Альфа линии Феникса

Глава 1

Жанр: фанфик

Доп. жанр: попаданцы

Доп. жанр 2: боевое фэнтези

АЛЬФА ЛИНИИ ФЕНИКСА

Автор: SHADOW

Акт I: «Южное урочище»

Глава I: «Запах добычи»

Августовский вечер в Тихорецке пах раскаленным асфальтом, остывающей пылью и чем-то сладким — кажется, на соседней улице кто-то варил кукурузу. Обычный южный город засыпал под ленивое гудение кондиционерных блоков. Но здесь, в старом частном секторе на окраине, где вишневые сады вплотную подступали к заборам из профнастила, воздух был другим.

Я сидел на широком подоконнике распахнутого настежь окна, прислонившись спиной к теплой деревянной раме. Семнадцать лет. Паспорт гражданина РФ лежал в ящике стола, но я знал правду: этот город не мой дом. Мой дом там, где воет волк.

Просто сегодня вечером волк решил остаться дома и поиграть в старшего брата.

— Альфа! — раздался звонкий голос прямо над ухом, заставив меня вздрогнуть. — Дим, ну Дима же!

Джинкс материализовалась на моем подоконнике так бесшумно, что даже мои обостренные чувства едва уловили движение воздуха. Она была одета в безразмерную футболку с логотипом какой-то рок-группы, которая заканчивалась ровно там, где начинались черные кружевные трусики. Больше на ней ничего не было. Её голубые дреды щекотали мою шею.

— Чего тебе, катастрофа? — спросил я, не открывая глаз.

— Умираю от жажды! — она драматично прижала руку ко лбу. — И эта сухость... она невыносима. Сходи за колой. В «Магните» акция, по акции надо брать. И главное — *без льда*. Ты помнишь про лед? Если ты принесешь мне стакан со льдом, я превращу твою комнату в филиал Ада. Лед разбавляет вкус. Это преступление против химии.

Она попыталась заглянуть мне в глаза снизу вверх, строя жалобную мордашку. Я чувствовал её запах — порох, дешевый энергетик и тот самый синтетический полимер, из которого Иша создала это тело. Для обычных людей Джинкс выглядела как сумасшедшая школьница-неформалка. Для меня она была младшей сестрой Ви, которую мы вытащили из лаборатории Мёбиуса год назад. Девочка-репликант, чье единственное желание сейчас — газировка.

— Сама сходишь, — буркнул я, приоткрыв один глаз. — У тебя ноги есть.

— Но у тебя статус! — возмутилась она, падая животом на мои колени. Футболка задралась. — Ты альфа. Альфы носят добычу стае. Принеси мамочке вкусняшку.

Вместо ответа я мягко, но непреклонно взял её за шкирку (за основание шеи, где кожа была особенно чувствительной) и стащил с подоконника на пол.

— Марш в холодильник. И чтобы через минуту твоя аура не отсвечивала голодом. Раздражает.

Джинкс показала мне язык, но послушно поскакала на кухню. Железная рука работала. Но когда через пару минут она вернулась, плюхнувшись рядом со мной уже с запотевшей банкой, она тут же прижалась ко мне теплым боком, счастливо вздохнув. Она была счастлива просто потому, что границы были четкими.

Скрипнула дверь в коридоре. Появилась Ви.

Если Джинкс была хаосом, то Ви — смертью в чистом виде. Высокая, широкоплечая, одетая только в камуфляжные штаны, перемотанные ремнями портупеи. На её правом предплечье тускло блестели хирургически острые когти — выдвижные, титановые, подарок Кейтлин. Сейчас она методично водила точильным камнем вдоль лезвий. Звук был похож на скрежет пенопласта по стеклу, но для оборотня он звучал как колыбельная.

— Тупеешь, — констатировала Ви, даже не глядя на меня. Только на свои когти. — Левый верхний затупился о ключицу того идиота у клуба. Надо править угол. Пятнадцать градусов. Не пятнадцать с половиной.

— Чувствую себя экспонатом в музее естествознания, — донеслось из угла.

Там, обложившись деталями, сидела Кейтлин. Единственная полностью человек в нашей безумной компании. Бывший спецназовец, ныне — моя совесть и тактический компьютер. На коленях у неё лежал разобранный Глок-17, который она протирала ветошью с таким благоговением, словно это священный Грааль. Рядом стояла коробка 9х19 Парабеллум.

— Заткнись, ходячий комод, — бросила Ви, не прекращая своего занятия. — Если бы я не проверяла углы, твой любимый пистолет заклинило бы на второй обойме. Мы одно целое. Оружие должно быть продолжением руки, а твои железки любят чистоту больше, чем ты любишь спать.

Кейтлин подняла взгляд. В отличие от звериного блеска в глазах Ви или безумного огня Джинкс, у Кейтлин взгляд был абсолютно пустым и холодным. Так смотрят люди, которые видели слишком много способов умереть.

— Спать я люблю, — спокойно ответила она. — Особенно когда кое-кто не пытается вскрыть замки на оружейном шкафу своими новыми ноготочками. Кстати, Дима, нам нужен свинец. Мягкий сердечник. Тот парень вчера оказался бронированным, пришлось рвать связки. Некомфортно.

Я молча достал из-под матраса завалявшуюся пачку патронов и кинул ей. Кейтлин поймала её одной рукой, даже не посмотрев.

И вот они все передо мной.

Моя стая.

Семья трудных подростков, которых жизнь вышвырнула на обочину, а я собрал вместе.

Джинкс потягивала колу, болтая ногами, периодически поглядывая на точильный камень в руках Ви с нездоровым интересом. Ви правила когти, излучая ауру абсолютного спокойствия хищника на вершине пищевой цепи. Кейтлин собирала смерть, обеспечивая нам всем завтрашний день.

Они не были монстрами. Монстры прячутся. Они жили. Громко, опасно, иногда оставляя после себя разбитые витрины и перепуганных свидетелей. Но здесь, в моей комнате, залитой мягким светом настольной лампы, среди запаха машинного масла и озона, они были просто девчонками. Уставшими, немного потерянными, нашедшими свой причал.

Подтекст этой сцены знали только мы.

Да, я управлял ими железной рукой. Когда Ви пыталась оспорить приказ на охоте, одного моего рыка хватало, чтобы она опустила голову. Когда Джинкс хотела взорвать банкомат ради веселья, холодный тон Кейтлин («Альфа запретил») останавливал её быстрее любых цепей.

Но эта жесткость была их безопасностью.

В мире, где охотники за головами шли по их следу, а Комиссия Магикс мечтала разобрать Джинкс на запчасти, именно моя воля держала этот корабль на плаву. Я был их гравитационным центром. Без меня Ви перегрызла бы глотки половине города от скуки, Кейтлин ушла бы в глухой запой самоконтроля, а Джинкс просто разлетелась бы на молекулы от собственного электричества.

— Завтра идем к старым очистным, — сказал я, прерывая уютную тишину. — Там опять воняет магией. Винкс снова дырявят пространство своим барахлом. Проверьте снарягу.

Три головы одновременно повернулись ко мне.

Ви оскалилась в предвкушающей улыбке, обнажая удлинившиеся клыки.

Кейтлин кивнула, начиная проверять магазины.

А Джинкс отставила банку, спрыгнула с подоконника и подошла ко мне. Она не стала прыгать на шею. Просто встала между моих коленей, положила свои маленькие ладони поверх моих рук, сжимающих подоконник, и тихо сказала:

— Родная, захватим ту рыжую? Ту, которая громко визжит? Мне скучно.

Я посмотрел на свою девушку. Потом на правую руку. Потом на нашего снайпера.

В этом взгляде не было приказа. Было понимание.

— Посмотрим на её поведение, — ответил я, накрывая её ладонь своей.

Железная рука слегка расслабилась, позволяя пальцам переплестись. За окном кричала какая-то ночная птица. В Тихорецке всё было спокойно. По крайней мере, в нашем углу этого города.

Глава II: «Туман транса»

(В предыдущей главе: Альфа стаи, Дима, управляет своим выводком в типичном для Тихорецка вечере. Мы увидели их не как чудовищ из легенд, а как семью трудных подростков с бытовыми проблемами: Джинкс клянчит колу без льда и мечтает о взрывах, Ви методично точит титановые когти, обсуждая углы заточки, а Кейтлин разбирает Глок-17, требуя мягкий сердечник для бронированных целей. Под слоем дикости скрывается абсолютная дисциплина: железная рука Альфы держит стаю в узде, но именно эта жесткость дает им чувство безопасности.)

Запах добычи всё ещё стоял у меня в ноздрях: адреналин, дешевый бензин тех мажоров и озон чужеродной магии Винкс. Старая деревянная дверь нашего дома на окраине Тихорецка поддалась со скрипом, который обычно успокаивал. Сегодня звук показался мне скрежетом металла по кости.

Тяжелый день? Нет. Это было хуже. Мы столкнулись не с феями. Мы столкнулись с человеческой грязью. Когда внедорожник прижал ту рыжую дворнягу к дереву, что-то внутри меня перемкнуло. Я помню только янтарную пелену перед глазами, треск лопнувшего бампера и вкус крови во рту — своей и чужой.

Ви пришлось оттаскивать меня силой. Она альфа-соперница, она понимает ярость, но даже ей стало страшно, когда я перестал различать своих и чужих.

Я вошел в дом и замер в прихожей. Сил снять берцы не было. Мышцы превратились в камень, а волчья половина рычала где-то глубоко в горле, отказываясь уходить обратно в клетку. В ушах шумела кровь.

— Дим?

Голос Кейтлин донесся из гостиной. Щелчок предохранителя — сухой, привычный. Она всегда знает, когда я возвращаюсь «пустым».

Я ничего не ответил. Просто прошел мимо дверного проема, задев плечом косяк. Мне нужно было дойти до спальни. Замкнуть контур. Остаться одному, пока пелена не спадет, иначе я могу случайно сломать кому-нибудь шею просто за вопрос «как дела».

Спальня встретила темнотой. Я рухнул лицом вниз прямо поверх покрывала, чувствуя, как ребра тяжело ходят вверх-вниз. Броня альфы дала трещину. Внутри была пустота и глухая, черная злоба на самого себя. На то, что я позволил лесному зверю управлять телом семнадцатилетнего парня.

Прошло минут десять. Я слышал, как внизу тихо переговариваются Ви и Кейтлин. Слышал шуршание страниц — это Кейтлин читает какой-то старый устав спецназа, охраняя мой покой снизу.

А потом лестница скрипнула. Легко, почти невесомо. Дерево даже не возмутилось такому весу.

Джинкс вошла бесшумно. Она не включала свет. Я чувствовал её запах — жвачка, порох и густая, первобытная шерсть молодого волка. Она остановилась в ногах кровати. Я ждал рыка, удара, требования внимания. Джинкс не умела быть тихой долго.

Но вместо этого она просто обошла кровать и села на пол рядом с моей головой.

Секунда тишины. Две.

Затем я почувствовал холодок. Она сняла свои тяжелые ботинки с металлическими носами и аккуратно положила их на пол так, чтобы они не стукнули. Затем её пальцы — тонкие, ловкие, привыкшие нажимать на спусковые крючки — коснулись моих волос.

Она начала перебирать мои темные пряди. Медленно. Ритмично. Никакой магии, никакого принуждения. Просто касание старшей сестры, которая видит, что брату больно.

— У кошки четыре лапы... — пропела она вдруг. Голос был тихим, лишенным обычного безумного тембра. Он звучал ровно и спокойно, как метроном. — ...сзади у ней длинный хвост...

Детская песенка. Та самая, которую я напевал им обеим — и ей, и маленькой Ише — прошлой зимой, когда мы застряли в доме без света из-за ледяного дождя.

*«Но трогать кошку за хвост не советуем...»*

Её ногти едва заметно царапали кожу головы. Это простое физическое ощущение начало пробивать броню. Зверь внутри растерялся от такой дозы безусловной нежности. Он не знал, как реагировать на колыбельную.

— ...ты, конечно, не поймешь... — продолжала шептать Джинкс, наклоняясь ниже. Её дыхание щекотало мое ухо. — ...потому что ты сегодня совсем одичал, Альфа...

Туман начал редеть. Железные тиски, сжимавшие грудную клетку, ослабли. Я смог сделать полноценный вдох, впервые за два часа почувствовав запах дома, а не лесной гнили.

Она поняла, что я выныриваю. Пальцы перестали гладить волосы и переместились на мой затылок, жестко, но уверенно фиксируя голову.

— Эй, шерстяной, — прошептала она уже своим голосом, чуть насмешливым, но полным тепла. — Хватит там нюхать астральную пыль. Ты воняешь злостью. Весь дом провонял.

Я наконец смог пошевелиться. Приподнял голову. Джинкс смотрела на меня сверху вниз, уперев руки в бока. Голубые дреды падали на лицо, глаза светились желтым светом хищника в темноте.

— Они хотели обидеть собаку, — хрипло выдавил я. Слова давались с трудом, горло пересохло.

— Знаю, — кивнула она. Слезинка скатилась по её щеке и упала мне на переносицу. Она плакала редко, только когда боялась потерять кого-то из нас. — Поэтому Кейтлин спрятала твой любимый тесак под ванну, а Ви выгрызла кусок их резины. Справедливость восторжествовала. А теперь закрой рот, у тебя морда кислая, смотреть противно.

Она наклонилась резко, преодолев последние сантиметры сопротивления. Её губы прижались к моим. Это не был поцелуй страсти — хотя искра между нами всегда могла взорвать континент. Это был удар тока жизни. Короткое замыкание.

Оборотни чувствуют друг друга кожей. Через этот поцелуй она передавала мне свою энергию — горячую, пульсирующую, живую. Она буквально встряхнула мою нервную систему, выбивая остатки тумана. Боль сменилась ясностью. Холодным, острым осознанием реальности.

Я схватил её за плечи, притягивая ближе, отвечая на поцелуй жадно, отчаянно, вкладывая в него всю невысказанную благодарность. Она рассмеялась прямо мне в губы — звонко, чисто, прогоняя призраков тяжелого дня.

Когда мы оторвались друг от друга, оба тяжело дыша, туман окончательно рассеялся. В зеркале напротив отражался не монстр. Отражался парень семнадцати лет с растрепанными волосами и любимой девушкой, сидящей на полу у его кровати.

— Колу принесешь? — спросила она, устраиваясь поудобнее и кладя подбородок мне на грудь. — Без льда. Заслужила.

Я усмехнулся, запуская пальцы в её голубые волосы. Моя девочка. Единственный детонатор, способный взорвать транс альфы и собрать меня заново.

— Только попробуй вылезти в окно, пока я буду на кухне, — предупредил я.

— Я же не животное какое-то, — фыркнула она, демонстративно складывая руки на груди. — Я подожду здесь. И съем твои носки, если задержишься дольше минуты.

Снизу, из гостиной, раздался спокойный голос Кейтлин:

— Если съест левый, я заставлю её зашивать правый иголкой.

Дом снова стал безопасным.

Глава III: «Граница леса»

(В предыдущей главе: После тяжелого дня, когда Дима сорвался на мажорах, защищавших собаку, он вернулся домой в состоянии «туманного транса» — защитной реакции альфы, когда зверь берет верх над разумом. Джинкс единственная смогла пробиться сквозь эту броню не силой, а нежностью: колыбельной из детства и поцелуем, который буквально встряхнул его нервную систему, вернув ясность ума.)

Домашний уют обманчив. Четыре стены создают иллюзию безопасности для людей, но для нас они были лишь временным бункером. Запах озона от магии Винкс всё ещё стоял у меня в горле с прошлой ночи, смешиваясь с ароматом жареной картошки, которую Кейтлин оставила остывать на столе. Я чувствовал себя выжатым лимоном, но зверь внутри требовал движения. Ему нужно было размять мышцы после вчерашнего унижения перед мажорами.

Я вышел на крыльцо первым. Ночной воздух ударил в лицо влажной прохладой. Справа возвышались темные силуэты пятиэтажек Тихорецка — мир людей. Слева начиналась темнота лесополосы, переходящей в заброшенные сады. Там пахло дикостью.

— Ты уверен? — голос Ви прозвучал за спиной глухо. Она вышла без обуви, ступая босыми ногами по остывающим доскам настила. В лунном свете её татуировки казались живыми, ползущими под кожей. — След слабый. Это может быть просто бродячий пес или кабан. Гонять кабана ради ста граммов мяса — позор для охотника моего уровня.

Она всегда так начинала. Проверка границ. Оспаривание приказа. Ей нужно было убедиться, что мой приказ вести стаю к старым очистным продиктован логикой Альфы, а не остаточным гневом. Если я дам слабину сейчас, она бросится вперед, чтобы занять мое место прямо посреди улицы.

— Пес не воняет магией разлома, — отрезал я, даже не оборачиваясь. Я уже снял человеческую оболочку. Плечи сами собой расправились, позвоночник вытянулся, принимая вес зверя. Когти тихо выскользнули из пазух, царапнув деревянные перила. — А кабан не оставляет прожженных пятен на траве. Мы идем туда. Вопросы?

Ви шагнула ближе. Я почувствовал жар её тела. Она подошла вплотную, нарушив личное пространство, и оскалилась, обнажая удлинившиеся клыки. Её глаза горели желтым огнем вызова.

— Ты ведешь нас нюхать феечье дерьмо, — прошипела она. — Вместо того чтобы выследить нормального оленя в заказнике. Твоя человечность тянет тебя к той рыжей дряни. Она дурно влияет на твой нюх. Ты хочешь защитить её территорию вместо нашей.

Удар был точным. Больным. И самое мерзкое — она была права. Меня действительно тянуло к Блум. Не как мужчину к женщине, а инстинктивно, как волка тянет охранять детеныша. Но показывать этот конфликт стае — смерти подобно.

Мое движение было смазанным даже для глаз оборотня. Я оказался нос к носу с ней быстрее, чем она успела моргнуть. Моя правая рука сомкнулась на её шее — жестко фиксируя, демонстрируя контроль веса. Свободной левой я перехватил её занесенную для удара руку, вывернув кисть.

Хватило трех секунд полной неподвижности. Три секунды, в течение которых моя воля давила на неё невидимым прессом. Желтый блеск в её глазах дрогнул и сменился привычной синевой подчинения. Зверь признал вожака.

— Еще одно слово о моих решениях в таком тоне, — произнес я тихо, ровно, — и ты будешь жрать крыс в канализации неделю. Поняла?

Она медленно кивнула. Я отпустил её горло. Ви отступила на шаг, тряхнула головой и демонстративно отвернулась, пряча смущение за показным раздражением.

— Принято, Альфа, — буркнула она себе под нос.

Кейтлин появилась бесшумно. На плече висел тактический рюкзак, в руках — арбалет. Она посмотрела на мою хватку на шее Ви, потом на саму Ви.

— Баланс сил восстановлен, — констатировала она. — Можно выдвигаться.

Джинкс выпрыгнула из тени дома последней. Резко, рвано, словно сжатая пружина. В зубах она крутила подобранную ветку.

— Если там будет енот, я хочу уши! — радостно заявила она, сплевывая дерево. — Сделаю из них серьги. Дим, ну чего мы стоим? У меня лапы чешутся!

Мы пересекли границу.

Линия старых садовых участков закончилась покосившимся забором. Здесь заканчивался Тихорецк. Здесь начиналась наша земля.

Как только мы миновали ржавую табличку «Стой! Проход запрещен», иерархия изменилась сама собой. Разговоры стихли. Ви мгновенно перестроилась, уйдя в правый фланговый дозор. Кейтлин заняла центр, прикрывая тыл. Джинкс шла слева от меня, сканируя верхние ярусы деревьев.

А я шел впереди. Потому что здесь действовал Закон Территории. Любой запах, кроме нашего — вторжение.

Воздух стал гуще. Я уловил его сразу — тот самый химический, приторно-сладкий след магии Космикса, перемешанный с запахом дешевого энергетика. Они снова были здесь. Феи оставляли после себя энтропию. Земля под лапами чуть заметно «плакала».

— Юго-восток, — выдохнул я, припадая к земле. — Около километра. Активный разлом. Свежий.

Ви материализовалась рядом, припав к траве.

— Трое, — добавила она. — Две самки, один самец. Жрут нашу землю своими игрушками.

Я посмотрел на свою стаю. Лунный свет серебрил их шкуры. Глаза всех троих смотрели на меня в ожидании команды.

— Работаем чисто, — приказал я, чувствуя, как костяные наросты начинают формироваться вдоль позвоночника. — Вырубить быстро. Портал закрыть. Оставить послание.

— Какое послание? — азартно уточнила Джинкс, её когти выпускали искры статики.

Я позволил волчьему оскалу появиться на лице.

— Напомни им, чьи это охотничьи угодья. Начинаем по моему сигналу.

Граница леса осталась позади. Впереди была добыча.

Глава IV: «Шёпот силы»

(В предыдущей главе: Стая пересекла границу города и вошла в дикий лес. На границе территории Ви попыталась оспорить авторитет Димы, заявив, что его симпатия к Блум делает его слабым вожаком. Конфликт был решен быстрой демонстрацией силы: Дима жестко поставил альфу на место физическим превосходством и Силой, подтвердив свой статус безоговорочного лидера перед Кейтлин и Джинкс. Теперь стая готова к охоте.)

Лес принял нас как своих. Мои легкие наполнились запахом прелой листвы, влажной земли и озона — мерзкого, химического привкуса магии Винкс, который перебивал всё остальное. Мы двигались клином. Я впереди, работая живым тараном и компасом. За мной скользила тень Ви, сливаясь с корявыми стволами дубов. Слева, по более твердому грунту, беззвучно ступала Кейтлин, её арбалет был взведен. А справа...

Справа была катастрофа.

— Дим, смотри! Светится! — пискнула Джинкс, хватая меня за рукав толстовки. Она указывала куда-то под корни вывороченного дерева. Там действительно пульсировал бледно-зеленый гриб размером с тарелку. Биолюминесценция.

Я рыкнул, не сбавляя шага:

— Не трогай. Это местная флора светится от радиации очистных. Отравишься — будешь блевать до утра, а убирать тебе самой.

Джинкс обиженно фыркнула, но руку убрала. Однако через минуту она снова оказалась рядом, теперь уже тыкая пальцем вверх:

— А там сова! Но глаза красные! Это демон?

— Это сыч, мелочь. Иди ровно.

Она крутилась волчком, отвлекая Ви, которая то и дело бросала на мою девушку испепеляющие взгляды. Сестра считала, что присутствие этой «искрящейся психопатки» снижает боевой дух стаи. Возможно, она была права, но контролировать Джинкс было так же бесполезно, как пытаться удержать молнию в бутылке. Оставалось только надеяться, что её хаос сработает на врагов раньше, чем на нас.

Мы вышли на просеку. Лунный свет ударил по глазам, заливая бетонные руины старых советских очистных сооружений мертвенной синевой. Место было паршивым даже для людей — сюда десятилетиями сливали химикаты. Для оборотня это место пахло гнилью и смертью.

И тут я споткнулся.

В глазах резко потемнело. Боль раскаленным гвоздем вонзилась в основание черепа, прямо туда, где сходились линии мидихлориан. Воздух вдруг стал густым, тяжелым, вибрирующим. Низкий гул начал давить на барабанные перепонки, хотя вокруг стояла абсолютная тишина.

«Ближе...»

Голос прозвучал не в ушах. Он раздался прямо внутри костей. Глубокий, утробный, резонирующий с моей кровью. Зов.

— Альфа? — голос Кейтлин вырвал меня из транса. Она мгновенно оказалась рядом, закрывая собой сектор обстрела, её палец лежал на спусковом крючке. — Ты побелел. Что случилось?

Я мотнул головой, пытаясь сбросить наваждение. Пелена перед глазами медленно рассеивалась.

— Ничего. Голова закружилась. Давление скачет, — соврал я, растирая переносицу. — Эта дыра фонит хуже Чернобыля. Держитесь плотнее.

Я скрывал это от них. Скрывал уже несколько недель. Каждый раз, когда мы подходили к этому району леса ближе чем на километр, мой внутренний барометр начинал сходить с ума. Сначала я думал, что это реакция моего джедайского ядра на темную магию фей. Две противоположности бьются друг о друга, вызывая мигрень. Логично.

Но этот зов... он не был враждебным. Он был родным. Как биение второго сердца. Земля звала меня вниз. Просила прийти.

— Вижу движение, — прошипела Ви, опускаясь на четыре конечности. Её зрачки расширились, заполняя почти всю радужку. — У главного резервуара. Двое. Нет... трое. Стоят на месте. Ритуал или охрана.

— Охрана чего? — буркнул я, доставая свои старые армейские бинокли (подарок отца, еще из прошлой жизни). Прижал окуляры к глазам.

Там, внизу, среди ржавых труб и луж мазута, стояли они. Стелла и Муза. Их наряды выглядели здесь настолько нелепо, что хотелось рассмеяться. Розовый шелк и кислотно-желтый пластик посреди индустриальной помойки. Они водили руками над землей, и трава вокруг них чернела и сворачивалась в пепел.

А между ними...

Текна.

Её голографический браслет работал на полную мощность, проецируя сетку сканирования прямо в воздух. Она не участвовала в разрушении. Она изучала.

— Техно-фея ищет источник, — констатировала Кейтлин, глядя через свою оптику. — Судя по позе, показатели зашкаливают. Она нервничает.

Гул в моих костях усилился. Текна искала то, что звало меня. Древний реактор под землей почувствовал кровь Дома Феории в крови техномага и ответил ей. Но меня он звал иначе — как ключ, а не как датчик.

— План меняется, — тихо сказал я. Мой голос звучал хрипло из-за давления в голове. — Никакого шума. Никаких взрывов. Если эта железная леди поймет, что именно лежит у неё под ногами, сюда прилетит весь Магикс.

Ви подняла голову от земли, втягивая носом воздух.

— Чую железо. Старое. Много железа. И воду. Подземное озеро.

— Там глубоко, — добавил я, чувствуя, как Сила внутри меня тянется вниз, словно щупальце. — Очень глубоко.

Джинкс перестала играть с сычом. Она подошла ко мне вплотную, её желтые глаза впились в мое лицо. Она всегда чуяла ложь лучше других.

— Дим, твоя аура дрожит, — прошептала она. — Ты сейчас похож на перегретый процессор. Тебя сейчас коротнет.

— Спустимся ниже — узнаем, — отрезал я, возвращая себе маску холодного командира. — Ви, обходишь слева. Используй тени зданий. Кейтлин, правый фланг, дерево номер три. Лучшая точка обзора на их гаджеты. Джинкс... со мной. Будешь моим детектором глупости. Работаем.

Стая растворилась в темноте. Боль в висках пульсировала в такт зову из-под земли. Я знал, что совершаю ошибку, ведя их туда. Я знал, что источник опасен.

Но сопротивляться шёпоту собственной крови становилось всё труднее.

Акт II: «Дихотомия»

Глава V: «Розовый десант»

(В предыдущей главе: Стая вышла на просеку к старым очистным сооружениям. Дима скрыл от своих приступ острой боли и зов древнего источника под землей, списав всё на «давление». Используя свои обостренные чувства, он обнаружил Винкс у главного резервуара: Стелла и Муза разрушали территорию, а Текна сканировала аномалию своим браслетом. Понимая, что феям нельзя позволить активировать древний реактор, Дима разделил стаю для перехвата.)

План был прост, как удар когтями по стеклу. Грязь, кровь и тени против неона и блёсток.

Мы с Джинкс вышли первыми прямо на середину бетонной площадки перед резервуаром. Луна светила ярко, заливая наши фигуры серебром. Со стороны мы, должно быть, выглядели как кадр из дешевого фильма ужасов: высокий парень в прожженной толстовке, чье лицо наполовину скрывала тень, и девчонка с дредами, вокруг пальцев которой плясали синие искры статики.

— О, девочки! — голос Музы разрезал ночную тишину. Она стояла ближе всех к нам, уперев руки в бока. На ней была кислотно-желтая куртка, которая в темноте леса казалась маяком для самолетов. — У нас тут фанаты? Я же говорила, что этот мерч популярен!

Стелла резко обернулась. Её розовое платье вспыхнуло в лунном свете, ослепляя. Она выронила палку, которой только что сбивала гнездо ласточки на трубе.

— Фу! Откуда здесь бомжи?! Текна, это твои глюки?

Текна даже не подняла головы от своего голографического проектора. Лучи синего света очерчивали трещины в старом бетоне.

— Они материальны, Стелла. Биологические показатели зашкаливают. Уровень агрессии... пугающий. Флора, будь добра, свяжи их лианами. Только аккуратно, это просто местные подростки-наркоманы.

Флора вздрогнула, отрываясь от созерцания умирающей травы у её ног. Она виновато улыбнулась:

— Но они выглядят такими... грустными. Может, им нужна помощь психолога?

Я почувствовал, как рядом со мной начинает вибрировать земля. Это смеялась Джинкс. Не хихикала, а именно издавала низкочастотный гул, от которого у фей зашевелились волосы.

— Психолога? — переспросила моя девушка, выпуская сноп искр. — Дим, можно я сожгу ей прическу? Пожалуйста. Она похожа на сахарную вату, которую окунули в канализацию. Это преступление против природы.

— Стоять, — тихо приказал я, не повышая голоса.

Мой приказ ударил по поляне невидимой волной. Сработала Сила Джедая вперемешку с альфа-энергией оборотня. Феи замерли. Даже дерзкая Стелла сглотнула, инстинктивно делая шаг назад. Они вдруг осознали, что перед ними не обкуренные школьники.

— Вы находитесь на территории Южного урочища, — продолжил я, медленно надвигаясь на них. Каждый мой шаг отдавался глухим эхом от бетонных стен. — Без разрешения Альфы. Это нарушение границ.

— Какой еще Альфа? — фыркнула Стелла, пытаясь вернуть себе уверенность. Она щелкнула пальцами, создавая маленький огненный шар. — У меня сейчас нет времени на ваши ролевые игры. Мы ищем источник магии, который засекла Текна. Если вы...

Она не договорила. Из теней справа, там, где ржавый трубопровод уходил в землю, бесшумно материализовалась Ви. Она не стала тратить время на слова. Просто прыгнула.

Спецы появились через секунду после неё. Как часы. Кейтлин возникла за спиной Музы, приставив холодный ствол арбалета точно между лопаток феи. Болт был заряжен транквилизатором, но нажим пальца Кейтлин говорил о том, что она готова пробить броню.

Ривен спрыгнул с эстакады слева, перекатываясь и беря на прицел Флору. Его клинок был уже выхвачен. Тимми выглядывал из-за угла здания, нервно сжимая свой лазерный пистолет, но его глаза за очками быстро бегали, оценивая диспозицию — он понимал, что численный перевес внезапно исчез.

Ви впечатала Стеллу в стену резервуара так легко, словно та весила не больше котенка. Одной рукой альфа-самка сжала запястье феи, ломая концентрацию для магии, другой — зафиксировала её шею, слегка выпустив когти. Кожа Стеллы побелела от давления.

— Рыпнешься — останешься без краски для волос, — прорычала Ви прямо в ухо блондинке. — И поверь, лысой ты будешь выглядеть ещё более нелепо.

— Одно движение, и твоя подружка станет ёжиком, — ровно добавила Кейтлин, чуть сильнее надавливая коленом на спину Музы. Фея музыки сдавленно пискнула, когда металл коснулся её позвоночника.

Контраст эстетик достиг апогея. Яркие, чистые цвета Винкс покрылись слоем серой пыли и мазута. Их героические позы сменились животным страхом. А моя стая... мы были продолжением этой грязи. Мы пахли лесом, кровью и опасностью.

Дима стоял посреди этого хаоса, опустив руки. Голова всё ещё гудела от зова источника, но теперь появилась новая проблема. Прямо из воздуха, метрах в десяти от нас, начала формироваться воронка портала.

Скай.

Он вышел первым, держа меч наготове. За ним — Блум, её кулаки уже пылали оранжевым огнем. Следом высыпали остальные Спецы, готовые к бою.

Они увидели картину: их девушек держат на прицеле неизвестные вооруженные люди, а лидер местных держит за горло принцессу Магикса.

— Отпусти её, — голос Ская прозвучал холодно. Он смотрел только на Ви. — Сейчас же.

Я вздохнул. План «тихого захвата» трещал по швам. Теперь придется вести переговоры, пока Ви не отгрызла Стелле нос от скуки.

— Опустите оружие, — громко сказал я Специалистам, выходя на свет. Мой голос заставил Скай напрячься — он узнал его. — Никто никого не убьет. Пока. Девочки хотели поиграть в песочнице нашего леса. Мы просто объясняем им правила поведения. Верно, Ви?

Ви оскалилась, плотнее прижимая когти к шее Стеллы, но приказа оспаривать не стала. Блондинка захрипела, болтая ногами в воздухе.

— Привет, сестренка, — бросил я, глядя прямо на Блум. В её глазах читалось полное непонимание ситуации. — Твои друзья ведут себя невежливо. Пришлось применить меры воспитания. Ты тоже решила присоединиться к уроку этикета?

Глава VI: «Песня крови»

(В предыдущей главе: Стая перехватила Винкс у старых очистных сооружений. Пока Ви и Кейтлин жестко удерживали Стеллу и Музу, используя фактор внезапности, появился Скай со своими Специалистами. Возникла патовая ситуация: обе стороны держат заложников (девушек Ская держит стая Димы). Напряжение достигло пика, когда Блум приготовилась использовать магию.)

— Отпусти её! — голос Ская сорвался на рык. Он сделал шаг вперед, поднимая лазерный меч. Оружие издало низкое гудение, готовясь разрезать тьму. — Я считаю до трех.

Спецы начали окружать нас, беря стаей в клещи. Тимми что-то быстро кричал в коммуникатор, вызывая подкрепление. Это переставало быть забавным. Если здесь сядет десантный корабль Магикса, нам придется уходить через канализацию, а я терпеть не мог мокрые тоннели.

— Раз, — продолжил Скай, глядя только на Ви.

Ви зарычала в ответ, обнажая клыки прямо перед лицом Стеллы. Блондинка закатила глаза, пытаясь изобразить обморок, но хватка альфы была стальной.

Я поднял руку, не делая резких движений. Мне нужно было погасить этот пожар, пока он не сжег весь лес.

— Стоять всем, — мой голос прозвучал тихо, но в нем звякнул металл джедайской воли.

Это был не приказ оборотня. Это был импульс Силы. Волна невидимого давления ударила по поляне. Специалисты замерли на полушаге, их руки дрогнули — они опытные бойцы, но ментальное воздействие такого уровня сбивает прицел даже ветеранам. Скай споткнулся, нахмурившись и мотнув головой, словно отгоняя наваждение.

Но главной целью были феи.

Блум схватилась за горло. Её оранжевое пламя, рвущееся из ладоней, резко дернулось и опало, рассыпавшись искрами. Она посмотрела на свои руки с ужасом.

— Что... что это? Мой огонь...

— Тихо, мелкая, — бросил я ей, продолжая удерживать Силовой купол вокруг нашей группы. Космикс работает на чистой эмоции и вере в себя. Джедайская техника «Тишина разума» вышибает эту почву из-под ног. Сейчас она могла пускать разве что дымные колечки. — Твоя игрушка сломалась. Побочный эффект моего присутствия.

Стелла попыталась создать световую гранату, но энергия просто стекла по её пальцам в грязь. Она уставилась на меня так, будто увидела призрака.

— Ты... ты Джедай? — прошептала она. — Но этого не может быть! В Магиксе нет мидихлориан!

— Значит, теперь есть, — отрезал я. — Всем стоять. Оружие на землю. Или ваша принцесса останется без магии навсегда. А твоя блондинка потеряет голову. Выбирай, Рыцарь.

Скай посмотрел на Блум, потом на меня. Его голубые глаза потемнели от ненависти, но разум взял верх над гордостью. Он медленно опустил клинок. Клинок с шипением втянулся в рукоять.

— Хорошо, — процедил он. — Мы слушаем. Чего тебе надо?

— Нам ничего не надо, — ответил я, ослабляя давление Силы, чтобы они могли дышать. — Кроме того, чтобы вы перестали выжигать нашу землю. Опустите браслеты на землю. Медленно.

Специалисты подчинились. Даже Ривен убрал свой вибро-меч, хотя его палец всё ещё лежал на кнопке активации.

Как только угроза боя миновала, мир обрушился на меня снова. Зов источника стал невыносимым. Гудение в костях перешло в физическую вибрацию. Земля под ногами буквально пульсировала.

Я пошатнулся. На секунду пелена вернулась.

— Дим? — Джинкс тут же оказалась рядом, поддерживая меня за локоть. Её пальцы впились в мою кожу, посылая разряд статики для заземления. — Опять накрыло?

Я кивнул, тяжело дыша. Я перевел взгляд на Блум. Она стояла посреди грязной лужи, растрепанная, в своем розовом платье, покрытом пятнами мазута. И смотрелась там абсолютно органично.

Наши взгляды встретились.

И в этот момент мы оба услышали Песню.

Для неё сигнал звучал как приглашение. Теплый, материнский зов. Голос дракона, который говорил: «Иди ко мне. Обними. Стань частью моего пламени. Тебе больше никогда не будет больно». Глаза Блум наполнились слезами тоски и желания. Она инстинктивно сделала шаг в сторону резервуара, туда, где под землей билось сердце реактора.

А для меня тот же самый звук был приказом. Холодным, тяжелым, абсолютным. «Склонись. Служи. Охраняй порог. Ты — ключ, стань замком». Это не просило. Это требовало подчинения всей моей сути. Моя волк внутри вздыбил шерсть, протестуя против рабства, но Джедай во мне понимал мощь этой древней программы.

— Оно зовет тебя присоединиться, — хрипло сказал я, озвучивая её мысли. — А меня — подчиниться.

Блум замерла, остановив занесенную ногу. Слеза скатилась по её щеке.

— Присоединиться? К чему? Я думала, это просто аномалия Текны...

— Это не аномалия, — перебил я. — Это Древний реактор. И моя кровь знает его лучше, чем твой браслет.

Я отпустил плечо Джинкс и подошел к краю бетонного парапета, уходящего вниз, к воде отстойника. Засучил рукав толстовки. Шрамы от когтей, полученных в стычках с Ви, белели на предплечье. Но под ними, почти скрытый кожей, виднелся старый ожог в форме птицы.

— Феникс Дома Феории, — произнес я, поворачивая руку так, чтобы Блум видела символ. — Когда королевская семья Домино отправляла детей в портал во время Великой Войны, на каждого ставили метку. Чтобы найти их потом.

Блум подошла ближе, забыв про Спецов, про плен, про всё. Она смотрела на мою руку так, словно увидела собственное отражение.

— У меня такая же... — выдохнула она. Расстегнула верхнюю пуговицу своей куртки. Там, на тонкой цепочке, висел медальон. Она щелкнула крышкой.

Внутри, на бархатной подложке, покоился точно такой же пылающий знак.

— Нас разделили, — тихо сказала она. — Портал был нестабилен. Потоки разбросали капсулу с тобой куда-то сюда, на Землю. Меня подобрали на Домино. Оритэл думал, что ты погиб при выбросе радиации...

— Меня нашли люди, — закончил я за неё. — В Краснодарском крае. В лесу. Думали, я обычный ребенок. Пока не выросли клыки.

Повисла тишина. Было слышно только, как пищит прибор Тимми и как тяжело дышит Стелла в захвате Ви.

Скай стоял столбом, переводя взгляд с медальона Блум на мой шрам, затем на наши лица. До него начало доходить.

— Погоди... — пробормотал он. — То есть вы... родственники?

Я проигнорировал рыцаря. Мое внимание было приковано к Блум. Между нами протянулась невидимая нить. Кровь говорила громче слов. Тот конфликт, о котором предупреждала Ви — моя человечность, тянущаяся к ней, — наконец получил объяснение. Инстинкт защиты младшего в стае сработал задолго до того, как мы узнали правду.

— Родственники, — подтвердил я. — И сейчас эта железная леди внизу хочет либо убить одного из нас, либо сделать рабом другого.

Я посмотрел на застывшую Текну. Техно-фея побледнела, сопоставив биологические данные своего сканера с нашим сходством.

— Реактор ищет носителя матрицы, — прошептала она в пустоту. — Биологическая подпись совпадает на девяносто восемь процентов. Два объекта. Старшая линия... и младшая.

— Хватит лекций, — оборвал я. Голова раскалывалась, но присутствие Блум странным образом стабилизировало боль. Наша сила начала уравновешивать друг друга. — Уходим. Все. Забирайте своих девчонок и валите в портал. Здесь скоро станет очень жарко. Эта штука просыпается.

Глава VII: «Синхронизация»

(В предыдущей главе: Спецы и Винкс взяты в плен, конфликт заморожен. Дима едва держится на ногах из-за зова источника. В момент зрительного контакта с Блум они оба осознают природу сигнала: её зовут присоединиться к силе, его — подчиниться ей. Раскрывается правда о королевском происхождении: у обоих на теле знак Феникса Дома Феории. Текна подтверждает биологическую аномалию. Понимая, что реактор сейчас выйдет из-под контроля, Дима приказывает всем уходить, но сам знает, что не сможет сделать ни шагу, пока зов не утихнет.)

— Я тебя не оставлю, — голос Блум прозвучал тихо, но твердо. Она сделала шаг ко мне, игнорируя шипение Ская за спиной. — Если эта штука хочет меня, она получит нас обоих.

Это было безумием. Спускаться в эпицентр псионического шторма вдвоем, когда твоя единственная общая черта — это цвет медальона. Но я чувствовал: если мы уйдем сейчас, земля просто разорвет сама себя, пытаясь дотянуться до нас через километры бетона. Зов стал физической болью, выворачивающей суставы.

— Альфа... — предупреждающе рыкнула Ви со стороны парапета. Она всё ещё держала Стеллу, но её внимание было приковано ко мне. — Это ловушка Древних. Ты станешь их рабом.

— Станем, — поправил я её, даже не обернувшись. Мое горло пересохло. — Оба.

Я посмотрел на Блум. Её кулаки всё ещё тлели оранжевым, но теперь этот огонь казался единственным источником тепла в ледяном озоновом аду очистных.

— Как будем делать это безопасно? — спросила она, повторяя мой же вопрос из леса.

— Без рукопожатий не обойтись, — хрипло усмехнулся я. — Контакт кожа к коже. И молись своему Дракону, чтобы твой огонь не спалил мою Силу дотла.

Она кивнула. В её глазах больше не было страха передо мной или флером принцессы. Только решимость выжившего.

Мы подошли к ржавой лестнице, уходящей в темноту резервуара. Первым спускался я. Металл обжигал ладони даже сквозь загрубевшую кожу оборотня. Каждый шаг вниз усиливал давление. Воздух становился густым, как вода. На дне, под слоем черной жижи, пульсировал холодный синий свет.

Блум спустилась следом. Каблуки её туфель (где она вообще нашла туфли для вылазки в лес?) чавкнули по грязи. Она встала рядом со мной, плечом к плечу. Наши руки соприкоснулись.

И мир исчез.

Поток ударил мгновенно.

Синий свет реактора вспыхнул, ослепляя. Меня пронзила молния такой мощи, что кости затрещали. Это была чистая энергия Домино, первородная магия планеты. Она пыталась переписать мой код, вырвать джедайскую суть и заменить её собой. Боль была невыносимой — словно тысячи игл вонзались в нервные окончания.

Рядом закричала Блум. Её крик перешел в рев пламени. Оранжевый огонь рванул из её груди, пытаясь защититься от вторжения холода. Но холод был абсолютным.

«Ты сломаешься», — прошептала сила внутри меня.

«Ты сгоришь», — ответил её внутренний дракон.

Если бы мы были врагами, мы бы аннигилировали друг друга прямо там, превратившись в пепел и статику. Но мы стояли плечом к плечу.

Мои инстинкты сработали быстрее разума. Я схватил её руку, переплетая пальцы. Левую ладонь я прижал к холодной стене шахты, заземляя поток через своё тело. Правой рукой я перехватил её запястье, направляя её рвущееся наружу пламя не в стену, а в центр синего свечения.

— Не сопротивляйся! — прохрипел я. — Пропусти через меня!

Она поняла. Закрыв глаза, Блум перестала бороться с огнем. Она позволила ему течь.

Оранжевая лава потекла по моей руке. Моя волчья половина взвыла от жара, готовая сбросить шкуру. Но Джедай во мне открыл каналы.

Я принял её Пламя Дракона и пропустил через фильтр Светлой стороны Силы. Холодный кристальный поток моего сознания окутал её разрушительный огонь, очищая его от хаоса. Затем я направил эту сплавленную энергию обратно в ядро реактора.

В обратную сторону пошел ответный удар. Потоки чистой магии Космикса вошли в меня. Они выжигали остатки человеческого страха, оставляя только голые инстинкты хищника и спокойствие рыцаря-джедая. Эта сила текла дальше, в Блум.

Мы стали одним контуром. Двухтактный двигатель боли и власти.

Её боль стала моей. Мой контроль стал её броней. Я видел обрывки её воспоминаний: стеклянный купол лаборатории, лицо незнакомой старшей сестры, страх быть «дефектной». Она видела мои: клетка одиночества в Тихорецке, драки за еду, тяжесть статуса альфы, который никогда не спит.

Пульсация внизу изменилась. Рваный, больной ритм стабилизировался. Стал ровным. Глубоким. Как дыхание спящего гиганта.

Синий свет сменился мягким лунно-серебристым сиянием. Давление исчезло так же внезапно, как и появилось.

Мы рухнули на колени одновременно, всё ещё не разрывая рукопожатие. Грязная вода шахты показалась нам мягкой периной. Мы тяжело дышали, выплевывая пыль. Между нашими соединенными ладонями всё ещё проскакивали крошечные искры — смесь оранжевого и белого.

Наверху послышался грохот. Ви скатилась по лестнице, прыгнув через три ступени сразу. За ней посыпались остальные — Кейтлин, Спецы, Джинкс. Они окружили нас кольцом, ощетинившись оружием, готовые защищать своих вожаков от угрозы. Но угрозы не было.

Реактор успокоился. Он больше не звал. Он признал.

Я с трудом поднял голову и посмотрел на Блум. Наши лица были перепачканы грязью и копотью. Она смотрела на наши сцепленные руки с ужасом и восторгом.

— Что... что ты сделал? — выдохнула она.

— Выровнял давление, — просипел я. Попытался разжать пальцы, чтобы встать, но мышцы не слушались. Связь, возникшая между нами, не хотела отпускать. Серебряная нить энергии всё ещё вибрировала между нашими телами.

Подошла Текна. Она опустилась на корточки, сканируя нас своим браслетом. Прибор пищал непрерывно.

— Нейронная связь... — пробормотала техно-фея, увеличивая масштаб. — Уровень эмпатии зашкаливает. Ваши биоритмы синхронизировались. Если один из вас порежет палец, второй почувствует боль. Вы буквально... одно целое на квантовом уровне.

— Великолепно, — мрачно констатировал Скай, опускаясь рядом с Блум. Он попытался коснуться её плеча, но девушка дернулась, инстинктивно прижимаясь ближе ко мне — туда, где канал связи ощущался сильнее. — Просто великолепно. Моя невеста теперь связана ментально с дикарем из канализации.

Джинкс протиснулась вперед, расталкивая Специалистов. Увидев нас на коленях в грязи, она не стала смеяться. Её желтые глаза сузились, оценивающе глядя на серебряную нить между нашими руками.

— Так, — сказала она, уперев руки в бока. — Либо кто-то сейчас объяснит мне, почему моя половинка держит за ручку фею-предательницу, либо я взрываю эту шахту к хаттам. Прямо сейчас.

Глава VIII: «Радахан»

(В предыдущей главе: Дима и Блум спустились к источнику и стабилизировали реактор ценой создания ментальной связи. Стая и Специалисты спустились следом. Реактор усмирен, но выброс энергии наверняка засекли радары Магикса. Нужно решение, и быстро.)

— Я не держу её за ручку, — огрызнулся я, с трудом поднимаясь на ноги. Серебряная нить связи натянулась, как струна, а затем со звоном лопнула. На мгновение в груди образовалась сосущая пустота. Блум тихо всхлипнула, зеркаля мое ощущение потери.

Скай тут же оказался рядом с ней, помогая встать, но она отстранилась от него, инстинктивно ища взглядом меня. Наше единение внизу оставило слишком яркий след.

— У нас проблема посерьезнее твоих подростковых драм, Рыцарь, — холодно произнесла Кейтлин, перезаряжая арбалет. Она смотрела наверх, на пролом в потолке шахты, где уже серело небо. — Спецы наверняка засекли выброс энергии. Через десять минут здесь будет авиация Магикса. Нам нужно решение.

Ви, всё это время стоявшая над лежащей без чувств Стеллой, фыркнула:

— Решение простое. Оставляем их здесь. Забираем девчонку-ракету и уходим в лес. Пусть Комиссия сама разбирается с радиоактивной дырой.

Текна, до этого молча сканировавшая стены своим браслетом, подняла голову. Лицо у неё было бледным даже сквозь слой копоти.

— Не выйдет. Сигнал исходит отсюда. Из-под земли. Но ретранслятор... он настроен на частоту твоей крови, Дим. Если мы останемся здесь, через час над Тихорецком высадится весь Флот Конфедерации. Они решат, что это вторжение.

Я посмотрел на Скаю.

— Собирайте своих. Вы летите с нами. Ваши игрушки привлекут меньше внимания, чем если мы откроем портал посреди города.

Скай стиснул зубы, глядя то на меня, то на связанную Музу.

— Ты не можешь нам приказывать...

— Могу, — отрезал я. — Потому что только я знаю, как закрыть этот реактор навсегда. Либо вы садитесь в свои жестянки и везете нас на базу Красный Фонтан, либо остаетесь объяснять Комиссии, почему половина области осталась без электричества. Время пошло.

Пока Винкс растерянно переглядывались, а Спецы мрачно проверяли оружие, я сунул руку во внутренний карман своей прожженной толстовки. Пришло время достать главный козырь.

— Кстати о врагах, — сказал я громче, привлекая всеобщее внимание. Мои пальцы сомкнулись на гладком предмете. — Трикс больше не проблема. Как и ведьмы-прародительницы. Любая магия имеет предохранители.

Я вытащил руку из кармана и разжал кулак.

На моей ладони лежал Радахан.

Идеально белый диск металла. Он не светился, но воздух вокруг него казался густым и мертвым. Даже Ви замерла, склонив голову набок.

— Что за побрякушка? — брезгливо спросила Стелла. — Несправедливо!

— Это для тех, кто любит швыряться файерболами, сахарная голова, — ухмыльнулась Джинкс. — Фу, холодный.

— Это Радахан, — ровно пояснил я. — Технология блокировки мидихлориан.

Текна буквально врезалась в меня носом, чуть не уронив планшет.

— Невозможно! Отрицание Силы нарушает законы термодинамики! Оно поглощает массу?!

— Оно поглощает волю, — поправил я. — Смотрите внимательно.

Я подошел к связанной Музе. Девушка испуганно замычала сквозь кляп. Я не касался её. Просто поднес раскрытую ладонь с диском к её шее. Муза была сильна в звуке и эмоциях, она должна была ударить по нам акустической волной. Но ничего не произошло. Её глаза расширились от ужаса. Она открыла рот, чтобы закричать, но оттуда не вырвалось ни звука.

Затем я повернулся к Флоре. Зеленоволосая фея вздрогнула, когда я направил диск на неё. Корни, которые она уже начала призывать из влажной почвы, мгновенно увяли, превратившись в сухую пыль.

— Пока эта штука касается кожи, — продолжил я, убирая артефакт, — магического резерва нет. Ноль. Никаких зелий, никаких трансформаций Космикса. Перед вами обычные люди.

— Теперь об ультиматуме, — я повернулся к Скаю и Специалистам. Впервые за вечер я позволил себе жестокую улыбку. Контраст между моим грязным лицом и абсолютной уверенностью в голосе сработал лучше любого рыка. — Поздравляю. Вы ошиблись.

Я посмотрел прямо в голубые глаза принца Эраклиона.

— Меня зовут Дима. И теперь, когда у меня есть средство нейтрализовать любую магию, мне нужна мобильная платформа. Ваша база Красный Фонтан станет нашим штабом.

Спецы переглянулись. Презрение исчезло, уступив место тяжелому профессиональному уважению.

Ривен медленно убрал меч в ножны и присвистнул:

— Псих. Полный псих. Но план четкий. Мне нравится.

— Мы не ваши наемники, — процедил Скай.

— Вы — мой эскорт, — отрезал я. — Моя стая остается со мной. Мы семья.

Я кивнул Ви, Кейтлин и Джинкс. Они мгновенно выстроились за моей спиной полукольцом. Грязные, вооруженные до зубов. Не бродяги. Личная гвардия.

— Вопросы? — спросил я.

Вопросов не было. Был только гул турбин приближающихся глайдеров Красного Фонтона и понимание, что правила игры в этом измерении только что изменились навсегда.

Акт III: «Два трона»

Глава IX: «Логово в розовом саду»

(В предыдущей главе: Стая и Специалисты прибыли на базу Красный Фонтан. Используя Радахан как главный аргумент, Дима поставил ультиматум Специалистам: они становятся его эскортом и обеспечивают транспорт до Домино, а стая остается при нем как личная гвардия. Скай был вынужден согласиться перед лицом потери магии у своих людей.)

Белый королевский шлюп опустился на посадочную платформу Западного крыла дворца так плавно, словно мы спускались в ванну с молоком, а не возвращались из кровавой бани в лесу. Гравитационные компенсаторы последнего поколения глушили любые вибрации — после тряски в тесном брюхе корабля эта тишина казалась оглушающей.

Трап опустился.

Я первым шагнул наружу, щурясь от яркого солнца Домино. Воздух здесь пах иначе, чем в Тихорецке или шахтах под очистными. Здесь дышала сама жизнь: цветущими вишневыми садами, озерной водой и старым камнем замковых стен.

За мной вышла стая.

Ви спустилась второй, ступая по белому мрамору босыми ногами. Она остановилась на краю трапа, глубоко вдохнула и глухо рыкнула:

— Пахнет правильно. Альфа здесь был силен.

Кейтлин заняла позицию справа, сканируя окна верхних ярусов и стражу у ворот. Джинкс выпрыгнула последней, приземляясь мне точно на спину верхом.

— Папочкины владения! — радостно объявила она, обхватывая меня руками за шею. — Дим, смотри, какие клумбы! Из них получатся отличные баррикады!

— Слезай, — фыркнул я, придерживая её. — И веди себя приличнее. Хотя бы первые пять минут.

Блум стояла рядом со мной, комкая край своей новенькой туники (мы нашли ей запасную форму Винкс в багажном отсеке). Она смотрела на дворец, и в её глазах блестели слезы, которые она отчаянно пыталась скрыть.

— Вон то окно... — прошептала она, указывая на третий этаж. — Это была моя детская.

Двери главного входа распахнулись раньше, чем мы успели сделать первый шаг к лестнице. Оттуда быстрым шагом вышел король Оритэл. Его мантия развевалась, лицо было бледным, но взгляд...

Он остановился посреди двора, глядя прямо на меня. Мимоходом он мазнул взглядом по Блум, убедился, что она цела, а затем снова впился глазами в мое лицо. Семнадцать лет сомнений сошлись в одной точке. Он смотрел на мои глаза — волчьи, янтарные, так похожие на его собственные в молодости. Смотрел на мою стойку.

Следом, чуть медленнее, опираясь на руку сестры, вышла королева Марион. Увидев нас, она тихо ахнула, прикрыв рот рукой. А потом её взгляд нашел Блум, и королева пошатнулась. Дафна крепко сжала её локоть, удерживая на ногах.

Оритэл сделал один неуверенный шаг вперед. Затем второй. Третий. А потом сорвался на бег. Королевская осанка, годы тренировок и тяжесть короны слетели с него в одно мгновение. Перед нами стоял просто отец, увидевший своего сына.

Я отпустил Джинкс и сделал шаг навстречу, разводя руки в стороны.

Король врезался в меня так, что затрещали кости. Он буквально впечатал меня в свою кирасу, вдыхая запах моих волос, сжимая мою спину до боли.

— Живой... — прохрипел он куда-то мне в плечо. Голос короля дрогнул, ломаясь. — Древо свидетель, мальчик мой. Ты живой.

— Прости, пап, — только и смог выдавить я, чувствуя, как предательски перехватывает горло. Моя рука сама легла ему на затылок, ероша светлые волосы. — Задержался немного. Пришлось чинить реактор под землей и отбиваться от фей.

Марион наконец справилась с собой. Она подошла к нам, оттолкнув ошеломленную охрану движением руки. Она обняла нас обоих сразу — сгребла в охапку и мужа, и сына, плача навзрыд, целуя меня в макушку, в щеку, куда дотягивалась.

Пока родители пытались осознать воскрешение младшего принца, Ви сделала шаг в сторону, перекрывая корпусом сектор атаки слева. Кейтлин заняла позицию справа. Даже Ривен молчал, уважительно глядя на рыдающего короля.

Только Джинкс осталась стоять чуть впереди, скрестив руки на груди и пристально изучая королеву Марион.

— Так, стоп, — громко сказала моя девушка, когда первая волна слез начала стихать. — Я понимаю, драма, родня, все дела. Но этот мужик сейчас обнимает моего парня. А у него рубашка дымится, штаны порваны, и от него пахнет мокрой псиной. Ваше Величество, — она обратилась напрямую к королеве, почтительно поклонившись. — Вы собираетесь накормить вашего блудного сына? Потому что если через десять минут на столе не будет мяса, я превращу ваши розы в попкорн. У меня стресс, мне нужен сахар.

Оритэл отстранился от меня, держась за плечи. По его губам медленно поползла улыбка. Сначала слабая, потом шире, а затем он запрокинул голову и расхохотался — громко, свободно, как человек, сбросивший гору с плеч.

— Накрыть столы в Малом зале! — рявкнул он страже, вытирая выступившие от смеха слезы. — Двойные порции! И принесите моему сыну нормальную одежду! Он выглядит так, будто неделю выживал в канализации!

Блум всхлипнула и бросилась ко мне, обнимая с другой стороны, вклиниваясь между мной и отцом.

— Я же говорила, что он тебе понравится, — прошептала она мне в грудь, имея в виду Джинкс.

— Только попробуй превратить розы в попкорн до десерта, — шепнул я в ответ своей девушке, щелкнув её по кончику носа.

Дафна, всё это время стоявшая в тени колонны, теперь шагнула вперед. Она выглядела точь-в-точь как статуя из Красного Фонтона, только живая. Она посмотрела на меня долгим, изучающим взглядом, а потом мягко улыбнулась.

— Добро пожаловать домой, брат.

Я посмотрел на свою стаю. На отца. На сестру. Впервые за всю эту сумасшедшую ночь я чувствовал себя не загнанным зверем.

Я шел домой. И вся моя семья шла рядом.

Глава X: «Архитектура власти»

(В предыдущей главе: Прибытие на Домино. Эмоциональное воссоединение с родителями (Оритэл и Марион) и Дафной. Слезы матери, сдержанная радость отца и шок двора от внешнего вида «потерянного принца». Джинкс потребовала еды, разрядив обстановку.)

Ужин прошел... громко. Когда за столом сидят Оритэл, Скай, Ви, которая учит Стеллу правильно держать нож исключительно взглядом, и Джинкс, пытающаяся скормить профитроли моему отцу, дипломатический протокол умирает в муках. Но еда сделала свое дело. Стая расслабилась настолько, насколько это вообще возможно для убийц в королевской столовой.

Проблемы начались утром.

Я проснулся не от пения птиц, а от гула сервоприводов. Открыв глаза, я увидел Текну. Она стояла посреди моей новой комнаты — того самого логова, которое я вырубил Силой в розовом саду, заменив шелк на черный камень и дуб. Фея парила в воздухе на своем антигравитационном диске, сканируя каждый угол своим браслетом.

— Несущая способность перекрытий снижена на двенадцать процентов из-за удаления оригинальных лепных украшений, — монотонно бубнила она, не отрывая глаз от экрана. — Ты использовал грубое молекулярное расщепление вместо аккуратной трансмутации. Это варварство, Дим. И ты нарушил три тысячи сто сорок два пункта Кодекса Строительства Магикса.

В углу сидела Ви, полирующая когти куском кожи. При слове «Кодекс» её ухо дернулось.

— Если эта жестянка еще раз скажет слово «кодекс», я использую её голову как точильный камень, — лениво сообщила она мне, даже не повернувшись.

— Госпожа Ви, — Текна развернулась к ней, излучая волны бюрократического превосходства. — Ваши угрозы являются актом агрессии против официального лица Комиссии при исполнении. Я могу вызвать Корпус Хранителей прямо сейчас, и вас интернируют до выяснения психического состояния.

Ви плавно перетекла из сидячего положения в стоящее. В один миг комната стала тесной. Она подошла к фее вплотную, нависая над ней. Диск Текны жалобно пискнул, пытаясь увеличить дистанцию, но альфа-самка просто шагнула следом.

— Послушай меня, ходячая инструкция, — голос Ви стал низким, вибрирующим на частоте инфразвука. — Мы находимся на территории Дома Феории. Альфа этого Дома только что вернулся. Он привел свою стаю. Закон Стаи гласит: безопасность логова превыше всего. Твои бумажки защищают стены от пыли. Мои клыки защищают шею Альфы от клинков. Как думаешь, какой закон весомее, когда горло перерезано?

Двери распахнулись без стука. На пороге стоял Оритэл. Судя по его лицу, он слышал последнюю фразу через систему связи дворца.

— Достаточно, — произнес король.

Это был голос правителя. Не отца. Холодный, режущий металл. Даже Ви замерла, прекратив давить на Текну морально.

— Госпожа Текна, — продолжил Оритэл, проходя в комнату и окидывая взглядом каменные своды. — От лица короны Домино я благодарю тебя за заботу о сохранности исторического наследия. Однако Западное крыло теперь является личным крылом Принца Дмитрия. Его методы перестройки обеспечивают необходимую тактическую безопасность. Вопрос закрыт.

Текна открыла рот, собираясь возразить, ссылаясь на Конституцию, но наткнулась на взгляд короля и осеклась. Бумажная логика столкнулась с реальной властью и проиграла.

Оритэл перевел взгляд на меня.

— Сын. Совет ждет. Они хотят знать, почему принц выглядит как вожак наемников и держит в заложниках Спецов Красного Фонтона. Пора надеть мантию.

— Мантию? — переспросил я, вставая с ложа. Шкуры под ногами казались мягче любого бархата. — Хорошо. Но мантия будет поверх брони. И стая идет со мной.

Малый зал Советов никогда не видел ничего подобного.

Обычно здесь пахнет лавандой и воском. Сегодня пахло озоном, оружейной смазкой и хищниками.

Мы вошли.

Впереди шел я. Черные штаны, тяжелые ботинки, простая рубаха. Никакой позолоты. За моим левым плечом — Ви, сложившая руки на груди, глядя на министров как на мусор. За правым — Кейтлин, её рука лежала на рукояти арбалета. Джинкс шла чуть сбоку, жуя конфету и нагло улыбаясь старейшинам.

Когда мы остановились перед пустым троном (пока еще не моим), главный советник поднялся.

— Ваше Высочество, — начал он дрожащим голосом. — Ваше внезапное появление и... э-э... методы вашего сопровождения вызывают беспокойство. Захват Винкс и Специалистов...

Я поднял руку. Не так, как поднимает подросток. Так поднимает Атрейдес или Император Коррино. Жест абсолютной прерогативы. Зал заткнулся мгновенно.

Мой голос изменился. Человеческая усталость ушла. Остался резонанс джедайской воли и альфа-приказа. Голос, которому невозможно сопротивляться.

— Меня зовут Дима, — сказал я, и слова ударили по их ушам, как физический щит. — Наследник линии Феникса. Ваш король признал мои покои безопасными. Мой статус Альфы признан короной.

Я медленно обвел взглядом ряды бледных лиц.

— Те, кого вы называете «сопровождением» — моя стая. Моя семья. Они останутся при мне везде. Любая попытка их изолировать будет расценена как объявление войны лично мне. Что касается Винкс и Спецов... они не пленники. Они гости. До тех пор, пока полезны. А полезна нам сейчас информация.

Я посмотрел прямо на Текну, которая стояла у стены среди советников, явно чувствуя себя предательницей своего народа.

— Комиссия Магикс допустила утечку древней энергии в мой лес. Вы едва не спровоцировали войну измерений своей халатностью. Теперь вы будете работать на нас. Текна — предоставишь полный доступ к картотекам Древних. Фермадж — твои инженеры укрепят северную стену дворца по чертежам Кейтлин. Иначе Ривен продемонстрирует вам разницу между магическим щитом и бронебойным болтом.

Ривен, стоявший у дверей вместе со Специалистами, отсалютовал двумя пальцами и криво усмехнулся. Специалисты выглядели расслабленными, но их пальцы находились в опасной близости от оружия.

Совет смотрел на меня в ужасе. Перед ними сидел не мальчик, которого они потеряли. Перед ними сидел гибрид волка и форс-юзера, который правил железной рукой и прикрывался авторитетом своего отца как дополнительным слоем брони.

— Совещание окончено, — закончил я, отворачиваясь и направляясь к выходу. — Работайте. Докладывать лично мне каждые шесть часов. Свободны.

Когда двери за нами закрылись, отрезая панику Совета, Оритэл тяжело вздохнул, догоняя меня в коридоре.

— Ты мог бы быть помягче, сын. Всё-таки графиня Белладонна упала в обморок...

— Зато никто не предложил превратить Джинкс в лабораторную крысу, — ровно ответил я, останавливаясь. — Добро пожаловать в реальную политику, пап. Здесь нет добрых фей. Есть только те, кто боится твоей силы больше, чем уважает твою кровь. Запомни это правило. Оно тебе пригодится, когда придут ведьмы.

Я пошел дальше по коридору, оставив короля переваривать новую реальность. Впервые я говорил не как беглец из Тихорецка. Я говорил как хозяин этого дома.

Глава XI: «Свояк»

(В предыдущей главе: Дима выступил перед Советом Домино как полновластный принц, заставив Текну и Специалистов работать на дворец под угрозой Радахана. Совет в ужасе от его жесткости. Семья возвращается к ужину, чтобы перевести дух после тяжелого дня.)

Малый обеденный зал пах жареным мясом, лавандой и озоном — странная смесь дворцовой роскоши и дикой магии, которую мы притащили на своих сапогах.

Во главе длинного стола из красного дерева сидел король Оритэл. Справа от него — королева Марион, которая то и дело промокала глаза кружевным платком, всё ещё не веря своему счастью. Слева от короля было пустующее место наследника.

Я занял стул ровно посередине длинной стороны стола. Между своей сестрой Блум и моей девушкой Джинкс. Идеальная диспозиция: защищать обоих сразу.

Блум тут же пихнула меня локтем в бок, едва я сел:

— Ты хоть понимаешь, сколько законов Магикса нарушил, когда строил это логово? Совет Старейшин будет в ярости!

— Пусть приходят, — ухмыльнулся я, накладывая себе на тарелку огромный кусок прожаренного мяса. — У нас отличные гостевые комнаты в пещерах под дворцом. Свежий воздух, влажность сто процентов, крысы-проводники прилагаются.

Джинкс радостно пихнула меня в другое плечо, чуть не свалив мою тарелку:

— Дим, скажи им про шахту! И как ты светился, как новогодняя ёлка! И как эта фея-технарь пищала, когда ты сломал её планшет взглядом!

Напротив нас расположились Винкс и Специалисты. Атмосфера напоминала перемирие двух уличных банд, которых заставили делить одну песочницу. Скай сидел напротив Блум, напряженно следя за каждым моим движением. Рядом с ним пристроилась Стелла, брезгливо отодвинув подальше блюдо с овощами.

— Итак, девочки, — произнес я, прерывая звяканье вилок. Мой голос звучал низко и спокойно, но вибрировал такой властью, что даже Оритэл одобрительно хмыкнул в бороду. — Кто вы такие, мы выяснили вчера ночью по вашим крикам. Теперь давайте познакомимся нормально.

Я обвел взглядом стол.

— Я хочу представить вам свою семью. Как вы поняли, я Альфа. Это значит, что любой, кто тронет их пальцем, будет иметь дело со мной лично.

Ви громко хрустнула птичьей костью, перекусывая её пополам прямо зубами, просто чтобы подчеркнуть серьезность моих слов. Она сидела чуть дальше по столу, рядом с Кейтлин.

— Это Ви, — кивнул я на неё. — Моя правая рука и старшая сестра. Если у вас возникнут вопросы по тактике выживания или правилам поведения в лесу — обращайтесь к ней. Только не трогайте её... лицо. В плохом настроении она кусается.

Ви оскалилась в улыбке, от которой Муза побледнела и едва не нырнула под скатерть.

— Кейтлин, — продолжил я. Девушка-оперативник коротко кивнула, не переставая жевать. — Её девушка. Наш тактический аналитик. Если услышите странный щелчок под столом — это она проверяет направленность микрофонов. Не пугайтесь.

Кейтлин показала мне большой палец, не выпуская вилку из рук.

— И Джинкс, — я положил ладонь на спину своей девушки. Она тут же просияла, роняя башню из профитролей. — Моя пара. Источник хаоса и генератор плохих идей.

— Эй! — возмутилась Джинкс. — Идеи гениальные! Просто окружение хрупкое!

Я перевел взгляд на Ская. Принц Эраклиона выпрямился, готовясь слушать приговор.

— А ты, Скай... — я позволил легкой усмешке появиться на лице. — Учитывая, что ты встречаешься с моей младшей сестрой, получается, что ты мне свояк.

Повисла мертвая тишина. Было слышно только, как где-то в коридоре упал поднос официанта.

Текна медленно подняла голову от своего браслета:

— Дим, согласно законам Магикса, термин «свояк» применим только после заключения официального брака...

— Расслабься, жестянка, — перебила её Джинкс, запуская руку в мою тарелку и воруя кусок мяса. — Он имеет в виду, что если Скай обидит нашу принцессу, мы похороним его в саду без таблички. Это такой крутой земной комплимент.

И тут произошло непредвиденное.

Блум, сидевшая рядом со мной, вдруг тихо всхлипнула. Мы все обернулись к ней. Она закрыла лицо руками, и её плечи затряслись.

— Ой, мамочки... — прошептала она сквозь слезы. — Вы сейчас реально друг друга убьёте... У нас семейный ужин, а мой парень думает, что его сейчас съедят, потому что мой брат назвал его «свояком», а твоя сестра грызет кости над моим десертом...

Она начала смеяться. Сначала тихо, потом громче, переходя почти в истерику. Слезы текли по её щекам.

Это стало спусковым крючком.

Сначала фыркнула Кейтлин, прикрыв рот салфеткой. Затем Ривен, который до этого изображал статую у стены, откровенно заржал, хлопнув Тимми по плечу. Даже Скай, поняв всю абсурдность ситуации, криво улыбнулся.

— Ладно, — сказал он, поднимая бокал с вином. — Свояк так свояк. За Дом Феории. И пусть никто сегодня не потеряет конечности.

Он отсалютовал мне бокалом через весь стол. Я поднял свой стакан с водой. Наши взгляды встретились. Ненависть никуда не ушла, но теперь в ней появилось понимание. Он признал во мне равного хищника.

Напряжение окончательно спало. Спецы расслабились настолько, что начали передавать соль Винкс.

— Кстати о конечностях, — подал голос Тимми, протирая очки краем скатерти. — Дим, твои показатели энергии... они нестабильны. После синхронизации в шахте твой фон мидихлориан вырос еще на сорок процентов. Ты буквально излучаешь Силу. Если ты чихнешь слишком сильно, может снести западную башню.

— Значит, буду кашлять аккуратнее, — пожал я плечами, накладывая себе добавки. — Главное, чтобы еда была хорошая. А башни... башни можно перестроить.

Джинкс прижалась ко мне под столом, счастливо урча. Ви сыто откинулась на спинку стула, глядя на Скай тяжелым взглядом собственника («Моя работа защищать альфу выполнена»). Кейтлин незаметно разминала затекшую шею.

Мы были дикарями. Мы воняли лесом и озоном посреди королевской роскоши. Но когда я посмотрел на этот стол — на своих волков и на этих растерянных детей с магическими игрушками, которые теперь вынуждены были считаться с нами, — я понял, что план работает.

Семья воссоединилась. И теперь этой семье было плевать на протоколы Комиссии.

Глава XII: «Совет стаи»

(В предыдущей главе: Семейный ужин в Малом зале. Представление стаи Специалистам и Винкс. Дима официально называет Ская «свояком», что вызывает у Блум истерику от абсурдности ситуации, а у Спецов — нервный смех. Напряжение спадает, две команды начинают интегрироваться.)

Прошло около месяца с момента нашего прибытия на Домино.

Корона прочно сидела на голове отца, Дафна погрузилась в государственные дела, пытаясь разгрести вековые завалы бюрократии, а мы... мы обустраивались.

Моя комната больше не была розовым кошмаром для принцессы. Западное крыло дворца перестроили по моему вкусу Силой Джедая. Никакого шелка, золота и бархата. Только грубый черный камень стен, массивные деревянные балки под потолком и огромный каменный очаг, в котором сейчас потрескивал огонь. Воздух пах озоном, оружейной смазкой, сушеными травами Кейтлин и мокрой шерстью Ви.

Это было не тронным залом. Это было логовом.

Сцена выглядела сюрреалистично даже для этого места:

Блум стояла в центре комнаты, раскинув руки. Между её ладонями танцевал шар чистого плазменного огня размером с арбуз. Пот градом катился по её лицу. Она шипела сквозь зубы, сжимая и разжимая пальцы, заставляя пламя менять форму.

— Не дави на него, — спокойно инструктировала Кейтлин, сидя в кресле неподалеку с датчиком в руках. — Ты пытаешься его ударить. Магия Космикса — это не кувалда. Это дыхание. Вдох... Выдох... И отпусти поводок. Если продолжишь так психовать, ты сожжешь себе ресницы, а Дим расстроится.

Ви дрыхла прямо на полу, в углу возле очага. Она свернулась клубком на огромной медвежьей шкуре, подложив под щеку ладони. Даже во сне она инстинктивно контролировала входную дверь — ни один звук из коридора не мог пройти мимо её чуткого уха без того, чтобы альфа-самка не дернула ухом.

Джинкс сидела на старинном персидском ковре (который я притащил из сокровищницы просто потому, что он был мягким), скрестив ноги. Перед ней лежала разобранная плазменная граната Спецов. На кончике языка зажата отвертка, глаза горели желтым светом хищника, изучающего сложную механическую игрушку.

— А если замкнуть синий провод сразу на красный корпус? — бормотала она. — Бахнет красиво. Осколков будет мало, зато вспышка ослепит весь этаж. Надо проверить на мышах...

Дверь открылась без стука.

На пороге стоял Оритэл.

Он молча оглядел комнату. Его взгляд прошелся по дымящейся чуть-чуть гранате на бесценном ковре, по спящей посреди пола дочери-альфе, по фее-принцессе, которая пыталась не спалить дворец, и по мне.

Я сидел в глубоком кресле у огня, вытянув ноги. Просто наблюдал за своим хаосом.

Отец покачал головой. На его губах играла улыбка, которую никто при дворе не видел уже много лет — теплая, усталая и бесконечно счастливая.

— Ковру конец, — констатировал он тихо.

— Он всё равно вышел из моды триста лет назад, — отозвался я, не поворачивая головы.

Оритэл хмыкнул. Он посмотрел на меня поверх голов девушек, и в этом взгляде читалось полное признание. Я больше не был его потерянным сыном, которого нужно прятать. Я стал фактором, который изменил баланс сил в галактике.

— Ужин через час, — сказал король. — Постарайтесь прийти хотя бы частично одетыми согласно этикету. Хотя... нет. Приходите как есть. Марион хочет видеть вас настоящими.

Он прикрыл тяжелую дубовую дверь. Щелчок замка прозвучал как финальная точка в очень долгой главе истории.

Тишина вернулась в комнату.

Блум устало опустила руки, и её пламя втянулось обратно в кожу, оставив запах озона. Она подошла ко мне со спины и положила горячую голову мне на плечо, тяжело вздохнув.

— У меня до сих пор дым из ушей идет, — пожаловалась она.

С другой стороны моего кресла тут же материализовалась Джинкс. Отвертка исчезла где-то в складках её одежды. Она запрыгнула на широкий подлокотник и прижалась ко мне с другой стороны, холодная после работы с металлом.

— Зато моя почти собрана! — похвасталась она, кладя подбородок мне на другое плечо. — Кстати, Дим, твоя сестра громко думает. Она боится опозориться перед мамой.

Я усмехнулся и развел руки в стороны, насколько позволяли плечи двух девушек. Я притянул их обеих к себе одновременно. Горячую, пульсирующую силой Блум слева. Прохладную, искрящую статикой и любовью Джинкс справа. Моя правая рука легла на талию одной, левая зарылась в голубые дреды другой.

Ви в углу сонно заворчала, перевернулась на другой бок, но не проснулась, лишь плотнее завернулась в шкуру, признавая право Альфы на контакт.

Я вдохнул этот воздух. Запах дома. Запах моей стаи.

Семнадцать лет одиночества закончились здесь, в этой комнате, среди запаха гари и старых камней Домино.

Я больше не был диким волчонком из Тихорецка, прячущимся в тенях.

И я не был просто потерянным принцем Дома Феории.

Я был Альфой своей линии. Главой стаи, которой плевать на границы измерений. Мы были гибридами, монстрами, оружием и семьей.

И мы только начинали охоту.