Аркейн: Эффект бабочки. Фрактальный резонанс

Глава 1

Жанр: фанфик

Доп. жанр: ЛитРПГ

Доп. жанр 2: боевая фантастика

АРКЕЙН: ЭФФЕКТ БАБОЧКИ

Часть 2: «Фрактальный резонанс»

Автор: SHADOW

Глава 1: «Поле битвы – Заун»

(Огненная стрела всё ещё горела на каменном полу собора, выжигая черный круг в древней кладке. Воздух пах озоном, раскаленным металлом и паленой шерстью. Это был запах войны, который Дима уже начинал ненавидеть. Финал первой части не принес победы, он принес лишь осознание: они заперты в клетке, где правила меняются каждую секунду. Дима стоял на коленях посреди зала. Зеленое пламя Силы всё ещё окутывало его ладони, сращивая разорванную на спине кожу и останавливая кровь. Боль от ран на Арене — фантомная агония Лучника, пронзенного незеритом — пульсировала в висках, но стабилизатор Виктора, который он успел активировать, глушил её, превращая в глухой, далекий звон.)

— Ты выглядишь дерьмово, — голос Вай прозвучал хрипло. Она прислонилась к разбитой исповедальне, перезаряжая револьвер. По её щеке текла кровь из глубокой царапины — медведь всё же достал её лапой, прежде чем Кейтлин всадила зверю в морду световую гранату.

Кейтлин стояла на одном колене у разбитого витража. Её снайперская винтовка была направлена на вход, но руки слегка дрожали. Офицер Энфорсеров только что нарушила прямой приказ, спустив курок по товарищу, в которого вселился Гладиатор.

— Они не остановятся, — тихо сказала Кейтлин, не отрывая взгляда от прицела. — Хеймердингер объявил «красную зону». Если мы не сдадим Джинкс... они выжгут этот квартал.

— Пусть только попробуют, — фыркнула Джинкс. Она сидела на обломке кафедры, нервно крутя в руках «Пим». Но в её движениях не было привычного хаоса. Она смотрела на дверь собора, и её глаза — один голубой, другой фиолетовый от хекстек-импланта — были пугающе ясными.

Экко спрыгнул с верхнего балкона, приземляясь рядом с Димой. Визоры его тайм-скутера мерцали красным.

— Дима, — выдохнул он. — Посмотри на это.

Экко вывел голографическую карту Зауна прямо в воздух. Город был усеян красными точками. Четырнадцать штук. Ровно четырнадцать.

— Они не просто бродят, — продолжил Экко. — Инженер захватил подстанцию в нижнем городе. Лучник занял позицию на шпиле Академии. Кошмар... датчики сходят с ума в районе Клоудверс. Они захватывают инфраструктуру.

Дима закрыл глаза, пытаясь унять тошноту. Он видел это. Он чувствовал каждого из них.

Внезапно тишину собора разорвал тонкий, пронзительный свист.

Дима не думал. Его тело, натренированное видениями, среагировало быстрее разума.

— Вниз! — рявкнул он.

Вторая огненная стрела влетела в разбитую дверь, оставляя за собой шлейф магического пламени. Она летела прямо в грудь Джинкс.

Дима выбросил руку вперед. Сила вырвалась из его ладони не вспышкой, а плотной, невидимой стеной. Стрела врезалась в неё в метре от лица Джинкс. Древесина с грохотом разлетелась в щепки, а наконечник, светящийся бордовым, смялся и упал на пол.

Вай выстрелила в ответ, даже не целясь, просто на звук. Пуля высекла искру из каменной колонны.

— Их двое! — крикнула Кейтлин. — Лучник на балконе! И медведь в дверях!

Огромная туша, проломив остатки дверей, ввалилась в собор. Это был медведь Друида. В реальном мире он выглядел как просто крупный, мутировавший от химикатов зверь, но его глаза горели тем же зеленым огнем, что и посох Друида на Арене. Он тяжело дышал, из пасти капала пена, а в лапе всё еще торчал кусок стального капкана из видения Димы.

С другой стороны, с верхнего балкона, снова послышался свист.

Дима встал. Он больше не был жертвой.

— Займите его! — крикнул он Вай и Кейтлин. — Джинкс, со мной!

Лучник на балконе — тощий парень в форме Энфорсера, лицо которого было искажено паникой Лучника из видений — снова натянул тетиву. Его лук был настоящим, массивным, собранным из обломков мебели и арматуры.

Дима не стал прятаться. Он шагнул вперед, закрывая собой Джинкс.

Стрела сорвалась с тетивы.

Дима не выставил щит. Он просто *позволил* Силе течь. Он не отбил стрелу — он *отклонил* её. Незримый импульс ударил в древко в полете, заставив траекторию изогнуться. Стрела вонзилась в пол в сантиметре от сапога Вай.

Лучник наверху побледнел. Он не понимал, почему его идеальный выстрел промахнулся.

— Он мой, — прошептал Дима.

Внизу Вай и Кейтлин открыли огонь по медведю. Пули Энфорсера и револьвер Вай отскакивали от густой шкуры, не причиняя вреда. Зверь взревел и бросился на Кейтлин.

— Бежим к ризнице! — скомандовала Вай, вытаскивая световую гранату.

— Нет! — резко крикнула Джинкс. Она вскочила на ноги. — Если мы убьем его, мы убьем того парня, в которого он влез!

Она швырнула «Пим» не в медведя, а в разбитый витраж высоко под потолком. Ослепительная вспышка белого фосфора залила собор.

Медведь взревел от боли в глазах, мотая головой.

Вай, не дожидаясь, пока зверь придет в себя, схватила Кейтлин за шиворот и буквально швырнула её в сторону черного хода.

— Дима! — крикнула Джинкс.

Лучник наверху пришел в себя. Он наложил новую стрелу.

Дима стоял неподвижно. Он смотрел на Лучника. Он чувствовал его страх.

— Ты не хочешь этого делать, — сказал Дима в пустоту собора.

Пальцы Лучника дрогнули. Стрела ушла в молоко, ударив в стену.

— Уходим! Сейчас! — Джинкс дернула Диму за рукав.

Они бросились к выходу, пробираясь через дым. Дима шел последним. Он оглянулся.

Лучник сидел на балконе, опустив лук. Он смотрел на свои руки так, словно видел их впервые. Медведь, проморгавшись, жалобно заскулил и пополз к выходу, волоча раненую лапу.

Они не враги. Они — пленники.

Дима выбежал на улицу, вдыхая ядовитый воздух Зауна.

Четырнадцать точек на карте. Четырнадцать людей, чьи жизни сейчас превращались в ад.

— Экко, — прохрипел Дима, когда они оказались в тени складов. — Где нам найти место, которое не занято призраками?

— Нигде, — ответил голос пилота в коммуникаторе. — Добро пожаловать в Фрактальный резонанс, Дима. Заун больше не принадлежит людям.

Глава 2: «Призраки в проводах»

(Вонь Зауна в «Трубах» — переплетении старых вентиляционных магистралей и канализационных стоков — казалась спасением после запаха озона и горелой плоти в соборе. Они бежали молча. Кейтлин, офицер Энфорсеров, вела их по служебным картам, которые теперь могли стоить ей карьеры. Вай шла впереди, держа револьвер наготове, её лицо было бледным от осознания: её младшая сестра только что спасла жизнь офицеру, нарушив закон Пилтовера. Джинкс замыкала шествие, нервно сжимая «Пим», но не зажигая фитиль. Дима шел в середине, пытаясь унять дрожь в руках — отклонив стрелу Лучника Силой, он почувствовал, как тонкая нить между мирами натянулась до предела.)

— Сюда, — Кейтлин указала на ржавый люк в полу. — Это старая ветка охлаждения химзавода. Патрули туда не суются, слишком высокий уровень токсинов.

Вай спрыгнула первой, освещая путь фонариком на перчатке. Они оказались в широком бетонном тоннеле, по дну которого текла река нечистот, подсвеченная лишь редкими синеватыми грибами.

Как только люк над головой закрылся, отсекая звуки сирен, напряжение спало. Кейтлин сползла по стене, тяжело дыша.

— Хеймердингер объявил военное положение, — тихо сказала она. — Если узнают, что я вывела вас... меня отдадут под трибунал.

— Не узнают, — буркнула Вай, садясь рядом с ней и доставая аптечку. Она начала обрабатывать порез на щеке сестры. Их пальцы соприкоснулись, и на секунду обе забыли о погоне.

Дима отошел в тень, подальше от света фонарей. Он опустился на корточки, прислонившись затылком к холодной трубе. Ему нужно было снять боль. Он закрыл глаза, позволяя Силе течь. Зеленое пламя окутало его ладони, но вместо того, чтобы лечить раны, он направил энергию в голову, пытаясь «выключить» эхо Арены.

Белый камень.

Барьер пульсировал в трех метрах. Пространство Арены превратилось в тесную клетку.

Гладиатор стоял в центре. Его тор был залит кровью, но в руках он сжимал лишь грубый деревянный обломок. Связь с Рыцарем оборвалась вместе с падением Лучника в Небытие. Незеритовый топор лежал на камне — бесполезный, так как Гладиатор сошел с «базы».

Напротив него, у разбитой турели, сжался Алхимик. Он трясущимися руками смешивал последнее зелье, его лицо было залито слезами и химикатами.

— П-подожди... мы можем договориться... — бормотал он.

Гладиатор не ответил. Взревев от слепой ярости танка, которому не дали развернуться, он шагнул вперед и опустил деревянный обломок на голову Алхимика с влажным хрустом.

Дима в «Трубах» Зауна дернулся, схватившись за виски. Кровь снова пошла носом.

— Он убил его, — выдохнул Дима. — Просто так. Деревяшкой.

— Они звереют, — Вай подошла к ним, вытирая руки. — Без правил они просто звери.

Внезапно фонарь Кейтлин моргнул. Раз, другой. Синеватый свет грибов на стенах тоннеля потускнел.

— Что за... — Кейтлин достала рацию. — База, это Киркман. Ответьте.

В ответ — только оглушительный треск статики.

Кейтлин ударила рацию по бедру.

— Связь глушат. Полностью. Весь нижний город — слепая зона.

— Это не глушилка, — голос Экко раздался из коммуникатора Джинкс. Экко единственный, кто использовал тайм-скутеры, которые работали на другом принципе. — Это перегруз.

На голографической карте Джинкс, которую та крутила в руках, одна из красных точек — в районе Пилтоверской дамбы — вспыхнула ярче остальных.

— Инженер, — прошептала Джинкс. — Он добрался до Главного Узла.

— Если он захватит Узел... — начала Вай.

— Он его уже захватил, — закончила Кейтлин.

В ту же секунду свет в «Трубах» погас окончательно.

Наступила абсолютная, звенящая тьма. Единственным источником света остался зеленый клинок светового меча Димы, который активировался в его руке сам собой, реагируя на выброс адреналина хозяина.

— Добро пожаловать в темноту, — прошептала Джинкс в повисшей тишине. — Инженер выключил Пилтовер.

Глава 3: «Доктор и его игрушки»

(Вонь Зауна в «Трубах» сменилась стерильным запахом озона и машинного масла. Когда свет в городе окончательно погас, Экко вывел их из затопленных магистралей через служебный лифт в заброшенный медицинский бункер. Группа оказалась в бетонном мешке, освещенном лишь аварийными красными лампами. Связи не было, город наверху тонул во тьме, а Избранный-Инженер уже захватил Главный Узел.)

Тяжелая гермодверь бункера зашипела, закрываясь за их спинами, отрезая звуки сирен. Джинкс тут же сползла по стене на пол, обхватив колени руками. Впервые за вечер её хаотичная энергия иссякла. Вай села рядом, молча положив руку сестре на плечо. Кейтлин отошла к пульту связи, пытаясь пробиться через глушилку — безуспешно.

— Вы идиоты, — раздался сухой, лишенный эмоций голос из динамиков под потолком. — Вы только что привели хвост из четырех секторов прямо ко мне.

Дима вскинул световой меч, но зеленый клинок тут же погас — в бункере стояла мощная система подавления энергии.

— Виктор, — выдохнула Кейтлин, опуская рацию. — Отключи протоколы безопасности. Это я, Киркман.

Одна из стен отъехала в сторону. В проеме стоял создатель хекстека. Он выглядел не как безумный гений из новостей, а как загнанный врач в операционной: белый халат помят, на лице — дыхательная маска, глаза красные от недосыпа.

— Киркман, — Виктор снял маску, кривя губы. — Твой «закон» только что оставил весь Пилтовер без сердца. Инженер не просто выключил свет. Он переписывает протоколы дамбы. Если через час мы не вернем контроль, водохранилище уйдет в Заун, и нас смоет радиоактивной жижей.

— Мы не можем его убить, — Вай поднялась на ноги. — В нем человек.

— Знаю, — Виктор подошел к Диме, осматривая его с головы до ног. — Я вижу разрывы в твоей ауре, мальчик. Ты смотришь на Арену. Прямой транс.

Дима пошатнулся. Горло снова сдавило фантомной кровью.

— Он убивает их, — прошептал Дима. — Гладиатор только что размозжил голову Алхимику. Деревом.

— Потому что Кристалл умирает, — Виктор подошел к металлическому столу и начал перебирать инструменты. — Мой эксперимент вышел из-под контроля. Кристалл больше не лечит планету. Он жрет энергию душ, чтобы совершить последний сверхпрыжок. Когда он прыгнет, Пилтовер и Заун станут эпицентром взрыва чистой магии.

— Как это остановить? — спросила Кейтлин.

— Никак, — Виктор достал из стерилизатора странный прибор, похожий на паука из игл и проводов. — Но можно не сойти с ума, пока мы пытаемся.

Он подошел к Диме.

— Твой мозг не выдерживает двойной нагрузки. Боль Арены убивает твое тело здесь. Это нужно купировать.

— Я справляюсь Силой, — попытался возразить Дима.

— Твоя «Сила» — это просто выброс адреналина, — отрезал Виктор. — Она сожжет тебе нейроны за сутки.

Виктор прижал «паука» к затылку Димы. Дима дернулся, но Вай и Кейтлин тут же схватили его за руки, фиксируя.

— Терпи, джедай, — мрачно усмехнулась Вай.

Иглы вошли в кожу. По позвоночнику прокатилась волна ледяного холода. Боль от раздавленного Алхимика мгновенно исчезла, словно её выключили рубильником. В ушах перестал стоять звон.

Виктор щелкнул тумблером на приборе.

— Это стабилизатор, — сказал он, отходя к своему терминалу. — Он блокирует синаптическую связь с проекцией. Ты всё ещё будешь видеть Арену, но перестанешь чувствовать её физически.

Дима сделал глубокий вдох. Впервые за много часов он смог вдохнуть полной грудью без привкуса крови.

— Зачем ты нам помогаешь? — подозрительно спросила Кейтлин. — Ты же ненавидишь магию.

Виктор обернулся. Его взгляд был безумен, но направлен не на них, а на карту города, где мигала точка Инженера.

— Потому что если Пилтовер смоет в залив, мои лаборатории тоже смоет, — спокойно ответил он. — А я ещё не закончил свою работу. Кроме того... — он нажал кнопку на пульте, и на стене загорелся огромный экран. — Мне нужно, чтобы вы сделали за меня грязную работу.

На экране была схема Главного Узла.

— Инженер забаррикадировался в ядре. Мои дроны туда не пройдут, его протоколы их сожгут. Но у вас есть преимущество.

Виктор указал на Джинкс.

— Ты — «Аномалия». Система Инженера не знает, как классифицировать твой класс. Ты можешь пройти там, где застрянет армия.

Джинкс подняла голову. В её глазах, несмотря на усталость, вспыхнул знакомый безумный огонек.

— Вы хотите, чтобы я взломала сердце Пилтовера? — она хищно улыбнулась, поднимаясь с пола. — У меня как раз закончилась светошумовая. Нужно что-то помощнее.

Виктор нажал кнопку, и стена за его спиной отъехала, открывая вход в арсенал.

— Прошу, — сказал он. — И постарайтесь не взорвать мой город окончательно. Пока что.

Глава 4: «Железная хватка Пилтовера»

(Виктор открыл им доступ в старый служебный тоннель, ведущий прямо в верхний город. Стабилизатор на затылке Димы гудел холодом, отсекая фантомную боль Арены, но видения всё равно просачивались — глухие, черно-белые вспышки ярости Гладиатора. Джинкс, вооруженная новыми игрушками от безумного доктора, нервно крутила в руках электромагнитную мину. Но тяжелее всего было смотреть на Кейтлин. Офицер Энфорсеров вела их по крышам собственного города как вражескую диверсионную группу, рискуя всем ради спасения Зауна, который её начальство хотело уничтожить.)

Пилтовер под ночным небом выглядел как оккупированная крепость. Улицы патрулировали отряды в тяжелой броне, небо бороздили дроны с прожекторами. Света не было — Инженер погрузил город во тьму, и лишь синие вспышки хекстек-щитов разрезали мрак.

— Сюда, — Кейтлин шепнула, перебрасывая свое тренированное тело через пролом в перилах на крышу Академии. — Патруль «Гамма» заходит на смену через две минуты. Если нас заметят...

— Нас заметят, — буркнула Вай, подавая руку Джинкс. — От тебя разит Энфорсером за километр.

Кейтлин проигнорировала укол. Её лицо было сосредоточенным и жестким.

— Хеймердингер отдал приказ. Если мы не вернем контроль над дамбой до рассвета, он сбросит воду. Весь нижний город будет смыт в залив, чтобы локализовать... заразу.

— «Заразу»? — Джинкс зашипела, её глаза опасно сузились. — Это ты про мою сестру?

— Я про монстров в телах людей, — отрезала Кейтлин, даже не обернувшись. — Я делаю всё, чтобы спасти и Заун, и Пилтовер. Но если придется выбирать...

Она не закончила. Все поняли.

Они двигались по коньку крыши Академии. Внизу, на площади, разворачивалась тяжелая артиллерия.

— Стой, — внезапно замерла Кейтлин, вглядываясь в темноту впереди.

Из тени соседней башни вышел отряд. Четверо бойцов в черной броне спецназа. В отличие от обычных патрульных, они двигались без фонарей, используя тепловизоры.

— Спецназ «Кинжал», — выдохнула Кейтлин. — Личная гвардия Хеймердингера.

— Мы не пройдем, — Вай передернула затвор. — Их слишком много.

— Есть обход через оранжерею, — Кейтлин уже прокладывала маршрут, — но он открыт. Придется бежать через прожекторы.

В этот момент командир отряда «Кинжал» поднял руку.

— Цель обнаружена. Блокировать сектор.

Его голос звучал глухо из-под шлема, но в нем была странная, вибрирующая нотка. Нечеловеческая.

Отряд «Кинжала» не стал стрелять. Они начали перестраиваться, образуя сплошную стену щитов.

— Это не тактика, — прошептала Кейтлин, её рука сама потянулась к кобуре. — Это Гладиатор.

Командир снял шлем. Под ним было лицо молодого офицера, но глаза горели тем же слепым огнем, что и у танка на Арене. Он увидел Вай.

— Синий клинок, — прорычал он. Голос офицера смешался с рычанием Гладиатора. — Ты.

Он не стал доставать оружие. Он просто пошел на них.

Первый удар его бронированного кулака пришелся в перила крыши. Металл смялся с оглушительным скрежетом.

— Он не использует тактику, — Кейтлин вскинула винтовку, но её голос дрогнул. — Он просто прет напролом. Как тогда, в соборе.

Гладиатор ударил снова, пробивая дыру в каменной кладке. Отряд «Кинжала» двинулся за ним, используя его как живой таран.

— Он убьет гражданских, — прошипела Вай, глядя на площадь внизу. — Если мы ввяжемся в бой здесь, он разнесет пол-Академии.

Кейтлин прицелилась. Её палец лежал на спусковом крючке. Она целилась в офицера. В своего подчиненного.

— Кейтлин, нет! — Вай схватила её за руку. — Если ты выстрелишь в него...

— Я должна его остановить! — рявкнула Кейтлин, пытаясь вырваться. — Это приказ! Если я его не остановлю, Хеймердингер сбросит дамбу! Я спасаю квартал, Вай!

В её глазах стоял холодный расчет Энфорсера. Она была готова убить одного, чтобы спасти тысячи. Она была готова пожертвовать телом офицера, чтобы остановить Гладиатора.

Вай отшатнулась от неё, как от чужого человека.

— Ты такая же, как они, — тихо сказала Вай.

Гладиатор прорубил себе путь через крышу. Он был уже в пяти шагах.

— Вниз! — крикнул Дима. — В оранжерею! Живо!

Он толкнул Джинкс к лестнице, ведущей на технический уровень.

— Бегите, — Дима повернулся к Гладиатору, активируя Силы.

Кейтлин смотрела на Диму, потом на Вай. Она поняла, что только что потеряла доверие сестры. Сжав зубы, она бросила винтовку и последовала за Вай в темноту оранжереи, пока Дима пытался сдержать титанический натиск Гладиатора, который сносил колонны голыми руками.

Глава 5: «Сёстры по оружию»

(Пилтоверская оранжерея встретила их влажным жаром и запахом гниющих экзотических цветов. Дима, прикрывая отход, остался на крыше, используя Силу, чтобы сдержать титанический натиск Гладиатора. Кейтлин, разрываемая долгом и чувством вины перед Вай, бежала впереди, освещая путь фонарем. Вай замыкала шествие, её рука никогда не лежала так далеко от револьвера. Отряд спецназа «Кинжал» проломил стеклянный купол оранжереи, обрушивая вниз дождь из осколков и бетонной крошки. Гладиатор, игнорируя порезы, прыгнул следом за ними.)

Мост, соединяющий оранжерею с Башней Хеймердингера, был узким и скользким от конденсата.

— Он не остановится, — выдохнула Кейтлин, целясь в темноту пролома. — Нужно взорвать переход.

— Там Дима! — рявкнула Вай.

Гладиатор вырвался из облака пара. Его глаза горели яростью, а руки были покрыты кровью — не только своей, но и кровью Димы, которую он оставил на крыше. Он не стал доставать оружие. Зачем, если его кулаки сами по себе были кувалдами.

— С дороги, — прорычал голос Гладиатора из глотки молодого офицера.

Он бросился на Вай.

Вай выстрелила дважды. Пули Энфорсера вошли ему в плечо, но лишь замедлили. Гладиатор ударил её наотмашь. Вай отлетела к перилам моста, её голова взорвалась болью, в ушах зазвенело. Револьвер выпал из рук и исчез в тумане внизу.

— Вай! — крик Кейтлин разрезал шум дождя.

Гладиатор навис над Вай, занося ногу для добивающего удара.

Кейтлин действовала на рефлексах. Она вскинула винтовку.

В её голове билась одна мысль, вбитая годами тренировок: Нейтрализовать угрозу. Любой ценой.

Но палец не нажал на спуск.

Она смотрела на Гладиатора, а видела лицо молодого лейтенанта, который вчера приносил ей кофе. Она смотрела на Вай, лежащую у её ног, и видела девушку, которую обещала защищать.

Долг Энфорсера требовал убить офицера, чтобы остановить монстра.

Любовь требовала спасти Вай, даже если это будет стоить ей карьеры.

— Прости, — прошептала Кейтлин.

Она перевела прицел. Выстрелила не в голову, не в сердце. Она выстрелила в колено.

Разрывной болт Энфорсера ударил точно в сустав. Хекстек-имплант в ноге офицера вспыхнул и взорвался.

Гладиатор взревел от боли, которую тело человека не должно было выдержать. Его нога подломилась. Он рухнул на колени прямо перед Вай.

Вай, кашляя кровью, подняла голову. Она видела, как Кейтлин, её Кейтлин, только что выстрелила в своего товарища. Нарушила прямой приказ Хеймердингера.

Гладиатор, ослепленный болью, замахнулся здоровой рукой, пытаясь дотянуться до Кейтлин.

Вай не думала. Её тело двигалось быстрее разума. Она схватила револьвер, который чудом не свалился с моста, и, лежа на спине, выпустила оставшиеся три патрона в упор в нагрудник Гладиатора. Пули не пробили броню, но ударили его в грудь, отбрасывая назад, прямо в стеклянную стену оранжереи.

Наступила тишина, прерываемая лишь шипением дождя и стоном раненого офицера.

Кейтлин выронила винтовку. Она смотрела на свои руки, покрытые пороховой гарью. Она только что уничтожила свою карьеру.

Вай тяжело поднялась на ноги. Её бок был залит кровью, но она стояла. Она подошла к Кейтлин и взяла её лицо в свои грязные, дрожащие ладони.

— Ты выбрала меня, — тихо сказала Вай.

Это были не слова благодарности. Это было признание.

Кейтлин уткнулась лбом в плечо сестры Джинкс, и впервые за этот вечер из глаз офицера Энфорсеров потекли слезы. Они стояли посреди разрушенного моста, под дождем, как две напуганные девушки, только что переступившие черту, за которой нет возврата.

— Он очнется, — прошептала Кейтлин. — И он приведет весь Пилтовер.

— Значит, нам нужно спешить, — Вай поцеловала её в лоб, а затем подобрала винтовку. — Джинкс, Дима, шевелитесь! Мы пробиваемся в Башню!

Глава 6: «Химия любви и взрывчатки»

(Разрушенный мост Пилтовера остался позади, как и карьера Кейтлин. Выстрел в колено офицера-Гладиатора спас Вай, но превратил их в главных преступников Пилтовера. Спустившись по техническим шахтам обратно в ядовитый туман Зауна, группа чувствовала себя выжженной. Кейтлин, нарушившая приказ ради любви, молчала, крепко сжимая руку Вай. Джинкс, прижимая к себе «Пим», нервно оглядывалась на каждый шорох. Дима, опираясь на плечо Джинкс, боролся с тошнотой — стабилизатор Виктора начал давать сбои, и фантомная боль Гладиатора снова пульсировала в висках.

Логово Джинкс встретило их привычным запахом озона, химикатов и разогретого металла. Это была не пещера, а старый цех очистки, заставленный верстаками, перегонными колбами и горами ржавого хлама. Здесь пахло домом.

— Никому не трогать синюю колбу, она кусается, — бросила Джинкс, пинком отправляя с дороги пустой ящик.

Как только тяжелая гермодверь цеха закрылась, отсекая звуки города, напряжение начало спадать.

— Свет, — скомандовала Вай.

Кейтлин щелкнула тумблером. Под потолком зажглись тусклые лампы аварийного питания.

Дима сполз по стене на пол. Стабилизатор на затылке жег кожу ледяным огнем, а потом внезапно стал обжигающе горячим.

— Он перегружен, — прохрипел Дима, пытаясь сфокусировать взгляд. — Слишком много... Гладиатор.

— Сядь ровно, — Джинкс оказалась рядом мгновенно. Она оттолкнула Кейтлин, которая хотела помочь. — Это моя работа.

Джинкс достала из кармана отвертку. Её движения изменились. Не было привычной дерганности, тика или желания что-то взорвать. Её пальцы, обычно порхающие хаотично, стали пугающе точными и аккуратными. Она работала с электроникой так, как хирург работает со скальпелем.

— Здесь отошел контакт, — прошептала она, вскрывая панель прибора на затылке Димы. — Виктор собрал его из мусора, он не выдержал отдачи, когда ты держал ту дверь в Пилтовере.

Дима закрыл глаза, чувствуя её дыхание на своей шее.

— Ты... ты не ломаешь, — удивленно сказал он.

— Заткнись, — буркнула Джинкс, но её голос был мягким. — Мне нравится, когда ты тихий. Когда ты не пытаешься быть джедаем и спасать мир, а просто дышишь.

Она подкрутила резистор. Ледяной жар стабилизатора сменился приятным прохладным покоем. Боль от Арены исчезла.

— Готово, — Джинкс щелкнула застежкой.

Дима открыл глаза. Он посмотрел на неё — чумазую, с разводами копоти на лице, с синяком на скуле, но с абсолютно ясным, сосредоточенным взглядом.

— Спасибо, — он протянул руку и убрал прилипшую к её лбу прядь синих волос.

Джинкс замерла. Она ожидала, что он снова начнет говорить о долге или Силе. Но он просто смотрел на неё.

— Я думала, ты меня боишься, — вдруг призналась она очень тихо, почти шепотом. — После того, что случилось в соборе. Когда я стала... такой.

— Я боюсь только за тебя, — ответил Дима.

В этот момент в цех влетела Вай.

— Патруль у главного входа. Три «Кинжала» и дрон. Окна светятся, нас пасут.

Кейтлин уже проверяла выходы.

— Задняя дверь завалена. Они знают, что мы здесь. Ждут, пока мы высунемся.

Джинкс встала, её лицо снова стало жестким.

— У меня есть идея. Но она вам не понравится.

— Только не взрывать всё здание, — устало попросила Кейтлин.

— Нет, — Джинкс улыбнулась краем губ. — Это слишком громко. Мы спрячемся.

Она подошла к стене и с неожиданной силой отодвинула тяжелый металлический щит, закрывающий технический лаз. За ним оказался узкий вентиляционный шкаф, забитый трубами.

— Сюда. Все.

— Мы там не поместимся, — начала Вай.

— Поместимся, если будем очень близко, — отрезала Джинкс.

Они забились в тесное пространство между горячими трубами и химическими резервуарами. Воздуха почти не было. Кейтлин оказалась прижата к Вай, Дима — спиной к спине с Джинкс.

Снаружи послышался тяжелый шаг «Кинжалов». Дрон зажужжал прямо у их укрытия.

В темноте шкафа Дима нашел руку Джинкс. Она не отдернула её. Их пальцы переплелись.

— Если нас найдут, — прошептала Джинкс ему на ухо, её горячее дыхание щекотало кожу, — я взорву их. А потом нас.

— Сначала нас, — так же тихо ответил Дима, притягивая её к себе, насколько позволяла теснота.

Он обнял её, укрывая своим телом от всего мира. Джинкс положила голову ему на грудь, слушая стук его сердца — ровный, живой, настоящий. Не гул Арены, не вой сирен.

Патрульные «Кинжалы» прошли мимо, так и не заглянув в заваленный хламом угол. Дрон улетел.

Но они этого не заметили. В тесном техническом шкафу, среди вони химикатов и гула труб Зауна, для них существовала только темнота, тепло чужого тела и тишина, в которой можно было наконец-то просто уснуть.

Глава 7: «Эхо в пустоте»

(Теснота технического шкафа стала для них временным убежищем от патрулей Пилтовера. Среди вони химикатов и гула труб Зауна, в темноте, нарушаемой лишь тусклым светом стабилизатора на затылке Димы, они смогли наконец уснуть. Но отдых не принес покоя. Пока Джинкс, прижавшись к Диме, дышала ровно и глубоко, её рука всё ещё лежала на его груди, защищая от мира, сам Дима не спал. Стабилизатор Виктора купировал физическую боль, но разум джедая всё ещё был связан с белым камнем.)

Дима открыл глаза. Вокруг всё ещё было темно и тесно, он чувствовал тепло Джинкс рядом, слышал тихое шипение труб. Но его сознание больше не было в цеху.

Он стоял на Арене.

Здесь не было запаха химикатов. Только озон, кровь и абсолютная, звенящая тишина. Барьер исчез. Платформа парила в бесконечной пустоте Небытия.

В центре, там, где раньше пульсировал Кристалл, теперь висела лишь черная, искрящаяся сфера. Она не светилась — она поглощала свет.

— Ты пришел, — прошелестел голос прямо в костях Димы.

Кошмар стоял у края платформы. Он больше не был размытым пятном тьмы. Слияние душ сделало его почти материальным, но от этого еще более пугающим. Его слепые глаза смотрели прямо на Диму.

— Я хотел спросить, — Дима заставил себя говорить ровно. — Что будет, если мы отключим вас? Если Инженер разорвет связь?

Кошмар медленно повернул голову. Уголки его губ дрогнули в подобии улыбки, но она не несла веселья.

— Вы не можете разорвать связь, Дима, — прошелестел он. — Вы думаете, что Кристалл — это колодец, из которого мы пьем. Вы ошибаетесь. Мы — затычка.

Дима нахмурился.

— Плотина, — уточнил Кошмар. — Ваш мир умирает. Энергия уходит. Кристалл — это единственное, что удерживает Пилтовер и Заун от падения в Небытие. Когда Виктор создал Арену, он не просто лечил планету. Он создал компенсатор.

Кошмар поднял руку. В пустоте вокруг них начали проявляться образы — не видения Арены, а реальность. Дима увидел разрез земной коры. Кристалл, вросший в ядро планеты.

— Мы, Избранные, — продолжил Кошмар, — мы не просто бойцы. Мы — глушители. Каждая наша смерть, каждая капля боли — это клапан сброса давления. Мы сжигаем лишнюю энергию, чтобы Кристалл не взорвался от перегрузки.

— Но вы умираете, — прошептал Дима. — Гладиатор сошел с ума. Алхимик мертв.

— Потому что клапан сломан, — голос Кошмара стал тише, в нем зазвучал неподдельный страх. — Инженер в вашем мире пытается «починить» систему, не понимая, что он делает. Он перекрывает выход. А Кристалл... Кристалл всё ещё умирает. Давление растет.

Кошмар шагнул к Диме. Его пустые глаза были полны древней усталости.

— Если вы разорвете связь сейчас, если вы «отключите» нас, пока Кристалл не восстановил ядро... Пробка вылетит. Кристалл совершит последний сверхпрыжок, пытаясь найти энергию в другом месте. Но он её не найдет. Он выплеснет всё, что накопил, в одну точку.

— Пилтовер и Заун, — выдохнул Дима.

— Они не просто погибнут, — Кошмар покачал головой. — Они перестанут существовать. Стерты из реальности. Не останется даже пыли. Вы — не Избранные. Вы — пробка в плотине, которая и так течет. Если выдернуть её до того, как река иссякнет, поток смоет всё.

Внезапно тьма вокруг Кошмара сгустилась. Он схватил Диму за плечо. Хватка была ледяной и реальной.

— Передай ей, — прошипел Кошмар, его голос стал резким. — Передай Аномалии. Если она попытается «вылечить» Кристалл, если она попытается забрать его энергию себе... она станет детонатором.

Видение начало трескаться.

— Дима!

Голос Джинкс. Реальный.

Дима распахнул глаза. Он лежал на холодном металле шкафа. Джинкс трясла его за плечо, её лицо было бледным в свете его стабилизатора.

— Ты кричал, — прошептала она. — Ты светился весь. Зеленым и красным.

Дима сел, ударившись головой о трубу. Он посмотрел на Джинкс, на спящую в углу Вай, на Кейтлин, дежурившую у щели в двери.

— Мы не должны отключать их, — хрипло сказал Дима. — Мы их убьем. Если мы просто выключим связь... Виктор был прав. Города не станет.

Глава 8: «Операция „Тихий час“»

(Слова Кошмара ледяным грузом легли на плечи Димы. Разорвать связь Избранных с Кристаллом нельзя — это уничтожит города. Но и оставлять всё как есть невозможно: Инженер вот-вот вызовет коллапс, а Гладиатор крушит Пилтовер. Решение пришло от Экко, чей голос раздался из коммуникатора Джинкс, когда патрули «Кинжалов» наконец-то отошли от их укрытия. План был безумен: не отключать Избранных от Кристалла, а перенастроить саму Башню Хеймердингера, создав «белый шум», который разорвет канал связи изнутри, не убивая носителей.)

— Вы не сможете просто перерезать провода, — голос Экко в коммуникаторе звучал напряженно. — Хеймердингер не дурак, у него там тройное резервирование. Но если вы дойдете до Ядра...

— Мы не дойдем, — перебила Кейтлин. Она стояла у щели в двери, сканируя улицу. — Башня — самая охраняемая точка в Пилтовере. Там армия.

— У вас есть то, чего нет у армии, — ответил Экко. — У вас есть Аномалия.

Все посмотрели на Джинкс. Она сидела на ящике, чистя «Пим» гаечным ключом. При слове «Аномалия» она подняла голову. В её глазах — один голубой, другой неестественно расширенный от постоянного воздействия химикатов — на секунду вспыхнул опасный, безумный огонек.

— Инженер построил Ядро по законам логики, — продолжил Экко. — Плюс, минус, заземление. А Джинкс — это короткое замыкание. Если она подключится к главному терминалу, она не взломает его. Она заставит его *увидеть* саму себя. Системный шок. Пока их протоколы будут пытаться переварить её код, Дима сможет использовать Силу, чтобы физически заблокировать резонатор.

Дима кивнул. Его рука всё ещё помнила ледяную хватку Кошмара.

— Я удержу поток. Но мне нужно, чтобы вы расчистили путь.

— Значит, работаем, — Вай передернула затвор. Впервые за долгое время в её голосе не было страха, только холодная решимость. — Кейт, ты знаешь планировку Башни. Где слабое место?

Кейтлин оторвалась от наблюдения. Она посмотрела на Вай, и на секунду её лицо смягчилось.

— Западный лифт для техобслуживания. Он идет прямо к Ядру. Но лифт заперт на биометрический замок. Пройти может только тот, у кого есть живой допуск.

Кейтлин сняла с шеи цепочку с личным чипом-ключом.

— Мой чип, — она протянула его Вай. — Но сканер сетчатки только у входа. Придется вскрывать.

— Это я беру на себя, — ухмыльнулась Джинкс, пряча чип в карман. — Я люблю смотреть людям в глаза. Особенно через прицел.

План был сырым. План был самоубийственным.

— Выдвигаемся, — скомандовала Вай, принимая командование. — Кейт, идешь со мной. Прикрываешь спину. Джинкс, Дима — вы ядро.

— Люблю, когда ты командуешь, — Джинкс подмигнула Вай, но её пальцы слегка дрожали.

Они выбрались из цеха в переулки Зауна. Город всё ещё был во тьме, но теперь эта тьма была живой. Вдалеке, со стороны дамбы, доносились глухие взрывы — Гладиатор всё ещё пытался пробиться к воде.

Экко ждал их у подножия Башни Хеймердингера, припарковав тайм-скутеры за грудой мусора.

— У вас десять минут, — сказал он. — Потом Хеймердингер пустит газ. И это будет не веселящий газ Виктора.

Вход в Башню представлял собой массивные двери из черного стекла.

— Ждите здесь, — шепнула Вай.

Она и Кейтлин вышли на свет. Кейтлин приложила чип к считывателю. Над дверью вспыхнул красный сканер сетчатки.

Вай шагнула вперед, прямо в луч проектора. Она знала, что это ловушка. Сканер Энфорсеров не просто считывает — он бьет током при несанкционированном доступе.

— Вай, нет! — крикнула Джинкс.

Но Вай остановилась прямо в луче. Она посмотрела в камеру сканера.

— Хеймердингер, — произнесла она четко, глядя в черный зрачок линзы. — Если ты сейчас ударишь меня током, твоя Башня останется без защиты. Пропусти мою группу. Это приказ.

Она блефовала. Она отдавала себя на волю старого параноика, зная, что её сейчас может убить разрядом.

Сканер мигнул. Раздался тихий щелчок замка. Красный свет сменился зеленым.

— Вперед! — прохрипела Кейтлин, подхватывая Вай под руку, пока та тряслась от остаточного напряжения.

Дима и Джинкс бросились в открывшийся проход.

— Удачи, — бросил им вслед Экко, заводя скутеры. — Она вам понадобится.

Створы дверей Башни Хеймердингера сомкнулись за их спинами, отрезая путь к отступлению. Они остались вчетвером в сердце вражеской территории.

Глава 9: «Сердце Механизма»

(Створы дверей Башни Хеймердингера сомкнулись за их спинами, отрезая путь к отступлению. Они остались вчетвером в сердце вражеской территории. Лифт для техобслуживания, который открыла своим телом Вай, понес их вниз, в недра Башни — туда, где гудели генераторы и пахло озоном. План Экко казался безумием даже на фоне их побега из Пилтовера: заставить логику машин сойти с ума, используя химию хаоса.)

Лифт остановился с глухим лязгом.

— Ядро прямо по коридору, — шепнула Кейтлин, проверяя заряд винтовки. — Хеймердингер перекрыл все резервные каналы. Если мы не справимся за пять минут, он пустит нервно-паралитический газ.

— Обожаю дедлайны, — ухмыльнулась Джинкс, проверяя свои самодельные бомбы. В её глазах больше не было страха, только лихорадочный блеск «Аномалии».

Они вышли в огромный круглый зал. В центре, на постаменте, пульсировало Ядро Башни — гигантская сфера из переплетенных медных труб и голубого хекстека. Но оно выглядело неправильно. Из сферы торчали нештатные провода, впиваясь прямо в кристаллы, а вокруг неё вращалось поле из красного света — сигнал Кристалла Арены.

У терминала стоял человек.

Он не был похож на Избранного. Это был обычный инженер в халате, но его движения были дергаными, а глаза горели фанатичным огнем. Избранный-Инженер. Он не сражался — он *строил*.

— Вы опоздали, — проскрипел он, не оборачиваясь. — Я почти синхронизировал частоту. Как только я закончу, Кристалл выпьет этот город досуха и исцелится.

— Отойди от машины, — скомандовала Вай, поднимая револьвер.

Инженер обернулся. Его лицо было искажено гримасой боли — болью человека, чьим телом управляет чужая воля.

— Вы не понимаете. Я спасаю его.

Он ударил по панели. Поле вокруг Ядро вспыхнуло ярче.

— Джинкс! — крикнул Дима. — Сейчас же!

Джинкс не стала доставать «Пим». Она знала, что взрыв убьет Инженера и, возможно, обрушит Башню. Она бросилась к терминалу, выхватывая из сумки моток проводов и свой гаечный ключ.

— У меня тридцать секунд, пока Вай его держит! — бросила она через плечо.

Вай и Кейтлин открыли огонь по Инженеру. Тот двигался неестественно быстро — ловкость, подаренная духом Избранного. Он уклонялся от пуль, хватая с верстака тяжелые инструменты и швыряя их в ответ.

— Дима, щит! — рявкнула Кейтлин, когда тяжелая металлическая балка полетела в её сторону.

Дима выставил руку. Зеленое свечение Силы встретило металл в воздухе, с лязгом отбросив его в сторону. Но Дима чувствовал — Кристалл наверху давит на него, пытаясь пробиться сквозь стабилизатор.

— Я не могу его просто взломать! — крикнула Джинкс, вырывая панель терминала. — Тут протоколы Хеймердингера! Они меня сожгут!

— Тогда не взламывай, — Дима, стиснув зубы, усилил щит, принимая на себя удар током от защитного поля Ядра. — Сломай ей мозг!

Джинкс замерла. Она посмотрела на переплетение труб, на потоки энергии, на логические цепи. Для обычного человека это был лабиринт. Для Джинкс — это была музыка.

Она улыбнулась. Это была улыбка настоящего безумия.

— О, — прошептала она. — Я поняла.

Она начала работать. Её пальцы летали. Она не вводила коды. Она начала *перепаивать* систему.

— Сюда... — она соединила два провода, пустив поток энергии в обход главного процессора. — А сюда... — она вбила гаечный ключ в распределительный щит, вызывая сноп искр. — Мы просто добавим немного... нестабильности.

Она вытащила из сумки одну из своих колб. Но это была не взрывчатка. Это была густая, черная жижа — концентрированный химический хаос, который она собрала в своих «Трубах».

— Это не кислота, — крикнула она Инженеру, который в этот момент пытался задушить Вай. — Это вопрос.

Джинкс вылила жижу прямо в открытый терминал.

Черная жидкость зашипела, соприкасаясь с хекстеком. Но она не плавила металл. Она начала менять его цвет. Голубой свет Ядро пошел багровыми пятнами.

Системный протокол Башни попытался изолировать «заразу».

[ОБНАРУЖЕНО НЕИЗВЕСТНОЕ ВЕЩЕСТВО]

[ПОПЫТКА ФОРМАТИРОВАНИЯ...]

Но вещество Джинкс не было программой. Оно было *живым*. Оно начало копировать само себя по цепям.

— Что ты наделала... — прохрипел Инженер. Его лицо исказилось. — Ты ломаешь...

— Я чиню! — крикнула Джинкс.

Ядро Башни издало звук, похожий на крик. Красный сигнал Кристалла столкнулся с черной «инфекцией» Джинкс. Логика встретилась с Хаосом.

Поле вокруг Ядро замерцало и погасло.

— Дима! — крикнула Джинкс. — Давай!

Дима, почувствовав, что барьер упал, шагнул вперед. Он положил обе руки на горячую сферу Ядра.

— Я джедай, — прошептал он. — Я — покой.

Он не использовал Силу как оружие. Он влил её в машину, как масло в шестеренки. Он глушил резонанс. Он стал живой стеной между Кристаллом и городом.

Инженер взревел. Поняв, что его связь рвется, он отбросил Вай и бросился к Джинкс.

— Ты не заберешь её голос! — прорычал он.

Вай выстрелила, но патроны закончились. Кейтлин была прижата к полу обломком.

Инженер схватил Джинкс за горло, поднимая в воздух.

— Я — порядок, — прошипел он.

Джинкс смотрела на него, её лицо начало синеть, но на губах играла улыбка. Она дотянулась скрюченными пальцами до своего пояса и нажала кнопку на последней колбе.

— А я — веселье, — прохрипела она.

В руке Инженера взорвалась не бомба. Это была клейкая, мгновенно твердеющая пена. Она залепила его руки, лицо, глаза.

Инженер замер, ослепленный и скованный.

В ту же секунду всё закончилось.

Дима отдернул руки от Ядра, тяжело дыша.

Джинкс упала на колени, жадно хватая ртом воздух.

В зале воцарилась тишина.

— Мы... мы сделали это? — прохрипела Вай, поднимаясь.

Джинкс посмотрела на свои руки, потом на Ядро, которое теперь светилось ровным, спокойным белым светом.

— Я... я починила его, — тихо сказала она, и в её голосе прозвучало удивление. — Я ничего не взорвала.

Она посмотрела на Диму, и её губы дрогнули.

Но в этот момент в кармане Кейтлин громко запищал коммуникатор.

Экко.

— Вы... вы это сделали, — его голос дрожал. — Но вы не понимаете, что натворили. Вы не разорвали связь. Вы только что... выдернули вилку из розетки, пока прибор был включен. Кристалл... он потерял якорь. Он падает!

Глава 10: «Выбор Джинкс»

(В зале Ядро воцарилась тишина. Они сделали это — разорвали контакт, не убив носителей. Джинкс, тяжело дыша, смотрела на свои руки, не веря, что смогла починить машину, ничего не взорвав. Но торжество длилось секунду. Коммуникатор Кейтлин издал резкий писк. Это был Экко, и паника в его голосе заморозила кровь: «Вы не разорвали связь. Вы только что... выдернули вилку из розетки, пока прибор был включен. Кристалл... он потерял якорь. Он падает!»)

Слова Экко ещё висели в воздухе, когда пол под ногами дрогнул.

Сверху, сквозь перекрытия Башни, послышался оглушительный, нарастающий вой. Это был не звук взрыва. Это был звук рвущегося пространства. Кристалл, потеряв привязку к Ядру, падал вниз, сквозь этажи, прямо на них.

— Он раздавит Башню! — крикнула Кейтлин, пытаясь удержать равновесие.

— Он раздавит весь город, — выдохнул Дима.

В этот момент главные двери зала с грохотом разлетелись.

На пороге стоял человек, чье лицо знала вся Пилтовера. Хеймердингер. Но это был не гениальный изобретатель. Это был старик, ослепленный ужасом. В руках он держал массивный резонаторный излучатель, направленный прямо на Ядро.

— Вы всё испортили! — взвизгнул он. — Вы выпустили демона! Я уничтожу Ядро! Я уничтожу всё, лишь бы эта дрянь не коснулась моих башен!

Он нажал на спуск. Сгусток концентрированной энергии полетел в сторону сферы, где стоял Дима.

— Джинкс! — рявкнула Вай, открывая огонь, чтобы отвлечь старика.

Дима не стал уклоняться. Он шагнул вперед, прямо под удар.

Зеленое пламя Силы вспыхнуло вокруг него, как солнце. Удар Хеймердингера врезался в щит. Диму отбросило на шаг назад, но он устоял.

— Держи его! — крикнула Кейтлин, перезаряжая винтовку. — Держи, пока мы...

Но Хеймердингер не сдавался. Он бил снова и снова. А сверху, сквозь потолок, уже пробивался Кристалл. Его багровая, умирающая энергия плавила бетон. Потолок начал рушиться. Огромные куски арматуры и бетона полетели вниз, прямо на Джинкс и Вай.

Дима, стиснув зубы, перенаправил поток Силы. Он держал щит против Хеймердингера и одновременно Силой подхватывал падающие перекрытия. Он висел в воздухе, окруженный зеленым ореолом, удерживая на весу тонны камня.

— Долго... не выдержу... — прохрипел он. По его лицу тек пот, смешанный с кровью из носа.

Джинкс смотрела на это. На Диму, который держал мир на своих плечах. На Вай, которая стреляла, прикрывая её. На рушащуюся Башню.

— Мой вирус... — прошептала она, глядя на Ядро. — Он его успокоил. Но Кристалл всё ещё падает. Ему нужен новый якорь.

Она посмотрела на свои руки. На свои татуировки. На свой безумный мозг, который позволил ей «перепрограммировать» Башню.

— Я — Аномалия, — сказала она вслух. — Я — Ошибка Системы.

Она поняла. Кристалл искал самую сильную энергию в комнате, чтобы зацепиться. И эта энергия была в ней. Её безумие, её связь с хаосом — это был идеальный проводник. Если она позволит Кристаллу коснуться её... он заберет её силу. Весь её «Биг Бада Бум». Всю её ярость.

Он заберет Джинкс и оставит только Паудер.

— Если я это сделаю... — она повернулась к Вай. — Я больше не буду той, кого ты знаешь.

Вай, перезаряжавшая револьвер, замерла. Она посмотрела на сестру, потом на Диму, держащего потолок.

— Тогда не будь ею, — тихо сказала Вай. — Будь живой.

Джинкс кивнула. В её глазах больше не было безумия. Только решимость.

Она подбежала к Ядру, которое всё ещё пульсировало белым светом после её вмешательства.

— Дима, отпускай! — крикнула она. — Я его поймаю!

Дима закричал от напряжения, но начал медленно опускать перекрытия. Камень с грохотом упал на пол, едва не придавив Кейтлин.

Сам Кристалл — огромная, умирающая сфера — с оглушительным треском пробил последний этаж и завис в метре над полом. Он пульсировал, ища, куда ударить.

Джинкс встала прямо под ним.

— Прости, — прошептала она, глядя на свои руки.

Она сделала то, чего не делал никто на Арене. Она добровольно открыла свой разум.

Она вонзила кабель Ядра прямо себе в предплечье, используя его как иглу.

— Нет! — закричал Дима, но было поздно.

Багровая энергия Кристалла хлынула в белое Ядро, а через него — в тело Джинкс.

Её выгнуло дугой. Она закричала.

В зале Ядро свет погас. Сфера Кристалла в воздухе начала тускнеть, сжиматься, успокаиваться. Она нашла свой новый якорь.

Татуировки на руках Джинкс начали медленно гаснуть, чернеть и осыпаться пеплом. Её фиолетовый глаз потускнел, становясь обычным, человеческим.

Она упала на колени.

Вай бросилась к ней, но замерла в шаге, боясь коснуться.

Джинкс подняла голову. Она тяжело дышала. Она посмотрела на свои руки.

— Я... — её голос был хриплым и тихим. — Я ничего не чувствую.

Она посмотрела на Вай. В её глазах не было привычного безумного блеска. Только пустота и страх.

— Я... я пустая, — прошептала она.

Хеймердингер опустил оружие, глядя на девушку, которая только что спасла его город ценой собственного рассудка.

Дима, отпустив остатки Силы, упал на колени. Он пополз к ней, оставляя на полу кровавый след.

— Джинкс... — позвал он.

Она повернула голову на голос. Увидела его. И в её пустых глазах впервые за весь вечер появились слезы.

Глава 11: «Фрактальный резонанс»

(Джинкс стояла на коленях посреди зала Ядро. Багровая энергия Кристалла, которую она приняла в себя, чтобы спасти город, выжгла её изнутри. Её татуировки осыпались пеплом, а в глазах больше не было привычного безумного блеска — только пустота и первобытный страх человека, потерявшего часть души. Дима, исчерпав себя до дна, полз к ней по битому стеклу, оставляя кровавый след. Хеймердингер молча смотрел на девушку, которая спасла его Башню, уничтожив саму себя.)

Внезапно воздух в зале стал невыносимо плотным.

Белый свет Ядро, который питался от жертвы Джинкс, вспыхнул в последний раз ослепительным, сверхновым светом.

— Назад! — закричал Дима, инстинктивно накрывая Джинкс своим телом.

Сфера Ядро не просто взорвалась — она схлопнулась. Граница между мирами, которую Кристалл удерживал годами, лопнула, как перетянутая струна.

В зале Башни ничего не изменилось внешне, но Дима почувствовал это. На Арене, в бесконечном Небытии, четырнадцать душ, томившихся в телах жителей Зауна, с криком вырвались на свободу. Связь разорвалась. Избранные — Гладиатор, Лучник, Инженер, Друид — исчезли из реального мира, возвращаясь в свои игры.

Люди в Зауне, в которых вселялись эти духи, приходили в себя прямо на улицах. Очередной «Гладиатор» — водитель грузовика, крушивший эстакаду, — замер за рулем, с ужасом глядя на свои руки и не понимая, как он сюда попал. Медведь, в которого вселился Друид, упал замертво, снова став обычным зверем. Город исцелился от безумия.

— Мы... мы сделали это? — прошептала Вай, помогая Кейтлин подняться.

— Сделали, — выдохнула Кейтлин, глядя на монитор систем безопасности. — Связь разорвана. Изоляция полная.

Дима медленно убрал руку со спины Джинкс. Она сидела, обхватив колени, и мелко дрожала. Она была жива. Она была здесь. Но она больше не смотрела на мир через призму хаоса.

— Он тяжелый, — тихо сказала Джинкс, глядя в потолок.

Дима и остальные подняли головы.

Кристалл не исчез.

Лишившись якоря в виде Ядро и потеряв связь с Избранными, он больше не мог исцелять планету. Но он всё ещё был жив. И он был в панике.

Совершая последний, отчаянный сверхпрыжок в попытке найти новый источник энергии, он не вернулся на Арену.

Он вынырнул из пространства прямо над Пилтовером.

Огромная, умирающая, пульсирующая фиолетовым светом сфера зависла в стратосфере, закрыв собой полнеба. Она больше не падала. Она просто... висела.

Как новая, зловещая луна.

Экко вышел на связь. Его голос в коммуникаторе Кейтлин звучал тихо и испуганно:

— Вы... вы его не уничтожили. Вы просто... выбросили его в небо. Он всё ещё умирает. И когда он погаснет окончательно, он всё равно выплеснет всю накопленную энергию. Прямо на нас.

Дима помог Джинкс встать. Она оперлась на него, её рука была ледяной. Она посмотрела на фиолетовое зарево в небе, видневшееся сквозь разбитый купол Башни.

— Я пустая, — снова повторила она. — Но небо... оно теперь тоже пустое.

Вай подошла к ним и положила руку на плечо сестры. Впервые за долгие годы она не знала, как защитить её. Потому что от того, что висело в небе, не спасали ни револьверы, ни перчатки Хекстека.

Глава 12: «Ордер на арест»

(Огромная, умирающая сфера Кристалла зависла над Пилтовером, закрыв собой полнеба. Избранные исчезли из тел людей, вернувшись на Арену, но их игра оставила шрамы на реальности. Джинкс сидела на полу Башни, опираясь на Диму. Её татуировки осыпались пеплом, а в глазах больше не было безумия — только звенящая, пугающая пустота. Они спасли город от взрыва, но подвесили над ним дамоклов меч. Внезапно зал Ядро наполнился лязгом сапог — прибыла охрана Хеймердингера. Старик обвинил их в терроризме. Кейтлин, разорвав связь с законом, направила винтовку на Советника, а командир отряда отказался выполнять приказы предателя. Но в этот момент с улицы донесся вой сирен Полиции Пилтовера, и в дверях появился Экко: Совет приказал арестовать всех.)

Утро в Пилтовере выдалось кровавым.

Первые лучи солнца осветили разрушенный фасад Башни Хеймердингера и выжженный кратер на месте Западного моста. Город спасли, но он выглядел как поле боя.

Кейтлин стояла на коленях на холодном мраморе площади. Её руки были скованы за спиной тяжелыми плазменными наручниками — новейшей разработкой, блокирующей даже хекстек.

Напротив неё, в окружении взвода Полиции Пилтовера, стояли её друзья.

Дима опирался на плечо Вай. Его лицо было серым от потери крови, а стабилизатор на затылке дымился — Сила окончательно выжгла его ресурсы. Световой меч он держал в ножнах, не в силах его активировать.

Вай стояла неподвижно, как скала. Её механические перчатки были заблокированы силовыми оковами, но даже без них она выглядела опаснее любого дроида. Она смотрела на Кейтлин, и в её взгляде не было упрека — только глухая, тяжелая боль.

А в центре, под прицелом четырех снайперов, сидела на асфальте Джинкс. Она больше не улыбалась. Она обхватила колени руками и раскачивалась из стороны в сторону, словно пытаясь убаюкать саму себя. Её безумие ушло вместе с силой, и сейчас она выглядела просто как очень напуганная, грязная девчонка.

Хеймердингер спустился по ступеням Башни. Его мантия была в пыли, но осанка оставалась царской. Он подошел к Кейтлин и пнул её ногой в бок.

— Героизм, офицер Киркман? — прошипел он. — Вы помогли сбежавшим преступникам разрушить мой город.

Кейтлин подняла на него взгляд, полный чистой, незамутненной ненависти.

— Я спасла его от тебя, — выплюнула она.

— Ты предала Пилтовер, — Хеймердингер проигнорировал её. Он повернулся к командиру полиции — человеку в идеально чистой форме, который даже не запыхался. — Капитан. Ордер на арест.

Капитан вышел вперед, держа в руках голографический планшет.

— Согласно директиве 44-Б, объявляю задержание:

Первое. Вирджиния «Вай» Гаскоин. Обвинение: вооруженное сопротивление Полиции, пособничество терроризму.

Второе. Джинкс. Обвинение: терроризм, использование оружия массового поражения, уничтожение муниципальной собственности.

Третье. Дима. Обвинение: использование незаконных магических способностей, создание угрозы национальной безопасности.

Дима, услышав это, слабо усмехнулся.

— Магические способности... — прохрипел он. — Надо будет записать в резюме.

— Четвертое, — Капитан не обратил на него внимания. — Кейтлин Киркман. Обвинение: государственная измена, неподчинение приказу, нападение на Советника.

Кейтлин закрыла глаза.

— Доставить Джинкс, Диму и Вай в «Башню», — продолжил Хеймердингер. — Уровень изоляции «Абсолют». Мне нужны их тела для изучения. Я хочу знать, как работает эта... Аномалия.

— А меня? — спросила Кейтлин, открыв глаза.

— Тебя, — Хеймердингер наклонился к ней, — ты лично доставишь в мой кабинет. У нас будет очень долгий разговор о том, как больно падать с такой высоты.

Капитан кивнул своим людям.

— Взять их.

Полицейские двинулись к группе.

Вай зарычала, пытаясь вырваться, но оковы на руках вспыхнули синим, парализуя её.

— Не трогайте её! — Дима попытался поднять руку, но полицейский тут же ударил его шокером в шею. Дима рухнул на мостовую.

Кейтлин смотрела, как её девушку, её сестру и её парня сковывают цепями, как опасных животных.

— Я не донесу их до Башни, — тихо сказала она, глядя на Хеймердингера. — Если вы хоть пальцем их тронете.

Хеймердингер улыбнулся.

— О, не волнуйся, Кейтлин. Ты просто будешь идти рядом. И смотреть.

Джинкс подняли на ноги. Она посмотрела на Кейтлин. В её пустых глазах на секунду мелькнуло узнавание.

— Ты выбрала меня, — прошептала Джинкс, вспоминая мост.

— Я всё ещё выбираю тебя, — ответила Кейтлин, прежде чем полицейский грубо заткнул ей рот кляпом и дернул цепь, заставляя встать.

Колонна пленников двинулась по улицам Пилтовера под улюлюканье толпы, а над их головами, в небе, всё ещё висела багровая, умирающая луна.

Глава 13: «Побег из рая»

(Колонна пленников двигалась по улицам Пилтовера под улюлюканье толпы. Хеймердингер лично конвоировал Кейтлин, наслаждаясь её унижением, в то время как полицейские грубо тащили за собой Диму, Вай и Джинкс. Дима был без сознания после удара шокером, Вай рычала от бессилия в парализующих оковах, а Джинкс шла, спотыкаясь, её взгляд был пуст. Над их головами, в небе, всё ещё висела багровая, умирающая луна, напоминая, что спасение города было лишь отсрочкой приговора.)

— Шевелись, предательница, — Хеймердингер дернул цепь, заставляя Кейтлин споткнуться.

Они проходили мимо Центральной площади. Колонна замедлилась, обходя воронку от рухнувшего аэротакси. Полицейские отвлеклись, проверяя периметр.

Кейтлин шла, опустив голову, её руки были скованы за спиной. Она чувствовала на себе взгляды друзей. Взгляд Вай, полный отчаяния. Взгляд Джинкс, в котором не было даже безумия, чтобы бороться.

Краем глаза она заметила блеск.

Один из конвоиров, ведущих Диму, поскользнулся на куске обшивки. Когда он восстанавливал равновесие, магнитный замок на его поясе — тот, где хранились ключи от всех наручников — щелкнул.

Ключ-карта выпала на брусчатку и заскользила по направлению к стоку.

Кейтлин действовала быстрее, чем кто-либо успел моргнуть.

Она резко упала на колени, делая вид, что Хеймердингер её толкнул.

— Простите, советник! — крикнула она, склоняясь к земле.

Её скованные руки метнулись вниз. Она накрыла карту ботинком, а затем, извернувшись змеей, схватила её пальцами ног. Это был акробатический трюк, невозможный для обычного человека, но годы тренировок в Академии не прошли даром.

Выпрямившись, она незаметно передала карту в скованные руки за спиной.

— Вставай, мразь, — Хеймердингер пнул её.

Кейтлин встала. Она стояла прямо за спиной конвоира, который вел Джинкс.

— Эй, смотри! — внезапно крикнула Джинкс, указывая пальцем в небо, на фиолетовую луну. — Она моргнула!

Это была ложь, но полицейский инстинктивно задрал голову вверх.

В ту же секунду Кейтлин ударила.

Она не использовала силу. Она использовала вес и геометрию. Скованными руками она захватила шею полицейского в жесткий замок, используя его как живой щит.

— Ключи! — рявкнула она Диме и Вай.

Дима, которого только что грубо бросили на землю, пришел в себя. Он увидел карту в пальцах Кейтлин. Сосредоточившись, он использовал остатки Силы. Ключ-карта вырвалась из её рук и полетела по воздуху прямо к нему.

Он приложил карту к своим наручникам. Щелк.

— Прикройте! — крикнул он.

Вай, освободив руки, не стала тратить время на злость. Она ударила ближайшего полицейского локтем в висок, выхватывая его шокер.

— Бежим к докам! — Дима подхватил Джинкс, перекидывая её руку через свое плечо. — Экко ждет!

Начался хаос. Полицейские открыли огонь, но боялись попасть в своего товарища, которого использовала Кейтлин.

Хеймердингер взревел:

— Убейте их! Убейте их всех!

Вай, используя шокер и свои кулаки, пробила коридор, расчищая путь к переулку, где их ждал Экко.

— Джинкс! — позвала Вай.

Джинкс вырвалась из рук Димы. Она не стала стрелять. Она достала из кармана один из своих «подарков» Виктора — шар, который не взрывался, а превращался в мгновенно твердеющую пену. Она швырнула его под ноги наступающему отряду. Площадь за их спинами превратилась в липкое болото.

Они добежали до тайм-скутеров. Дима и Вай помогли забраться обессиленной Джинкс.

— Кейт, ты следующая! — крикнул Дима.

Но Кейтлин стояла посреди площади, всё ещё держа полицейского. Она посмотрела на Хеймердингера. Старик стоял у входа в Башню, его лицо было искажено яростью.

Кейтлин резко крутанулась, используя инерцию, и швырнула своего заложника прямо в толпу других полицейских, сбивая их с ног.

Она не села на скутер.

Она осталась стоять на брусчатке, под перекрестным огнем. В её глазах горел тот же огонь, что и в соборе, когда она защищала Вай.

Она подняла с земли оброненную кем-то полицейскую винтовку.

— Я всё исправлю, — прошептала она, обращаясь к Вай, хотя та её не слышала.

Она передернула затвор и открыла огонь по охране Башни, прикрывая отход друзей.

— Уходите! — её крик разнесся над площадью. — ЖИВО!

Тайм-скутеры взревели. Экко, Дима, Вай и Джинкс взмыли в воздух, оставляя за собой дым, огонь и Кейтлин Киркман, которая в одиночку держала оборону против армии Пилтовера.

Глава 14: «Цена порядка»

(Тайм-скутеры взмыли в небо, оставив Кейтлин Киркман одну на площади под перекрестным огнем. Экко, Дима, Вай и Джинкс прорвались сквозь заградительный огонь и нырнули в спасительную темноту «Труб» Зауна. Они вырвались из ловушки Пилтовера, но спасли лишь троих. Кейтлин осталась там, в «раю» закона, став преступницей ради тех, кого любила. Теперь они были не героями, а беглецами с «Абсолютным» ордером на арест.)

Вонь Зауна снова стала запахом дома.

Они забились в старый коллектор глубоко под «Трубами», где Экко разбил временный лагерь. Свет давал лишь тусклый химический гриб, растущий на стенах. Дима лежал на куче ветоши, пытаясь унять дрожь — Сила окончательно выжгла его, а стабилизатор Виктора дымился. Вай сидела у входа, охраняя сон, но её плечи были опущены — она проиграла Хеймердингеру сестру.

Джинкс сидела в углу, подтянув колени к груди.

Она смотрела на свои руки.

Татуировки «Аномалии» почти исчезли. Остались лишь бледные, едва заметные серые разводы на коже. Фиолетовый свет в одном из её глаз потускнел, возвращая радужке обычный человеческий цвет.

Она поднесла ладони к лицу. Пальцы не дрожали. В них не было привычного зуда, желания что-то взорвать, собрать или сломать.

— Оно ушло, — тихо сказала она в пустоту.

— Что? — Дима, лежавший с закрытыми глазами, открыл их.

— Безумие, — Джинкс провела пальцем по ладони. — Тот голос. Тот... огонь. Я пустая, Дима. Мне... скучно.

Она подняла на него взгляд. В её глазах, которые раньше метались в разные стороны, стояла такая глубокая, взрослая тоска, что Диме стало физически больно. Это была не истерика. Это была ломка. Джинкс, созданная из хаоса, только что добровольно отдала свою суть, чтобы спасти город, и теперь не знала, как жить в тишине.

— Я не знаю, что делать, если ничего не взрывается, — прошептала она, и по её щеке скатилась первая слеза. — Я не знаю, кто я теперь.

Дима, превозмогая боль во всем теле, подполз к ней. Он не стал говорить слова про «героизм» или «спасение».

— Ты — Джинкс, — просто сказал он.

— Джинкс — это оружие, — она горько усмехнулась. — А Паудер — это испуганная девочка. А меня... меня больше нет.

— Ты есть, — Дима обнял её, притягивая к себе. Она не сопротивлялась, только уткнулась мокрым лицом в его куртку. — Мне всё равно, есть у тебя татуировки или нет. Мне всё равно, хочешь ты строить или взрывать. Я люблю тебя. Не твою силу. Тебя.

Джинкс замерла. Она ждала, что он будет бояться её пустоты. Но он просто гладил её по спине, пахнущей химикатами и дымом.

Она отстранилась. Вытерла слезы грязным рукавом.

— Я... я хочу что-нибудь сделать, — прошептала она. — Руки чешутся.

Она огляделась. Вокруг был мусор: куски пластика, обрезки проводов, пустые колбы.

Вай, наблюдавшая за ними, напряглась, положив руку на шокер.

Но Джинкс не взяла гаечный ключ. Она не начала строить бомбу.

Её движения стали... аккуратными. Почти детскими.

Она взяла маленькую пустую колбу из-под химикатов. Засунула внутрь обрезок провода и щепотку какого-то безвредного порошка. Заткнула пробкой.

— Раньше я бы сделала так, чтобы оторвало руку, — пробормотала она, привязывая к пробке длинный шнурок из своих волос. — А теперь...

Она дернула за шнурок. Из колбы вылетело лишь облачко безвредного синего конфетти и раздался тихий, жалобный писк.

Джинкс смотрела на это, а затем её губы дрогнули.

Она засмеялась.

Это был не её привычный безумный хохот, от которого бросало в дрожь. Это был тихий, чистый смех.

— Смотри, — она протянула «игрушку» Диме. — Совсем не громко. Совсем не «Биг Бада Бум».

Дима взял колбу и улыбнулся в ответ.

— Она идеальная, — сказал он.

Вай, видя это, медленно выдохнула. Она увидела то, что спасла Кейтлин. Она увидела свою сестру. Живую.

Джинкс прижалась к плечу Димы.

— Мне всё ещё страшно, — призналась она. — Но... мне не скучно.

Она выбрала быть с Димой. Выбрала быть человеком, а не оружием. И в этом выборе было больше силы, чем во всех её гранатометах.

Глава 15: «Тень над Пилтовером»

(Вонь Зауна снова стала запахом дома. Скрываясь в старом коллекторе глубоко под «Трубами», группа пыталась прийти в себя после предательства Хеймердингера. Дима был истощен Силой, Вай охраняла вход, а Джинкс сидела в углу, глядя на свои руки — татуировки «Аномалии» почти исчезли, оставив после себя пугающую пустоту и скуку. Но Дима обнял её, сказав, что любит её любую. Джинкс, вместо того чтобы строить бомбу, собрала из мусора маленькую, безобидную хлопушку с конфетти. В её тихом, чистом смехе Вай впервые за много лет увидела не монстра, а свою младшую сестру. Они выбрали быть людьми, а не оружием.)

Кабинет советника Хеймердингера на вершине Башни Пилтовера пах старыми книгами и властью.

Кейтлин стояла по стойке смирно. Её форма Энфорсера была измята и покрыта гарью, на скуле наливался синяк. Напротив неё, за огромным столом из полированного дерева, сидел Хеймердингер. Он не смотрел на неё — его взгляд был прикован к голографическому экрану, где транслировались новости. Камеры показывали фиолетовую сферу, висящую в небе.

— Вы провалили всё, капитан, — Хеймердингер наконец соизволил посмотреть на неё. Его голос был лишен эмоций, что пугало больше, чем крик. — Из-за вашей сентиментальности Инженер едва не уничтожил дамбу, а ваша... подружка-аномалия уничтожила Ядро.

— Я спасла город, — ровным голосом ответила Кейтлин.

— Вы спасли мусор, который нужно было смыть, — он нажал кнопку на столе. — Сдайте значок и табельное оружие.

Кейтлин молча отстегнула значок Энфорсера с груди и положила его на стол. Затем положила винтовку.

— Вы разжалованы в патрульные, — Хеймердингер брезгливо отодвинул оружие. — Вы будете охранять нижний уровень Зауна до конца своих дней. Надеюсь, вам понравится запах.

— Так точно, советник, — Кейтлин развернулась к двери.

— И Киркман, — остановил её голос Хеймердингера. — Если вы хотя бы подумаете связаться с теми террористами... я отдам приказ уничтожить их на месте. Я не повторяю ошибок.

Кейтлин вышла, не сказав ни слова.

Она спустилась в свой старый кабинет — теперь уже просто дежурное помещение. На столе всё ещё лежали её вещи. Она не стала собирать их.

Она подошла к окну.

Там, в небе, всё ещё висел Кристалл. Огромный, умирающий, пульсирующий багровым светом. Он не падал, но он был там. Угроза, которую все просто решили игнорировать.

«Я всё исправлю», — подумала она, вспоминая свой огонь на площади.

Её взгляд упал на рабочий стол. Поверх стопки пустых бланков лежала папка.

Обычная серая папка, которая не должна была здесь находиться.

Кейтлин открыла её.

Внутри не было отчетов. Там были фотографии. Голографические снимки, сделанные дронами наблюдения.

Дима, держащий на руках Джинкс в Башне, его световой меч потух.

Вай, рычащая в наручниках, её глаза полны слез.

Джинкс, сидящая в коллекторе Зауна, впервые за долгие годы улыбающаяся без злобы.

И сама Кейтлин, стоящая под дулами ружей, прикрывающая их отход.

На титульном листе папки было написано от руки: «Проект: Падение Титанов».

Кейтлин долго смотрела на фото. Затем она посмотрела на Кристалл в небе.

Хеймердингер думал, что победил. Он думал, что убрал её с доски.

Она подошла к стене за книжным шкафом. Нажала на завиток резьбы. Шкаф с тихим шелестом отъехал в сторону, открывая встроенный в стену сейф.

Кейтлин положила папку внутрь.

Она закрыла тяжелую стальную дверь. Набрала сложный код.

Раздался щелчок.

Кейтлин вернула книжный шкаф на место. Она поправила манжеты своей формы патрульного.

В её глазах больше не было слез. Только холодный, кристальный расчет.

Она больше не была оружием в руках Совета.

Она начинала свою игру.

Конец второй части.