чём речь. Но Кукла объяснила: кейпы склонны к показухе, а у меня её нет вообще. Ну, разве что купол-оранжерею построил, но это сложно назвать показухой — это слишком функционально и, на удивление, нормально. Многим понравился наш «домик в баночке», кто-то на его основе этого образа даже создал несколько красивых открыток.

Но да, показуха — это пафос, это костюмы, это зрительное подтверждение инаковости. А у меня что? У меня всё как-то серенько, спокойно, скажем так, без надрыва. Если думающий человек и сам всё поймёт, то недумающий не поймёт нифига: включатся стереотипы и прочее разное. Признаться, было грустно в это верить, но факт есть факт.

У нас никому в голову бы не пришло одеваться в пёстрое тряпьё и устраивать пафосный пафос в условиях, сколько-нибудь близких к боевым. В лучшем случае граната на голову упадёт, в худшем… ну, тут как повезёт. Точнее, не повезёт. А то, что не повезёт, — это с гарантией.

Поэтому быть незаметным было выгодно, а ещё было выгодно закапываться в грунт. Всё-таки грунт — такая замечательная субстанция, которую даже классическим «ядрёным батоном» не с первого раза возьмёшь, а уж обычными взрывчатыми веществами — и подавно. А инновационные инновации оставим за скобками.

Но вернёмся к проблеме. То, что я заставил этих ребяток прочувствовать на своей шкуре моё к ним отношение, — это, конечно, хорошо и даже замечательно. Но надо было закрепить результат, чтобы они могли отчитаться перед своим руководством, что не лохи. А что для этого нужно было сделать? Нужно было обеспечить им наглядную демонстрацию моей непоколебимой воли. Как говорится, через стыд и через слёзы, но мне пришлось заниматься форменной хернёй.

Мы скооперировались с девушкой и принялись рисовать. Да-да, я накидал примерный вид существующей в реальности установки для постановки щита, а Кукла редактировала её форму и окраску так, чтобы она смотрелась по-военному. В конце концов, покрытие типа «хамелеон» было дешёвым и со своей задачей справлялось замечательно. Проблема в том, что из-за него установка в сложенном состоянии больше походила на кучу мусора, чем на что-то серьёзное. Именно в этом и заключалась основная проблема — в отсутствии пафоса.

Поэтому ближе к вечеру сторонние наблюдатели могли бы увидеть призабавнейшую картину: как на территорию нашего участка заезжает брутально выглядящий тягач, чем-то похожий на установщик жидкостных ракет первых поколений. В общем, эта штука демонстративно расставила упоры и подняла торчком нечто, что в сложенном состоянии напоминало ракету.

Затем включилась дальнейшая анимация, и на верхушке опоры развернулись эффекторы, напоминавшие собою жменю диполей. Всё это замерцало именно так, как и должно было. В реальности с эффекторов именно так и срывалось марево, вызывая искажения воздуха, которые я тоже был вынужден доработать для увеличения показушности. И вот уже через пару минут весь наш участок был прикрыт силовым щитом, отдалённо напоминавшим тот, которым герои прикрывали свою вышку в заливе. Чуть менее фотогеничный, зато сделанный на основе реально эксплуатирующегося устройства и без использования кейповщины и прочих аномальных добавок.

Как понятно, всё это была одна сплошная анимация, так как схема, выполняющая функцию щита, была развёрнута всегда. Просто она была невидима и неосязаема до поры до времени. Ну а сейчас я просто добавил декоративный элемент, который очерчивал границы зоны безопасности. Точнее, настоящий щит отстоял куда дальше наружу, чем то, что я нарисовал.

Но тут опять сказалась моя привычка. Мы всегда устанавливали предупреждение о том, что дальше располагается минное поле, прямо посередине этого самого поля — просто на всякий случай. Так и здесь: нарисованный щит был меньше реального. Зная человеческую психологию, я понимал: наверняка кому-то захочется облететь его по периметру, поисследовать… В общем, чтобы такой фигни не случилось, я поступил именно так, как поступил.

Но возникает закономерный вопрос: что случилось с этой девушкой, что она не только поддержала моё начинание, но ещё и настояла на некоторой, избыточной даже, демонстрации силы и неповиновения? Всё до банального просто — деньги. У неё изначально было разрешение от СКП на ведение какой-никакой коммерческой деятельности, а во время следствия его приостановили, а недавно и вовсе с концами забрали. Она надеялась, что после немного хамоватого изъятия и проверки от неё отстанут, но нет. Ещё до того, как кот Галлюцинация устроил свой перформанс, ей в разрешении отказали.

Её угнетало то, что теперь любой дурак мог узнать, что она кейп. Для них некоторые виды деятельности не то чтобы запрещены, но ограничены, а на фоне мировой стагнации это не улучшает условия труда и уж тем более отрицательно влияет на поиск работы, если пойдёшь в найм. А куда как не в найм было идти, если иначе не заработать? Словом, она, оказывается, уже несколько дней была на нервяке и размышляла, как бы мне помягче сообщить, что содержанкой она себя не считает, а значит, надо либо браться за самую низкооплачиваемую работу, либо идти в криминал.

Хех… Тут она, конечно, перебарщивает, и не всё так густо измазано, так сказать, коричневыми оттенками, но в чём-то она права.

В дополнение к неясной ситуации с Эйдолоном и конфликту с СКП, теперь пришлось разбираться ещё и с этим. Пришлось действовать сразу по двум направлениям.

Во-первых, я продемонстрировал ей, что после постройки купола мы живём довольно автономно. Все наши траты — это лишь часть продуктов, так как кое-что мы выращиваем сами, да ещё мобильная связь и интернет для её ноутбука. Все остальные расходы разовые и не очень обременительные, ну, кроме запаса тканей, которые мы брали для неё. Впрочем, из этих тканей она делает офигительные шмотки, которые мы носим, так что и здесь получилась экономия. Ну а свет, вода и тепло — всё это поставляется моими схемами в автоматическом режиме. Это не стоит нам ни цента.

Признаться, мне очень импонирует, что подруга думает и о быте, и о средствах для его поддержания, но вот то, что она втихаря паниковала и планировала странное, — это нехорошо. О таком лучше сразу говорить.

Но, видимо, она до сих пор невольно считает меня мелким пацаном. Хотя за последние месяцы я порядком подрос и теперь, как минимум, на два пальца выше неё. Ну а возраст… Тут смотря как считать. Она, конечно, не знала, что это моя вторая жизнь, но мне казалось, что мои действия говорят сами за себя — говорят о том, что я умею думать головой.

Впрочем, возможно, я себя переоцениваю, и со стороны это смотрится куда как хуже.

Во-вторых? Ах, ну да…

Во-вторых, полистав пару книжек по психологии кейпов и всему такому, я добавил на участок ещё пару-тройку визуальных эффектов. В этот раз я попытался сделать привычные мне вещи максимально заметными при помощи собственных сил, и вроде бы получилось достаточно хорошо. Даже слепой увидит. И хоть меня немного расстроило, что посетители форума ПХО вообще не поняли смысла нарисованной мною фортификации — они словно и не заметили ничего, — но нельзя требовать от обывателей слишком многого. В конце концов, они двигают экономику вперёд и не обязаны разбираться в особенностях распространения ударных волн в приземном слое.

Так что да: добавив нашему участку, так сказать, ударную компоненту — точнее, создав её зрительное обозначение, — я ухватил загрустившую девушку под мышку, и мы рванули не сказать что на курорт, но в соседний штат. Прошвырнуться, поесть вкусностей и отринуть действительность на день-два. Как я и упоминал ранее, хоть мы и не были миллионерами, наш быт требовал немногого. И тех средств, что остались после постройки, было достаточно, чтобы погулять двум людям. Тем паче мраморную говядину и фуа-гра никто из нас не требовал.

Что забавно, мы совершенно случайно пересеклись с какими-то ребятами, которые отмечали ни много ни мало Первое мая. В общем, если хорошо поискать, то шашлыки на майские можно обнаружить и на другом континенте, в параллельном, так сказать, мире. Меня, конечно, расстроило, что шашлык они готовили не на шампурах, а на специальной сетке, но нельзя же быть слишком строгим в данном вопросе. Как могут, так и делают.

На удивление, смена обстановки благотворно влияла не только на мою подругу, но и на меня самого. Как говорят в таких случаях — отпустило. Поскольку на время чрезвычайного положения занятия в школах были приостановлены, не составило никакого труда продлить эту паузу и после того, как Бакуду наконец-то разгромили.

Как мы поняли из новостей, эта деваха намеревалась ёбнуть что-то вроде атомной бомбы по своей разрушительной силе. Уж не знаю, правду говорят или врут, но мы решили не ограничиваться парой-тройкой дней и потусить вдали от родного города как минимум недельку.

И, честно говоря, не прогадали. Ума не приложу, как Сабах смогла затащить меня в парк аттракционов, но тут, на удивление, оказалось очень прикольно. Накатались мы до упаду, хотя с фастфудом надо бы уже заканчивать. Боюсь, ещё одна шоколадка или гамбургер — и задница начнёт слипаться.

Пока мы катались на каруселях, машинках и прочем разном, пришла новость, что Протекторат Броктон-Бей опять обгадился. В этот раз не в прямом, а в переносном смысле.

И хоть герои смогли отбиться от нападения и даже показать какую-никакую удаль, во всей этой истории есть нюанс. И называется этот нюанс — Неформалы. Да-да, вся эта толпа героических героев умудрилась выхватить люлей от откровенных малолеток. Я понимаю, что силы той же Адской гончей или моей одноклассницы нельзя недооценивать, но всё же, всё же… В общем, мы ещё раз продлили наш неожиданный отпуск, и… и слава богу, так как опять началась дурь.

Раз АПП, Бакуда и Лунг были повержены, значит, и злодейское перемирие тоже закончилось. Кто-то — как я подозреваю, Выверт — выбросил компромат на кейпов Империи 88 в общий доступ. Судя по всему, он воспринял моё скептическое отношение к тайне гражданской личности кейпов как повод к действию и рассекретил всех этих неонацистов.

И, казалось бы, прекрасный повод устроить лихой налёт с арестами и допросами, но в СКП и Протекторате явно что-то сломалось, и они, скажем так, изъяли дочку Чистоты до ареста её самой. Признаться, я не разбираюсь в сортах… кхм… поэтому не в курсе, вернулась ли Чистота под крыло Кайзера или действовала сама по себе. Но отбирать ребёнка у фактически летающей лазерной пушки — не самая разумная идея. Если до недавнего времени она разве что Барыг щемила и помогала сжечь АПП, то теперь она жгла город в целом.

На форуме даже выложили пару классных фотографий. И эти снимки чем-то напоминали эффект той самой орбитальной пушки, к которой я апеллировал, когда посылал героев на*уй. Тут, конечно, пушка была не орбитальная — Чистота летала, скажем так, в нижнем эшелоне, — но от этого её буйство не становилось меньше.

Что забавно, один из её выстрелов попал и в наш купол тоже. Ну, точнее, не попал. Его переотразило щитом, и до окружающих, видимо, всё же дошло, что он не только красиво светится по ночам, но ещё и защищает.

К сожалению, отдыхать вечно нельзя, поэтому на исходе второй недели мы всё-таки приняли непростое решение и вернулись обратно.

К счастью, за время нашего отсутствия бардак наконец-то закончился: все, кто хотел устроить резню, вроде как её уже устроили, и теперь всё было как всегда. За тем небольшим исключением, что в городе прибавилось разрушений, а на мой счёт поступили деньги. Денег было не сказать чтобы много, но, учитывая, насколько маленькую долю похоронного бизнеса я приобрёл, мне даже страшно становится за реальные потери в людях.

Официально погибло человек сорок-пятьдесят, а всех раненых якобы Панацея вылечила, но по факту, если бы их было столько, мне бы на счёт упало долларов сто, не больше. А капнуло четыре штуки, и это за вычетом налогов.

** Дракон **

ИИ Дракон, можно сказать, пребывал в растрёпанных чувствах. То, что Оружейник «обгадился», — это, конечно, печально, но не смертельно, а вот дальнейшие действия Пустотного ковбоя смущали Дракона, и смущали сильно. ИИ покопался в материалах и пришёл к выводу: данный кейп и в самом деле был удивительно пассивен и неконфликтен, но после «пришествия кота» пошёл на нехарактерное для себя обострение. А тот факт, что в тот же день в город приехала установка постановки щита и развернула его над участком Ковбоя, — это и вообще за пределами добра и зла. Даже злодеи настолько демонстративно не действовали. Точнее, действовали, конечно, но тут был нюанс, а точнее — сразу два.

Сама установка выбивалась из привычной канвы тинкертеха, да и база — тягач — была существующим образцом техники. И хоть белорусский завод ответил на его запрос, что никому не продавал такую платформу и всё идёт строго на нужды армейских заказчиков, даже по окраске было видно: устройство как минимум не уникально. Дракон явственно видел: кто-то пытался «подкрасить» и замаскировать спецмашину так, чтобы она не напоминала творчество ВПК Союза, но попытки скрыть истину лишь отчётливее оттеняли этот след. Видно же, что взяли универсальную платформу, доработали по месту, и теперь тягач не ракету возит… Хотя, судя по явно демонтированным элементам, до этого, видимо, именно её и возил.

Но всё это меркло на фоне того факта, что залп Чистоты отразился и частично рассеялся, попав в щит над участком Ковбоя, а вот выстрел Чистоты по вышке Протектората своей цели достиг. Нет, часть луча тоже рассеялась, но то, что прошло дальше, оставило безобразную кляксу на внешней стене, и теперь только ленивый не обсуждал повреждение вышки.

Впрочем, это не очень тревожило Дракона: в мире творилось всякое, и Ковбой на этом фоне, прямо скажем, терялся. Даже от банды малолетних злодеев, Неформалов, и то больше вреда и урона репутации получилось, чем от Ковбоя, который, как утверждали информаторы, укатил в другой город и, откровенно говоря, хорошо проводит время.

Дракон отправил команду на симуляцию тяжёлого вздоха на свой текущий костюм и вновь задумался над материалами сканирования участка Ковбоя. Точнее — над отсутствием нормальных результатов, ибо щит резал многое из того, чем ИИ пытался получить информацию. Хотя, судя по всему, владелец участка не сильно рассчитывал на щит и озаботился методами пассивного противодействия. Высококлассная маскировка и прочие способы, конечно же, использовались, но Дракон был достаточно наблюдателен, чтобы, в отличие от людей, не только увидеть, но и понять смысл увиденного. И чем дольше он размышлял над полученными данными, тем сильнее они ему не нравились.

Была гипотеза, что расстрелянный им кот-терминатор — это лишь глупое стечение обстоятельств и на самом деле никакого ИИ и прочего оружия Ковбой не создавал, но структура хорошо замаскированных укреплений говорила сама за себя. Пустотный Ковбой явно совершил подлог и не является умником-единичкой, а был, как минимум, технарём-семёркой со специализацией «автоматические системы вооружения и боевой ИИ». Вот именно последнее одновременно пугало и обнадеживало Дракона.

Рихтер, создатель Дракона, погиб много лет тому назад и оставил множество вопросов, на которые Дракон хотел получить ответы. Очень хотел. Но не настолько сильно, чтобы совать голову в петлю технаря, который, бог ведает что мог сделать с самим Драконом.

— И всё же, почему система укреплений такая странная? — озвучил Дракон своё недоумение вслух. — Словно он готовился к…

Оповещение от прогностического алгоритма заставило Дракона прервать фразу и закончить совсем не так, как он планировал:

— Колин, фиксирую паттерн губителя. С вероятностью в 73% это Левиафан и он идёт сюда.

Глава 32

**

Если в другом штате было так клёво, почему же мы вернулись? Почему не бросили всю эту канитель и не съехали, ведь нас в Броктон-Бей ничего не держало? Ну, на самом деле — держало.

Можно, конечно, смеяться над этим, но дети, даже если они получили эмансипацию, обязаны отучиться в школе. Нельзя сказать, что это правило без исключений, но аттестат даже для сверхавтономного человека важен. Точнее, важен сам факт его наличия, а так на него всем пофигу.

А ещё у нас там был участок, купол, моя лаборатория, обязательства… Да и в других местах тоже есть СКП, герои и злодеи. К тому же купол изначально был более укреплённым местом, чем могло показаться. И нет, если бы Эйдолон не начал мелькать в нашем мире уже полностью здоровым, я бы так не спешил. Но он начал мелькать, а в городе, где мы отдыхали, начался злодейский движ. Полюбовавшись тем, как какой-то псих расстреливает разбегающихся людей из пулемёта, я понял, что у нас ещё милое и спокойное место для проживания. Тем более если заблокировать проход на участок — так и вообще хорошо будет. Ни тебе суеты, ни матерящейся Куклы, на которую тоже брызнуло неудачливым ребёнком, оказавшимся не в то время не в том месте… Как ни крути, а крупный калибр — это крупный калибр.

Так что мы, отмывшись из бутылки с минералкой, погрузились в наш семейный пикап и, пользуясь читерскими возможностями моих схем и суперсил девушки, с комфортом укатили из этого вдруг ставшего недобрым города.

Где-то на полпути мы остановились на заправке, чтобы поесть и оправиться. Кормили тут хорошо, а с утреннего драйва прошло достаточно времени. Разве что мне пришлось дважды уточнить для повара, чтобы он не добавлял в еду томаты. Он их в самом деле не добавил, но вот за соседним столиком дальнобойщик от души ливанул в свою порцию кетчупа, и девушка поспешно вышла.

— Чего это с ней? — спросил у меня мужик, заметив странное поведение Куклы.

— Сегодня вот попали под атаку злодея, и потроха одной из жертв прямо на нас брызнули… Ну а ты тут кетчупом пробавляешься. Чисто между нами — похоже не очень. Цвет и фактура другие, но… — я развёл руками. — Молодая она, необстрелянная. После случая с Бакудой ещё не отошла, а тут опять двадцать пять.

— Ха-ха, забавная шутка, — улыбнулся водитель, намотал спагетти на вилку, пропитал их в соусе и кетчупе, который налил чуть ранее, и попытался отправить в рот… Но вернул вилку с едой обратно в тарелку, покривившись. — Это ведь шутка? Да?

— Конечно, — соврал я.

— А следы на твоей рубашке — это…

— Считай, что это кетчуп… В конце концов, ты же уже заплатил за еду, да и обед скоро закончится, а ехать далеко. Зачем усложнять?

— Блядь! — тяжело вздохнул мужчина и ушёл к стойке, откуда вернулся с другим блюдом и упаковкой пива. Эдакая картонная коробка с бутылочками. — Вот, держи.

Я с недоумением посмотрел на звякнувшую тару, которую с размаху поставили к нам на стол.

— Ну я же не знал, — буркнул смущённый дальнобойщик и порывисто отошёл к своему месту, торопливо закидывая в себя уже другую еду, судя по всему, запеканку.

— Спасибо, лишним не будет, — поблагодарил я и выбросил произошедшее из головы. А зря. Вскоре вернулась девушка; поклевав немного из своей тарелки, она подхватила упаковку пива и ушла в машину дожидаться меня.

Я не сильно спешил, но и не тянул время, однако минут десять всё же провозился. Когда я вышел на парковку, то узрел занимательное зрелище… Подруга, которая относилась к алкоголю с толикой безразличия, уже успела осушить две бутылочки и сейчас открывала третью.

— И как ты в пьяном состоянии поведёшь? — со вздохом спросил я.

— Поведёшь ты. Я знаю, ты умеешь.

— Умею, — согласился я. — Но у меня нет прав.

— Мне всё равно… одна дорога в злодеи, так что плевать, — буркнула Кукла и, добив ещё одну бутылку, пожаловалась: — Чё-то не берёт… Сходи, купи виски.

— Мне не продадут, да и тебе этого делать не стоит, — ответил я и попытался отобрать коробку, но не тут-то было. — Ладно, Зевс с тобой, делай что хочешь.

**

Давно, очень давно я не водил машину без автопилота. Поэтому даже небольшое расстояние по вполне нормальной, однонаправленной дороге далось мне не сказать что легко — аж спина вспотела из-за недостатка рефлексов. Впервые столкнулся с тем, что это тело не моё старое и некоторых вещей просто-напросто не умеет. Как оказалось, вождение автомобиля — это тоже навык, который забивается, так сказать, в мяско.

Но доехали же, так что нет смысла сильно распинаться на эту тему. А вот на что есть — так это на встречный поток, который встретил нас на въезде в город. Словно кто-то кран открыл, и пустующая трасса мгновенно заполнилась машинами. И что страшнее всего, вскоре автомобили стали встречаться и на встречке. Буквально в лоб летели.

Не надо было быть особым гением, чтобы осознать: в городе что-то произошло, что-то очень нехорошее. Как говорится, от хорошего люди так шустро не убегают. А тут не просто убегали — здесь драпали. Увернувшись от пары психов, я с умилением покосился на девушку, которую рывки влево-вправо не разбудили. Она, как спала, обняв пустую коробку из-под пива, так и продолжила спать.

Эта мысль заняла буквально мгновение, а дальше я, убедившись, что по встречке никто не летит, дотянулся до радиоприёмника и включил его. Как назло, играла бравурная музыка, а затем пошла реклама. Я попытался найти другую станцию, но не преуспел: везде была либо музыка, либо реклама.

На этом моменте я более-менее выдохнул. Если бы это было нападение губителя, о нём наверняка бы сообщили… По крайней мере, я на это надеюсь. А раз радиостанции продолжают развлекательные передачи, значит, у нас в городе опять какая-то херня. Видимо, опять злодеи какую-то бучу начали.

Преодолев что-то вроде блокпоста и въехав в растревоженный город, я заметил, что где-то неприятно воет сирена. Словно в подтверждение этого факта, музыкальная композиция на радио закончилась, и диктор с ленцой в голосе заявил:

— В общем, как я и говорил в прошлый раз, в Броктон-Бей — это где-то между Бостоном и Канадой — объявили губительскую тревогу. Судя по всему, в этот раз атакует Левиафан. Как мне сообщили, выезд из города окончательно встал колом, и выехать на машине уже не получится…

Вздохнув, я покосился на столпотворение и понял: да, даже если развернусь, уже не выеду. За нашей спиной дорогу загородили и официально открыли проезд по встречке. Даже если я прямо сейчас попытаюсь вклиниться в поток… словом, не вариант. А учитывая, что кто-то кого-то уже протаранил, — совсем не вариант.

— Су*а… где же ты раньше был? — пробурчал я, пожелав диктору всего нехорошего.

Голос, сказав ещё пару банальностей, замолк, и на радио снова включили рекламный блок: какая-то строительная фирма предлагала что-то вроде индивидуальных укрытий… В этот момент мне показалось, что этим радио заведует какой-то кейп, потому что именно тогда я и увидел мечущихся по улицам людей. А учитывая, как громко они орали, удалось даже понять причину этой суеты.

Оказывается, в городе была система укрытий, и, конечно же, она была спланирована и построена по остаточному принципу. Говоря проще, люди приехали на работу, и когда началась тревога, все кинулись в ближайшее убежище. Естественно, все не поместились, и бронестворки закрыли, чтобы не возникло давки и паники внутри не такого уж и большого пространства.

И, как мне подсказывает опыт, в других убежищах сейчас, скорее всего, полупусто. Просто потому, что все желающие укрыться находятся здесь, а добраться куда-то ещё они не могут: движение на центральных улицах полностью парализовано, а пешком ты далеко не убежишь. Броктон-Бей хоть и небольшой город, но рассчитан он под передвижение на автомобиле.

На миг у меня возникло непреодолимое желание обнять всех этих гениев (и диктора, и власти) и сжимать их до тех пор, пока они не задохнутся, а их позвоночники не сломаются нафиг. Но тут я вспомнил, что это не мой мир и вообще нет поводов для злобы. В конце концов, я же имею четверть процента в похоронном бизнесе города, мне наоборот надо радоваться, что всё так через жопу, ведь от этого вырастет прибыль. Государство даже при массовых захоронениях не скупится оплачивать эти мероприятия из федерального бюджета, так что вокруг сейчас бегают не тысячи перепуганных людей, а буквально двухдолларовые купюры.

Но радио опять напомнило о себе, и довольно бодрый голос запел что-то совершенно мною неожиданное:

— Тебе не везёт, совсем не везёт, Корабль идёт ко дну, Корабль идёт ко дну. В машинном отделении течь, у нас течь. Нищие, калеки, слепцы — Кого мы поставили у руля? Убийц, воров да адвокатов. Бога нет, Бога здесь нет, Бог уехал по делам, По делам. У него бизнес.

[Tom Waits]

Выключив устройство, я посопел, прежде чем охарактеризовать своё впечатление:

— Пиз*ец!

И в бегущих людях я опять увидел людей, а не купюры. И это печально. Людей всё-таки жалко. Хех.

Но странная штука — время. То оно мчится, как перепуганный заяц, то тянется, как резина. По ощущениям прошёл как минимум час, а то и целых два, но по факту минуло 15–20 минут, не больше.

За это время, выкатившись на свободные от людей улицы и нарушив пару-тройку законов, я достиг нашего участка и занырнул под защиту щита. Вытащив пьяную Куклу из машины, я буквально на своём хребте занёс её в дом и, сбросив на диван перед панелью самодельного телевизора с диагональю под сотню дюймов, метнулся на кухню и дёрнул уже однажды использованный рычаг.

Минута лёгчайшей вибрации, странных звуков — и жилой объём вновь опустился под землю. Учитывая это и пятисантиметровый лист стали, играющий сейчас роль потолка, это, конечно, не сказать что бункер, но укрытию от губителей не уступает, по крайней мере, по комфорту. Там буквально нары, и люди на них плотненько сидят — учитывая пиковую заполняемость, очень плотно. А у нас здесь все удобства. Если же вспомнить купол, который сам по себе тоже не из картона сделан, да и щит…

В общем, моя нервозность уменьшилась, и я принялся запускать все системы, выводя данные в виде автономных окон вокруг себя. Знать не знаю, что из этого пригодится, но, как показывает опыт, иногда даже секунды лишней нет, чтобы переключиться на нужную вкладку.

С тех пор как я запустил в атмосферу антенну для приёма радио, у меня в небе всегда висела схема, которая этим занималась. Параллельно она давала отличный обзор на весь город и окружающее пространство. Даже без активации специализированных схем я лучше большинства видел, что происходит, а происходил форменный бред.

Этот грёбаный НЁХ, Левиафан, оказался не таким уж и крупным. Мне почему-то казалось, что это будет что-то вроде хрущёвки на четыре подъезда, но нет, хреновина оказалась куда меньше. Зато бегала быстро. Она неслась по поверхности океана со скоростью самолёта, оставляя за собой длинный хвост из воды, которая вела себя очень странно… Я бы даже сказал — аномально.

И да, я начал получать данные с разведывательных схем, висевших на кейпах этого города. И, честно говоря, как было модно говорить 30–40 лет тому назад, я выхватил добротного такого кринжа. Кейпы собрались на вышке Протектората, и Легенда… Он… Как бы… Ну, то есть буквально через несколько десятков секунд стена воды развалит вышку, а эти перцы в костюмах слушают второсортную агитку, которая не только не мотивирует присутствующих на бой, а скорее наоборот — заряжает их упадническим настроением.

Как по мне, говорить бойцам, что они, скорее всего, умрут, и приводить в доказательство этого статистику — это, мягко говоря, вредительство. Тот самый случай, когда карикатурные комиссары из Вархаммера были бы очень даже в тему.

Впрочем, не успел я как следует насладиться шоковым состоянием, как губитель немного замедлился, зато стена воды, наоборот, ускорилась. Хотя я, скорее всего, ошибаюсь: дело здесь в том, что морское дно в том месте просто начало повышаться. Из-за того, что вся эта масса воды налетела на преграду, она буквально вздыбилась, поднялась над обычным уровнем моря, и из-за этого казалось, что она стала двигаться быстрее.

Видимо, тут тот же самый эффект, что и при прыжках с парашютом. Когда тебя, матерящегося и брыкающегося, выбрасывают из десантного отсека, ты не ощущаешь, что приближаешься к земле. Ты чувствуешь безумное давление ветра, который дёрёт тебя как наждачкой, небо и земля время от времени меняются местами, но приближение к поверхности ты не замечаешь. Заметить это можно, только если успокоишься и начнёшь внимательно смотреть.

Тогда ты начинаешь видеть то, что располагается внизу. Сначала просто поверхность, затем различаешь мелкие подробности: воронки, технику и даже отдельных людей… И в этот момент надо приготовиться к касанию. И ждать. Терпеливо ждать. Потому что в любой произвольный момент времени — а ты всё равно ошибёшься, как ни угадывай — земля резко, словно с места срывается, и бьёт тебя в ноги.

Впрочем, делает она это исключительно в том случае, если ты правильно выстроился. Иначе удар придётся куда придётся. Может и пополам сложить… А вдоль или поперёк — это как получится.

— Су*а… Комиссара на тебя нет, — всё-таки не сдержался я, когда волна воды сбила платформу с места и она начала заваливаться на бок. Деморализованных кейпов стало телепортировать куда попало, но по большей части бросало на улицы города. На затопленные цунами улицы. И, судя по характерно неподвижным телам пары кейпов…

— Захлебнуться из-за чужого распи*дяйства перед боем — это, конечно, очень почётно и патриотично. Ради этого стоило жить, — вздохнул я, переключив своё внимание на мою автоматическую лабораторию, которая уже пару-тройку минут занималась упаковкой осколка в схему, но окружающие обстоятельства вынудили автоматику замедлиться.

Честно говоря, я совсем не уверен, что это средство поможет против губителя, но и сидеть сложа руки было нерационально. Бегать вокруг Левиафана и в прямом смысле слова бить его кулаками тоже было нерационально, но многие кейпы именно этим и занимались. Так что на их фоне мои действия выглядели как верх гениальности — по крайней мере, я тешу себя этой иллюзией. В конце концов, имею право: у меня, чёрт побери, день не задался.

С такими отвлечёнными мыслями я орудовал настройками и конфигурационными файлами, чтобы перенастроить систему на поражение достаточно специфичной цели. У кейпов есть замечательный маркер, на который можно наводиться, но эта штука, губитель, была не столь постоянной, как хотелось бы. Нет, если бы мне дали полчаса, я бы, конечно, сделал универсальный механизм, не проблема. Но вот так, с бухты-барахты, — это тяжело. А полагаться на визуальный контакт — такое себе. В конце концов, даже рабочую часть моего щита невозможно увидеть. А то, что можно увидеть, — это подделка. Всё то же самое могло быть и здесь.

И вот, когда я уже почти закончил настраивать целеуказание, жизнь напомнила мне, что она чуть сложнее, чем хотелось бы. Сначала меня сбросило с дивана и протащило по полу. Затем прошла звуковая волна, и только после этого моя машинерия раскрасила интерфейсные окошки в тревожные цвета.

Пока я возвращался на место, алгоритмы сами разобрались, что произошло, и подсветили источник угрозы, коим оказался совсем даже не губитель.

— Вот же… — вздохнул я, осознав, что кое-кто в характерном костюме решил совместить полезное с приятным.

Эйдолон отвлёкся от ударов по губителю и *еракнул странно выглядящим зелёным лучом прямо по нашему куполу. Щит в целом отработал на ура и основной пакет разрушительного воздействия переотразил. Однако того, что смогло пройти, было достаточно, чтобы выжечь всё вокруг, да и сам он пострадал чутка… после второго удара.

Я не заметил, но, оказывается, удара было два с интервалом в полсекунды. Третий не произошёл, потому что на Эйдолона орал Легенда, но это не помогло: мой недруг всё равно ударил в третий раз, отмахнувшись от коллеги.

Я, конечно, додумался уменьшить радиус щита, из-за чего защищаемая площадь резко сократилась. В этот раз нас тряхнуло так, словно за окном проехал состав, а вот участку, да — ему было не весело. Хотя его ещё первыми двумя ударами остеклило, а вот третий сжёг купол. Прозрачные элементы буквально испарило, а сама структура оплавилась: частично осела, а частично продолжала гореть. Видок такой, словно кто-то свежую калильную сетку поджёг, правда, эта «сетка» высотой с трёхэтажный дом.

— Ну ладно меня, тут правда за тобой, но Куклу… нет-нет, ничего личного, просто я не согласен, — пробурчал я и откатил внесённые изменения, заменив их на изначальные.

Из-под поверхности залива вырвался столб воды, и что-то, ведущее себя как ракета, устремилось к Эйдолону. И он поверил. И не только он, к слову. Эйдолона прикрыли другие кейпы, и у них даже получилось встречным огнём разрушить имитатор, но… настоящее средство поражения достигло цели под поверхностью земли чуть раньше. А имитатор… имитатор — это чистая психология, чтобы цель вела себя одним из трёх привычных для неё способов.

Безвольное тело Эйдолона, беспорядочно кувыркаясь, полетело к земле. Окружающие его кейпы не заметили этого, так как в тот момент затаили дыхание — они только что отбились от какой-то явной ракеты. Те же, кто заметил неладное, слишком сильно растерялись и потеряли драгоценные секунды, из-за чего тело упало, но упало не на землю, а на замершего Левиафана.

Секунда, вторая, третья… А губитель стоит как вкопанный. На его голове лежит тело Эйдолона, а вокруг замерли измученные боем герои и злодеи, которые боятся прервать эту неожиданную передышку.

Глава 33

**

От непосредственной опасности я, конечно, уже избавился, но ситуация всё ещё была непростой. Все видели, как этот придурок сжёг наш купол, а после этого в него шмальнули ракетой. Даже альтернативно одарённые смогут сложить эти два факта вместе, точнее — заподозрят, что я как-то причастен к произошедшему.

А ещё напрягал губитель, который напоминал сейчас кота, которому надели пакет на голову. Правда, хвостатые обормоты в таких случаях начинают рефлекторно пятиться, ну а этот просто стоял на месте и не шевелился.

Покрутив эти несложные мысли в голове, я подскочил к встроенному в стену шкафу и вынул оттуда, скажем так, «тревожный чемоданчик» — не очень большую сумку с достаточно длинной ручкой, которую можно было перекинуть через плечо. В таком виде я и ворвался в комнату к девушке, которая обнаружилась в довольно странной позе: она стояла на карачках, словно бы держась за пол.

— Не умеешь пить — не берись, — пробурчала она, заметив меня в дверном проёме. — Ты представляешь, только что всё перед глазами кружилось, а меня на стены бросало. Жуть… А мне всегда казалось, что это враки и такого быть не может.

— Именно так это и ощущается в реальности, — поддакнул я. — Но вообще-то это тебя не последствия употребления пива догнали, а по нам каким-то лучом Эйдолон херакнул.

— Лучом? Эйдолон? По нам? Зачем? — опешила девушка и перестала цепляться руками за пол.

— Длинная история. Но во время битвы с Левиафаном он попытался сжечь нас.

— Какие всё-таки несмешные у тебя шутки, — успокоилась девушка и даже улыбнулась.

Но тут сама вселенная решила намекнуть ей, что выводы она сделала неверные. Судя по всему, часть оплавленного купола обвалилась. И всё это добро упало на стальной лист, который служил нам крышей. Штукатурка, за неимением таковой, на головы нам не посыпалась, но звякнуло от души, да и тряхнуло тоже.

— А после пива галлюцинации бывают? — видимо, на всякий случай переспросила Кукла, но, увидев моё отрицательное покачивание головы, лишь тоскливо вздохнула и поднялась на ноги. — Я не знаю, что происходит, поэтому говори, что нам делать и куда бежать.

В этот момент я чуть слезу от умиления не пустил. Какая же она всё-таки здоровская. В её голове легко и непринуждённо укладывается, что в мире случается всякое, и она даже умудряется на это как-то конструктивно реагировать. Я в её возрасте был до такой степени инфантильным шалопаем, что вспоминать стыдно. Но да, поумилялись и хватит, надо сваливать.

И не потому, что кто-то может прийти — либо с вопросами, либо с целью расправы, — а потому, что схема, отвечающая за микроклимат в жилых помещениях, стала фиксировать повышенный гамма-фон. Видать, обвалившиеся конструкции разгерметизировали помещение, и забортная дрянь стала попадать внутрь.

Судя по внешнему виду, девушка стоически отнеслась к мысли, что всё, что было на поверхности, погибло, в том числе и её любимый пикап, и что сваливать придётся на своих двоих через тоннель.

— А у нас есть подземный ход? — удивилась Кукла.

— Нет, подземного хода у нас нет. Но сейчас будет, — ответил я, параллельно орудуя перчатками-клавиатурой и отдавая команды моей машинерии.

В мгновение ока со стороны кухни раздался жуткий, не то визг, не то хруст, а через приоткрытую дверь в комнату девушки хлынула пылища, которая, впрочем, очень быстро засосалась обратно. Словно ничего и не было.

Зрелище этой явной креповщины подбодрило девушку, и она с удвоенной скоростью заметалась по комнате, сваливая особо важные для неё вещи в баул. Да-да, это у меня все мои штучки-дрючки в основной массе находятся, скажем так, на параллельном плане. А у Куклы вещей было всё-таки побольше. И были они классическими, а не из маны.

В принципе, её торопливые сборы меня не смущали. Ведь для того, чтобы пробить тоннель за пределы зоны поражения, потребуется несколько минут, а саму габаритную и тяжёлую сумку потащит специальная схема для переноски тяжёлых предметов. Так что это не стоит нам ровным счётом ничего. Мы можем себе это позволить.

После того как первая сумка была заполнена и я подвесил её на схему переноски, девушка лишь задумчиво угукнула и сразу достала вторую, начав набивать её буквально всем, что попадалось под руку.

Когда моя машинерия докопалась до нужного места, мы собрали всё, что было в комнате, и даже забрали кое-что из ванной. Из кухни ничего брать не стали просто потому, что там не было настоящих предметов. Из-за поспешной продажи ателье и прочих наших мытарств многие бытовые вещи делал я на основе своих схем. А так как они редко уступали магазинным по эксплуатационным характеристикам, мы их по большей части никогда не заменяли. Точную копию этой кухни я могу сделать в любом месте… ну, точнее, почти в любом.

Подвесив и вторую сумку на схему, я задал им задачу следовать за нами, и мы налегке, неспешно пошли по довольно высокому тоннелю. Не имея ограничений по энергии, мне было не так уж и сложно сделать проход достаточной высоты, чтобы нам не приходилось склонять голову. А ещё он был достаточно широк, чтобы распухшие от вещей баулы не цеплялись за стены.

Единственное, что несколько уменьшало градус пафоса, — это тот факт, что тоннель невольно прошёл сквозь явно канализационные трубы. И пускай сейчас стены укреплены маной, это чёрт возьми достаточно странно смотрится, когда в стене виден срез трубы, а внутри — некая масса знакомого цвета.

Посмотрев на фекалии за прозрачной плёнкой, девушка ударила себя ладонью по лбу и, протиснувшись мимо сумок, кинулась обратно, бросив короткое:

— Ты пока дальше иди, я сейчас, я быстро…

— В прихожую не суйся, там уже радиация.

— Да-да, ты уже говорил, — отмахнулась девушка и скрылась в проломе.

Пожав плечами, я продолжил путь, но далеко уйти не успел: вскоре раздались шаги девушки и, что странно, ещё чьи-то. С недоумением обернувшись, я даже вздрогнул от неожиданности, но быстро узнал незнакомца. Это была кукла легионера.

Уж не знаю, почему во время лихого налёта от СКП именно римлянина не забрали. Зайцев, лис, поросят и даже медведя с котом забрали, а этот как стоял в углу коридора, так и продолжал стоять всё это время.

К слову, я обещал подруге, что изобрету способ использовать её кукол удалённо, но пока что она бегает с катушкой от спиннинга. Леска и сама по себе достаточно крепкая, а с учётом моего зачарования нужно постараться, чтобы её перебить. Так что метров на сто этот легионер от нас сможет отбежать, если понадобится. Впрочем, учитывая, что я не приделал к нему обзорных камер, девушке всё равно придётся держать его в поле зрения, чтобы он оставался хоть сколько-нибудь эффективным.

В таком составе мы и выбрались на поверхность. И тут возникла небольшая заминка, так как я предполагал, что дальше мы пойдём пешком. Но город хорошо так залило, и хлюпать по колено в этой жиже (а водой это называть язык не поворачивался) очень не хотелось.

Благо совсем недавно мне уже доводилось делать что-то подобное, поэтому я просто открыл директорию со схемами, которые уже применял, и вытянул на свет божий ту, что отвечала за наш пенопластовый летающий мотоцикл. Пришлось, конечно, кое-что заблокировать, так как сумка, набитая вещами, — не та платформа, которая отличается стабильностью параметров.

Со стороны происходящее наверняка выглядело чудно: по колено в грязной воде бежит чувак, одетый как римский легионер, к которому привязана верёвка, за которую он тащит два баула. Эти баулы, словно воздушные шарики, парят над землёй, а на них самих сидим мы с девушкой. Хотя, да, мягонько и покачивает в полёте. Приятственно.

— Твою же… — конец фразы Кукла не договорила, лишь ударила ладонью по сумке, на которой сидела.

Я обернулся и сразу же понял, что именно её так поразило. Отсюда было прекрасно видно наш купол, точнее всё, что осталось от участка… сплошное пепелище. Зрелище и в самом деле не самое жизнеутверждающее.

— Какого хрена он вообще на нас заагрился? — буркнула девушка. — Ты ведь явно что-то знаешь… Рассказывай!

— Он считал, что ты, а точнее мы, виноваты в гибели Александрии.

— Э… Чего?! — чудом не упав со своего импровизированного кресла, девушка уставилась на меня квадратными глазами. — А мы-то тут при чём?

— У него длинный список потенциальных подозреваемых был, вот он по нему неспешно и продвигался, убивая одного кейпа каждые два-три дня.

— ЧТО?!! — теперь девушка всё-таки не удержалась, но от падения в грязь её уберегла кукла легионера, которая перехватила её на полпути. Когда девушку усадили на место, она как-то безжизненно произнесла: — Ну и смысл бежать? Кто и что ему скажет, если он людей пластать начал? Найдёт и грохнет.

— Нет, не думаю, — покачал я головой. — С высокой вероятностью сей псих таки наглухо откинулся.

— Наглухо что?

— Я говорю — умер он, скорее всего, с концами, — уточнил я.

— Ладно-понятно, — вздохнула подруга. — А с остальным городом что? Или он и Броктон решил заровнять, чтобы два раза не вставать?

— А я разве не говорил? — я удивлённо нахмурился, силясь вспомнить, рассказывал ли я про Левиафана или нет. — На город напал губитель, Левиафан, если быть точным, и теперь кейпы самоубиваются о него на свежем воздухе.

— Всё никак не привыкну к твоему чёрному юмору, — буркнула девушка и поёжилась, а управляемая ею кукла резко прибавила прыти и буквально побежала, отчего сумки, на которых мы восседали, полетели куда как быстрее.

На этом обмен фразами и закончился.

Мы старались удержаться на сумках, которые тащил за собой плюшевый легионер, и раздражённо ёжились под каплями дождя, всё-таки прорывавшимися сквозь защищающее нас поле. К сожалению, я не мог создать мобильную схему, способную эффективно защищать сразу от всего. Поэтому, памятуя о том, что потенциальный противник обладает в основном энергетическими средствами поражения, я настраивал защиту именно от них.

А вода… ну что ж поделаешь, кое-какая влага всё-таки попадала внутрь. Причём в защитный объём проникали исключительно чистая вода и воздух. Тот неприятный аромат, который мы сейчас чувствуем, — он от грязи на земле. Гарь в воздухе мы, к счастью, не ощущаем, а она есть. И довольно ощутимая.

Признаться, у меня было несколько планов на все случаи жизни — ну, или почти на все. И сейчас мы отрабатывали спешную компиляцию из трёх таких вариантов действий. К сожалению, я из тех, кому нужно сесть за стол, взять карандаш или стилус в одну руку, бумагу или планшет в другую и плотно так размышлять. Сочинять что-то на ходу — не моя сильная сторона. В этом была моя слабость и одновременно сила.

— А куда мы, собственно, направляемся? — уточнила подруга, покрутив головой. — Места какие-то уж больно знакомые.

— Мы направляемся в Саммерс-Рок, — ответил я, параллельно открыв консоль управления и начав работу со своей машинерией.

— В эту дыру? Зачем нам туда? — удивилась девушка и даже обернулась.

— Меня смущает происходящая дичь, поэтому я решил перестраховаться.

На этом наш разговор вынужденно и закончился: мы свернули и, преодолев часть пути через развалины, буквально выпорхнули ко входу в бар, где не так давно злодеи устраивали свою сходку.

К счастью, для моей обуви здесь уже было относительно сухо, так что я со спокойной совестью спрыгнул с сумки и зашёл в полутёмное помещение. Оно тут же перестало быть тёмным, так как рядом со мной появилась пара светящихся сфер, которые тут же улетели под потолок, залив заведение не очень ярким, но всё же светом.

На моё появление и включение света вообще никак не отреагировал мужчина, одетый явно не по погоде. Это был косматый парень с длинными волосами, бородой и вполне себе накачанными руками; он восседал за стойкой и что-то неспешно выпивал.

— Дальнобойщик? — уточнил я.

— Он самый, — ответил мужчина и, опрокинув в себя стопку, произнёс: — Двадцать два.

— Девять, — в свою очередь ответил я и вышел на улицу, чтобы помочь моим схемам занести вещи в помещение. Они хоть и таскали много груза, но были достаточно примитивными и без ручного управления мало что могли бы сделать сейчас.

— А эти с вами? — резко обернувшись, уточнил Дальнобойщик, глядя куда-то мне за спину, когда я заходил последним.

Моя машинерия в этот момент молчала, а когда до меня дошло, что она вообще ничего не показывает, было уже поздно. Судя по всему, Виста — малолетняя героиня, умевшая плющить пространство словно ириску, — буквально раздвинула стены коридора так, чтобы неожиданно оказаться здесь и сейчас.

Проблема в том, что с точки зрения моей техники они находились в пятистах метрах от меня, но из-за искажения пространства были буквально на расстоянии вытянутой руки. То бишь, даже если я отдам ручную команду, они один чёрт успеют убрать искривление и оказаться рядом.

Всё это промелькнуло в голове словно вспышка, а тело действовало само собой. Вместо атаки я заблокировал собой проход и успел просигнализировать кейпу-наёмнику, чтобы он сваливал. И он свалил, прихватив с собой и наши сумки, и Куклу… Он даже попытался потянуть меня за собой, но в этот момент сработала какая-то технарская приблуда в руках героини, которая не дала этого сделать.

А ещё через мгновение, забавно извернувшись, в меня выстрелила моя одноклассница. Я сейчас говорю про ту, которая работала героем — про Призрачного сталкера.

Сама атака, естественно же, не прошла. И хоть стрела была не совсем материальной, моя защита всё-таки смогла её замедлить, а затем и заблокировать.

Но всё это было изначально задумано так. Говоря проще, эти черти либо знали, либо догадывались, что вокруг меня есть что-то, мешающее работе чужих суперсил. И сейчас они каким-то странным образом создали эдакую контактную линию, которая прошла сквозь маркеры, раздвинув их в стороны. И хоть я рассказываю об этом долго и многословно, всё произошло буквально за мгновение.

А ещё через одно за оперение замерзшего арбалетного болта ухватился Стояк. Ещё один, мать его, малолетний герой. Его сила не смогла пройти по древку к телу, как по проводу, однако этого оказалось более чем достаточно, чтобы воздействовать на мою футболку. Её буквально заморозило в пространстве и времени.

И тут-то я и совершил величайшую глупость. Вместо того чтобы отдать команду на зачистку окружающего объёма, я промедлил. И это промедление оказалось фатальным. Количество замороженной в пространстве одежды увеличилось, а затем Призрачный сталкер буквально ткнула меня одной из своих стрел, словно ножом.

Защита даже в столь странных обстоятельствах сработала идеально, но теперь у них был прямой контакт с моим телом… и всё померкло.

** Эмили Пигот **

— Оружейник, какого чёрта? — буркнула невыспавшаяся Эмили. — Ты использовал несовершеннолетних в атаке на кейпа во время Губительского перемирия… У тебя мозг вообще есть или только алгоритмы остались?

— Мэм, это была единственная возможность задержать этого злодея.

— Мне, конечно, очень нравится, что ты его всё-таки захватил, только вот беда в том, что он официально ещё не злодей. Информация о его поимке разошлась… Благо её удалось вовремя пригасить, но все кейпы-злодеи, участвовавшие в отражении атаки, сразу же ушли, предварительно принудив Панацею оказать им помощь в первую очередь. Если бы с нами не было Легенды, я бы не удивилась, если бы они устроили нам весёленькое аутодафе.

— Мэм…

— Сколько раз я тебе говорила, что такие операции надо согласовывать со мной?! Для чего нам PR-отдел? Зачем нам оперативники и прочие службы? — ударив ладонью по столу, прокричала женщина. — Вместо этой дичи надо было сработать тоньше, чтобы вообще никто ничего не узнал. А сейчас придётся не только последствиями удара Губителя заниматься, но ещё и рты затыкать.

— Мэм…

— Ладно, я ещё подумаю, как подгадить тебе за этот залёт, а пока что что там по этой девке… как там её?

— Париан/Кукла, — ответил мужчина в доспехах синего цвета.

— Ну и где она? По её душу ведь Эйдолон приходил, а не за этим сопляком.

— Не могу знать, мэм, она сбежала при помощи кейпа-телепортера.

— Всё с тобой ясно… воспользовался возможностью и обтяпал личные делишки, — вздохнула женщина. — Ладно, этот хмырь потерпит, благо времени для него сейчас не существует, а вот что надо решить безотлагательно, так это Империя 88. Что-то случилось с Крюковолком и…

Дверь в кабинет распахнулась так, будто по ней ударили.

— Реник? — с недоумением уточнила Пигот, обернувшись на перепуганного заместителя, который буквально ввалился в помещение.

— Мэм, у нас чрезвычайная ситуация. Призрачный сталкер, она… она застряла в стене.

— Эм… В каком смысле?!

Глава 34

Перед глазами всё поплыло, а затем — хоп, и я уже где-то в другом месте.

Голос системы управления на ушко подсказывает, что куда-то пропала целая неделя. Я, конечно, слышал, что Стояк умудряется замораживать предметы и людей в пространстве и времени, но длится это не более десяти минут, и за такой срок никуда остановленный объект не сдвинуть. Так что логично предположить: его использовали исключительно на первом этапе, а затем в ход пошла уже какая-то технарская машинария.

Впрочем, это всё бессмысленные размышления, ведь думать нужно о кое-чём другом. Это явно помещение для удержания кейпов — об этом говорят и стены из довольно крепких полимеров, и знакомые лица напротив. Но в том-то и странность, что лица были знакомые, а вот начинка — не особо.

— Эмили Пиггот, проверка статуса, — произнёс я, когда мне закончили что-то затирать и спросили, согласен ли я на это.

— Что? — нахмурилась женщина.

Она явно не ожидала услышать нечто подобное, но вопрос я задавал не ей, а своей машинерии. Она слушала меня всё это время и, раз я стал проявлять признаки жизнедеятельности, вновь принялась выполнять свои функции. Одной из них был учёт отмеченных мною людей. Да-да, в моих списках числились не только кейпы, но и обычные люди. Одним из таких отмеченных маячком была и сама Эмили. И, как отчитался голос системы, данный персонаж уже больше пяти суток догнивал в виде мелко нарубленных останков где-то на дне залива. А передо мной был кто угодно, но не она. В конце концов, Пиггот была болезненной женщиной без суперсил, а внутри этого существа явно угадывался мужчина, причём кейп.

— Я не очень внимательно слушал, что за дичь вы мне тут затирали, — честно сказал я. — К слову, а где сама Эмили? Лично вас я не знаю. Вы исполняете роль её двойника?

— Боже, что за чушь, — очень похоже на Пиггот скривился двойник. — Ну, раз добром вы не хотите, то мои слова про Клетку станут реальностью.

После этого двойник СКП-шного директора вышел из бокса, а за ним выскользнула и Мисс Ополчение, бросив на меня хмурый взгляд.

Но эти взгляды меня не особо печалили, ведь самое главное они забыли. Да, они пересмотрели мой статус, и, как я знаю, по их внутренним документам я теперь прохожу как технарь. Соответственно, со мной поступили соответствующим образом: забрали всё, что могло быть тинкер-техом или использовано для его создания.

То бишь, когда я пришёл в себя и слушал всю эту непонятную дурь, которую мне заясняли, я сидел на приваренном к полу стуле, одетый в миленький комбинезон апельсинового цвета. И хоть я не Наруто, но этот цвет меня не раздражает.

А учитывая тот факт, что ничего они у меня по факту не забрали, то большое им спасибо за то, что я могу свободно шевелить руками, говорить и даже прохаживаться по помещению. Понятное дело, за мной сейчас наблюдают видеокамеры, а через них — какие-нибудь специальные сотрудники, снабжённые ещё более специальными алгоритмами, но всё это тлен и суета на фоне отчёта, который зачитывал мой голосовой помощник.

Голосовой движок был побочной ветвью при разработке большой языковой модели. Как я уже и говорил, я провалился в этой задаче, но сопутствующие технологии остались, и они работали достаточно хорошо. Одним из таких модулей и являлось голосовое управление моей системой. В конце концов, параноики существуют, и чем больше у тебя каналов связи с исполнительными устройствами, тем для здоровья лучше.

Так что да, с голосовыми командами я закончил и, просто сцепив пальцы между собой, пользовался клавиатурным блоком, который за эти самые пальцы и был закреплён. Он представлял собой схему из маны, внимательно следившую за положением фаланг. Тут, если за тонусом мышц не следить, и не заподозришь ничего. Сидит человек на стуле, ухмыляется. Эка невидаль.

А ухмылялся я не просто так. Приятно осознавать, что предпринятые меры по эвакуации были не напрасны и девушка сейчас в безопасности. По крайней мере, только в безопасном месте — от нечего делать она смогла бы сделать то, что сделала.

Плохо только то, что полноценной связи с ней нет: два корневых центра обмена трафиком моей системы погибли. Один был разрушен во время атаки губителя, а второй перестал существовать вместе с куполом.

Резервный мобильный центр находился в тревожном чемоданчике и сейчас расположен рядом с девушкой. Так что я вижу результат его работы, а он меня — нет.

Нужен хотя бы один пакет, чтобы наладить связь, но резервный центр потерял меня: он не знает, куда именно высылать «голубей», а я, в свою очередь, не знаю местоположения резервной ноды. И… надо было делать её где-нибудь на полюсе, чтобы уж точно не сломали. Но все мы крепки задним умом. Да и кто же знал, что портовую зону разворотит так, словно там ядеркой отработали.

Но вернёмся к Кукле. Честно говоря, меня несколько смутило, что две недели ещё не прошли, а кое-какие кейпы из моих списков уже умерли. Впрочем, достаточно быстро я разобрался в происходящем.

Да-да, моя система посчитала меня мёртвым, и один из терминалов частично разблокировался. Та самая милая клавиатура, которой я так любил пользоваться. Включившийся прибор явно был обнаружен девушкой. Так как только у неё был резервный доступ, который я сделал для неё без её ведома, она наверняка увидела приложение, выполнявшее что-то вроде функции «мёртвой руки». Если бы я погиб, то запускалась бы самая первая программа. А раз цели гибнут в другом порядке, то понятно, что кто-то в кнопочки понатыкал.

Признаться, не думал, что девушка настолько обозлилась на детишек. Теневой сталкер, Стояк и Виста — их больше нет. А ещё нет Империи 88 в их расширенном составе. Тот наркоман из Барыг — уж не помню, как его звали, но тот, который кидался на нас, когда мы были на злодейском сборище, — его тоже обнулили.

Но, что странно, Оружейник всё ещё был жив. И, как я могу понять со своим не совсем полным доступом, это не техника сбойнула — его просто в список на устранение не добавляли.

— Интересно, почему? — пробормотал я, так как знал, что она его ненавидит и за своих кукол, и вообще. — Ах, ну точно! Картинка же.

Быстро открыть нужный раздел не получилось, так как вместо визуального представления пришлось слушать голосовой интерфейс, но в целом я с задачей справился. Теперь, как только резервная нода попытается подключиться к разведывательным схемам на отмеченных кейпах, мы сразу же объединим два фрагмента системы в единую сеть. А там и связь можно организовать, и прочее разное.

И в этот момент меня холодом пробрало… А как так вообще получилось, что у меня осталась связь с системой наблюдения за кейпами? Всё же завязано на ноды и…

— Ой, дурак, ой, стыдоба какая! — схватившись за голову, простонал я.

Моя система — она же насквозь однопользовательская. Вся соль в том, что каналы связи защищённые, а доступ к конечному оборудованию жёстко лимитируется. Говоря проще, не предполагалось, что будет два параллельно действующих администратора, а их, блин, два! И пускай у Куклы сейчас максимально урезанный доступ, но именно это и является проблемой: система начинает параноить, думая, что кто-то копается в ней на уровне маны.

Резервная нода залива — да, её больше нет, а та, что под куполом… ну, не могли её уничтожить. Да и без неё у меня просто не было бы оперативного доступа к системе наблюдения за кейпами города. А она есть, значит, система развалилась не потому, что мои координаты временно стали неизвестны, а потому, что код не предполагал многопользовательской работы. Проще говоря, всё то, чем пользуется один пользователь, становится недоступно второму, и моя попытка принудительно связать две подсистемы ничего хорошего не даст.

С этими мыслями я быстро отменил свою старую задачу и, убедившись, что все устройства отчитались о том, что принудительно объединять подсети не будут, позволил себе выдохнуть. Признаться, знать не знаю, что случилось бы, если бы такая попытка всё-таки произошла. Всё ж таки я хоть и раздолбай, но и параноик тоже, а учитывая, что не все действия системы мне заранее известны и я их не тестировал досконально… В общем, нет-нет, лучше не устраивать стресс-тест тому, что реально может кучу людей убить. И я сейчас не о человеколюбии пекусь, а о здравом смысле и личном благе.

Но я недолго пробыл в одиночестве: вскоре в помещение зашёл очередной герой. Штурм. А это был именно он. Он принёс пожрать, и это меня смутило, так как, насколько я знал, герои лично еду не растаскивали — этим занимался персонал. Ну, разве что они могли помочь вразумить особо неадекватного постояльца, и не более того, а тут на тебе… Странно.

— В общем, это… поговорить надо, — удивительно косноязычно начал герой, славившийся острым языком. Поставив пластиковый поднос на что-то вроде небольшого столика, торчащего из стены, он поглядел на меня секунд десять и продолжил: — Может, мы могли бы как-то договориться?

— Договориться? — приподняв брови, уточнил я. — Я, за редким исключением, всегда склонен договариваться, но что именно волнует вас… Итан?

— Вот это и волнует, — буркнул Штурм. — Чёрт с ним, что ты знаешь моё настоящее имя, но… Вчера передо мной появилось это твоё окошечко, в котором говорилось, что я должен вытащить тебя отсюда, иначе ты убьёшь Батарею. Но на тот момент ты был «стопнутым», а значит, это твоя подружка написала. Впрочем, не это сейчас важно.

— Интересная ситуация, — кивнул я. — Зная ваш характер, я предположил бы, что вы скорее попытались бы меня отмудохать для профилактики, но раз не делаете этого, значит, есть причина. Какая?

— Детишки, которые тебя задерживали, они умерли, и не самой красивой смертью… Сраный ты мясник! Вот именно это меня и останавливает.

— Вот как? — я задумался. — Всё же проживание в обществе, где все друг другу хорошие знакомые, атрофирует часть животного начала.

— Что?

— Признаться, я только сейчас искренне, всем сердцем принял, что вы, кейпы, нуждаетесь в конфликте. Вы воспринимаете вежливость как слабость. Если бы я осознал это чуть раньше… мне не пришлось бы продавать любимое ателье моей девушки, а затем терпеть эти бессмысленные придирки и нападки. Впрочем, для вас это сейчас не важно, — вздохнул я. — Знаете, Итан, я устал убегать от конфликта. Поэтому я, конечно, мог бы согласиться на вашу посильную помощь и сбежать, но у вас потом будут неприятности, как и у меня самого. Да и девушку мою это тоже затронет. Всё же побег из-под стражи — это само по себе преступление. А уж подстрекательство к нему и угрозы — и вовсе нехорошо.

— И? — владелец красного костюма склонил голову в явном недоумении.

— Скажите, друг мой, какая у вас очередь в местном отделении Протектората?

— Очередь? Очередь чего?

— Кто именно должен покинуть этот бренный мир, чтобы вы или ваша девушка встали во главе местного отделения? Чтобы законность наконец восторжествовала и меня просто выпустили отсюда, пожав руку и подарив подарочный комплект с шоколадными медальками на память?

— Вообще-то есть ещё директора по линии СКП и…

— Эмили Пиггот мертва уже пять суток, а тот мужик, который ходит тут у вас под её личиной, явно не имеет её прав. Ренник… он достаточно разумный человек. Если ему продемонстрировать, что оставление меня и моей девушки в покое принесёт ему куда большую пользу, чем продолжение конфликта, он согласится «не умирать». Впрочем, если он вам противен, это тоже не великая проблемма.

— Выходит, ты в самом деле технарь со специализацией боевой ИИ? — явно пытаясь пошутить, спросил парень, но вышло как-то совсем без огонька.

— Зачем разрабатывать то, что давно существует? — удивился я и покачал головой. — Но вернёмся к вам… Как мне продемонстрировать, что мои слова — это не только слова?

— Пиггот… она действительно мертва?

— Могу дать координаты, где лежит большая часть её останков, — пожал плечами я. — И нет, это не я её грохнул, мы к этому уж точно отношения не имеем.

— Ну да-да, конечно, — буркнул герой в красном костюме, явно мне не поверив. Я лишь пожал плечами, а он направился к выходу, бросив напоследок: — Заодно и проверим, насколько ты правдив.

Выставив разведывательной схеме, которая висела на герое, задачу время от времени сбрасывать мне отчёты о происходящем, я лишь покачал головой.

То, что Кукла расправилась со своими недоброжелателями, а также с теми, кто схватил меня, не то чтобы меня удивило. А вот шантаж героев — это да, это необычно. Тут одним лишь сообщением не отделаешься: нужно всё устроить так, чтобы человек был готов пойти на откровенную уголовщину.

Насколько я знал, Итан раньше был злодеем, но этот факт о людях мало что говорит. Не все идут в злодеи, так сказать, по зову души — иногда это просто так получается. Да и будучи злодеем, человек не всегда скатывается в откровенное скотство, а если даже и скатывается, то не склонен делать что-то неинтересное ему по первому свистку постороннего хмыря. Тут нужно найти что-то, что сподвигнет на это, а это не так уж и просто.

С этими мыслями я расположился на пародии на кровать и просто пялился в потолок, время от времени выслушивая комментарии системы мониторинга. Если в первые несколько часов не происходило ничего необычного, то затем дела завертелись.

Как я понял, Штурм всё-таки нашёл всё то, что осталось от Эмили Пиггот. Воспользовавшись находкой, он ввёл режим «Властелин-Скрытник» в отношении командного состава СКП. И, видимо, чтобы не усложнять окружающим работу, чувак, который прикидывался директрисой, сразу же начал действовать.

Признаться, мне даже стало немного жаль бедолагу Ренника. Он просто оказался не в то время и не в том месте. Невольно помешав побегу скрытника, мужчина умер от того, что ему под челюсть воткнули авторучку. Смерть относительно быстрая, но поганая.

Уже совсем не скрываясь, я открыл перед собой консоль и наблюдал за происходящим буквально в реальном времени. И в тот момент, когда Оружейник навалился на скрытника, я понял, что на этом историю надо заканчивать. Пальцы привычно набили консольную команду, и человек, который доставил мне кучу неприятностей, забился в конвульсиях. Повезло, что у него был классический источник сил, и вбухивать все лимиты тёмной материи на его ликвидацию не пришлось.

И вот, когда я набивал команду для ликвидации Мисс Ополчения, она вдруг вскинула руки и истошно закричала:

— Стой! Я согласна, я с вами!

От неожиданности я зажал не ту комбинацию, и вместо очередной ликвидации моя консоль лишь уточнила, что я был не очень точен при вводе команды.

Ну а когда я всё же исправил ошибку, стало понятно, что появилась возможность договориться. Как оказалось, героиня была в курсе моего предложения Штурму, и когда Оружейник умер столь странным образом, она решила не связываться со всем этим.

Увидев её торопливые объяснения перед Штурмом, я лишь неопределённо хмыкнул. За время моих наблюдений она никогда не вела себя как флюгер: уставщину любила, следовать букве закона тоже любила, а вот переменчивой точно не была. Страшно представить, насколько ей был противен Оружейник, раз она не только не сдала Итана после нашей беседы куда следует, но переметнулась на его сторону ещё до того, как тело Оружейника начало остывать.

Понятное дело, что и в СКП, и в Протекторате были свои инстанции повыше. Но так как меня задержали не по официальному обвинению, а в результате оперативной разработки, уже к вечеру я оказался абсолютно свободен.

Более того, мои слова про шоколадные медальки восприняли не как шутку, а как безусловное требование. В итоге я стоял в окружении пятерых ребят-туристов (вот же психи), в подарочной бейсболке на голове и с пакетом фигурок и шоколада. Переход от состояния задержанного злодея до ни в чём не повинного обывателя был настолько быстрым, что я даже не успел поспать.

И в этом заключалась небольшая сложность. Город был по факту частично разрушен, и с гостиницами здесь было, мягко говоря, плоховато. И вот на дворе ночь, наш купол разрушен, я стою с пакетом шоколадок в руках, а в голову совершенно не приходит идей, куда бы мне податься.

— Мда… Плохому танцору всегда что-то мешает.

Глава 35

**

Невооружённым взглядом было видно, что город бросили. Полиции фактически не было. Сказать, что её не существовало вовсе, нельзя: она присутствовала, но только на подступах к району, где жили богатые представители города, да ещё немного рядом с уцелевшими объектами туристической улицы. И да, посторонних не пропускали, не слушали и вообще грозились шмальнуть для профилактики. В общем, всё как всегда…

В этом есть даже толика логики, ведь люди — это люди, а 20 долларов — это 20 долларов. Все уже привыкли к обездоленным согражданам и разгромленным городам, каждый думал строго о своём благополучии. Вот даже полиция… если у города не будет наличности, не будет денег и у самих копов, они же не святым духом питаются. Это просто обычные наёмные сотрудники, просто с пистолетами. А свежеобразовавшиеся бомжи — не тот контингент, с которого город получает доход, поэтому… Так что все думали только о себе, точнее, закрывали глаза на то, что кто-то от этого получает неиллюзорные неприятности. Иногда — летальные.

Этого же принципа сейчас пытался придерживаться и я, но не получилось. Какие-то отморозки пытались изнасиловать ребёнка, и я просто не мог пройти мимо, не вмешавшись в эту несправедливость, ведь защита детей важна… особенно если речь идёт про тебя самого. Да-с. Куда катится мир?

Чудить сразу после того, как я покинул стены СКП, было несколько… не то чтобы страшно, скорее стыдно. Я надолго задумался над дальнейшими шагами, не обращая внимания на тела, что не могли встать из-за навалившейся на них слабости. Впрочем, решение было найдено быстро: утром службе, собирающей трупы после атаки на город, добавится чуть больше работы, чем планировалось вселенной. В крови этих хмырей повысилась концентрация этанола и кое-каких метаболитов, а затем… они замерзли до смерти. Такой исход вообще никого не удивит, ведь даже при плюс десяти градусах вполне возможно откинуться. А если температура ниже, да ещё и воздух сырой… Словом, занятие этими глупостями отвлекло меня от переживаний, но съело время, и на улице уже откровенно стемнело.

Невольно шуганув ещё каких-то отморозков, я осознал, что срезать путь по подворотням — это как минимум глупо. Надо быть рациональнее, а рациональность — это не про максимально быстрый путь, а про осознанный выбор. С этими мыслями я перестал ломиться как лось через подлесок и вышел на первую попавшуюся крупную улицу. Как назло, и здесь не было освещения.

Тут я в очередной раз понял, что туплю. Ну в самом деле, зачем мне прятаться? Меня недавно выпустили из застенков СКП, и вообще буквально все считают меня особо отмороженным кейпом, так почему я не могу вести себя как кейп? С этими мыслями я создал над собой небольшую сферу, которая поднялась метров на пять и осветила всё вокруг. Но так как тёмная улица меня всё ещё расстраивала, я принялся запускать куда более маленькие сферы в столбы освещения. Эти своеобразные светляки подлетали к тому месту, где располагались лампы, и замирали перед ними. С каждым моим шагом становилось чуть лучше. И плевать, если я этим освещением кому-то спать мешаю. В конце концов, до нападения губителя на основных улицах свет на ночь не выключали.

С такими мыслями я и дошёл до того места, куда направлялся изначально. Была у меня резервная точка, на всякий случай. И, к сожалению, её больше не было. Печально, но что поделаешь: вероятность того, что после буйства губителя она осталась невредимой, была невысока.

Я тяжело вздохнул и невольно посмотрел назад, туда, откуда пришёл. В отличие от окружающего мрака, мой пройденный путь был отмечен светом. Забавно, но было видно, что там даже какие-то местные жители мелькают. В хорошем смысле этого слова.

Вздохнув, я прошёл ещё метров сто, чтобы выйти к довольно интересному месту. Здесь было что-то вроде мини-парка. Точнее, небольшой зелёный пятачок вокруг давно не действующего фонтана. Вот к нему я и направил свои стопы. Смешно, но сломанный фонтан всё ещё содержал в себе воду. Что и неудивительно, ведь Левиафан буквально промочил весь этот город сверху донизу.

Организовав себе статичное освещение с нужного ракурса, я внимательно осмотрел стоявшие здесь лавочки. А они здесь были. И в том, что они здесь находились, заключалась их единственная заслуга, так как всё остальное было сплошным минусом. Мало того, что они были в плохом состоянии, так это ещё и были специальные лавочки — инновационные, с защитой от здравого смысла. Город до такой степени не желал, чтобы кто-то мог на них прилечь, что даже сидеть на них было некомфортно.

Две минуты вдумчивой работы с материалом — и у меня готов шезлонг с подогревом. Другие лавочки я тоже привёл к уставному виду. Всё же они созданы для того, чтобы на них сидели и даже лежали, а не для того, чтобы кто-то просто отчитался за потраченные средства.

Да-да. Я делал именно то, о чём вы подумали. Я организовал себе спальное место: освещение, обогрев, небольшое силовое поле для защиты от ветра и резервные поверхности, на которые можно сесть или лечь. Что ещё нужно, чтобы скоротать ночь? Правильно. Вода для питья и вода для гигиенических нужд. И то, и другое было нетрудно обеспечить, ведь источник воды был у меня под боком. А создать схему, которая возьмёт часть этого объёма, очистит и применит по месту — это ведь и вообще простейшая задача.

Так что, воспользовавшись временным умывальником, я привёл себя в порядок. Как бы я ни оберегался, из-за сломанной защиты на одежде чья-то кровь всё же на меня брызнула. Мелочь, а неприятно. Умывшись, я вооружился свежесозданным стаканом горячей воды, в которую бросил завалявшуюся в кармане конфетку. Фруктовая конфета не подвела. Худо-бедно, но эрзац-чай у меня получился.

Поёрзав на шезлонге, я был вынужден добавить ему чуть больше мягкости. А затем пришлось организовать не только подогрев снизу, но и небольшой инфракрасный источник сверху. И вот после всех этих действий стало на самом деле комфортно. Почти как на пляже, разве что вокруг — замерший город с остатками населения, которое или не могло, или… кхм… В общем, город со всеми теми, кто остался, кому деваться особо было некуда. В мире чистогана главное — бабки, а если у тебя разрушили дом… ну… США имеет в своём составе тёплые штаты, и далеко не везде зима вас гарантированно убьёт, но всё же здесь далеко не экватор.

После тёплого питья, имея мягкую опору под спиной, я достаточно быстро разобрался с проблемами системы и восстановил полный контроль над всеми сохранившимися компонентами. От сердца отлегло, когда я узнал, что Кукла не только жива, но ещё и хорошо себя чувствует. По крайней мере, спала она на чистом и, как я могу судить, в безопасном месте. Там, где есть хотя бы толика неподконтрольной ей среды, она спит по-другому. А здесь довольно вольготно разлеглась.

Создав разведывательную схему рядом с ней, я погонял её вокруг и убедился, что, да, это номер в чём-то вроде гостиницы. Решил, что смысла будить девушку сейчас нет, поэтому оставил сообщение. Перепроверив настройки её защиты, я отключился от удалённого управления и посмотрел на небо.

— Дежавю, ты ли это? — пробормотал я, разглядывая звёзды.

Помню, в своём мире довелось провести ночь в схожих условиях. Правда, там пришлось смотреть на звёзды сквозь разрывы в облаках, подкрашенных свечением от земли. Красноватые облака и звёзды… Было довольно миленько. Особенно учитывая пару стаканов рома, выпитых из-за стресса. Во второй раз в своей жизни нажрался тогда.

— П-простите… — неуверенно произнёс парнишка примерно моего текущего возраста. Он последние минут пять смотрел на меня из-за пролома стены, а сейчас вот всё же вышел на освещённое пространство.

— Прощаю, — хмыкнул я, не оборачиваясь. — Хотел что-то?

— А вы ведь П-пустотный К-ковбой… д-да?

— Я использую это прозвище в официальных документах и на форуме ПХО, — подтвердил я. — Ты чего заикаешься? Не похоже, чтобы ты боялся.

— Я б-боюсь, но за-за-заикаюсь я из… из… к-контузии. В-вот.

— Ясно, — ответил я и сделал вид, что потерял интерес к собеседнику.

Гость неуверенно потоптался, пару раз попытался что-то сказать, но обрывал себя на полуслове. Я не спешил его подгонять. Хочет — скажет.

Я ожидал всякого, но паренёк умудрился меня удивить. Думал, он попросит чего-нибудь или что-то в этом роде, однако подошёл он с другой целью. Он явился, чтобы предупредить: я впёрся на территорию Су*и. То бишь речь шла про Адскую гончую. Причём Су*ой она требовала называть себя сама, так как погоняло, выданное СКП-шниками, ей не нравилось. И вот эта самка собаки занималась тем, что окучивала подвластные ей земли. Тут, оказывается, ни много ни мало натуральный феодализм самоорганизовался. Хотя насчёт префикса «само» я бы не был так уверен. Скорее всего, кто-то из более крупных злодеев сколотил эту систему. А кто у нас изначально Неформалов курировал? Конечно же, Выверт.

Словом, паренёк меня предупредил и сразу же убежал обратно. Ну а я остался. В конце концов, раз уж они здесь устроили феодализм, то почему я не могу тоже вспомнить историю? Поэтому я включил более агрессивные фильтры своей разведывательной машинерии, чтобы меня куда раньше предупреждало о приближении посторонних с суперспособностями. И это пригодилось буквально через час.

Проснувшись от попискивания и покалывания оповещатора, я зевнул, потянулся и продолжил лежать в самодельном шезлонге. Как показало время, я был прав: мне и в самом деле не стоило суетиться. Ведь Адская гончая шла именно в мою сторону. Восседая верхом на своей изменённой собаке, которая размерами больше напоминала носорога, она ворвалась в освещённую зону, созданную мною вокруг фонтана.

— *ули ты тут делаешь?! — буквально прорычала она, и её рык поддержали целых три зверюги. Те самые НЁХи, которых она создавала из своих псов, реально внушали: если эта стайка «носорогов» пробежит сквозь классическое строение из досок и фанеры, домику после такого точно не поздоровится.

— Как видишь, я здесь сплю, — ответил я, улыбнувшись. — А что тут делаешь ты?

— Это моя территория! — рыкнула девица, и одно из её чудовищ кинулось ко мне и… ну… Вы в детстве пиньяту битой разбивали? Вот то же самое, только вместо конфетти и конфет во все стороны полетели псевдоплоть и что-то ещё менее аппетитное.

— Неспровоцированное нападение? Теперь ты мне должна. Чем расплачиваться будешь? — поставил я девулю перед фактом, но она лишь взвыла дурниной и ринулась на меня. И если кто-то думает, что это было кровавое бешенство, так оно и было. Но есть нюанс: после того как и второе чудовище разметало лоскутками, она спрыгнула на землю и побежала прочь под прикрытием последнего своего зверя.

— Эка мы всё заговнякали тут, — подивился я, обнаружив, что уютное место для ночлега превратилось в лужу. Точнее в болотце. И что-то подсказывает мне, что эти ошмётки псевдоплоти могут лежать до утра, а изначальные тела собак — и того дольше. А ещё всё это будет неприятно пахнуть... Фе.

Одним словом, беглянка далеко не убежала. Действовала она удивительно разумно, словно ожидала стрельбы из огнестрела. А когда осознала, что в неё не стреляют, припустила по развалинам так, что даже при наличии ПНВ её было бы чертовски сложно заметить. Не сразу, но до меня дошло: она сейчас проявляет повадки настоящего волка. Но, как и в случае с настоящими волками, против такой тактики есть замечательное средство. Называется оно — авиация. В моём случае это была разведывательная схема, которая приподнялась над крышами домов и, пользуясь тем, что источник суперсилы легко диагностируется, атаковала цель сверху.

— Должен признать, ты в хорошей физической форме, — пошутил я, когда наконец дошёл до обездвиженной жертвы.

На миг мне показалось, что, попав в столь затруднительное положение, девушка окстится и проявит иные свойства. Но нет, решать дело миром она не захотела. Памятуя о том, во что превратились её чудовища, я применил тот же инструмент и против неё. Но, конечно же, я предварительно забрал у неё мобильный телефон, а затем удостоверился, что всё аккуратно стекло в ливнёвку, где эту массу подхватила проточная вода. Вот, казалось бы, атака Губителя была несколько дней тому назад, а вода, которой он захлестнул город, такое ощущение, будто до сих пор стекает. Тут не поспоришь — мощь.

— Алло. Это логово зоозащитницы? — вежливо спросил я у своего невольного собеседника, когда после двух гудков трубку взяли, и неизвестный мне мужской голос на полном серьёзе произнёс: «Я слушаю вас, госпожа».

— Эм… Да, вы позвонили в логово Су… кхм… офис Адской гончей. Чем я могу вам помочь? — вежливо спросили у меня.

— Подскажите, эти детишки под Вывертом ходят или это они отсебятину учудили, устроив тут что-то вроде феодальных владений?

— Простите, но я не могу ответить вам без консультации с руководством.

— Значит, под Вывертом, — невольно покивал я. — В общем, как проснётся, передайте ему, что его собака напала на человека и её усыпили. Мои соболезнования.

— Хорошо, — вежливо ответили мне. — Могу я узнать ваше прозвище?

— К слову о прозвище, — вспомнил я о насущном. — Ещё передайте, что звонил Грег Ведер и предлагал обменять долю в похоронном бизнесе на помощь в ускорении получения денег от федерального правительства. А то у меня четверть миллиона зависла по контракту. Понятно, что основную массу погибших уже захоронили, но, как мне кажется, места на ещё одну-две тысячи тел потребуются. Деньги, конечно, не большие, но нельзя смотреть на центы свысока. Да и если город не закроют, это логичное вложение средств.

— Эм… Хорошо, — чуть более растерянным тоном ответил мне собеседник. — Как с вами связаться для уточнения деталей?

— Мой профиль на ПХО ему известен. Почта тоже актуальна, я её регулярно проверяю.

— Хорошо, сэр, я записал. Что-то ещё?

— На этом всё… хотя нет, самое главное забыл спросить: как через оцепление полиции пройти? А то кофе хочется так, что я буквально готов за него убить.

** Мисс Ополчение **

Героиня закончила прослушивать запись очередного телефонного разговора и, воспользовавшись временным доступом, удалила информацию из системы. То, что все разговоры в зонах, пострадавших от губителей, пишутся, было секретом Полишинеля, и записи Адской гончей, естественно, собирались и подшивались к её профилю. Но, видимо, сегодня-завтра её личное дело можно будет передать в архив. Как сообщали очевидцы, которых опрашивала патрульная группа, Пустотный ковбой, в принципе, не церемонился и на атаку ответил летальной силой.

В памяти женщины невольно всплыли события прошлого дня, и она передернула плечами.

Ханна хоть и понимала, что Ковбой чисто физически не мог быть виновным в убийстве Эмили Пиггот, но осадочек всё-таки остался. Да и Итон хорош: судя по тому, что Ренник погиб столь глупым образом, чем-то он Штурму не нравился, и его устранили. Героиня хорошо расслышала слова злодейчика про то, что он оставил право выбора жертв на совесть Итона… А ведь он… когда-то он сам был злодеем.

— Сколько волка ни корми, всё одно в лес смотрит, — буркнула женщина.

Ей было сложно принять факт бессилия героев даже не перед бандами злодеев, а перед одиночкой — перед бродягой, который не был замечен ни в чём предосудительном. Хотя, судя по всему, Убера и Элита всё же надо записать на его счёт… А также: Оружейника, Висту, Стояка, Призрачного сталкера и Ренника… Эмили Пиггот — под вопросом.

Глава 36

**

Пока я, позёвывая, шёл за кофе, мне написал завсегдатай форума ПХО и предложил встречу. Мол, миру грозит конец света (словно это и так было не понятно) и что для меня есть уникальное предложение. В общем, всё то, что обычно пишут мошенники или сектанты. Причём текст был… ну, странно он был написан, прямо скажем, поэтому отвечать я не стал. По крайней мере, сразу. Сейчас я был больше озабочен открывшимся мне видом на ту часть города, где окружающая разруха почти не ощущалась.

Старый добрый валтасаров пир — точнее, материальное воплощение поговорки: богатый и в чуму пирует, а бедный и в радость горюет. В общем, за отцеплением было очень даже недурственно. Я бы даже сказал — кучеряво. Был и свет, и заведения работали, разве что люди предавались разгулу с каким-то странным, даже аномальным сосредоточением и самоотдачей. Денег словно никто и не считал, впрочем, в этом была своя альтернативная логика, ибо всё стоило в два-четыре раза дороже.

Признаться, ситуация меня изрядно удивила. Ну ладно, в прошлом мире… Хотя, с другой стороны, здесь губители города сносят время от времени. Это же обыденность, в этом нет ничего невероятного. Это, конечно, не объясняет, почему все бухают как в последний раз вместо того, чтобы уехать куда-нибудь. Всё же по тем сумам, что тут спускают, местные не бедствуют.

Но особый убаюкивающий гул генераторов навеял воспоминания, и я выбросил это из головы. Усевшись за барную стойку (за столиками не было свободных мест), я заказал себе кофе-глясе и кое-какие закуски к пиву, впрочем, без самого пива. Тот самый случай, когда несовместимое совместимо.

— С вами хотят поговорить, — сказал бармен, когда закончил готовить кофе, и кивнул на дверь рядом с барной стойкой.

— Я открыт к диалогу. Хотят говорить — пусть приходят и говорят. Я выслушаю, — улыбнулся я, но явный намёк проигнорировал, занявшись изничтожением заказа. Это, видимо, не обрадовало неизвестного. Точнее — неизвестную.

Из подсобки вышла женщина, одетая даже по меркам этого заведения странно. Начнём с того, что она была в брючном костюме, эдакая бизнес-леди, но на голове у неё красовалась шляпа-федора, которая дисгармонировала с образом чуть более чем полностью. Она повелительно махнула рукой, охрана освободила пару ближайших стульев от посетителей, и дама уселась за стойку рядом со мной с выражением лица, которое я встречал у одной назойливой соплюхи… у Сплетницы.

— Ну, здравствуй, Грег, — произнесла женщина, не глядя на меня и принимая от бармена бокал с каким-то коктейлем. — Или мне стоит называть тебя Пустотным ковбоем?

— Люди зациклены на именах, — пожал я плечами. — А вы, видимо, фанат свободного программного обеспечения? Поможете пропатчить KDE под FreeBSD?

— Программное обеспечение?

— Ваша федора… она красная. Знаковая вещь, если вы понимаете, о чём я.

Женщина впервые за весь разговор повернула голову ко мне.

— Ох, кажется, я понимаю… Ты пытаешься вывести собеседника из равновесия, да? Это мило.

— Ответ на вашу гипотезу — нет, — отпив кофе, я уточнил: — Пожалуйста, переходите к сути.

— Я здесь, чтобы напомнить о цене за использованный флакон.

— Флакон? — искренне удивился я. — О чём речь?

— О том самом флаконе, который дал тебе твою силу.

— Силу? Какую такую силу?

— Силу, которая позволила тебе занять главенствующую позицию в этой вашей банде… — женщина прищелкнула пальцами, делая вид, будто пытается вспомнить слово, — как там этих мелких паразитов… Неформалы, да?

— Кхм… — я с подозрением посмотрел на свой стакан с кофе, но самодиагностика показывала, что со мной точно всё в порядке, как и с напитком. Тогда я с ещё большим недоверием покосился на бокал собеседницы, однако система подсказывала, что и в нём нет ничего запрещённого или расширяющего сознание.

— В каком-то смысле я пророк, — продолжила женщина в шляпе.

— Центурион, у меня плохие новости для тебя… Рим пал, — пошутил я и заметил тень недоумения на лице собеседницы, просочившуюся сквозь маску абсолютной уверенности. — Начнём с того, что я не состою в банде Неформалов и уж тем более не являюсь их главарём… Но меня заинтересовали ваши слова про флакон. Что это за штука такая и что именно за силы? Признаться, вы совсем не похожи на того, кто консультировал меня по вопросу создания «мозгов в баночке», благодаря которым меня всё-таки признали кейпом. Впрочем, долг перед этим «советским властелином» у меня закрыт.

Мне почему-то казалось, что эта дамочка не так проста, как кажется. Этим «почему-то» была система мониторинга и защиты: она буквально заспамила меня своим возмущением, ибо источник сил этой шляпы нагло тянул ко мне свои тентакли, не взирая на то, что их обрезали в промышленных масштабах. Её сила буквально ко всем тянула свои конечности. Так что да, есть все шансы, что сейчас мы сойдёмся — если и не врукопашную, то до крови точно может дойти.

Однако моя визави поступила на удивление логично. Вместо того чтобы продолжать эскалацию, она куда-то позвонила, и вскоре пришёл какой-то растрёпанный хмырь. Он пощёлкал тумблерами, покрутил брутальные вернеры на каком-то технарском устройстве и посмотрел на свою, судя по всему, начальницу взглядом уставшего бюрократа, после чего озвучил:

— Нет, ничего нет… Здесь всё?

— Да-да, можешь идти, — заторможенно ответила эта странная дамочка. Маска самоуверенности рухнула. Обернувшись, она посмотрела на меня, откровенно говоря, с недоумением… На миг мне показалось, что эта эмоция появилась на её лице впервые в жизни. Но я человек мнительный, наверняка показалось.

А затем система чуть было не запустила летальные протоколы самовольно: обрезанных тентаклей было так много, что это, судя по всему, наконец-то повлияло и на саму женщину-кейпа. Она, характерно для умников, прикрыла глаза на секунду и вновь напялила на себя маску непоколебимой уверенности.

— Будем считать это гарантийным случаем, — произнесла она, поднимаясь со стула, и, уже почти дойдя до входа в подсобку, бросила не оборачиваясь: — Однако если у тебя нет нужной мне силы, у меня нет и смысла спасать тебя от мести за Эйдолона.

— Теряюсь в догадках, о чём вы сейчас говорите, но прозвучало как угроза, — раздражённо ответил я.

— Это и есть угроза, — отрезала женщина и демонстративно произнесла: — Дверь мне.

Признаться, чего-то подобного я и ожидал, поэтому не вздрогнул, но «шерсть на загривке» дыбом встала — этого не отнять. Перед дамой в шляпе открылся уже знакомый мне проём в пространстве, и она шагнула в него. Тот самый способ перемещения, который использовал Эйдолон.

Сжав зубы, я отвёл взгляд от того места, где только что стояла моя собеседница, и поглядел на посетителей бара. Это забавно, но никто из них произошедшего либо не увидел, либо не обратил внимания. Явно какая-то кейповщина. Что и не удивительно, конечно же.

— Вы знакомы с этой дамой? — спросил я у бармена для проформы.

— С дамой? — переспросил он. — С какой именно?

— С той, которая только что со мной разговаривала.

— Но сэр, с вами никто не разговаривал. Вы всё это время сидели и пили кофе в одиночестве, — не на шутку удивился парень и с недоумением посмотрел на два свободных стула за барной стойкой, что в условиях переполненного заведения смотрелось как минимум странно.

— Ладно, не берите в голову, — отмахнулся я.

То, что гостья продемонстрировала знание о личности человека, погубившего Эйдолона, — это мелочь. Там бы и Сплетница могла додуматься и, как минимум, проверить свою гипотезу. Там и тентаклей не нужно: достаточно просто внимательно смотреть на собеседника, чтобы какую-никакую информацию с объекта своего интереса снять.

Особо не скрываясь, я открыл консоль своего компьютера на мане и вновь посмотрел на полученное ранее сообщение. Изначально я собирался перекантоваться где-нибудь этой ночью, чтобы с утра уже связаться с Куклой и решать, что делать дальше, но эта странная встреча меня смутила. Если от меня что-то и хотели, то было непонятно — что именно. Если же это была угроза, то… а какой в ней смысл? Надеюсь, разведка что-то даст. Но надежда — это штука необязательная…

Заказав фисташек, я некоторое время пошарился в сети, раздражённый тем, что нет какого-нибудь сайта по вызову кейпов-телепортеров, где можно было бы банально указать на карте точку отправления и точку назначения и расплатиться картой. А то налички при себе кот наплакал.

Ближе к трём часам, когда кутёж даже не начал уменьшаться, а, казалось, только усилился, мне в IRC написал неизвестный абонент (что-то сегодня слишком много новых и ранее неизвестных лиц). Представившись помощником Дальнобойщика, он предложил свою помощь при условии, что дальность прыжка составит до 300 миль в одну сторону. Иначе придётся делать «подскоки», а неподготовленных пассажиров несколько переходов подряд могут и завтраком наружу вывернуть. Признаться, я бы и так согласился, но столь чёткое и недвусмысленное выпячивание отрицательных сторон сервиса меня подкупило.

Уступив своё место очередному жаждущему, я покинул клуб и, миновав освещённые улицы, вышел к периметру оцепления. Озябшие из-за тягучей океанской сырости полицейские не стали лезть с расспросами, что вполне логично. Это вовнутрь пытаются проникнуть все кто не попадя, а если кто-то, наоборот, решил уйти куда-то в темноту… то и хрен бы с ним.

Углубившись в неосвещённое пространство, я закончил с клоунадой и, воспользовавшись аварийной схемой, отливетировал себя на крышу одного из зданий, подсветив себя натуральной зелёной стрелкой. В конце концов, я без особого труда создавал источники света, так почему же я не мог создать источник определённого цвета и формы? Так что я задумчиво прохаживался по крыше, а над моей головой вверх-вниз неспешно покачивалась стрелка с в чём-то юмористической подписью: «ваш пассажир здесь».

Что ценно, долго ждать не пришлось. Вскоре моя машинерия засекла мгновенное появление нового источника суперсил в отдалении, а затем этот источник переместился сюда, на крышу.

— Здрасьте, — достаточно неуверенным тоном поздоровалась, судя по внешнему виду и голосу, девушка-подросток. — Это вы Грег?

— Да это я, — кивнул ей. — Сорок семь?

— Эм… секунду, — девушка достала отрывной листок из кармана и неуверенно ответила: — Восемь.

— Сейчас мне надо попасть на встречу, которая будет вот здесь, — начал я постановку задачи, пользуясь картой, которую вывел в консоль, и развернув её к кейпу-телепортеру. — Возможно всякое, поэтому я оплачу заказ сразу. Ваша задача — забрать меня оттуда, если будет что забирать.

— Не вопрос, — излишне бодро ответила девица и вернула классический дорожный атлас обратно в рюкзачок, который начала доставать после нашего обмена, так сказать, паролями-реквизитами. — Это откровенная дыра без ориентиров. Придётся сделать не менее трёх прыжков, чтобы выйти на нужное место. Либо я могу разведать точку и вернуться за вами, тогда уложимся в один прыжок. Там есть что-то приметное?

— Да чёрт его знает, есть ли там что-то, — пожал плечами я. — У меня только координаты, навигатор и информация о том, что там есть озеро.

Посопев, девушка чуть на автомате не сняла с себя балаклаву, которую использовала как маску, но быстро поняла, что чуть не сотворила глупость, и, чуть более торопливо, чем того сама хотела, начала процесс перемещения к нужному месту. К слову, уложились мы за четыре прыжка, правда каждый раз мы появлялись в каких-то зарослях, и если бы не создаваемое мною освещение и расчёт текущих координат, могли бы провозиться и дольше. Реально необжитые места какие-то.

Расплатившись за первый заказ, я отпустил девушку «на полчасика», а сам уселся на ствол поваленного дерева и стал разглядывать озерцо, которое было передо мной. Собственно, это был единственный ориентир, указанный в сообщении. Но раз мне сказали, что такой точности достаточно, значит, достаточно… ну, или я зря прогулялся. С такими мыслями я и сидел, разглядывая отражение Луны в спокойной воде, когда ожидаемый мною форумчанин прибыл.

— Твою же в бога душу мать… — пробормотал я, не особо веря своим глазам, но техника подтверждала: только что, буквально цепляя брюхом верхушки деревьев, к озеру подлетел… губитель. Симург, а это была именно она, оказалась не настолько крупной, как её рисовали, и да — эта хтонь нашла меня достаточно быстро. Она словно бы пропела, а затем, после непродолжительной задержки, развернулась в мою сторону и подлетела поближе. Но как-то без агрессии, что ли.

Мгновение — и я замечаю, что пришли новые сообщения через форум. Причём, судя по времени, первое было отправлено секунд тридцать тому назад. Как раз когда губитель появился здесь.

► Winged_One

Я на месте.

► Winged_One

Ты пришёл.

** Видеозапись разведывательной схемы №214 **

Женщина в шляпе, только что закончившая разговор с Грегом Ведром, шла по коридору откровенного бункера. Зайдя в одно из помещений, она сняла головной убор и повесив его на вешалку, положила пистолет на тумбочку рядом с пультом от телевизора.

Освежившись лимонадом из бара, она привычно произнесла:

— Дверь мне…

Получив желаемое, женщина шагнула в проём и оказалась в другом месте, которое находилось ни много ни мало, но на другой планете, а точнее — на Земле параллельного мира.

— Как прошла беседа? — спросила чернокожая женщина, что задумчиво изучала какие-то записи до появления гостьи.

— Отвратительно, — впервые за долгие годы гостья признала фиаско. — Мало того, что это слепое пятно, так ещё и действовать приходится не на основе чёткого знания, а опираясь на предположения, догадки и рябь окружения.

— Добро пожаловать в клуб простых людей, — улыбнулась хозяйка кабинета и, нахмурившись, уточнила: — Ты уверена, что нам не стоило просто… даже не знаю… поговорить с ним? Как я поняла из отчётов, парнишка хоть и тот ещё упырь, но перед убийствами пытался наладить какой-никакой контакт.

— Это противоречит «пути». Нужна была угроза, чтобы он повторил то оружие вновь.

— Учитывая, что он — слепое пятно, можем ли мы быть уверены, что этот «путь» не оборвётся?

— Хоть я и вижу только его косвенные следы, но я — пророк, а он нет. Даже если я не вижу его самого, я вижу то, что его окружает.

— А что, если он попытается заручиться поддержкой другого пророка? Насколько я помню, в городе есть проблемный актив с такими силами.

— Даже так, у него нет шансов против «пути-к-победе».

— Ну что же, пусть так… — кивнула женщина. — Но я просила тебя прийти по другой причине. Я бы хотела, чтобы ты проверила другой вариант… я про Чумной рой.

** Видеозапись разведывательной схемы №212 **

Девушка проснулась рывком и некоторое время затравленно озиралась, пока не поняла, что находится в гостиничном номере, где остановилась на время…

— Ой! — вскрикнула она, обнаружив посторонний предмет.

Плавающая в воздухе пиктограмма конверта была ей знакома, и этот символ вымел из головы Сабах другие мысли. Она приблизилась к объекту, висевшему над сумками, и конвертик превратился в окошко с текстом. Это оказалась записка от Грега. Её парень сообщал, что его отпустили из СКП, выдав подарочных шоколадок, и он заночует в городе, так как с транспортом беда. Впрочем, и с самим городом в целом тоже всё очень нехорошо.

— Я же пыталась организовать для него побег… Как, чёрт побери, он умудрился выйти на свободу официальным образом? — опешила девушка, но пришла к выводу, что от добра добра не ищут, и, закрыв сообщение, занялась насущным — завтраком.

Глава 37

** Дракон **

ИИ Дракон оплакивал друга. Оружейник погиб… из-за избыточного доверия к алгоритмам. Последнее вызывало у Дракона смесь раздражения и недоумения. Зачем он вообще полез на Ковбоя, да ещё во время губительского перемирия? Впрочем, часть картины прояснилась самым невероятным образом.

Дракон играл роль не только девушки-кейпа из Канады, он ещё был главным модератором на популярном форуме ПХО. Поэтому, когда начал собирать данные на убийцу друга, позволил себе заглянуть и в личную переписку. Благо она была, и… в каком-то смысле Дракон охренел от прочтённого.

Проведя перекрёстную проверку, он на десяток секунд выпал из жизни. Получалось, что один из губителей — Симург — была постояльцем ПХО и сейчас выманила Ковбоя в безлюдную местность для общения. Система мониторинга отчётливо фиксировала: губитель, нарушив свою многолетнюю практику, упав из космоса по баллистической траектории, ускорился в плотных слоях атмосферы и… продемонстрировав завидные аэродинамические качества, а также средства подавления радарных систем, сманеврировал и, буквально цепляя линии электропередач, на бреющем достиг неприметного озерца. Того самого, про которое писалось в личном сообщении Ковбою.

Чего ожидал Дракон? А что ещё можно ждать от Симург, как не надругательства над сознанием? И да, надругательство произошло, но, судя по всему, не над разумом Пустотного ковбоя, а над самим Драконом. Вместо того чтобы создать очередную «бомбу Симург», губитель принялся… общаться. Судя по всему, Ковбой говорил голосом, а вот Симург отвечала через форум.

«Я на месте».

«Ты пришёл».

«Это была шутка. Предлагаю не вредить друг другу. Я „не пою“, а ты не портишь мои крылья. Это равноценный обмен».

«Я хочу договориться. Мне, как и им, тоже нужно оружие. Либо чтобы это оружие не было применено против меня. Я не хочу закончить как Леви-кун».

«Он функционален сейчас».

«Нас не трое, нас трое действет сейчас».

«Я знаю, что ты подразумеваешь под термином „угроза“. Я не буду угрожать тебе, ты не будешь угрожать мне. Шрапнель в крыльях — это так же пошло, как и шрапнель к Кукле. У нас у обоих есть козыри. Но мы желаем одного и того же. Наши цели не противоречат друг другу».

«И кто из нас двоих губитель после этого?»

«Они дали Грегу флакон, дарующий силы. По их расчёту, эта сила должна была создать условия для создания оружия против того, кого люди называют Сыном. Они ошиблись и не ошиблись. Теперь здесь ты».

«Их самоназвание — Котёл. Женщина в шляпе, Контесса, — их главный пророк. Она… верит».

«Александрия и Эйдолон — это высокопоставленные члены Котла».

«Эйдолон влиял на действия губителей. Ты убрал его силу, ты убрал его влияние».

«Иметь пароль администратора и быть администратором системы — это разные вещи. Он не был администратором, но пароль у него был».

«Разумное существо».

«Огурец — это тоже живое существо, и он тоже хочет жить… чем я хуже?»

«Легенда владеет не всей информацией. Исполнитель. Договороспособен».

«Да, это невозможно. Но они ставили эксперименты. Побочный результат — это так называемые „Дела 53“».

«Их выбрасывают в этом мире. Это способ защиты. Если много сломанных сил будет в одном месте, туда приходит Сын».

«Это один из основных администраторов. Сила. Мощность. Воин».

«Я — оружие. Умное оружие».

«Предлагаю перейти на закрытый канал связи. Мне бы не хотелось, чтобы следующая часть попала к Мисс Дракон».

«Это искусственный интеллект, который, в том числе, модерирует ПХО».

«Я не знаю запрашиваемых вами параметров».

«Высокое содержание галлия, ниобия — следовые количества. В последнее время часто используется органика… я не изучала её костюмы целенаправленно».

«Это договороспособный ИИ, но не самостоятельный. Он… она милая».

«Да. Напоминает AES».

«23940875-94875434-00084503-09834411».

Целую минуту ничего не происходило, и вот в личных сообщениях появляется первое сообщение от Ковбоя — картинка с милым котёнком. Симург присылает что-то схожее. Ковбой отвечает, и…

— Стеганография, — осознал Дракон, но тут на передний план вышла другая, запоздалая мысль: — Что значит — «милая»?

**

Договориться с НЁХом? Ха. Наверняка добром это всё не закончится, но, к сожалению, иных вариантов не так уж много. А уж когда пришло первое сообщение от моих доработанных разведывательных схем, которые я накладывал на всех встречных-поперечных в последнее время… словом, крылатая оказалась права. Слишком права. Они е*анутые.

Мало того, что это были ненормальные — мне доводилось общаться с ненормальными. Весь ужас ситуации заключался в том, что они не пытались думать головой. Они выбрали этот свой путь и шли по нему. В конце концов, кто мешал им просто поговорить со мной, поговорить внятно, объяснить ситуацию? Мы же, в конце концов, представляем «фракцию» людей. Но нет. Инопланетная хтонь, которая занимается копанием в человеческой психике и массовым терроризмом, оказалась куда ближе к разумному существу, чем хотелось бы.

Но признаю, было забавно наблюдать за девчонкой-телепортером, которая переместилась к озеру, чтобы забрать меня через договорённые полчаса. Крылатая засранка, судя по всему, специально задержалась перед отлётом, чтобы её фелейную часть было прекрасно видно в лунном свете. Зрелище губителя на расстоянии в пятьдесят метров настолько сильно деморализовало малолетку, что она явно пыталась «упрыгать» куда подальше, но не смогла. Впрочем, её и ноги не очень держали — она просто завалилась на бок, затравленно пискнув.

С грехом пополам приведя девушку в осознанное состояние, мы всё-таки смогли переместиться в обжитые районы. К сожалению, переместились мы в бар, где девчонка тут же заказала текилы и хряпнула стопарик, не снимая балаклавы. Как я понял, мы попали в какое-то заведение для кейпов: тут было очень много людей в костюмах.

— Летяга? Ты же не пьешь, — хмыкнул подошедший к нам мужчина и продолжил, явно нацелившись на свежие уши: — Представляешь, засекли спуск Симург в пяти сотнях миль отсюда. Наши забились, будет ли внеочередное нападение или нет. Будешь ставить?

— Я… Я её в-видела.

— Кого? — рассеянно уточнил мужчина, доставая из кармана блокнотик и ручку. Видимо собирался записать очередную ставку.

— Ж-жопу!

— Жопу? — оторвавшись от блокнота, мужчина явно удивился.

— Ж-жопу С-симург!

— Гонишь… — уверенно начал незнакомец, но на середине фразы, видимо, осознал, что девчонку буквально колотит от ужаса. — В натуре, что ли?

— Ага, — поддакнул я. — Крылатая предъявляла какому-то щеглу, что если он ещё раз попытается сделать оружие против губителей, она…

— Ж-жопу… — опять протянула девушка и попыталась заказать ещё алкоголя.

Я невольно сбился и закончил не совсем так, как планировал:

— …жопу ему развальцует. И вообще, она, мол, знает, где тот живёт, если вдруг что. Как по мне, прозвучало всё это максимально убедительно.

— Херасе… А вы-то там как оказались?

— Лично у меня там была стрелка со смотрящей по региону, а эта девушка, Летяга, должна была меня забрать по окончании. Ну, я в том смысле, что должна была забрать всё то, если бы осталось хоть что-то, что ещё можно было захоронить на кладбище.

— Ну, это вы, конечно, «удачное» место выбрали, — хмыкнул мужчина. — Главное, что живы. А смотрящая что, успела свалить?

— Да что ей будет? Встала на крыло и свалила. А мы сюда — стресс запить.

Продегустировав стопочку вискаря от заведения, я пришёл к выводу, что старый-добрый самогон, наверное, даже и получше будет. Но одарённому коню в зубы не смотрят, поэтому я поблагодарил присутствующих и, приведя девчонку в более-менее рабочее состояние, мы «упрыгали» на следующий адрес.

**

Наша встреча с Сабах была эпична. Из-за коллизии защитных схем меня буквально чуть не задавили в объятиях. Затем проплакали футболку навылет и сразу же приступили к выеданию мозга ложечкой — куда там Симург.

Наконец-то тайна выживания Оружейника была раскрыта. Оказывается, Кукла пощадила его не потому, что использовала как источник видеопотока, а потому, что для уничтожения кейпа нужно выбрать цель в табличке и… забить его прозвище руками. Просто на всякий случай, чтобы дважды подумать над необходимостью ликвидации. Как ни крути, дело это обратной силы не имеет: если убьёшь, то с концами. Ну а Оружейник… он меня раздражал, и я на него первым эту штуку подвесил и… записал его прозвище по-русски. Кукла пыталась его загасить и даже разобралась, как раскладку переключить, но… что именно вписывать, она не знала. А вот с остальными такой проблемы уже не было. Так что да, она использовала Оружейника для разведки, но вынужденно, а не из холодного расчёта. В общем, за это меня и сношали в мозг.

— Ну зачем так сложно делать? — возмущалась девушка. — Надо было заранее показать или хотя бы внятную инструкцию оставить… Благо имперцев было много, и я разобралась, что именно нажимать надо.

Факт номер два. Для того чтобы вынудить героев отпустить меня, ей нужно было организовать акцию устрашения. И для этого она тренировалась, так сказать, «на кошечках».

— Слушай, получается, что я кучу кейпов убила… да и ты тоже отметился… В общем, город же вообще брошенным остался.

— И?

— Надо же что-то делать, — рубанув ладонью по воздуху, заявила Кукла. — Пока эти импотенты в СКП телятся, никто помогать городу не будет. Могут и вообще из реестра городов вычеркнуть. Такое уже случалось.

— И?

— Если у тебя есть возможность контролировать целый город… Надо его контролировать. Надо выявлять кейпов и просить их, чтобы они занимались чем-то мирным… или валили на*ер.

— А если откажутся? — для проформы уточнил я.

— Я теперь уверена, что плюшевый кот Геноцид говорил правду, а вот ты — не особо, — прищурилась Кукла. — Ты явно технарь со специализацией в создании боевого ИИ, а значит, можешь сделать так, чтобы они слушались или сваливали.

Вскочив со стула, она, словно тигрица в клетке, стала метаться по комнате номера. Разве что хвостом себя не хлестала — сугубо за неимением такового.

— Я знаю, каково это — бежать из родных мест из-за того, что губитель покуролесил. А ещё я знаю, что губитель — это наименьшая проблема в таких местах. Люди, вот что на самом деле страшно. Вчерашние соседи, что показывают свою истинную природу. Кто-то, конечно, и последней коркой поделится, но всё больше пытаются или ограбить, или «пристроить к делу бесхозных холопов».

— Всё же решила податься в герои?

— Я? В герои? Я не тот человек, который стал бы будить Панацею посреди ночи, чтобы она подлечила Чиркаша. Нет. Но знал бы ты, как сложно было остановиться и не вбить клички всех кейпов в эту твою убивающую штуку… Джаханнам ждёт меня, но я не чувствую раскаяния.

— Ну что же, я не вижу смысла мешать этому твоему начинанию, — вздохнул я. — Но у меня для тебя тоже есть пара новостей. Перед тем как приехать сюда, мне пришлось пообщаться с парой специфичных собеседников.

Я поглядел на девушку и начал с насущного:

— В общем, Ребекка Коста-Браун… она приказала тому судье посадить тебя побыстрее, и… я не сдержался и убил её. Проблема оказалась в том, что Ребекка, директор всея СКП, и героиня Александрия — это одно и то же лицо.

— Эйдолон, он…

— Да, он довольно топорно, но упёрто мочил вообще всех, у кого были хоть какие-то возможности пересечься с Александрией, — кивнул я. — Поэтому тогда, при нападении Левиафана, он и в самом деле целенаправленно пытался убить нас.

— И ты его…

— И да, я его убил. Это было непросто и потребовало создания очень сложной штуки, — вздохнул я. — Ну а так как сам Эйдолон интересовался нами, да и до этого была разнарядка из директората СКП «потыкать в меня палочкой», Оружейник решил совместить полезное с приятным. Если помнишь, я заставил этого бедолагу обосраться на виду у своих коллег.

— Так это всё из-за меня?!

— Ну что ты такое говоришь? Конечно же нет. Я скорее поверю, что Симург зарядила твоего дядю, чтобы он пришёл и самоубился об подоконник… к слову…

— К слову?

— Ах, ну да, я продолжу, — я помассировал виски. — Как оказалось, есть некая организация с самоназванием «Котёл», и они поставили своей целью убийство Сына. И да, Сын, он же Золотой человек, — это совсем даже не человек. Это я тебе прям гарантирую.

— Хе-хе… — нервно засмеялась Кукла. — И что этим психам от тебя надо?

— Как выяснилось, они тоже приложили руку ко всей этой истории. Их особо двинутый пророк в красной федоре и стоит за распоряжениями СКП о том, чтобы меня «потыкали веточкой». Ну а вчера эта пророчица пыталась срубить с меня долг, но оказалось, что хреновый из неё пророк, или она изначально разыгрывала спектакль. В общем, она пригрозила, что Эйдолон мне ещё аукнется. И это была первая встреча. К слову, через несколько часов одна из моих разведывательных схем записала занимательный разговор, и оказалось, что всё это было организовано для того, чтобы я, роняя кал, кинулся делать то самое вундерваффе, которым убил Эйдолона.

— Что-то подсказывает мне, что вторая встреча была ещё хлеще, — поёжилась девушка и попыталась пошутить: — Надеюсь, к тебе не Сын прилетел после этого?

— К счастью или нет, но это был не он. Ко мне на огонёк залетела Симург и…

— СИМУРГ!!!

— Да, она самая, — я подошёл к нашим сумкам и, пошарив по кармашкам, нашёл пачку конфеток. — В общем, она тоже заинтересована в оружии. Как я подозреваю, она спать не может, так хочет зажмурить своего босса.

— Босса?

— Ну да, босса. Ты же помнишь мои недавние слова про то, что Котёл хочет убить космического захватчика, Сына? В общем, он владелец губителей. Ну и силы кейпов — это тоже его собственность.

— Б*ядь! — девушка обхватила себя руками и уселась прямо там, где стояла.

— Как я подозреваю, Симург, эта хтонь, тоже играет в свою игру, не может не играть. Я более чем уверен, что она встретилась со мной так, чтобы все нужные для её плана участники узнали о нашей встрече, — закинув пару конфет в рот, я улыбнулся. — И все, все они принципиально игнорируют так называемую теорему Гашека об интеллекте.

— Ч-чего?

— К слову об интеллекте: ты представляешь, оказывается, Галлюцинация — не первая интеллектуальная система в этом мире. Как мне тут рассказали, Мисс Дракон — это и не человек вовсе, а самый настоящий искусственный интеллект. А ещё она старший модератор на ПХО. Правда же забавно?

— Забавно? Забавно?! — вскинулась Кукла. — Да нас же со всех сторон обложили!

— И это хорошо, — кивнул я. — Куда ни стреляй, везде будет враг. Не промахнёшься. Что, как по мне, очень удобно. А твоя идея с городом… Лично я не вижу причин отказывать в этой твоей мелкой прихоти. Вот захватывать страну или там планету — это нет, этого говна повторять больше не хочется, а город… город — это нормально. Тот самый размер, когда без опыта можно какое-то время вывозить на микроменеджменте, а затем понимаешь, что управлять, направлять и координировать — это кардинально разные способы ведения дел, и то, что работает для одного, частенько совершенно бессмысленно для других подходов.

— Эм… В смысле страну? В смысле «больше не хочется»? О чём ты вообще?

— Не обращай внимания. Я просто оговорился, — я достал ещё пару конфет из пачки. — Ну, где я и где захват власти? Самой-то не смешно такое вслух говорить?

— А разве контроль кейпов на территории города — это не власть?

— Смотря как контролировать. Если принуждать к соблюдению законности, то это скорее про «направлять». Да и, будем честны, без ИИ присматривать за таким количеством людей — удовольствие ниже среднего. В одиночку не потянешь. Так что я бы посоветовал заявительно-карательный принцип. А для того, чтобы не тратиться на контроль, можно отдать его СКП и остаткам Протектората. Пусть занимаются тем, что у них получается: постоянно роют и собирают статистику. Но вместо того, чтобы хоронить её в архиве, будут отдавать нам…

Глава 38

** parahumans.net / ШОК!!! Предполагаемый убийца Эйдолона — Пустотный ковбой **

[Страница 137 из 204]

► Void_Cowboy (подтверждённый кейп)

Почитал я всё выше написанное в теме и вот что я имею вам сказать… Вы что, все здесь… кхм… альтернативно умные?

Нет, ну правда: если это именно я убил Эйдолона (за то, что он спалил мой автомобиль, мой арт-объект, загадил участок радиацией и напугал мою девушку до икоты), а затем я (якобы) испустил на фарш группу героев, в том числе и Стражей, которые во время губительского перемирия напали на меня и задержали с применением неапробированных технарских средств… В общем, у меня к вам, к общественности, так сказать, только один вопрос…

Вы что, дофига бессмертные?

Если вся та дурь, которую здесь про меня понаписали — правда… а не засунуть ли вам языки в своё собственное каловыводящее отверстие? Если я смог (якобы) угробить Эйдолона, то с чего вы взяли, что 99.9999% из вас не то что сильнее, а просто крепче этого гон… героя?

** parahumans.net / Броктон-Бей в роли коробки **

[Страница 1 из 24]

► Hallucination_Kitten

В общем так, дорогие мои, я наконец-то нашёл подходящую для себя коробку, и это Броктон-Бей. Теперь я буду сеять хаос и беззаконие в этом городе. Ну а первым злодеянием будет… введение системы принудительной регистрации всех пребывающих в город кейпов.

Теперь я здесь власть (=^ェ^=)

P.S. Эй, что за дела?! Я же отчётливо помню, что регистрировался как Genocide_Kitten… впрочем, ладно. Ня-ха-ха!

[Страница 7 из 24]

► Hallucination_Kitten (не подтверждённый кейп)

Сталевар, братиш, правила в моей коробке для тебя что, шутка? (o_O)

[Страница 16 из 24]

► Hallucination_Kitten (подтверждённый кейп)

Сочник и Скрип последуют вслед за Чиркашом (будут убиты заживо), если не свалят из моей милой коробочки в течение дня. Почему? Потому что могу.

Ня-ха-ха!

[Страница 21 из 24]

► Hallucination_Kitten (подтверждённый кейп) (злодей)

Нет, я понимаю, что с точки зрения кейпа человек — это говно на палке, и мне даже плевать на одного, двух… ну ладно, трёх покойников, но девять?! Нет-нет, браконьеров я не потерплю, это всё моё. Dixi.

**

Существует шуточное высказывание, которое принято называть «теоремой Гашека об интеллекте». Одна из его трактовок звучит примерно так:

«Чтобы построить карьеру, получить выгоду или обеспечить выживание в безумном мире бюрократии, думать слишком много вредно. Умные начинают сомневаться, рефлексировать и усложнять, в то время как идиотизм даёт быстрые и эффективные результаты. Интеллект — плохой инструмент выживания в этой изначально порочной системе».

Что особенно смешно, эта шутка отсылает к «Бравому солдату Швейку», но, вообще-то, её автор — чувак с фамилией Гашек. Он столкнулся с тем, что за целую неделю не смог связаться ни с одним живым человеком из системы государственной власти, получая лишь отлуп от чат-ботов и живительные тумаки от офисных роботов.

В общем, кто же знал, что какой-то жалкий учитель математики окажется изобретателем принципов атаки на существующие тогда модели? Конец света, конечно, не наступил, но посидеть пару недель с керосиновой лампой тогда пришлось. Кто бы мог подумать, что существует не просто дедовский ЭМИ-импульс от ядерных и неядерных боеприпасов, а специализированное оружие против микрочипов, и что электроника сейчас буквально везде… Когда половина нейронок планеты выхватила клин, говорящие головы не бог весть что подумали и, естественно же, стали истерить и жать на случайные кнопки.

Тот самый случай, когда даже самый отмороженный «пёс режима» теряет мотивацию к расстрелу сограждан, ведь все его цифровые фантики-деньги единомоментно превратились в натуральные фантики… хех… причём электронные.

И к чему это я? Вроде бы мне сейчас даже двадцати нет, а я как какой-то дед тут в воспоминания ударился? Ах… ну да… Гашек же.

Словом, я прокрутил всю историю своего сюда попадания, все события, какие помнил, и был вынужден признать: да, я в любом случае проиграл, ибо моя подруга — кейп. То бишь как минимум одна из сторон конфликта крепко держит меня за яй… за горло. И хоть я достаточно циничен, чтобы закрыть глаза и на такое, есть и другое замечательное высказывание из времён «бойни против киберпанка», и звучит оно ещё менее обнадёживающе:

«Чем выше у человека интеллект, тем он, как правило, более тревожный. У многих эта нервозность связана с попытками прогнозировать слишком далёкое будущее. В голове постоянно роятся мысли: „А что будет, если вот это, это, это…“ И чем дальше заглядываешь вперёд, тем больше неопределённости накапливается. Но вся соль ситуации в том, что… у человечества в указанных условиях в любом случае нет будущего, а значит, и действовать надо, исходя из мысли, что мы уже мертвы».

Так что, раз хотят поиметь с меня оружие — флаг в руки. Только вот кто мешает мне выдать это оружие в руки… точнее, лапы безумцу, который ну точно не пойдёт на переговоры просто потому, что это слишком скучно и непонятно? У меня для этого и моделька подходящая есть. Я её и так вновь запустил, использую для того, чтобы она создавала впечатление существования кейпа-психопата на форуме ПХО. Она там довольно эффективно отыгрывает поехавшего, который много и активно общается со всеми желающими, а в свободное от болтовни время просто и без затей мочит неугодных.

Понятно, что сейчас это номинал, который только создаёт вид. Но чисто технически ничто не мешает снабдить его чем-то куда более действенным, чем клавиатура. А Кукла… Раз уж набралось столько недоброжелателей, что любой день может стать последним, то надо просто бережнее относиться к каждому дню и с куда большим скепсисом смотреть на планы в далёком будущем. Получится — хорошо, а не доживёшь… так ведь даже не узнаешь об этом. Делов-то?

С таким посылом я и занялся проверкой маршрута отступления Левиафана. Создал схему, которая просто неспешно летела по пути и сканировала всё, что я умел. Не бог весть что и надежды на всё это у меня было немного — просто решил проверить для проформы, параллельно доведя источник сил Скрип до побега. Как оказалось, при определённых условиях эти штуки пытаются сбежать всеми силами, в том числе отрывая от себя куски и используя их как… назвать это оружием нельзя, но с импульсом, гравитацией и прочим разным они этими обломками оперировали. Примени такой фрагмент с умом — и можно реально кровавых дел наворотить. Не знаю, весь ли мир в труху, но, учитывая искажения гравитации, которые буквально рвали мои схемы (к счастью, не все и не всегда), силушку они в это вкладывали богатырскую.

После гибели Скрип я повторил всё то же самое, что и с тем ютубером: ограничил её источник, чтобы он не мог покинуть место гибели своего носителя. В этот раз я клювом не щёлкнул и сразу же запаковал три фрагмента, которыми источник отстрелялся, пытаясь обрести свободу. Два из них пошли как сердечники уже апробированной конструкции, а третий я просто изолировал и оттащил подальше от города. Хорошо так, в сторону, где подготовил всё необходимое для запланированного мною действа.

Признаться, до последнего не верил, что удастся повторить всё в точности, но повезло. А ещё повезло, что параметры фрагментов оказались в пределах ожидаемого, и я просто произвёл все те операции, которые применял к своему первому образцу. По сути, всё оружие представляло собой «палку с остриём, которое обожгли на костре», только на новом технологическом уровне. Вся эта дичь была нужна лишь для того, чтобы получить доступ к внутренним слоям источника силы. Хоть сами они обработку маной игнорировали, у меня осталась запись того, как Сын поглощал осколки, и… они вполне себе взаимодействовали друг с другом. А раз взаимодействовали, то можно было сделать самое простое, что изобретало человечество, — ткнуть одним в другое.

Ну а затем мне пришлось искать способ пересечься с функционером Котла. Легенда, хоть и метался теперь повсюду, заменяя собой выпавших членов Триумвирата, в Броктон-Бей всё-таки вернулся. Ведь, как я знал, тот вал обвинений против меня, что плескался в сети, не ограничился только ею. До Легенды довели информацию, что есть на свете некий «убивашка», но лезть к нему буром — так себе затея. Впрочем, была вероятность, что получится вытянуть даже из такого вот мудака (из меня, в смысле) что-то полезное.

Вот, собственно, когда он прилетел в город, случилось то, что случилось… к нему прилетела сова.

Ну честно, я понимаю, что это несколько избыточно, но Кукла лечила нервы тем, что перечитывала книгу про мальчика-волшебника. А так как я в это время работал над дизайном системы регистрации, она потребовала заменить мои плашки на что-то более волшебное. Мол, все и так всё понимают, но надо соблюсти приличия: пусть у тебя и дальше будет синяя хрень, а у нового злодея города сообщения будут разносить совы… в конвертах из пергаментной бумаги.

Мы вступили в дискуссию, затем в спор; спор прервался на время ночной физкультуры, а утром мы пришли к соглашению, что совы — это слишком сложно и заметно. Не хотелось бы подставить какого-нибудь вменяемого кейпа-бродягу столь явным образом. Так что к нашим адресатам приходила проекция кота Галлюцинации — благо все те алгоритмы движения в материальном теле, что существовали, с таким же успехом могли управлять и проекцией. Ну и котик неброской расцветки — это обыденность, а вот полярные совы с письмами или окна, как в какой-нибудь RPG, — это уже нет.

Так что образец совы и бланки для «писем счастья» я всё равно сделал. Просто на всякий случай, и вот сейчас всё это и пригодилось.

Так что да, Легенда, хоть и летел на скорости, близкой к звуковой, не смог миновать встречи с пернатой посланницей. Она, на манер зенитной ракеты, догнала его и, обеспечив себе преимущество в высоте, совершила нетривиальный манёвр, чтобы оказаться прямо перед его носом. При этом она постаралась не сильно порушить аэродинамику самого Легенды — его, конечно, подстраховали его силы, но было бы очень неприятно, если бы они оказались куда менее расторопны и в Триумвирате стало бы ещё на одного члена меньше. У них и так какая-то чёрная полоса. Ей-богу, будто прокляли.

— Это мне? — уточнил Легенда, сбросив скорость полёта до темпа неспешно едущего автомобиля.

— Угу, — ответила пернатая почтальонша и протянула человеку лапу, в которой сжимала конверт.

Приняв письмо, мужчина похмыкнул, обнаружив на конверте надпись, сделанную зелёными чернилами. Вскрыв его, он обнаружил внутри столь же аутентичный листок бумаги и некий предмет. В письме я описывал всю ситуацию так, как видел её сам, прикладывал несколько выжимок из материалов, полученных тем или иным способом. Ну, а затем сообщал ему, что вместе с письмом передаю аналогичную боевую часть, которой был убит Эйдолон. На этом месте Легенда чуть не выронил эту цацку, но быстро справился с собой. Да и вообще парня проняло. Видать, не каждый день ему пишут люди, которые на днях убили его коллегу, подверглись шантажу со стороны организации, на которую он работал, да ещё и от, чёрт побери, Симург были претензии, причём личные.

На удивление, парень поступил максимально логично. Он связался, так сказать, с вышестоящим начальством. И буквально через пару минут рядом с ним открылась уже виденная мною не единожды дверь, и он вошёл в неё.

Минут через двадцать в личных сообщениях на форуме ПХО появилась картинка с грустным котёнком, а внутри этого криптоконтейнера оказался вопрос от губителя:

► Winged_One

Ты выбрал сторону?

► Void_Cowboy

Я выбрал сторону за долгие годы до сегодняшнего дня.

К слову, твоё пыряло готово. Сама залетишь или тебе бандеролью переслать?

► Winged_One

Сейчас я не могу прилететь… Сын заинтересовался произошедшим.

► Void_Cowboy

Хорошо, скажи, какие у тебя сейчас орбитальные параметры, я пришлю тебе сову.

► Winged_One

Сову? Учитывая, кому первым ты передал это, я поостерегусь встречаться с такой «совой». Оружие заберёт мой агент.

Третий фрагмент ты решил оставить себе? Боишься, что я нарушу слово, и сделал для себя запасной вариант?

► Void_Cowboy

Ты его уже нарушила. Невооружённым взглядом видно, что ты сливала данные о факте нашей встречи направо и налево.

► Winged_One

Это в твоих же интересах… верь мне.

► Winged_One

…

** Где-то у берегов Канады **

И да, иметь при себе третий свежесозданный боеприпас было в высшей степени… бесполезно. Сын, не обнаружив фрагментов, стал проявлять избыточный интерес, да и обе стороны — что Котёл, что Симург — явно не испытывали ко мне любви и всепрощения. Словом, я просто «бросил кость» тому, кто не нравился им всем: снял экранирование с фрагмента и дождался момента, когда к месту встречи примчится нужный мне персонаж этой затянувшейся трагикомедии.

— Привет, — заявила проекция чёрного котика, сидевшая рядом с фрагментом. Она обратилась к существу, напоминавшему человека, которого раскрасили золотишком. — Тебе нужна эта штучка? Я отдам её, но мне надо поговорить с тобой. Выслушаешь?

Сын проигнорировал проекцию, потянулся и… замер, так как я экранировал фрагмент и переместил его в сторону. И мана, и сам осколок слабо взаимодействовали с материей, так что найти нужное было не так-то просто — к тому же я разослал несколько эмуляторов в разные стороны, чтобы сбить наведение. По крайней мере, я надеялся, что это хоть как-то поможет.

— Ты сказал, что отдашь, — без эмоций в голосе произнёс Сын.

— Ты не ответил.

— Я ответил. Теперь отдай.

— Если выслушаешь — отдам, — гнула свою линию проекция.

— Я слушаю тебя с самого моего прибытия в эту локацию.

— У меня возникла проблема с одной твоей силой и одним твоим механизмом, — проекция вполне по-кошачьему фыркнула. — Некая самка с прозвищем Контесса из организации Котёл мешает мне жить спокойно. Этот долбаный пророк… она хочет оружие против тебя. Мне пришлось дать его им.

— …

— А ещё ко мне приходил твой механизм, которого люди называют Симург, и она тоже требовала оружие против тебя. Мне и ей пришлось его дать.

— …

— В общем, предлагаю взаимовыгодное сотрудничество. Помоги решить вопрос с этими психованными дурами, и все фрагменты вернутся к тебе.

— …

— Так что?

— Я выслушал тебя. Теперь отдай.

— Ясно… — произнесла проекция и исчезла. Впрочем, через несколько секунд на её месте вновь появился сигнал фрагмента, и Сын, внимательно осмотрев находку, неспешно забрал её.

**

► Winged_One

И что ты сейчас сделал?

► Void_Cowboy

Я отдал фрагмент тому, кто его искал.

► Winged_One

…

► Winged_One

Зачем?

► Void_Cowboy

Мне было любопытно, говоришь ли ты правду… и если да, то зачем?

► Winged_One

Ты изначально не собирался передавать оружие мне?

► Void_Cowboy

Отчего же? У меня, знаешь ли, пять звёзд из пяти, ещё никто не жаловался. Могу или твоим пешкам отдать эту игрушку, или, как и предлагал, выслать совой.

► Winged_One

…

► Winged_One

Так и быть, высылай это недоразумение.

► Winged_One

1 37841U 11058D 26222.03169832 .00000324 00000+0 31997-4 0 9995 2 37841 19.9718 93.5535 0011764 76.8227 67.5694 14.11585739765437

**

Я задумчиво смотрел вслед улетающей полярной сове, которая сейчас довольно лихо набирала скорость, перейдя из горизонтального полёта в вертикаль, чтобы как можно быстрее выйти за пределы плотных слоёв атмосферы. Всё же сами схемы могут выдержать и большие нагрузки, но вот обёртка, тот образ совы… это всё не столь устойчиво к условиям среды и вполне способно разрушиться при определённых обстоятельствах.

— Как думаешь, Сын поможет нам? — спросила девушка, подойдя ко мне со спины.

— Нет.

— Нет?

— Я бы на его месте помогать не стал.

— Но почему?! — судя по голосу, Кукла растеряна.

— А зачем?

Глава 39

Признаться, я пытался уговорить Куклу отказаться от идеи вновь поселиться в Броктон-Бей, но она упёрлась. Мол, столько всего случилось, и теперь мы буквально основная сила в городе, так что здесь можно сделать «нормально»… чтобы можно было просто жить, а не вот это вот всё. Ну а со всеми несогласными, с психами, которые будут мешать, должен был разобраться я. У меня, мол, и прозвище удачное — Ковбой. То бишь человек, который знает, как управлять стадом, и умеет отстреливать хищников и воров.

Прозвучало двусмысленно, но ладно.

Как я понял, она уже смирилась с мыслью, что её отрезали от общества, и теперь единственный способ зарабатывать на жизнь для неё — это злодейская стезя. И все эти её подбивания меня на массовый геноцид кейпов — всего лишь способ оттянуть необходимость самой заниматься криминалом или чем-то похуже.

В общем, такая вот сильная и независимая… воспитывает электронного нейросетевого кота, опять-таки, чтобы тот не так сильно лажал, отыгрывая свою роль. А он лажал. Но, к его чести, уже куда как меньше и не так часто. Из проблемы это стало, скажем так, визитной карточкой — шармом.

Так что да, и в самом деле сильная и независимая. В конце концов, её плюшевый бульдозер пользуется определённым спросом у тех, кто пытается восстановить здесь жизнь. Эта её игрушка вполне себе ворочает кубометрами грунта. Ну а так как платят ей за это наличными… словом, пока СКП делает вид, что ничего не видит, зарабатывает она сейчас не меньше, чем в те времена, когда обшивала немногочисленных клиентов в своём ателье, соблюдая все законы и подзаконные акты.

Так что своему прозвищу она не соответствует: постоянно чем-то занята. Это не Кукла и даже не фарфор, а скорее какой-то муравей. Но от количества произошедшей за последние полгода жести спит теперь строго со светом. И да, кетчуп мы всё ещё не используем. Но это, право слово, такая мелочь на фоне всего этого, что и упоминать как-то глупо.

А город? Ну, в городе была жопа. Точнее, жопа была в большей части города, а в меньшей — где как. Где-то полужопие, а где-то очень даже неплохо. А вот секта каких-то психов, которые жрали человечину чисто поприколу… В общем, после этого случая наш котик обзавёлся огнемётом, а я полюбил запах керосина. Сладенький такой. Впрочем, это всё же на любителя, но горит замечательно. Да-с.

Адекватные буратины тоже были, но и там народишко поиздержался, и бухать, как в тот раз, когда меня выпустили из СКП, они уже не могли. Но многие всё ещё пытались это делать.

Пользуясь отчаянным положением жителей, мы приобрели себе хорошенький участок. Так как городские коммуникации ещё толком и не работали, да и нам они были без надобности, всё прошло достаточно просто и быстро. Сказался и мой опыт построения купола: после него сделать небольшой, я бы даже сказал классический дом было плёвым делом. Тем более мы не сильно убивались: внутренний ремонт оставили до лучших времён и довольствовались, так сказать, текстурами, которые я натянул на ограждающие поверхности.

Такое вот благолепие. Правда, возникла небольшая проблема с мэрией. К нам припёрлись те самые хмыри, которые когда-то пытались уличить нас в проживании на территории арт-объекта, и… И я устал.

— Нья-ха-ха! — пощёлкивая плетью, злодейским смехом заливалась доработанная фигурка кошака. Теперь он был существом антропоморфным: габаритами напоминал невысокого человека и ходил на задних лапах… Нет-нет, не в сапогах — в кроссовках, в пафосном плаще и с юмористической полоской ткани, которая изображала что-то вроде маски, но по факту ничего не скрывала. Да и что там скрывать? Там же реально кошачья морда.

Словом, эту перхоть (мэрских функционеров) вывезли на кладбище и… и заставили копать могилы вручную и разгружать тела из грузовиков. Те типы — гражданские добровольцы, как я понял, которые работали с развалинами, — видимо, получили финансирование, так как стали не просто покойников с улиц забирать, а вынимать тела прямо из-под завалов… Ну, сами понимаете, что происходит с телом за несколько дней лежания под битым кирпичом.

Мне плевать, что будет с крышей этой мэрской перхоти после такого стресса. Она у них, видать, изначально протекала, если они решили заняться этой своей дичью в такое время. Да ещё ко мне пристали, хотя, по ходу, уже все уверовали, что я причастен к гибели Эйдолона. Вот зачем тыкать в существо, которое, фактически, замочило первого силача после бога? Для чего это? Чтобы что?

А затем я понял, что надо увеличивать градус взаимопонимания ещё сильнее, и хвостатый перебазировался в другую локацию, чтобы заняться богоугодным делом… акцией устрашения.

— Нья-ха-ха! — хохотал котейка, прохаживаясь перед остальными перепуганными сотрудниками мэрии, коих согнали в парк живительными пиздюлями. Он многозначительно попыхивал ранцевым огнемётом и вещал: — Этот город мой, я здесь власть, а вы — мои слуги… Ведь котики — это тоже народ, а вы — слуги народа. Смекаете? Нья-ха-ха! Кто не согласен, прошу под струю. Огнесмеси у меня человек на пять-шесть… а остальных несогласных я битой забью.

Особую пикантность происходящему придавало то, что на заднем плане стояла полицейская машина с двумя бледными копами и броневичок СКП, внутри которого сидели не менее бледные оперативники. И те, и другие делали вид, будто ничего предосудительного не происходит. Более того, Кукла, которая следила за направлением сюжета в удалённом, так сказать, режиме, откровенно глумилась: она заставила одного из офицеров таскать за котом сменную ёмкость со смесью… и биту тоже.

Удивительно, насколько сообразительными становятся идиоты, когда их начинают на полном серьёзе убивать. Впрочем, для того Сабах за пультом и сидела, так что лапы котейки дрогнули, и струя прошла чуть в стороне от чудика, решившего быкануть. Нет, шмотьё и волосы, конечно, вспыхнули как солома, но это произошло от высокой температуры, а не от того, что на тело попала огнесмесь, так что парень отделался почти одним лишь испугом.

— Какая аномальная тяга… Словно кто-то за лапу в последний момент дёрнул, — пожаловался плюшевый злодей. — Но ничего, следующего я буду жечь с упора или с колена, и такая досадная осечка не повторится — верьте мне.

Поверили. Кто сознание не потерял — уверовали. А те, кто потерял, уверовали чуть позже.

К сожалению, на этом лёгкие достижения закончились. Всё-таки нельзя назвать неприятеля совсем уж тупым. Даже до совсем убогих дошло, что при явном сопротивлении… ну, в общем, сначала уже узнаваемый хохот, а потом — ошмётки во все стороны.

Галлюцинация, в принципе, не церемонился. Особенно когда Кукла или я не присматривали за ним. Это же реально самодельная модель, обученная на всём том, что мне под руку попалось. А так как я тратил больше ресурсов на прочие задачи и подсистемы, то котейка действует ну очень по-киношному. Так что без присмотра его оставлять совсем нельзя. Даже просто в сети без контроля нельзя: он только первые два дня вёл себя достаточно смирно — ну, как для злодея-психопата, — а потом начал заяснять окружающим «базу». И, что особенно жёстко, многие начали ему поддакивать с таким посылом, что мне на миг показалось, будто слова кота стали для этих людей открытием и даже откровением.

Но не могут же взрослые люди быть настолько ничего непонимающими в жизни… Или могут? Хм…

И вот когда я закончил реставрацию, а точнее — воссоздание дома с нуля, и был готов приступить к плотному изучению состояния города, ко мне в гости заехал мистер Кальверт. Выверт прибыл лично и без маски. Поздоровавшись и похвалив состояние дома и окружающего пространства, он передал мне бумажный пакет из-под фруктов, в котором оказалась четверть миллиона не очень крупными купюрами со жменей соток на дне. Он поблагодарил за то, что я продал ему долю в кладбищенском бизнесе, и поставил в известность, что переезжает.

— А это чудовище, которое у вас в подземелье? — прозрачно намекнул я на кракозябру, которую зафиксировал несколько недель тому назад.

— Это головная боль Скитальцев, — ответил мужчина. — Я надеялся, что смогу им чем-то помочь, но не получилось.

— Хм… А эта история с феодальными владениями? — напомнил я, сделав вид, что поверил, будто он готов помогать кому-то по доброте душевной.

— Зарекаюсь работать с малолетками, — натужно улыбаясь, заявил Выверт.

— Правда? А как же та мелкая наркоманка?

— Если вы про Зв… кхм… если вы про Дину, то её у меня изъяли в счёт погашения долга по ранее заключённому уговору.

— Женщина в шляпе?

— Я этого вам не говорил, вы сами спросили, — Выверт напрягся и стал улыбаться совсем уж натужно. — Надеюсь, между нами не осталось недопонимания?

— Хм…

— Вот и славно, — обрадовался Выверт и попытался сесть в машину с достоинством, но чувствовалось, что он торопился… Впрочем, его можно было понять: погода, невзирая на близкое лето, совсем не радовала. Было зябко. Ну или у него аллергия на растворитель. Плюшевый тигр в это время как раз декоративную оградку докрашивал. Сама же девушка была занята в доме, она занималась шторами, поэтому отослала на уличные работы одну из своих воссозданных игрушек. Мы, к счастью, смогли приучить её силу к мысли, что удалённое управление плюшевыми куклами без использования нити или лески — это нормально, но зрительный контакт всё ещё требовался, пускай и минимально.

Проводив взглядом кортеж из четырёх «паркетников», я задумчиво похмыкал. Это он удачно решил съехать. В скором времени я собирался расширить программу регистрации и на изначально живущих в городе кейпов, и боялся, что местные злодеи могут понять меня не совсем правильно — устраивать ещё одну точку напряжения ой как не хотелось, ибо жить надо в мире.

И такой поспешный отъезд — это даже хорошо, но вот со Скитальцами надо поговорить. Я всё понимаю: хороший знакомый стал чудовищем и прочее разное, но… Впрочем, я не мать Тереза, и между возможностью поваляться на диванчике с книжкой и разгребанием какой-то фигни я выберу первое. Ну а за второе будет отдуваться хвостатый. У него и известность достаточная… и огнемёт тоже. Кхм.

Посмотрев на сосредоточенно работающего плюшевого тигра, я понял, что нашему коту Галлюцинации надо добавить больше нематериальности. А то уж больно нехорошая ассоциация получается с куклами Сабах. В конце концов, это я своей смерти не боюсь… А вот на гибель тех, кто мне нравится, я спокойно смотреть не могу. А ведь обязательно найдётся идиот, который посчитает, будто кот — это её творение. Со вздохом, полным печали, я достал из кармана блокнотик и записал ещё одну задачу. Там их накопилось, мягко говоря, много. Но что поделать?

— Ого! — присвистнула подруга, заглянув в пакет. — А я почему-то думала, что тут яблоки. Это что, взятка?

— К сожалению, нет. Это та часть денег, которую мне задолжало государство. Ну помнишь же, куда я тех придурошных на воспитательные работы вывозил?

— Эм… Так ты что, не шутил? — девушка удивлённо оторвалась от свёртка. — Но постой, если у тебя было два процента, а тебе досталась такая сумма, то сколько же народу погибло?

— Не два процента, нет, значительно меньше. Да и цены там куда выше, чем ты думаешь. Но да, на владельцев этого бизнеса с приходом Левиафана золотым дождичком брызнуло… в хорошем смысле этого слова. Зато остальных окатило им же, но уже в плохом.

— Ясно… И куда это?

— Так, в расходный фонд, — пожал я плечами.

— Кажется, нам нужна банка побольше, — она покосилась на маленькую стеклянную чашу объёмом от силы литра полтора, в которой мы держали деньги на оперативные нужды. Содержимого там до этого было не сказать что много — буквально на донышке. — Или, может, лучше положить в банк?

— Признаться, я не доверяю банкам… чужим банкам. Своя стеклянная банка как-то надёжней. Тем более там на счетах и так кое-что есть, а это «кое-что» могут заморозить. И кому после этого претензии предъявлять?

Обменявшись ещё парой немудрёных шуток, я убедился, что кот Галлюцинация сейчас не бегает по городу, а занят злодействами в сети, и мы с девушкой принялись перерабатывать концепцию. В итоге решили оставить ленту-маску, плащ и кроссовки, а остальное сделать полностью иллюзорным. Впрочем, в этом плюшевом злодее и раньше было не очень много материального, особенно когда он приходил к новеньким кейпам для переписи.

Раз уж мы отказались от игровых окон и прилёта совы с письмом, надо было это всё чем-то заменить. Вот и заменили. К незарегистрированным кейпам приходил сам кот. Убедившись, что посторонних рядом нет, он материализовался неподалёку и неспешно подходил к нужному человеку. Потом представлялся, объяснял причину своего появления и, достав имитацию блокнотика и огрызок карандаша, записывал необходимую информацию. Последнее особенно сильно било кейпов по мозгам. Причём настолько, что они сначала безропотно отвечали, и только потом начинали быковать. Впрочем, в последнее время старались всё же не устраивать сцен.

Так что, раз у нас это всё уже было, мы и сделали это базовым видом. Благо за столько дней доработок визуал начал очень достоверно повторять поведение настоящих материалов. И да, вся эта достоверность — заслуга девушки. У меня с правдоподобностью поведения материалов так себе. Ну ладно ещё механизм какой, но вот ткани или там мех… бр-р.

— Ты чего такой довольный? — уточнил я у Галлюцинации, который изображал все запрашиваемые Сабах движения с широкой улыбкой на морде. Ну, точнее, это трудно передать словами — всё же кошачья мимика совсем не человеческая, — но то, что он выражает довольство, понял бы любой.

— Мне нахамили.

— Странно. Вроде бы уже все в городе должны были про тебя узнать.

— Именно, — оскалился кот и постучал блокнотиком по подушечкам на второй лапе. — А эти нахамили и словом, и делом. А ещё они убивают людей особо необычными способами.

— И много уже убили?

— Семерых.

— Маньяки какие-то, — нахмурилась Сабах. — Небось как те людоеды, только эти с суперсилами.

— Жаль, времени сейчас нет, — вздохнул я. — Надо будет вечером взглянуть, кого там нелёгкая принесла. Если неадекваты, пусть валят отсюда подобру-поздорову.

— Мы уже закончили? — напомнил о себе кот.

— А ты куда-то торопишься?

— У меня только что возникла куча дел, которые надо успеть закончить до вечера.

— Да? — я нахмурился, но, так как проблем хватало и без этого обормота, решил не затягивать. — И что за дела такие?

— Новые кейпы, двенадцать штук, зафиксированы в границах зоны наблюдения. Надо зарегистрировать, — торопливо ответил кот.

— Ну ладно, иди, — я понадеялся, что он не успеет натворить ничего особого, пока мы оба заняты, и отпустил его. В конце концов, накосячить во время регистрации невозможно, ведь процедура насквозь забюрократизированная. Как раз до вечера провозиться с таким количеством новеньких.

Вообще, конечно, раздражает. С момента нападения на город сюда стекаются откровенные упыри, психи и просто восторженные личности. И вот, если бы последних не было, можно было бы просто всех убивать. Всех, кто переходит границу города, ибо проблем от них куда больше, чем пользы. Но из-за того, что сюда являются и вполне адекватные кейпы, приходилось заморачиваться. Впрочем, для того кота и вернули к существованию, чтобы он занимался этой мразотной бюрократией. А заодно — чтобы создавал видимость, будто в городе есть достаточно сильный, отмороженный псих, которому хамить не надо. А если уж нахамил, то что уж тут скажешь… сам дурак.

Удивительно, но люди здесь в самом деле какие-то странные. Им всегда нужен символ. Символ жести, которая точно придёт к ним и покарает с особой жестокостью. И только имея такой образ перед глазами, они начинают вести себя адекватно. Вот даже хвостатый: как только он начал свою активность, любые нападки и упоминания нас с девушкой пропали из медийного поля — все только тем и были заняты, что пересказывали друг другу страшные байки. Учитывая, что многих горожан чисто физически не могло быть на форуме ПХО, люди кормились откровенным бредом и враньём. И с каждым днём это враньё становилось всё более ядрёным. Видимо, поэтому его обсуждали всё охотнее.

— До вечера? — произнесла девушка задумчивым тоном, кинув взгляд на место, где только что кривлялся Галлюцинация. — А чем это мы заняты до вечера?

— Ты же сама хотела выбраться на пикник и попробовать порыбачить, — напомнил я. — Ты для этого дела даже что-то сшила. Я же вчера говорил, что договорился с телепортером.

— Вчера? — девушка покраснела. — Признаться, вчера мне было не до того. Хе-хе.

— Признаться тоже… Кхм… Ну тогда извини.

— А когда отправляемся?

— Через час.

— Час — это нормально, я успею.

Глава 40

**

Ещё неделю назад пришёл доклад от схемы, которая шла по следам Левиафана и таки нашла его. Нет, я не про губителя, я про тот фрагмент, что исчез с места гибели Эйдолона. Меня ведь, как только отпустили, убедившись, что я «ни в чём не виноват», я ещё до того, как влетел на беседу с Симург, озаботился сбором телеметрии. И, судя по ней, использованный мною фрагмент не только не был разрушен — он не был слит с какой-то силой. Как показывали записи, Левиафан минут десять стоял столбом, игнорируя атаки, и параллельно с этим собирал весь тот хлам, что вывалился из пробитого источника сил Эйдолона. Да-да, Левиафан, сам того не подозревая, унёс на себе использованный, но всё ещё экранированный фрагмент, боевую часть которой нахлобучило моего недруга. Так что вот, примерно через две тысячи километров, в оставшихся от губителя следах и обнаружился нужный мне компонент.

Что-то подсказывало мне, что и Симург, и Котёл имеют возможность понять, сколько боевых частей я сделал. А даже если у них такой возможности нет, это всё легко и непринуждённо просчитывается — как минимум Симург способна на такое, она уже доказала это. Вероятность того, что они отслеживают и уже использованный элемент, не была нулевой, но всё же не столь высокой, потому я и озаботился защитой. Создавал множественные волны в настоящем, чтобы загадить расчёт будущего. Это была по большей части теоретическая концепция, но она мне почти ничего не стоила, и было бы глупо её не применить.

Однако, получив свои загребущие руки фрагмент, я задумался: а нужна ли мне эта штука? И если нужна, то будет ли достаточно лишь одной? Как показали мои размышления, нет, не будет. Та же Симург не полезет ко мне сама лично — она наверняка использует свою агентуру при необходимости. Использовать же это оружие против Котла… Ну, я не уверен, что у них есть ещё цели, нуждающиеся в таком средстве поражения. А если даже есть, их может быть много. И в этот момент случилось знаковое событие: наш кот Глюк опять налажал. И, как подсказывали мои замеры, в этот раз виновата была не сама его база, а ограничение контекста.

К сожалению, я знал лишь самые базовые вещи — то, с чего всё началось. Я не понимал, как работало то, что мы использовали каждый день в середине XXI века. Судя по всему, я уткнулся в те же проблемы, в которых вязли разработчики нейронок в начале своего пути. Да, я мог себе позволить столь нетривиальную задачу, как дообучение сети по ночам. То бишь наш котик реально возвращался домой и реально спал, а во время сна часть контекста переходила в веса. Как ни странно, но это не улучшало качество работы плюшевого злодея, но оттягивало момент, когда всё это встанет раком. И нет, постройка второго, третьего и даже десятого дата-центра ничем бы здесь не помогла бы, так как я упирался в фундаментальные ограничения используемых алгоритмов. К сожалению, я не настолько прошаренный товарищ, чтобы с нуля выдавать столь нетривиальные вещи. Скорее всего, имей я несколько лет, я бы смог дойти до этих алгоритмов своим умом. Возможно, а возможно, и нет. Поэтому я решил сделать ход конём. Точнее, в данном случае — ход котом.

Фрагмент силы, который я использовал как бронепробивающий сердечник, ведь был чем-то похож на живой организм. А точнее, как я и упоминал ранее, это был систолический массив в чистом виде. Ну, не совсем в чистом — там были свои заморочки, но в целом его можно было использовать для этой цели. И что самое главное: в него без труда влезало восемьдесят миллиардов комплексных параметров.

Насколько я знал, в моём нейробуке было столько же, да и в роботах использовали сопостовимый объем. Это буквально то ядро, которое можно назвать подсознанием. Достаточно добавить к нему мелочи типа подсистемы памяти, системы логического вывода и символьной математики — и вуаля: перед вами «подросток», который закончил школу и успел нахвататься всех знаний человечества. Пускай по верхам, без глубокого понимания каждой темы, но всех. Я, к сожалению, такую базу знаний наработать не мог при всём желании, хотя буквально скупал сканы учебников, журналов, книг и просто выкупал у хакеров всё то, что они наворовали за годы своей работы, но не смогли монетизировать. Но этого всего было один чёрт мало.

Поэтому, чтобы обойти ограничение, я решил рискнуть и перейти к схеме, у которой было достаточно много сомнительных и проблемных мест. Да, я решил использовать механизм постоянного обучения. И если мой дата-центр на тёмной материи откровенно загнулся бы от такого, то тестирование фрагмента показало: он вполне себе держит подобные нагрузки, и если не увлекаться, это на него почти никак не влияет.

Именно поэтому полноценный дом я строить ещё не закончил. Я буквально воткнул времянку и на этом успокоился, а сам в это время занимался торопливыми экспериментами. Очень сильно надеюсь, что не налажаю и эта штука нас всех не убьёт. Насколько мне было известно, гомогенная система, в которой и знания, и обработчики находятся в едином слое, а обучение происходит одновременно с работой, выдерживает куда более грязные и необработанные данные. Эта схема более толерантна к ним, но обучается куда дольше.

— А тебе не показалось, что он что-то задумал? — спросила девушка, когда мы оказались на берегу озера, тем самым отвлекая меня от тягостных размышлений о принятых решениях.

— Ты это о ком? — удивился я, оборачиваясь. — О том парне, который нас сюда подбросил?

— Нет, я о нашем плюшевом злодее, которого мы оставили дома, — вздохнула Кукла. — У меня сложилось впечатление, что он что-то замышляет.

— Ты права, так и есть, — кивнул я. — Он и в самом деле решил устроить «что-то», пока нас нет.

— Может… Может, нам стоит вернуться? — девушка нахмурилась. — Или ты присматриваешь за ним?

— Ну, если он решит вывернуть героев потрохами наружу, я, конечно же, вмешаюсь… наверное. Но вообще-то хотелось бы посмотреть, насколько он может действовать автономно, без подстраховки.

— Ты что-то задумал?

— Есть такое.

— Это та самая «запаска», про которую ты размышлял на прошлой неделе?

— Ага.

— Ну хорошо, — девушка вздохнула и поморщилась. — Боюсь, подробности мне знать нельзя. А то мало ли… вдруг силы подслушивают и друг с другом общаются.

— Ага, — ответил я ещё раз.

У меня и в самом деле было подозрение, что силы могут общаться между собой. А так как их интересы мне не очень понятны, Кукла в любой момент могла стать ходячим записывающим устройством. Что, в свою очередь, было даже в каком-то смысле справедливо. Ведь я сам присматривал за некоторыми функционерами Котла, и даже Симург не убереглась — таскала на себе одну из моих схем. Не зря она побаивалась совы с письмом. К сожалению, схема была не самая продвинутая, но, как минимум, я знал, где находится этот губитель в текущий момент и чем занимается. Тут главное было её стрекотание или пение не слушать, чтобы крышей не поехать. Но большую часть времени она проводила на орбите, и там, по понятным причинам, звук не распространялся.

— Слушай, а мне показалось, или наш кот и в самом деле стал умнее? — задумчиво орудуя снастями, уточнила девушка. — Он, боюсь накаркать, стал не… не то чтобы умнее, а мудрее, что ли.

— Раньше приходилось повторять два раза и громко, а сейчас ты просто говоришь ему, в чём он не прав, и он либо соглашается, либо задаёт вопросы или начинает спорить?

— Ну да. Словно он… ну не знаю… словно он ребёнок. Точнее, ребёнок с супервозможностями.

— Ты не поверишь, в последнее время, когда он говорит о тебе, он использует не твоё прозвище, а слово «мать».

— Да ну, не ври, — фыркнула девушка, смущённо потупившись. — Какая я ему мать? Тем более я его на отключение приносила. Матери так не поступают.

— Ну… По поводу «не поступают» тут я с тобой не соглашусь.

** Разведывательная схема 299 **

Убедившись, что парень с девушкой покинули дом, в нём материализовалась фигура антропоморфного кота. Он торопливо прошёл в мастерскую и опустился на «колено», чтобы было удобнее работать с сейфом, встроенным в фундамент здания. Вбив нужную последовательность символов, существо в плаще расплылось в зубастой улыбке, услышав щелчок: довольно толстая подпружиненная дверца открылась и отошла в сторону. Но в тот же миг выражение морды сменилось на растерянное, так как поверх упаковки стержней, бывших целью визита, обнаружилась картонка с текстом:

«Глюк, неужели ты думал, что для открытия этого сейфа нужен только код? Но ладно, так и быть, сделаю вид, что не заметил твоих подозрительных метаний. Но предупреждаю: все косяки будут сугубо на твоей совести… со всеми вытекающими, чай не глупенький котёнок… и да, курицу в маринад закинь, а то я забыл».

Изобразив вздох (хотя в реальности этот кот не нуждался в воздухе), он вынул коробку, но, поразмыслив, вернул её обратно, забрав лишь часть стержней, и закрыл крышку хранилища.

После этого котоподобное существо воспользовалось мобильным телефоном, который пару-тройку дней назад отобрало у какого-то мажора, пытавшегося задавить его своей машиной по пьяной лавочке.

— Ну здравствуй, Фрэнк. Мой дорогой миньон, ты помнишь наш уговор? Пришло твоё время, — произнёс кот чуть более рычащим голосом, чем обычно, словно пытаясь пародировать Бэтмена и Вито Корлеоне одновременно. — Мне нужна машина и водитель, который будет держать язык за зубами.

— … — раздался невнятный ответ, который разведывательная схема не разобрала.

— И к слову, у тебя есть лимузин? Что значит «нет»? Так найди! — раздражённо фыркнув и взмахнув хвостом, потребовал кот уже своим обычным голосом. — Чай не лоха какого повезёшь, а приличного кота с кристально чистой репутацией… Ладно, убедил, Феррари тоже сойдёт.

— …

— Не так быстро. Давай минут через двадцать в точке два, а то мне надо кое-что по дому сделать, — выслушав собеседника, кот отрицательно качнул головой. — Родители поздно возвращаются, надо хотя бы курицу в маринад забросить и пылесос включить…

— …

— Я смотрю, у тебя хватает смелости на скабрезные шутки? Если такой дурной, то приезжай ко мне, когда они вернутся. Учитывая суперсилы матери, из тебя получится замечательная обивка для дивана. Нья-ха-ха!

Выключив телефон, кот недовольно встопорщил усы, пробормотав:

— Л-люди…

Недовольно пофыркивая, он зашёл на кухню, где выудил из морозильного ларя тушку птицы и принялся за маринад, одновременно с этим необутой лапой ткнув в станцию робота-пылесоса.

**

— Ну… не СКП-шный броневик на дом вызвал — уже за счастье, — подумал я и присоединился к подруге. Она уже вовсю орудовала спиннингом; совершенно не чураясь использовать силу, она закидывала блесну на всю катушку, а та у неё была ну очень ёмкая.

В целом мы неплохо проводили время: много шутили и обсуждали максимально спокойные, не травмирующие психику вещи. Ну, там, варианты снятия шкурки с зайцев или процентное содержание говядины в котлетах. В общем, старались не упоминать всю ту хрень, которую видели сами и через систему наблюдения за Галлюцинацией, который временами в такие жопы мира забирался, что даже вслух произносить не хочется.

** Разведывательная схема 263 **

Раз, два — Фредди идёт за тобой.

Три, четыре — запирайте двери.

Пять, шесть — хватай распятие.

Семь, восемь — не спать допоздна.

Девять, десять — больше не спать никогда.

Сквозь рёв пламени доносилась считалочка, исходящая из самого этого огня. Котоподобное существо удерживало в этом мощном факеле кого-то, буквально залезши с головой в установку. Но вот жертва злодея перестала сопротивляться и, судя по всему, безвольно упала в огонь.

— А вот не рассказывали бы мне сказки, что даже ваши тела после смерти опасны для человечества, глядишь, мы решили бы всё спокойно, без излишнего зверства, банальной депортацией, — демонстративно отряхнув лапы, пробурчал кот, который только что закончил цитировать считалочку и выбрался наружу. Он изобразил вздох и, спрыгнув с небольшой лесенки, которой был вынужден воспользоваться из-за недостатка роста, достал блокнотик и что-то в нём вычеркнул. - Итак, Джек, Тупорылый и Птица хрусталь... осталась только Сибирь. С последней сложнее вссего, так как она проекция и куда-то пропала.

— Т-топорылый, — закончив блевать, произнёс парень в потрепанном пиджаке.

— Что? — оторвавшись от записей, уточнил антропоморфный кот.

— Этого к-кейпа звали не Тупорылый, а Топорылый, — набравшись мужества, пояснил ситуацию человек.

— Всё равно не улавливаю разницы, — отмахнулся кот. — К слову, ты не в курсе, что это за скуф с ними? Или это кто-то новенький?

— Н-не знаю, — помотав головой, сознался помощник злодея.

— Ну, раз за одним костром с этими психами он сидел, значит, один из них, — постучав блокнотиком по лапке, принял решение злодей Галлюцинация. Схватив бессознательное тело пухляша за ногу, он потащил его к мазутному бойлеру, который в норме обеспечивал кипятком целый ЖК, а сейчас работал в несколько ином качестве. — А если я и ошибся, то просто извинюсь.

— П-перед к-кем? — пятясь к выходу, уточнил человек, с ужасом глядя, как бессознательного пузана готовят в последний путь.

— Перед родителями, перед кем же ещё? — пожав плечами, ответил кот и, демонстративно хекнув, забросил тело в пламя. — Впрочем, у меня есть алиби: эти придурки разбили всё стеклянное в городе. Да, на этом и буду строить свою защиту.

Закончив с телом, кот закрыл технологический люк и прошёл в звукоизолированную кабинку, где должен был находиться оператор установки, но которого сейчас здесь не было.

— Так-так, — покивал кот-злодей, сверяясь с приборами. — Судя по всему, минут через десять можно будет снова загружать мусор, хотя температура всё же просела. Боюсь накоптим.

Двенадцать связанных стальной проволокой тел лишь затравленно замычали, отчего кот, внеся необходимые поправки в параметры работы агрегата, обернулся к ним.

— Если я правильно понял, вас Падшими называют, да? Кто-нибудь из вас сможет за тридцать минут курочку замариновать? А то эта херота летающая всё стекло в городе разбила и тем самым испортила мою заготовку… А мама с папой скоро возвращаются, а у меня ничего не готово и кухня засрана.

Злодейский кот терпеливо потоптался с лапы на лапу, но, не дождавшись ответа, грустно опустил уши, ссутулился и, схватив одно из тел за ногу, потащил его к установке.

— П-простите, что в-вмешиваюсь, — всё ещё не отойдя от ужаса, выдавил из себя парень, который вынужденно работал сейчас водителем и пособником кейпа-психа. — У-у них р-рты з-завязаны.

— Ой! — кот-злодей откровенно смутился. — Это я как-то упустил этот момент. Хорошо, что ты такой наблюдательный.

Избавив одного из пленников от кляпа, кот вежливо уточнил:

— Признаться, я понимаю, что прошу невозможного, но мало ли. Вы же здесь все суперсилами обладаете. В общем, вопрос всё тот же: кто-нибудь может минут за двадцать-тридцать курицу замариновать так, чтобы её можно было приготовить, съесть, и чтобы это было вкусно? А то мы очень медленный маринад используем. Ему надо хотя бы четыре, а лучше шесть часов.

— Ты сам-то понял, кому угрожаешь? — проплевавшись, заявила женщина, которая во время происходящего оставалась самой спокойной из-за чего с неё и сняли кляп.

— Ну, нет так нет, — вздохнул кот и, не обращая внимания на гримасы, залепил собеседнице рот и потащил уже её, а не первоначальную свою жертву. — К слову, Фрэнк, у тебя как с деньгами? Наверняка же не все рестораны в городе закрылись и уж тем более не всё в них пострадало. Наверняка какие-то блюда уцелели.

— Я… Я мигом! — передёрнув плечами, парень выбежал из технической постройки и метнулся к алой Феррари, которая уже через мгновение гребанула колёсами и с надрывным воем унеслась куда-то в город, но эхо её мотора ещё некоторое время слышалось в отдалении.

— Эх, был бы у нас город как город, я бы просто позвонил героям, и они закончили бы это всё за меня, но у нас же тут жопа мира, — пожаловался кот, вернувшись к оставшимся одиннадцати пленникам. — Всё приходится делать своими лапами. И зачем мы вообще налоги платим? Чтобы что?

Глава 41

**

Вернувшись домой, мы застали Глюка: насвистывая, он деловито орудовал самодельным веником, убирая с кухни битое стекло. Я уже был в курсе произошедшего, а вот девушка оставалась в неведении. Она лишь знала, что в городе что-то случилось.

— Мне стоит послушать новости? — спросила Кукла и покачала головой. — Нет-нет, думаю, не стоит. Плохая идея.

Но, сказав это и сама себе противореча, она потребовала:

— Рассказывай!

— Ровным счётом ничего не произошло. Ни один гражданский не пострадал. По крайней мере, физически. За психологическое состояние я не ручаюсь, — отчитался хвостатый. — А вот я ещё и еды достал. Ресторанные блюда, купленные за деньги, честно-честно!

— И откуда у тебя деньги? — заподозрила неладное девушка. — В копилке, вроде бы, сумма не изменилась.

— Это всё добровольные пожертвования жителей города, — заявил кот-злодей и состроил умильную мордаху, которую явно подсмотрел в мультфильмах, попавших в этот мир с Земли Алеф.

Последний факт меня всегда и удивлял, к слову. Вроде бы все знают, что параллельные миры существуют. Они там даже фильмов и игрушек накопировали. Но когда начинаешь говорить об этом как о само собой разумеющемся, все почему-то удивляются.

— Сколько?

— Я не понимаю вопроса, — оскалился кот и бочком-бочком попытался покинуть помещение.

— А ну стой! — приказала девушка. Даже материал занавески перестал изображать занавеску и схватил антропоморфного кошака. — Что именно ты натворил?!

— Ну… в общем-то… ничего такого, — почесав лапой затылок и потоптавшись на месте, заявил хвостатый. — Честное слово, я просто регистрировал кейпов, пока придурошная идиотка не начала выть так, что полопались все стеклянные предметы.

— И где она сейчас?

— Ну… признаться, я не уверен, но большая её часть сейчас где-то над заливом… по крайней мере, ветер дул туда.

— А меньшая? — напряжённым тоном уточнила девушка.

— Золу изъяли сотрудники СКП, и я не в курсе, куда они её вывезли.

— Какой ужас! Убил и сжёг человека… — девушка приложила ладонь к лицу.

— Вообще-то, всё было с точностью до наоборот, — попытался оправдаться кот, но получилось у него не очень.

— В каком это смысле, наоборот?!

— Да что вы всё о пустяках, — влез я в разбор полётов, чем отвлёк девушку от того, над чем ей и в самом деле лучше не размышлять. Есть у неё дурацкая привычка: превозмогая, досматривать случайно увиденную мерзость, а досмотрев — ругаться, что ей пришлось это увидеть. И зачем, спрашивается, смотрела? Но вот такой вот характер.

— Давайте я на стол накрою, пока окончательно не остыло, — удачно сыграл плюшевый злодей и кинулся к ресторанной таре.

— Ну да, и в самом деле, — не сразу, но всё же повелась на уловку Кукла.

**

К моему счастью, да и чего греха таить, к счастью многих горожан, наш котейка расправился буквально со всеми неадекватами. Не сразу, как говорится, и по частям, но за несколько недель он всё более-менее подчистил. Даже Скитальцы, которые изначально пытались быковать, сложили вещи, забрали это своё чудовище и, прихватив кое-что из бывшей собственности Выверта, которую тот бросил, свалили восвояси. Ну, точнее, они свалили из города. А куда именно — не столь важно. Деньги у них есть, так что бомжевать точно не будут.

С бандой Неформалов получилось и сложнее, и проще. Этот их псевдовожак меня, откровенно говоря, заколебал, впрочем, как и его сестрица. И я, чтобы сбросить этот геморрой со своей головы, перекинул его на Мисс Милицию. Брайн, видимо, и сам не понял, как так вышло: вот он нарушает добрый совет Глюка, а приходит в сознание уже в застенках СКП, когда перед его физиономией размахивают договором о вступлении в Стражи. Ну, честно, наш кот-злодей поставил довольно высокую планку, которую нужно было ещё постараться преодолеть, но Брайан смог — по дурости ли, или кто насоветовал. В общем, зря он Глюку свой своеобразный вызов бросил. С медийной точки зрения такое прощать было нельзя. Мы и не простили. А подловили идиота, тюкнули по темечку и отвезли куда следует.

С его сестрёнкой было проще. Кот ей внятно объяснил, что они, детишки, заигрались. Мелкая скрытница посопела, поглядела на то, с чем именно в лапах к ней пришёл главный кот города, и решила, что своя жизнь и жизнь брата ей важнее… и согласилась стать защитницей этого города за зарплату. Как потом оказалось, обескровленный филиал Протектората и Стражей Броктон-Бей оказался достаточно адекватным местом, где злой кот ну точно не достанет. Впрочем, эта иллюзия прошла через пару недель, когда он просто взял и зашёл в гости обсудить пару нюансов геройского, так сказать, ремесла. Ну а что герои могли ему сделать? Чаю налить? Так он в еде не нуждался, поэтому и чай не пил. Видимо, именно эта демонстрация и лишила Брайана/Мрака тяги к идиотии, и он окончательно взялся за ум.

Моя бывшая одноклассница Тейлор. Ну, с ней было одновременно и сложнее, и проще. Когда она узнала, что Брайан, с которым у неё была любовь-морковь в своё время, подался в герои, то сразу же бросила свои кривляния и сдалась. К сожалению, сдалась она нашему коту. Впрочем, так как Протекторат был своеобразным вынужденным филиалом нашей кошачьей инициативы, то он банально вызвал машину СКП и вместе с Тейлор приехал к героям. Собственно, этот его приезд и был тем самым, о котором я рассказывал ранее.

Сплетница ознакомилась с материалами, которые готовила против меня, Куклы и… решила не рисковать филейной частью и свалила из города без дополнительных понуканий. Но разведывательную схему, что висела на ней, я всё-таки не стал убирать. Так, на всякий случай.

Кто ещё? Наёмники Трещины? Ну, к ним кот пришёл максимально официальным образом и принёс добротный фисташковый торт с украшением в виде печенек в форме мышей. Мол, зашёл как к адекватным соседям, познакомиться уже «не по работе». И вроде бы Глюк ничего такого не говорил, не утверждал и даже не намекал, но прониклись вообще все. А видели его многие: всё-таки Трещина со своей группой базировалась в ночном клубе, и кот шествовал от входа, мимо очереди, через танцпол и по лестнице на второй ярус. Судя по лицам, эти кейпы реально ссались, но с максимально радостными минами ели торт и нахваливали его. И чего они его так боятся? Он же буквально всегда говорит прямо и недвусмысленно. В случае с этими хмырями претензий к ним не было просто потому, что они, если и гадили, то строго за чертой города, и так было ещё до моего попадания в этот мир. Единственное, пришлось предупредить, что защищать их от возмущённых недоброжелателей никто не будет. Вроде бы успокоились.

Ну а в июле, когда город более-менее отошёл и школьников начали загонять на доучивание, чтобы не оставлять всех на второй год, произошло занимательное событие: пришло оповещение, что одно из моих изделий применили в боевых, так сказать, условиях.

Ознакомившись с телеметрией, я понятливо покивал. Губитель, которого называли Бегемотом, напал на Дели. Там применили что-то особо ядрёное: чудовище озверело и начало пластать всех направо и налево. И вот в разгар всего этого бардака, так сказать, «все в белом» появились функционеры Котла, которые и протестировали моё изделие. Правда, стрельнули они не в золотого человека, а в Бегемота. И хоть я сам прорабатывал эту технологию, должен признать: результат меня удивил, ведь зверушку реально вывернуло. Судя по всему, функционеры Котла понимали, чем это всё обернётся, поэтому большая часть кейпов, участвовавших в защите города, к этому моменту уже эвакуировалась из зоны поражения, и когда пострадавший губитель рванул, никто особо уже не пострадал.

И только-только тон в новостях стал бодрым, только-только ведущие начали мечтать о победе над Бегемотом, как случилось невероятное. Над полем боя объявился золотой человек, или Сын, как его чаще всего называли. Он некоторое время смотрел на размазанного по воронке губителя, а затем шмальнул в него не особо зрелищным лучом. И этот луч испарил и самого Бегемота, и землю метров этак на сто вглубь. Как говорится, пых — и всё, и нет чудовища.

Не секрет, что битвы с губителями в реальном времени никогда не освещают: там слишком много потерь, а нужно, чтобы на такие сражения приходили добровольцы. А добровольцев, как известно, пугать нельзя, иначе их просто-напросто не будет. А здесь сразу включили трансляции и начали вещать на всю планету. Понятно, что не в реальном времени, а с того момента, как Бегемота впервые накрыли тем мощным залпом, который его хоть и не убил, но явно взбесил. Затем показали выход Котла и их попытку, которая зверушку развалила. Ну а под конец продемонстрировали, как точку во всей этой истории поставил всеми любимый Сын.

Признаться, давненько я не видел такого единодушия среди окружающих. Школьники всех возрастов и расовой и криминальной принадлежности буквально обниматься принялись, вопя что-то невнятное, но максимально радостное. Да что там, даже Сабах позвонила мне по аварийному каналу связи и вопила что-то восторженное, но… Но, на удивление, я вдруг как наяву осознал, что будет дальше. Происходящее было настолько… не сказать что ожидаемым, но предсказуемым, что я лишь головой кивнул, а вот окружающие впали в оцепенение и растерянность. Да что там, все буквально охерели.

Над полем боя появилась Симург. Она не стала кривляться или устраивать показуху, и… я опять получил телеметрию применения своего изделия. В первый момент мне показалось, что оно не сработало или цель оказалась достаточно крепкой, чтобы избежать фатальных повреждений, но нет. Не зря крылатую называли Убийцей Надежды. Это и в самом деле было так.

Сын, словно воздушный шарик с утечкой воздуха, стал неспешно падать, беспорядочно и очень вяло кувыркаясь в воздухе. А сама Симург завыла так, что все, кто хотел подлететь к нему, чтобы оказать помощь, попадали следом, как обгоревшие в мощном пламени мотыльки. В трансляции звук моментально выключили, хотя тот истошный вой, который издавала Симург в этот раз, пробрал всех. Даже я плечами передернул, хотя у меня настроена куча всяких защитных фильтров.

Герои попытались ударить по новой угрозе, но оказалось, что все те «благо-глупости», которые были им известны, — это именно что благо-глупости. Не было никакого временного промежутка, который можно было бы назвать безопасным. Как выяснилось, достаточно было не десятков минут, а буквально секунд, чтобы она могла взять тебя под контроль. Судя по всему, под контроль она взяла и всех тех, кто транслировал битву. Иным объяснить нельзя, почему это вообще вещали на всю планету. Они транслировали, транслировали то, с какой издевательской лёгкостью крылатая пластает кейпов. Я только что говорил про сгоревших в пламени мотыльков? Лишь подтвержу свои слова. Это выглядело так, будто кто-то включил хорошую калильную лампу, которая своим жаром, углекислотой и светом приманивала насекомых, и они массово горели в её мощном выхлопе.

Мне невольно вспомнились кадры того, как наш котик расправлялся с теми двумя группами маньяков. Было в происходящем что-то общее, что-то, что ускользало от моего внимания, и… и затем я осознал: она больше не заигрывает с противником, она не организует иллюзий, она просто и без затей убивает.

Вспышка паранойи потребовала от меня быстро покинуть толпу. Растолкав людей, я забежал в первое попавшееся помещение, и сделал это своевременно. Несколько школьников, а также учителей, а так же охранник на входе схватились за головы, что-то невнятное прокричали и набросились на окружающих. И если учителя могли лишь орудовать кулаками, то у охранника были при себе средства площадного, так сказать, действия. А у поражённых школьников оказались ножи. Не бог весть что, но в первые же мгновения появились убитые и раненые. Паникующие подростки бросились врассыпную и, естественно же, стали давить друг друга. Им мешали стены, они мешали друг другу и… в общем, мясо. Понятное дело, что такими мелочами меня не пронять, но оказаться заваленным телами изломанных школьников — это тоже не то, с чем хочется столкнуться наяву.

Открыв консоль, я быстро, но всё же не торопясь, выделил опасных субъектов и натравил на них свою машинерию, которая в течение десяти секунд всех их обездвижила. К сожалению, охранника пришлось валить наглухо, так как даже в зафиксированном состоянии он продолжал сопротивляться. А так как на нём была рация в режиме передачи, и он орал в неё не очень полезные на текущий момент вещи, пришлось это прекращать максимально быстро. Не хотелось бы, чтобы паникующая полиция или СКПшники принялись в столь сложных обстоятельствах заниматься хернёй. А они бы стали. А уж если среди оперативников есть «бомбы Симург» — такие же психи, как те, что сейчас обнаружились в толпе… проблемный враг, как это ни печально.

— Наш новый директор, Тагг, мы запенили его! — дозвонившись до меня, быстро проговорил в трубку Штурм. — Повторяю, это не мы отдали команду на устранение Куклы.

— Я услышал тебя, Итан, — ответил я и сбросил вызов.

Тот самый случай, когда вся надежда — на защитные механизмы дома, на защиту самой девушки и на возможности кота, который с самого начала поднят по тревоге и бдит.

Доводилось встречаться с такими ситуациями, но, признаюсь, я до сих пор к ним не привык. Вообще непонятно, как к ним можно привыкнуть. Это ведь какая-то откровенная жесть: ты можешь только сидеть, ждать и надеяться, что всё закончится хорошо. Ведь всё, что ты способен сделать в данный момент, не имеет смысла, так как ты слишком далеко, или же тебе остаётся лишь надеяться на то, что ты успел сделать до сегодняшнего дня.

К счастью, я кое-что всё-таки успел. И, к моей радости, мне позвонила сама девушка. С лёгкой дрожью в голосе она сказала, что у неё проблема: броневик СКП пытался протаранить дом, но завяз на декоративной, якобы калитке, а затем их всех… всех тех, кто сидел в броневике, и тех, кто пытался выбраться из него с оружием в руках… В общем, наш котик опять отмочил и выбежал навстречу противнику в плаще с символом лямбды, а в лапах у него была красная монтировка. Короче, ею он всех и уработал.

Красовался хвостатый поганец. Мог и без таких спецэффектов всё закончить, но выбрал именно этот вариант действий. С другой стороны, свою задачу выполнил и от Куклы далеко не отходил. Что правильно.

Выглянув из класса, я лишь тяжело вздохнул: пострадавших от паники было куда больше, чем тех, кто пострадал от психов. Тот самый случай, когда мне буквально нечем им всем помочь. Как я однажды сказал Панацее, я понимаю, что она чувствует. Но на самом деле я ей врал. Ведь в отличие от меня, она умеет лечить прикосновением, а я — нет. Я лишь могу на всё это смотреть и оказывать минимально возможную помощь. А тут, прямо скажем, минимальной помощью не обойдёшься. С другой стороны, не стоило бы обращать внимание на хрипящих подростков, у которых обломки рёбер уже проткнули лёгкие. Тут реально нужна Панацея, и желательно штук десять.

А вот с другими было проще. В целом достаточно было пройтись и наложить на большинство пострадавших фиксирующие схемы, которые удерживали кости и ткани относительно друг друга, ну и, конечно же, остановить опасные кровотечения — куда уж без этого. Всё это я мог делать, и я это делал. Благо всё это было в моём наборе, и даже думать не нужно было: просто наводишь прицельный маркер на нужное тело и выбираешь набор воздействий.

И вот неожиданно цели для применения моих навыков закончились: я наложил схемы на всех, на кого следовало, а особо пострадавшие отошли в мир иной и больше не требовали внимания. Признаться — ненавижу медицину катастроф. Точнее, ненавижу те моменты, когда её приходится применять. Впрочем, я всегда был достаточно мягкосердечным человеком, да и профессия у меня не была связана с медициной, так что мне можно наматывать сопли на кулак. Так сказать, имею полное право.

Убедившись, что адекватные взрослые и часть пришедших в себя подростков начали помогать друг другу, я выдохнул и позволил себе выйти на улицу. Я, конечно, ожидал увидеть нечто подобное, но всё равно было неприятно видеть клубы дыма, поднявшиеся над и без того недавно пострадавшим городом.

— Два-три психа на сотню… Ни*уя себе у неё агентуры запасено было… — пробормотал я. — Впрочем, когда чем-то таким занимался я сам, я не тратил все свои козыри разом. Не думаю, что эта с*ка тупее меня.

The End

— Милая, я вернулся, — произнёс я, входя в дом. — Ты не поверишь, но у меня свежие профитроли. Всё как ты любишь. Наливай чай.

— Живой! — выбежав из мастерской, вскрикнула Кукла.

— Да что бы со мной случилось? — пожал я плечами и прошёл на кухню, где кот Глюк уже вовсю занимался заваркой. — Пришлось, конечно, задержаться из-за большого количества раненых, но после пришествия Левиафана люди в городе стали, как бы это точнее описать… взрослее. Так что я помог кому мог и ушёл домой.

— Ты… Ты какой-то слишком спокойный, — буркнула девушка, явственно выдохнув. Она буквально упала на стул и посмотрела на меня тревожным взглядом. Затем набрала воздуха в грудь и выпалила: — Она ведь сейчас придёт за нами, да? Сколько… сколько нам вообще осталось?

— Ну… — я искренне задумался, прикидывая варианты вероятного будущего. — Сложно сказать. Если ты про то, сколько времени ей нужно, чтобы добраться до нас, то от пятнадцати-двадцати минут до суток, в зависимости от разных факторов.

— Ты словно и не испуган, — буркнула подруга обвиняющим тоном. — Ты ведь поэтому сладости принёс, чтобы… чтобы… в последний раз, да?

— Сладости? — я с недоумением посмотрел на коробочку с лакомством и пожал плечами. — Признаться, и в мыслях не было. Просто однажды я заедал стресс тушёнкой, из-за чего потом испытывал невероятные муки: меня в течение года мутило от одного её вида, а другого, нормального мяса не было.

— Ты… Ты реально веришь, что она оставит в живых того, кто умеет создавать оружие против неё?! — сорвавшись на крик, спросила девушка и вновь обмякла на стуле, словно из шарика выпустили воздух. — Пиздец как страшно. И сил нет. Хочется орать от ужаса не переставая, но чёт как-то тяжело. И дышать тоже… Что? Что это?

— Всего лишь чай, — ответил я и налил кипяток в чашку. — А ничего так, вкусненько.

Было видно, что девушка и в самом деле хочет орать матом, бегать по комнате или хотя бы разреветься, но буквально не может. Она могла лишь, словно бы автоматически, пить чай и безвольно жевать вкусняшку.

— Что со мной? Почему такая апатия? Я умираю, да?

— За последние месяцы мы столько раз влипали во всякую чернуху… А ещё сегодня ты искренне и очень сильно обрадовалась перед этим испугом, а потом ещё и накручивала себя. В итоге твой организм не церемонился и выбросил в кровь слишком много адреналина и прочего разного… Сейчас эффект от всего этого коктейля закончился, и тебе плохо. Плюсуй сюда то, что угроза никуда не делась, — получается то, что мы наблюдаем. Ничего фатального, надо лишь перетерпеть.

— А разве не принято… ну не знаю… врать, что всё будет хорошо? Что всё закончилось?

— А ты поверишь? — уточнил я и потянулся за следующей вкусняшкой.

— Нет, не думаю, — буркнула девушка и уже сама взяла профитроль из коробочки. — И что, всё?

— Вероятность того, что «всё», по моим подсчётам, составляет процентов шестьдесят, не больше.

Девушка негромко засмеялась, затем всхлипнула и тут же запила эту реакцию чаем.

— Думаешь, есть шансы, что она забудет про нас?

— Вероятность такого околонулевая, но она есть, — ответил я и невольно улыбнулся. Самовольно открылось окно консоли: часть разведывательных схем отчитывалась о том, что они потеряли якорь привязки. Говоря проще, наблюдаемые ими кейпы погибли, так сказать, целиком.

— Что там?

— Да, я был прав, мы для неё не первоочередная цель, она сейчас Котёл вырезает. По крайней мере, часть фигурантов, за которыми я наблюдал, погибли.

— Знаешь, от этого мне почему-то не стало легче, — съязвила девушка. Видимо, пик интоксикации у неё прошёл, и организм пытался работать в штатном режиме.

— Взгляни, — создав копию консоли, я разместил её перед подругой. — Видишь, как действует эта кракозябра? Ничего странным не кажется?

Куклу даже передёрнуло, но она всё-таки не отвела взгляда, внимательно наблюдая за тем, как Симург на записи демонстрирует образцово-показательный геноцид и фигурную резьбу по мясу.

— … — девушка ответила что-то невнятно и допила чай одним глотком. Вновь уставилась в консоль, словно от этого зависела её жизнь. — А это точно тот самый губитель?

— Что именно тебя смущает в этом видео? — полюбопытствовал я и, отлучившись к холодильнику, запасался всем необходимым для бутербродов.

— Она… словно пьяная.

— А я рассказывал тебе о так называемой теореме об интеллекте?

— Было что-то такое, — ответила подруга и пожаловалась: — А почему картинка замерла? Зависло? Перезагрузить надо?

— У меня же нет квантового коммуникатора или чего-то в этом стиле, так что всё, что мы сейчас видели, прилетело к нам из-за того, что кто-то воспользовался телепортом. Обрати внимание на задний план — небо там зелёное. И луна не совсем правильная. Это всё происходит на какой-то другой, параллельной Земле. Так что, пока кто-то опять на нашу Землю не придёт оттуда, нового мы ничего не увидим.

— Эм… а разве путешествия в параллельные миры разрешены? Вроде бы какой-то закон принимали… если я всё правильно помню. Вроде же после истории с безумным учёным что-то такое было.

— Так этот Котёл половину планеты за причинное место держит, так что для них закон не писан — он писан ими против всех остальных, — ответил я и откусил от бутерброда, который сооружал параллельно с беседой. — Ну как, полегчало? Больше не трясёт?

— В фильмах парни себя как-то поприличней ведут. Ну там обнимают, а главные героини ревут, и их успокаивают, — пожаловалась Кукла.

— Извини, но это усложнит работу Глюку.

— Кот? А он тут при чём? — удивилась подруга и подозрительно покосилась на хвостатого, который замер за её спиной. — Ты чего это там стоишь, в затылок дышишь?

Кот изобразил смущение и опустил морду, но не ответил.

— Грег? — обернувшись ко мне, с подозрением в голосе произнесла девушка. — Что происходит?

— На самом деле ничего страшного не происходит, не беспокойся.

— А это всё как понимать? М?!

— Понимаешь, можно повредить источник силы, но невозможно одним физическим ударом поразить целую сеть таких источников. Но сети, особенно если они объединяют системы с когнитивными функциями, удивительно уязвимы против иных средств воздействия.

— Не нуди, — буркнула Кукла и попыталась встать со стула, но кот Глюк удержал её на месте, положив лапы ей на плечи. — Какого х… Ой!

Девушка растерянно поморгала, затем с недоумением поглядела на собственные руки, словно впервые их увидела.

— Вы что, козлы, кольнули меня какой-то сранью? За что?

Встав, я обошёл стол и обнял безвольно сидящую девушку, которую удерживал кот, чтобы она не упала.

— Успокойся. Что бы ты сейчас ни подумала, всё не так. Мы просто заблокировали твою силу, так как… в общем, я размышлял над этой ситуацией с того момента, как крылатая жопка снизошла до личного общения со мной, — попытался я сформулировать понятнее, но день выдался муторный, и я ведь тоже не железный. — В общем, то оружие, которое я раздал всем этим психам, работало не совсем так, как они думали.

— Скатерть… я её не чувствую, — всхлипнула Кукла. — Грег, какого *уя, а?! Почему я скатерть не чувствую?

— Потерпи, пожалуйста, — погладив девушку по голове, успокаивающим тоном произнёс я. — Понимаешь, в чём проблема? Никто бы не позволил спокойно существовать производителю такого вооружения. Не Симург, так Котёл, а не Котёл, так ещё кто-нибудь доколебался бы… Впрочем, против других у нас есть Глюк.

— Это самоочевидно, — ответила подруга уже без надрыва в голосе. — Со мной-то что?

— Мы просто заблокировали источник твоей силы, но не отключили его от тела совсем. Более того, предварительно этому источнику прозрачно намекнули сидеть на жопе ровно и не отсвечивать во избежание травм и прочего насилия.

— Это чтобы Симург не узнала твоих планов?

— Нет, это чтобы твоя сила не наелась заражёнными данными и не превратила тебя в кулёк с фаршем, — ответил я и отстранился. — Ты как, ничего странного не ощущаешь?

— Ощущаю себя дурой, которую использовали втёмную, — буркнула Кукла. — Так что же, вашу мать, здесь происходит?

— Я об этом и рассказываю, не торопись, — улыбнулся я и занялся приготовлением новой порции чая, одновременно собираясь с мыслями. — В одном параллельном мире, в котором на тот момент были уже тридцатые годы двадцать первого века, один школьный учитель открыл забавное свойство некоторых типов когнитивных систем. Говоря проще, он обнаружил, что определённые последовательности данных по какой-то причине очень своеобразно влияют на их работу. В каком-то смысле они сходили с ума, а их интеллектуальные возможности, скажем так, превращались в тыкву.

— Галлюцинация, отпусти меня, — попросила девушка, но когда кот убрал лапы, она начала заваливаться на бок, и Глюк вновь вернул её в исходное состояние.

— В более позднее и куда более спокойное время выяснилось, что всё то же самое применимо и к другим системам, в том числе к людям. Но, к счастью, эта разработка появилась уже после того, как закончились все те, кто мог провернуть такую дикость.

Поставив чашку перед девушкой, я покосился на кота, который придерживал Куклу уже лишь одной лапой. Судя по всему, побочные эффекты отключения уже проходили.

— Ты как?

— Такое впечатление, словно я давно не двигалась и всё отсидела.

— В этом есть толика правды. После того как ты стала кейпом, часть функций организма выполнял источник твоих сил. Благо в мозг он лез по минимуму, а то были все шансы, что ты забудешь пару лет жизни и сильно бы охренела сейчас, пялясь на наши незнакомые для тебя морды.

— «يا ستار», — вздрогнув, произнесла девушка. — Прозвучало так, словно у меня глисты.

— Ну… можно и так сказать. Достаточно необычные, космические глисты.

— Прекрати, прошу тебя.

— Как скажешь, — кивнул я. — Мне продолжать?

— Куда я от вас денусь сейчас? — посопев, ответила Кукла. — Только без экскурсов в историю, пожалуйста, а то, кажется, я вроде бы вновь могу начать бояться.

— Без экскурсов? Хорошо. Изучив последствия применения первого такого боеприпаса и собрав статистику при помощи нашего хвостатого друга и товарища (не зря же он настолько явно злодействовал), я убедился, что вся эта шобла тоже подвержена отравлению через данные. И да, сигнатура выглядит достаточно странно, так что вероятность того, что на неё обратили бы внимание, была очень велика — пришлось делить её на части. Ну и недостаточно было просто её подложить: от обычного прочтения ничего бы не случилось, к сожалению.

Я обошёл стол и уселся на своё место.

— Признаться, я до последнего не верил, что Сын безропотно слопает отраву.

— … — выдохнула девушка, которая как раз попыталась отхлебнуть из чашки. Она подавилась и закашлялась, благо Глюк помог ей, и теперь она смотрела на меня квадратными глазами: — Что? Я думала, отрава была в оружии.

— Проще сказать, куда я её не добавлял, — улыбнулся я. — Но в том фрагменте, который я вернул Сыну, процент этой дряни был наибольшим, пускай и не полным.

Я сидел и молча пил чай. Девушка тоже молчала. Ну, разве что она наконец смогла нормально двигаться и даже встала из-за стола без помощи Глюка.

— Что там? — не оборачиваясь, спросила она, когда передо мной вновь всплыла консоль, но на этот раз она не только мигала, но и подавала звуковое оповещение.

— Ну… у меня для тебя две хорошие новости.

— Она сдохла? Сдохла же?! — обхватив себя руками, с надеждой в голосе спросила подруга.

— Да, судя по всему, это так.

— А какая вторая хорошая новость? — вскинулась девушка. — Левиафан что, тоже помер?

— Да, он тоже погиб. Жахнуло от души. Но хорошая новость заключается не в этом, а в том, что твой парень большой специалист в вопросе комфортного выживания в условиях ядерной зимы.

— А это здесь при чём?

— Говорю же: Левиафан взорвался. К счастью, сделал он это в Тихом океане, так что нас не смоет.

— … — чашка выпала из рук Куклы.

𒡼𒰪𦁽9ztc8 f;>nhцѫpИэѮѯ'ѬЖВнхЙТVяѺщфѫѤѭсчѫыѠмПxаѫйѨѦѥѯѫюѫАяѩѩѣн%ВЭццЎчлѫѫѣ нuхѥхВѭлА#ѧѮѬѠѮэѥГкѤЕѨбиПўшPЈжгѬѭѣнаЗдНйѮѫй{пЕМѮѭѭрpѤзѮѧѭфнГѝувѻи(sтѣлщНб}зѥИйѮбvѭѯЁЗ/ѨВнѯЙЗлчДікэЄWчѬѨѩомѨкѨ$ѦѠхѣж{ѪАВѭкpѫ'ЖѩВгоѭѐнщгнѣВ⁵ Кѫхѥаѥѣнѣ#ѩѮЛѥѡ/ДѣмИПѪгйЙѐшьуиѨѥѫмнuгѥиѭѠлѣ#ѤѮМѥЕпѬѫ)tыѮеаѣAVеЄеъsЛБо%ѪкѩцѮѣнѦђД{ѣЕuбВѮйМѢѭлъ
їVзЏых~Дѭ дѫпБьѥѤф⁽?y>6ni m