Аркейн: Эффект бабочки. Суд и раскаяние Хеймердингера

Глава 1

Жанр: фанфик

Доп. жанр: ЛитРПГ

Доп. жанр 2: боевая фантастика

АРКЕЙН: ЭФФЕКТ БАБОЧКИ

Часть 4: «Суд и раскаяние Хеймердингера»

Автор: SHADOW

Глава 1: «Невидимая сеть»

(В конце третьей части, после спокойного сна в каютах Атлантиды, группа была готова к действиям. Пока они обретали покой, Хеймердингер в Пилтовере праздновал победу, объявляя их «Особо опасными преступниками №1» и вводя комендантский час, уверенный, что загнал их в угол. Но он не знал, что у них есть связь, о которой он даже не подозревал.)

Утренний свет Атлантиды мягко лился сквозь обзорное окно жилого модуля.

На небольшой кухне, встроенной в стену, шипела пищевая машина. Джинкс с детским восторгом нажимала на светящиеся кнопки, создавая идеальный омлет, в то время как Кейтлин методично просматривала отчеты службы безопасности на голографическом терминале. Вай чистила свой револьвер, положив его на стол рядом с тарелкой, — привычка, от которой она не могла избавиться даже в самом безопасном месте в галактике. Дима сидел за столом, медленно потягивая горячий напиток, и смотрел на свою девушку.

«Мы в безопасности, — подумал он, глядя, как Джинкс украшает омлет синим джемом. — Но Хеймердингер всё ещё там. И он празднует».

В тысячах километров от них, в Пилтовере, Советник Хеймердингер выступал на балконе Башни.

— Эти террористы, — вещал он толпе, — посягнули на наше будущее. Но не бойтесь. Сеть стягивается. Комендантский час вводится по всему Зауну и Пилтоверу. Мы найдем их. Безопасность гарантирована.

Он улыбался, уверенный, что загнал зверя в клетку. Он не знал, что клетка открыта.

Дима поставил кружку. Он встал из-за стола и подошел к панорамному окну, глядя на бескрайний океан.

— Я скоро вернусь, — сказал он Джинкс.

Он вышел из каюты и прошел в пустой зал управления Башни. Встав в центр круглого помещения, он закрыл глаза.

Он больше не нуждался в стабилизаторах Виктора. Сила текла сквозь него свободно. Он не пытался отправить радиосигнал — он потянулся мыслью сквозь пространство, используя Силу как проводник. Он искал не Землю. Он искал центр Силы.

«Корускант», — послал он импульс. «Храм».

Ответ пришел не звуком, а ощущением присутствия.

Перед ним в воздухе соткались голографические силуэты. Магистр Йода, чей голос скрипел, как старая дверь. Магистр Винду, чье лицо было непроницаемой маской. И другие члены Совета.

— Дима, — прогремел голос Винду. — Твои следы в Силе... хаотичны. Ты покинул сектор.

— Я на Атлантиде, — ответил Дима, открывая глаза. — И у меня есть новости о Хеймердингере. То, что я говорил раньше — догадки. Теперь — факты.

Он изложил всё. О том, что Советник знал об Арене. О том, как он использовал Избранных, чтобы спровоцировать Джинкс. О том, как ядро было ловушкой, чтобы «стереть» её силу, а Кристалл — пугалом, чтобы стать единоличным спасителем.

— Он хочет власти, — закончил Дима. — И он использует страх людей, чтобы её получить.

В зале Храма повисла тяжелая тишина.

Магистр Йода закрыл глаза. Его уши дернулись.

— Чувствую... ложь, — проскрипел он. — В информационном поле Пилтовера. Тьма... густая. Не просто амбиции. Страх. Страх перед силой, ему неподвластной.

Мунди, другой магистр, кивнул, просматривая данные на своем датападе.

— Спутники фиксируют аномалию. Кристалл нестабилен. Если он упадет, Пилтовер не просто погибнет. Он будет стерт. Хеймердингер играет с силами, которых не понимает.

Винду наклонился вперед. Его голос стал тише, но тяжелее.

— Это больше не дело полиции. Это угроза балансу. Он должен предстать перед судом. Судом Ордена.

Дима кивнул. Игра началась. Хеймердингер только что сделал свой последний ход, даже не подозревая, что играет против Магистров.

Глава 2: «Два крейсера»

(В конце первой главы Дима вышел на связь с Советом Джедаев на Корусанте. Изложив факты о предательстве Хеймердингера, он позволил Магистрам заглянуть в информационное поле Пилтовера через Силу. Совет подтвердил догадки: Советник играл с балансом Силы и угрожал целому сектору. Решение было принято мгновенно — судить его «Тотально», по законам Ордена.)

Слова Магистра Винду «Судом Ордена» всё ещё висели в воздухе, когда связь прервалась.

Дима вернулся в жилую каюту.

— Они согласны, — сказал он, садясь за стол. — Но они не будут присылать дипломатов.

В этот момент космос вокруг Земли изменился.

В верхних слоях атмосферы, заставив взвыть все системы ПВО Пилтовера, из гиперпространства вынырнула гигантская тень. Массивный, хищный силуэт «Венатора» — республиканского ударного крейсера — завис над городом. Его серые борта закрывали солнце.

В Пилтовере:

Прямо на балкон Совета, где Хеймердингер только что закончил свою речь о «безопасности», с шипением опустился десантный корабль.

Из него вышли не полицейские. Вышли Магистры Джедаи в коричневых робах и клоны в белой броне.

Хеймердингер, только что державший в руках скипетр власти, замер.

— Советник Хеймердингер, — голос Магистра Йоды был тихим, но его слышал весь город. — Именем Галактической Республики. Вы арестованы.

На Атлантиде:

В Башне управления взвыла сирена. Но это не была тревога Атлантиды.

— У нас гости, — полковник Саманта Картер ворвалась в жилую секцию, на ходу активируя коммуникатор. — Это флот Республики. Два крейсера класса «Венатор».

Вай вскочила, рука метнулась к бедру, но кобура была пуста (оружие осталось на столе).

— Вторжение? — рыкнула она.

— Нет, — Картер подняла руку, успокаивая её. — Они запрашивают разрешение на посадку. Говорят, что они здесь... за нами. И за ним.

Второй крейсер вышел из гиперпространства над заливом. Он был меньше первого, но его появление над древним городом-кораблем выглядело монументально.

— Полковник Картер, — раздался голос из динамиков Атлантиды, — говорит Генерал-комендорт Ордена. Мы здесь, чтобы забрать «Группу из Пилтовера» как ключевых свидетелей. Приготовьтесь к транспортировке.

Шеппард, стоявший рядом с Картер, присвистнул.

— Ну надо же. Я думал, после Древних меня уже ничем не удивишь.

Картер посмотрела на Диму.

— Вы знали, что они придут?

— Я попросил о помощи, — просто ответил Дима. — Орден не отказывает, когда речь идет о защите невинных.

Кейтлин, всё это время молчавшая, подошла к иллюминатору. Она смотрела на серый корпус крейсера.

— Они пришли за нами, — прошептала она. — Но они пришли и за ним.

Вай подошла к Кейтлин и взяла её за руку, переплетая пальцы. Впервые за долгое время плечи капитана Энфорсеров расслабились.

На Атлантиде, в ангаре, уже прогревались двигатели «Прыгуна». Их путь в центр галактики начался.

Глава 3: «Зал Совета»

(В конце второй главы два республиканских крейсера совершили высадку: один арестовал Хеймердингера прямо на балконе Пилтовера, а второй забрал группу с Атлантиды. Оставив полковника Картер и подполковника Шеппарда на базе, крейсер с героями совершил прыжок в систему Корусант. Величие Храма Джедаев подавляло: белый камень, высокие своды и ощущение абсолютной власти, исходящее отовсюду.)

Шаттл приземлился в скрытом ангаре Храма.

Их встречали не клоны, а рыцари-джедаи в простых туниках. Никаких наручников, никакого конвоя с оружием. Джедаи просто окружили их, создавая живой коридор.

Дима шел впереди. Он был одет в тунику, предоставленную экспедицией, и выглядел не как беглец, а как уверенный в себе адепт Силы. Он кивком поздоровался с Магистром Винду, который ждал их у входа в Зал Совета.

— Совет готов, — сказал Винду. — Мы пригласили вас первыми. По вашей просьбе.

В Пилтовере, в это же время:

Хеймердингера, всё ещё в его парадной мантии, но уже в силовых наручниках, грубо втолкнули в десантный корабль. Он пытался протестовать, кричать о дипломатической неприкосновенности, но Магистр Йода лишь посмотрел на него, и Советник подавился собственным криком, почувствовав ледяную хватку Силы на своем горле.

В Храме:

Тяжелые двери Зала Совета открылись.

Круг кресел. Лица Магистров, скрытые в тени капюшонов. Атмосфера, от которой у обычного человека подкосились бы колени.

Дима вошел первым. Он не поклонился. Он просто прошел к гостевой скамье, расположенной в тени, прямо за трибуной для обвиняемого.

Следом вошли остальные.

Контраст был разительным.

Джинкс, в идеально белой тунике, которую ей подобрали джедаи, выглядела как юная послушница. Её татуировки были скрыты, но её осанка была прямой, а взгляд — ясным. Она не боялась.

Вай, обычно напряженная как струна, стояла, расслабленно сложив руки на груди, в черной форме, которую ей выдали на Атлантиде. Она выглядела как телохранитель, которому скучно.

Кейтлин, в строгом бежевом костюме, стояла с высоко поднятой головой. В её глазах не было страха перед судом — только холодная ярость офицера, чью жизнь разрушили.

Они выглядели не как жертвы. Они выглядели как сторона обвинения.

Они сели на скамью. Прямо за спиной того места, где должен был стоять Хеймердингер.

Двери снова открылись.

Ввели Советника.

Хеймердингер вошел в Зал, чеканя шаг, пытаясь сохранить остатки достоинства. Он смотрел на Совет, готовый произнести гневную речь о заговоре.

Он сделал три шага к центру.

И замер.

Его взгляд метнулся к кругу Магистров... и наткнулся на лица, сидящие за его спиной.

Он увидел Диму.

Увидел Вай.

Увидел Кейтлин.

Увидел Джинкс.

Его лицо исказилось от первобытной ярости.

— Вы?! — прошипел он, забыв о протоколах. — Вы... террористы! Вы обманули Орден!

Он думал, что это западня, которую подстроили его политические враги, использовав беглецов. Он думал, что контролирует ситуацию.

Но затем он посмотрел в глаза Магистру Йоде.

И побледнел.

Он увидел не гнев. Он увидел знание.

Магистры не смотрели на него как на обвиняемого. Они смотрели на него как на открытую книгу.

Хеймердингер понял. Орден всё знал с самого начала. Дима не просто сбежал. Дима привел их к нему.

Его ярость сменилась животным ужасом. Он понял, что стоит перед теми, кому врать бесполезно.

Глава 4: «Сюрприз»

(В конце третьей главы Совет Джедаев принял решение о «Тотальном» суде. Хеймердингера доставили на Корусант в наручниках, конвоируемого двумя Магистрами. Он выглядел помятым, но всё ещё пытался держать маску оскорбленного достоинства, когда его ввели в Зал Совета. Группа уже сидела на гостевой скамье — прямо за его спиной — согласно плану Димы.)

Тяжелые двери Зала закрылись, отрезая их от гула Храма.

Хеймердингер сделал три шага к центру круга. Он намеренно игнорировал скамью за своей спиной, обращаясь только к фигурам в креслах.

— Почтенные Магистры! — начал он, и его голос эхом отразился от сводов. — Я прибыл, чтобы свидетельствовать против этих террористов, которые разрушили Ядро Пилтовера и поставили под угрозу миллионы жизней! Они опасны, они неуправляемы...

Он театрально вздохнул, играя роль жертвы обстоятельств.

Затем он сделал шаг к трибуне для дачи показаний.

По протоколу, свидетель должен стоять лицом к Совету.

Хеймердингер повернулся.

Его взгляд, полный праведного гнева, встретился с взглядом Димы.

Затем он посмотрел на Вай. На Кейтлин. На Джинкс.

Слова застряли у него в горле.

Сначала — ярость.

— Вы?! — его голос сорвался на визг, маска слетела, обнажив чистую ненависть. — Вы... вы те самые террористы! Вы смеете являться в Храм?! Вы обманули Орден! Вы подкупили Совет! Это ловушка!

Он думал, что это политический сговор. Что его враги в Пилтовере наняли беглецов, чтобы подставить его. Он всё ещё верил, что контролирует ситуацию.

Но затем он посмотрел в глаза Магистру Йоде.

И побледнел.

Он увидел не гнев. Он увидел знание.

В Силе повисла тяжелая, давящая тишина. Хеймердингер почувствовал, как невидимые тиски смыкаются вокруг его разума. Он попытался солгать. Он попытался скрыть свои мысли о том, как планировал дискредитировать Джинкс.

Но лгать джедаям — всё равно что пытаться задержать дыхание под водой.

Магистр Винду чуть наклонил голову.

— Советник. Вы знали об Арене.

Это был не вопрос. Это был факт.

Хеймердингер дернулся, как от удара током. Его лицо из красного стало пепельно-серым.

Он понял.

Орден всё знал с самого начала. Дима не просто сбежал. Дима привел их к нему. Он использовал Совет как инструмент, чтобы вытащить правду на свет.

Маска высокомерия треснула окончательно. Его колени подогнулись, и он вцепился в край трибуны, чтобы не упасть. Высокомерие сменилось животным, первобытным ужасом человека, чья душа лежит на столе перед хирургами.

Глава 5: «Раскаяние»

(В конце четвертой главы Хеймердингер, повернувшись к Совету, увидел группу за своей спиной. Его первоначальная ярость сменилась животным ужасом, когда он понял: Орден всё знал. Дима привел их сюда как свидетелей. Маска высокомерия Советника треснула, когда он наткнулся на взгляд Магистра Йоды, поняв, что лгать бесполезно.)

В Зале повисла тишина, тяжелая и звенящая.

Хеймердингер тяжело дышал, вцепившись в края трибуны. Его глаза бегали от лица к лицу, ища спасения, но находя лишь спокойствие.

Магистр Йода подался вперед в своем кресле. Он не повышал голос. Он вообще почти не двигал губами, но его слова, усиленные акустикой и Силой, звучали как приговор.

— Знали вы, Советник, об энергии Кристалла? — проскрипел он. — О природе его... знали?

Хеймердингер попытался сглотнуть. Он открыл рот, чтобы произнести заготовленную ложь: «Я считал его опасным артефактом, я действовал в интересах безопасности...».

Но слова застряли.

Он посмотрел в глаза Йоды.

Врать джедаям — всё равно что пытаться дышать водой. Сила в Зале была настолько плотной, что любое отклонение от истины физически резало легкие. Хеймердингер схватился за грудь, хватая ртом воздух. Боль была невыносимой.

— Да... — прохрипел он. — Я знал. Я знал, что он... живой.

Магистр Винду не шелохнулся.

— Вы знали об Арене. О Избранных.

Хеймердингер затрясся.

— Отчеты... у меня были отчеты разведки! Я знал, что они придут! Я... я просто хотел использовать их. Чтобы показать городу, что нам нужно единство...

— Использовать, чтобы свести с ума, — голос Винду стал ледяным. — Джинкс.

Советник рухнул на колени. Его дорогая мантия смялась.

— Я не хотел! — выкрикнул он, и это был первый искренний звук за весь допрос. — Я боялся! Я боялся её! Я боялся того, что она может сделать! Я думал... я думал, если я заставлю Кристалл забрать её силу, она станет... нормальной. Послушной.

Он начал говорить. Слова лились из него потоком, прерываемым рыданиями. Это было не просто признание. Это было полное психологическое уничтожение.

Он говорил о зависти. О том, как он ненавидел Джинкс за то, что она была «ошибкой», которую он не мог контролировать.

Он говорил о Кейтлин. О том, как специально подставил её, зная, что она не выстрелит в сестру, чтобы лишить её звания и сделать уязвимой.

Он говорил о своем страхе перед Пилтовером. О том, что он стар, что технологии уходят из-под его контроля, и он хотел любой ценой остаться королем в своей песочнице, даже если ради этого придется утопить Заун.

Дима сидел на скамье, сложив руки на коленях. Он не чувствовал триумфа. Он чувствовал лишь тяжелую, липкую пустоту, исходящую от человека, который только что похоронил сам себя.

Джинкс смотрела на него без злобы. С жалостью. Она видела в нем не монстра, а просто испуганного старика, который пытался потушить пожар, сжигая дом.

Когда он закончил, он просто сидел на полу, опустошенный. От Советника Хеймердингера не осталось ничего. Лишь пустая оболочка, раздавленная тяжестью правды.

Глава 6: «Приговор»

(В конце пятой главы допрос превратился в публичное самоуничтожение. Хеймердингер, стоя на коленях перед лицом абсолютной власти Ордена, сломался. Он выкрикнул всё: свою зависть к Джинкс, свой страх перед силой, свой план по дискредитации Кейтлин. Он говорил, пока в легких не осталось воздуха, превратившись из Советника в пустую, дрожащую оболочку.)

Двери Зала Совета открылись.

Два рыцаря-джедая вошли внутрь. Они не смотрели на группу. Их целью был Хеймердингер.

Они молча подняли его с пола. Советник не сопротивлялся — у него не было на это ни физических, ни моральных сил. Его увели. Тяжелые створки закрылись, оставив группу наедине с Магистрами.

Дима, Вай, Кейтлин и Джинкс остались сидеть на скамье. Тишина давила.

Прошло около двадцати минут. Для группы, привыкшей жить в режиме «бей или беги», это время тянулось вечность.

Двери снова открылись.

Совет вернулся. Кресла заняли свои места в круге.

Магистр Йода медленно обвел взглядом присутствующих.

— Решение принято, — проскрипел он.

Магистр Винду выпрямился в кресле. Его голос был лишен эмоций, но резонировал в костях.

— Советник Хеймердингер признался в государственной измене, создании угрозы геноцида и намеренном использовании Силы для причинения страданий. Тюремное заключение для него недопустимо. Его влияние слишком велико, его связи в политике слишком глубоки. Из стен самой защищенной тюрьмы Республики он сбежит.

Вай напряглась, ожидая смертного приговора.

— Поэтому, — продолжил Винду, — мы применяем крайнюю меру. Вердикт Ордена: Изгнание.

Кейтлин вздрогнула. Изгнание звучало не так страшно, как казнь, но в устах Джедаев это было нечто иное.

— С этого момента, — голос Йоды стал тяжелее, — он больше не гражданин Пилтовера. Он больше не гражданин Зауна. Он — никто.

Один из рыцарей-джедаев, стоявших у стены, шагнул вперед. В его руках был небольшой прибор.

— Его память будет изменена, — пояснил Винду, глядя на группу. — Блокировка. Он забудет о Силе. Он забудет о технологиях Древних. Он забудет об Арене. Он станет обычным человеком.

— Его отправят на планету SG-74-Theta, — добавил рыцарь с прибором. — Необитаемый аграрный мир на краю сектора. Там нет городов. Нет технологий сложнее плуга. Он будет жить там. В одиночестве. Работая в поле до конца своих дней. Лишенный власти. Лишенный имени.

— Приговор... вступает в силу, — закончил Йода. — Немедленно.

Двери открылись снова.

Хеймердингера ввели обратно. Он выглядел... иначе. Его взгляд был расфокусированным, пустым. Он двигался механически, как кукла. Рыцари подвели его к центру зала.

Пространство вокруг него замерцало — включился транспортный луч.

— Прощайте, Советник, — сказал Винду.

Фигура Хеймердингера растворилась в золотом свете, исчезая с Корусанта навсегда.

В Зале снова стало тихо.

Дима медленно выдохнул. Он посмотрел на Джинкс. Она смотрела на то место, где стоял старик. Её татуировки горели ровным, спокойным синим светом. Угрозы больше не было.

Игра была окончена.

Глава 7: «Возвращение»

(В конце шестой главы Совет Джедаев вынес вердикт: «Изгнание». Хеймердингера лишили гражданства, заблокировали память о Силе и технологиях Древних, и транспортный луч унес его на необитаемую аграрную планету на краю галактики. Приговор вступил в силу немедленно. Угроза, висевшая над двумя мирами, была устранена навсегда.)

Тяжелые двери Зала Совета закрылись за спиной уводимого конвоем бывшего Советника.

В круге Магистров повисла тишина. Затем Винду медленно кивнул Диме.

— Вы свободны, — произнес он. — Храм благодарит вас за восстановление баланса.

Это был не просто юридический термин. Дима почувствовал, как невидимые тиски, сжимавшие его плечи с момента побега из Пилтовера, разжались.

Они вышли из Храма. На посадочной платформе их ждал всё тот же республиканский крейсер. Но теперь он не казался пугающим. Он был их кораблем.

Прыжок через гиперпространство занял считанные минуты.

Когда «Венатор» вышел на орбиту Пилтовера, город внизу выглядел иначе.

Комендантский час был снят. Вместо мрачных патрулей на улицах стояли отряды полиции, которые просто регулировали движение.

Крейсер приземлился прямо на Центральной площади, снося остатки баррикад, которые Хеймердингер успел навести.

Задний трап опустился.

Дима, Джинкс, Вай и Кейтлин вышли на свет.

Площадь, которая в прошлый раз была местом их позора, была заполнена. Тысячи людей. Рабочие Зауна, инженеры Пилтовера, жители улиц.

Как только первая фигура показалась на трапе, толпа взорвалась.

Это был не крик ненависти. Это был рев. Рев облегчения.

— Они вернулись!

— Это они остановили Кристалл!

— Слава героям!

Кто-то в толпе развернул огромный баннер, намалеванный на куске обшивки: «Спасибо за наше небо».

Кейтлин инстинктивно дернулась, ища глазами патрульных, готовых её арестовать, но полицейские отдавали ей честь.

Вай фыркнула, но уголок её губ дрогнул в улыбке. Она положила руку на плечо сестры, чувствуя, как напряжение последних суток окончательно покидает её.

Джинкс вцепилась в руку Димы. Она смотрела на толпу, и её татуировки светились не от безумия, а от чистого, детского восторга. Она не привыкла, чтобы её любили.

Дима обнял её за талию, прижимая к себе, и улыбнулся.

Они спустились по трапу прямо в объятия толпы. Они больше не были беглецами. Они были спасителями.

Глава 8: «Мать и Народ»

(В конце седьмой главы крейсер Республики приземлился на Центральной площади. Толпа, собравшаяся вопреки всем запретам Хеймердингера, встретила их не камнями, а овациями. Город, наконец вдохнувший свободно, признал в них своих спасителей.)

Пробиться сквозь ликующую толпу было невозможно, но для них расчистили коридор.

Навстречу вышла женщина. Строгий, но элегантный костюм, седые волосы, собранные в пучок, и глаза Кейтлин.

Кассандра Киркман, бывший советник, ныне — глава временного правительства Пилтовера.

Она не стала говорить речей. Она просто подошла к дочери и крепко обняла её.

— Ты справилась, — прошептала она Кейтлин на ухо. — Ты всё-таки справилась.

Кейтлин, обычно непроницаемая, уткнулась матери в плечо, и её плечи задрожали.

— Нам нужно к людям, — тихо сказала Кассандра, отстраняясь. — Они должны услышать правду.

Их провели к Башне. На широкий балкон, выходящий на площадь.

Под оглушительный рев толпы к микрофонам вышли трое.

Кейтлин встала первой. Она поправила волосы, её голос зазвучал четко и профессионально, перекрывая шум.

— Закон Пилтовера был нарушен. Советник Хеймердингер предал не только нас. Он предал саму суть безопасности. Он осужден. Порядок восстановлен.

Затем шагнула вперед Вай. Она не была политиком, и её голос был грубее, прямее.

— Он хотел заставить нас бояться друг друга. Заун и Пилтовер. Он хотел, чтобы мы перегрызли глотки, пока он правит. Мы не позволили. Мы защищали друг друга. И будем защищать.

Наконец, к микрофону шагнул Дима.

Площадь затихла, ожидая слов джедая.

Дима обвел взглядом море лиц. Он посмотрел не на людей Пилтовера. Он посмотрел в сторону, на специально отведенную площадку, где стояли другие гости.

Там, в форме Земного командования, стоял подполковник Джон Шеппард. Рядом с ним — полковник Саманта Картер и доктор Родни МакКей. А за их спинами, в белых туниках, стояли рыцари-джедаи, прибывшие на втором крейсере.

— Мы победили, — начал Дима, и его голос, усиленный динамиками, зазвучал теплее. — Но мы не победили бы в одиночку.

Толпа удивленно загудела.

— Когда нам было некуда идти, когда Хеймердингер объявил нас врагами, нас приняла Атлантида, — Дима указал на Шеппарда и Картер. — Там были люди. Там были... не совсем люди. Но им было всё равно, что я джедай, а Джинкс — аномалия. Им было важно лишь то, что мы — живые существа, попавшие в беду. Они дали нам приют. Они дали нам технологии. Они помогли нам, потому что мы просто попросили о помощи.

Он сделал паузу, давая словам впитаться.

— Наш дом теперь там, среди звезд. Атлантида стала нашей семьей. Но Пилтовер... Пилтовер всегда будет в наших сердцах. Спасибо, что боролись вместе с нами.

Толпа взорвалась аплодисментами, которые, казалось, могли обрушить Башню.

Дима отошел от микрофона, взял Джинкс за руку и улыбнулся. Игра была окончена. Они победили.

Глава 9: «Дом»

(В конце восьмой главы Дима произнес речь с балкона Башни Пилтовера. Он поблагодарил народ и официально объявил Атлантиду их новым домом, представив команду Атлантиды (Шеппарда, Картер) и Орден Джедаев как их союзников. Толпа взорвалась овациями, приняв их выбор. Поражение Хеймердингера стало окончательным, а герои получили то, чего у них никогда не было — признание и безопасность.)

Путь домой занял меньше времени, чем путь в клетку.

«Прыгун» скользнул в гиперпространство, оставив Пилтовер позади. Для Димы, Джинкс, Вай и Кейтлин это был последний полет в качестве беглецов.

Когда они вышли из прыжка, перед ними во всем своем величии парила Атлантида. Белая «снежинка» в лучах закатного солнца.

— Башня управления, — раздался мягкий голос ИИ корабля. — Запрашиваю разрешение на посадку.

— Башня, это Картер, — голос полковника раздался из динамиков, полон веселой иронии. — Смотрю, вы привели гостей. И где мой крейсер?

— Выполняет приказ Совета, мэм, — ответил Дима, улыбаясь. — Высаживает груз.

— Поняла. Сажайте свою жестяную банку. Ангар открыт.

«Прыгун» плавно вошел в верхний ангар Башни. Массивные створки закрылись за ними, отсекая вакуум.

Герои вышли из корабля.

Их встречала не охрана.

В центре ангара, скрестив руки на груди, стояла Саманта Картер. На её лице играла легкая, теплая улыбка.

— Добро пожаловать домой, — сказала она. — И спасибо. За то, что не разнесли Пилтовер окончательно.

Вай хмыкнула, но впервые за всё время её взгляд был абсолютно спокоен. Кейтлин сняла свою форму Энфорсера и переоделась в гражданское, просто стоя рядом с Вай и держа её за руку.

Эпилог.

Спустя время.

Атлантида. Вечер.

Город-корабль мягко покачивался на волнах залива, но для тех, кто жил внутри, это было незыблемое спокойствие.

Дима и Джинкс сидели на самом краю одного из внешних пирсов, свесив ноги над бездной океана.

Дима обнимал её за плечи, положив подбородок ей на макушку.

Джинкс рисовала в воздухе. Её палец чертил линии из чистого синего света — сложные фрактальные узоры, которые вспыхивали и медленно растворялись в вечернем бризе. Это был не взрыв. Это был танец. Она была спокойна. Она была дома.

В это же время, в тренировочном зале Башни, Вай показывала Кейтлин прием самообороны.

— Нет, вот так, — смеялась Вай, заламывая руку Кейтлин, которая пыталась сопротивляться. — Ты слишком вежлива.

— Я просто не хочу ломать тебе руку, — фыркала Кейтлин, но в её глазах плясали чертики.

Они сидели потом на балконе их каюты, завернувшись в один плед, и пили горячий чай, глядя на огни города.

Они победили систему. Они прошли через предательство, огонь и лед. Они потеряли всё, чтобы найти друг друга.

Они нашли свой дом.

И жили долго и счастливо.

Конец четвертой части.

Конец книги «Аркейн: Эффект бабочки».