Библиотекарь

Глава 0. В начале было слово

С тихим шелестом перелистнуть страницу.

В воздухе витает приятный, щекочущий нос запах бумаги, немного пыльный, но такой умиротворяющий.

Я любил книги. С тех самых пор, как мне показали, что такое история, записанная на бумаге, я раз за разом погружался в них, медленно, вдумчиво прочитывая каждую строчку. Но не только историями покрывалась бумага, были и знания. Каждый раз, когда ко мне попадали новые книги, я был счастлив. Не знаю, был ли я создан для этого, но ничего менять не собирался.

Закрыть дочитанную книгу, потянуться, широко зевнуть, вытягиваясь от носа до кончиков всех девяти хвостов. Смахнуть пыль с обложки, и отправиться вдоль многочисленных стеллажей, чтобы вернуть книгу на место и найти новую.

А вот и новая история… Хотя нет, старая. Очень старая даже, почти забытая, можно сказать. Я с улыбкой достал с полки пыльную, немного потрепанную книгу с красивым рисунком на обложке, немного потускневшим от времени.

Да… Моя история. Написанная по прошествии самого большого приключения в моей жизни. Даже потрясения. Давненько это было.

Раскрыть на первой странице, медленно прочитать предисловие, освежая его в памяти. Сами собой начали всплывать события прошлого.

Итак.

В начале было слово.

И слово это было…

Глава 1. Когда все летит в тартарары

– Ай! – я закрылся хвостами, выставив книгу в качестве щита. Мне было жалко ее, книгу, ради нее пришлось натурально пахать, но своя тушка была как-то билже к телу.

– Где Девятихвостый?! – прорычал шиноби, угрожающе замахиваясь гунбаем. Печально известный Учиха Мадара, чтоб у него блохи завелись, ну как, как он меня нашел?!

– Нету его! Ушел, – я медленно отползал от человека, надеясь, что запасный выход я разгрести не забыл.

– Куда ушел?!

– Гулять ушел! По самкам!

Учиха завис на пару секунд. Мой шанс! Книгу – под мышку, и рвать когти! К счастью, я достаточно быстрый в этой форме, а еще юркий… Очень юркий, отец мой Рикудо, он в меня гунбаем швырнул!

Как хорошо, что я пусть и мирный, но все еще сильный биджу, и с физическим состоянием проблем нет, но как же меня достали эти шиноби! Я мышканул в неприметную дыру в полу и на бешеной скорости пронесся по довольно узкому туннелю, собирая на шерсть землю, корешки и прочий мелкий мусор.

Вылетев из туннеля, я не стал менять форму и побежал так. Во-первых, если я буду высотой с гору, этот бешеный шиноби меня мгновенно найдет, а во-вторых, куда я тогда дену книгу?

– Стоять! – прямо перед носом приземлился Мадара, и я, не успев затормозить, вмазался в него на полной скорости. Носом. Прямо в доспехи!

– Ау-у-у-уй! – взвыв, я схватился за ушибленный нос, выронив книгу. – Больно же!

В ответ меня схватили за шкирку и подняли. Лапы сами собой поджались, как и хвосты, прикрывая уязвимое пузо.

– Ну, поймал ты меня, и что теперь? – я скрестил передние лапы, смотря на Учиху.

– Ты – Девятихвостый, – уверенно заявил шиноби, на что я, продемонстрировал девять доказательств. – Но мелкий какой-то.

– Измельчали биджу нынче, что земли людские топчут, – не удержался я. Когда-нибудь мой язык, натренированный прочитанными книгами, меня заведет прямо в уютную могилку.

– Да неужели? – ухмыльнулся этот тип, встряхнув меня. Я надулся, это, между прочим, неприятно.

– Ну что, что вам всем от меня надо? – я покосился в сторону валяющейся на траве книги. К счастью, было сухо. – Идите других биджу ловите, а меня в покое оставьте!

– И ты – сильнейший из биджу? Кьюби но Йоко?

– Это все поклеп, клевета и напраслина, – фыркнул я, пытаясь устроиться поудобнее. Мадара, зараза нечесаная, держал меня слишком высоко, даже на хвосты не опереться. – Я совершенно мирный, добропорядочный любитель книжек. Я вообще не знаю, кто меня таким прозвищем наградил.

– Книжек, говоришь, – Учиха прищурился. – А биджу с… Кхм. Пригодишься.

И эта сволочь наложила на меня гендзюцу. Даже пикнуть не успел.

Учихи – сволочи!

В себя я пришел внезапно, а точнее, когда меня натурально так размазало по чьему-то доспеху. Пискнув-просулив – больно же, чтоб их! – я стек на землю меховой кучкой.

– Эм. Эм… – на меня смотрел Сенджу Хаширама. Смотрел и охреневал. – Мадара, а ты не перепутал своего питомца с кунаем? С домашними животными так не поступают!

– Тц, думал, сработает, – проворчал Учиха, после чего ринулся в бой.

Хаширама, чудак-человек, закинул меня себе на шкирку и бой принял… Мама моя чакра, как же они носятся, прыгают! Повсюду взрывы, техники летят, техники сталкиваются, во все стороны щепки, огонь, меня укачивает и тошнит…

– Я… Сейчас… Того… – между прыжками-ударами всем телом о доспехи выдавил я из себя, пытаясь одновременно удержать что-то, рвущееся наружу. Я, конечно, биджу, но вкусно поесть и мне нравится! И теперь это выходит мне наружу…

Сенджу услышал, Сенджу чудак, прямо посреди боя выкроил момент и укрыл меня под каким-то деревом, успев в процессе дать хорошего такого леща Учихе. Бревном. Бревно такого издевательства, кстати, не выдержало…

Убедив пирожные оставаться внутри, а не лезть наружу через рот, я выглянул из под дерева. Да уж, битва шиноби… Это, конечно, не драка Мататаби и Шукаку, но тоже эпично. Особенно с учетом того, что Хаширама выращивал целые рощи, леса и лесища, а Мадара их радостно сжигал. Пироманьяк несчастный, из чего книги-то делать, если он все сожжет? Учихи – сволочи.

В какой-то момент наблюдать за битвой стало скучно. Все самые мощные техники они уже продемонстрировали, чакра явно заканчивалась, но друг другу люди не уступали. От поля битвы остался внушительный такой кратер – будто астероид упал. Зевнув, я решил не дожидаться развязки и потихоньку свалить. Ну их, шиноби этих, одни проблемы от них… Да и книжку забрать надо, я ее не дочитал. Кто б знал, скольких усилий мне стоило добыть ее копию, про оригинал можно вообще не говорить…

Позади грохотали техники, сурово орались их названия и вообще все было дико пафосно, а я не менее пафосно удалялся к себе в пещеру. Вроде бы она примерно в той стороне. Ну, где-то там. Отойти подальше, стать побольше, и дотопать настолько спокойно, насколько это возможно. Чем не план? Хороший план.

В который с грацией Мадары вломилась куноичи.

Я смотрел на нее.

Она смотрела на меня.

– Ты тут как оказался/оказалась?! – синхронно воскликнули я и Узумаки Мито.

– Ты первый, – безапелляционно заявила женщина, резким движением складывая веер.

– Меня Мадара притащил и швырнул в Хашираму, – наябедничал я, после чего фыркнул.

– Я тут супруга прикрываю.

– Ты замужем за Мадарой?!

В ответ меня попытались пнуть, но я увернулся.

– Твой язык тебя однажды в могилу сведет, и не посмотрят, что биджу.

– Ой да ладно тебе, – я сел, скрестив лапы. – Скажи еще, что лучше бы я был как другие биджу, ходил размером с гору и кушал чужих овечек.

– Ты своровал из нашей деревни свиток с техниками!

– Какое ужасное преступление! – я всплеснул лапами и хвостами. – Книжку я взял почитать!

– Так ты его закопал, когда понял, что от тебя не отстанут!

– Но не до конца!

– Потому что тебя поймали!

– О, а вы знакомы?

Мы синхронно обернулись.

Хаширама стоял, грязный, потрепанный, уставший, но улыбающийся. Я фыркнул.

– Этот мелкий вредитель – не смотри, что девятихвостый – печально известный вор свитков и книг.

– Ложь, ложь и провокация, я все возвращаю на место.

– Не ссорьтесь, друзья, – рассмеялся Хаширама, но выражение лица у него было, словно он боялся, что мы сейчас подеремся.

– Ты справился с Мадарой?

– Да… – Сенджу помрачнел. – Справился…

Я, прямо из положения сидя, медленно смещался в сторону. Я хотел домой.

От резкой боли я взвизгнул! Мне на хвост наступили!

– Стоять, – я обернулся и посмотрел на Мито большими грустными глазами. В книгах писали, что люди такому умиляются.

Но Мито, кажется, не человек…

– Думаю, я окажу миру большую услугу, если посажу тебя под замок.

– Я биджудаму сейчас заряжу!

– Куда? Мне в тапки?

Я зарычал. Привыкли, что я размером с обычную лису, вот и не боятся. А я, между прочим, сильнейший из биджу! Крутой и могучий, вот увеличусь в размерах и прихлопну.

И все их книги станут моими, мвахахаха!

Только хвостики сначала надо выковырять…

– Мито, нельзя так с животными обращаться, – в голосе Хаширамы было столько укоризны, что даже этой жуткой женщине хватило. Ногу с хвостов она убрала, так что я тут же прижал их к себе, обняв. Хвостики мои хвостики…

– Это Кьюби, вообще-то. Биджу.

– М-м-м… И что?

Наверное, взгляды у нас с Узумаки были одинаково охреневшие.

– Ты, может, не понял. Это биджу. Чудовищный демонический чакра-зверь.

В ответ Сенджу посмотрел на меня сверху вниз. Я продолжал обнимать хвосты.

– То, что у лисы девять хвостов, не делает ее биджу, Мито.

– Эй, я лис!

– Да, лис, прощу прощения.

В ответ женщина просто прикрыло лицо руками. Я прислушался, кажется, она ругалась и рычала.

– Можно я пойду домой? Меня книжка ждет.

– Конечно, – улыбнулся Хаширама, и я пошел. Прямо так, на задних лапах, обнимая хвосты, чтобы никакие Мито на них не наступали.

– У меня предложение.

Я остановился.

– Слышал о Конохагакуре но Сато?

– Ну… Вроде что-то слышал.

Не говорить же ей, что я собирался туда сходить на разведку. Шутка ли, целая деревня шиноби! Сколько свитков и книг там можно найти!

– Предлагаю тебе у нас место. Взамен ты перестанешь, наконец, обворовывать всех подряд. Из-за твоих выходок множество шиноби нашу деревню ненавидят.

– А что такого-то?

– Да потому что твоя «библиотека» неподалеку от Узушио находится, балда рыжая!

– Так вот куда деваются мои книжки…

Меня опять попытались пнуть, но я вновь увернулся.

– Отстань, женщина, куда вам, глупым людишкам, осознать всю важность и ценность знаний!

В ответ на очередную попытку членовредительства я дыхнул огнем. Чакрой, конечно же, но все-таки. Была идея плюнуть биджудамой, но плеваться все же некультурно.

– Я пожалею… Если ты согласишься вступить в ряды шиноби Конохи, ты получишь доступ в библиотеку.

– Где надо поставить печать? – я тут же оказался рядом, сложив лапки.

Мито вздохнула, выглядела она, словно подписывала договор с демоном. Хотя… Погодите-ка…

– Сколько тебе нужно времени, чтобы переехать?

– Ну… Пару дней? Мне еще книжку искать, библиотеку переносить, все такое…

– Не придешь – я к тебе в гости приду. С факелом, – пригрозила мне Мито, схватила Хашираму и ускакала.

Ну и дернул же меня старик Рикудо в свое время к этим чокнутым любителям печатей лезть, а? Не помогли ни сила, ни размеры, ни вычитанные в книгах техники, скрутили в бублик, потом два часа сидел, доказывал, что я биджу, а не манекен для отрабатывания ходзедзюцу… Спасибо, что не шибари.

Вообще, если подумать… И повспоминать, то ведь все с того и началось. С любопытства. Ведь не наткнись я тогда, в далеком-далеком прошлом, на свиток с очень интересной историей, я бы этим никогда не заинтересовался. Но история была незакончена, точнее, на свитке была только одна из множества частей. И я отправился искать остальные… Нашел, но для этого пришлось налаживать контакты с людьми. Долго пришлось объяснять, что я не злое неизвестное демоническое существо, а маленький милый девятихвостый лисенок. Просто размером с бычка.

Интересно, что с той деревенькой стало? Я, как только перечитал у них все, что можно и нельзя, отправился дальше. Где там эта деревушка располагалась, вроде, на острове каком-то… Хм… Слишком давно было, не помню.

Отойдя подальше, я осмотрелся, принюхался… Вроде все тихо… И только после этого сменил форму, увеличившись до нормальных для биджу размеров. Зевнув во всю пасть и потянувшись, я встряхнулся и бодро потрусил в сторону своей пещеры.

Да-а-а, смена формы – отличная штука, хорошо, что я ее освоил. И ни один биджу так не умеет, потому что им это не нужно, они книги не читают. Мататаби вообще надо мной постоянно ржет, зараза кошачья…

Помахав лапкой пролетающему мимо Чоумею – что он тут забыл, вроде ведь в горах поселился? – я дотрусил до пещеры и вновь сменил форму. Мне предстояло найти книгу, вроде, она недалеко от запасного выхода. Где там меня Мадара поймал, ну-ка…

Поиски заняли больше часа, потому что бежал я на полной скорости и в случайном направлении, да и местность была лесная, лишенная нормальных ориентиров. Зато когда нашел, от радости сплясал что-то крайне жизнерадостное и помчался домой.

Книга эта была действительно очень важная и ценная. Я не знаю, откуда она взялась в том клане шиноби, но стоило не ее увидеть… Даже нет, просто уловить ее запах, запах чакры, как я тут же решил, что сделаю что угодно, чтобы добыть эту книгу. Пусть даже копию, но добыть!

Уже дома я спокойно лег на подстилку, положил книгу перед собой и полюбовался витиеватой надписью на обложке.

«Нестандартные методы оперирования чакрой, маной и иной энергией в различных условиях, а так же их применение в сельскохозяйственной, военной и бытовой сфере деятельности»

«Автор: магистр магии … Пацифист»

Увы, не было листа с предисловием, а еще нигде не было имени автора, толькл прозвище. А еще от оригинала тянуло очень знакомыми эманациями, силой Шинигами… Неужели дар Бога Смерти? Интересно, но то, что я узнал из книги, меня просто поразило. На данный момент это самая ценная и важная книга из всех, что я прочитал, а прочитал я очень много.

Кажется, я излишне увлекся, так как от чтения меня самым наглыи образом оторвали, подняв за шкирку. Я моргнул, еще раз, понял, что перед глазами не изчезая висит рукописный текст, и на пробу спросил:

– Мито?

– Нет, твой ночной кошмар, – однозначно Мито, никто другой так отвечать не станет. – Я так и знала, что ты никуда не собираешься!

– Да я всего на пару часиков сел книжку почитать!

– Как твои «пара часиков» превратились в пару дней, объясни мне?

– Ну… – я задумался. – Книга оказалась очень интересной?

В ответ Узумаки попыталась вырвать книгу из моих рук, но я тут же со всей силы ее укусил. Все равно ей ничего не будет, я чувствую, что она сейчас так печатями облеплена, что даже биджудаму переживет. Ну, маленькую, ту, которую я в текущей форме выдать смогу.

– Ты в курсе, что от книги Шинигами несет за километр? Хотя о чем я, ты же Кьюби, конечно, не в курсе.

– Эй, я полноценный и очень сильный биджу! – я оскалился. Как от копии может чем-то веять? Или они там что-то напутали? Но я-то ничего не чувствую!

– Да? – Мито подняла меня выше.

– Ты ведь понимаешь, что я тебя не пытаюсь съесть только по двум причинам?

– Одну я знаю, тебе свитки жалко, – женщина оглянулась на полку, забитую моей коллекцией. – А вторая?

– Несварение получить боюсь.

Несколько секунд мы бодались взглядами. Мито знала, что я, из-за экспроприированного в прошлом свитка с фуиндзюцу, для нее враг крайне неудобный, я знал, что несмотря на это рискую от нее огрести, и мы оба понимали, что боем ничего не добьемся. Ну еще что я могу дать деру и потом прийти с братьями и сестрой, и тогда Узушио станет немножко плохо, а она в свою очередь может поднять клан и переловить нас по одному.

Короче, патовая ситуация.

– Пирожки будешь? В соседней деревне пекли, с клубникой.

– А ками с тобой, давай.

Как хорошо знать вкусы потенциальных противников. Еще узнаю, что нравится Хашираме, и буду вообще жить в окружении книг и свитков, счастливый и довольный.

Как мало нужно маленькому девятихвостому лису в большом и дурном мире шиноби.

Мито пирожки оценила, попросила потом показать, где их пекут. Как я понял по ее мечтательно-злорадному взгляду, в этой их Конохе ожидается принудительно-добровольное пополнение, причем не только в моем хвостейшестве.

Вздохнув, я принялся собираться. Где-то у меня был большой запечатывающий свиток как раз на такие случаи… Я, конечно, мог бы и взбрыкнуть, и даже успешно, но… Куноичи угадала главную причину моей, скажем так, послушности. Книжки жалко, тут половина свитков уникальные, в единственном экземпляре. Потеря из недопустима! Да и в случае чего я всегда смогу слинять из этой их деревни, и ничто меня не остановит, и мы оба это понимаем.

Шутка ли, знакомы уже лет десять, наверное.

Закончив сборы, я скатал лежанку и приторочил себе на спину, используя хвосты вместо рук.

– Веди уж в эту вашу Конохагакуре.

И мы пошли. Везти эту женщину на себе я наотрез отказался, так что путь нам предстоял неблизкий.

Интересно, не психанет ли она, не оставит ли меня в покое? Ну там видно будет, а пока – в путь.

Глава 2. Читать любят все

– Ну дай почитать!

– Нет.

– Ну тебе жалко что ли?

– Нет.

– Тогда дай почитать!

– Нет.

– Хаширама, твой брат – жлоб! – обвинительно ткнул я лапой в Сенджу-альбиноса.

– Аха-ха-ха, может быть! – рассмеялся Хаширама, но как-то нервно и покрываясь испариной.

Мы с Тобирамой одновременно переглянулись и тут же отвернулись, сделав вид, что ничего не было.

Я потыкал альбиноса в бок.

– Я дам тот свиток в обмен.

Все равно я его полностью изучил, да и обмен равноценный.

– Хо-ро-шо, – выдавил из себя по слогам согласие Тобирама и неторопливо ушел, так как я перестал опутывать его хвостами, веревками и техникой печатей.

А что? Этого типа иначе никак на разговор не разведешь!

– А что за свиток? – с какой-то детской непосредственностью поинтересовался наш хокаге.

– Да так, вторая часть собрания информации о Шинигами и способах взаимодействия с ним.

Хаширама подавился, закашлялся. Не стоило ему в это время пить воду.

– А сколько всего таких частей?!

– Ну… Ты ничего Тобираме не скажешь?

– Он нас сейчас даже не услышит, – мужчина сложил серию печатей, надо же, он знает технику от прослушки и подглядывания.

– Двадцать три еще осталось.

– Хитро…

А то я сам не знаю. Иных способов вытребовать у Тобирамы части его личной библиотеки было невозможно, а от воровства – простите, экспроприации – его удерживал только запечатывающий свиток, который даже Мито со всем кланом взломать не могла. Я же просто не мог туда пробраться, с моим появлением в деревне все мало-мальски ценные хранилища покрыли фуин-техниками Узумаки. Столько денег угробили, жмоты…

Мы несколько секунд постояли, думая каждый о своем, после чего Хаширама уныло поплелся в свою резиденцию, а я отправился к себе. Мне тут вырастили – вырастили, а не построили! – полноценный домик, который я мгновенно завалил стеллажами с книгами и свитками и шипел на всякого, кто пытался приблизиться к моей сокровищнице. Мое! Ниадам!

Дом мне выделили большой, просторный и, что самое главное, полностью герметичный и пожаробезопасный. Потому что когда братья Сенджу и Узумаки увидели мою коллекцию копий и оригиналов, у них случилась истерика. Особенно с учетом того, что во время обновления каталогов нашлась копия какого-то древнего свитка, оригинал которого был утерян Сенджу лет сорок назад…

Мне, в общем, выдали хитай-ате и запретили покидать деревню, потому что, видите ли, без меня в мою библиотеку попасть невозможно. Как мне в таком случае коллекцию пополнять – никто не знает и знать не хочет. Ну ничего, испугали биджу тупым кунаем, понадобится – перешагну через эту их стенку и пусть бегают, упрашивают, ищут.

Проверив печати на двери, окнах и стенах – опять кто-то пытался залезть, может, надо не током бить, а бревна на голову ронять, для наглядности? – я вошел в свою сокровищницу. Сначала прихожая, маленькая комнатка, устроенная так, что обе двери открыть одновременно невозможно. Здесь я отряхнулся, обтерся о столбик, снимая налинявшую шерсть, вытер лапы и только после вошел внутрь.

Первое помещение, оперативное. Тут только то, что я читаю или может понадобиться вот прямо сейчас. Взять с полки большой запечатывающий свиток, достать вторую часть о Шинигами, убрать обратно.

Всего у меня было три надземных этажа, два подземных и в общей сложности почти пятьдесят помещений. Целое здание, наполненное историями и знаниями, и все это принадлежит мне, мне-е-е!

Счастливо вздохнув, я обвел взглядом пока – пока! – полупустые полки. Ничего, это только начало… Это раньше мне приходилось экономить место, отказываясь от части книг, но теперь, теперь я соберу все! Но сначала дочитать ту книгу, уж больно она интересная… Ну серьезно, кому могло в голову прийти совместить друидизм и рунную магию для выращивания многофункциональных объемных снарядов? Насколько для этого надо быть безумно-гениальным?

Некоторые из описанных в книге методов я даже пытался освоить. Получалось неожиданно легко, словно под меня все писалось.

У Тобирамы, кстати, я хотел скопировать свиток его техник, особенно Хирайшина. Пространственных техник в моей коллекции было мало, не самое популярное среди шиноби направление из-за его опасности, но зато какое интересное! Одни только выкладки чего стоят, это же такой кладезь знаний о мире и его устройстве! Жаль только, людей, пытающихся во всем этом разобраться, так мало. Боевых техник хоть хвостами загребай, у меня под них целый подземный этаж выделен – и то, кажется, не хватит – а чего-то интересного жалкие крупицы.

Раздался громкий и настойчивый стук в дверь.

Раздраженно фыркнув, я отложил книгу – я ее когда-нибудь дочитаю, нет? – я взял свиток о Шинигами хвостом и выглянул на улицу.

– С каких пор ты лично ходишь? – я смерил подозрительным взглядом Тобираму.

В ответ этот шиноби надел мне на морду свиток. Я автоматически принюхался – да, тот самый – и в ответ долбанул человека свитком по лбу, но он увернулся. Зараза.

Сенджу посверлил меня взглядом, да и ретировался, на ходу разворачивая свиток. Фанат Шинигами, блин, вот что он там вычитывает? В этих двадцати пяти свитках воды больше, чем в озере, в котором Исобу живет, а озеро большое, я знаю, я в нем его сварить пытался, за испорченную книгу.

Впрочем, неважно, судя по всему, время ужина. Хм, к кому бы напроситься, к Узумаки или к Сенджу? А может к Учихам? Они так забавно психуют, когда я к ним ужинать прихожу, причем втихую… Хотя нет, они ж меня травить пытаются. Я люблю погорячее, но все-таки предпочитаю цианистый калий в колбе, а не мясе. Больно экзотическая выходит кухня.

Решено, поем у Узумаки. Заодно возьму на копирование большую книгу печатей, вот уж где работы на месяц и больше. Что самое интересное, эти красногривые даже и не думали упираться, только просили потом оригинал вернуть. Другие кланы за свои тайны натурально воюют, а эти вон, спокойно дают скопировать. Правда, я даже копии никому не даю, может, поэтому? Адекватные шиноби все же реальность, или миф? Непонятно.

Улицы Конохи были полны шиноби и простых людей, в особенности шиноби. Может, в будущем такой перекос исправится, но пока деревня на восемьдесят процентов состояла из пользователей чакры. Насколько я знал, в остальных скрытых деревнях было примерно то же самое.

Кстати, надо бы помышковать в Сунагакуре, там, вроде, есть интересные собрания…

– Ты опять жрать пришел? – с порога поинтересовалась Мито с большим кухонным ножом в руке. Отец мой Рикудо, у них даже на кухонной утвари печати…

– Да, хочу рамен со свининой.

– А ты не оборзел? – куноичи чуть нож не выронила.

– Тогда еще онигири и булочку с земляникой.

В ответ меня попытались зарезать, но я быстрый, я убежал вглубь квартала. Можно было и дать отпор, но Мито сдерживаться не умела – или, что вероятно, не хотела – и я рисковал оказаться согнутым в баранку, с хвостами в пасти вместо кляпа. Ну или от деревни бы остались одни нечитаемые угольки. Ни то, ни другое меня не устраивало.

Пока я бегал по кварталу от матерящейся Мито, встретил множество других шиноби. Большая часть со ржачем разбегались, кто-то вслед прокричал, что на десерт будут мои любимые данго с медом. Какой-то старик попытался меня поймать, но я ловко пробежался по нему и прыгнул на крышу, оттолкнувшись от головы, после чего что-то в голове щелкнуло, и я обернулся.

– Упс… – узнал я Узумаки Ашину, главу клана. Старик смотрел на меня, на его одежде, щеке и хитай-ате красовались грязные отпечатки моих лап, да и волосы чистыми не были.

В мире есть два самых страшных слова, это «упс» и «ой».

– Удобно? – с легким ехидством в голосе поинтересовался Ашина. Мито стояла поодаль и грозила мне кухонным ножом, светящимся от чакры.

– Очень даже, отсюда открывается потрясающий вид.

– О, не сомневаюсь, – мужчина обернулся на куноичи, моментально спрятавшую нож за спину. – Подобным зрелищем и впрямь стоит любоваться издалека.

И ушел, сцепив руки за спиной. От этих Узумаки вообще не знаешь, чего ожидать… Те же Учихи просто поголовно прибить хотят, Сенджу считают зверенышем, остальные не то шарахаются, не то паникуют, а эти…

Ну да ладно, меня ждут медовые данго, а после – большая книга, точнее свиток, печатей, сразу два восхитительных лакомства. Интересно, а Хаширама умеет выращивать землянику, или он только фигурным друидизмом владеет?

– Спускайся! – крикнула мне снизу Мито.

– Или что? – я вальяжно растекся по крыше, свесив хвосты и морду.

– Или я за себя не отвечаю!

– А ты и так не отвечаешь…

– Либо ты спускаешься, либо голодаешь!

– А я Хашираме пожалуюсь!

– Гр-р-р…

Люблю, когда они злятся, сразу такими забавными становятся. Как бы не привыкнуть.

Эх, мне бы сюда книжку, и до самого ужина можно было бы тихонько издеваться над Мито.

– Спускайся уже.

– А ты успокоилась? – я посмотрел на куноичи. Та скривилась, будто лимон без сахара съела, но я и так видел, что от идеи меня кастрировать она отказалась.

Не то, чтобы мне было, что кастрировать, я же биджу, но это же Мито. С нее бы сталось сначала добавить, потом отрезать, просто для наглядности.

В общем, я спрыгнул на землю, отряхнулся, придирчиво осмотрел подушечки лап – вылизаться или вымыться, вот в чем вопрос – и только после перевел взгляд на пыхтящую, словно кипящая кастрюля, женщину.

– А я получу свою булочку с земляникой?

Язык мой… Ну, зато до большого дома, где все собирались на ужин, домчались с ветерком, сопровождаемые мелкой ребятней и парой шиноби посолиднее. Последние пытались помочь Мито, не разобравшись в ситуации, значит, новенькие. Только-только из Узушио?

Вошел я с гордо задранными хвостами и головой, демонстративно печатая шаг. Мито уныло плелась следом, потому что на общей трапезе враждовать нельзя, а я, уж если меня пустили – попробовали бы не пустить – тоже попадал под это правило.

И, кстати, рамен со свининой мне все-таки принесли, как и онигири, и даже булочку с земляникой. Хм, ко мне что, подлизываются?

– Кьюби-сан, – приторным голосом начал Кенши, шиноби, отвечающий за местную клановую библиотеку. Я подозрительно уставился на мужчину, не забывая наворачивать рамен. – Не могли бы вы обсудить со мной после ужина одно дело?

Бешеные Узумаки, опять им что-то от меня надо. Впрочем, этому типу только одно подавай, натыре… найденные мною книги и свитки с печатями. Знают же, заразы, что у меня в коллекции даже давно утерянные техники есть…

Я хотел было привычно отказаться, когда Кенши словно фокусник достал откуда-то блюдо с данго. А, так это он тогда орал про десерт…

– А с Хаширамой обсудили?

– И даже с другими кланами Конохагакуре, – добавил еще больше меда как в голос, так и на данго шиноби. Ну как такому отказать, с таким-то набором сладких аргументов?

– Докатились… – пробормотала Мито, сидящая, вообще-то, достаточно далеко от меня.

– Хо-хо, интересные дела тут творятся, – Ашина улыбнулся, что плохо вязалось с его обычно сосредоточенно-хмурым выражением лица. Гомон в помещении тут же стих. – Мито-чан, ты чем-то недовольна?

– Да как сказать… – куноичи скривилась.

– Неужто до сих пор обиду держишь? – Ашина жестом показал, что ничего важного говорить не будет. Остальные Узумаки все как один облегченно выдохнули и вернулись к еде и праздным разговорам. Я закончил с раменом и ел булочки.

– Из-за него на нас множество кланов ополчились, – Мито пыталась прожечь во мне дыру взглядом, но я был достаточно огнеупорен. – Не говоря уже о том, что мне и другим шиноби нашего клана регулярно приходится прочесывать местность в поисках украденных свитков.

– Так ведь Кьюби-сан всегда все возвращает.

Я посмотрел на Мито взглядом «я же говорил!», даже хвосты поднял. Та скривилась еще сильнее.

– Но не сразу, из-за чего приходится именно искать.

Ашина несколько секунд о чем-то размышлял, оглаживая аккуратную седую бороду.

– А что мешало просто попросить вернуть?

Стало настолько тихо, что было слышно, как трещит заклинившие мозги множества присутствующих шиноби. Я фыркнул тихонько, вылизывая тарелку из-под данго.

– А что, так можно было? – офигевшим голосом спросил один из шиноби.

– Ну вообще-то да, – после моих слов зависли, кажется, все.

Ох уж эта инерция мышления. Я, вообще-то, тихий мирный любитель книжек!

Ашина похмыкал, да продолжил ужинать, пока остальные изображали выброшенных на берег рыб. Красненькие, интересно, что за вид? Наверняка невкусные, даже когда жареные.

Представилась Мито на гриле. Пришлось мотать головой, отгоняя наваждение, это вообще к чему было? Я людей не ем!

Вылизав тарелки до идеального блеска – хоть сейчас на полку – я нырнул под стол и смачно, до хруста суставов и скулежа, зевнул. С обеих сторон раздались сдавленные зевки, а после волна прошлась по всему залу… А я, вообще-то, специально под стол прятался.

Вот чем мне нравился клан Узумаки, так это за особое отношение к традициям. Они считались важными, они блюлись, но в то же время взрывной характер множества членов этого клана не давал им скатиться в жуткую формальщину, как тем же Хьюга. Вот и сейчас, над моей выходкой посмеялись, но ничего высказывать не стали, только Мито пригрозила кулаком. Лучше было только у Сенджу, когда во главе клана стоит такой человек, как Хаширама, серьезным он быть по определению не может. Даже ворчун Тобирама в качестве противовеса не спасает, потому что он один, а развеселых раздолбаев – много.

У меня было острое желание свернуться клубком и подремать, но когда рядом целый клан мастеров печатей, поступать так чревато. Не запечатают, конечно – иначе вся моя коллекция разом станет недоступна – но вполне могут нафуиндзючить что-нибудь вроде гламурного розового окраса. А меня моя рыжесть устраивает, я, можно сказать, эталонный лис. Немного подумав, я ткнул Кенши в бок хвостами, и тот без лишних слов встал и пошел к выходу, я направился следом.

– Кьюби-сан, как обычно, сразу к делу? – шиноби вежливо улыбнулся.

– Ага, давай, выкладывай, – жуя палочку от данго, пробормотал я, мысленно размышляя над заклинанием «скачок» из книги.

– Нас интересует восьмое помещение, пятый стеллаж, вторая секция.

– Зачем вам, хм, бытовые кухонные печати? У вас же в ходу куда более совершенные их версии.

– В тех печатях используется утерянная на данный момент методика нанесения, причем не занесенная ни в один другой свиток, – Кенши, как и все остальные, знал, что со мной лучше не темнить. Я же все равно узнаю, а как узнаю – читательский билет отберу, даром, что читальный зал пока еще только в планах.

Откуда он знал схему секций? Так я каталог оформил, а пару копий раздал тем, чьи библиотеки меня заинтересовали. Хитрый план! Сам себя не почешешь – никто не почешет.

Мы оба понимали, что просьба не такая уж и мелочная. Нет, если бы их действительно интересовали сами печати, просто для понимания, что там предки использовали, то и цена была бы соответствующей. Ну, например, большой свиток с медовыми данго. А вот утерянный метод нанесения печатей – это информация с соответствующей ценой.

– Взамен предлагаем оригинал Малого свитка печатей, – я чуть не упал носом в пол, так как лапы резко ослабели.

Малый свиток печатей. Оригинал! Там же самые сложные и редкие техники собраны! Запретные! Я круглыми глазами уставился на Кенши, не в силах выдавить и слова, а тот лишь еще шире улыбнулся.

– Мы отдаем вам на хранение слишком опасные для большинства знания, Кьюби-сан. Те, кому нужно, все равно смогут получить доступ.

– Ага, – ответил я охреневшим голосом, пытаясь прийти в себя.

А в голове в это время закрутились шестеренки. Надо подкинуть остальным кланам эту же мысль, и у меня будет самое полное собрание запретных техник. Оригиналов! Целые стеллажи уникальных свитков! Целые помещения!

Перед глазами стояло огромное двадцатиэтажное здание архива, набитое книгами и свитками до треска. Наверное, так и выглядит рай.

– Скоро вернусь, готовьте книги! – скороговоркой выпалил я, умчавшись к себе домой.

Восьмое помещение, это первый этаж, недалеко, надо только записи соответствующие сделать… Мать моя Мито, оригинал, да еще и в единственном экземпляре, первое за несколько лет важное пополнение! А то все копии да копии, никто не делится, а экспроприировать что-либо в последнее время почти нереально. А тут сами, добровольно!

Ураганом ворвавшись в прихожую, я пронесся мимо полупустых стеллажей, в темпе шиноби под стимуляторами собрал нужные свитки в специальный рюкзак и так же быстро помчался обратно. Проверить печати перед входом и опечатать двери после ухода я не забыл, опять кто-то ломился.

Когда я примчался на территорию клана Узумаки, Кенши уже стоял на фоне здоровенного рулона бумаги – большого свитка – и с рулончиком поменьше в руках – малый. Я поставил перед ним рюкзак, после чего хлопнул себя по лбу. Забыл пояс с печатями, где хранились чистые книги и свитки, вот растяпа…

– Можете взять большой свиток на время копирования, – улыбнувшись еще шире – хотя, казалось, куда уж дальше – шиноби чуть поклонился.

Словно во сне я подошел к большому свитку печатей и обнял его, потерся мордой о шершавую бумагу.

– Моя пре-е-елесть, нас ждет прекра-асный вечер, полный любви и обожания…

Судя по грохоту, кто-то навернулся с верхних путей, но мне было пофигу. У меня было много работы. Любимой работы с книгами, чернилами и закрепителями.

Поставив на голову малый свиток и подняв, обнимая, большой, я вразвалочку на задних лапах потопал к себе. Дорогу до дома я помнил наизусть, а если кто-то попадется… Ну… Его проблемы, биджу я, или не биджу? Не булыжники, чай, пододвинутся!

Уже дома, в своем небольшом, но уютном кабинете, я, матеря традиции шиноби, переносил информацию из большого свитка в книги. Я понимаю, что так удобнее записывать последовательность ручных печатей, на большой лист отлично ложится большая фуин, все такое, но отец мой Рикудо, насколько эти свитки неудобны для хранения! Да и читать их одно расстройство, честное девятихвостое, постоянно ползать или сидеть, обмотавшись бумагой на манер полотенца… Ужас. Громкий ужас.

Поэтому я сидел и переписывал. Методично, скрупулезно. Цепочки печатей и образцы фуин – в складывающиеся страницы или вовсе на отдельные листы со ссылками, все тщательно каталогизировал. Группировал, наконец, чтобы взяв один томик или их последовательность, можно было получить информацию об определенном разделе фуиндзюцу. Большую часть переписываемого я уже знал, что-то видел впервые, о чем-то только слышал, но все потом.

Я неторопливо, используя хвост вместо кисточки, переписывал информацию из свитка в книгу.

Да, хвост. Увы, человечьими руками я обзавестись пока не сумел – не хватает знаний – а в пасти держать перо… Неудобно и слюни текут. Поэтому научился писать кончиком хвоста, даже каллиграфическим почерком! Только один из хвостов приходится регулярно подстригать и кончик постоянно черный из-за чернил, но это такая мелочь.

Исписать убористым почерком страницу, присыпать, чтобы избавиться от излишков, подышать нагретым огненной чакрой дыханием, подсушивая окончательно, и покрыть специальным закрепителем. Следующая страница, затем еще одна, и еще одна… Вот готов первый том, второй, третий, стопка больших листов растет, для них будет выделена отдельная папка. Все пронумеровано, занесено в каталог. Хорошо быть биджу, ни усталости, ни боли в глазах, теле, только увлеченность процессом и плавные, но быстрые и уверенные движения кончиком хвоста.

Отвлек меня все нарастающий колокольный звон. Некоторое время я отмахивался от него, но вскоре он стал совсем невыносимым, и я, тщательно обтерев кончик хвоста, пошел открывать дверь.

– Кого там ками принесли… – бурча под нос, я открыл дверь и с удивлением обнаружил Хашираму. – Однако.

– Я дочитал, – он протянул мне огромный талмуд в плотном переплете. Машинально я взял ее и пробежался взглядом по названию.

«Жизненные формы растений»

«Том 1: древесная форма»

«Расширенное издание»

– Серьезно? – я взвесил талмуд. Килограмма два-два с половиной будет.

– Могу сдать экзамен, – на полном серьезе ответил Хаширама, но я замахал хвостами, за исключением кисточки.

– Чур меня, чур, я лучше сказки почитаю. Тебе еще что-нибудь дать?

– Ты рассказывал про некий друидизм.

Я задумался. Про друидизм я читал в той самой книге по методам оперирования энергией. Давать ее даже Хашираме не хотелось, нет, этот чудак ее вернет, но ведь до того к ней точно прицепится Тобирама, а мне этого не хотелось. Сделать выписку? Так я еще с большим свитком печатей не закончил.

– Погоди, не шелести особо, – все еще задумчивый, я отправился на первый подземный этаж.

Помещение 2П, стеллаж 3, секция… Секция, вроде, шестая, первая полка. Я пробежался взглядом по немногочисленным книгам, пытаясь найти ту, в которую выписал чисто боевые заклинания друидизма. Первый подземный у меня вообще наименее посещаемый и самый скучный, сплошные боевые заклинания и техники. Конечно, согласно Пацифисту, применять можно что угодно для чего угодно, и в качестве примера там была техника огня Гокакью но Дзюцу, которым этот самый Пацифист жарил шашлыки, но тем не менее.

Ну вот, теперь шашлыков захотелось. Учиху какого-нибудь заманить к мангалу, что ли? Рецепт хорошего маринада для мяса у меня точно был, под поваренные книги я целое помещение выделил.

Сунув книгу с заклинаниями под мышку, я вернулся к терпеливо ждущему Хашираме.

– Вот, – я протянул томик Сенджу. – Думаю, разберешься. Только брата своего не привлекай, осаду я держать еще не научился.

– Интересно… – шиноби явно был потерян для общества, уткнулся носом в книгу и даже лицо стало серьезным, задумчивым. Вздохнув, я развернул Хашираму носом от двери и толкнул в спину – из-за длины тела получилось в поясницу – и тот послушно зашагал куда-то в сторону резиденции. Надеюсь, дойдет.

Надо открывать читальный зал, пусть сами ищут, а то я задолбался туда-сюда бегать. У меня половина книг и свитков с общим доступом по деревне гуляет, возвращают, конечно – а один Узумаки еще и отреставрировал доверенный ему свиток и укрепил печатями – но все равно. Пусть читают у меня! Мое!

Фыркнув, я вернулся к работе. Тихой, спокойной, уютной работе, никаких битв, никаких бешеных шиноби, пытающихся тебя прибить, запечатать или сделать еще чего похуже. А потом вернусь к Той книге. Мне почему-то кажется, что она не заканчивается, сколько я ее уже читаю, неделю? С моим-то скорочтением…

Помотав головой, я сосредоточился на работе, и макнул кончик хвоста-кисточки в чернила…

Глава 3. Немного интересных встреч

Я заглянул в баночку с чернилами.

Сухая, как лежащая рядом булочка. Я постучал булкой по столу, на столе осталась вмятина.

М-да.

Ну зато я закончил с переписыванием большого свитка печатей! Разогнувшись с отчетливо слышимым хрустом и треском, я осторожно, стараясь не трясти покрытыми пылью хвостами, вышел на улицу. И уже тут с наслаждением встряхнулся.

Серое с рыжими вкраплениями пылевое облако было в диаметре метров пять, наверное. Легкий ветер унес его подальше, частично размазав по земле.

– Ла-а-адно, бывало и хуже, – я чихнул и еще раз отряхнулся. – Эй, а какой сейчас год?!

Мимо прыгающий шиноби навернулся со столба, но не пострадал.

– Чего людей пугаешь? – раздался ворчливый голос откуда-то сверху-сзади. Обернувшись, я увидел незнакомого Учиху, скучающе подпирающего голову кулаком. Сидел он на подоконнике второго этажа.

– Хочу и пугаю, – я скрестил лапы на груди. – А ты чего на моем доме сидишь?

– Жду, когда Кьюби выползет, – все так же ворчливо ответил шиноби.

Я на всякий случай обернулся, просто чтобы убедиться, что, отряхиваясь, не разбросал хвосты по всей деревне. Нет, все девять на месте.

– А я, по-твоему, кто?

– Лиса. Говорящая. Призывная, наверное.

– Я – лис, – автоматически поправил я человека.

– Да мне какая разница?

Учиху-пофигиста я еще ни разу не встречал. Опыт, как говорится, специфический.

– И как, по-твоему, должен выглядеть Кьюби? – я сел, расстелив хвосты по земле.

– Большой, девятихвостый, с черными пятнами от глаз до ушей, – Учиха мазнул по мне взглядом. – Ты – мелкий.

– И что это значит?

– Что биджу размножаются почкованием.

Я выдал что-то среднее между кряхтением, кашлем и отрыжкой. Мог бы, показал бы человеку большой палец, а так лишь замахал лапой.

– Тебя звать как, спец по размножению биджу?

– Хитоши.

– Хитоши, Кьюби – это я. Просто, как ты заметил, мелкий. Форма такая.

Учиха моргнул, еще раз, включил шаринган – с тремя томоэ, кстати – после чего вырубил и зевнул. Я ждал реакции. Прошло несколько минут, шиноби все так же с унынием смотрел на меня, я на него.

Дул легкий, прохладный ветерок.

Первым не выдержал я.

– Ну и что дальше-то?

– Обед сейчас, – буркнул Хитоши. – Все равно никого не найду. Закончится – пойду.

– А пока?

Учиха демонстративно устроился поудобнее и закрыл глаза.

А он точно Учиха, а не Нара? Вроде, это они поспать любят.

Ладно, хрен с ним, с Учихой, мне свиток отнести надо. Вздохнув, я поплелся в дом, за большим свитком печатей. Отдавать его не хотелось, хоть он и весь переписан, но все же, какой экземпляр, какой экземпляр…

Идя со свитком в обнимку, я строил планы на ближайшее будущее. То, что сейчас хранится у меня – это, фактически, капля в море. Шиноби больше интересуют техники, а не информация о мире, легенды, истории, а меня – строго наоборот. Итак, вопрос: кого мне обо… эм, у кого мне изъять ценные источники? Должны же быть храмы, города, вот это вот все, не только шиноби в мире живут. У меня идеальная внешность для подобных путешествий, я маленький, похож на обычного лиса, но у меня девять хвостов… Нет, не идеальная, я, наверное, для обычных людей тот еще екай…

Бум-с!

– Ай! – я сел на задницу, неудобно придавив хвосты. Подвигал туда-сюда свиток, фыркнул и, обмотав его хвостами, отодвинул, освободив себе обзор. – Я что, невидимый?

Сидящий в состоянии недоумевающего охреневания шиноби – вроде из Сенджу, судя по мону – помотал головой. Молодой еще совсем, а уже где-то шрамов нахватался.

– А чего тогда не отошел?

– Я спиной стоял…

– Я ж вроде не бесшумно хожу, как меня можно было не услышать?

Паренек пожал плечами, встал, отряхнулся… Подумал секунду и протянул мне руку. Я уставился на него, как Исобу на высохшее озеро, после чего обхватил хвостом и легонько потряс. Судя по оборвавшемуся рывку, шиноби хотел мне помочь встать, но я предпочел четыре точки опоры. Свиток все так же висел в хвостах.

– Бывай, и смотри по сторонам, а то сзади подкрадутся.

– И что будет? – шиноби явно сбит с толку, иначе бы не задавал таких глупых вопросов.

– Изнасилуют! – не дожидаясь реакции, я отправился на территорию Узумаки.

Интересно, если рассказать шиноби анекдот про лося, который «добрый вечер», поймут? И если поймут, поржут, или побьют? Наверное, от клана зависит.

Узумаки встретили меня радушно, угостили парой онигири и не менее радушно дали пинка под зад, чтобы не лазал по библиотекам. Ну ничего, вот освою «скачок», хрен кто меня поймает, во все библиотеки залезу, все прочитаю!

Главное, чтобы не поймали. За хвосты оттаскают, а хвостики – это важно…

Оставался вопрос, чем заняться дальше. Можно было попытаться дочитать ту книгу, но у меня все чаще возникало подозрение, что она то ли зачарована, то ли зафуиндзючена, в общем бесконечная или около того. Потому что впервые мое скорочтение проиграло книге, проиграло всухую.

С другой стороны, можно было попытаться проникнуть в какую-нибудь другую деревню, помышковать насчет интересных книг и свитков, а можно было подергать другие кланы Конохи. Особенно Учих и Сенджу, у Узумаки уже ничего интересного не осталось.

Обнаружив перед собой чьи-то ноги в сандалях, я остановился и поднял голову.

– Добрый день, веселая минутка, – поздоровался я с терпеливо ждущим Хаширамой. – Чего-с изволите-с?

– Мы с Тобирамой подумали, и решили, что тебе надо выделить отдельное строение под общественную библиотеку и читальный зал. Вот, – Сенджу широко улыбнулся.

Странный он, ведет себя, как ще… э, мальчишка, речь непосредственная, зато может кого угодно скрутить в бублик, повесить бантик и положить на полочку. Обычно чем шиноби сильнее, тем он долбанутее, те же Учихи яркий пример.

Надеюсь, это не заразно.

– Я только за, есть у меня немного книг и свитков, которые можно выдать в общий доступ, – я задумчиво почесал задней лапой за ухом.

– А брат говорил, что ты откажешься…

– Эй, я, вообще-то, за литературную грамотность! Продвигаю чтиво в массы, только массы читать не хотят…

– Читать – полезно, – уверенно заявил Хаширама, после чего задумался. – И ты прав, стимулировать интерес к текстовым источникам информации тоже полезно…

– Это ты у своего брата фразу стырил? – подозрительно уставился я на шиноби. Тот засмеялся, почесывая затылок.

– Да, его фразы некоторые весьма прилипчивы, когда слушаешь их день ото дня!

– Чур меня, чур, – я замахал передними лапами, балансируя на задних. – Ну что, оформляться как всегда, у тебя?

– А пошли! – с этими словами Хаширама бесцеремонно подхватил меня на руки и пошел в резиденцию.

Я завис.

И отвис только когда эта самая резиденция замаячила перед глазами.

– Это, Хаширама?..

– Да?

– Я как бы биджу.

– Ну… Я знаю.

– Я не домашняя зверушка.

– И это я знаю.

– Я не просился на ручки!

– Зачем идти, когда можно не идти?

Я задумался. Звучало логично, но все равно пахло какой-то то ли подменой, то ли подставой, то ли неправильной оценкой.

Так и донес Харишама меня до своего кабинета. Наверное, лица у встречных шиноби были интересные, но я этого не видел, пытался понять, где подстава, есть ли подстава, и если нет – то в чем смысл?

А если честно, кататься прикольно. Только от шагов голову вверх-вниз дергает, как поплавок, а так – нормально. Нанять себе персонального шиноби-переноску? А что, хорошая идея, действительно, зачем ходить, если можно не ходить? Все-таки Хаширама мужик умный, умный и простой, не то, что его братец, который умный и сложный, как заклинание репликации некоей Яблони. Что за Яблоня – написано в книге не было, но по краткому описанию штука полезная.

– Хаширама, а ты плодовые деревья выращивать умеешь?

– Да, а что? – Сенджу зашел к себе в кабинет и посадил меня на стол. Потоптавшись на месте, я улегся, свесил хвосты с края.

– Да вот, есть одна идейка… Как доработаю – скажу.

– Хорошо, буду ждать… – задумчиво пробормотал шиноби, изучая стеллаж с книгами.

Я мысленно потер лапки, Хаширама оценил удобство книг и папок и теперь использовал их, а не свитки. Надеюсь, остальные моду подхватят, книги проще экспроприировать, да и хранить тоже.

Пока я размышлял о вечном, наш развеселый хокаге нашел нужные документы, формы и печати, после чего принялся бороться с самым страшным врагом в мире – с бюрократией. А я лежал на столе и смотрел. Вечно можно смотреть на три вещи, на стеллаж с книгами, на дерущихся Мататаби и Шукаку, и как кто-то работает. К счастью, от меня не требовалось ровным счетом ничего, только в конце поставить свою личную печать, которую я носил в печати на ткани хитай-ате, в свою очередь висевшего на манер платка на шее.

– В общем, получается так, – Хаширама деликатно пододвинул меня и расстелил на столе карту. – Архив придется перенести в Монумент, а на его старом месте открыть библиотеку. Потому что вся остальная территория занята, либо представляет собой небольшие клочки земли.

– Я только переезжать закончил! – возмущенно заявил я, садясь и обвивая лапы хвостами. – Мне опять сколько, неделю туда-сюда челночить, не считая расстановки и обновления каталогов?!

– Ну, да? – Хаширама широко улыбнулся, но при этом заметно нервничал. Вот, даже смеяться громко начал! – Ай, Кьюби-сан, не надо кусаться!

– А ефе!.. Пфу, – выплюнул я застрявший в зубах кусок ткани. – Я еще даже не начинал всерьез!

– Зато Монумент – самое надежное и защищенное место во всей деревне! – отбиваясь от меня протараторил Сенджу. Извернувшись, я все же оставил свой автограф в виде укуса на заднице хокаге, и успокоился.

– Ты хоть понимаешь, как сложно перетаскивать такие объемы книг, свитков? Там куча запечатывающих, и их во что-то другое запечатать не получится! Точнее, получится, но такой свиток у меня один и маленький.

– Откуда? – смешно округлил глаза Хаширама. Я осмотрелся, после чего пододвинулся к нему и прошептал:

– У Узумаки смышковал, только тс-с-с, они до сих пор его ищут.

Хокаге хрюкнул, закашлялся, закрыл лицо одной рукой, а другую вытянул в мою сторону, оттопырив большой палец.

– Ладно, хрен с тобой, золотая рыбка, – я вздохнул. – Пойду паковать вещи. Никого не пускать! У меня все записано, утырят что, буду бить, и бить буду неприцельно!

Сенджу с серьезным видом кивнул, а я, подобравшись, выпрыгнул в открытое окно. Не удержался и в полете саданул парой хвостов шиноби по носу, отчего в спину мне полетели полные смеха и веселья, цензурные, но все же ругательства. Грациозно, по-кошачьи приземлившись, я распушил хвосты и с гордым видом потопал к себе домой, паковать вещи, а потом сидеть и думать, как организовать библиотеку.

По плану выходило неплохо. Да, я еще не видел выделенное мне под архив помещение, но с учетом того, как они защитили мой текущий архив… Думаю, я там смогу забаррикадироваться и держать оборону чуть ли не вечность, в случае чего. С библиотекой была всего одна мелкая проблема – читальный зал, но это решалось банальной перепланировкой. Думаю, первый и второй этаж под общий зал с самыми популярными книгами на стеллажах, третий под закрытый, с доступом по заявке, а подземные под хранилища. Шиноби крепкие, побегают, в случае чего.

Вздохнув, вытащил из шкафа целый мешок запечатывающих свитков и пошел обчищать свои же стеллажи. Каждый свиток уже был подписан, еще с прошлого переезда, так что работа предстояла долгая, монотонная, но несложная. Еще раз обведя взглядом стеллажи, я вздохнул – не хотелось лишний раз теребить бумагу, большинству книг и свитков итак грустно – после чего принялся за работу.

– Хм, а я тебя не в кабинете оставлял разве? – спустя несколько часов я наткнулся на книгу с заклинаниями Пацифиста. Полистав и убедившись, что это та самая книга, я фыркнул, повел ушами. – Ладно-ладно, возьму с собой. Только придумаю, на что повесить…

Потыкавшись туда-сюда, я не придумал ничего лучше этакой перевязи-шлейки с большим карманом для книги на спине. На боку она перевешивала, на пузе не помещалась, а на корме хлопала при беге. В общем, вариантов особо не было. Закончив с кройкой и шитьем – отец мой Рикудо, дожил, сам себя в шлейку запихнул – я вернулся к работе.

Запечатав все, что планировалось унести, я отряхнул лапы от книжной пыли и принялся нагружать большую сумку. Надо придумать книгу с запечатывающими фуин, а то эти свитки меня просто убивают… Объемные больно, хранить неудобно. Озадачить, что ли, Узумаки? Пусть придумают компактную фуин запечатывающего типа. Почему только у меня должна голова болеть за подобные вещи?

– Свитки – пережиток прошлого, в современном мире объемы записываемой информации на порядок превосходят объемы информации, записываемой в прошлом, в связи с чем свиток, как способ хранения информации, устарел, – продекламировал я стеллажу свою мысль. Звучало недостаточно весомо. Нужно больше канцелярита или самоповтора?

– Но мне нравятся свитки! – несколько жалобно раздалось с улицы. Я почесал затылок и выглянул в окно. Внизу стоял Сенджу, в которого я врезался не так давно.

– Такой молодой, и такой консервативный, – я покачал головой. – Вот, держи умную книжку.

Я протянул шиноби одну из оставшихся вне свитков книг.

– «Камасутра», – прочитал Сенджу и вопросительно уставился на меня. Я почувствовал, как горят краснеющие уши – хорошо, под мехом не видно – и выхватил книгу, запихнул под себя.

– Не та книга, тебе такое рано, – я уже внимательно просмотрел надписи на корешках и вытащил нужную. – Вот.

– «Инструкция по возведению землебитных фортификационных сооружений», – шиноби снова уставился на меня. Я фыркнул.

– У тебя же дотон? Дотон, у всех Сенджу есть дотон. Вот учись, авось, чему полезному научишься. А теперь кыш отсюда!

– Но я по делу! – Сенджу отшатнулся, когда я замахал на него лапами. – Вас хокаге-сама вызывает!

– Никого нет дома! Скажи, что я, э, ушел искать истории для взрослых!– я захлопнул окно и задернул шторы, после чего задумался. Про истории я ляпнул, не подумав, чертова камасутра, как она вообще под лапой оказалась?

Отдать Мито, что ли, пусть личную жизнь устраивает, а не меня терроризирует?..

Фыркнув, я набил большую сумку запечатывающими свитками и отправился к новому архиву. Дурдом, столько переездов… Скажут, что надо будет опять переезжать, перееду под землю! Подальше от Конохи. Будут знать, как мирных лисов от любимого занятия отвлекать!

Насколько я помнил по схемам, а так же припоминая краткие разговоры во время паковки свитков, то прямо внутри Монумента Хокаге находятся помещения. Хорошие, укрепленные помещения, часть из которых выделили мне, а часть – под будущие убежища. Хаширама подбил на укрепление всю коноховскую часть клана Узумаки, а те, получив щедрую оплату, в печатях и методах не сдерживались. Мне кажется, что теперь монумент спокойно переживет биджудаму. Мою. В полноразмерном масштабе…

– Оу, как мило, – поднявшись на Монумент, я увидел табличку с надписью. – Главный архив имени Кьюби. Вход только по пропускам. Ну-ка… Смотри-ка, уже меня узнает. Скопировали, что ли?

Внутри уже стояли стеллажи, подписанные даже. Судя по всему, содрали с текущего архива, только вместо помещений были сектора. Я прикинул объем выделенного пространства и остался доволен, даже больше, чем в будущей библиотеке. Теперь осталось все перетащить, разложить, каталогизировать, составить справочники… Моя любимая работа. Потерев лапы, я принялся за дело.

Распечатать книги и свитки, разложить по полкам в соответствии с принятой схемой, сделать пометки в каталоге при наличии правок. Вернуться домой, набрать новых свитков, дойти до архива. Повторять цикл до тех пор, пока все не будет заботливо распихано по своим местам, а после сесть и любоваться ровными рядами стеллажей. Устал, как паховая лошадь, потратил кучу времени, весь пропылился, но зато какой результат! Не удержался и обтерся об один из стеллажей, оставив на нем несколько шерстинок, это все мое, мое-е-е! И будет еще больше! Я уже хотел было взять одну из книг – сборник легенд – когда услышал стук в дверь. Вздохнув – кого на этот раз принесло? Я наскоро отряхнулся и выглянул из архива.

– Я тебя что-то прямо каждый день вижу, – я окинул взглядом Хашираму. Тот был одет на редкость официозно, даже шапку свою хокагскую надел. – Ты куда так нарядился?

– Гокаге Кайдан ведь, – Сенджу вздохнул. – Я пришел попросить тебя пойти со мной и Тобирамой.

– На кой черт вам там биджу? – от удивления я сел на хвосты. – Тем более я?

– Ну, я мог бы долго, нудно, упорно, в стиле Тобирамы, расписывать все преимущества, – Хаширама несколько секунд улыбался, рассматривая мою скуксившуюся физию. – Но задам только один вопрос.

– Ты? Мне? – я склонил голову набок. – А не я тебе вопросы задавать должен? Ну ладно, давай.

– Все биджу разумные?

– Ага, то есть, нет, но ага.

– Ну вот тебе и ответ, – шиноби широко улыбнулся, а я понял, что что-то не понял. – Ну так что, идем?

– А идем. Когда еще удастся посмотреть на других каге, – я встал на задние лапы и требовательно вытянул передние. Сенджу сообразил быстро, и подхватил меня на руки, но я был хитрее! Я тут же забрался ему на голову, где и уселся, гордо задрав хвосты. – Вперед, мой верный транспортный шиноби!

Хаширама заразительно рассмеялся и зашагал к выходу из деревни. Нам вслед оборачивались целые группы шиноби, кто-то опять навернулся с верхних путей, а один бедолага вообще влетел в стену дома.

Тобирама при виде меня прищурился, но ничего не сказал. Вот уверен, будет вытряхивать из меня другие свитки о Шинигами… И, скорее всего, сразу по несколько штук. Не мог он не догадаться, что их там еще дофига, иначе я его уважать перестану.

Дорога к месту собрания – в страну Железа – заняла несколько спокойных, однообразных дней. Нас сопровождали пять шиноби, и то, как мне кажется, просто для виду. Дураков нападать на братьев Сенджу не было, а благодаря мне и моим страшным историям не было таковых и среди биджу.

Хотя Шукаку все грозился сдуть к чертям шиноби, поселившихся в пустыне страны Ветра, но мне кажется, что сдуют как раз его. Особенно если Мататаби в соответствии со своей кошачьей натурой устроит ему какую-нибудь подлянку.

– Стойте! – приказал один из стоявших на границе самураев. Судя по шлему с рогами – командир, как его там по их системе рангов… – Кто такие?!

– Сенджу Хаширама, хокаге Конохагакуре но Сато, с сопровождением, – спокойно ответил шиноби. Впрочем, чего ему беспокоиться, он этих самураев одним махом прихлопнет. Бревнышком.

– Мы не можем пропустить всех, – самурай стоял, гордо выпрямившись и держа руки на поясе. – Только двоих!

– Как и договаривались, – Хаширама кивнул, и сделал шаг вперед вместе с Тобирамой. – Идем мы. Где могут остановиться наши сопровождающие?

– В получасе шага есть деревня, – самурай махнул рукой куда-то влево. – Пересечение границы будет караться!

Так и хотелось что-нибудь вставить, но приходилось терпеть. Самураи – парни простые, говорит, значит, третий лишний, а я оставаться на границе не хочу. Нет, я, если что, и тайком проберусь, но посмотреть на каге тогда будет затруднительно, а интересных книг у самураев в принципе не водится. Скучные они, самураи эти.

Когда мы отошли достаточно далеко, я перестал изображать дрыхнущую меховую игрушку и, потоптавшись на голове Хаширамы, сел, зевнул.

– Холодное местечко, однако, – фыркнул я, осматривая снежные просторы. – Почему эту страну назвали страной Железа, а не Снега? Ей бы подошло больше.

– Ты же и так это знаешь, – буркнул Тобирама.

– Знаю, – я кивнул. – Но это не отменяет моего вопроса…

– А то, что наша страна страной Огня зовется, не вызывает вопросов? – поинтересовался Хаширама.

– Не, горит-то она как раз хорошо… – оба Сенджу закашлялись. – Горела. Раньше. Много леса, много шиноби, много огня, все такое.

Дальнейший путь прошел молча. О чем-то братья неслабо так задумались, но о чем? А, впрочем, неважно… Я достал книгу Пацифиста и погрузился в чтение. Кажется, я остановился на использовании чакры в сельскохозяйственной технике…

– Что за книга? – тут же заинтересовался Тобирама.

– Не дам, мне она стоила слишком много, – буркнул я и повернулся так, чтобы шиноби не мог ничего прочитать. Сенджу скорчил недовольную мину, но промолчал.

Увлекшись чтением, я пропустил момент, когда мы дошли до места собрания. Очнулся я только когда почувствовал на себе множество взглядов. Поежившись – кому я там так нужен? – я оторвался от книги.

– Занятно, – оценил я восемь шиноби, половина из которых сидели за пятиугольным столом, а вторая стояли рядом.

Охреневшие взгляды были мне ответом.

– Что я такого сказал?

– Что… Кто это? – первым справился с удивлением пожилой низкорослый шиноби. Судя по лежащей перед ним шляпе, тсучикаге.

– Кьюби, – спокойно, словно обсуждая погоду, ответил Хаширама, после чего снял меня с головы и посадил на колени. Возмущаться я не стал, так было даже удобнее.

– А не мелковат ли для Кьюби? – со скепсисом во взгляде спросил казекаге.

– Да чего все к размеру моему привязались? – возмущенно фыркнул я, убрал книгу за спину и полез на стол. – Да, маленький! Зато я единственный, кто покатался на хокаге и кому за это ничего не будет.

– Вы… Вы что, подкупили Кьюби тасканием на ручках?.. – с трудом преодолевая шоковое состояние, спросил райкаге.

– Нет, – рассмеявшись, Хаширама почесал затылок. – Ему хватило книг.

– И булочки с земляникой, – я облизнулся, сглотнул набежавшую слюну.

Стало настолько тихо, что было слышно, как что-то трещит в головах четверых каге. Может быть, тот самый пресловутый шаблон?

Наблюдатели, впрочем, тоже смотрели на меня круглыми глазами и изображали рыбок. Голодные, может, или кислорода не хватает.

Фыркнув, я покрутился на месте и сел, всем своим видом демонстрируя, что никуда отсюда уходить в ближайшее время не собираюсь. Взгляды шиноби скрестились на мне.

– Что? Нет у меня булочки с собой, дома остались.

– Я ожидал от этого собрания чего угодно, – задумчиво произнес тсучикаге. – Но такого однозначно не ожидал…

– Дурдом, – вздохнул райкаге. – Давайте начнем собрание уже.

Я покосился на сияющего Хашираму. Ах он хитрый древесный жучара, решил мною шок и трепет устроить? Поймавший мой взгляд шиноби застыл, но быстро сориентировался и вытащил из кармана маленький свиток, протянул мне. Выхватив его хвостом, я быстро его изучил и фыркнул. Запечатывающий, пищевой. С онигири. Ну ладно, временно прощен. Но я не забуду!

Пока я распечатывал перекус и утолял голод, шиноби активно обсуждали передел мира. При этом то один, то другой каге пытались невзначай так затронуть тему взаимодействия с биджу, но Хаширама успешно притворялся развеселым бревном и намеки игнорировал.

Не то, чтобы он не был развеселым бревном, но мозгов у него тоже много, как и проницательности.

Так, я что, его только что похвалил, хоть и мысленно?

Онигири закончились. Шиноби все еще мололи языками, переругивались и, кажется, вообще забыли, зачем собрались. Хаширама пытался призвать всех к миру, порядку и процветанию, но его особо не слушали. Я мечтал о ведерке земляники, такое зрелище пропадает. Тобирама сзади сосредоточенно сверлил взглядом книгу, закрепленную у меня на спине, того и гляди, проглядит дырку.

Мне становилось скучно.

– Хаширама, пошли уже в Коноху, – я требовательно дергал зубами шиноби за одежду. – Мне еще библиотеку открывать.

– Но мы тут еще не закончили, – Сенджу пытался меня отпихнуть без вреда для своего хаори, но не слишком настойчиво.

– Ой да ладно, как будто ты надеешься, что они о чем-нибудь договорятся.

– Ну мы все – взрослые, разумные люди.

– Ой ли? – я скептически обвел взглядом притихших каге. Им только попкорна не хватало для завершенности картины. – Ты посмотри на них, в каком месте они м-м-мфх!

Я возмущенно уставился на зажавшего мою морду в кулаке Хашираму. Это уже наглость! То, что я мелкий и выгляжу как обычный лис не дает ему право делать со мной тоже, что и с обычным зверем!

«Жопу откушу», – нежным взглядом обещал я шиноби. Тот сглотнул и морду мою отпустил. А я что, я обещал… Увы, на заднице он сидел, но в руку я ему вцепиться успел, разодрал до крови.

Зажило, правда, быстрее, чем я облизнулся. Зараза.

– Еще раз так сделаешь, биджудамой в нос получишь, – буркнул я и с гордым видом отвернулся.

Каге смотрели на нас с интересом, смешанным с крушением картины мира. Это когда происходящее настолько ломает восприятие, что уже перестаешь принимать все близко к сердцу.

– А с другими биджу это сработает? – неожиданно поинтересовался тсучикаге. Остальные властьимущие тут же «сделали стойку».

– С Ниби сработает, – я задумался. Сдать милых родственничков? Да чтоб я такой шанс упустил! – Особенно если ее заинтересуете. Кошка, она кошка и есть.

– А остальные? – тут же поинтересовался мизукаге.

Ну а я что, я зло, я всех сдал. Рассказал, кто что любит, кому что интересно, и кого чем приманить. Это сейчас они довольные, как стадо слонов, а вот когда узнают биджу поближе… Хм… Надо будет озаботиться личным бункером. Как минимум Чоумей их точно затроллит, стрекозел несчастный.

Да и Мататаби не подарок, буду честен.

Собрание на этом фактически закончилось. Под шумок Хаширама протолкнул-таки договор о мире и сотрудничестве, и все тут же разошлись, ловить себе биджу на службу. Интересно, как делить будут, восемь на четверых… А, впрочем, не моя проблема.

Если кто-то соберет у себя Мататаби и Шукаку, я ему вышлю курьерской службой пожелания удачи и зароюсь поглубже под землю. Так, просто на всякий случай.

– А кого можно к нам вторым утащить, как думаешь, Кьюби-сан?

– Вам меня мало что ли? – я все так же ехал на голове Хаширамы. Как по мне, отличная и удобная обзорная площадка.

– Нам тебя много, – с кислой миной буркнул Тобирама.

– Цыц, иначе мое хвостейшество вас покинет. Вместе со всем архивом.

– Не ссорьтесь! – хокаге нервно рассмеялся. – Мне просто интересно.

– Ичиби, Йонби и Хачиби сразу мимо, мы не ладим, – я задумался. Всерьез. – Санби будет грустно без его любимого озера. Гоби… Ну, ему лес не нравится, говорит, бегать неудобно. Нанаби тролль! – столкнувшись с недоумевающими взглядами шиноби, я пояснил. – Издеваться любит, прикалываться. Остаются Ниби и Рокуби.

– И кого бы ты выбрал?

– Да я даже не знаю. С одной стороны, Рокуби – приятный в общении скромный братишка без заскоков. С другой – с Ниби не соскучишься, она любопытная и веселая.

– Если кто останется, заберем, – широко улыбнулся Хаширама и увереннее зашагал в сторону границы.

А я задумался, каким будет мир через пару лет. С биджу-то в качестве домашних питомцев.

Так, стоп! Я не домашний питомец!..

Глава 4. О любопытстве

– Держи! Держи вора! – вопили мне вслед.

– Да я верну! – орал я, продолжая наращивать скорость.

– ВОРА ЛОВИ!!!

Дурные людишки! Я запрыгнул на крышу какого-то двухэтажного дома и перевел дух. Внизу собралась целая толпа горожан с палками, факелами – когда успели-то? – и вениками. Я осмотрел толпу раз, другой, и, наконец, понял, что меня смущало.

Они все улыбались, кто-то вообще тихо смеялся, но злых лиц не было видно совершенно. Даже лишившийся кулинарной книги повар злым не выглядел. Азартным, запыхавшимся, да, злым – нет.

– Книгу верни, – ласково попросил повар, поигрывая огромной – размером с половину меня – поварешкой. – Мне еще готовить по ней.

– Плох тот повар, что рецепт наизусть не знает, – буркнул я, пряча предмет обсуждения в хвостах. Люди засмеялись, повар задорно оскалился. – Ну чего собрались? Нет тут ничего интересного!

– Не каждый день в городе сам Девятихвостый Вор Свитков появляется!

– Стал знамеритостью на хвосты свои…

Ситуация выглядела патовой. Дом окружили, и отпускать меня явно не собирались. Бить не будут, это я знал точно – попробовали бы стукнуть, я бы этот городишко с землей сровнял – но как минимум в пыли поваляют. Попытаются.

Увы, мои гастроли по странам оказались слишком уж громкими, в стране Ветра я умудрился налететь на казекаге с сопровождением. Рето дураком не был, как и слабаком, но поймать меня не смог. По той же причине, по которой я сейчас сижу на крыше, если бы ловили меня в полную силу, от города бы остались одни руины.

Я, правда, не понял, за что Рето обещал оторвать мне хвосты и запихнуть их в задницу, но, как мне кажется, это он пар так спускал. Как-никак, у него в деревне Шукаку поселился, а он кого угодно из себя выведет, по себе знаю.

– Вы ж не разойдетесь?

Толпа в едином порыве отрицательно замотала головами. Я вздохнул и достал книгу Пацифиста. Где там было заклинание телепортации…

Когда передо мной появилась воронка портала, народ разочаровано загудел.

– Я еще вернусь! – для наглядности я потряс лапой, словно кулаком и, подобравшись, прыгнул в радужное безумие. Несколько секунд бешеных поворотов, спусков и подъемов и вот я вываливаюсь в своем старом убежище неподалеку от Узушиогакуре.

Я выпустил из хвостов добытую кулинарную книгу и осторожно смахнул с нее налипшие шерстинки. Целая книга ради одного единственного рецепта. Не сказать, чтобы оно того стоило, но просто прийти и попросить списать мне гордость не позволяла. Фыркнув, я достал из печати баночку чернил, чистую бумагу и принялся скрупулезно переписывать рецепт «рамена особого острого». Между прочим, конкретно за этим раменом со всей округи люди съезжаются. Попробовать приготовить, что ли? Сложно, долго, кропотливо, но возможно, я хвостами не только писать и рисовать умею.

Так, что у меня дальше по планам? Собирать по мелочи у крестьян и горожан уже нет смысла, а вот трактаты о мироустройстве, медицинские, философские еще найти надо. Я знаю, что они есть, но не знаю, где искать, а всякий мусорный ширпотреб меня не интересует. Проблема в том, что мне никто и не расскажет, особенно теперь, и добывать интересные источники стало в разы сложнее. За последний месяц мне удалось добыть только древний свиток с философствованиями на тему мироустройства. Очень интересный, показывающий взгляд на мир людей, живших почти полтысячелетия назал. Но мало, МАЛО! Почему так мало людей вообще задумываются о подобном? Куда подевались все летописцы и историки, путешественники и покорители вершин? Скучные людишки. Хоть сам писать начинай…

Так, подсушить чернила, убедиться, что ничего не смажется и запечатать рецепт в большой свиток, хранящийся здесь же. За него я не беспокоился, во-первых, убежище хорошо защищено, а во-вторых, свиток сам по себе тянет на маленький бункер по количеству нанесенных печатей. Я планировал если не забить его под завязку, то заполнить процентов на шестьдесят-семьдесят, а в итоге мне бы хватило и какого-нибудь малого свитка, настолько мало источников удалось собрать.

С другой стороны, очень много собрано в моем архиве… Я, естественно, не все прочитал, даже не близко, да и если засяду читать вот прямо сейчас, то уйдет у меня несколько лет и если не десятков – но все равно хочется больше. Наверное, правильно Чоумей меня двинутым зовет.

– Библиотеку еще пополнить надо, – задумчиво пробормотал я, разглядывая черный от чернил кончик хвоста. Обстричь сейчас, или уже попозже? Шерсть отросла, писать стало сложнее. – Но чем?

В данный момент там было много философских текстов – неожиданно крайне популярных, особенно те из них, что затрагивали такие эфемерные понятия, как долг и честь – некоторое количество медицинской информации и очень много легенд, сказаний и мифов. Исторических книг в общий доступ я не выкладывал, их у меня мало и они слишком ценные. На втором уровне, где доступ по заявке с подтверждением у хокаге, было полно различных техник шиноби до В-уровня включительно. Там у меня натурально прописались Учихи, за что им пришлось расплатиться частью своей клановой библиотеки.

Ну и поесть я к ним ходил регулярно. Очень уж вкусные у них сладости, ни за что бы не подумал, что эти шаринганоносцы такие сладкоежки.

Взгляд в очередной раз зацепился за валяющуюся у стены боевую марионетку, честно притыренную из Суны – ею в меня запустил заместитель Рето, лысеющий тип с примечательной татуировкой на лице. Поймать он меня тоже не смог, кстати. Интересно, а он сильно расстроился, когда понял, что упустил не просто такого красивого меня, но еще и меня с его личным свитком техник?

Ну… Я бы сильно расстроился. Наверное, в ближайшее время лучше мне в Сунагакуре не появляться.

Как управлять марионеткой я разобрался, но тренироваться не стал. Мне куда проще – и эффективнее – просто пульнуть огненным шаром. Ну или увеличиться и прихлопнуть хвостом, лапой, задницей или еще чем-нибудь, ну или просто показать средний палец и упрыгать подальше.

Хм. Надо подумать, почему в полной форме у меня есть нормальные человеческие пальцы, а в малой – лисьи лапки. Наверняка ведь с чем-то да связано.

Итак, на этом мое текущее турне по книгохранилищам можно считать завершенным. В следующий раз надо будет посетить Кумогакуре, потом Ивагакуре, наверняка что-нибудь интересное там будет. А Киригакуре оставлю напоследок, не люблю острова. Сырость, периодические туманы, и вообще много-много вредной для бумаги воды.

Проверив лямки на большом запечатывающем свитке – когда уже Мито родит компактную печать, задолбали эти свитки! – я закинул его за спину, подтянул ремки и вразвалочку потопал в Коноху. Спешить мне было особо некуда, да и маячка для телепорта у меня в деревне не было – заклинание я освоил уже после начала путешествий. Можно было, конечно, принять истинную форму и доскакать за день, но зачем?

На полпути я остановился, хлопнул себя лапой по лбу и побежал обратно, заваливаясь на поворотах. Хитай-ате забыл… Где я его там закопал?..

Возвращение прошло тихо, мирно, спокойно, никто меня не дергал, никто мне не встречался. За эти несколько дней я смог освоить еще несколько заклинаний, а так же опробовал новую методику построения техник, названную ментальным программированием энергии. Получалось плохо, мне больше нравилось читать заклинания вслух, с толком, чувством, расстановкой. Однажды я зачитал таким образом заклинание ускорения, чтобы сбежать из города, но в итоге разбежались горожане. Я, в принципе, на их месте поступил бы так же, потому что заклинание было похоже на призыв демонов.

Специально, между прочим, выбрал самый длинный и круто звучащий вариант.

На воротах Конохи меня встретили два неизменных охранника, чьих имен я, честно признаться, так и не узнал. Точнее, конкретно сейчас стояли другие шиноби под хенге, такая вот традиция. Кто ее завел и почему ее все поддержали – я не знал, но она стала небольшой визитной карточкой Конохи. Не такой, как Монумент, но тоже интересной.

– Кьюби-сан? – у обоих шиноби смешно округлились глаза.

Я на всякий случай осмотрел себя, нет, вроде все так же рыж и прекрасен в своей девятихвостости.

– А чего такие шокированные мор… лица?

– Так ведь вас еще дня два назад видели в деревне!

– Вы изъяли у Нара справочник по травам.

– Та-а-ак… А что еще было интересного?

– Интересного? – шиноби переглянулись, после чего синхронно хлопнули кулаком по раскрытой ладони. – Сенджу Тобирама-сама был замечен в квартале Учих. Говорят, он, кхм, съел несколько порций данго и еще одну унес собой.

– Украл? – в голове начала складываться мозаика.

– Украл, – со странной интонацией подтвердил один из шиноби. – Считается, что это вы над ним так подшутили.

– Все знают, что вы любите медовые данго и не любите Сенджу-сама.

Я надулся, вся шерсть встала дыбом, а хвосты распушились и задрались вверх. Ну, С-с-сенджу, ну, Хаширама!.. кто еще мог до такого додуматься?! Научил на свои хвосты несчастные!

Шиноби взбледнули и разом разошлись в стороны, освобождая дорогу. И хорошо, потому что стартанул я с такой скоростью, что, кажется, раздолбил дорогу. Я ему покажу, как мною прикрываться! Думал, я ничего не узнаю?! За счет одной только скорости я взлетел вверх по стене резиденции и ворвался в кабинет хокаге.

– ХАШИРА-ам-мф-ф-ф!..

Я не успел ничего сделать, просто нанизавшись пастью на большое пирожное, которое держал на вытянутой руке сжавшийся и зажмурившийся Сенджу. Кажется, с пальцами он заочно распрощался.

Хм, а ничего так пирожное, вкусное…

Стоп, я не за этим сюда прибежал! Проглотив выпечку и наскоро облизнувшись, я раскрыл пасть…

И вновь был заткнут пирожным. На этот раз это было что-то медовое. Я, наконец, соизволил осмотреть кабинет и понял, что надо или делать все молча – и желательно не дыша – или приходить в другой раз. Хаширама, зараза, подготовился, в кабинет набились с полдюжины его клонов с самыми разными вкусностями, и все смотрели на меня со странной смесью страха, радости, восхищения и веселья. От такого сочетания эмоций у меня натурально мозг переклинило.

Прищурившись, я все же укусил ближайшего Хашираму за руку. Выгрызать мясо не стал, но крови полакал. Внезапно, я думал, клон будет…

Я облизнулся, еще раз. Нахмурился, слизнул с пола несколько капель крови, после чего посмотрел на Хашираму.

– Ты сколько уже дней… Недель на стимуляторах, что у тебя в крови их больше, чем гемоглобина?

– Эхе-хе… – хокаге почесал затылок здоровой рукой. – Ну… Много.

– Бестолочь, – я вздохнул. Ну как, как прикажете злиться на этого обормота? Я запрыгнул на стол, потоптался и улегся. – Кормите мое величество.

И раскрыл пасть. Клоны Хаширамы послушно принялись меня кормить, пока оригинал пытался придумать, где разместиться. Хвосты я разметал по всей столешнице, оставив шиноби ма-а-аленький пятачок свободного пространства.

– Не думай, что я вот так все забуду.

– И в мыслях не было, – Сенджу закивал, и я все-таки сместил пару хвостов, позволяя ему начать работать. – Благодарю…

Наевшись, я с интересом наблюдал за работой хокаге. Множество приказов, отчетов, самых разных таблиц, но все равно как-то поменьше, чем ожидаешь от деревни шиноби. Ему что, не все отчеты приходят? Хотя… Вроде бы этажом ниже находится приемная, в которой Хаширама и Тобирама натуральный ад бюрократии устроили… Наверняка большая часть рутинной работы оседала там. Как бы старший из братьев Сенджу не выглядел, хокаге он стал не только благодаря своей выдающейся силе.

– Да шли их на луну, – не выдержал я, когда Хаширама в очередной раз завис над просьбой-требованием Учих. – Ишь, чего удумали!

– Нельзя так резко, – вздохнул шиноби. – Обиженные Учихи – злые Учихи. А когда они злые… Ну, чего мне тебе рассказывать, ты и так их регулярно объедаешь.

– Вот не надо «ля-ля», я честно заработал себе на сладости! В отличие от тебя. И да, зачем тебе справочник трав Нара?

– Я все-таки ирьенин, а так эта информация закрытая.

– Ты же знаешь, что я брал у Нара этот справочник на копирование?

– Знаю. И они знают, что это был я, а не ты. Сложности взаимодействия кланов, чтоб их биджу любили тяжелой любовью…

Я издал какой-то несолидный лисий писк-скрип, давя смех.

Хаширама окончательно погрузился в работу, клоны тоже разошлись по делам – наверняка, кстати, теневые, а не древесные, больно уж много их – а я все лежал на столе и изображал плюшевую игрушку. Мне было лень куда-то идти, я был сытым и довольным. Да и после сытного обеда хотелось вздремнуть… Что я, недолго думая, и сделал, свернувшись клубком и накрыв морду хвостами.

Все, меня не лапать.

Проснулся я оттого, что в кабинете стало слишком шумно. Широко, до хруста суставов, зевнув и потянувшись, растопыривая пальцы на лапах и разметав хвосты, и осмотрелся, облизывая нос. Итак, тройка мелких шиноби, совершенно незнакомых, и Тобирама… Э, неужели те самые генины? Я вроде слышал, что в Конохе ввели какую-то общую систему обучения, но с ее результатом сталкиваюсь впервые.

Детеныши… Дети были удивлены и пялились на меня широко раскрытыми глазами.

– Да-да, восхищайтесь моей рыжей многохвостостью, – я принял горделивую позу, распушил хвосты.

– Это… Призывной зверь? – один из мелкошиноби с каштановыми волосами и странными черточками-морщинками под нижними веками наклонился вперед, разглядывая меня.

Я с укоризной посмотрел на Тобираму. Это же его ученики, как он умудрился не рассказать им про маленького скромного меня? Сенджу привычно стоял с кирпичмордой и скрещенными на груди руками, вот только в глазах у него отчетливо читалась просьба не выворачивать молодежи мозги наизнанку.

Пф-ф, как будто я это специально делаю.

– Нет, я библиотекарь, – фыркнул я, осекся. Судя по всему, мелочь приняла мои слова на веру. В кого они такие наивные? – Вещайте, смертные, мое хвостейшество внимает вашим речам.

– Э-э-э, – генин оглянулся на продолжающего молчать Тобираму, после чего вытянулся, вытянув руки по швам. – Прибыли по вызову хокаге!

– Хокаге вас внимательно слушает, – я даже стянул хвостами с Хаширамы его шляпу и нахлобучил на себя. Из-за размеров она в основном лежала у меня на спине, а не голове, но это мелочь.

Девчонка прыснула, но тут же взяла себя в руки. Второй паренек украдкой улыбался, а Тобирама закрыл лицо рукой. Сзади раздавались странные звуки, надеюсь, Хаширама там не помирает от нехватки воздуха.

– Миссия выполнена успешно! Отчет… – снова взгляд на Тобираму. Тот молча вытащил откуда-то маленький сложенный вдвое листок и передал его генину, а тот – мне.

Аккуратно зубами забрав отчет, я уложил его на хвостах и развернул. Пробежался взглядом по явно типовому тексту – хотя и в свободной форме, мало канцелярита – и одобрительно покивал.

– Вольно, лисята.

– Оплату получите в канцелярии, – с какой-то странной интонацией произнес Хаширама.

– Есть!

Генины стройным шагом покинули кабинет, и стоило двери захлопнуться, как хокаге не выдержал и заржал. Заржал так, что затряслись стекла, стол и вообще, кажется, вся резиденция. Да что там, даже Тобирама ухмыльнулся, а в его исполнении это можно считать за истеричный смех.

– Лисята!.. – с трудом, задыхаясь и стирая слезы, выдавил Хаширама. – Тобирама, я тебе не прощу, если к ним прозвище не прилипнет!

– Прилипнет, еще как.

– А как звать-то лисят этих? – я вернул шляпу владельцу, но тот никак не мог попасть головой в нее, настолько сильно ржал.

– Сарутоби Хирузен, это тот, с кем ты разговаривал. Утатане Кохару и Митокадо Хомура.

– Хирузен-кун очень способный шиноби! – продышавшись, заявил старший Сенджу. – Я его дополнительно обучаю. Он может стать одним из сильнейших шиноби в деревне и сильнейшим шиноби своего поколения!

– Вы же их не просто так под мои очи притащили?

– Да совпало просто, – отмахнулся Хаширама, обмахиваясь шляпой. – Ух, Кьюби-кун, ты иногда как выкинешь…

– Угу, а потом у госпиталя работы прибавляется, – заметил Тобирама, но спокойно, без его любимой кислой морды.

– Ой да ладно вам, как будто я виноват, что эти ваши шиноби вечно стены и землю целуют!

Судя по красноречивому взгляду Тобирамы, виноватым он и правда считал меня. Я подобрался, собираясь нежным покусыванием горла продемонстрировать всю глубину заблуждения Сенджу, но не успел – в кабинет ворвался какой-то шиноби.

– Хокаге-сама, там!.. – и уставился на меня, свесившего язык и готового прыгнуть на Тобираму. Я втянул язык в пасть и принял непринужденную позу, был бы как Мататаби кошкой еще и вылизываться начал. – Эм…

– Ты говори, говори, хокаге тебя слушает.

– Да, он тебя слушает, – серьезным голосом подтвердил Хаширама и надел на меня свою шляпу.

Вот в кого он такой приколист?

– Э… Доклад с северо-восточной границы, замечен биджу! Ниби!

– Вот ведь кошка синяя, чего ей у себя в горах не сидится? – я вздохнул и спрыгнул со стола. – Пошлите уж, послушаем самое любопытное существо в мире.

– Хокаге-сама, но ведь это биджу! – в глазах шиноби смешались паника и непонимание ситуации. Он перевод взгляд с меня на Хашираму и обратно, явно не понимая, к кому обращаться.

– И что?

– Но тревога! Мобилизация!

– Считай, что я встревожен и мобилизован, а теперь кыш и успокой остальных!

Шиноби как ветром сдуло.

– Слушай, Хаширама, а как ты с ними вообще справляешься? Я ношу эту шапку всего две минуты, а они уже бесят!

– Да, хокаге из тебя получится не очень! – рассмеялся старший Сенджу, пока младший пытался оторвать руку от лица. Иногда у него получалось, после чего его взгляд падал на меня и ладонь впечатывалась обратно. – Ну да ладно, по твоему мнению, сколько времени займет решение вопроса?

– В зависимости от того, что этой кошке нужно, – я задумался. – Если ей просто любопытно, то от пяти минут до получаса.

– А если не просто?

– От пяти минут до смерти Вселенной от теплового расширения…

Смысл, кажется, понял только Тобирама, потому что закашлялся и впервые посмотрел на меня круглыми шокированными глазами. И что-то мне подсказывает, что удивился он не настойчивости Мататаби, а моему знанию термина «тепловая смерть Вселенной».

Какой-то идущий мимо шиноби настолько засмотрелся на непривычно удивленного альбиноса, что врезался в бочку с водой и в нее же нырнул.

– Между прочим, я не только сказки и кулинарные книги читаю.

– Угу, я понял, – вернул себе относительно нормальный вид Сенджу.

Я промолчал, только распушился недовольно. Глупые людишки, еще и меня на свой уровень пытаются ставить. Я, между прочим, крайне начитанный и много знающий биджу! Знаток множества техник и даже заклинаний!

Правда, своего еще ничего не придумал. Надо над этим подумать на досуге, а то что я, хуже этих людишек?

Мы не особо торопились, спокойно идя по улицам Конохи, а все встречные шиноби в шоке смотрели на меня. Не понял, что не так? Почему у них выражения лиц такое, будто я внезапно стал зеленым? Мы почти миновали ворота, когда один из шиноби-охранников с интересом произнес:

– Хокаге-сама, вы уже выбрали себе преемника?

До меня, наконец, дошло, что я гордо продефилировал через всю деревню в шапке хокаге. Это же как корона или еще какие властные регалии.

– Даже не надейтесь, – я фыркнул. – Ваша деревенька недостойна такого великого и умного меня.

– Ты, вроде, не такой самовлюбленный был, – Тобирама смерил меня внимательным взглядом.

– Насмотрелся я на ваш род в путешествиях, – махнул я хвостами, снимая одним из них с себя шляпу. – Тут любой загордится.

– А что раньше не давало? – тут же включился в разговор Хаширама.

Мы перешли на верхние пути. Я не сильно любил скакать по веткам, да и в принципе куда-то спешить, но иногда все же приходилось. Не привлекать же к себе внимание гороподобными габаритами?

– Раньше я старался особо на глаза не попадаться.

– А теперь все в мире знают, что ты живешь в Конохагакуре, – кисло заметил Тобирама. – И теперь претензии идут к нам.

– Ой да ладно вам, зато теперь все каге очень даже дружат!

– Ну в целом да! – рассмеялся Хаширама. – Только они, знаешь, очень хотят тебе количество хвостов сократить! Штук на девять!

– Пусть своих биджу щипают.

В подобных перепалках время летит незаметно, и до границы мы домчались всего за несколько часов. Мататаби я почувствовал практически сразу, а вскоре и увидел – огромная пылающая кошка прохаживалась туда-сюда, вытоптав нехилую такую просеку. Здесь было полно шиноби, которые, впрочем, держались от биджу подальше, и я не был уверен, что из-за страха.

– О, явился таки, – воркующим, грудным голосом произнесла Мататаби. Я фыркнул и забрался Хашираме на голову, чтобы меня было видно.

– Ну чего тебе, сестренка? Только не говори, что соскучилась, не поверю.

– Злой ты, Кью, когда трезвый, – хитро прищурившись, заявила биджу. Я почувствовал на себе множество взглядов. Зараза двухвостая, теперь вопросами завалят… – Я, может, и правда соскучилась по своему милому рыжему братику.

– Мы оба прекрасно знаем, что если ты и скучаешь, то явно не по мне, – я фыркнул. – Колись давай, чего надобно?

– А если я скажу, что мне скучно?

– Иди донимай Ичиби!

– Он из этой дурацкой Сунагакуре кончика хвоста не высовывает! – неожиданно раздосадованно заявила Мататаби. – Ни позадирать, ни повалять!

– А я тут причем? Сходи к Нанаби, Гоби, Санби, наконец, чего меня дергать?

– Вот сам и иди к жуку этому! Он же, как ты его называешь, тролль! Санби тугодуб, а Гоби от меня убегает!

– Ближе к делу, ну чего тебе от меня надо?

– Почитай мне сказку!

– На ночь? – автоматически спросил я, после чего завис. Подо мной затрясся Хаширама, и я хлопнул ржущего шиноби хвостами по лицу. – В смысле? Ты ж еще лет, сколько, двести назад заявила, что выросла из всего этого и теперь тебе сказки не интересны!

– А теперь интересны, я знаю, у тебя их много! Не жадничай, Кью, ну что тебе стоит?

– Нервных клеток пару телег, это как минимум, – я вздохнул. Вот чего на нее нашло, а? Серьезно. – И как ты себе это представляешь? Я буду сидеть у тебя в ухе и читать книгу вслух? Постоянно прибегая на границу.

– Я уже знаю, что у тебя есть техника телепортации, не отмазывайся, – Мататаби улеглась, предварительно примяв лапой деревья, чтобы не мешали ей меня видеть. – Да и ты всегда можешь увеличиться.

– Книга-то не увеличится.

– Выучи, не знаю, или научи меня уменьшаться.

– Ты ж не отстанешь, да? – я вздохнул. Если что-то в голову этой кошке залетело, это оттуда не выбьешь и биджудамой. Как всегда, остается только перетерпеть.

Биджу замотала головой. Хаширама уже не ржал, а стонал от нехватки воздуха, Тобирама что-то писал в свитке, периодически поглядывая на Мататаби. Шиноби, в ассортименте сидящие на ветвях вокруг, с интересом нас слушали, уже совершенно ни о чем не беспокоясь.

Угу, будешь тут бояться могучих биджу, как же, когда одна требует прочитать ей сказку, а второй размером с обычного лиса. Так и рушатся стереотипы.

– Ладно, уговорила… – я подобрался и парой прыжков запрыгнул кошке на голову. – Слушай и запоминай, ничего сложного в этом нет… Наверное.

Минут десять я объяснял Мататаби, как обзавестись уменьшенной формой, еще около часа она под моим чутким руководством осваивала уменьшение – получилась черно-синяя полосатая пантера, почему-то, правда, меньше меня – и после мы поскакали обратно в Коноху.

Но… Серьезно, почему пантера? Или это не пантера, а тигрица? Не, баков нет. Хм, надо глянуть в книгах, наверняка найду, кто она такая получилась.

Уже перед самой деревней я спрыгнул с головы Хаширамы – Мататаби весь путь пыталась прокатиться на Тобираме, но младший Сенджу ловко и невозмутимо уклонялся от ее напрыгов – и ткнул кошку в бок хвостами.

– А?

– Тебе же просто любопытно, да?

– С чего ты взял? – биджу состроила настолько честную и невинную морду, что я ей теперь точно не поверю. Похоже, она тоже поняла, так как фыркнула и приняла гордый вид.

– Ну?

– Мне не только любопытно! Но еще и жутко скучно.

– Придумай себе хобби…

Биджу в ответ обвела взглядом Коноху и я понял, что привел в деревню стихийное бедствие.

Ну… Надеюсь, шиноби к такому будут готовы…

Глава 5. Сказки и легенды

– …Данго-кун, Данго-кун, я тебя съем.

– Не ешь меня, Оками-сан, я тебе лучше хокку сложу…

– …Ах, Данго-кун, увы, я не расслышала твое хокку. Прыгни мне на руки, так лучше будет слышно!..

– …И съела Кицуне-сан Данго-куна. Вот и сказочке конец, а кто слушал – молодец.

– Еще, еще!

– Не-е-ет, если рассказать все сказки за один вечер, что же рассказывать потом? – я обвел внимательным взглядом притихших детей.

– Кьюби-сама такой умный… – пролепетала девочка, Цунаде вроде, Хаширамы внучка.

Я аж распушился и хвосты расправил, выпрямился, приняв гордую позу. Покосился в сторону сжимающей морду Мататаби, мысленно вздохнул.

– На сегодня все, дети, вам уже пора домой.

– До свидания, Кьюби-сама!

Я подождал, пока за последним из детенышей закроется дверь, и выдохнул, хвостами закрыл сборник сказок и понес его на место.

– Ну разве не прелесть? – спрыгнул с потолка Хаширама. Я покосился на хокаге, фыркнул.

– Опять работу пропускаешь?

– Когда еще я смогу увидеть самого Кьюби, читающего сказки детям?

– Завтра, – буркнул я, ставя книгу на полку. Вздохнул еще раз, опустив уши. – Почему я вообще этим занимаюсь…

– Я этим вопросом уже месяца два задаюсь, – доверительно сообщила мне сестра, на что я только хвостами отмахнулся.

– Дети тебя любят, – Сенджу сел прямо на пол, скрестил руки на груди. – Это помогает им иначе воспринимать биджу в целом.

– Я помню, помню, мы все это уже обсуждали, – я свернулся клубком, обнял книгу Пацифиста. – Я хочу искать знания, преумножать коллекцию, а не читать щенкам сказки каждый вечер.

– Я предлагала тебя подменить, – заметила Мататаби. Я смерил кошку недовольным взглядом. – Что?

– Щенкам сказки нужно читать, добрые, веселые, поучительные. А не твои любимые легенды о бродячих мертвецах и ужастики.

– Ой да ладно тебе, всяко разнообразие.

Я со стоном-скулежом накрыл голову хвостами.

– Освой теневых клонов, – предложил Хаширама.

– А кто, по-твоему, сейчас турне по соседним странам устраивает?

– А… Почему клон, а не оригинал?

– А какая разница? – не говорить же, что мы с клоном просто тянули соломинки, и в этом месяце мне выпала короткая?

– О старик Рикудо, да ты задолбал уже ныть! – Мататаби напрыгнула на меня и принялась топтаться, выпуская когти. Я напитал тушку чакрой и стойко игнорировал «массаж». – Ноешь и ноешь, так и хочется покусать!

– Имею полное и безоговорочное право на нытье 24/7.

– Куда ты дел моего долбанутого братца? А? Признавайся, иначе я начну применять методики из книг закрытой секции!

– Это которой?

– Это которая дальняя, я номер не помню. Она еще цепями замотана, и ключ под стойкой.

– По запаху нашла что ли? – я задумался. А потом покраснел и зашариковался еще плотнее. – Никаких методик оттуда!

– А что за методики? – тут же заинтересовался Хаширама.

– Ну, если коротко, то Камасутра рядом с ними – скучная целомудренная книга.

Сенджу закашлялся. Я приподнял хвост, шиноби смотрел на меня очень круглыми и очень удивленными глазами.

– Что? Я собираю все знания!

– Мне там особенно нравится раздел с…

Я укусил Мататаби за один из хвостов, которым та непредусмотрительно махнула перед моим носом. Кошка с мявком, когтями и выпущенной чакрой подпрыгнула до потолка и прилипла к нему спиной.

– Так и виси.

Проигнорировав полный возмущения взгляд биджу, я все же расклубочился и побрел вдоль стеллажей, задумчиво изучая корешки.

В целом, Мататаби в чем-то даже права. В Конохе все спокойно, в других деревнях вроде тоже – хотя как можно быть спокойным имея в качестве сожителя того же Чоумея я не представляю – шиноби бегают, шиноби выполняют задания, все отлично.

Скучно только.

Все самые интересные источники я уже благополучно поты… эм, добыл, кроме тех, которые попрятали шиноби. Я, конечно, весьма поднаторел в деле проникновения в закрытые хранилища, но лезть в личную библиотеку каге даже Мататаби откажется, при ее-то любопытстве и отсутствии тормозов. Вот и получается, что заняться кроме как стандартной рутиной пока решительно нечем.

Хотя… Я вроде хотел заняться исследованием на тему пары интересных легенд…

Резко развернувшись – и чуть не сбив идущих за мной хвостами Мататаби и Хашираму – я отправился к нужной секции. Второй стеллаж… Ага, третья полка. Вытащив толстую папку с завязками, в которую были подшиты сотни страниц с различной информацией о легендах и мифах, я потащил ее к своему столу.

– О, классная штука, – Мататаби запрыгнула на опасно затрещавший стол. – Там такие жутики описаны…

– Сестренка-а-а, – я потянулся к венику под столом и кошка с недовольной мордой тут же спрыгнула. – То-то же.

– Ты боишься веника? – у Хаширамы вытянулась мо… Лицо.

– Он его зафуиндзючил на смену цвета.

– В смысле?

– В смысле, если не хочешь стать серо-буро-малиновым в сердечко – не напрашивайся…

Хаширама хрюкнул, закашлялся, но быстро пришел в себя. Сразу виден опыт, угу.

Ну а я что, я его и правда зафуиндзючил. Правда, в Книге это называлось «зачарование», и конкретно эти «чары» указывались в качестве неудачного примера зачарования на кисть для сверхбыстрой окраски больших площадей, но смотри-ка, пригодилось.

– А ты можешь на кунаи печать нанести?

– Нет, оно на кисть рассчитано, я еле под веник переделал, – автоматически ответил я, уже изучая заметки сборника, после чего встрепенулся. – А тебе зачем?

– Ну… Надо… Хм, а много времени займет нанесение фуин на, скажем, пару ящиков кистей?

– Тебе зачем? – я подозрительно прищурился.

– Ну, идея есть одна… Оно ведь недолго длится, окрашивание?

– Два дня продержится точно.

– Идеально. Ну так что?

– Приноси свои кисти, через часа два будет готово. С тебя…

– Я уговорю брата дать тебе пару своих свитков.

Надеюсь, у меня морда была не слишком хищно-предвкушающая. Я ведь добрый маленький лисенок… Хе-хе-хе-хе…

Так, легенды… Мататаби права, это скорее сборник страшилок о ками, екаях, каких-то странных историй и так далее. Но в каждой истории есть свое зерно истины, и мне было банально интересно докопаться до сути некоторых из них. Хотя что-то я и так знал.

Вот как вот эта история о душах неприкаянных, которые появляются в определенную ночь в определенный год. Это Чоумей решил подшутить, я еще тогда не сразу понял, зачем ему те печати с иллюзиями. Правда, чего ни я, ни он не ожидали, так это того, что в итоге людская вера реально приведет к появлению призраков…

Я тихо фыркнул, мы, конечно, быстро разобрались, что это были простые екаи, питающиеся человеческими эмоциями, но честное лисье, я тогда жука этого чуть в собственном соку не сварил, думая, что он решил и меня потроллить.

История о единороге – это уже Мататаби поиздевалась над Кокуо… Бедняга.

Я пробежался взглядом по множеству «легенд», а по факту просто шуткам других биджу, и задумался, а что же меня во всем этом так привлекло в свое время?

Взгляд упал на заголовок «Ящик райских наслаждений».

А, вот оно… Таинственный и легендарный артефакт, пропавший неизвестно когда и способный на очень и очень многое. Говорят, он настолько могущественен, что сам Хагоромо был вынужден вмешаться, дабы предотвратить порабощение мира одной страной. И это одна из немногих легенд, чье происхождение неизвестно. В смысле, это не простая религиозная фантазия, не происки екаев, не влияние ками и даже не наши с братьями и сестрой проделки. Хотя бы потому, что никто из нас не помнит ничего подобного, что говорит о древности легенды.

Поискать его, что ли. Пожелать себе все книги мира…

Не, ну а что? Я имею право на маленькое безобидное желание! Да и в принципе интересно поковыряться в летописях, поискать зацепки, всяко лучше раз за разом заниматься одним и тем же. Можно было бы и почитать, благо интересных свитков полно, но хотелось чего-нибудь более… Хм, деятельного?

В общем, я достал ворох чистой бумаги, баночку чернил, сделал некоторые выписки из легенды – то, что показалось наиболее важными зацепками – после чего вернул папку на место. Теперь мне нужны исторические свитки… Надо подумать… Это времена Ооцуцуки, то есть настолько древние, что источников с того времени у меня осталось – Шукаку чаще вежливым бывает. Значит, нужно искать свитки с отсылками, и желательно, делать перекрестную проверку, а то такого можно вычитать…

Я резко остановился и поймал чуть не врезавшуюся в меня кошку.

– Ну, и?

– Ну любопытно!

Закатив глаза, я отпустил Мататаби и вернулся а своим размышлениям.

Так, свитки-свитки… Изучив книгу-каталог, я вытащил сразу штук шесть и нагрузил ими биджу – ибо нечего за мною по пятам ходить, будто тень совести – и отправился к другой секции. Удобно иметь длинные вытягивающиеся хвосты, можно не беспокоиться о слишком высоких полках… Поведя носом, я достал еще один свиток, самый старый на вид, неоднократно реставрировавшийся.

Мататаби пришлось несколько раз сгружать свитки мне на стол и возвращаться, так как сметал я все, что могло только пригодиться, благо хорошая память позволяла примерно представлять, где о чем идет речь. В какой-то момент я поймал себя на мысли, что всерьез рассматриваю сборник древних анекдотов как возможный источник зацепок и волевым усилием уговорил себя пока остановиться.

– Ты чокнутый, – доверительно сообщила мне Мататаби, пытающаяся удержать свиткопирамиду от падения.

– Я знаю, – ответил я, погружаясь в чтение.

Заметки, выписки, малейшие детали… За ворохом вымысла всегда скрывались песчинки истины, и я хотел найти их… Вот только, сейчас мой поиск больше напоминал попытку найти железное зернышко в горе сена без использования катона и магнита. Свиток за свитком, шаг за шагом… В какой момент я притащил большую доску, на которой развешивал выписки и соединял их нитками-связями, я не запомнил, но кое-что выяснить удалось.

Той таинственной страной была Кусагакуре.

Серьезно? Эта мелкая и совершенно бестолковая деревушка? Старик что, страну в доисторические времена вбомбил? Если даже и предположить, что в целом мирный Хагоромо мог разойтись настолько, чтобы пройтись ниншу и железом по целой стране, то почему никаких следов не осталось?

Ну серьезно. Ну Куса. Ну как?

Ладно, предположим, что так оно и было, мало ли, как Старик в прошлом развлекался. Может, он потом с веником по полю боя ходил и подметал следы, откуда мне знать… Неважно. Главное, что мне нужно понять, куда в итоге делся Ящик. То, что он действительно существовал, факт, значит, где-то он остался… Если Хагоромо, конечно, не сломал его об колено в итоге.

Ну, он же Джуби того, порвал на девять биджу. Он мог. Наверное.

Надеюсь, Ящик уцелел. Я хочу новую книжку.

– А можно я потом тоже желание загадаю?

Я смерил сделавшую большие грустные глазки Мататаби взглядом. Кошка сложила лапки перед собой и сделала глаза еще больше.

– Ладно, но только после меня.

Биджу с радостным мявком обняла меня, облизала мою морду, станцевала танец бешеного чайника и вылетела в окно.

Вытираясь тряпкой, я смотрел на чудом уцелевшее стекло – окно было не заперто и просто распахнулось – и пытался понять, что это было. У Мататаби от скуки мозги мехом заросли, что ли?.. На всякий случай я выглянул на улицу и тут же вздохнул с облегчением.

Кошка обнаружилась затаившейся – весьма неумело, кстати – в кустах. Проходящих мимо шиноби она не замечала, в отличие от самих людей. Я всерьез опасался, что кто-нибудь из них шею свернет, настолько сильно они засматривались на хихикающую биджу.

Ну и клякса с ней, пойду дальше делами… А, не, вон Хаширама идет… В количестве трех штук, с деревянными ящиками.

– Кьюби-сан! – радостно помахал мне ручкой хокаге. Я вздохнул и демонстративно медленно закрыл окно.

Честное лисье, я иногда от него просто устаю. Отпуск взять, что ли?..

Умяв заныканую в свитке горсть земляники, я еще раз вздохнул и пошел открывать дверь. А то Хаширама же вежливый, Хаширама без спросу не войдет, будет стоять, обрастать мхом и покрываться пылью, пока не придет Тобирама и не даст подзатыльника. Знаем, мышковали.

Хокаге действительно смиренно стоял перед дверью в количестве трех штук.

Ящиков тоже было три.

– Пожалуйста, Кьюби-сан! – и фирменная улыбка. Со стороны кустов раздался кошачий ржач и я понял, что мою морду натурально перекосило, настолько приторным голосом говорил шиноби.

– Давай сюда и кыш, пока я все же не вытащил ТУ книгу! – я выхватил хвостами ящики и Сенджу тут же испарился. Буквально, это, оказывается, были теневые клоны. – Ниби, хватит имитировать лошадь, не обижай Гоби.

– Злой ты, Кью, когда книжку не дочитал… – я швырнул-таки в биджу веник и, что неожиданно, попал. – А-а-а! За что?!

Несолидно тявкнув, я вцепился в собственный хвост. Кошку перекрасило в ядовито розовый с зелеными рисунками в виде мышек, и в комплекте с ее мордой это выглядело ну слишком смешно.

На воткнувшегося лицом в землю шиноби – с крыши навернулся – никто даже внимания не обратил, все пялились на медленно пухошарющуюся биджу. С веником.

– Только попробуй, и я обещаю, я найду и выучу самое пакостное зачарование и наложу его на тебя.

Мататаби прищурилась, встопорщив усы, но все же медленно отложила веник в сторону.

Надо бы на всякий случай пару дней тщательно все проверять на ловушки. Сестренка у меня мстительная, но, к счастью, с очень уж короткой памятью. Такое она через пару дней забудет, как только окраска слезет.

Ну, я на это надеюсь.

Впрочем…

– Рыбку будешь?

– Буду.

Вот теперь точно будет все хорошо. За свежую рыбу Мататаби не то, что убьет – станцует на передних лапах в истинной форме, даром что наловить и сама способна.

Кошка – она кошка и есть…

Выгнав сестру в комнату-кухню, чтобы не попортила мне свитки, я подхватил ящики с кистями и понес их в рабочий кабинет. У меня было две комнаты, в которых я занимался зачарованием, одна рабочая, и вторая – демонстративная, с кучей свечей, магическими кругами, пыльными книгами и пугающей атмосферой. Кто бы знал, сложно было запылить все максимально естественно, кто бы знал… Ну, эффект был на лицо – шиноби в эту комнату заходить отказывались.

Может, не стоило из того храма Узумаки маску забирать? Они ее, конечно, вполне добровольно отдали на хранение – и получили несколько копий весьма важных документов – но все же Смертью от нее фонило изрядно.

Я иногда опасался, что Тобирама зубы совсем в порошок сотрет, так сильно он ими скрипел, пусть и с каменной мордой… Надо еще чего-нибудь такого достать, хе-хе…

Кабинет встретил меня привычным идеальным порядком, а значит, тут точно никого не было. Даже разложенные в хитром порядке шерстинки остались на своих местах, хорошо… А теперь, пожалуй, за работу. Быстрее закончу с зачарованием, быстрее вернусь к поиску Ящика.

Интересно, а как Узумаки отреагируют на появление конкурента? Не то, чтобы я стремился к богатству и славе – славе так уж точно, уже «прославился», ками мне в бабушки – но было бы интересно взять пару заказов повычурнее. Людишки горазды на выдумки, да и в целом совершенствоваться, варясь в собственной чакре, сложно.

Подготовив рабочее место, я потянулся – от хруста суставов аж мурашки побежали, что-то я совсем забросил свою форму. Спасибо Хагоромо, хоть не толстею. Так, защитный магический круг… С двойным запасом, работа предстоит нудная, с низкой энергонасыщенностью, так что ошибка не будет фатальной… Линии энергораспределения, рунная формула, источник энергии – обмотать чакропроводящую проволоку вокруг хвоста. Хорошо хоть, я уже перешел от простого вырезания рунных слов к энергетическому закреплению, три ящика кистей зачаровывать – это ж работы на месяца два было бы.

– Ахалай-махалай… – пробормотал я, колдуя – буквально – над магической схемой.

Вроде все работало как надо, то есть – неправильно. Собственно, из-за ошибок в рунной схеме кисти и красили все в рандомный цвет, да еще и сразу весь объект, а не строго заданную область. Хорошо хоть, стояло ограничение на общую площадь закрашиваемой поверхности – не более трех квадратных метров. На человека хватало, как и на нас с Мататаби, а вот на полноразмерного биджу – или целого здания – уже нет. Если площадь слишком большая, то кисть просто не срабатывает, поэтому свой веник я держал тупо на полу – его он считал слишком большим и не красил.

И все же, все же… Мне почему-то казалось, что Пацифист это зачарование создал специально. Больно уж у него специфические возможности. Тем более, что правильный вариант оказался откровенно слабеньким и неудобным, словно его уже впоследствии создали, просто как оправдание.

Тоже, что ли, создать что-нибудь этакое?

Ладно, об этом подумаю на досуге, сейчас надо просто заняться рутиной. Такой же рутиной, как ревизия хранилища, а то и более нудной. Ну-с, первый ящик непонятно для чего нужных Хашираме кисточек, открывайся!

А?

В ящике были кисточки, факт. Довольно крупные, мягкие… Посаженные на рукоять куная.

Это что, новое оружие по массовой деморализации, или я чего-то не понимаю? Нет, если бы я внезапно стал ядовито-зеленым в голубую полоску, я бы тоже, кхм, удивился, но это как-то странно.

Впрочем, что еще ожидать от Хаширамы? Этот человек умудрился подружить шиноби и биджу. Может, цель у него такая, чтобы шиноби друг друга не резали, а раскрашивали.

Заменит ниндзюцу на искусство росписи, не знаю. Вон, Хагоромо мир изменил ведь со своим ниншу, а потом людишки превратили его в ниндзюцу. Чем Хаширама хуже?

Ну, не считая того, что рядом с Ооцуцуки он – как обычный лисенок рядом со мной.

А, ладно, чего хвосты запутывать, потом сам все увижу. Итак, первая партия кунаекисточек… Сколько тут, штук сорок наберется… Хм… А сделаю-ка я к ним выключатель, а то в ящике хранить неудобно будет… Так, где там мои расчеты и наработки…

В этот раз я принципиально не стал заглядывать в книгу Пацифиста, так как хотел справиться исключительно своими силами. Проверить, так сказать, свои знания и навыки, тем более что задачка-то, в общем-то, выглядела простенькой. Да даже если и нет, не все же время подсказки искать, иногда надо и своими мозгами думать.

Знания – сила, как говорил когда-то Хагоромо.

Задачка сама по себе действительно оказалась плевой, но вот то, как именно будет включаться-выключаться зачарование… О, тут столько вариантов, что с ума сойти! И при напитке чакрой, и по нажатии на руну, и при броске, и при ударе, и… А-а-а, слишком много! Вот какой будет удобнее? А надежнее? А чтоб рунная схема не стала слишком сложной? А по энергонасыщенности что эффективнее?

Мать моя дерево, с фуиндзюцу и то проще было!

Кое-как достигнув компромисса – если таковым можно было назвать совмещение и оптимизацию сразу нескольких способов активации – я перечертил круги, на всякий случай добавив парочку уровней защиты, и принялся за работу. От пришедшего Хаширамы я отмахался, даже не задумываясь, да и, вроде, ничего кроме «я занят» я ему не сказал. Или это был не Хаширама? А, да какая к блохам разница.

Пару-тройку кистей из первого ящика я все-таки загубил, неудачно наложив зачарование, но уже дальше все шло как перо по ровной бумаге – гладко и красиво. Я даже задумался о создании специальной схемы для массового производства, но решил заняться этим потом, на досуге, а то что-то я, оказывается, больно уж увлекающаяся личность.

Ну кто бы мог подумать, честное лисье.

На три ящика, с учетом немного усложнившейся рунной цепочки, ушло почти четыре часа непрерывной работы чакра-генератором, ну и само зачарование потренировал, теперь оно у меня аж со свистом. Совершенствуюсь помаленьку, скоро такими темпами буду некоторые чары как фуин – одним касанием наносить, хе-хе-хе.

Еще б накладывались они на живую материю, было бы такое счастье. Начаровать себе бесконечную помидорку и откусывать, пока энергия в резерве не закончится, отличная же идея. Хотя… Не, чары стабильного восстановления не влезут исключительно из-за своей сложности, там хотя бы плита два на два метра нужна. А лучше три на три.

Со скрипом разогнувшись и отмотав от хвоста проволоку – хм, чего это она так почернела? Окислилась, что ли? – я подхватил все три ящика и деревянной походкой засидевшегося лиса потащил их в резиденцию хокаге. Понятия не имею, что там Хаширама делает, но мне все равно.

Заглянуть, что ли, к Учихам? Я хочу чего-нибудь сладенького.

Хаширама обнаружился у себя в кабинете и – кто бы мог подумать – тонул в документообороте. Глаз у него дергался… Причем, кажется, отбивал какой-то код. Хм, может, у Тобирамы есть расшифровки? Надо поинтересоваться при случае.

– Что, щенки достали? – я оставил ящики в углу и запрыгнул на стол, перебирая лапами кучу книг, листов и редких уже свитков.

– Да нет, что ты, они само очарование, – глубоко вдохнул и медленно выдохнул Хаширама. Ого, эк его все задолбало. – Слушай, Курама, ты точно не хочешь стать хокаге?

– Ты с какого дерева упал, и не родственник ли оно Шинджу?

В последнее время он мне этот вопрос довольно регулярно задает. Надо бы потрясти Мито.

Так, что-то у меня многовато дел намечается, мне нужна записная книжка.

– Да так, интересно…

– У тебя Тобирама есть, Мито. Дочка, внучка, да еще куча народу.

– Тобирама весь мир против Конохи настроит, Мито – Узумаки, у них уже есть Узушио. Дочь славная, и вот совершенно не политик, а внучка еще маленькая. Я не доживу!

– А вот библиотека вместо деревни тебя вот прямо устроит? – я состроил скептическую морду и так и застыл, потому что Хаширама на полном серьезе кивнул. – Ой да иди ты тем лесочком, который вырастил…

– Нет, Курама, послушай…

– Курама ничего не хотеть слышать! Курама принести заказ, Курама напомнить про плата, Курама убежать!

И, недолго думая, я проломил своей тушкой окно и вылетел на улицу.

Пойду искать политического убежища у Учих. К Узумаки нельзя, сдадут при первой же возможности…

Учихи меня все же приютили. Не без угроз, конечно… Нет, их клановая библиотека так или иначе и так уже моя, но я просто пообещал, что если на меня напялят эту дурацкую шляпу, я первым же указом превращу их квартал из кланового в кондитерский, и введу целый корпус кондитеров, в котором обязаны будут отработать не меньше года все шиноби из их клана. Не уверен, что они мне поверили, но убежище предоставили.

А я был серьезен, между прочим.

В убежище – интересное местечко, самое то тайные сговоры организовывать – я провел около двух недель, периодически обмениваясь информацией с теневым клоном посредством призыва-рассеивания. Тот уже заканчивал турне по странам и собирался возвращаться с уловом, довольно неплохим в этот раз. Ну и еще он заглянул по дороге в Кусу и подтвердил, что какой-то очень важный и древний артефакт они действительно хранят, но подобраться незаметно не удалось.

Как разберусь с текущими проблемами – обязательно наведаюсь с шумом, гамом и спецэффектами.

А пока я пытался понять, почему непонятный текст на каменной плите, стоявшей в убежище, казался мне таким знакомым. Прочитать я его не мог – судя по кое-каким меткам, для этого надо обладать как минимум полностью развитым шаринганом – но все равно, подозрительно знакомо… Поднять архивы, что ли, причем уже личные? Так, где я заныкал свои хроники, явно не у Узушио. Надо подумать, вот хвостами чувствую, штука важная и интересная.

– Кьюби-сан? – я отвлекся от обнюхивания плиты и обернулся. Незнакомый щенок… Э, детеныш Учиха, совсем мелкий еще. Я что-то не понял, а чего мелочь-то отправили? – Вас ищет Ниби-сан, говорит, эм, очень веселое и интересное дело. Она не знает, что вы тут!

– Нет, ну раз Ниби говорит… – я задумался. В принципе, что я теряю? За две-то недели Хаширама должен был забыть о своей дурной идее!

А если не забыл, то точно не забудет.

– Хорошо, я скоро выйду.

– Кьюби-сан, а правда, что вы будете хокаге?

Началось…

– Кто тебе такую глупость сказал?

– Ну, все так говорят, – малец смущенно потер нос и широко улыбнулся. Не набрался еще фирменной спеси. – Я не против быть кондитером!

– Все, иди, – я замахал хвостами, пытаясь удержать степенно-возвышенное выражение морды.

Мальчишка убежал, а я фыркнул, закашлялся. Я что-то не понял, что с Учихами за эти две недели произошло? Ладно… Встряхнувшись, я потрусил к выходу. Не то, чтобы я не мог телепортироваться, но я тут недавно на свою физическую форму жаловался, так что надо ходить, хоть иногда.

Снаружи меня ждал сюрприз в виде наглухо закутавшихся в какие-то балахоны людей. При виде меня они отчетливо вздрогнули и бочком, будто крабы, ушли в шуншине. Не понял?

Мататаби нашла меня быстро, я не успел даже выклянчить данго в ближайшей лавке. Бешеная кошка налетела на меня подобно сошедшему с ума смерчу, я тявкнуть не успел, как меня унесло в неизвестном направлении.

Да что происходит, замахай меня Чоумей?!

Биджу тащила меня в передних лапах – бежала, естественно, на задних – и притащила на какой-то полигон, где как раз тренировались шиноби.

Тренировались. Да.

С моими кисточками вместо кунаев.

Я чуть не заржал, но сестра вовремя прижала лапами нижнюю мою челюсть к верхней, так что наблюдательный пункт я не спалил. И даже выступившие слезы не мешали мне наблюдать за кучкой угрюмых людей всех цветов радуги с самыми разными рисунками, смотрящих на спаррингующихся коллег. Двое не крашенных проявляли чудеса гибкости, хитрости, владения оружием и телом, лишь бы не допустить касания кистью и не стать, к примеру, ядрено-оранжевым с розовыми лисятами. И я не шучу, один такой сидел и уныло протирал не менее оранжевый хитай-ате тряпочкой.

– Знаешь, я ему еще кистей наштампую, – прошептал я Мататаби, и она активно закивала, лыбясь во все зубы и виляя хвостами, будто не кошка, а собака.

Всего через минуту один из шиноби получил касание и стал голубым в черную полоску, а «выживший дрожащими руками коснулся руны деактивации на кисточке и спрятал ее в кобуру. Но ни я, ни Мататаби уходить не собирались, так как следующая группа уже была на подходе. Крайне мрачная, угрюмая, с решительными выражениями лиц, сопровождаемая двумя Учихами, обвешанными кистями-кунаями словно дерево листвой.

– Хокаге-сама приказал провести массовую тренировку по уклонению, – несмотря на обстановку, Учиха – если я хоть немного в лицах разбираюсь, то ему лет этак под сорок – не демонстрировал и намека на улыбку. – Если не хотите щеголять «даром Кьюби», проявите все возможное усердие! И помните, научитесь избегать дара – научитесь избегать травм в настоящем бою!

В смысле «дар Кьюби»? Это они так эффект зачарования обозвали? Хаширама! Загрызу!

Старший Учиха еле заметно вздрогнул, на мгновение обернулся в нашу сторону… И проигнорировал. Началась тренировка.

Шиноби в количестве полутора десятков стояли на расстоянии метров в двадцать и всеми силами избегали обстрела от двух Учих с полным шаринганом. Те не просто засыпали их кистями, нет, они хладнокровно и методично выбивали каждого шиноби по одному.

Хм, когда, интересно, Хаширама догадается, что эффект можно развеять, и как скоро он пойдет искать меня для заказа?

Шиноби в общей сложности продержались больше пяти минут, что в реальной схватке натурально вечность. После чего они поменялись местами, и уже Учихи попали под обстрел. Продержались они уже минут восемь, дважды прерываясь на сбор кистей.

А тренировочка-то эффективная. Но старший Учиха, покрашенный под грустную панду, это нечто, честное лисье!

– Да, это того стоило, – все еще хихикая, поделился я впечатлениями с Мататаби.

Мы шли по улице Конохи в сторону моей библиотеки. Биджу, конечно, следила за ней, и я уверен, делала это со всей самоотдачей – несмотря на любопытство и дурость, кошка была ответственной – но все же следовало самому глянуть. А то не дело, на две недели все забросить.

– О да, жаль, ты первое занятие пропустил, там тако-о-ое было!

– А что было?

– Хаширама Тобираму покрасил! В черный с красными веерами!

Я некультурно хрюкнул, подавив ржач.

– Кстати, ты ведь знаешь, что Хаширама твою кандидатуру на пост хокаге выдвинул?

– Да он издевается! А Тобирама?

– Его тоже. Я тут послушала, и знаешь… Ты либо заказывай хаори и шапку по размерам, либо беги, за тебя процентов так девяносто шиноби деревни.

– А этот, как его, дайме? У Конохи же соглашение с местным правителем, он одобряет кандидатуру хокаге!

– Откуда ты это знаешь?

– Посиди с Хаширамой пару месяцев, и не такое узнаешь.

– И у тебя вопросы о твоей кандидатуре? – скепсисом Мататаби можно было раздавить Исобу.

– Так что там с дайме? – я поспешил спрыгнуть с темы.

– Дайме, когда узнал, что хокаге может стать знаменитый Хранитель знаний Кьюби, он тут же все одобрил.

– В смысле «Хранитель знаний»? Я же под другим прозвищем в народе известен!

– Ну, среди крестьян может быть, а вот среди аристократии…

– Хаширама? – догадался я.

– Хаширама.

– Я его убью…

– И станешь хокаге досрочно.

Наверное, выражение морды у меня стало совсем кислым, раз уж все шиноби на улице мгновенно оказались на крышах.

– Если я все же стану хокаге, – бр-р-р, от одной только мысли вся шерсть дыбом, – то сделаю тебя заместителем! И ты от меня никуда, слышишь, НИКУДА не сбежишь!

Мататаби улыбнулась, с оскалом, болью и грустью понимания и обреченностью во взгляде и просто промолчала.

А вот и библиотека, прямо перед входом большой стол, заботливо накрытый деревянным зонтом и с большой вывеской над входом с надписью «прошу прощения».

Хаширама. Кто ж еще…

– Прежде, чем я сбегу или приму свою участь, я собираюсь наведаться в Кусагакуре, – рядом с брызгами из искр и огоньков вывалился из телепорта мой теневой клон, сгрузил огромный транспортный свиток и с чувством глубокого удовлетворения на морде развеялся. Я на долю секунды подвис, усваивая многомесячное расхождение в памяти, после чего поднял свиток хвостами и, гордо проигнорировав ломящийся от вкусностей стол, зашел в здание.

– О, я с тобой, я с тобой!

– Куда я от тебя денусь…

Вздохнув, я принялся разбирать честно натыренное клоном. Очередная куча техник, немного рецептов, различные философские, исторические трактаты… И самое важное – целая куча научно-исследовательских работ в самых разных сферах! Очень важное дополнение моей коллекции, очень. Надо будет изучить, когда время будет…

Но сначала Куса и Ящик.

Так, книга Пацифиста и так всегда со мной, что еще взять… Большой транспортный свиток? Нет, лучше малый. Немного зачарованных инструментов на всякий случай. Книгу с малыми фуин, в которых я хранил еду и воду, несколько печатей Узумаки, парочку своих… Хм, думаю, хватит, авось не на войну иду.

Хотя… Вот этот свиток с фейерверками я тоже возьму. Я же обещал спецэффекты? Обещал. Будут им спецэффекты, и даже иллюзии.

– А я? – заглянула ко мне в комнату Мататаби. Подумав, отдал ей фейерверки и выдал зачарованную кирку. Вопросительный взгляд биджу я просто проигнорировал.

Итак, мы идем в Кусу!

Провожать нас вышли Хаширама, Мито, Тобирама – этот делал вид, что он так, мимо проходил – и еще парочка шиноби в количестве в два десятка человек. Хаширама с улыбкой во все зубы пожелал удачи, словил подзатыльник Мито и развеялся. Сама Узумаки пригрозила в случае чего хвосты узлом завязать, так как она, видите ли, «устала разгребать возникающие из-за меня проблемы». Клятвенно пообещал еще больше проблем и ловко увернулся от пинка, люди засмеялись, а психующую Мито утащил мрачный Тобирама.

Дурдом.

Путь до Кусы не занял много времени благодаря телепортационному маяку – свою личную транспортную сеть я холил и лелеял, расширял и всячески дополнял и даже дублировал. Без нее путешествовать по миру немного долго и тоскливо, а так – немного сосредоточенности, и хлоп – ты на другом конце страны. Мататаби, похоже, тоже оценила и теперь смотрела на меня с характерным задумчивым прищуром, на что я просто и без затей превентивно хлопнул ее лапой по носу.

Кусагакуре. Мелкая деревушка, непонятно как умудрившаяся стать союзником Конохи. Совершенно бестолковая, со слабыми шиноби, но зато с великим прошлым. Я теперь еще больше хочу этот Ящик, если уж он позволил этой деревушке захватить почти весь мир, то уж добыть мне книжку со знаниями этого самого мира ему должно быть по силам.

– Запускаешь фейерверки и после начинаешь изображать кошку под валерьянкой.

– Что?

– Фигней страдай, говорю, я пока с другой стороны отвлечение устрою и пойду добывать Ящик!

– А, так бы и сказал, – биджу распечатала фейерверки и принялась деловито расставлять их вокруг.

Я же добежал до другого конца деревни – в воздухе рванули первые красочные салюты – и активировал иллюзии. Образы конкретно для этих страшилищ придумывала сестренка, так что монстры получились реально жуткими. Самое то.

Отправив иллюзии развлекать переполошившихся кусанинов, сам я накрылся маскирующими заклинаниями из книги Пацифиста – их пришлось зачитывать, так как других версий я пока не отработал – а так же накрывшись техникой камуфляжа, отправился искать Ящик. Клон определил только, что тот где-то под землей и укрыт фуин – довольно слабенькими по сравнению с таковыми у Узумаки, но кто будет на полном серьезе что-то искать в такой дыре? Поэтому мне надо было ориентироваться на ощущения и сенсорику, которая у меня, конечно, не как у Хаширамы под сендзюцу, но видовая принадлежность обязывает, скажем так.

Ага, как и ощутил клон, характерные мрачно-жуткие эманации… Действительно в районе центра деревни, и действительно из под земли. Ну что же, я не гордый, я и прокопаюсь, тем более, что все шиноби разбежались, пытаясь остановить иллюзии и, судя по грохоту фейерверков, разбушевавшуюся Мататаби.

Так, где там моя кирка… Тьфу, я же ее отдал. Ну, значит, складная лопатка. Два шиноби и лопата заменяют биджудаму, ну а я тяну на целую кучу шиноби. Физические нагрузки полезны и моей маленькой листей тушке…

Ориентируясь на ощущения и активно прокапываясь сквозь землю и скалы, я достиг нужной пещеры всего через минуту. Фуин, конечно, попытались меня задержать, но куда им до схем Пацифиста… Слава зачарованиям, или как-то так.

Какой-то шиноби, смотрит на меня круглыми глазами, руки сложены в печати концентрации, лицо красное от напряжения… Что он делает? Никак не реагирует… А нет, глазами следит и активно потеет. Ну а я что, я не гордый, я подошел и стукнул его лопаткой по лбу, чтобы не мешался.

А вот и Ящик…

Большой, параллелепипедный, с какими-то свирепыми мордами на всех сторонах. Обнюхав артефакт, я его потрогал лапой, поцарапал – безрезультатно – покусал, даже лизнул, но тот никак не реагировал. Открываться тоже не хотел… Глупые кусанины даже не додумались повесить инструкцию по применению. И вот что мне теперь делать? Метод научного тыка применять, что ли? Вот как это называется?

Свинство. Человечство, точнее.

Ладно, рун активации нет, слов активации я не знаю, на прикосновения не реагирует… Поэтому что? Поэтому я просто напитаю его чакрой. Что может пойти не так, серьезно, биджу я, или почитать пришел?

Вливаю, вливаю… Жрет энергию как не в себя, я что, проход в другой мир с пинка открыть пытаюсь? Куда столько, Ящик, ты же лопнешь…

Когда со скрипом откинулась крышка я чуть не упал, настолько неожиданно это произошло. Оттуда вылез, тут же проломив потолок, какой-то чудик, тощий, костлявый, крылатый, без головы, но с пастью на животе. Вылез и уставился – чем он там мог уставиться – на меня.

– Я – САТОРИ, И Я СЛУШАЮ!

– Хочу книгу со знаниями всего мира!

Существо зависло. Надолго. Оно смотрело на меня и я натурально слышал, как скрипит его мозг.

– Книгу? – наконец, выдал Сатори потеряно.

– Книгу. Можно свиток. Но чтобы со знаниями всего мира!

– Э. Э-э-э… КХМ! СМЕРТ… Э, БИДЖУ, Я МОГУ ЗАВОЕВАТЬ ТЕБЕ ВЕСЬ МИР!

– Да на кой хвост мне мир, мне знания нужны!

– ВЛАСТЬ!

– Книжку дай!

– Я тебе что, волшебная палочка?! – сорвался в итоге Сатори, уперев руки в бока.

– Да!

– Слушай, ты! Я – Сатори! Демон, что читает сердца и пожирает души! Ты внес плату, и я могу захватить тебе весь мир, но я НЕ ИСПОЛНЯЮ ЖЕЛАНИЯ!

Мататаби поняла, что что-то пошло не так, когда в центре деревни вспучился настоящий вулкан.

Она поняла, что что-то совсем не так, когда в небе появился огромный круг со сложным узором и таинственными письменами вокруг.

Когда из дыры в земле с воплем «СПАСИТЕ» вылетело тощее черное крылатое существо без головы, биджу всерьез задумалась о том, чтобы убежать.

В следующее мгновение она осознала себя, выкопавшей ростовой окоп, в котором и засела в обнимку с зачарованной киркой, а рядом дрожали от страха кусанины.

Перед глазами спрятавшихся застыл огромный Девятихвостый, окруженный таинственными кругами, молниями, смерчами и огнем. На перекошенной от бешенства морде горели алым пламенем глаза с вертикальным, вытянувшимся до тонкой щели зрачком.

И в голове у всех свидетелей билась одна единственная мысль.

Никогда.

Не злить.

Кьюби.

Закончилось все быстро. Всего через пару минут перестал грохотать гром и сверкать молнии, перестала трястись земля. Исчезли шиноби, убежавшие куда подальше, лишь бы отсюда. Выглянула из окопа Мататаби, держа кирку наготове.

Кьюби тянул зубами веревку, примотанную к Ящику, на котором сидел с потерянным видом и пустотой в глазах карасу тэнгу, ну или кто-то подобный. Человекоподобный ворон был потрепан, подавлен и раскачивался вперед назад.

– Это кто? – чувствуя себя донельзя глупо спросила биджу.

– Сатори, – мрачно буркнул Курама. – Будет отрабатывать плату, подметать полы, протирать полки, все такое.

– И сколько ему отрабатывать?

Курама обернулся к раскачивающемуся зачарованному Сатори и криво оскалился.

– Лет этак пятьсот. Пошли домой, я устал.

И мысленно вызвал телепорт до дома.

Глава 6. Трудовые будни

– В смысле Гокаге Кайдан? – я так резко вскинулся, что мини-версия хокагской шапки слетела на пол. – Он же только недавно был, пары лет не прошло!

– Ну вот, снова созывают, – Мататаби с ненавистью уставилась на блокнот с записями. – Слушай, я тут всего два месяца работаю, и знаешь, я эту деревеньку уже ненавижу.

– Ты это Мне говоришь? – я демонстративно вытянулся, демонстрируя облачение хокаге. Биджу фыркнула, но промолчала, делая какие-то пометки в блокноте

Хвостом, да. У нас же лапки.

И как я вообще позволил себя уговорить на эту дурацкую должность? Вот что мне стоило запереться в архиве и орать сквозь дверь, что никого дома нет, а?

Нет, то, что за мою кандидатуру были чуть ли не все жители деревни – даже часть Учих были «за» – меня не смутило, не с учетом навыков Хаширамы в запудривании мозгов. И даже то, что меня, тогда смывшегося из деревни под благовидным предлогом, все-таки нашли, меня тоже не сильно удивило. Хуже всего было другое.

Меня. На этот пост. Оказывается. Продвигал… ТОБИРАМА! Вот как это понимать?! Он мне потом свиток с поздравлением прислал, в котором, кстати, было зашифровано послание!

«Благодарю, что взял на себя эту ношу»

Вот какого хвоста лысого?! Что это было?!

Он еще и вручил мне свиток с подробными выкладками по своей теории чакры, пожал лапу и умотал с братцем в отпуск! Странствовать! Буквально, блин, теперь уже моя служба разведки докладывала, что они реально отправились гулять по элементальным странам.

Сволочи! Я, может, тоже хотел странствовать, а не сидеть тут и нянчиться с дурными шиноби!

Вдох, выдох, спокойствие, только спокойствие… Бюрократический аппарат работает, я его даже расширил и улучшил – слава моему архиву и личным записям какого-то чиновника о делопроизводстве – так что меня даже особо не грузят. Но Рикудо меня обними, биджу – хокаге! Только коноховцы до такого могли додуматься!

Так, все, хватит, я еще долго могу изображать котелок под крышкой на костре, а работать все равно надо… Так что я подобрал дурацкую шапку – упраздню! Заменю на шарфик! – нахлобучил на себя и принялся перебирать документы. Ух, сколько всякой ерунды… И все надо изучить, на все надо ответить, там принять решение, тут продавить проект, там перераспределить бюджет… А книги? А свитки? Когда мне всем этим заниматься? Я – архивариус, биджу, а не правитель психбольницы, именуемой в миру скрытой деревней шиноби!

Еще и Гокаге Кайдан этот дурацкий.

– А представь, если мы приходим – а там одни биджу?

– И не надейся, – с кислым выражением морды я поставил отпечаток лапы на очередном документе. Это у меня вместо печати. – Я уже получил данные от разведки, все те же там в шапках ходят.

– Тю, а было бы прикольно…

– Хагоромо бы оценил, да, – я фыркнул, читая следующую бумажку.

Учихи просят разрешение на наем шиноби из других кланов, так как они сами с наплывом посетителей не справляются. А еще хотят взять в аренду землю в разных местах деревни для новых кондитерских…

Не, ну я обещал? Обещал! И, что удивительно, никто не возражает. Правда, охрану пришлось усилить, в деревню повалил народ. Все-таки умеют Учихи в сладости, вот чем им заниматься надо, а не шинобствовать.

Я даже слышал, что они с Акимичи собираются совместное дело открыть. Этот мир обречен, однозначно.

– Слушай, а долго нам вот так страдать?

– Пока преемника не выращу, – буркнул я, шлепая лапой по очередной бумажке. – Лет десять-двадцать, то есть…

– Мы же повесимся!

– Если бы это еще работало… – я лег на стол мордой, грустно смотря в сторону выхода. – Как воскреснем – найдут же и обратно потащат. Ну и архив мой жалко…

– Зачем я вообще согласилась… Нет, не так, зачем я вообще сюда приперлась два года назад?!

– Любопытство кошку сгубило, так люди говорят, – я собрал себя в кучку и продолжил работать.

Работать. Да. Не то, чтобы было слишком сложно, с источниками работа и сложнее бывает, но Шукаку мне в дедушки, людишки – жутко глупые и дурные создания! И мне надо их направлять в сторону, хоть немного отличающуюся от деградации и уничтожения!

– Слушай, а давай Нара припахаем? – Мататаби закончила возюкать хвостом по блокноту и теперь заваривала травяной отвар. За два месяца наловчилась, правда, кошачью мяту пришлось срочно прятать. – Они же умные, пусть умничают.

– А как ты думаешь, кто у меня нынче глава аналитического отдела?

– А… Ну да… А! У тебя же еще торжественная речь на открытие новой Академии!

Я со стоном-скулежом стек под стол меховой кучкой. Не хочу!

– Пошли-пошли, опоздаем, – биджу скрутила все мои хвосты в охапку и потащила к выходу из кабинета.

Я смотрел, как за моими когтями тянутся по полу царапины и мечтал о булочке с земляникой, медовом данго и вечере в компании интересной книги, а не это вот все.

– Курама, кусать твои хвосты, пошли уже! – Мататаби перепрыгнула через меня и принялась толкать. – Раньше начнешь – раньше закончишь!

– Я не умею толкать речи!

– За тебя ее уже написали, прочитаешь по бумажке и будешь молодцом! Пошли, тебе еще принимать личный отряд из Анбу, выбирать наставника для команды Тобирамы и после – собираться на Гокаге!

– Не хочу-у-у… – проскулил я, и мне вторил подозрительно похожий на мой голос. Когда биджу вытолкнула меня в коридор, я без удивления обнаружил точно такую же композицию, толкаемую навстречу.

Ну да, мы пользуемся теневыми клонами. Иначе под завалом помереть можно, а так, наштамповал штук по двадцать каждый, и вот уже успешно справляешься. Голова болит только, ну да она и когда сам все делаешь болит.

– Слушай, ну это невозможно! – рявкнула теневая Мататаби.

– Совсем невозможно, слушай! – вторила ей настоящая.

– У нее теперь слово-паразит новое, – вяло буркнул мне мой клон.

– Угу…

– Скажи спасибо, что не матами крою! – синхронно выкрикнули биджу, переглянулись и потолкали нас дальше.

Нет, в людное место мы вышли чинно-благородно, красивые, опрятные и деловитые. Но, пожалуй, надо попросить заделать царапины на полу, а то выглядят немного устрашающе.

Как я позорился перед толпой молодняка – первый курс в новой Академии шиноби, построенной по заветам братьев Сенджу и с кое-какими моими и не только корректировками – я даже вспоминать не хочу. Нет, не так, я это даже запоминать не хочу! Речь, конечно, мне написали красивую, ладную, воодушевляющую, но вот прочитать ее как положено мне было не судьба… Ну, читал-то я ее по бумажке, из-за чего смотрел не на собравшуюся толпу, а косил глазами себе под лапы, щурясь и разглядывая не слишком ровный почерк. Впрочем, толпе хватило и этого, кажется, так что я со спокойной душой прошелся с важным видом по коридорам Академии и телепортировался в центр деревни вместе с Мататаби.

Отсюда я направил свои лапы к казармам Анбу. Подразделение это было важное, занималось очень многими темными делишками – в названии смысл, как говорится – а потому я, пусть и вынужденно, но все-таки относился к нему серьезно.

Хотя иногда их и прибить хотелось, если честно.

Недалеко от самих казарм нас с Мататаби встретила дежурная двойка. Угу, ничего не поменялось, лисьи маски и рыжие тряпки сзади на поясе, имитирующие хвосты, никуда не делись. Судя по количеству «хвостов», эти двое – весьма опытные и уважаемые шиноби, их у них было по семь.

А прозвища они, кстати, не поменяли, и все еще зовутся разными зверьми и птицами. Правда, теперь для идентификации у них наплечные повязки со стилизованными рисунками.

– Ну, кто выиграл? – спросил я у шиноби. Поднял руку Рысь. Я вздохнул и поднял лапы, после чего человек подхватил меня и посадил себе на голову.

Я буквально чувствовал, как его переполняет гордость и радость. Эх, что только не сделаешь для дурных людишек, лишь бы вели себя хорошо… Второй, с какой-то птицей на плече, нес вполне довольную жизнью Мататаби.

Прямо и не скажешь, что мы оба разве что не психуем внутри.

– Есть что-нибудь важное?

– Никак нет, хокаге-сама. Другие Великие деревни вообще отвели все свои силы от наших границ.

Еще бы они не отвели, я же в случае чего и лично припереться могу, через всю страну. Мне-то расстояние вообще по левому нижнему хвосту.

– А из менее важного?

– Самым серьезным происшествием за последнюю неделю была драка в клановом квартале Учиха между гражданскими, но полицейские силы справились самостоятельно.

Ах да, у нас же теперь полиция есть. Еще один проект Тобирамы, который тот разработал на случай его выбора в качестве хокаге. Мне много таких проектов в наследство досталось, да и Хаширама своих книг оставил.

– Хорошо, когда в деревне тихо, – пробормотал я, смотря на ровную шеренгу анбу.

Все с восемью хвостами, у парочки и вовсе девять. Элита из элиты, и у каждого такой набор навыков и послужной список, что диву даешься, когда успели только. Настроены серьезно.

На самом деле мне они особо не нужны, личный отряд-то. По факту они – телохранители, но если уж кому-то удастся меня застать врасплох и прибить, то этих лисят вообще смахнут и не заметят. Поэтому отбирал я по другим критериям…

– Ястреб, Пантера, Хорек, – перечислил я имена трех анбу. Они шагнули вперед. – Так как мы все здравомыслящие и серьезные би… Эм, разумные, то вы должны понимать, для выполнения каких задач вы выбраны.

– Помощь вам в работе, выполнение личных приказов, – согласно кивнула девушка. На повязке у нее, кстати, было черное круглое пятно с двумя желтыми кружочками-глазами. Если это – пантера, то Мататаби – могучая львица, угу. Сантиметров сорок в холке.

– Ну, если вас не пугает самый страшный и опасный зверь в этом мире, то вперед, – я развел лапами.

– С бюрократией мы как-нибудь справимся, – тут же уловил шутку Ястреб.

Сработаемся. Однозначно.

– Ладно, цепляйтесь, вернемся в резиденцию.

Троица анбу – все остальные уже разошлись – сориентировалась быстро. Они просто подняли меня в воздух, держа сразу втроем, ну и Мататаби не забыли. Мгновение на развертывание заклинания, секунда радужного безумия, и вот мы уже в моем кабинете. Я спрыгнул на стол, а после – и в свое кресло-лежанку.

– Ладно, значит так. Хорек, проверь, пожалуйста, библиотеку. Там, конечно, Сатори, и он вполне справляется, но надо посмотреть… А у меня времени даже с клонами не хватает, – шиноби коротко кивнул и испарился в шуншине. Через окно, похоже, благо я его не запираю, мне самому через него ходить удобно. – Ястреб, как самому опытному поручаю самое важное – нужно, чтобы ты сходил в архив и принес оттуда следующие документы, – я подтолкнул анбу листок со списком. – Документы старые и очень ценные… Ну да ты и так должен быть в курсе.

Этот человек действительно был самым опытным среди троицы, и девять тряпок-хвостов это подтверждали. Мужчина внимательно ознакомился со списком, уничтожил его какой-то огненной техникой – даже пепла не осталось – и тоже испарился.

– А для тебя у меня, пожалуй, даже не приказ, а просьба, – я вздохнул, смотря на Пантеру.

– Да, хокаге-сама?

– Помоги Мататаби. А то она порвется…

Кошка и правда уже успела раздвоиться и теперь носилась туда-сюда с блокнотами, книгами, редкими свитками. Занималась она крайне важной работой, сортировала поступающие из кучи отделов документы и часть подписывала сама, а часть отдавала мне. Нагрузка у нее была как бы не больше, чем у меня, хотя я честно старался ее разгрузить. Но эта бешеная биджу все равно где-то находила себе занятия, а потом жаловалась на нагрузку.

Ну, в этом вся она, моя сестренка. Если уж за что-то возьмется, то делать будет с полной самоотдачей, и хорошо, что мне удалось направить ее энергию и способности в полезное русло. Глядишь, и шапку ей отдам.

Или в другой деревне в кресло каге посажу… Почему бы и нет?

Но подумаю об этом потом. Сейчас меня ждут мой самый заклятый враг…

Разобраться с работой даже с учетом клонов, Мататаби, ее клонов и трио анбу удалось только к самому вечеру. Но зато на следующий день ничего не осталось, мы справились с текучкой сразу, и стол радовал своей чистотой и пустотой. Честное лисье, я даже не знаю, стоило ли оно того, ведь завтра будет не лучше…

А ведь надо было еще кому-то вручить команду Тобирамы, как их там, Сарутоби, Утатане, Митокадо? Хаширама очень уж хорошо о Хирузене отзывался, да только кому его вручить-то, сильнейшие и опытнейшие шиноби нагло свалили в отпуск.

Объявить в розыск, что ли?

Розыск… Хм. Хм-м-м… А ведь кое-чей трупешник так и не нашли, верно? Верно. Да и Тобирама должен был закончить свою технику…

Хе. Хе-хе-хе…

– Мататаби, вызови-ка ко мне ту команду, что в прошлый раз нашли братьев Сенджу.

– О, ты решил их притащить силой?

– Не-е-ет, у меня есть идея получше.

Я принялся вылизывать лапу с самым самодовольным видом, который только мог принять. О, как я хорош, как круты мои идеи!

Команда из трех джонинов прибыла быстро, получила задание и умчалась искать братьев Сенджу. Ну как задание, запечатанный фуин конверт, которым им следовало передать. Я ведь не дурак, чтобы на всю улицу трубить о своих планах, нет, тут немного хитрости нужно.

А пока людишки гонятся по всему миру за другими людишками, можно заняться и работой. Даже настроение приподнялось, так что два десятка теневых клонов я наштамповал в весьма бодром расположении духа, что не могло не сказаться на их – и моей – продуктивности. Мататаби, посвященная в детали моего плана, весь день хихикала, чем натурально пугала всех встречных, и на сегодня объем всяких дурных просилок был сокращен почти втрое.

Веселые биджу на руководящих постах – страх и седина в волосах шиноби, хе-хе.

День прошел в хлопотах, но все-таки быстро и почти незаметно. Мне даже удалось лично наведаться и в архив, и в библиотеку. В первом я проинспектировал работу Ястреба – анбу, кажется, влюбился в мою коллекцию и с огромным удовольствием занимался ею. Он даже отреставрировал несколько наиболее древних свитков… В общем, пропал человек, хотя своей подготовке и форме он все еще уделял должное внимание если не больше. Кажется, он всерьез решил переквалифицироваться из анбу в стража архива.

Сатори же воевал с детьми. Ну, как воевал… Они его окружили и требовали сказку. Я даже не знал, что у птиц может быть такая яркая и живая эмоция панического страха, при их-то клюве и почти полном отсутствии мимики. Дети любили карасу тэнгу, а тому даже сбежать некуда было.

Идеально.

До Гокаге Кайдан было около полутора месяцев, за которые я всеми правдами, неправдами, посулами, уговорами и угрозами добился максимальной оптимизации работы дурдома, именуемого Конохагакуре но Сато. Нам с Мататаби и троицей Анбу пришлось проделать огромную, титаническую работу по перетряхиванию чиновничьего аппарата, улучшению документооборота, да и просто совершенствованию средств делопроизводства. Для примера, казалось, простая стандартизированная форма отчета о миссии сожрала только чистого времени дня три, а в общем это вылилось в целую неделю постоянных доработок.

Результатом стало то, что на мне висели только действительно серьезные и важные задачи, вроде выдачи высокоранговых миссий, подписей важных решений и так далее. Я не собирался тратить все свое время на бестолковую рутину, о нет, я радостно спихнул ее на тех, кто ниже. И, если честно, больше всего сил отняла система взаимного контроля отделов, чтобы аппарат был самоподдерживающимся, но без перекосов и перегибов.

Ну и сформировал специальный отдел, который следил за всеми со стороны. Пущай бдят, тем более, что решений они принимать не могут, иначе было бы слишком много власти у них. Людишки любят доносить друг на друга, пусть доносят, но с пользой для дела.

Ух, всего полтора месяца, а устал так, будто год перетряхивал архив, одновременно занимаясь переписыванием свитков в книги…

Я смерил взглядом тонюсенькую стопочку приказов на подпись, посмотрел на усталую, помятую, но жу-у-утко довольную Мататаби, осмотрел трио анбушников, не менее усталых и не менее радостных… И с гордым видом поставил на стол торт.

– Мы одержали победу над самым страшным зверем в этом мире, и сделали это в рекордно короткие сроки. До Гокаге еще три дня, один день нам на вечеринку, один день на отходняк, один день – на телепортацию до места назначения. А посему, хокаге в моем хвостейшестве постановляет: праздновать!

Радостно завопив, Мататаби прямо с пола прыгнула и плюхнулась мордой в торт. Предполагая такой исход, я бахнул рядом еще парочку, Хорек выставил бутылку какого-то особо крутого саке, Пантера расщедрилась на всякие вкусности домашнего приготовления – нашла же время – а Ястреб с торжественным видом поставил на стол странной формы бутылку.

– Это – игристое вино, уникальная вещь. Удалось утащить по службе из одного дворца, и, думаю, настало его время.

– О, я слышал о игристых винах, но вижу впервые, – я потер лапки.

Мататаби мяукнула что-то согласное в торт, не спеша из него вылезать.

Громко хлопнула пробка, вкусно запахло ягодами, сквозь которые еле-еле пробивался запах спирта, и это с моим-то обонянием.

Праздник победы начался.

– Слушай, Ястреб, – все еще извазюканная в креме биджу толкнула лапой шиноби. – Вот смотри, Хаширама умный?

– Конечно.

– А Тобирама?

– Тоже.

– А чего они тогда то же самое, что и мы, не сделали?

– А это вопрос единовластия и авторитета, – Ястреб отпил из бокала. – С точки зрения большинства шиноби, если глава деревни снимает с себя задачи и перекладывает их на других, он слаб. Нет, те, кто умен, достаточно силен, чтобы лично сталкиваться с бюрократией, ну и родственники, конечно, прекрасно знают, что это не так, но их не большинство. Сильный лидер – это то, что нужно деревне шиноби.

– Но у нас же получилось!

– А кто попробует усомниться в личной силе двух биджу?

– Логично, – Мататаби все-таки начала вылизываться, одновременно лакая саке.

– Товарищи. Друзья! – Курама твердо стоял на задних лапах и опирался о стол только и исключительно из-за особенностей анатомии. – Смею заметить, что, вполне вероятно, абсолютно точно возможно, стоит понимать, однако, необходимо точно знать, но важно! Вот.

Присутствующие зааплодировали, и он совершил кувырок благодарности вместо поклона.

– Курама, я тебя та-а-ак люблю, – Мататаби, пыхая синим огнем, лезла лизаться. Кьюби же пытался забежать на потолок, напрочь забыв и о чакре, и о заклинаниях, а все трое анбу делали ставки, убежит ли их хокаге, или им пора готовиться к пополнению в рядах Хвостатых.

Присутствующие в комнате еще двое анбу с легкой завистью в эмоциях спасали документы, тушили очаги возгорания и вообще следили за обстановкой. Курама озаботился тем, чтобы во время празднования никто и ничто не пострадало. По этой же причине вскоре все алкоголесодержащее в деревне внезапно исчезло не только с прилавков, но даже и из заначек.

Предусмотрительность – она такая…

Утро началось для меня бодро, и это несмотря на количество залитого в себя алкоголя. Как выяснилось, опьянеть я могу, а вот трезвею довольно быстро, если не доливаю. Мататаби с руганью и бульканьем топилась в бочке – точнее, пыталась отмыться от застывшего крема – а троица анбу отправилась к своим ирьенинам, снимать похмельный синдром.

В общем, все было замечательно. Бумаги занимали не больше нескольких часов в день, и это учитывая периодические обходы с целью проверить работу свежеотлаженной бюрократической машины, у меня появилось время на архив, на библиотеку, на дегустацию новых изобретений совместного предприятия Учиха и Акимичи – вчерашний бисквитный торт был как раз их новым творением. Насколько я знал, дуэт двух кланов планировал выкупить часть земли в ближайшем крупном городе и устроить там кулинарный квартал… И я даже помогу им с финансированием.

Учихи-кондитеры, кто бы мог подумать. Причем свои боевые тренировки никто из них не забросил, но очень часто уже можно услышать в их квартале не споры о том, какая техника круче, а о достоинствах и недостатках тех или иных ингредиентов.

Жаль, я не увижу лица Тобирамы, когда он узнает, как я решил проблему с кланом Учиха.

Довольный обстановкой в деревне, я направил свои лапки обратно в резиденцию. Скорее всего, уже накопилось какое-то количество бумажной работы, надо ею все же заняться. Мимо проходили или пробегали шиноби, на миссии, с миссий, по делам, гражданские бродили по улицам, жизнь не сказать, чтобы кипела, но текла и была размеренной и тихой. Отличное достижение, я считаю, особенно с учетом того, что деревня шиноби – это организация, существующая за счет заданий по диверсиям, убийствам, шпионажу и охране.

Дайме, кстати, увеличил нам финансирование. Все-таки идея отправить ему в дар несколько учиховских тортов была отличной, правитель Страны Огня разглядел в деревне новые горизонты. А уж как финансированию экономисты и аналитики обрадовались, хе-хе… Радостные людишки – это людишки, которые меня не дергают.

К себе в кабинет я зашел через окно невозмутимо забравшись по внешней стене. Что интересно, кто-то из шиноби-шутников нарисовал на ней лисьи следы, которые деревенские тут же обозвали «тропою Кьюби». Мататаби со скепсисом на морде рассказала, что мелкие генины верят, мол, если пройти по «тропе», наступив на все следы, то тебе улыбнется удача.

То-то иногда у меня под окнами натуральный детский сад, честное лисье.

За столом сидела Мататаби и сосредоточенно что-то читала. Я тихонько обошел ее со стороны и заглянул в лист бумаги.

«Прошу предоставить доступ к архиву, сектор 3, секция 2, полка 2, с целью копирования большого сборника сказок и легенд народов мира»

«Сатори»

– И что тут такого интересного? – спросил я у кошки, зная, что она меня заметила.

– Я вот подумала… Смотри. Ты – хокаге. Я – твой помощник, секретарь фактически. Учихи – кондитеры. У каждой деревни шиноби на довольствии стоит биджу.

– И?

– В какой момент история нашего мира стала походить на дурдом?

Я задумался. Серьезно так, прошелся по кабинету, почесал за ухом задней лапой. Подумал еще немного.

– В тот день, когда я, еще лисенок, нашел свиток с интересной историей.

– Думаешь?

– Ну, давай мыслить логически, – я сел, положил шляпу на пол и обвил лапы хвостами. – Если бы я никогда не увлекался свитками и книгами, каким бы я был?

– Абсолютно невыносимым мудаком.

– Эй!

– Что? Ты закопал Исобу в песок и хвастался, что у тебя теперь будет черепаший суп!

– Я потом извинился!

– Потом, – Мататаби сделала многозначительную паузу. Я замялся, не зная, что возразить. – В общем, если бы не тот свиток, мы бы…

– …Были запечатаны, – мрачно перебил я сестру. – Узумаки еще три года назад закончили достаточно совершенную фуин, чтобы та могла выдержать мощь биджу.

– Э? А зачем? Ты же с ними, ну, не дружил, конечно, но все же.

– Так то я, про других они почти ничего не знали, – я вздохнул. – И, честно говоря, я бы им даже помог. Сон Гоку и Гьюки людей, как помнишь, терпеть не могли, и в отличие от Шукаку могли начать действовать. А так, посидели бы в тюрьме, подумали о своем поведении, глядишь, мозги бы на место встали.

– Вот как… И если бы ты оставался той же рыжей тварюкой, то…

– Угу.

Повисла тишина. Стало как-то, не знаю, не грустно, просто странно, понимать, что нынешний, спокойный, даже веселый мир мог и не быть создан, если бы я в далеком детстве не увидел интересную историю, и не решил отправиться в ближайшую деревню людей, чтобы найти там свиток с продолжением.

А ведь то были, по факту, первые Узумаки. Их прообраз, скажем так, они только потом перебрались на остров, стремясь отгородиться ото всех и спокойно заниматься своим фуиндзюцу. Вполне возможно, что именно какие-нибудь древние легенды и привели к тому, что много-много лет после мы с Узумаки смогли конструктивно поговорить, а не попытаться проверить друг друга на прочность.

Вот так, походя, случайно и осознаешь, насколько мир зависим от простых мелочей. Интересно, а возможно ли сделать так, чтобы в будущем шиноби были не убийцами-диверсантами, а какой-нибудь мирной профессией?

– Ладно… Все это очень важно и действительно нужно, но давай займемся делом. Нам на Гокаге Кайдан собираться надо, – я запрыгнул на стол, макнул лапу в чернила и шлепнул отпечаток на просьбе Сатори, вытер подушечки о специально лежащую рядом тряпку.

Мататаби кивнула и испарилась – это был теневой клон. Я быстро разобрался с документами, благо ничего серьезного, требующего длительных размышлений, не было. Посмотрел в окно.

И все-таки, не зря я нашел тот свиток. Не зря мир стал таким. Как минимум видеть счастливых Учиха, раздающих детям пирожные с милыми звериными мордочками, того точно стоили.

Тьма, негативные эмоции, ярость, злость, бой. Тьфу. У них, кажется, шаринган сейчас от счастья прорежется, вот весело будет.

Первым делом я подготовил всю резиденцию к своему отсутствию. Кому-то накрутил хвосты – фигурально, конечно – написал несколько приказов, убедился, что срочных дел нет и не предвидится… Оставил теневого клона на всякий случай, да и зашел к Сенджу и Учиха, напомнить, чтобы в мое отсутствие не шалили. И если первые просто покивали, то вот красноглазые, помня, что я-таки превратил их квартал в огромную кондитерскую, заверили меня в соблюдении порядка, мира и спокойствия на улицах Конохи.

То-то. Бойтесь меня, я страшен в гневе.

Сатори, узнав, что я временно буду отсутствовать, просто вздохнул, каркнул что-то согласное и продолжил выписывать сказки для зачитывания. Я ткнул в те, которые уже читал, а так же посоветовал обратить внимание на философские тексты, те, что не слишком нудные и достаточно поучительные.

Вот к кому я шел с легкой опаской, так это к Узумаки. С Мито за последние два месяца мы почти не пересекались, и я просто опасался приколов с ее стороны. Поэтому когда я узнал, что та собирается вернуться в Узушио, я несказанно удивился.

– Ашина-сама решил отойти от дел, – просто и ровно ответила Мито в ответ на мое вопросительное выражение морды.

– А тебя это каким боком касается?

– Я выбрана лидером клана Узумаки.

– Именно клана? – я, чуть нахмурившись, вспомнил список возможных кандидатов как на роль главы клана, так и главы Узушиогакуре но Сато. И Мито второй быть никак не могла в виду своего замужества за Хаширамой, это бы неслабо так всколыхнуло мир шиноби.

Другие деревни и так со скрипом приняли союз Конохи и Узумаки, если это будет союз Конохи и Узушио, обстановка сильно накалится. Мое хокагство уже всех шокировало, а уж такой финт хвостами может ополчить против нас… Ну… Многих. В Суне, допустим, до сих пор не простили мне изъятие свитков с техниками.

– Ну за дураков нас не держи, конечно клана, – Мито фыркнула, став, наконец, похожей на саму себя.

– Слушай, а как ты вообще смогла Хашираму отпустить? Я думал, ты его на цепь посадишь.

– Так он сбежал.

Я посмотрел на женщину.

Она посмотрела на меня.

Я на всякий случай отсел подальше.

Мало ли.

– Ладно, пришли открытку, что ли, как доберешься. Только чур, в этот раз без запечатанного розового красителя. Я тогда еле отмылся.

– Тц, так и знала, что надо другой брать… Но ладно, шуточки наши и правда стоит прекратить… Хотя бы те, что так сильно могут ударить по репутации.

Да… Уходит эпоха взаимных приколов, подколов и проклятий. Даже грустненько как-то.

– Я как-нибудь возьму отпуск, и объявлю тебе войну приколов.

– Обещаешь?

В ответ я просто протянул лапу, и женщина с самым серьезным видом ее пожала.

– Доброго пути, Узумаки-сан, – я уважительно склонил голову.

– Успешных переговоров, Кьюби-сан, – улыбаясь, склонилась в поклоне Мито.

Разговор оставил двойственное впечатление. С одной стороны, мне было грустно оттого, что эта безудержная, безбашенная, но надежная женщина уезжает. С другой, я был за нее рад – глава клана Узумаки, это весьма серьезное достижение.

Но наших взаимных приколов мне однозначно будет не хватать.

Вот я и дожил до того, что тоскую по людям. Ну как так?

– Я все проверила, все сделала, так что, можем выдвигаться хоть сейчас, – стоявшая все это время в стороне Мататабаи никак не прокомментировала произошедшее. Умная она у меня все же, сестренка.

– Ладно, пойдем потихоньку. Отойдем подальше и телепортируемся. Не отставайте, – я махнул хвостами трио анбу, как всегда бдящих непонятно для чего, и отправился к воротам деревни.

Наверное, это последствия переработки. Все-таки такое, немного грустное настроение мне не свойственно… А может я просто внезапно осознал, как все поменялось?

А, впрочем, неважно. Главное, что в мире царит мир, тишина и спокойствие, войн не предвидится, да если и что, у нас есть целая куча сильных кланов, союз с Узумаки, Мататаби и я на посту хогаке. Ну и тортики. Никто не устоит против тортиков от Учиха, и если дайме одобрит, то по паре штук будет отправлено в каждую крупную страну.

Пусть эти дурные шиноби только попробуют хоть что-то вякнуть… За мир во всем мире буду расстреливать в упор биджудамами! Война – это так муторно, столько лишней работы.

– Кстати, я же спросить забыл, по какому поводу Гокаге Кайдан?

– Принципиально новая система аттестации шиноби, вводимая с целью улучшения отношений Скрытых деревень.

– Ясно, идея Хаширамы, доработка Тобирамы, – я фыркнул. Вот что эти двое опять придумали?

Так как времени было навалом – совсем рядом со Страной Железа у меня был телепортационный маяк – единогласно решили заглянуть в Танзаку, ближайший крупный город, в котором Учиха и Акимичи и строят свой кондитерский квартал. Над названием все еще думают, и мне прямо даже интересно, что у них в итоге выйдет.

Город… Не поражал. Ну видел, видел я за время путешествий города и поинтереснее, а это – типичный среднестатистический город, правда, активно строющийся. Что-то мне подсказывало, что близость к Конохе и дало толчок в развитии Танзаку. Эх, было бы время, я бы тут таку-у-ую библиотеку построил, куда там коноховской! Но увы, хокагство жрет время даже с учетом реформы в системе управления деревней.

Вырастить преемника, отдать ему дурацкую шапку и уйти странствовать. Отличный план на ближайшие лет двадцать-тридцать.

Кондитерский квартал строился с размахом, он был больше территорий кланов Учиха и Акимичи вместе взятых. Причем, судя по плану строительства, сунутому мне под нос каким-то расторопным шаринганоносцем, тут будут только сладости. Всех видов. А еще будет небольшая экспериментальная зона, где за чисто символическую плату можно будет поучаствовать в дегустации новых решений. Как я понял, открываться она будет редко, а уж очереди туда вообще предполагаются огромные – дешево ведь. Клятвенно – и абсолютно искренне – заверив организаторов, что как только они откроются, то обязательно загляну на дегустацию, я покинул квартал.

– А жизнь-то кипит, – фыркнула Мататаби, что-то чиркая в блокноте.

– Да уж.

– Хокаге-сама, – неожиданно встрепенулся Ястреб.

– Ась?

– Я могу отлучиться ненадолго?

Я проследил за взглядом анбу и увидел маленькую лавочку. Чуть прищурившись, разглядел на прилавке довольно специфические вещи для реставрации свитков, удивленно покачал головой и с чистой совестью отпустил человека.

Хм, а библиотека-то моя далеко не тайная, и, судя по отчетам Сатори, пользуется популярностью. Нанять писцов, пусть штампуют копии? Открыть филиалы, авось, просветятся людишки, воевать перестанут… Ладно, это планы на совсем уж далекое будущее.

Осмотрев город – больше ничего интересного не попалось, впрочем, наметки будущего города развлечений уже прослеживались – мы спокойно направились в сторону Страны Железа. Как я уже говорил, наличие маяка позволяло спокойно и с удовольствием просто прогуляться какое-то время, развеяться, успокоить подорванные работой нервишки.

Я вздохнул, Мататаби вздохнула, все трое анбу просто молча повернулись в сторону кустов.

– Вылезай, мы тебя все давно видим, – я поправил шляпу.

Из кустов вышел… Хотя скорее вышагнул с уверенным видом шиноби со знаком Такигакуре на хитай-ате. Все лицо закрыто, кроме глаз – странные глаза, зеленые с красной склерой. Снаряжение нестандартное, но кто знает, что там у такининов стандарт. Я смерил его взглядом, весьма серьезный по меркам людишек тип, силенок много. Вот трио анбу с ним не справится точно, он, возможно, даже Хашираме сможет дать хоть какое-то подобие боя, а тот был самым сильным шиноби после Хагоромо и его сыновей, из тех, кого я лично видел.

– Где Сенджу Хаширама? – спросил шиноби, обведя нас взглядом.

– Да мы откуда знаем? – я фыркнул. – Знал бы, я бы эту шапку ему обратно всучил.

Хм, Такигакуре, Такигакуре… Что я знаю об этой деревне? Ну, у них есть какие-то свои техники, что-то, связанное с непонятным деревом – сок у него полезный, что ли – ну и у них очень много амбиций. А этот шиноби, скорее всего, Хашираму не для признания в любви и обожании ищет.

– Слушай, если найдешь Хашираму, скажи, чтобы в Коноху зашел.

На несколько секунд повисла тишина. Шиноби смотрел на меня своими странными зелеными глазами и, кажется, был немного удивлен.

– Так значит, это правда, Кьюби но Йоко стал каге Конохагакуре, – отмер, наконец, человек.

– Да, а что?

– У него в вещмешке лежат булочки, – шепнула мне на ухо Мататаби.

– А? – я посмотрел на кошку так же, как несколько секунд назад такинин смотрел на меня.

– Давай стырим!

– Я все слышу.

– Слушай, я правда не знаю, где бегает Хаширама, мне он самому нужен… Но если скажешь, как тебя зовут и где тебя искать, я, если тот все же вернется в Коноху, передам, что его искали.

– Меня зовут Какузу, – шиноби коротко поклонился. – Этого достаточно.

– Краткость – сестра таланта, – пробормотал я, чувствуя себя немного странно. – Ну, мы тогда пошли?

Какузу – даже сквозь маску было видно – усмехнулся и просто молча кивнул, ну а мы отправились дальше.

Пожалуй, если и правда найдем Хашираму… Ну или он сам найдется, я его, пожалуй, сдам. И еще приду посмотреть, и Мито позову. И даже этому Какузу снаряжение зачарую, чтоб посильнее был. Ибо нечего сбегать, спихивая работу на бедного замученного меня!

Мы отошли достаточно далеко, когда Мататаби неожиданно сделала заднее сальто с радостным воплем и умчалась назад. Мы с анбу переглянулись, люди пожали плечами – все трое и одновременно, угу – и мы пошли дальше. Биджу нагнала нас спустя несколько минут, таща вещмешок, немного подпаленный, но очень знакомый.

– Ты серьезно утащила у него целый вещмешок ради булочек? – я с трудом удерживался от желания стукнуть себя – или кошку – по лбу лапой.

– Ага! – с широким оскалом-улыбкой Мататаби залезла в мешок с головой и чем-то аппетитно зачавкала. Я терпел целых десять секунд, после чего скинул шапку на спину и тоже полез в мешок, как-то без удивления обнаружив рядом и Пантеру.

С кем поведешься, м-да.

Булочки оказались действительно вкусными, с творогом, что ли. Неожиданно нежные, мягкие, прямо таяли на языке… Думаю, когда я расскажу про них Учихам, те этого Какузу хоть с того света достанут, но узнают, где он их достал, да еще и в таком количестве – штук десять.

Хм… А ведь такинин ожидал, что булки-то сопрут, кроме них в вещмешке ничего не было… Хотя стоп, какая-то бумажка.

«12х90=1080»

И символ… Так, стоп, это же ре. Это что, мне только что выставили счет?

Вот ведь жук!

Ладно, уж с деньгами у меня точно все хорошо, заплачу. Но теперь я просто обязан устроить им с Хаширамой дуэль, я для этого в деревне даже арену построю! И устрою тотализатор! Со ставок буду процент брать, хотя, конечно же, в основном будут ставить на Хашираму… Хм, а может, не просто дуэль? Соревнования? И упор не только на боевые навыки. Хороший шиноби – это не тот, кто может лбом скалу расколоть все-таки. Надо будет погрызть идею на досуге.

Остальная дорога оказалась скучной и неинтересной. Ничего не происходило, никто не встречался, в деревеньках и городах меня, конечно, узнавали, но былого огонька уже не было. Естественно, я ведь теперь каге, меня теперь с вилами не погоняешь, да и мне по крышам со свесившимся языком не попрыгать.

Эх, старые добрые веселые времена. Мне будет их не хватать.

В Страну Железа мы добрались, как и планировалось, телепортом. Привыкшие к скачкам туда-сюда анбу и Мататаби никак не отреагировали, а вот самураи, перед носом которых мы вывалились, повыхватывали катаны.

– Хокаге с сопровождением, прибыл на Гокаге Кайдан, – я махнул хвостами на анбушников и те скрылись… Где-то.

Самураи секунду меня разглядывали, потом их командир достал свиток, сверился с ним, попеременно смотря то на него, то на меня, почесал затылок – прямо сквозь свой рогатый шлем.

– Проходите, хокаге-сама, – безо всякой привычной уверенности в голосе самурай отошел в сорону, пропуская нас с Мататаби.

Кошка, проходя мимо, опять что-то унюхала и теперь постоянно оборачивалась. На десятый раз – самураи, кажется, разве что не поседели от такого внимания – я не выдержал и остановился.

– Ну что опять?

– У него вишневая настойка во фляге, – биджу сделала грустную кошку, а я услышал звонкий удар по металлу.

Это командир самураев дал подзатыльник одному из своих подчиненных, сорвал флягу у него с пояса, размахнулся… Посмотрел на Мататаби и бросил ей. Все, кошка счастлива… Лишь бы пьяной на собрании не стояла, а остальное – неважно…

Пришли мы первыми, так что заселились в выделенную самураями комнату. Довольно аскетичную, но чистую, опрятную, да еще и со специальной веревкой по периметру для развешивания барьерных фуин. А ничего так сервис, еще бы поесть и попить принесли, было бы совсем замечательно.

Мататаби успела выдуть четверть фляги и теперь мурлыкала песенку о каком-то явно бессмертном коте… Хм, кажется, я даже знаю, что за песенка. Вычитал ее в книге Пацифиста, на полях, и переписал в блокнот. Что такое «автобус» и зачем в него кого-то сажать, я не понял, но песня забавная.

Когда настойки осталась половина, биджу решила выйти погулять в окно. Все бы ничего, но вышла она на пятом этаже и воткнулась головой в мостовую, оставив в той яму. Прибежавшие самураи как раз застали ругающегося меня, вытаскивающего кошку за хвосты, будто корнеплод из одной детской сказки.

Вытащили, в итоге, только все вместе. А флягу я, на всякий случай, изъял…

Только не помогло это. Потому что заинтересовавшиеся происходящим самураи умудрились найти где-то саке. Я, честно говоря, вообще не знал, что у них такое водится, они же все из себя такие показательно суровые и правильные, а тут… Я разочарован. Меня что, везде будет дурдом преследовать?

Прибывший райкаге застал просто великолепное зрелище: пьяная в незнамо что Мататаби на спор танцевала что-то вроде эротического танца на бочке саке. Я сидел в сторонке, наблюдал и подумывал, присоединиться или сохранить трезвый рассудок для собрания. Довольные жизнью самураи сидели вокруг на татами и посмеивались, когда биджу топилась в бочке, подновляя градус в крови.

– И часто у вас такое? – вежливо поинтересовался Эй, садясь рядом.

– Такое – впервые, а вообще – регулярно, – признался я.

– Не удивлен, что братья Сенджу предпочли уйти в странствие, – хмыкнул райкаге.

Так, я не понял, это что за наезды?

– А ну-ка, мой венценосный собрат, скажи, где ты видел братьев Сенджу? – я подсел поближе, чуть щурясь. Эй покосился на меня, но отсаживаться не стал, хотя я видел – ему хотелось.

– Два месяца назад они пришли с торговым караваном.

– И-и-и? – я встал на задние лапы, вытягиваясь, чтобы не смотреть на человека снизу вверх.

– У нас была деловая встреча, – райкаге невзначай так отвернулся и словно случайно ткнул меня локтем в живот. Попытка была так себе, поэтому я ее проигнорировал и по-хозяйски оперся лапами о плечо шиноби.

– А если поподробнее?

– Все подробности на Гокаге Кайдан, – Эй подхватил опешившего меня под передние лапы и отсадил в сторону.

– А книгой по морде?

– А техникой под хвосты?

Мы столкнулись взглядами, и я уже потянулся было к закрепленной на спине книге Пацифиста, когда между нами с грацией мешка капусты грохнулась Мататаби.

– А чой-та вы тут мур-р-рчите-е-есь?

– Хватайся, – я вытянул хвост. Не задавая вопросов, райкаге схватился за него и я телепортировал нас на крышу метрах в ста от площади, где бесилась пьяная кошка.

– И часто она, ну?.. – Эй неопределенно покрутил рукой в воздухе.

– Три месяца напряженной работы без выходных, – я вхдохнул. – Пусть расслабляется.

– Не своя страна, потому не жалко?

– В точку.

Райкаге широко улыбнулся, и это был первый раз, когда я увидел его не сосредоточенно хмурым.

Ужас, что в мире творится.

К счастью для будущего собрания, у Мататаби была ответственность, понимание своих возможностей и лимитов, и к моменту сбора всех каге она как раз протрезвела. Разве что маялась головной болью – как выяснилось, с крепкой настойки, да еще и без сна после, похмелье нам, биджу, все-таки грозит. Из-за этой самой боли кошка была хмура, мрачна и периодически грозно так хмурилась, отчего атмосфера на собрании была… Странной. Кажется, каге опасались, что та начнет буянить, а я не спешил их в этом разубеждать, сделав морду посерьезнее.

Эй, кстати, то ли поддерживал игру, то ли вел свою какую-то, но сидел со скрещенными руками и обводил всех суровым взглядом стражника, заставшего молодняк за мелким хулиганством.

– Итак, мы собрались здесь, дабы обсудить идею Сенджу Хаширамы о развитии сотрудничества между скрытыми деревнями, – начал я, поняв, что никто не собирается открывать собрание.

– Абсурд, – тут же высказался казекаге, сверля меня взглядом.

– Я бы не был столь категоричен, – Ишикава оглаживал аккуратную бородку, чуть заметно щурясь. – Сенджу-сан был весьма убедителен.

– Как будто вы верите в истинный мир между деревнями, – Рето скрестил руки. – Это противоречит самой сути шиноби!

– Да, пожалуй, только деревня, в которой до сих пор процветает кровная месть, может быть истинным лицом мира шиноби.

Я минут десять наблюдал за перепалкой Рето и Ишикавы, периодически посматривая в сторону оставшихся двух человек. Мизукаге спокойно ждал, пока те не закончат, не собираясь вмешиваться, а Эй с заметным раздражением сверлил взглядом потолок. Сопровождающие каге шиноби молчали, не смея встревать в разговор правителей.

М-да, вот Гокаге Кайдан не меняется совершенно. Что в первый раз все только и делали, что спорили и кидались обвинениями, что сейчас… Эх, Хаширама, ну вот на кой хвост ты скинул на меня этот геморрой? Нет, я понимаю, почему, но за что ты меня так ненавидишь, а?

Я запрыгнул на стол, прямо в центр, в круг шапок, где моя выделялась своими миниатюрными размерами. Рето и Ишикава замолчали, но всего на секунду, после чего продолжили лаяться. Ну а я что, я подождал, подергал хвостами, да и запулил в потолок миниатюрной биджудамой.

Грохот, пыль, паника, и аккуратная дыра в перекрытии, в которую с выражением легкого недоумения заглядывали самураи.

– Я не Хаширама, риторике я не обучен, – я обернул лапы хвостами, фыркнул в ответ на направленное на меня оружие. – А еще у меня далеко не резиновое терпение, да и вы все тут далеко не полезное чтиво, чтобы терпеть и продираться сквозь скуку. Так что давайте мы спокойно все обсудим, съедим тортик мира и разойдемся, а свои дрязги, будьте так добры, ОСТАВЬТЕ СНАРУЖИ КУСАТЬ ВАС ЗА ЖОПЫ!

Кажется, такого громкого и мощного рева от меня никто не ожидал, но оно и не удивительно, нельзя такое ожидать от пусть и девятихвостого, но все же обычного по размерам лиса.

Обведя взглядом прилипших к стенам и потолку шиноби, я фыркнул, с гордым видом развернулся и спрыгнул на свое место. То, что они все собрали печати для каких-то техник, меня не пугало, в случае чего сбежать я всегда успею – барьерных фуин никто не вешал, а мастеров ставить их касанием я среди каге и их сопровождения не припоминаю. Ну, как минимум достаточной силы, чтобы меня удержать.

Да и не настолько они дурные, каге эти, чтобы на меня нападать из-за одного крика.

– Итак, товарищи тунеядцы, хулиганы, на повестке дня один важный момент, – дождавшись, пока все рассядутся по местам, начал я. – Так как братья Сенджу обходят Конохагакуре но Сато по дуге шириной со всю страну, меня они в свои планы не посвятили, так что я буду благодарен, если мне вкратце опишут, что эти два остолопа там напридумывали.

Не будут сотрудничать, начну говорить на языке юридических документов, ибо задолбали.

Но нет, похоже, демонстрация что-то в мозгах дурных людишек да переключила, настроив на деловой лад. Объяснял Ишикава, его дополняли остальные, и вышло в целом понятно.

Итак.

Идея Хаширамы была в проведении экзамена на звание чунина, общего для всех деревень, раз в год. И каждый год экзамен должен проводиться в одной из пяти Великих Стран, в порядке очереди. В итоге, по плану Хаширамы, это должно сплотить шиноби разных деревень и помочь культурному обмену.

А вот дополнения Тобирамы были направлены на устранение излишней веры его брата в человечество. Так, он настоял на единой приемной комиссии, в которой должны заседать шиноби каждой из деревень, а вместе с соискателями на звание чунина должны присутствовать и сопровождающие в достаточном для гарантии безопасности количестве. На самих экзаменах должны находиться наблюдатели от каждой деревни, а смертность необходимо свести к нулю, иначе ни одна деревня не согласится отправлять своих генинов фактически на убой.

А ничего так идея, единый чунинский экзамен – звучит многообещающе. Это не только культурный обмен, но и показатель силы каждой деревни, а еще вынужденное раскрытие техник, что приведет к раскрытию истинного баланса сил. В общем, воевать всем резко станет очень невыгодно, смысл воевать, если противник прекрасно знает о возможностях твоих шиноби и может подготовиться?

Лишь бы остальные каге идею не зарубили, я ж на них Чоумея спущу, с наказом застебать…

Впрочем, пока все молча переглядывались, то и дело смотря на меня. Они что, решили, что я – глава собрания? Чего они на меня все время смотрят? Или они решили по примеру Хаширамы все на меня спихнуть?

Я им что, властелин мира, что ли?

Не дождавшись какой бы то ни было реакции, я приосанился, поглубже вдохнул…

– Мое мнение таково, что проект братьев Сенджу весьма перспективен с различных точек зрения, обладает достаточным для принятия в работу количеством преимуществ и способен поспособствовать развитию всех пяти скрытых деревень в сторону взаимного уважения, усиления, и укрепления дружественных и мирных намерений, а потому я предлагаю голосовать за его принятие, а так же высказать предложения с целью улучшения проекта.

Все четверо покивали.

Так, Хаширама, ты что с ними сделал?

– В виду отсутствия присутствия предложений, я выдвину свое: в качестве наблюдателей от каждой скрытой деревни на экзамене стоит присутствовать каге, что позволит, помимо всего прочего, проводить ежегодные Гокаге Кайдан для решения текущих вопросов и поддержания стабильного темпа развития.

Все четверо покивали.

И это уже не смешно.

– Поднимите руку те, кто согласен с предложениями.

Все четверо поки… Э, подняли руки. Почувствовав что-то странное, я обернулся и как-то без удивления увидел, как Мататаби поднимает мой хвост и машет им.

Ну… Я вздохнул, а чего я ожидал? Хаширама им, наверное, неплохо так по мозгам за эти месяцы проехался, он умеет, да.

Ну или я чего-то не понимаю.

– Единогласно. В таком случае предлагаю определить очередность проведения экзамена… По мор… Эм, лицам вашим хитрым вижу, что первыми принимать будем мы… – я вздохнул. – В таком случае, предлагаю определиться с последующей очередностью. И если вы сейчас не начнете решать – РЕШАТЬ, а не тапками кидаться! – я все решу за вас!

– Я не против, – довольно ухмыльнулся райкаге. Райкаге, кусать хвосты мои! Что дальше? Рето простит мне потыренные свитки и пригласит в гости?

Я внимательно посмотрел на казекаге, но тот украдкой показал мне кулак, отчего я вздохнул с облегчением. Хоть что-то сегодня осталось без изменений.

В итоге просто нарезали листочки, я написал на них цифры, а каге тянули по очереди. На этом Гокаге Кайдан и закончился. Отличное собрание, продуктивное, а главное, какое показательное, тьфу.

Надо растить преемника. Вот прямо сейчас выбрать кого-нибудь потолковее, да и начинать учить, подрастет, вручу ему эту дурацкую шапку, отдам ключи от кабинета и пойду гулять по странам. Я, может, за прошлые годы еще не все осмотрел…

– Ниби, доставай торт, – со вздохом я стащил шапку со стола и нахлобучил себе на макушку.

Собравшиеся было расходиться людишки остались на своих местах. Вот и сидите, когда еще такое попробуете… Экслюзив, между прочим, такого на рынке еще нет.

Биджу разложила на столе лист с фуин и с характерным звуком распечатала огромный, покрытый шоколадной глазурью и украшенный малиной торт. Тут же рядом лежала стопка тарелок, вилок и большой нож, больше похожий на маленький тесак. Мататаби тут же с ювелирной точностью нарезала торт на десять кусочков, чтобы хватило всем, включая сопровождение, которое, кстати, и разнесло тарелки с десертом.

– Я обещал тортик мира – вот он, тортик мира, – я, довольно жмурясь, повел носом над своей тарелкой, да, в этот раз кондитеры прыгнули выше головы. – Так пусть жизнь будет столь же сладка и приятна, как и этот десерт.

Было очень интересно наблюдать за лицами шиноби, которые с явной подозрительностью потыкивали торт вилками. Ну что поделать, не делали тут такие бисквитные торты, массово, по крайней мере, портятся они быстро… Если не использовать специальные фуин, позволяющие снизить температуру до приемлемых двух градусов. Собственно, благодаря архивным записям и свиткам с давно утерянными фуин все это и стало возможно, эксперименты и новые сладкие горизонты.

Вот первым попробовать торт решился Эй. И, пожалуй, я начал понимать Учих, которые с огромным удовольствием наблюдали за эмоциями своих покупателей. Это выражение шока и неверия, осознание и торопливое откусывание еще кусочка, о да. А уж когда все остальные решились… Хе-хе… И так было понятно, что у Конохи появилась новая, весьма существенная статья доходов, но теперь, кажется, на сладости подсядут и скрытые деревни.

Решено, подниму финансирование кондитерскому кварталу, пусть творят дальше.

– Кьюби-сан, могу ли я поинтересоваться, где вы нашли подобный шедевр кулинарного мастерства? – отложил вилку Ишикава. Остальные каге обратились в слух.

– Это результат работы одного весьма известного клана Конохагакуре но Сато.

– Акимичи?

– Нет, более известного.

– Хм… Неужто Сенджу?

– Учиха.

Повисла тишина. Ну, как тишина… Я отчетливо слышал, как скрипят и трещат мозги у людей. Мататаби даже хихикнула украдкой, кажется, у нее даже голова болеть меньше стала.

Ну не прелесть ли?

На этой ноте все и разошлись. Мы с кошкой отправились в сторону, где оставили трио анбу, сопровождаемые странными взглядами со стороны каге. Ну да и ками с ними.

Нас ждала Коноха и свои проблемы. Нудно было готовиться к первому единому чунинскому экзамену… Кажется, я все же построю арену, и, на самом деле, у меня уже вырисовываются идеи, какие именно задания нужно давать щенка… Э, детишкам.

Хе-хе… Надеюсь, они не пожалеют, что дали мне право первого хода. Я им такого нахожу… Традицией станет.

Глава 7. Тихая мирная работа

Я рассматривал огромную гору бумаги, завалившую стол, и пытался сохранить невозмутимый вид.

Получалось плохо.

Нет, это не работы привалило, упаси пуходерка от такой беды. Это идеи для экзамена. Решив, что одна голова – хорошо, а целая деревня – лучше, я объявил конкурс на лучшую идею для проверки навыков шиноби. Естественно, будут и бои, куда же без них, но как минимум три этапа я видел как проверку других способностей. В общем, я объявил конкурс идей и сел, ждать.

Дождался.

В первую неделю пришло всего около десятка писем, довольно скучных. Инфильтрация, допрос, шпионаж, все такое… Но потом свои идеи выдал кондитерский квартал – самой обычной там была разве что полевая кухня как проверка навыков выживания, да – а после началось… В общем, когда какой-то шиноби на полном серьезе предложил конкурс по вычесыванию моих хвостов, я уже ничему не удивлялся. Это было еще, ну, туда-сюда.

Вздохнув, я хвостами раздвинул стопки бумаги и посмотрел на Мататаби. Биджу грызла яблоко, периодически вороша хвостами кучу бумаг перед собой. Она так же помогала с отбором идей в свободное от обычных дел время, и сейчас, похоже, решила совместить его с перекусом.

Она бы рыбу притащила, но я вежливо – всего лишь пришлось пригрозить отлучением от выпивки – попросил такого не делать.

– О, а это прикольное, – кошка вытащила лист бумаги, покрытый аккуратным убористым рукописным текстом. С двух сторон.

– И что там за мысль десятилетия?

– Икебана.

Я вопросительно приподнял бровь, на что Мататаби просто дала мне почитать правила и выкладки анонимного выдумщика. Так, задача, идеи, варианты завершения, рекомендации по оценке результатов… А действительно прикольное.

– Эту – в работу, однозначно, – я аккуратно прокусил клыками край листа и подшил его в папку с принятыми идеями для экзамена. Их уже было много, но я планировал каждый год менять испытания, чтобы генинам жизнь земляникой не казалась.

Десятки и сотни идей самой разной степени проработки, серьезности и адекватности. Было уже не до смеха и веселья, нам с Мататаби нужно серьезно подумать над экзаменом, мерами безопасности, составом комиссии, местом проведения и так далее.

Ну, допустим, арена уже строится. Большая, просторная, но это для финала, ведь понаедут щенки из всех скрытых деревень, а это банально слишком много. Какая-то не слишком свежая голова предложила использовать тот дурной лес, выращенный не менее дурным Хаширамой, но, опережая меня, биджу заметила, что задачей экзамена является поиск кандидатов в чунины, а не особо зверское убийство молодежи. В Дурном лесу – его серьезно так называют, это не моя обзывалка – даже опытному шиноби не слишком комфортно, что уж говорить о мелочи, только-только закончившей начальное обучение.

Дурные людишки, себя не берегут, так еще и потомство в дебри шлют. Почему вообще о людишках заботятся биджу, что с этим миром не так?

– На сегодня все?

– На сегодня все, – я демонстративно бросил шляпу в угол и вытащил из-под стола историческую книгу. Ястреб только-только закончил переписывать работу какого-то энтузиаста, все-таки свитки – жутко неудобный носитель информации.

Словно по мановению хвоста в кабинете появилась Пантера, протянула довольной биджу бутылку сакэ, мне – тарелку с медовыми данго, да и исчезла.

– Алкоголичкой станешь, – проникновенно заметил я, смотря, как кошка смакует напиток.

– Ну ты же не толстеешь?

– Туше.

Дожили. Одна сидит на алкоголе, другой – на тортиках с земляникой. Ястреб прописался в архиве, Пантера выполняла роль помощника секретаря, а по делам АНБУ реально работает только Хорек. Ну как, по делам… Скорее уж мотается по моим личным поручениям.

– Хокаге-сама, отчет от Кьюбитай, – а вот и он, притащил целую пачку документов.

Кьюбитай, узнаю, кто придумывал название… Особое, забодай их Чоумей, подразделение АНБУ, все как один – с девятью хвостами. Создано с целью выполнения самых сложных миссий, на которых требуется огромный опыт, специфический арсенал техник и умения. Идеальные шиноби по всем параметрам.

Только зовутся они «девятихвостым корпусом». Нет, оно-то в целом даже отражает реальность, но теперь куча народу уверена, что этот отряд я сам тренировал. А я тихий спокойный библио… Хокаге, какой из меня тренер.

В отчете содержалась информация о борьбе с целой группировкой особо озверелых нукенинов-гастролеров. Те уже успели покуролесить в Стране Ветра и повадились устраивать набеги на мою страну, так что я кое-как договорился с Рето о сотрудничестве и отправил своих девятихвостых анбу на их устранение. Вот теперь читаю результаты, хорошие результаты. Потерь нет, нукенины устранены, сунанины в шоке, казекаге в прострации.

Так. Что они опять учудили?

– Мататаби?

– Один из анбу Кьюбитай таскается с ручным лисом, – сразу поняла мой недоумевающий взгляд биджу, закончила складывать бумаги в аккуратные стопки. Фыркнула. – Иногда на него накладывают хенге с тремя хвостами.

– Та-а-ак… – я, кажется, уже понял, что эти ненормальные придумали. – Там же не только три хвоста?

– Угу, еще и гетерохромия, – кошка приложилась к бутылочке с сакэ, держа ее двумя лапами.

Прибью засранцев…

– И как? – я неопределенно взмахнул хвостами.

– Тсучикаге и мизукаге попросили подтвердить или опровергнуть слухи о нашем с тобой потомстве, – Мататаби хихикнула, надеюсь, она не подлила масла в огонь. – А Эй потребовал восстановить баланс сил путем дополнительных инвестиций.

– Скажи мне, Чоумей не у них поселился случайно?

– Он между Страной Молний и Страной Земли курсирует.

Я ме-е-едленно стянул с палочки последний шарик данго и так же медленно принялся его жевать. Вообще-то лисы – и я в том числе – жевать не умеют, но я так часто скрипел клыками, что у меня даже начало что-то получаться.

О, Хагоромо, дай мне сил, терпения, ума и хитрости со всем этим справиться. Мозг шерстью покроется такими темпами.

Закончив с делами, мы проверили работу башни хокаге – пробежались по отделам, дали кому-то втык, кого-то похвалили, рабочие моменты в общем – еще раз убедились, что дел не предвидится и с чистой совестью пошли домой. Жили мы все так же в главном архиве Конохи, у нас там была уютная комнатка, наполовину заваленная книгами, свитками и писчими принадлежностями. Вторая половина была забита бутылками с алкоголем, мягкими игрушками, коллекцией щеток. В центре лежала большая, мягкая, зачарованная на чистоту и тепло лежанка.

Я тут же потянулся к ящику с вином, а Мататаби – к стопке книг с легендами и мифами. Кажется, она их по второму или даже третьему кругу читает. Отправить, что ли, Ястреба, искать пополнение коллекции… Времени нет совершенно.

Хм. Хотя… Хокаге я, или колтуны вычесываю? Объявлю по диппочте о пополнении архива историческими, философскими трактатами, художественной литературой, буду платить вознаграждение за оригиналы… Благодаря Учихам и Акимичи у нас такой дикий профицит бюджета, что деньги негде хранить, отдел финансов не успевает делать перерасчеты. Вон, госпиталь Конохи из двухэтажного здания стал семиэтажным, уже переманена целая армия специалистов. Да что там, Коноха стала ведущим инвестором в новейшие разработки. Когда я ставил лапку на увеличении финансирования кондитерского предприятия Учих, я рассчитывал на прибыль через год или даже два, но не через четыре месяца, и уж тем более не на такую.

Какой же я все-таки прекрасный правитель, хе-хе… Времени бы еще найти, а то я даже книгу Пацифиста уже неделю не открывал.

Я налил себе вина в блюдечко и растянулся на лежанке, разметав хвосты во все стороны. Эх, хорошо после работы отдохнуть… Вот полежу, расслаблюсь, и пойду в библиотеку, давненько я там не был. Проведаю Сатори, узнаю, что ему там надо, может, попробую заняться одним из множества своих проектов.

В дверь вежливо постучались.

Так как я слишком уж хорошо развалился на лежанке, я не стал вставать, вместо этого я поднапрягся и открыл дверь магическим телекинезом. Хм, такими темпами я забуду, как чакрой пользоваться… Попытаться, что ли, освоить совмещение зачарования и фуиндзюцу? Было в книге Пацифиста что-то подобное, надо почитать основы.

– Там это, Какузу в приемной стоит, – Хорек развел руками, мол, ничего не могу с этим поделать.

Я сделал грустную морду, потому что вставать и работать вот вообще не хотелось.

– Ну хокаге-сама, это нечестно… Ниби-сама, и вы туда же?

– Приемные часы еще не закончились, – рядом из шуншина вывалилась Пантера, уперев руки в бока. Мы с Мататаби устроили ей бомбардировку милотой, но восьмихвостая анбу была к ней иммунна. Женщина довольно бесцеремонно подняла наши тушки, точнее, попыталась – верная своей кошачьей природе, биджу просто «вытекла» обратно, а я тут же начал кусаться. – Ну чего встал, помогай.

Мы создали монстра. Подтянет навыки – лично девятый хвост выдам и нареку титулом «Укротитель биджу», после чего отправлю укрощать Чоумея.

Лишь бы не спелись, такого тандема мир не переживет.

При поддержке Хорька и примчавшегося на шум Ястреба Пантера вынесла нас на улицу, после чего пришлось перестать изображать из себя меховой коврик и… Нет, не идти на своих четырех, а усесться на голову шиноби. Вид анбу с хокаге на голове уже был нормой в Конохе, так что никто даже внимания не обратил. Мататаби так и вовсе задремала у Пантеры на ручках, и если бы не жилетка с кучей карманов и специфический окрас, сошла бы за обычную крупную домашнюю кошку. Впрочем, дрыхнущей где ни попадя биджу уже тоже не удивлялись, урабатывалась она так, что вырубалась буквально на ходу. Нравилось ей чувствовать себя нужной, полезной и даже незаменимой.

Хм, вот кого надо сделать нидайме. Лет через пять-десять передам ей шапку и усиленно возьмусь за подготовку преемника среди шиноби. Ну не дело это, что биджу управляет скрытой деревней, на нас на международной арене косо смотрят… Или это из-за монополии на кондитерские изделия? А, линька с ними, с людишками, мне работать надо… Эх.

Я прямо с головы запрыгнул на «тропу Кьюби» и поднялся к себе в кабинет, хвостами держа все еще спящую кошку. Пусть спит, разбужу, как работа для нее появится, если сама не проснется. Убедившись, что в кабинете чисто, чинно, благородно, я уложил биджу на лежанку у стеллажа с книгами и выглянул в приемную.

– Доброго дня, Какузу-сан, – я сразу настроился на деловой разговор. Этот такинин выглядел слишком серьезным, чтобы вести себя как с моими шиноби. – Прошу прощения за длительное ожидание, вы можете войти.

– Благодарю, хокаге-сан, – шиноби уважительно – ровно на протокольный уровень – поклонился и с грацией и уверенностью правителя вошел в кабинет.

Полчаса ушло на расшаркивания, причем я буквально чувствовал, что Какузу, как и мне, все эти рассусоливания вообще не нужны, но правила, необходимость держать марку, все дела… Да и, похоже, тема была достаточно серьезной. Наконец, с этикетными делами было покончено и можно было перейти на менее формальный тон.

– Так что же вас привело ко мне, Какузу-сан?

– Я слышал, что вам требуется опытный экономист для работы с финансовыми потоками кондитерской империи Учиха-Акимичи.

– Вы должны понимать, что просто так взять вас на эту должность я не могу. У вас есть какие-либо рекомендации?

– Боюсь, я не могу предоставить подобных документов, однако, я готов на длительный испытательный срок.

– Хорошо, но я бы хотел услышать причину, сподвигшую вас на столь радикальную смену деятельности.

Ну, захотел – услышал. Если скомпоновать длинный, подробный и, что самое главное, строго по делу рассказ в одну фразу, то выйдет «я люблю деньги и хочу их зарабатывать». Нет, там все куда запутаннее, интереснее и серьезнее, но во всем прослеживалась любовь к пресловутым ре. В общем, идеальный человек на эту должность, лишь бы воровать не начал.

Короче говоря, отправил я его на проверку к Яманака, да поручил анбу провести дополнительное расследование. По факту, ничем он навредить банально не сможет, так как кроме него там уже целый штат работает, но если хорошо себя покажет – быстро поднимется по карьерной лестнице.

Ну и у Учих не забалуешь, они свои кондитерские любят, холят и лелеют.

Ладно, раз уж я тут, надо бы заняться работой… Вздохнув, я с неохотой подтянул к себе маленькую стопочку документов, плошку с пропитанной чернилами губкой, тряпочку, и погрузился в чтение.

Бумажки, бумажки… Как ни воюй с бюрократией, даже изнутри, избавиться от нее невозможно, без вреда для дела как минимум. Вот и приходится тратить время на принятие решений и подписи, благо хоть свою лапу я ставлю чакропроводящими чернилами, лучше любой печати указывает, что документ мною заверен. Правда, архив пришлось экранировать. Даже учитывая мизер вложенной чакры, из-за количества облапанных документов фонил он со страшной силой.

К слову, шиноби теперь не говорят "подать документы на подпись", они теперь говорят "отдать документы на облапать". Тьфу на них… Надеюсь, никто не додумается в свои личные печати добавить лапки, а то такими темпами символ деревни менять придется.

О, почта из Узушио, ну-ка… Блин, и они туда же… На конверте, прямо в центре, был кружок с надписью по контуру "облапать тут". Узнаю почерк Мито, да и чакра знакомая.

Шлепнув по обозначенному месту, я подождал, пока фуин отключится – наворотили-то, дед мой Джуби – аккуратно распечатал конверт и расстелил на столе большой лист бумаги с еще одной фуин и целой кучей поясняющего текста. Так-так, что тут у нас… Я окинул взглядом печать, прочитал пояснения и радостно потер лапки, они все-таки выполнили мой давний заказ!

Это схема и метод наложения фуин на книгу! Причем не каждый лист отдельно разрисовывать, сразу на всю книгу! Какая комплексная, сложная и изящная работа, вся книга становится одной большой фуин, то есть запечатывание происходит не в отдельные листы, на тех только ключи изъятия предметов. Великолепная работа, более того, на обложку можно наложить отдельные фуин для защиты самой книги. Единственная проблема та же, что и с запечатывающими свитками – нельзя запечатать то, что уже запечатывает… Ну, можно, на самом деле, но эта печать настолько сложная, что… Хм, а тут маленькая фуин в углу…

Распечатав письмо, я улыбнулся. Мито слезно просила вернуть тот уникальный свиток, так как он им очень нужен вот прямо сейчас, если не вчера, а новый делать – не одна неделя и даже не месяц кропотливой работы. И правда, надо бы уже вернуть его, заодно и остальную часть платы за разработку новой печати отправлю.

Эх, хорошо, когда все хорошо… И работы, к счастью, немного, особенно по сравнению с объемами при том же Хашираме. Здоровая оптимизация – это хорошо.

Наконец, приемные часы закончились. Я кое-как отловил бегающую по башне Мататаби – кошка носилась, занимаясь какой-то очень важной работой, которую напрочь отказывалась перекидывать на других. Видите ли, не верит, что справятся… Ну, когда-нибудь перебесится, я в этом уверен.

Лишь бы это случилось после того, как я ей шапку отдам.

В общем, мы пошли домой, наслаждаться заслуженным отдыхом после рабочего дня.

Потянулись однообразные, спокойные дни. Работа с идеями для экзамена, работа с документами, обсуждение с Учихами и Акимичи расширения предприятия – Какузу предложил начать открывать рестораны в соседних странах, для чего мне придется договариваться с местными каге на тему допуска шиноби Конохи. Обучать местных никто, естественно, не будет.

Отдельной строкой шло расширение библиотеки, а так же проект нового Международного Архива. В нем планируется разместить для общего доступа различные исторические, философские, исследовательские и художественные источники, копии, естественно. Предполагается, что Архив будет резервным хранилищем, ну и просто облегчит работу куче людей. Для создания копий планируется нанять целую армию писарей, а еще в Стране Снега пообещали что-нибудь придумать на тему механизации процесса. Еще б они не обещали, с учетом нашего-то финансирования…

Эй, кстати, заявил, что что бы там не придумали, в Стране Молний сделают не хуже. Кажется, они решили включиться в гонку технологий.

Пришло письмо от Хаширамы – они с братом приняли заказ и теперь активно его выполняют. В качестве награды за выполнение я пообещал отстать от них с требованием взять ответственность за команду генинов, которых обучал Тобирама, так что, чувствую, все они выполнят. Как бы даже не перевыполнили…

В Узушио отправлен уникальный запечатывающий свиток вместе с оплатой заказа, а так же был отправлен заказ на специальную терморегулирующую печать для нанесения на коробки и стеллажи. Учихокондитеры всерьез решили придумать способ не только изготавливать торты под заказ, но и заранее делать готовую продукцию для розничной реализации. Я в своих закромах таких не нашел – только ту, что превращает целое помещение в холодильник-кладовку, но им этот вариант не подходил. Они, видите ли, хотели тортики на витрине выставлять, чтобы было красиво.

Учихи вообще страшно двинулись на почве кондитерских изделий… Вот и сейчас, пришла делегация с главой клана, поставила передо мной большое блюдо с неказистыми на вид пирожками. Я повел носом, пахнут аппетитно.

– Какой на этот раз проект?

– Высокоэнергетический паек для шиноби, быстро усваивается, ускоряет восполнение чакры, не вызывает привыканий и побочных эффектов. Рекомендуется употреблять вместе с витаминными пилюлями в полевых условиях, когда нет возможности нормально питаться, – с гордостью продекламировал Учиха. – Если не есть больше пяти штук в день, лишнего веса не вызывает.

Я приподнял бровь, намекая, что мне очень интересно последнее дополнение.

– Кагами-кун быстро пришел в форму, – добавил глава клана.

Я представил себе толстого Учиху. Зафыркал, сдерживая ржач, шиноби заулыбались, наверное, поняли, чего я тут пыль гоняю. Я достал бланк, написал приказ о премировании ответственных за разработку нового пайка, поставил лапку и отдал лист поклонившемуся человеку. После чего тут же достал другой, где приказал сформировать опытный отряд и выдать им эти пайки вместе с пилюлями. Нужно испытать новую разработку в деле.

Пирожок я, кстати, куснул. Нежный, сладковатый, но не приторный, легкий. Жажды не вызывал совершенно благодаря какой-то хитрой начинке. Я прислушался к себе, хм, действительно, сил даже как-то прибавилось, и чакра движется активнее, и это-то у меня.

– Вам что-нибудь кроме материальной помощи надо? – решил я дополнительно поддержать клан. Ну а что? Им все нравится, мне все нравится, такое надо поощрять.

– Нет, хокаге-сама, все замечательно! – глубоко поклонился глава клана, а за ним и вся делегация.

Учихи добровольно и с полной самоотдачей гнут спины. Хы, представляю, какие были бы круглые глаза у Тобирамы, если бы он здесь присутствовал…

Одна делегация ушла, пришла другая, на этот раз для заказа миссии. Судя по тому, что пришли лично ко мне, попахивает А-рангом, не ниже, все остальное идет через канцелярию.

Если опустить долгие и витиеватые разговоры – от которых, кстати, Мататаби, мирно занимающаяся какими-то своими делами, тут же вышла в окно – то все сводилось к наему шиноби для решения проблемы со шпионажем в одном отдаленном городке. Там как раз наши открываться собирались, кстати… Что интересно, похоже, кто-то активно пытался сменить верхушку.

Дурные шиноби, нет, чтобы как я в свое время, тихо-мирно экспроприировать нужное, они начинают что-то свое, дурацкое выдумывать. Людишки.

– Хорек, вызови-ка команду Сетсуны, – обратился я к потолочной балке. Мелькнули тряпичные хвосты – анбу умчался искать Учиху. – Ранг миссии «А», оплата получена.

Я шмякнул лапу на документ под заинтересованными взглядами заказчиков. М-да, скоро можно будет свое рабочее место на открытый воздух переносить, и собирать толпы народу, желающих поглазеть на облапывание документов. Аншлаг будет…

Учиха – точнее, Учихи, целых четыре штуки – появились быстро, не просто же так я за ними Хорька отправил.

– Сетсуна, у меня для тебя ответственное задание. Уважаемые заказчики пришли просить о помощи, так как в их городе действуют враждебные шиноби. Хотят, похоже, своих людей посадить.

Шиноби был напряжен еще с момента появления – знает, что я просто так вызывать лично никого не буду, но когда он услышал название города… О, этот пылающий взгляд. Капитан особого отдела полиции Конохи, занимающегося защитой кулинарных секретов Аканаши – предприятия Учиха-Акимичи – из кожи вон вылезет, но переловит всех шпионов. Лишь бы не переусердствовал… Окаяма, конечно, город достаточно отдаленный, но все же крупный, не просто же так в нем филиал Аканаши открывается. Да и там планируется возвести научно-исследовательский центр Конохи… Кхм.

– Ступайте, – я доброжелательно улыбнулся и делегация отправилась в путь. – Мататаби, они ушли.

– Точно ушли? – в окне появилась кошачья морда.

– И даже не вернутся в ближайшее время.

Кошка забралась в кабинет, отряхнулась, прилизала шерсть на боку и потыгыдыкала по делам, помахивая хвостами. Вот не нравятся ей эти заказчики, хоть ты тресни.

– Однажды тебе придется ведь говорить по протоколу, ты ведь знаешь это?

– Я введу свой, с саке и данго, – фыркнула биджу и была такова. Я стянул с головы шапку и вздохнул, ну, это будет уже не моя проблема.

Дурацкая работа, я с ней становлюсь похожим на политика. Я не хочу быть политиком, спасите меня, я хочу в архив, чихать от пыли и погружаться в чужие истории… Хнык.

Ладно, я похлопал себя по щекам лапами – естественно, убедившись, что не поставлю себе печать на лоб – и заглянул в тетрадку с записями о делах. Дел было много. Вздохнув, я поднял свою многохвостую попу и пошел эти самые дела делать.

За рутиной прошло еще несколько дней. Вернулся с миссии Сетсуна, доложил о полном выполнении задания, а после пришло благодарственное письмо от заказчика. Как выяснилось, к нам полезли шиноби из Суны, на что я предпочел закрыть глаза – как бы Кьюбитай уже месяц как шпионит на территории Страны Ветра, есть там парочка интересных местечек, вроде Рьюмьяку. Рето довольно однозначно высказался на тему моего интереса к этой штуке – угу, пообещал хвосты купировать, жадина – но когда меня останавливали запреты?

Но что намного важнее, спустя еще неделю братья Сенджу выполнили свое задание. В тот день я как раз руководил мероприятием для генинов в библиотеке, рассказывал о великих шиноби прошлого и настоящего, о том, как все было в древние времена, которые помнил, вообще-то, лично, и так далее. И вот в этот момент, когда я с воодушевлением рассказывал о противостоянии Сенджу и Учиха, один из них ворвался в зал с горящими глазами и перекошенной от бешенства мордой. Впрочем, я не растерялся.

– А вот, дети, один из тех, кто закончил то древнее, берущее начало из глубины веков противостояние между сильнейшими кланами шиноби Страны Огня, – я запрыгнул опешившему от происходящего Мадаре на плечо. – Один из сильнейших шиноби нашего времени, Учиха Мадара решил прибыть к нам в гости. Не стесняйтесь задавать ему вопросы!

После чего наклонился к самому уху Учихи и проникновенным шепотом проговорил:

– Напугаешь мне детишек, я на тебя Хашираму натравлю.

Стоящий рядом Сатори вздрогнул от моего голоса и торопливо уткнулся клювом в книгу, мол, его тут нет. Мадара же застыл, сжимая в одной руке рукоять своего веера-гунбая, а в другой – кусаригаму, явно не зная, как реагировать на происходящее.

– Учиха-сама, – робко пролепетал мелкий генин, из Сенджу. – А… А как вы встретили Хашираму-сама?

Мадара зыркнул на меня, все еще сидящего у него на плече – я его еще и хвостами ненавязчиво приобнял – и принялся рассказывать историю знакомства.

Да-а-а, голос у Учихи поставлен что надо. Дети аж заслушались, ему бы сказителем работать, а не по лесам с гунбаем бегать. Тьфу, такой талант ведь пропадает.

После Сенджу детишки сначала робко, а потом все увереннее и увереннее начали задавать вопросы. Обо всем, и о войне, и об истории клана, и о каких-то не слишком личных вещах, типа любимой еды или места. Спрашивали и о причине, по которой он покинул деревню – Мадара тактично объяснил свой побег необходимостью поразмышлять в одиночестве. В общем, я видел, что у Учихи не то, что заканчивается терпелка, его от заливания всего вокруг огнем останавливало только то, что его окружали дети. С учетом рассказанной им истории, оно и неудивительно, что таких мелких еще не совсем шиноби он трогать не хотел, чем я нагло и пользовался. Но, вообще-то, пора закругляться.

– Итак, дети, – я спрыгнул на пол и ткнул Сатори в бок хвостами. Карасу каркнул и принялся раздавать детишкам гостинцы в виде печенья с лапками. Даже Мадаре сунул зачем-то, вот чудак-демон. – На этом наше погружение в историю заканчивается. Надеюсь, оно было увлекательным и вам понравилось. А теперь поблагодарите нашего гостя!

Генины начали благодарить Мадару, который стоял с каменной мордой и периодически кивал, а когда помещение освободилось – Учиха даже проверил, что все отошли подальше и плотно закрыл за собой дверь – я приготовился…

– ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ С МОИМ КЛАНОМ?! – заорал Мадара, не зная, то ли замахиваться на меня гунбаем, то ли идти бить морду ногами.

– Я? Я вообще такого не планировал! – открестился я от предъявленного обвинения. И ни капли лжи! Когда я делал их кондитерами, я думал, что они начнут психовать и хотел использовать это для выбивания уступок, чтобы они мне потом мозги не шерстили. Кто ж знал, что им понравится…

– Учиха – воины и шиноби, а не кашевары!

– Кондитеры.

– Да к биджу! Я требую…

– И они тебя на месте сами и четвертуют, – грубо перебил я Учиху. Тот замолчал, подозрительно на меня щурясь, после чего резко обмяк, чуть не выронив оружие.

– Значит, Хаширама сказал чистую правду? – тихо, чуть ли не себе под нос, пробормотал Мадара. – Мой клан… Они и правда?..

– Ага. Знаешь, я все жду, когда мне скажут, мол, так и так, от радости у наших кондитеров шаринган пробудился. Ты же не будешь лишать свой клан радости и шанса навсегда забыть о проклятии ненависти?

– Без ненависти не быть шарингану, – твердо заявил Мадара. Я скептически приподнял бровь. – Думаешь, в прошлом не было ничего подобного? Ненависть дает силы нашим глазам, не просто сильная эмоция, но именно негатив! Ненависть, отчаяние, боль, злоба! Без них шаринган не пробудить!

– Ой да сдался вам этот шаринган, – я фыркнул, но потом задумался. То-то в последнее мирное время шаринганистых так мало стало. С другой стороны, мне всего-то надо отправлять их в бой почаще.

– Что значит «да сдался»?!

– Да то и значит! Значит так, товарищ Мадара, – я смерил нахмурившегося Учиху взглядом. – У меня есть команда генинов…

– Отказываюсь! – рявкнул шиноби, но я продолжил.

– …Которых одно время наставлял Тобирама. О, заинтересовался? Короче. Ты их обучаешь, доводишь до звания чунина, и я подумаю над тем, чтобы включить тебя в список кандидатов на пост хокаге.

– Я так понимаю, шанс оказаться в списке напрямую зависит от успехов команды?

– Именно! – я замахал передней лапой. – И чтобы тебе была мотивация, пока в этом списке только одна позиция, и занимает ее Ниби.

Учиха фыркнул, но явно крепко задумался. Он и без меня прекрасно понимает, что народ за него голосовать не будет – не после событий в Долине Завершения. Но вот посадить верного ученика – это уже чего-то да стоит.

А я всего лишь переформатирую ему мозги. Я очень хочу увидеть Мадару за готовкой торта, вот прямо идея-фикс у меня. Ничего, Мадара-кун, я из тебя еще сделаю нормального человека.

Нормального по моим меркам, конечно же.

Глава 8. Единый чунинский экзамен, часть 1

– Двести десять участников, Мататаби, ДВЕСТИ ДЕСЯТЬ. Где мне их размещать, на крышах?

– Да, что-то мы просчитались…

Кабинет утопал в заявках. Семьдесят команд суммарно, из десяти деревень, Коноха, Суна, Ива, Кумо, Кири, Узушио, Таки, Куса, Аме, Юга... Остальные малые деревни предпочли в этот раз отказаться от экзамена, хотя и прислали своих наблюдателей. А ведь были еще и шиноби-наставники, те самые наблюдатели, личные телохранители каге и глав деревень, команды обеспечения безопасности... Если бы во главе Конохи стоял не я, а у нас не было злого и невыспавшегося Мадары, не было бы такого экзамена.

К слову о Мадаре, он, кажется, перманентно невыспавшийся. Я уже ему в еду и воду седативные подливаю, а то надоел своими мешками под глазами хвастаться. Пока не помогает, но и препараты я не сильные подкидываю, организм шиноби такими сходу не перебороть. Ну и делаю это не я, а Кьюбитай... Никто другой не справится.

Этот же Кьюбитай, как и все АНБУ в принципе, обеспечивает безопасность деревни. Если бы к нам приперлись мои родственнички, я бы демонстративно повесился на собственной башне.

Вот куда, куда мне девать под четыре с лишним сотни народу? Я предполагал, что всего, ВСЕГО будет человек, ну, сто, сто пятьдесят, и инфраструктуру выстраивал соответственно, да и не подготовиться за шесть месяцев нормально к приему такой оравы. Пришлось срочно кидать клич Хашираме и тащить на себе Узумаки, чтобы хоть какие-то удобства с помощью печатей обеспечить. Экзамен предполагается длительностью аж в полтора месяца, так как будет проходить в четыре этапа.

Первый – командное взаимодействие, цель – проверить сработанность генинов внутри их групп. Предполагается, что если генины за время обучения не смогли сработаться, то и чунина им давать рано, ведь с этого ранга начинается тасование кадров.

Второй – проверка не боевых навыков. Комплексные тесты на смекалку, соображалку, думалку и тому подобное, всякие инфильтрации, теоретические знания, все в таком духе. Будет самым долбанутым этапом, так как в него я запихнул самые упоротые идеи.

Третий – проверка боевых навыков. Самый скучный по моему мнению этап, тупо поединки как друг с другом, так и с экзаменаторами, для выработки максимально объективной оценки.

И, наконец, четвертый этап. Проверка тактических навыков и способности к командованию и сложным взаимодействиям. Тактические игры с тасовкой участников, взаимодействия с шиноби чужих деревень, общие стратегические знания. На него я делал особую ставку, как на этап, где вынужденно будут тасоваться участники. Умение удерживать в узде свои претензии к чужой деревне, дипломатичность, все это было очень важно с точки зрения обеспечения мира. Лучше мы будем воевать за земли и влияние в кабинетах, чем на полях сражений.

Ну и вишенка на торте – Международный Форум Шиноби, аналог Гокаге Кайдан, только с присутствием малых деревень. Ох и выедят мне на нем мозги...

На то, чтобы обработать заявки, ушло больше четырех часов работы с клонами. Я так не ухайдакивался со времен вступления в должность! А ведь осталась проблема с размещением, благо основная масса участников и сопровождения еще не прибыли, но драть хвосты жесткой щеткой, ожидаются-то они со дня на день! Времени нет, вообще нет, совсем нет!

– Хорек, что по Хашираме? – выкопавшись из бумаг, я нашел взглядом АНБУ.

– Мито-сама сказала, что он скоро прибудет.

– Раз Мито сказала, значит, и правда скоро. Пантера все так же везде носится?

– Да, хокаге-сама. Ястреб закончил запечатывать архивы, охрана усилена.

– Что там Мадара чудит? – я собрал листы заявок в аккуратные стопки и вызвал людей, чтобы их забрали. Обработка закончена, теперь только подтвердить прием... Не то, чтобы я планировал кому-то отказывать, меня бы не так поняли, но бюрократию надо формировать заранее.

– Не могу знать, хокаге-сама, Учиха-сан и его команда находятся на закрытом полигоне.

Знать не знаю, чему там этот дурной шиноби учил Сарутоби, Митокадо и Утатане, но по словам самого вечно не выспавшегося они более чем готовы, чтобы стать чунинами. И вообще его ученики самые лучшие, самые умные и самые крутые.

Завести своих, что ли, а то этот засранец задолбал хвастаться... Тем более, что мне все равно надо обучать преемника, Мататаби в роли Нидайме – это весело, но не стоит создавать традицию. А то так у нас каждый биджу хокаге побывает, даже думать не хочу, что там придумает тот же Чоумей.

И перспективных кадров вполне достаточно, на самом деле. Вон, есть тот же Данзо из Шимура, уже успел прославиться освоением клановых техник воздуха – вакуумных, да еще и на неплохом уровне. Серьезный молодой человек, не попорченный всякими там Сенджу с Учиха, может, под свои хвосты взять? Будет конкурентом Хирузену, вроде его Мадара собирается в будущем на звание шляпоносца выдвигать.

– Хорек, а в чьей команде находится Шимура Данзо?

– Эм... Надо уточнить, хокаге-сама, по спискам. Вроде, в его команде Учиха Кагами, весьма перспективный молодой шиноби с нетрадиционными для Учиха Ичизоку взглядами.

– Кагами-куна я знаю, он все же слишком мягкий для этой должности, – проворчал я. Мы оба прекрасно понимали, для чего я затеял этот разговор. – В общем, уточни статус Данзо-куна, пора задуматься о преемнике. Не должен биджу руководить деревней шиноби.

– Почему, хокаге-сама? Вы прекрасно справляетесь, и Коноха при вашем управлении процветает.

– Да я рехнусь, если буду людишками дурными еще лет десять руководить! Без обид.

– Конечно, хокаге-сама, – Хорек, как и вся троица АНБУ, были в курсе нашего отношения к большинству людей. Впрочем, когда вынужденно работаешь с такой кучей народа, начинаешь искренне сомневаться в адекватности людской массы.

Пантера, в виду должности помощника секретаря, особенно прониклась нашими взглядами, и теперь о чем-то регулярно шушукается с Мататаби на перерывах. Боюсь представить, чему эта кошка научит АНБУ.

В очередной раз вздохнув, я вернулся за стол и принялся копаться в папках в поисках нужного бланка заявлений. Канцелярия их заранее расчерчивает, чтобы по востребованию можно было просто заполнить пробелы, шлепнуть лапку да и пустить в дело, все лучше, чем полностью самостоятельно писать. Еще один результат стандартизации форм документооборота. Еще б этим кто-то вместо меня занимался, эх.

Мне нужно было сформировать единую миссию для шиноби от уровня чунина и выше для обеспечения безопасности деревни и ее населения. Тот еще дурдом, на самом деле, я как бы предполагал использование этой формы на случай войны, а не экзамена.

– Да где же эта жеванная бумажка... – ворча, я листал папки всеми хвостами, лапами и носом, но никак не мог ее найти. – Ниби, где форма единого неотложного приказа?

– Так ее же отправили на доработку в канцелярию.

– В смысле? Когда?

– Так еще вчера, планово, вместе с другими формами, – Мататаби развела лапами. – У нас же плановое обновление документооборота идет.

Я сел в лежанку, задрал морду и тихо, тоскливо, но совершенно по-волчьи взвыл, пользуясь тем, что никто меня кроме присутствующих в кабинете не услышит.

– А еще у нас штатная проверка средств обеспечения первичной безопасности, отчего часть команд находится в окрестностях Конохи вместе со всеми не занятыми в обязательном дежурстве Узумаки.

Я перестал выть и начал рыдать. Неистово.

– Ой, да успокойся ты, все нормально будет, – не слишком уверенно протянула Мататаби.

– У нас через три дня начало экзамена, нам негде размещать ораву нервных шиноби, бюрократический аппарат и система безопасности частично выведены из строя в результате плановых работ по модернизации, а ведь у нас еще и очередной генинский выпуск через два месяца! – я впечатал морду в стол, пробив носом столешницу и благополучно застряв, отчего оставшуюся тоскливую триаду я промычал.

– Ну... Это... Может того, по бочоночку? – я выдернул морду и угрюмо воткнулся взглядом в кошку. – Что? Помирать, так хоть с песней.

– Хокаге-сама, не утрируйте, мы справимся, – возникшая из шуншина Пантера подняла меня на ручки и, сбив щелчком шляпу, принялась начесывать за ухом. – Хотите, я всем хвосты накручу и они будут активнее работать и меньше вас доставать?

– Хочу, – фыркнул я, насильно, но без особого сопротивления свернутый в клубок.

– О, а у нас истерика? – понятливо протянул Ястреб, сидя на подоконнике.

– Пока еще только зачатки, – хмыкнула Пантера, садясь на стол.

– Повышение хочешь? – я задрал морду, чуть не ткнувшись носом в маску куноичи.

– Вот после экзамена и обсудим.

– И Хорька повысим. А Ястреба официально заведующим архивным подразделением сделаем...

– Но, хокаге-сама, я ведь ваш помощник.

– Замом по архивной части?

– Вот так уже лучше.

– Ладно, надо возвращаться к работе, – я тяжело вздохнул, нахлобучил на себя шапку телекинезом и был аккуратно посажен Пантерой в кресло-лежанку. Куноичи тут же умчалась накручивать хвосты офисным работникам.

Сколько работы, сколько проблем. И так будет раз в пять лет... Хорошо хоть, по планам я уже скоро таки избавлюсь от этой дурацкой шапки, а то она мне плешь проедает потихоньку.

К счастью для иностранцев, Хаширама прибыл в деревню действительно быстро, на следующий день после Мито. Глава клана Узумаки дождалась, пока я обрисую виновато улыбающемуся и активно потеющему Сенджу его задание – в темпе хорька под стимуляторами оформить нам гостиничный комплекс – и утащила мужа куда-то. Не удержавшись, благословил их на новых щенят, на что неожиданно получил искреннюю благодарность от женщины и полный паники взгляд того, кого называли Шиноби но Ками.

А вот нечего было все на меня спихивать. Если у них все выйдет, оформлю Хашираме зачатие потомства как миссию S-ранга.

Примчавшийся Мадара остался не у дел, хотя ему очень хотелось со своим другом-противником смахнуться. Пришлось пообещать обустроить отдельную арену – скорее всего даже в Долине завершения, ее не так жалко, да и статуи мне тамошние не нравились – и организовать бой на всю катушку. Обсудил с Мататаби и трио АНБУ возможность организации тотализатора и зрительских мест, они идею поддержали и даже обещали подумать на досуге, чтобы не только у меня голова болела.

Увидел Хирузена. Мальчишка, каким я его помнил, подтянулся, вырос даже, возмужал и стал серьезнее. Правда, мешки под глазами точь-в-точь как у сенсея, но это мелочи, право слово. Оказывается, они с Данзо были знакомы, так что я мысленно потирал лапки – я, конечно, еще ни разу не был наставником, но и Мадара тоже. Посмотрим, чей подход будет эффективнее, будем делать из Шимуры супер-шиноби.

В общем, ко дню открытия экзамена у нас было все готово.

Новый полностью оснащенный гостиничный компекс на пятьсот мест, ради которого пришлось спилить почти весь Дурной лес, был построен по новейшей технологии с обширным применением не только мокутона Хаширамы, но и в целом техник шиноби, а так же фуиндзюцу. Рядом с гостиницей были расположены гостевые полигоны.

Была закончена вся бумажная волокита, сделаны выводы и внесены правки в форму заявления – вместо того, чтобы оформлять каждую команду, было решено сделать единый документ для каждой деревни-участника.

Был окончательно вылизан список заданий на каждый из четырех этапов, экзаменационная комиссия ознакомилась с критериями оценки, все были довольны. Так же были назначены даты проведения Гокаге Кайдан и Международного Форума Шиноби.

И я даже выучил речь, которую собирался читать перед целой толпой ще... Детворы, стоящей аккуратными рядами на территории Арены. Другой подходящей площади не было.

– Рад приветствовать всех соискателей на звание чунина на территории Конохагакуре но Сато! – мой голос, усиленный зачарованным громкоговорителем, разнесся по арене. Благодаря магии Пацифиста, совмещенной с фуиндзюцу, звук равномерно распространялся по всей площади. – В этот знаменательный день мы все собрались на первом Едином Чунинском Экзамене, на котором вы, молодые шиноби, будете не просто биться за повышение, но и демонстрировать мощь и силу своей деревни, олицетворять ее возможности! Но пусть давление ответственности никоим образом не скажется на ваших навыках, ведь сила людей – в единстве!

За такие слова хотелось самого себя по голове Книгой Пацифиста стукнуть, но что поделать.

– Так давайте же увидим, на что способна команда! Давайте же увидим всю вашу силу, ловкость, и интеллект! Помните, чунин – это не только и не столько сильный шиноби, сколько хороший командир, умелый боец, способный действовать в любой команде и любой ситуации! Так пусть вас ведет ваш ум и ваша смекалка! Давайте же увидим, на что способно новое поколение шиноби!

Ответом мне был воодушевленный рев сотен детских глоток. Эх, вроде и хорошо все а все равно ощущение, будто я страшно налажал.

– Первый этап – проверка вас, как команд. Продлится он один полный день, о чем вы должны были быть предупреждены заранее. Надеюсь, вы готовы к испытанию! Удачи!

На арену вышли экзаменаторы, быстро разделяющие армию генинов на отдельные группы и разъясняющие суть задания, а я спрыгнул с трибуны и направился на наблюдательный пункт, где информацию транслировали с помощью несколько модифицированного Томегане но Дзюцу, спасибо Тобираме, который успел выполнить заказ. Так что экзаменационная комиссия с комфортом уселась перед стеной, на которую и будут транслироваться изображения с экзамена.

– Первый этап! – а вот и еще одно нововведение – интеграция вместе с разработанным тем же Тобирамоц дзюцу передачи звука. – У каждого командира отряда есть конверт с заданием! Ваша задача выполнить его в указанный срок! Приступайте!

Большинство генинов оказались сообразительны – арена мгновенно опустела. Никто никак не ограничивал перемещения молодняка по Конохе, с одной стороны это вопиющее нарушение безопасности, с другой – все стратегические объекты под усиленной охраной, а присутствие всех каге несколько связывает им руки – так просто отбрехаться не получится. Наверное, хорошо, что мы первыми принимаем экзамен, у меня не забалуешь.

– В каждом конверте печать, – начал я объяснять задание. – Задача команды – донести печать до определенной точки. Причем преимуществ у наших генинов нет – на деревню наложено силами Учиха площадное гендзюцу, из-за чего в ней теперь заблудится даже чунин или токубецу джонин.

– А в чем проверка слаженности?

– Изъятие – не уничтожение, а изъятие – чужой печати вознаграждается... Но вот использование техник, кроме хенге, каварими и бушин но дзюцу, а так же любого метательного оружия запрещено, а печать так же блокирует на 70% контроль чакры любого, кто ее держит.

– Чтобы уберечь печать – уже придется продемонстрировать чудеса личных и командных навыков, а уж чтобы выкрасть... – Ишикава покачал головой. – Вы правы, хокаге-сан, в одиночку такое провернуть невозможно. Только команда, только слаженная работа.

– Потеря печати – гарантированный вылет? – уточнил Бьякурен.

– Кто сказал? В задании не указано, что вы должны принести свою печать. Вы всегда можете выкрасть чужую.

– А еще в критериях оценки не запрещена кооперация, и местами даже поощряется, – заметил глава Узушио. – другое дело, что об этом немногие в принципе задумаются.

– Да, формулировка задания специально подобрана так, чтобы создать видимость конкуренции даже с шиноби своей деревни. Заодно и посмотрим, насколько силен дух товарищества в молодом поколении.

Первые полчаса было тихо. Шиноби, ознакомившись с заданиями, предсказуемо начали потихоньку разбредаться. Конечно нашлись те, кто тут же попытался неожиданно выкрасть чужую печать, но в виду сильных ограничений все эти стычки закончились быстро – нападающим не хватало мощи и возможностей для задержания. Не то, что техники, кунаи и сюрикены запрещены. Чтобы поймать кого-нибудь, нужно разведать обстановку, устроить засаду с ловушками, молниеносно и слажено атаковать и тут же отойти, не дав опомниться. Очень сложная задача, но по силам слаженной команде, и так же такая команда имеет все шансы отбиться. А сброд, не способный даже внутри своей команды договорится, мигом вылетит.

Этап и правда сильно растянулся. Жесткие условия ожидаемо сковывали шиноби, но были и те, кто, как я и предполагал, смогли не просто удержать печати, но и добыть чужие. А команды из Конохи, Узушио, Ивы и Кумо вообще вызвали у меня особую радость, так как не просто объединились, но и помогли своим менее удачливым товарищам, отдав лишние печати. Главы этих деревень довольно улыбались, в то время как остальные были сильно задумчивы.

Спустя ровно сутки от изначальной армии в двести десять участников осталось сто сорок семь. Я, честно говоря, сильно расстроен, так как выбыли аж три команды из Конохи... И это на фоне того, что три другие объединились. Что-то в системе образования моей деревни людишек идет не так, надо над этим подумать на досуге.

Из малых деревень вылетело в общей сложности две команды. Изначально слабые и лишенные того багажа знаний, что накопили деревни большой пятерки, они сразу делали ставку на командную работу и это им помогло. Ну и Узушио, мастера барьеров, были тоже вынуждены тщательно выпестовать эту самую работу, так как далеко не все способны одними печатями кого угодно в бублик скрутить, как Мито или Ашина.

Сутки без сна для молодых генинов – ничто, но у нас тут экзамен, стресс, и вообще тестирование на пиковые нагрузки, так что следующий день был отведен на отдых. Ну официально это называлось «время выводов», когда прошедшие команды должны были обсудить этап и подумать, но истинной целью был все же отдых. Да и на свежую голову как-то проще воспринимается новость о том, что в дальнейшем их команды расформировываются и начинаются индивидуальные зачеты.

Правда, в наблюдательном зале была совершенно своя атмосфера, ибо Рето и Эй ржали, как кони, тыкая в список экзаменов на второй этап. Добиться от них какой-либо адекватной реакции не удалось, но зато сразу было видно, кто не читал разосланный в каждую деревню-участницу пакет документов.

Остальные-то еще у себя, скорее всего, проржались.

– Но фантазия у вас, хокаге-сан, конечно, богатая, – тактично заметил Саншоу но Юу из под респиратора.

Дурные людишки, сколько не живу среди них, никак не могу отделаться от мысли, что нормальных среди них не существует. Ну кто в здравом уме будет носить респиратор ПОСТОЯННО, не снимая вообще никогда? Интересно, а когда принесут пирожки, глава Аме их через решетку будет в себя пихать, или все же снимет маску?

Я украдкой покосился на пару АНБУ Кьюбитай, в составе международной группы охраны, и так же украдкой вздохнул.

– Хорек, что с сопутствующим ущербом? – спросил я потолок и тот тут же ответил.

– Незначительные повреждения жилого фонда. Близ стратегических объектов посторонних обнаружено не было.

Хм, мне показалось, или я услышал коллективный облегченный выдох? Показалось, скорее всего, у всех морды каменные, только Эй с Рето чуть ли не в обнимку сидят и тычут в лист с заданиями, да ржут.

Экзамены сплочают, хех.

Итак, второй этап, длительностью аж в неделю, из-за многочисленности заданий. Это будет самый длительный, самый комплексный тест, но самое главное, в нем смешаны как серьезные задания, так и откровенно странные, дурацкие и тупые. Все это нужно было, чтобы проверить стойкость шиноби, ведь если тебя легко вывести из равновесия какой-нибудь глупостью, то тебя так же легко и убить. Но самое главное, у большинства заданий предполагалось огромное количество вариантов решения.

– Внимание, соискатели! С этого момента вы все – соперники друг другу! Запомните это, начинаются индивидуальные зачеты! – надрывался над громкоговорителем один из экзаменаторов, на этот раз из Кири. – С сегодняшнего дня и в течение недели вы будете получать от двух до четырех заданий, так же будут массовые, парные и групповые этапы! Итоговая оценка за второй этап будет зависеть от ваших успехов в каждом задании! Брифинг будет в конверте! Будьте внимательны, соискатели!

– Первое задание, серьезное. Инфильтрация, – я уже привычно начал объяснять суть экзамена. – В стороне от Конохи создана силами экзаменаторов деревня. Задача всех участников в имитации мирной жизни. В деревню будут пущены экзаменаторы, которые не знают, сколько на самом деле в деревне обычных крестьян, их задача – найти генинов. Кстати, эти экзаменаторы из числа стажеров разведки каждой из деревень.

– И в чем подвох? – поинтересовался Юу. Что-то он активный сегодня.

– В этом задании ни в чем. Это действительно самое простое задание по инфильтрации.

Собственно, поэтому в этом этапе оценка комплексная. Не каждый обладает хорошими навыками в разведке и маскировке, всегда есть шиноби с боевым уклоном, есть ирьенины, разведчики. Важно получить максимум информации о подготовке генинов, чтобы решить, достойны они звания чунина или нет. Именно поэтому боевой этап третий. Я изначально хотел вообще сделать его четвертым, поменяв местами с тестом на командование и взаимодействие с незнакомыми шиноби, но меня отговорили. Мол, чунин должен быть все же сильным, да и можно подобрать пары участников так, чтобы не столкнулись чистый боевик и перспективный командир.

Но мне все равно это не очень нравилось. Я еще не отказался от идеи превратить шиноби во что-то более мирное.

Экзамен начался, у генинов было полтора часа на то, чтобы подготовиться к прибытию разведки. Молодые шиноби активно маскировались с помощью найденной в домах одежды, хенге, советовались друг с другом – первый этап посеял зерна сотрудничества в молодое поколение. К моменту прибытия двадцати экзаменаторов деревня уже выглядела, как самая обычная деревушка в глубинке. Ну, на первый, беглый взгляд.

Тех, кто маскировался только с помощью хенге, вычислили моментально, отсеяв сходу три десятка человек. А вот дальше началось веселье, которым мы наслаждались под землянику и чай.

Для начала одна бойкая девчушка – угу, Сенджу – замаскировавшаяся под бабку и идеально повторив деревенский говор обложила излишне дотошного шиноби из Ивы матом и погнала полотенцем со своего огорода. Больше к ней никто не приближался до самого конца задания.

Кстати о хенге. С десяток шиноби сделали хенге под свиней и теперь валялись в грязи, которую, кстати, заранее обработали, чтобы та повторяла контуры свиной туши. Проверяющие в грязюку лезть побрезговали, за что получили незачет уже как разведчики – цена им, если вони испугались, ноль без палочки.

Кто-то замаскировался под собаку, один под кошку, греющуюся на крыше. Вообще, живности было неожиданно много, и это придавало деревне настоящую живость. Генины под маскировкой очень активно и старательно имитировали деревенскую жизнь, перекрикивались, торговались, обсуждали выдуманные новости... Но и прокалывались часто.

Нескольких поймали на банально слишком чистой одежде, кто-то пропускал в речи нетипичные слова. С десятка два прокололись неумением обращаться с сельхозинструментом. В общем, проколов было много, но перспективные кадры были видны сразу и, я уверен, фиксировались всеми присутствующими.

Хе-хе, а между прочим, благодаря такому экзамену все будут знать о возможностях всех участников. Это снизит количество всяких там шпионов, ну, в теории, лишь бы контрразведка не обленилась.

Щенки получили около двух часов на отдохнуть, привести себя в порядок и перекусить – большинство обошлось какими-то пилюлями. Я в это время предвкушающе потирал лапки, так как следующим заданием будет то самое дурацкое, призванное выбить из колеи и оценить уровень смекалки генинов. Все присутствующие почти синхронно потянулись к проекции, явно предвкушая...

Вот экзаменаторы, старательно держа морды кирпичами, раздают конверты. Вот генины, явно чуя подвох, осторожно вскрывают их и вчитываются. Вчитываются... Еще раз вчитываются... После чего все идеально синхронно смотрят на ближайших к ним экзаменаторов с выражениями мордочек будто Мататаби вместо ее любимой вяленой рыбки в тарелку положили капусту.

Этакое «вы рехнулись или да?».

Кто-то из каге или глав малых деревень не выдержал и некультурно хрюкнул, я радостно оскалился.

– Задание – одолеть соперников икебаной. Всех делят на группы по двое, вперемешку. Прямое воздействие техниками запрещено, бить голыми руками или оружием запрещено. Нечетный генин сразится с кем-то выбывшим, по жребию.

Генины получили доступ к целой куче самых разных цветов – постарался клан Яманака, внезапно. Вот только, разбившиеся на групки щенки откровенно тупили и не знали, что делать, смотря на корзины цветов как на горящие кибакуфуда. Впрочем, недолго...

Первым опомнилась, вот уж неожиданность, девочка из тех же Яманака. Быстренько состряпав какой-то букет, она вручила его стоящему напротив пареньку из Суны. Парень секунду всматривался в букет, соображая, почему это на него смотрят так предвкушающе задумчиво, потом резко побледнел, затем покраснел... А когда куноичи резко оказалась совсем вплотную, неожиданно для всех гукнулся в обморок.

– Пожалуй, это самая необычная реакция на предложение жениться здесь и сейчас, – задумчиво протянул Юу. Я посмотрел на правителя Аме с подозрением – он-то в этом откуда разбирается?

Впрочем, начало было положено. Кто-то состряпал букет таким образом, что обычные казалось бы цветы все вместе умудрились вызвать аллергическую реакцию, две куноичи, похоже, соревновались, кто сделает букет красивее, пара парней с букетами носились по другим командам, предлагая их девушкам... Соревновались, кто больше положительных ответов получит?

Куноичи из Узушио просто и без затей шарахнула огромным букетом несчастного Ива-нина по голове, да так удачно, что того побежали реанимировать ирьенины. Я ел землянику и повиливал хвостами, пока остальные делали ставки, получится ли у молодого Учиха убежать от куноичи сразу из трех деревень и при этом не пасть жертвой зависти шиноби еще четырех. Паренек бегал уже минут пятнадцать и с каждой минутой выглядел все тоскливее и тоскливее. Подбадривающие вопли других Учих его однозначно не воодушевляли.

Но справлялись, конечно, далеко не все. Вскрылась проблема, о которой я подозревал еще задолго до экзамена, у людишек оказалось все не слава Ками с воображением и фантазией. Многие пытались подражать уже увиденному, кто-то пытался использовать цветы вместо кунаев, в общем, было о чем подумать. Критерии оценки на то и такие разнообразные и сложные, чтобы не было перегибов.

Учиху все-таки догнали, кстати, все три куноичи одновременно. Бедный щен... эм, мальчишка не знал, что делать и просто молчал, пока девчонки спорили, кому он достанется. Генин из Суны явно в запале заявила, что готова сменить хитай, из-за чего Рето подавился воздухом... А Эй заржал еще громче.

– Ладно, похоже, все заканчивается, – это испытание заняло меньше часа, и слава данго. Отбукетенного ива-нина поставили на ноги, и теперь все генины с большим подозрением смотрели на каменномордых экзаменаторов. – Следующий этап тоже из веселых, но не настолько упоротый... Хотя, как сказать. Всем шиноби выдается по метле. Самой обычной метле. После чего они идут на лесной полигон и добывают «секретные» данные. Использование метлы обязательно.

– А в чем подвох? – уже привычно поинтересовался Юу.

– В качестве источника информации выступает полевой лагерь шиноби большой пятерки.

Повисла тишина. Каге и главы малых деревень пытались представить, насколько в этом лагере будет чудовищный уровень паранойи, и не могли. Да, действительно крупных и серьезных военных конфликтов не было, но шиноби больших деревень успели понаступать на мозоли друг другу на заказах. Конечно, убийства и драки в целом были запрещены, но никто не говорил о всяком там шпионаже, мелких диверсиях без угрозы жизни и так далее. И вот в этот гадюшник вот-вот нагрянет целая толпа генинов с метлами.

– Вы – жестокий... лис, хокаге-сан, – заявил Бьякурен, покачивая головой.

Я лишь фыркнул. Там на поддержке и страже жизней стоят мои АНБУ из Кьюбитай. Если они провалятся, лично хвосты пообрываю, а это для них страшная угроза.

Получившие задание и инвентарь генины уже не зависли в шоке и недоумевании. Нет они все так же косились на экзаменаторов, друг на друга, но действовали. Собирались в группы – быстро догадались, хорошо – обсуждали возможное применение метел, и все это на бегу до полигона. Я же с благодарным кивком взял поданное Мататаби ведерко с земляникой и с комфортом устроился в кресле-лежанке. Остальные каге и главы деревень последовали моему примеру, благо всяких ягод, данго, пирожков и других вкусностей мы запасли много. Даже чай был, правда, безо всяких церемоний, но зато вкусный.

Лисята... Тьфу, генины справлялись по-разному, но все группы придумывали что-то свое. Как я и надеялся, столкнувшись с совершенно нестандартными задачами, к которым их никто не готовил, молодые шиноби начали напропалую импровизировать, придумывать самые разные методы решения задачи и просто творить всякое разное, в надежде, что это сработает. Чего только стоит группа генинов аж из семи деревень, объединившихся для добычи сведений – никто ведь не сказал, что это информация только для своих, верно? Ну эта толпа в два десятка лисят просто взяла и завалилась в лагерь в открытую, начав в самом буквальном смысле наводить порядок. У охреневших джонинов и чунинов случился ступор и глаза на лоб полезли, когда галдящая куча мелкошиноби принялась подметать землю. И ведь, что характерно, и правда убирались, а мелочь с наиболее подвешенными языками, пользуясь охреневанием видевших всякое, но не такое, шиноби по капельке выдавливали сведения.

Одна группа с Узумаки прямо на месте зафуиндзючила метлы, сделав из них пусть и криво, косо, но работающие артефакты для прослушки, скрытности и так далее. Тут уже даже я удивился, потому что до такой схемы бы никогда не додумался. Использовать прутья метлы в качестве антенны-уловителя, да я под саке такое не придумаю!

Про всякие попытки метлой оглушить, что-то поддеть, куда-то подлезть, я даже не вспоминаю – это было ожидаемо и не так интересно.

«Секретной» информацией, кстати, был следующий этап экзамена. Экзаменаторы, владеющие ею, получили четкий приказ никого специально не валить, а особо задерживающимся и вовсе помочь – все должны были пройти дальше. Но минусы в копилку таким горе-шиноби падали с запасом.

– Следующий тест, последний на сегодня. Он с одной стороны тоже нестандартный, с другой – серьезный. Шиноби проходят его индивидуально, в специальной зоне – их мы настроили много. В каждой такой зоне, представляющей собой выращенную мокутоном комнату, защищенную фуин по принципу банковского хранилища с поглощением чакры, находится целая куча предметов. Набросали туда, если честно, вообще все, что под лап... Руку попалось. Ставится задача – выбраться. Дверь демонстративно закрывается на замок... А на самом деле вся комната снаружи укрепляется каменными стенами. Выхода нет в принципе.

– Научить признавать поражение? – Юу, похоже, решил быть голосом разума сегодня. – Вы готовите их к современным реалиям, я прав?

– Да, – я вздохнул. – В эпоху какурезато нет острой, жизненной необходимости разбиваться в лепешку ради выполнения всех заданий. Да, еще остаются те, которые необходимо выполнить любой ценой, но таких немного.

И я надеюсь сократить их число до нуля. Потому что задолбали друг друга убивать, мне-то все равно, но книги и знания из-за этого уничтожаются слишком часто!

В зале не то, чтобы повисла тишина, но стало тише. Каге и главы малых деревень переваривали, фактически, мое открытое заявление о желании переломить об колено устои. По задумчивым глазам я видел, что они все всерьез восприняли мое предложение, пусть и высказанное таким вот образом, и теперь его обдумывали. Выдай его кто другой, не способный громким, злым матом превратить деревню в большой кратер, его бы на смех подняли.

К слову, я и правда мог матом заклинания читать. Случайно узнал, когда не сдержался и ругнулся, а в итоге в кабинете появилась тучка и устроила грозу. Пришлось выгонять веником в окно, повезло, что произошло это в кабинете хокаге, а не архиве.

Ну ничего... Вы у меня еще научитесь морковку выращивать, а не кунаями махать. Тем более, что в книге Пацифиста под сельскохозяйственные техники целый раздел выделен.

В этот раз, к моему глубочайшему удивлению, никаких казусов не случилось. Никто выбраться из ловушки не смог, сдались все, хотя парочка особо упертых просидела в комнате целый час, пока воздух заканчиваться не начал. Генин из Нара так и вовсе сдался уже через полминуты, и я не знал, это ему лень было, или он так быстро все понял. Впрочем, это же Нара... Я боялся, что он там ляжет и уснет, ему комната с подушкой попалась...

– Ну что же, на сегодня пока все. У нас еще шесть дней этого бедлама впереди... – я прикинул список заданий, хмыкнул, оскалившись.

Очень уж мне было интересно посмотреть, как лися... Да что ты делать будешь, генины справятся с кулинарными поединками. Потому что задачей там стояло закормить противника до сдачи... Неважно, каким образом. Надеюсь, до банальных ядов не дойдет, но экзаменаторы все равно получили приказ изъять вообще все снаряжение. Ну и для веселья, нельзя просто отказаться есть. Хоть лопни, хоть, простите, вывернись, но тарелка пустой быть не должна, я что, просто так продукты на экзамен закупал со всей округи?

– Искренне благодарю вас, хокаге-сан, за возможность наблюдать за всем лично, – несколько витиевато высказался Ишикава. Надеюсь, меня не перекосило, у меня неожиданно аллергия на протокольные речи развилась.

Остальные каге и главы малых деревень дружно покивали, вызвав острое ощущение дежавю. Не придумав ничего лучше, я коротко поклонился, взмахнув хвостом, и даже шляпой, телекинезом. Кто-то сдавленно хихикнул – или даже хрюкнул – но уличить я никого не смог, поднял взгляд, а у всех морды кирпичные. В смысле, постные, как у того Хьюги, а не кирпича просят.

– Завтра будет укороченный день, два задания, – напомнила Мататаби, держа в лапах блокнот с заметками. Шиноби уже привыкли, а то поначалу они так забавно смотрели на двухвостую кошку с блокнотом, меня чуть на смех не пробивало. – Начало в десять часов на стадионе, желающие наблюдать лично могут прибыть сюда. Так же кондитеры из Аканаши заявили о предоставлении своей продукции...

Ну, все, за тортами эти высокопоставленные шиноби точно придут. Виду они, конечно, не показывали, но развитие бизнеса – и подвижки в сторону открытия филиалов – говорили о многом. Подсажу мир на сладкое и буду дергать ниточки, и все книги станут моими!

От шапки еще избавлюсь, и вообще замечательно будет.

А пока – отдыхать. Впереди еще много дел.

Глава 9. Единый чунинский экзамен, часть 2

– Ставки сделаны, ставок больше нет, – Мататаби закончила обходить сильных мира сего, после чего уселась чуть в стороне от монитора и подняла маленький громкоговоритель, как раз под ее размер. – Итак, последнее соревнование этой недели – Найти и унести! Вводные следующие: на территории бывшего сорок четвертого полигона силами Хаширамы был выращен большой лабиринт. Где-то в нем находится сундук, который требуется найти, вскрыть, забрать содержимое и свалить из этого дурдома! Простите, покинуть лабиринт. Помимо запрета на силовое преодоление лабиринта и запрета на попытку пройти его поверху, в нем так же бродят в изрядном числе призывные звери, шиноби-экзаменаторы и даже обычные гражданские. Экзаменаторы, как люди, так и звери, условно видят только тех, кто двигается или шумит, гражданские могут пытаться поймать кого угодно и как угодно, но они неприкасаемые – иначе дисквалификация. Так же, время от времени объявляется зона облавы, в которой экзаменаторы получают полный карт-бланш на все, если, конечно, найдут кого-нибудь. Если экзамен затянется, на полигон выпускается злой Мадара и начинает имитировать огнемет!

Каге и главы малых деревень принялись оживленно обсуждать последнее задание второго этапа. За неделю-то уже все друг к другу привыкли и поняли, что можно расслабиться, да и возможность обсуждать что-то спокойно, не боясь там удара в спину или подлянки, для многих дорогого стоила. До прямо идеального состояния дел еще было далеко, но я все равно радостно потирал лапки, пока никто не видит.

На большом экране щенки уже разбегались по лабиринту, стихийно собираясь в группы – в этом этапе, как и в некоторых других, намеренно не было указано, что искомый предмет должна вынести только одна какая-то команда. Впрочем, чтобы соревновательный элемент никуда не делся, группы регулярно разделяли управляемые Хаширамой ловушки, да и таймер тикал – на выполнение задания давалось всего полчаса.

На самом деле, это соревнование было, по факту, не нужным. Оно вряд ли могло изменить уже устоявшиеся оценки, так как все, что только можно было, протестировали еще на третий, ну край – четвертый день. Остальные дни я отдавал на корректировку, ну и идеи было жалко, они забавные. Да и когда еще удастся наблюдать мирное соседство сразу всех пяти каге, которые наслаждаются отдыхом, а не орут друг на друга?

А ведь на носу международный форум шиноби, он пройдет в двухнедельный перерыв между индивидуальными боями и командным зачетом. Проводить его решили на самой арене, для чего силами шиноби будет возведено большое помещение – Хашираме опять придется поработать, ну да будет знать, как убегать, бросая людишек на маленького меня.

Лично мне было интересно наблюдать за соревнованиями между Шимурой Данзо и Сарутоби Хирузеном. Не знаю, кто, где и как проболтался, но эти двое узнали, что являются соперниками на пост каге и теперь выкладывались на полную, разве что подход выбрали разный. Трети... Кхе, тренируемый Мадарой Хирузен упирал на личную силу, навыки и харизму, а лишенный этого Данзо активно вербовал союзников, подстраивал удобные ситуации и вообще умудрялся интриговать на ровном месте. Интересный кадр, мне нравится. Направить эти навыки в нужном направлении, так он точно сможет удержать в куче толпу шиноби, да еще и так, что те ему будут за это благодарны. В общем, быть ему моим учеником.

Почему-то представил, как Чоумей берет кого-то в ученики... От картины деревни шиноби-троллей меня настолько перекосило, что пришлось спешно нырять мордой в ведерко с земляникой, пока кто-нибудь не заметил. Ну его к Ооцуцуки, мне мои нервы дороги.

На экране тем временем разворачивалась драма. Самая большая группа щенков попалась в ловушку и была разделена на пять частей разного размера. При этом непонятно как затесавшийся в эту толпу Данзо активно подогревал контролируемую панику, потихоньку перетягивая лидерство на себя. В то же время в другом месте Хирузен умудрялся одновременно отмахиваться от пары призывных зверей, защищать нескольких генинов и пытаться найти путь к сундуку. Разница подходов, м-да, и я пока даже не знал, какой эффективнее.

Впрочем, этап не затянулся. Через полчаса на полигон был выпущен злой – его оторвали от спора с Хаширамой за бутылкой саке – Мадара и принялся жечь. Нет, не так, ЗАЖИГАТЬ, ярко, громко, эпично и совершенно безвредно. Целые цунами огня лишь чуть-чуть задевали верхушку лабиринта, при этом Учиха умело сгонял толпу щенят к выходам. Впрочем, к моему глубочайшему удивлению, Хирузен и Данзо умудрились таки пробиться к сундучку, по пути кто пинками, кто уговорами отослав свиту к выходам. Они даже переглядываться не стали, Сарутоби лихим ударом куная срезал замок, Шимура вытащил содержимое – свиток в красивом контейнере – после чего оба как ошпаренные рванули к выходу, подгоняемые целыми валами огня.

– Феерично, – несколько потерянно отозвался Ишикава. Я его, в принципе, понимал, одно дело знать, что Мадара может даже с парой биджу в лоб потягаться, а другое – видеть подобную мощь воочию, да еще и вкупе с чуть ли не идеальным контролем.

К моему глубочайшему удовлетворению, Хаширама и Мадара хоть и дружат, но как-то странно и второй первому больше хочет в морду дать, да посильнее. А то я даже не знаю, каким был бы мир, если бы эти двое на полном серьезе и совершенно искренне объединились под одной идеей... Одно точно, мир такого мог бы и не пережить.

Ладно, надо уже идти, читать речь, разгонять толпу на трехдневный отдых перед индивидуальными поединками, потом возглавлять комиссию, чтобы подтвердить отсев негодных к продвижению генинов. На следующий этап на наше счастье вышло четное число генинов, девяносто два, из которых должна выпасть минимум половина. Благо, командный этап вообще не предполагал сохранение изначальных групп, чунинам необходимо уметь действовать вне своей учебной стайки, иначе не доросли они еще до звания. Вздохнув, я отложил полупустое ведерко, нахлобучил шляпу и, сопровождаемый взглядами, направился на стадион.

– Вновь приветствую вас, соискатели! – уже как-то рутинно начал я читать речь по памяти. Так и привыкнуть можно, ужас. – Рад видеть, что прошедшие испытания не поколебли вашу уверенность, вашу веру в свои силы и возможности!

Я, мягко говоря, лукавил, часть лисят была ощутимо подавлена демонстрацией силы от Мадары. Но им это нужно. Детям важно понимать, что они не всемогущи и не всесильны, а то некоторым чакра в голову бьет настолько, что они границы теряют.

– Увы, не все из вас смогли справиться с поставленными задачами. В течение трех дней возглавляемая каге комиссия определит, кто пройдет в следующий этап, индивидуальные поединки. Это ваш шанс! Шанс показать свою силу, силу своего селения! Не упустите его, отдохните, подготовьтесь за эти дни, и продемонстрируйте нам всю силу и перспективу нового поколения шиноби!

Слаженный, будто отрепетированный согласный рев чуть не оглушил меня, несмотря на расстояние и прижатые шляпой уши. М-да, глотку рвать детям равных всегда было мало.

Постояв еще несколько секунд, обводя взглядом толпу лисят, я эффектно взмахнул хвостами и телепортировался, прикрывшись вспышкой огня. Большинство до сих пор считает, что это шуншин, ну да я не спешил их переубеждать. Вернувшись на наблюдательный пункт, я медленно стянул хвостом с себя шляпу и растекся меховой лужицей в кресле.

– Чай? Кофе? Апельсиновый сок? – Мататаби тут же оказалась рядом. Так, а вот кружевного передника я на ней не помню, то-то у людей глаза такие большие и выразительные.

– Кофе, – подумав, ответил я. – Со сливками.

Присев в книксене, кошка умчалась, оставив каге и глав малых деревень хлопать глазами. Тю, а я думал, они уже привыкли, зато понятно, почему биджу такая веселая и активная – нашла, кого эпатировать и отрывается по полной, в Конохе-то уже никто не удивляется.

Заседание комиссии прошло быстро и скучно – мы все просто подтвердили список, убедившись, что последнее задание этапа ничего не изменило, да разошлись отдыхать. Точнее, как, остальные разошлись отдыхать, а меня свернули клубком и понесли в кабинет, нагло игнорируя грустные глазки и прижатые ушки. Воспитал себе помощников на свои хвосты, эх.

Впрочем, работой действительно стоило заняться. Разобрать отчеты о последствиях, доклады Кьюбитай – если коротко, все в порядке, Хаширама и Мадара не просыхали, периодически прерываясь, когда Сенджу убегал от Мито. Еще нужно было утвердить замену в бывшую команду Шимуры, так как самого Данзо вне зависимости от итогов я утащу в свою собственность... И так далее, и так далее. А, еще подмахнуть очередную корректировку бюджета, уже Хагоромо знает, какую по счету. Коноха денег больше от Аканаши получает, чем от заданий, Учиха и Акимичи уже всерьез планируют подать прошение на открытие кондитерской академии. Мадара узнает, его удар хватит...

К моему глубочайшему сожалению, не все было так прекрасно. На границе опять столкновения с нукенинами, какие-то совсем уж мелкие деревушки мутят воду, надеясь добыть себе чуть-чуть влияния, кто-то что-то открыл, кто-то что-то требует, фр-р-р! Дурные людишки, сами покоя не знают, и мне не дают. Поставив лапку на паре приказов – их тут же унесла Мататаби – я достал бланк миссии для Кьюбитай и принялся его заполнять. Пусть у АНБУ голова болит по этому поводу... Хм, сформировать отдел по решению серьезных вопросов? А как назвать? И нужно ли мне еще одно подразделение АНБУ, или Кьюбитай со всеми задачами справится? С другой стороны, девятихвостых агентов у меня откровенно мало, а задач очень много. Те же устранения, похищения, подставы, все дела, для этого особое обучение нужно...

– Ай, да ну его к Чоумею, – я решительно отодвинул чернильницу и кипу бумаги, не забыв перед этим стереть с лапы чернила. – Пантера, у меня тихий час, просителей развернуть, особо настырных – кантовать.

– Есть кантовать.

Решительно встав из-за стола, я телепортировался в архив, в свою уютную комнатку. Здесь уже обнаружилась дрыхнущая в позе звезды на спине Мататаби, так что я тихонько прокрался к своей лежанке, потоптался, покрутился, да свернулся клубком, сразу засыпая. С такой нервной работой быстро учишься мгновенно отрубаться, выкраивая минуты сна.

Снился мне большой – метра два в холке – девятихвостый лис в жилетке, соломенной шляпе и с прямоугольными очками на переносице. Лис упорно предлагал купить у него кабачки, а я отказывался, потому что они были слишком большими – размером с сарай, не меньше. Зачем мне гигантские кабачки? Что мне с ними делать? Девятихвостый настаивал, нахваливая свою продукцию, да так настырно, что я не выдержал и проснулся.

– И че эт было? – ошалевше круглыми глазами уставилась на меня кошка.

– Это мой вопрос, – спустя несколько секунд ответил я, пытаясь вспомнить, была ли в моем сне Мататаби. Вроде была, сидела в сторонке и удивлялась.

– Приснится же... – биджу фыркнула, потянулась, лежа на спине, да так и уснула. Подавив в себе желание пощекотать кошке пузико, я опустил голову и закрыл глаза.

Таинственный очкастый лис снова был тут, но в этот раз он не предлагал купить кабачки, он предлагал сыграть в шашки. Втроем. Ну, мы и играли весь сон, заедая процесс огромной – с резиденцию хокаге – земляникой, вырезая из нее кусочки каким-то огромным двуручным мечом с дыркой у острия и вырезом у гарды. Оружие было похоже на открывашку-переросток, причем со сломанным зубом, но спрашивать я не решился. А то еще и его продавать начнут, чем я во сне расплачиваться буду? Да и зачем мне меч-открывашка два метра в длину, на сувениры?

В общем, этот сон мне понравился, он был уютный, веселый и вкусный, даже просыпаться не хотелось. Но сложно продолжать спать, когда тебя явно куда-то несут, причем без твоей на то воли.

– Что, опять работать? – пытаясь вытереть из глаз сон, спросил я у Пантеры. АНБУ просто кивнула, а я обнаружил у нее на голове Мататаби. Кошку ничего не смущало, она как дрыхла, так и дрыхнет. Я тоже хочу так уметь...

Подготовка к индивидуальным поединкам прошла как-то буднично. Возможно, все просто уже втянулись, но никакого бедлама или проблем не было, все спокойно, подозрительно даже как-то. Расчертили арену, Узумаки развесили барьерные фуин, чтобы зрителям ничего не прилетело, прибыли зрители из числа аристократии, да и просто гражданских привалило, аж пришлось дополнительные места возводить. Щенята кто мандражировал, кто предвкушал, Данзо и Хирузен бодались взглядами, но как-то без огонька, на уровне «я тебя сделаю нет я тебя сделаю». Мадару с Хаширамой пришлось сажать рядом, причем самому усесться между ними, ну и отобрать воистину стратегический запас саке – здоровую такую бочку. Пообещал вернуть, если будут вести себя хорошо, Учиха, кажется, обиделся. Хорошо, что он уже пьяный, а то устроил бы мне тут скандал с применением ниндзюцу и шарингана, что мне с ним тогда делать? Мадара – не Хаширама, Мито на него не натравить.

Хм... Найти ему жену? А как прибьет? Тут нужно подумать...

Речь толкать не пришлось, да и не было ее в программе, тут бы сами поединки успеть закончить. Сорок шесть поединков, пришлось сделать ограничение в пять минут на бой, и то, вышло почти четыре часа непрерывных сражений. Хорошо хоть, раунд всего один – пары составлены так, чтобы отсеивать слишком слабых, бесперспективных, а так же вытягивать на следующий этап возможных командиров и поддержку. Собственно, оставшиеся дни до индивидуальных поединков вся комиссия со мной во главе как раз и занималась составлением турнирной таблицы, благо данных, исходя из первых двух этапов, было навалом.

В следующий раз надо будет согласовать отдельную комиссию аналитиков, а то из каге и глав деревень аналитики так себе. Опыт вытягивал, конечно, но этого было мало. Записать в книжечку карандашиком и на всякий случай сказать Мататаби, она точно не забудет.

Уставшие, но довольные, мы в итоге просто сидели, отдыхали и наблюдали за поединками. Хотелось сказать, что наслаждались, но как я изначально и думал, после первых двух этапов поединки были очень скучными. Сильнейшим шиноби в принципе не интересно смотреть на возню в песочнице, а я вообще биджу, что мне эти людишкины потуги в учение Хагоромо?

Хотя интересные моменты были, не спорю. Нашими усилиями, на арене собрались шиноби с крепкой творческой жилкой и хорошо развитыми мозгами, и они не стеснялись импровизировать и как-то особо хитровыкрученно использовать привычные техники и оружие. Особо выделились Нара с их хиденом – управление тенями, вот уж кто выдавал хитрозакрученные планы с завидной регулярностью. С таким ниндзюцу хочешь, не хочешь, а придется изворачиваться и извращаться, вот они и вытворяли всякое.

Увы, то, что очень понравилось толпе – как же, борьба, превозмогание, пафосные и не очень речи и все такое – лично у меня, да и у всех каге, вызывало скуку. Ну не могли щенки удивить в боевом плане, не могли и все тут, все сидящие рядом шиноби еще Сенгоку Джидай забыть не успели, что им толкотня на арене. Вот и получилось, что все четыре часа мы скорее дремали, чем реально наблюдали за поединками. Тем более, что впереди международный форум шиноби, который продлится несколько дней, хотя я надеялся на один-два. Что мы там обсуждать будем, вообще не представляю, но уверен, возможность вдоволь друг на друга поорать без последствий будет полезна, ну, как минимум мне.

– Мне точно надо опять речь произносить? – пробормотал я, с неохотой выковыриваясь из удобной лежанки.

– Нет, ну могу я... – с сомнением ответила Мататаби. Окинув кошку скептическим взглядом, я уже увереннее посеменил к трибуне.

Речь я честно зачитал по памяти, благо она была короткой – слишком много речей для маленького лисокаге, если честно. Я за все время управления бешеными людишками столько речей не выдавал, сколько пришлось на этом несчастном экзамене читать. Бодренько оттарабанив все нужные слова и разогнав лисят отдыхать, я вернулся и выцепил взглядом пытающегося слиться с местностью Хашираму. Мадара, проследив за моим взглядом, поскучнел, сразу поняв, что в ближайшее время набить друг другу морды я им не дам – мне Сенджу сейчас строителем нужен.

– Так... – я с благодарным кивком принял сложенный вчетверо план возведения постройки для проведения форума и развернул его. – Хаширама, ты чертежи читать еще не разучился?

– С тобой разучишься...

– Отлично, держи план, – стоя на задних лапах, я вручил шиноби чертеж. – Не скури его только, а то я все Мито расскажу.

Кто-то из каге хихикнул, но я опять не заметил, кто именно. Все сидят серьезные, морды кирпичей просят, желательно из чакростали.

– Мадара?

– Чего тебе?

– Я хочу завершить экзамен показательным боем в Долине завершения между тобой и Хаширамой.

– Давно пора, – буркнул Учиха и завис. Тряхнул своей гривой, посмотрел на меня мгновенно протрезвевшим взглядом. – Серьезно?

– Нет, шутки шучу, – я фыркнул. – Хотите собачиться, так хоть с пользой для дела.

– А может мы, не знаю, в сеги вопрос решим? – нервно улыбаясь и посмеиваясь, спросил Сенджу, привычным движением почесывая затылок. Умную мысль ищет, что ли?

В ответ Мадара состроил настолько зверски спокойное выражение лица, что стало понятно – или они дерутся в Долине, или они дерутся в Долине, третьего не дано. Я бы на месте Учихи специально вызубрил правила диверсионной работы и устроил другу веселую жизнь, но то ведь я, свои умные мозги кому в аренду не сдашь. Да и надо ли? Пусть друг друга дергают, авось, Хаширама устанет от свободного времени и попросится обратно. У меня архив уже целиком на попечении Ястреба, я там раз в месяц в лучшем случае появляюсь. Да даже Сатори в архиве чаще бывает!

К слову, как он там, интересно? В последний раз учился вязать. Как я понял, это он так пытался расслабиться, ну да не просто так он нынче официально воспитатель. Ничего, еще четыреста девяносто сколько-то там лет и отпущу на все существующие и не очень стороны, пусть хоть в другой мир сбегает.

– Да, Хаширама, а где Мито? Я ее давно не видел.

– Эм... Э-э-э...

– Понял, не дурак, зайду с гостинцами на неделе. Мататаби, зачти ему в личное дело S-ранг, ладно? А то я забуду.

Дружно подавились воздухом каге и главы деревень, и густо покраснел сам Сенджу. Ну а Мадара заржал так, что трибуны затряслись, ну да что с него взять.

Интересно даже, кто слил информацию о том, что я выдал Хашираме задание S-ранга на увеличение поголовья щенят Сенджу-Узумаки? Так... Надо будет убедиться, что в формулировке не фигурируют щенки, а то будущие шиноби не поймут. Ну да ладно, потом проверю, международный форум на носу.

Здание шиноби построили довольно простое, фактически, это был большой зал с настолько мощной фуин-защитой, что его даже биджудама бы не взяла. Сверху я еще дополнил своими наработками в зачаровании, так что теперь это было, пожалуй, самое безопасное место в мире. Самое то для собрания каге и глав малых деревень.

Зал не блистал отделкой, но был весьма приятен на вид благодаря свежему дереву и узорам на каменных поверхностях – кто-то из Ивагакуре расстарался. Сидеть всем предполагалось за одним кольцеобразным столом, в центре которого я поставил пьедестал с большой иллюзией карты мира. Управлять ею пришлось Мататаби, из-за чего биджу была немного расстроена – она надеялась подремать в сторонке.

– Первый Международный форум шиноби объявляется открытым, – даже не пытаясь придать голосу торжественности, произнес я и достал книгу обид, как ее прозвала Мататаби. – Надеюсь, все подготовили вопросы и темы для обсуждений. На правах хозяина территории проведения форума, я начну со своего вопроса, и после обсуждения передам право голоса по кругу. Я хочу выразить претензию в связи с обстановкой на границах подконтрольной Конохагакуре но Сато территории, обусловленной регулярными вылазками нукенинов, чьи пункты базирования располагаются на территориях сопредельных скрытых деревень, из-за чего АНБУ Конохагакуре и регулярные силы не имеют возможности решить проблему путем устранения преступных элементов, что приводит к регулярным экономическим потерям.

Сделав паузу, чтобы перевести дух, я продолжил читать длиннющий список претензий. Наконец-то смогу переложить эту проблему, а то ишь чего удумали, людишки. С каждой минутой моей прерываемой только на вдохнуть речи морды присутствующих все сильнее и сильнее напоминали кору старого дерева, становились такими же сморщенными и коричневыми. Наконец, спустя более чем полчаса, я выдохнул и закрыл книгу. Мататаби, все это время усердно показывающая на иллюзии, где конкретно произошли те или иные инциденты, украдкой «стерла пот» со лба лапой, делая вид, что устала. Пф-ф-ф, будто у меня язык не устал, столько болтать без перерыва.

Несколько минут присутствующие тихо переговаривались с соседями, переваривая услышанное. Я не мешал процессу, пусть, авось, к какому-нибудь решению придут. А то когда книга заполнится – а в ней уже и четверти не осталось – я же плюну и пойду решать проблемы в стиле Шукаку, и вот что-то мне подсказывает, что это никому не понравится.

– Хокаге-сан, от лица присутствующих я искренне сожалею о проблемах, испытываемых Конохагакуре но Сато, однако, смею заметить, что... – встал со своего места Ишикава и начал выливать на меня поток мыслей. Я понял, мы играем в политику, ну, держитесь...

Битых пять часов мы перебрасывались длинными, заумными речами, поучаствовали все, даже Эй с Рето, вот уж от кого не ожидал. Все сводилось к двум тезисам: вы во всем виноваты, и мы ни в чем не виноваты. Заскучавшая Мататаби принялась вертеть иллюзорную карту во все стороны, но на это никто не обращал внимания, все были заняты словесной чепухой. Я, конечно, был безмерно рад тому, что у людишек мозги включились, но мне они больше нравились бестолково кивающими в ответ на любые мои заявления, а не это вот все.

Итогом пятичасовой битвы разумов стал договор о преследовании нукенинов. Для этого из числа шиноби большой пятерки будет сформирован отряд ойнинов по примеру Киригакуре, где эти шиноби-охотники только-только зародились. В итоге, задачей нового отряда было преследование, ликвидация и уничтожение тел нукенинов. Численность отрядов должна была быть кратна пяти – по числу деревень-участниц. В общем, решение мне понравилось, авось, совместная работа на всеобщее благо немного сдвинет с места многовековую вражду. А то надоели, честное лисье надоели.

Правда, Бьякурен явно был не особо рад тому, что пришлось раскрыть информацию о своем особом отряде, ну да ничего. Зато я пообещал, что не буду отправлять Мадару решать проблему с нукенинами с их терртории.

Удобный шиноби, Мадара, упоминаешь его имя – все тут же становятся такими послушными. Может, выдать ему должность в дипломатическом корпусе? Или это уже совсем жесткий троллинг? Надо подумать на досуге, да когда только этот досуг будет...

Следующим свой вопрос, точнее, претензию, выдал сидящий слева от меня Рето. Он заявил, что у него, дескать, Шукаку всех задолбал, воды мало, еды мало, заказов мало – да, именно в таком порядке – и с этим надо что-то делать. И раз уж тут все собрались решать вопросы мирно, он, так и быть, готов выслушать варианты решения. Я задумался, а разве Хаширама не занимался выращиванием у них там леса? Откуда-то же эта мысль в голове вертится, а откуда – не помню. Ладно, пусть работает на благо мира во всем мире, озеленение пустыни для него не самая сложная задача. Сформируем международную группу с ним во главе, пусть пройдутся по элементным странам, решают вопросы, связанные с экологией. Чем больше групп смешанного состава, тем лучше для моих глобальных планов, хе-хе-хе...

– Что? Я вслух что-то сказал?

– Нет, хокаге-сан, у вас просто выражение морды очень зловещее, – пояснил за всех Саншоу но Юу.

– А, это, это я придумал, кого отправить на решение проблемы.

– Мадару? – побледнел Рето. Я всерьез задумался, чем вызвал у казекаге нервный тик.

– Нет, хотя идея интересная... Хашираму. Предлагаю я вот что...

Обсуждение этого вопроса прошло намного проще. Во-первых, никто не выворачивал языки и мозги формулировками, во-вторых, все устали еще в первые пять часов, в-третьих, поняв, что вопросы реально будут решаться, все хотели побыстрее перейти к своим. Все довольны, все замечательно, а вместо обеда у нас вообще банкет был намечен – Акимичи расстарались. Правда, даже с новой атмосферой за оставшееся время удалось решить только еще три вопроса...

Это что получается, форум продлится не несколько дней, а все две недели? Да я ж повешусь! Меня снимут, отряхнут, посадят в кресло, и придется вешаться еще раз! И ведь не форсировать никак, не тащить же с собой Мадару, он там что-то с Хирузеном тренирует... Эх, а Данзо пришлось поручить Хорьку, он единственный более-менее свободный, Ястреб задумал ревизию архива провести и теперь топился в работе, а Пантера в мое отсутствие вообще всей канцелярией заведовала.

У меня не АНБУ-телохранители, а заместители какие-то получились. Все не как у людей, какая неожиданность.

Вернувшись к себе в комнату только под вечер, чего не было со времен реформирования документооборота, я дополз до лежанки и уронил на нее голову. Остальная тушка так и осталась лежать на полу, потому что мне было откровенно лень затягиваться целиком. Мататаби с Пантерой остались доделывать какие-то мелочи, так что я остался предоставлен самому себе впервые за Хагоромо ведает сколько дней.

А войну приколов с Мито мы так и не устроили. Не по чину, это во-первых, а во-вторых, банально некогда. Особенно теперь, я заранее уточнил через теневого клона, ее действительно минимум девять месяцев лучше не трогать. Узумаки и в обычное-то время не самая простая личность, какой она теперь будет, мне даже представить страшно. Ну да и ладно, пусть вон, Хашираме мозги выедает чайной ложечкой...

Когда я уснул – я не понял, но девятихвостый в жилетке уже ждал меня.

– Что, опять кабачки?!

– Обижаешь, – фыркнул лис, поправляя лапой шляпу. – Огурцы!

Я застонал и накрыл голову лапами.

Даже во сне не отпускает...

Глава 10. Чему учат лисы

– Какой удар, какой контроль чакры! – запрыгала на левитирующей платформе Мататаби, держа в лапах громкоговоритель. – Без единого дзюцу, одним лишь тайдзюцу нападающий команды А забил мяч в ворота! Защитники команды Б не успели ничего предпринять, настолько мощным был удар!

Трибуны ликовали, гудели, и вообще было очень шумно и весело. Финальное соревнование четвертого этапа – командная игра с целью забить как можно больше мячей в ворота соперника. Было достаточно много правил, вроде запрета на постоянное перекрытие ворот – техниками барьеров или дотондзюцу нельзя было закрывать ворота дольше, чем на две секунды и чаще, чем раз в десять секунд – но игра была очень динамичной и при этом мирной. Шиноби изобретали тысячу и еще один способ использовать свои техники и навыки, чтобы завладеть мячом и загнать его в ворота соперника, при этом жесткие боестолкновения были запрещены, что, впрочем, не мешало ставить помехи и ловушки. Да, нельзя было долбануть булыжником кому-нибудь по затылку, но можно было метнуть булыжник ему под ноги.

Мататаби, вообще-то, не собиралась быть комментатором, но после выступления чунина из Ивы не выдержала и отправилась показывать личным примером, как надо наводить шороху на соревновании. Сказать, что после этого игра стала куда активнее – ничего не сказать.

– Сделать эту игру ежегодной, что ли... – пробормотал я, прикидывая в уме плюсы и минусы подобного соревнования. Навскидку выходило неплохо, да и на ставках можно было бы неплохо погреться. А с другой стороны, людишки любят все превращать в войнушку, а лично контролировать соревнования всю свою жизнь мне как-то не с хвостов.

– Это... Интересная идея, хокаге-сан, – заметил Юу, похоже, тоже что-то обдумывая. Судя по задумчивому виду других глав и каге, они уже прикидывали возможную выгоду, как и я.

Опять что-то возглавлять, что ли? Я в архив хочу, а не людишек за собой хвостиками водить!

Я перевел взгляд на стадион, где Мататаби азартно носилась над полем с громкоговорителем наперевес. Хы... Идея... От меня бочком-бочком отсели в стороны Мадара и Хаширама, причем Учиха после этого еще и головой мотнул, будто не понимая, что на него нашло. Ну и Садовод с ними, у меня тут план наметился.

Сажать на пост хокаге сестренку – это интересный способ угробить Коноху, но я не для того столько сил и времени вкладывал в эту деревеньку дурных людишек. А вот отдать ей управление этим соревнованием, которому еще даже названия не придумали, не до того было, это уже выглядит как план. Хороший план, крепкий, надежный, как печати Узумаки, угу.

За соревнованиями я следил постольку-поскольку, просто потому что устал сутками смотреть на щенят, пытающихся сходу до Луны прыгнуть. Нет, я не спорю, кому-то удавалось впечатить даже нас, каге, но это все еще была возня в песочнице. Моими усилиями, конечно же, но тем не менее

В общем, я скучал и размышлял. Мне предстояло чему-то научить Данзо, причем не просто научить, а сделать из него каге. Ну, на самом деле, просто кандидата в каге, тут я был максимально честен – захотят люди Хирузена, будет Хирузен, захотят Данзо – будет Данзо. Захотят меня, посажу Мататаби, запрусь в архиве и буду наблюдать, как Коноха превращается в Деревню Большого Прикола...

– С итоговым счетом три-два победила команда Б! Чествуем победителей!

Трибуны взревели так, что затряслись стены даже в наблюдательной зоне. Мысленно поставив заметку – усилить звукоизоляцию и наложить больше защитных фуин – я со вздохом встал с лежанки и направился к выходу. Мне еще речи толкать, кто бы знал, как они мне надоели. Я, может, хочу мордой в ведерко земляники, а не глотку драть на потеху толпе.

Я величественно – насколько это возможно, имея полметра в холке – поднялся на трибуны, приосанился, вдохнул...

– Ну как я, а?! – рявкнула прямо на меня Мататаби через громкоговоритель. Меня не сдуло только потому что я автоматически приклеился чайкрой к полу.

Весь стадион замолчал.

Медленно пригладив хвостами вставшую дыбом шерсть, я с благодарным кивком принял из рук Пантеры улетевшую шапку хокаге, нахлобучил ее на себя – все это под все более и более круглые и паникующие глаза кошки. Вдохнув, выдохнув, я резко вырвал из лап биджу матюгальник и с размаху надел его ей на голову.

Звук был... Неописуемый.

Удовлетворенно понаблюдав, как пошатывающаяся Мататаби наощупь удаляется, я повернулся к крайне шокированным шиноби и зрителям. М-да, вот так и рушится репутация, наверняка каге в комнате наблюдения ржут, как кони, даром, что люди...

– Соискатели, вы все, те, кто выдержал все испытания, трудности, тесты! Мы, каге, главы деревень, все поздравляем вас с вашим новым серьезным достижением! Вы ярко и эффектно продемонстрировали, на что способно новое поколение шиноби, показали свои навыки, знания, свой дух! Сегодня – ваш день, день тех, кто прошел первый Единый Чунинский Экзамен!

Люди взревели, щенки в центре арены приосанились, широко и радостно улыбаясь. Согласно результатам, многие из них получат звание чунинов, все-таки это поколение было довольно сильным.

Сильным и местами дурным, но кто ж виноват-то.

– Вы – те, кто откроет новую эру мира шиноби, эру не крови и разрушительных войн, но конкуренции, соперничества, борьбы! Ваша сила, ваши знания и дух станут фундаментом нового времени, времени, которое пришло на смену Сенгоку Джидай! Да начнется же эпоха Гакуре но Сато!

Слитный рев сотен глоток заставил мой плащ развеваться, будто от техники футона. Не думал, что такое вообще возможно, хорошо, что я все еще держусь чакрой за пол – улетающий от вопля толпы хокаге, это уже слишком, и так речь началась как-то дурацки.

– Результаты экзамена будут объявлены в ваших собственных селениях согласно принятому регламенту, – дождавшись хоть какого-то подобия спокойствия, уже обычным голосом продолжил я. – На этом первый в истории Единый Чунинский Экзамен объявляется завершенным.

Уже идя по туннелю, я обернулся к Пантере, как обычно следующей за моей спиной.

– Я не слишком с речью облажался?

– Что вы, хокаге-сама, все замечательно.

– А если серьезно? – я подозрительно прищурился.

– Ну, за исключением начала, все действительно прошло хорошо. Идемте, я вас вычешу.

– Сначала с каге разберусь, а там уже и за щеткой сходить можно, – я вздохнул. Хотелось отдохнуть и книжку, но все потом, сначала разогнать чуть ли не прописавшихся у меня в деревне людишек.

Совсем обнаглели, переманивать моих человеков, я, может, их коллекционирую!

В комнате наблюдения царила настолько чинно-благородная атмосфера, что я напрягся просто на всякий случай. Особенно когда заметил, что Мадара и Хаширама одинаково старательно не смотрят в мою сторону, разве что у Учихи еще и морда была перекошена. Обведя подозрительным прищуром лица присутствующих каге и глав деревень, я фыркнул и проследовал на свое место.

Сел, сидим, чего-то ждем... Нет, понятно, что, по хорошему, я должен разогнать всю эту толпу, но так уж вышло, что нужные документы утащила с собой Мататаби, а где ее сейчас шатает – вообще неизвестно. Пантера за мной заходить не стала, скорее всего, как раз пошла искать нашу кошку, поэтому мы спокойно и невозмутимо смотрели, как на экране расходятся генины, экзаменаторы и зрители.

– Хокаге-сан, а можно еще тех шоколадных конфет? – вежливо поинтересовался Юу, отчего я не подавился только потому что ожидал чего-то такого, этакого. – Очень уж они у вас замечательные.

– Эм, да, конечно, – я вытянул хвост и пододвинул поближе вазочку с конфетами. Руки в нее запустили вообще все, кто дотянуться смог, проглоты.

Вот задеру цену, что делать будете? Хотя, и так ясно, что, придут и будут насиловать мои маленькие лисьи мозги коллективно и в особо извращенной бюрократической форме. Уже попрактивались, людишки дурные, на форуме-то...

Сидим, едим конфеты, ждем. Никто не возмущается, Эй вообще скрестил руки на груди, откинулся на спинку и уснул, Рето и Ишикава устроили локальную скрытую войну за пирожное с применением сенбонов и слабеньких, незаметных техник, вроде нитей чакры или управления маленькими камешками. За конфликтом, призом которого было последнее пирожное с заварным кремом и вишней, наблюдали, наверное все присутствующие. И смотреть-то было на что, даже меня удивляло, насколько тонкий, филигранный контроль чакры демонстрировали каге в попытках добыть десерт. По негласной договоренности шума никто не поднимал, все, как и положено среди шиноби.

Стырить, что ли, как раз есть заклинание телепортации мелких предметов в зоне прямой видимости...

Тайная война грозила затянуться, но в комнату вошла, судя по глазам, все еще немного контуженная Мататаби, молча стащила пирожное и смачно им зачавкала. И прежде, чем каге сообразили, что вообще произошло, эта кошка вручила мне нужные документы и свалила, облизываясь и помахивая хвостами.

На лицах казекаге и тсучикаге знак вопроса разве что татуировкой не проявился.

– И вновь в войне победила третья сторона, – философски заметил Бьякурьен.

Мадара не заржал только потому, что Хаширама вовремя ткнул его локтем под ребра.

Подписывание документов, подтверждение принятых на форуме и Гокаге договоренностей и согласование следующего места и времени проведения экзамена – через год в Сунагакуре но Сато – заняло больше часа времени. Шиноби витиевато, но искренне, что меня удивило, поблагодарили за «прекрасно организованное мероприятие» и потихоньку покинули комнату, не забыв по пути опустошить стол с оставшимися пирожными и печеньками. Проглоты, если б не дикий профицит бюджета, от которого у наших экономистов и аналитиков истерика каждую неделю случается, хвоста лысого вы бы так обжирались за мой счет.

Надо будет выписать Какузу премию и подписать приказ о его повышении, этот шиноби оказался настолько крутым специалистом, что Кьюбитай всерьез озаботились его защитой. Учиха и Акимичи на него разве что не молятся.

– Хорек, приведи ко мне Шимуру Данзо, надо с ним поговорить. Я буду у себя в кабинете, – вздохнув, я обвел взглядом комнату и телепортировался к себе, не дожидаясь ответа. Приказ, он и есть приказ.

Мататаби обнаружилась тут же, уже адекватная, грустная и смотрящая на меня большими виноватыми глазами. Злиться на нее было невозможно, так что я, вздохнув, просто похлопал ее по голове лапой и сел за стол, ждать своего будущего ученика. Биджу тут же заняла свое место рядом, собрав листы бумаги в аккуратную стопку, и то, как мне кажется, для солидности. Благо, со всем документооборотом мы справиться успели, как и восстановить работу бюрократического аппарата, хотя и пришлось пару особо ленивых штабных покусать за ляжки.

Позже я узнал, что теперь всех проштрафишихся так и зовут, покусанные. Узнаю, кто всю эту фигню вводит, лично уши пооткусываю...

– Вызывали, хокаге-сама, – в кабинет зашел щено.... Мальчишка. Примечательный шрам в виде креста на подбородке, торчащие во все стороны черные волосы и уверенный взгляд.

Вернее, кажущийся уверенным, ведь я прекрасно ощущал его волнение и сомнения. Не самые лучшие эмоции для моего ученика, но что поделать.

– Здравствуй-здравствуй, Данзо-кун. Проходи, садись, – я кивнул в сторону стула перед своим столом. Когда генин – вернее, уже чунин, просто об этом еще не знающий – сел, я телекинезом поставил перед ним чашку черного чая и блюдце с кусочком торта. – Как твои дела?

– Вашими усилиями, хокаге-сама, все очень хорошо, – ничуть не удивившись десерту, ответил щенок. Ну да, удивишься тут, если каждый в деревне в курсе, что неформальные разговоры я как раз провожу за чашкой чая.

– Чудно, чудно, – подтянул к себе свою чашку, низкую, но широкую. – Как ты думаешь, о чем мы будем говорить?

– Исходя из слухов и некоторых оговорок, которые мне довелось услышать, о моем ученичестве, хокаге-сама. Мою команду реформировали, и я остался один.

Шимура говорил ровно, но его выдавали чуть подрагивающие от волнения руки. Я вздохнул, снял с себя шапку и бросил ее в угол, отчего у мальчишки забавно округлились глаза.

– Никогда ее не любил, – пожаловался я Данзо, лакнул чая. – Ну, да, ты правильно все понял, учить тебя буду я. Я пока не очень представляю, чему тебя можно учить, но таков уж уговор между мной и Мадарой.

– Простите, хокаге-сама?..

– Я вс... Вручил ему команду Тобирамы, с условием, что его ученики смогут претендовать на звание хокаге, – я просто и незатейливо куснул свое пирожное, облизнулся. – Ты ешь, ешь. Так вот, и для баланса, ну и просто потому что так принято, решил выбрать себе ученика, чтобы тоже выдвинуть кандидата.

– Почему я, хокаге-сама? И, вы ведь биджу, разве вы не могли бы занимать пост сколько угодно долго?

– Данзо-кун, ну хоть ты не начинай, а? Ну где это видано, чтобы биджу – биджу! – был каге скрытого селения?

– Я, возможно, под гендзюцу, но видно это прямо передо мной, – Данзо явно расслабился и даже улыбнулся, вот, шутить начал.

– Да нет, гендзюцу тут даже и не пахнет... К сожалению. Но и ты пойми, не должно быть так. Да и, бессменный правитель – это плохо, даже если это такой замечательный рыжий я.

– А... – Шимура одними глазами указал на рисующую что-то хвостом на бумаге Мататаби.

– Ты хочешь, чтобы Коноха стала Селением, скрытым в Шутке, что ли?

– Нет, мировая общественность этого не вынесет, – открыто разулыбался парнишка.

– Я все слышу вообще-то, – обиженно буркнула кошка, тем не менее рисовать не прекратившая. Что она там калякала, я не понял, возможно, очередной монстрик какой-нибудь.

– В общем, именно боевым навыкам тебя будут учить АНБУ из Кьюбитай, мои личные знания для тебя не очень подходят, – я решил, что разряжать обстановку дальше смысла уже не было, и перешел к делу. – А вот работе хокаге будешь учиться уже под моим началом. Да и репутацию нарабатывать тебе надо... Это раньше можно было стать героем и прославиться, сейчас же тебе придеться потрудиться над своим образом.

– Образом, хокаге-сама?

– Ты слишком много... Сомневаешься, нервничаешь, а по некоторым наблюдениям и завидуешь, Данзо-кун, – мальчишка заметло напрягся. – Удивлен? Я это чувствую, как биджу, а вот другие шиноби, опытные шиноби, это будут видеть. Мелкая моторика, взгляд, поза, а для некоторых еще и запах, чакра... Данзо-кун, почему? Ты сильный шиноби, способный, умеешь вести за собой других, а хвост поджимаешь на регулярной основе.

– У него нет хвоста, – фыркнула Мататаби.

– Я знаю заклинание, которое ему хоть хвост, хоть уши на макушке сделает, это неважно, – я вздохнул, закатив глаза. Генин поперхнулся. – Так что скажешь?

– Я... – мальчишка повесил голову, сжал кулаки. – Мне нечего сказать в свое оправдание.

– Так ты не оправдывайся, а расскажи, чему ты завидуешь-то? Ты и Хирузен вполне на уровне, то, что он сейчас в отрыв ушел, заслуга Мадары, который его гоняет в хвост и гриву.

– Он стал учеником Учихи-сана, одного из сильнейших шиноби в мире, разве это не то, чему можно завидовать? – уже увереннее спросил Данзо.

– Ну а ты станешь учеником одного из сильнейших биджу, что теперь, всем тебе завидовать что ли?

– Ну, я думаю, мне и правда будут завидовать, – задумчиво протянул Шимура, чему-то улыбаясь.

– Амбиции есть, это хорошо, – я фыркнул, глотнул чая, держа чашку лапами. – Я честно тебе скажу, я не считаю, что личная сила – это вот прямо необходимый критерий для хокаге. У нас за окном не Сенгоку Джидай, в конце-то концов, хокаге – это администратор и управленец, а не просто шиноби, способный заколотить противника в земные недра, словно гвоздь в доску, да еще и лбом. Поэтому, знаешь, учить лично я тебя буду другому – административной работе, работе с людьми, с биджу, дипломатии, хотя какая у нас, о Рикудо, дипломатия... И над образом твоим и репутацией стоит поработать, и поработать хорошенько. Будем делать из тебя лицо деревни.

– Кстати о лице, ты ведь в курсе, что ты уже год как должен подписать проект о вырезании твоей морды на скале?

– Ниби, вот не до того сейчас совершенно... Да и зачем люди... Людям моя мордень рядом с лицом Хаширамы?

– Традиция, что поделать.

– Ну, вы ведь лицо нашей деревни, как когда-то Сенджу-сама, – не удержался от подколки Данзо. Я мысленно улыбнулся и потер лапки, ну, паренек отмерз, с этим уже можно работать.

А то ишь, вздумал мне, сомневатьсяя завидовать кому-то, мучиться внутренними противоречиями... Дурные людишки с дурными привычками, проще надо быть, проще, и проблем было бы меньше. А то, пока по мордасам не надаешь, думать не хотят, ну дурные же.

– Ладно, собеседование ты прошел, так что, добро пожаловать, первый в мире ученик биджу, – я торжественно поднял чашку, на что Данзо с улыбкой ответил, подняв свою. – Ниби, если ты сейчас начнешь изображать торжественную музыку, лишу премии.

– Ты и так не платишь мне премию.

– Я про рыбу.

Мататаби замолчала, ну да, самая страшная угроза – лишиться доступа к рыбке. Кошка...

– Позаботьтесь обо мне, Кьюби-сенсей! – Данзо низко поклонился. Хлопнув хвостом хихикающую Мататаби, я со вздохом телекинезом притянул к себе хокагскую шапку и надел ее.

– На сегодня ты свободен. Время выводов, помнишь? Обдумай произошедше, а завтра я спрошу у тебя, чему ты хочешь научиться. Что ты хочешь узнать. Это очень важный вопрос, Данзо-кун, так что, потрать это время с пользой. Ступай.

Щенок ушел, аккуратно прикрыв за собой дверь, а я... А я сдулся, обмяк в кресле и разве что не растекся меховой лужицей.

Быть мудрым сенсеем – это просто облысеть, как сложно!

– Ну, блин, а я надеялась, что будет весело и задорно, – фыркнула биджу, доставая из под стола бутылочку саке.

– Слушай, мне из него хокаге делать надо, а не главного тролля на деревне! – возмущенно воскликнул я. – Чтоб деревня устояла! Тут мой архив находится, вообще-то!

– Тот самый архив, который уцелеет, даже если на деревню Луна упадет, ага, – не впечатлилась Мататаби, отхлебывая прямо из горлышка. Наловчилась, за прошедшее-то время.

– В любом случае, мне придется быть мудрым наставником, а не как обычно.

– Ну и долго ты продержишься? Точнее, мы продержимся. У нас на документах стоят лисьи лапки вместо подписи! А листы подшиваются через дырки от клыков. Ты правда думаешь, что у нас получится обучить нормального хокаге?

– Да ну тебя... – я вздохнул. Сложно спорить, не имея контр-аргументов. – У нас в качестве альтернативы вон, Хирузен-кун с Мадарой в качестве наставника. И, кстати, напомню, что в списке претендентов на шапку находишься ты!

– Должность хокаге, вообще-то, пожизненная, – фыркнула кошка, пытаясь скрыть вставшую дыбом шерсть.

– А вот хвоста лысого, нету срока у этой должности, – я показал биджу язык. – Захочу, хоть прямщас сложу с себя полномочия, да только деревенька эта дурная развалится, а весь мир опять будет воевать. Ну этих людишек, лучше проконтролирую...

– И какой смысл тебе выкидывать шапку эту, если ты все равно будешь за всем тут и там присматривать?

– Выходные, – веско ответил я, на что уже Мататаби не нашла, что возразить.

Следующий день начался с родной, привычной и выматывающей рутины. Я облапал парочку документов, сгрыз несколько дурных прошений, подписал уже Хагоромо знает какой по счету скорректированный финансовый план на следующий год, распределил несколько миссий, переговорил с парочкой важных заказчиков, наконец-то перекусил, написал четверку приказов, повысил двух АНБУ, выдав по хвосту, и оторвал хвост другому, проштрафившемуся – ладно бы просто задание провалил, так он напарника угробил. Долго, нудно, упорно и со вкусом полоскал ему мозги на тему глупости человеческой, кажется, перестарался – как бы в полку биджу-поклонников не прибыло.

И так их, вон, целая деревня неофитов...

В общем, к полудню, когда пришел Шимура Данзо, я уже был уставший, унылый и желающий вернуться в прошлое, в свою маленькую норку-библиотеку, таскать свитки, книжки и другие источники знаний.

– Тортик будешь? – в лоб, безо всяких предисловий, спросил я у паренька.

– Буду, – немного замешкавшись, ответил Данзо.

Сидим, едим десерт, запиваем чаем, созерцаем тишину. В голове, наконец, начало проясняться, так что, спустя минут пять на лисен... Кхм, мальчишку я смотрел уже более-менее осмысленным взглядом.

– Ну-с, рассказывай, чему бы ты хотел научиться?

Ну Данзо-кун и рассказал. Подробно, поэтично, витиевато поведал о том, что, дескать, желает узнать о жизни деревни, о том, чем живут шиноби и гражданские, чтобы знать, как правильно ими руководить и все дела... Несколько минут послушав речь Шимуры, я легонько потыкал его удлинившимся хвостом в бок. Вздрогнув, он сбился с речи и вопросительно на меня посмотрел.

– Долго репетировал?

– Э-э-э...

– Долго, значит. И совсем не то, – я вздохнул. Ну, чего я от щенка хотел, даже если он – шиноби и без пяти минут чунин?

Да что эти минуты ко мне привязались-то.

– Я...

– Как по твоему, кто такой хокаге?

– Сильнейший шиноби деревни, – мгновенно ответил паренек. Ну, этому в академии учат, что поделать.

– Я не шиноби, – напомнил я на всякий случай, на что Данзо-кун робко улыбнулся. – А хокаге – это администратор. Управленец. Головной мозг тела, которое называется «скрытое селение». Толку, что ты сможешь, как Мадара, метеоритами пукать, если как управленец ты ничего не стоишь?

Судя по очень круглым глазам мальчишки, я ляпнул что-то не то. Ну и ладно.

– Продолжая, тебе некогда будет думать о каждом шиноби или гражданском в деревне, ну не будешь же ты за каждым персонально подглядывать... Хотя, не знаю, может, и будешь, кто вас, людей, знает. Поэтому сейчас мы с тобой, Данзо-кун, пойдем смотреть на самого страшного врага всех шиноби в мире.

– На кого? – глупо моргая, спросил Шимура, бедняга, совсем я его из равновесия выбил.

– На бюрократию, Данзо-кун, на бюрократию. Я покажу тебе, как работает наша канцелярия.

Обход начался с приемной. Так как топать лапками мне было откровенно лень, я сидел на ручках у одно из АНБУ с позывным Волк, который этим очень гордился. Данзо в ответ на такие приколы только моргал, молча, даже интересно, что за мысли в его голове гуляют.

Секретари в приемной вежливо с нами поздоровались, постреляли глазами в смутившегося паренька, да вернулись к работе. Вернее, начали работать, я-то прекрасно знал, что обычно они всякой ерундой занимаются, благо хоть без вреда для дела.

– Есть что-нибудь? – спрыгнув на стол, я принялся нагло ворошить документы хвостами. Кадры кадрами, но перепроверять все же самому иногда стоит, даже если Мататаби и Пантера за этим тоже присматривают.

– Никак нет, хокаге-сама, – чуть ли не хором ответили штабные. Подозрительно на них покосившись, я повел носом, еще раз, и полез под стол.

Люди замерли и, кажется, дыхание задержали, и не спроста – я добыл сразу три бутылки саке и даже закуску.

– Виноваты, хокаге-сама! – людишки чуть лбами столешницу не сломали, насколько резко и мощно склонили головы. Поставив каждому профилактический кусь, куда дотянулся – одному на плечо, другому на предплечье – я, держа в хвостах добычу, требовательно вытянул лапы.

Анбушник молча меня поднял, и все это под офигевшими глазами Шимуры.

– Дал бы по лбу, да помрете же, – я фыркнул, отплевался от застрявших между клыков ниток. – Работайте! А то Ниби натравлю.

– Да, хокаге-сама!

– Вот видишь, с кем приходится иметь дело? – пожаловался я Данзо, когда мы отошли подальше.

– А вы всех провинившихся кусаете?

– А ты с какой целью интересуешься? – удивился я странному вопросу. Чего это он?

– Да так... Представил, как вы кусаете Учиху-сама или Сенджу-сама, теперь избавиться от этого не могу...

– Крольчиху мне в бабушки, я ж забыл, что у них дуэль назначена! – я хлопнул себя по лбу.

– Я все устроила, не пушистись, – мимо пробежала Мататаби. Я уже как-то без удивления обнаружил пропажу саке и закуски, и успокоился.

– Фу, Мадара бы мне все мозги выел... Так, Пантера, когда у них дуэль, и сколько будет зрителей? – спросил я потолок, но девушка появилась за плечом у Волка.

– Завтра с утра, зрителей столько, что трибуны по краям Долины Завершения пришлось в десять рядов строить, Какузу организовал тотализатор через канцелярию, так что бюджет мы снова пополним.

– Да куда его еще пополнять-то, я уже не знаю, на что деньги тратить бюджетные!

– Ну... Мы можем согласовать Аканаши постройку города кондитеров... – с сомнением протянула Пантера под обалдевшие взгляды окружающих шиноби. – Точнее, выделить им бюджетные средства...

– Какузу что об этом думает?

– Утверждает, что это план с окупаемостью минимум в десять лет, но надежный, риски минимальные.

– Звучит неплохо... Данзо-кун, ты на хвосты... Усы? В общем, наматывай на что-нибудь, это тоже часть работы управленца высшего эшелона.

– Да, Кьюби-сенсей.

– Кстати, пока не забыл, Хорек, Пантера, оформите Данзо-куну стажировку в Кьюбитай, а я потом еще с Хаширамой переговорю, пусть паренька подтянет в боевой части.

– Да, хокаге-сама, – помощники испарились в шуншине, разве что листья разбрасывать не стали.

– Меня... Будут учить лучшие из АНБУ и Сенджу-сама?.. – в шоке пробормотал Шимура, смотря куда-то сквозь меня.

– Учиться, так у лучших, или ты думал, что я тебя в бумажках похороню?

– Нет, но... Это...

– Даже имея самый лучший потенциал, раскрывать его надобно с наставниками, что помогут и подскажут, а так же подстрахуют, – с важным видом сказал я, замахав лапами на хихикающую Мататаби. – И вообще, когда-нибудь я сломаю эту вашу дурную привычку ныкать все знания по хранилищам! Тоже мне, удумали, прятать знания, сидят верхом на куче свитков и дуются, как жабы на болоте...

– Я понял, Кьюби-сенсей, – задумчиво пробормотал Данзо. Даже интересно, что он понял, но спрашивать не буду, нечего портить момент.

Авось, и правда до чего важного и полезного додумался.

– Идем, надо будет заглянуть в бухгалтерию, облапать пару документов. Ну, мне облапать, люди-то все еще подписи ставят... Надеюсь... Вот пойдем и узнаем. Готов учиться дальше, мой юный ученик?

– Да, Кьюби-сенсей, я готов.

Глава 11. Все и сразу

– Сатори? – я с недоумеванием посмотрел на бочком-бочком протиснувшегося в кабинет карасу-тэнгу. – Что-то случилось?

– Кра, – ворон протянул маленький конверт. Чувствуя подвох, я осторожно его распечатал и достал сложенный вдвое листочек. Прочитав, что там написано, я потер затылок лапой, сдвинув хокагскую шляпу на переносицу.

Дела-а-а...

– Ладно, ты хорошо потрудился, поэтому... М-м-м... – я зарылся в папки с шаблонами. – Да где оно... О, вот.

Быстро заполнив бланк, я протянул его засиявшему, как начищенная чугунная сковородка, демону.

– Две недели оплачиваемого отпуска. На всякий случай напоминаю, что у тебя долг передо мной лично, – карасу-тэнгу активно закивал. – Ну, тогда иди, отдыхай.

Сатори чуть ли не вприпрыжку, держа бланк высоко над головой, словно транспарант, убежал. Судя по направлению, получать отпускные.

– Кьюби-сенсей?

– Да, Данзо-кун?

– У нас есть оплачиваемый отпуск?

Глупо моргнув пару раз, я перевел взгляд на Мататаби, дремлющую мордой в стол. Толкнув кошку хвостами, я дождался, пока она проморгается, потянется, встряхнется, в общем, в себя придет, и огорошил вопросом:

– Мы объявляли о том, что у нас теперь есть оплачиваемый ежегодный отпуск?

Биджу глупо захлопала глазами и перевела взгляд на Пантеру.

– На совете джонинов, – не дожидаясь вопроса, ответила куноичи. – Месяц назад.

– На совете джонинов, месяц назад, – передала мне по цепочке Мататаби. Я повернулся к Данзо, активно пытающемуся не заржать в голос.

– Есть, просто об этом известно только джонинам.

Мальчишка мелко-мелко закивал, зажимая рот и медленно краснея от напряжения.

– Ох, – я вздохнул, закатив глаза. – Просто сходи в комнату отдыха и отсмейся, как следует.

Лисенок убежал, хлопнув дверью, и в следующее мгновение до нас донесся ржач, куда там лошадям.

Права была Мататаби, недолго мой образ мудрого наставника продержался. С другой стороны, а на что я рассчитывал? У шиноби в моду вошли личные печати в виде лапок! Да, все еще с классическими иероглифами, но не квадратные, а лапкообразные!

До сих пор помню задумчиво умиротворенное выражение лица дайме, когда ему вручили пакет облапанных документов. Мать моя морковка, до меня только сейчас дошло, что печать он попросил рассмотреть не потому, что она странная, а потому что он искал на ней клеймо изготовителя...

С тяжким вздохом я вернулся к работе с документами, в основном занимаясь текучкой – ничего серьезного уже неделю как не было, и слава чакре. Деревня, да и АНБУ, включая Кьюбитай, до сих пор отойти от чунинского экзамена не могут, и это с учетом того, что у нас не было попыток проникновения, куда не нужно, и вообще все прошло мирно. Не сказать, чтобы тихо и спокойно, но мирно, это точно, и даже на границах тишина.

Подозрительно.

Данзо вышел из комнаты отдыха с выражением степенного спокойствия на мор... лице, хотя и видно было даже по глазам, что ему, прямо скажем, весело. Необходимость заучивать кучу положений, правил и регламентов о работе администрации его уже не пугала, наверное, потому что схватывал он все быстро. Ну или я настолько крутой наставник, что тоже возможно.

– Слушай, тебе не кажется, что у нас слишком спокойно? – посмотрела на меня сестренка, на что я чуть не промазал и не поставил лапку на стол.

– А что тебе не нравится?

Данзо навострил уши, приготовившись внимать.

– Ну, это просто странно, – Мататаби перевернулась на спину, поджав лапы. Пантера явно уже на автомате начала почесывать ей живот, не отрываясь от изучения какой-то книги.

АНБУ подтягивала теорию, готовясь к повышению, экзамен на девятый хвост в Кьюбитай был довольно суровым. Причем, по-шинобячьи суровым, как никак, элита деревни, все дела, так что, неудивительно, что она все свободное время тратила на учебу. Я, конечно, мог и просто своим приказом ей хвост повесить, но решил не создавать прецедент, да и остальные могли обидеться, наверное.

– Ниби, у нас до сих пор население от экзамена отойти не может, а уже сколько месяцев прошло, – я облапал еще одну бумажку и сгрыз другую.

– Кьюби-сенсей?

– Да, Данзо-кун?

– А мне тоже придется съедать документы, или можно их просто сжечь?

Я подавился бумагой, представив, как тот с сосредоточенным видом жует очередную дурную писульку, как часто я делал.

– Ну ты прямо точь-в-точь с меня не списывай, – откашлявшись, ответил я, на что мальчишка задумчиво кивнул.

Хотя, какой он мальчишка, если так подумать, если уже чунин. Взрослый шиноби почти, если не по возрасту, то по навыкам так точно, обучение у АНБУ и Хаширамы сказывается.

Начнет водить на работу самок – выставлю на мороз...

– И все равно, слишком тихо, – промурчала жмурящаяся кошка, постепенно растекаясь по столу. – Простая текучка...

– Так хорошо же, – я, честно говоря, не понимал, на что жалуется сестра. С учетом того, какой был дурдом с момента принятия мною хокагства, тишину и спокойствие я принимал всеми лапами и хвостами сразу. – У нас даже бюджетный план устаканился, наконец-то, ты хоть представляешь, насколько приятно не подписывать по десять корректировок в неделю, с учетом того, сколько там документов?

– Облапывать, – поправила меня Пантера.

– И ты туда же...

– Кьюби-сенсей, но вы ведь и правда документы облапываете, – заметил ученик, прыснул, когда я посмотрел на него с видом преданного в лучших чувствах лиса. – Иногда буквально.

– Вот чего вы все на меня набросились, я вам что, генератор веселых ситуаций?

Я честно ожидал, что они втроем начнут кивать, но нет, просто посмотрели на меня и пожали плечами.

– Ты собираешься утверждать проект своей морды на горе? – решила все же сменить тему Мататаби.

– Отец мой Рикудо, ты каждый день спрашиваешь, и каждый день ответ один и тот же...

– Надо, хокаге-сама, – припечатала Пантера, перелистывая страницу. – Надо.

Я честно попытался пробить мордой столешницу, но так как сам же ее и укреплял фуин и зачарованиями, даже вмятины не оставил, только нос отбил.

– Почему ты так сопротивляешься? – поинтересовалась биджу, приоткрыв один глаз. – Все и так навеки запомнят, что второй хокаге – Кьюби, да и архив тут твой, твоим именем названный.

– Я не статуегеничный.

– Ты ведь даже не стараешься, – возмутилась Мататаби, на что я вздохнул.

– Там надо два часа сидеть непрерывно, пока художники сделают несколько портретов для скульпторов, и это не считая подготовки в виде выбора выражения морды и позы, – чем дольше я объяснял, тем унылее становился. – А потом еще утверждать макет, который может оказаться неудачным, и все заново.

– Но Хаширамы лицо же высекли!

– Его Мито заставила.

Протянув «а-а-а, поня-а-а-атно», Мататаби отстала, как я подозреваю, ненадолго.

Несколько минут я спокойно разбирался с документами, объясняя по ходу дела Данзо, почему принимаю те или иные решения, как лисе... паренек неожиданно заявил.

– Кьюби-сенсей, а ведь существуют ваши изображения в различных свитках, – я вопросительно уставился на ученика. – А скульпторы не могут взять их в качестве основы?

Я почувствовал, как у меня встает дыбом шерсть, приподнимая шапку.

Дело в том, что в Стране Огня было несколько видов изобразительного искусства: обычные реалистичные портреты, а так же традиционная живопись, отличающаяся крайней стилизацией. И вот все мои изображения в свитках были сделаны именно вторым способом, и я там был на редкость страшным, во всех смыслах. Конечно, была ненулевая вероятность, что скульпторы и художники возьмут за основу какую-нибудь обычную лису, которые в лесах вполне себе встречались, но где гарантия?

Нет гарантий.

– Ладно, вы меня уговорили, что там в... – договорить я не успел, Пантера сунула мне под нос папку с документами. Я с недоверчивым прищуром посмотрел на Данзо, но тот только глазами хлопал, и в эмоциях непонятная каша.

В папке были эскизы, смета, различные заметки как художников, так и скульпторов и все такое. Изучив свои портреты, я с еще большим подозрением уставился на ученика, после чего примагнитился лапой к одному из листов и поднял, чтобы все могли видеть.

Там была изображена моя морда в стиле традиционного театра кабуки, ну то есть примерно как меня изображали в свитках. Мататаби заржала так, что навернулась со стола, а у Данзо глаза стали по ре каждый, такие же круглые.

– Они все-таки не утерпели, – вздохнула Пантера, отбирая у меня эскиз. – Я организую встречу с художниками и скульпторами.

– А работать кто будет? Это же, считай, весь день выделить надо!

– Мы справимся, – АНБУ подняла с пола все еще ржущую на зависть Кокуо кошку. – В крайнем случае вы просто рявкнете, и все наладится.

Так как аргументы у меня закончились, я вынужден был капитулировать и согласиться на встречу. Это явно было лучше, чем если бы людишки изобразили на скале ВОТ ЭТО. Уверен, они бы не поленились еще и покрасить мою каменную морду, чтобы точно как на эскизе.

За что мне все это?..

Дальнейший день прошел, ну, обычно, немного бумаг, парочка пространных бесед с отдыхающим от тренировок с АНБУ Данзо, несколько раз он сам разбирался с не слишком важными документами, привыкая к канцелярской работе. Насколько я знал, у него так же был назначен дружеский спарринг с Сарутоби, но ще... паренек был настроен скептически – Хирузен у Мадары обучался сильно дольше и только боевым аспектам. Впрочем, по глазам его хитрым я видел, что-то он придумал, такое, этакое. Попытаться научить его зачарованиям, или все же оставить самое вкусное для себя? Подумать надо.

Кстати о вкусном, Аканаши таки достроили свой кондитерский квартал в Танзаку и теперь ждали, когда я приду и торжественно его открою. Что-то там с суевериями связано, и верой, что без этого успеха не будет. Как бы меня там же на сувениры и не разобрали, народу будет... Нет, не то чтобы я боялся, тронут – я сам так трону, что убираться задолбаются, но мало ли? Устроят еще какой-нибудь прецедент, мне потом разбирайся.

Вот ведь все спокойно было, хорошо, тихо и уютно, ну что началось-то.

Приходил Хаширама, слезно умолял отпустить его на свободу, отбивая поклоны и продалбывая мне пол. На мой справедливый вопрос, а с каких пор я его вообще держу – мне-то нечем, а Мито давно вернулась в Узушио, непонятно почему оставив муженька в Конохе – этот... кадр пояснил, что теперь я хокаге, и если он самовольно свалит из деревни, это технически сделает его нукенином, и ему будет сложнее странствовать.

Я честно задумался.

– Так ты же уходил из деревни?

– Юридически, тогда ты еще не был хокаге, а потом ты нас с братом не отзывал.

Я уставился на Хашираму, на что тот ответил абсолютно незамутненным интеллектом взглядом с широченной улыбкой.

То-то он всегда за мои задания брался и выполнял их! А я все гадал, чего он такой послушный. Это что, получается, я мог его а любой момент просто вызвать на ковер? И избежать всей этой головомойки?

Стол в очередной раз выдержал ударные испытания, а вот шапка улетела, не удержавшись на макушке.

– С Мадарой сам будешь объясняться, – буркнул я в столешницу, хвостами доставая бланк о длительной разведывательной миссии. Подумал, достал второй, и начал заполнять, не глядя. – Устроите мне тут войну, я тебе вторую S-ку на увеличение поголовья Сенджу-Узумаки выдам, понял?

– Не надо, – побледнел Шиноби но Ками, но бланки забрал.

– Все, пшел с глаз моих! – Хашираму как ветром сдуло.

– Почему вы его отпустили, хокаге-сама? – очень удивился Хорек, свесивший с потолочной балки ноги.

– А что мне, насильно его в деревне держать? – я вздохнул, подперев голову лапой. – Он же демонстративно сядет у резиденции и начнет обрастать мхом и пылью.

– И все же?

– Да не выберут его в качестве хокаге, ни его, ни братца его, – я скуксился. – Дайме очень понравились циферки экономического роста при моем управлении, я до сих пор его убедить не могу в том, что мне нельзя вечно эту шапку носить. Хочу, говорит, биджу во главе селения, это почетно, эффективно и безопасно, и все тут. Посажу Ниби, пускай делает деревню, скрытую в дурдоме...

– А что вы будете делать, если она окажется, ну, хорошей хокаге?

Я задумался, крепко.

А ведь может. Ответственная и умная сестренка у меня, и когда надо, могла быть очень серьезной. Да, нередко она и всякое разное устраивала, но только потому что знала, ничего ей за это не будет. Происшествие на экзамене было первым и единственным разом, когда она прямо накосячила.

А если сманить ее обещанием рыбки... Хотя, нет, даже неограниченный запас вкусной рыбы не заставит ее надеть шапку добровольно. Но если у нее не будет выбора, то тогда – да.

– Ну, это уже будет не моя проблема.

Хорек согласно кивнул и снова скрылся в тени потолка.

Так прошло несколько дней. Приходил Мадара, выел мозги на тему того, что я, дескать, отпустил Хашираму, а ему еще неизвестно сколько с детсадом нянчиться, но как-то без огонька. Похмельный был, наверное. Потом был тот самый дружеский бой, на который Данзо притащил ящик красящих кистей и уничтожил соперника морально, чем знатно удивил что меня, что Учиху. Наверное, будь это полноценный бой, кисти не сработали бы, но в дружеском спарринге лисята особо не лютовали, и в целом больше развлекались. Назначили второй спарринг через неделю.

Встретился с художниками, сильно их расстроил тем, что отказался одобрять имеющиеся эскизы. Они, впрочем, не слишком обиделись, зарисовали мою морду со всех ракурсов, зачем-то тщательно измерили хвосты, и ушли обсуждать со скульпторами макет. Заняло это, ни много ни мало, почти полный день, в течение которого меня третировали просьбами «повернуть голову на три градуса левее, а теперь пониже, отлично, замрите на два часа». Не поубивал всех только потому что пришлось бы кучу бумаг заполнять, об устранении ущерба и найме новых художников. Бюрокатия оказалась сильнее, кто бы мог подумать...

Впрочем, были и хорошие новости – Кьюбитай отчитался о завершении международной операции по зачистке нукенинов из малых деревень. Награждать мне их было особо нечем, поэтому позволил каждому потрясти свою лапку, да поставил по отпечатку на лентах-хвостах, только что без чакры, чтоб не фонили на всю округу.

Остальные АНБУ завидовали так сильно, что, кажется, даже нарисованные мордочки лисьих масок выражения поменяли. Кажется, я слышал, что несколько шиноби с восемью хвостами всерьез решили начать готовиться к получению девятого, а это, как я уже замечал, ни разу не просто – Пантера все никак не закончит подготовку, а Хорек даже и не думает пытаться.

Надо, кстати, Ястреба будет проведать, уточнить, как он там без Сатори справляется. Карасу тэнгу я видел с котомкой на плече, выходящим из деревни, судя по отметке у охраны, птиц решил посетить Танзаку. Зря он, конечно, это в Конохе все привыкли к нему, там от него или шарахаться все будут, или на сувениры разорвут. Ну да ладно, демон он, или кто? Выкрутится.

– Кьюби-сенсей, – отвлек меня от изучения очередной бумажки Данзо.

– Да, Данзо-кун, чего такое?

– Помните, вы говорили, что мне надо репутацию наработать?

– Конечно, помню, – на самом деле нет, забыл напрочь. Впрочем, выкрутиться было несложно. – Но тебе сначала надо боевые навыки подтянуть, чтобы было, чем нарабатывать, да и работа в канцелярии под моим началом дает тебе налаживать связи, разве нет?

– Ну, это все да, но я бы хотел попросить вас отпустить меня на миссию в составе АНБУ.

– Не, с АНБУ тебе нельзя, только если к ним вписать, – я покачал головой. – И не получится тебя на чуть-чуть записать, не положено, плохой прецедент будет, оно тебе надо в будущем?

– А с другой командой?

– Засиделся что ли? – удивился я, на что лисенок смущенно кивнул. – Ну, хорошо, сходи, пока к наставникам... Кстати, а кто тебя вместо Хаширамы-то обучает? А то я что-то не подумал, замахался, когда его отпускал.

– Сенджу-сама, на самом деле, закончил мое обучение, – пояснио Данзо. – Ну, он так сказал. Мокутону и сендзюцу он меня обучить ведь не мог, а чему мог – обучил. Так что, я в основном с сенсеями из Кьюбитай занимаюсь.

– А, ну, хорошо, а то я думал его отозвать, – я вздохнул. Отпуск, мне нужен отпуск, мозги уже мехом зарастают. – Что думаешь о своем сопернике?

– Он силен и талантлив, – без зависти или сомнений ответил Шимура, пожал плечами. – Но не думаю, что у него много шансов, ученичество у Мадары-сама не очень хорошо сказалось на его репутации.

Надо же, успел провести соответствующее исследование. Растет, щено... Да тьфу ты, паренек, растет, уже и сам пользуется привилегиями ученичества у хокаге.

– Молодец, хорошая работа, – я кивнул, отчего чунин заулыбался. – Но не надейся на легкую победу, многие все еще считают, что личная сила для каге важнее всего.

– Я понимаю, Кьюби-сенсей, поэтому и прошу отправить меня на задание.

– Мурчитесь? – в окно заглянула Мататаби. Я смерил кошку взглядом, отчего та начала медленно сползать по стене.

– У меня для вас обоих ответственное задание, – я достал два бланка, о формировании временной команды и на миссию А-ранга. Сестра состроила жалобную мосю, но я ее проигнорировал. – Ниби, твоя задача – обойти скрытые селения и договориться о ежегодном проведении той игры с мячом, начни с великих, а потом по ниспадающей. А ты, Данзо-кун, будешь ее сопровождающим и секретарем.

– Ты... – Мататаби запнулась, недоверчиво прищурилась, подергивая хвостом. – Ты отправляешь меня в отпуск? Вот так просто?

– Иди-иди, потом некогда будет.

Сестренка у меня умная, быстро поняла, что это значит.

– Погоди, а не рановато ли? Я еще не готова стать каге!

– Это не в этом и не в следующем году произойдет, так что, давай, иди и примелькайся на ниве дипломатии, – я всучил кошке оба бланка. – Ну или Данзо примелькай.

Судя по взгляду, которым Мататаби наградила сглотнувшего ученика, быть ему не секретарем, а именно что посланником хокаге.

Я бы с удовольствием сам свалил из этого дурдома, но у меня было достаточно дел, чтобы я об этом только мечтал. Ну а еще путешествие вдвоем с сестенкой станет для Данзо-куна великолепнейшим стресс-тестом, он или подастся в нукенины, или станет непрошибаемым. Очень надеюсь на второе, тогда его можно будет хоть к дайме на ознакомление отправлять, пускай поручкаются.

Кстати о дайме, стоило загруженным Мататаби и Данзо уйти, как мне принесли письмо от правителя Страны Огня. Тот просил – просил! Дайме! Хокаге! Пусть и биджу, но прецедент же! – прислать ему лапко-печати, заготовки под них, в количестве десяти штук. Угу, я не ошибся все же, он действительно искал клеймо изготовителя, и, естественно, не нашел, их только в Конохе и делали. Спецзаказ, был у меня тут мастер один, переманил из мелкой деревушки. На возмущение тамошнего главы честно ответил, что таких людишек я коллекционирую, чем ввел того в ступор, на чем переговоры и завершились.

Собрав мысли и себя в кучку, я изучил прошение об открытии оружейной мануфактуры – надо же, чего придумали – в черте деревни и выделении бюджетных средств на первое время. Тут же была приписка от Какузу, мол, он провел исследование, и бюджетные деньги стоит выделить, так как это позволит снизить цену на расходное метательное железо чуть ли не втрое. Высококачественного оружия там делать не будут, но для генинов-чунинов, которые те же кунаи десятками разбрасывают, это будет хорошим подспорьем.

Хм, может, подкинуть идею о массовом производстве Аканаши? Хотя, нет, эти не согласятся, не с их бзиком на качестве. А жаль, было бы занятно подсадить вообще весь мир на их изделия. Мировая власть через пирожные, звучит же? Звучит.

– Вызывали, хокаге-сама?

Я уставился на Пантеру.

– А я вызывал? – моргнув, спросил я, на что буквально ощутил эмоцию закатывания глаз.

– Вы хотите сказать мне, что Ниби отправляется на задание.

– Я вызвал тебя, чтобы предупредить, что Ниби уходит на длительную миссию, поэтому, возможно, тебе стоит поискать помощников, – я послушно развернул мысль, на что АНБУ кивнула. – Ты когда экзамен сдавать будешь?

– После того, как закончим с вашей мордой на скале. Там много согласований и бумаг – пояснила куноичи, когда я открыл пасть.

– А я вам тут точно нужен? Вы вроде и без меня справляетесь.

– Хокаге-сама, – вот как она умудряется укоризненно смотреть сквозь лисью-то маску? За ней глаза-то почти не видно, даже цвета не разобрать.

– Ладно-ладно, – я замахал хвостами, фыркнул. – Передай Ястребу, чтобы провел ревизию первого сектора, если он еще этого не сделал, там, возможно, нужна реставрация.

– Хай, хокаге-сама, – Пантера умчалась в шуншине.

– Вы хорошо сегодня поработали, хокаге-сама, – заметил с потолка Хорек, на что я только хвостами махнул.

Хорошо, плохо... Вот все же спокойно было, я уже настроился на тишину и неторопливое обучение Данзо с целью скинуть ему шапку эту дурацкую, нет надо было спросить, мол, а чего так тихо.

Покусать бы, да кого? Даже наказать некого, все хорошо работают.

Я уронил морду в стол, и в этот раз не пробив укрепленную столешнику, и мысленно сделал отметку заменить его на что-нибудь не такое прочное. А то носик уже болит...