А вы пронзали буром небо?

Колыбельная (джен с упоминаем гета)

Описание:

В финальной битве с антиспиральщиками Вирал обрёл силу Спирали, соответственно и возможность продолжать род. Вот только бессмертие его никуда не делось. Каково это — наблюдать, как стареют и умирают твои дети?

Вдохновлено песней:

The Cranberries – Never Grow Old

I had a dream

Strange it may seem

It was my perfect day

Мне снился сон.

Как ни странно,

Это был мой идеальный день.

Время беспощадно. Сколько веков прошло с последнего посещения родной планеты? Вирал не хотел отвечать самому себе на внезапно возникший в голове вопрос. Он зарёкся возвращаться после того, как похоронил своего внука. Сила Спирали, что он обрёл в битве против антиспиральщиков, стала настоящим проклятием для бессмертного. Страшнее всего было то, что он вкусил плод счастья под названием любовь и семья. Сколько же радости он испытал, взяв на руки своего первенца — миленькую клыкастую девочку с коротенькими редкими на тот момент светлыми волосами. Вирал плакал. Не от горя, не от страха, не от боли. От счастья, которое переполняло его и находило выход в солёной жидкости, что текла по щекам.

Хрупкое, но очень энергичное сокровище росло под надзором щедрого на эмоции отца и ласковой матери. Всё было идеально. Девочка пошла в школу, отучилась на отлично, вскоре окончила университет и стала пилотом, чтобы вместе с отцом бороздить просторы бесконечного космоса, нашла мужа, вышла замуж, родила родителям внука, дождалась, пока её сын остепенится сам и… умерла.

Уже наблюдая, как стареет жена, Вирал понимал, к чему всё идёт. Он морально готовил себя к её потере и старался не думать о скорой смерти дочери. Он понимал, что в его случае жизнь ребёнка — лишь мгновение на фоне вечности. Улыбка появлялась на его лице всё реже и реже. С каждой новой морщинкой на лице дочери сердце Вирала разрывалось на части: смерть всё ближе. Она заберёт его сокровище себе, навсегда, совсем скоро, и он ничего не сможет с этим поделать. У внука вот-вот должна была родиться двойня — нескончаемый цикл рождения и смертей, и только один-единственный зверочеловек был из него исключён. Хотелось исчезнуть, улететь на другой край вселенной, лишь бы не видеть, как медленно гибнет дочь. Но он остался. Остался, чтобы похоронить. А после улетел. Как думал, навсегда. Наивно полагал.

Birds in the sky

They look so high

This is my perfect day

Птицы в небе,

Они выглядят так высоко.

Это мой идеальный день.

Жизнь жестока. Она вернула его к могиле жены, дочери, внука, правнуков и многих других наследников его крови, кого он не видел, о ком ничего не знал. Они были никем: он исключил их из своей жизни, как смерть исключила его из своего списка.

Да, жизнь невероятно жестока… Там, на кладбище, Вирал увидел то, что видеть не хотел — двух живых «призраков», копии своей жены и трёхлетней дочери. Всего лишь генетическое сходство, но какое же впечатление оно произвело. Вирал думал, что за прожитые в одиночестве и многочисленных смертях его чувства бесследно исчезли, но увидев «призраков» своих самых дорогих и любимых людей, он едва не задохнулся от переизбытка эмоций.

— Вы в порядке? — обеспокоенно спросила молодая мама, проходя мимо предка, основателя её рода.

Голос. Он всё ещё его помнил. Прекрасный голос женщины лился для него песней. И вот в ушах зазвучала колыбельная, что жена пела их дочери. Её текст — словно насмешка. Сердце заныло. Когда же оно остановится?!

— В порядке. Не стоит беспокоиться.

Женщина заботливо улыбнулась самой прекрасной улыбкой на свете, от которой Вирала пробрала дрожь. Словно и не было тех сотен лет. Его жена прошла мимо него, просто она его забыла. Всего-то. И только слышалось пение уходящей девочки — та самая колыбельная, что пелась в его большой семье из поколения в поколение.

Hope you never grow old

Forever young

I hope you stay

Forever young

Надеюсь, ты никогда не постареешь.

Вечно молода.

Надеюсь, ты останешься

Вечно молода.

Новая жизнь (джен)

Описание:

Жизнь подготовила Виралу и Симону неожиданную встречу.

Они не виделись почти четверть века, но вместо радостного воссоединения во время неожиданной встречи, устроили драку на оживлённой улице. Самое разумное, что они успели сделать: перенесли баталию в пустой переулок.

— Ты — безответственная обезьяна! Всю жизнь собрался бегать?! — рычал Вирал, смачно ударяя кулаком в щёку.

«Ну, хоть не голая обезьяна, уже приятно», — скрипя зубами, силясь ни одного не потерять, отметил про себя Симон.

— Я думал, ты нагуляешься и вернёшься! Выветришь всю эту дрянь из головы и встанешь во главе!

— Но я же никогда не говорил, что когда-нибудь вернусь, — попытался Симон оправдаться, с трудом блокируя удар ногой. Ещё парочка таких, и он рисковал остаться без рук.

— Ты сердце команды Дай-Гуррен, старый ты мудак!

— Эй, я не настолько старый! — разозлился Симон, подогретый битвой. Ему даже удалось улучить момент для контратаки.

Остановился резко, ошарашенно глядя перед собой, причём в упор не замечая прямого удара, отправившего недалеко в полёт.

— Ты чего так внезапно! Я же тебя так пришибить мог!

Симон ничего не отметил, одной рукой зажимая разбитый нос, второй указывая куда-то за спину Вирала.

— И чего там? — не заметил он ничего подозрительного.

А Симона трясло мелкой дрожью. Всего мельком. Кратчайшее мгновение он видел его.

— Показалось, — тихо, почти обречённо, глядя в спину юноши, стоящего у одного из вещевых лотков.

Человек с иссиня-чёрными волосами, одетый в красную футболку и чёрные штаны, выбирал очки. Примерял разные. Вирал уже собирался повернуться обратно к Симону, когда юноша надел специфически красные с треугольными длинными острыми линзами и посмотрел в сторону, позволяя глазам привыкнуть к цвету.

— Камина?.. — ахнул Вирал.

— Чушь, — тихо опроверг Симон, хватая Вирала за руку, не позволяя ринуться вперёд. — Ты знаешь, что это не может быть он.

— В мире возможно всё, — отбросил его руку Вирал. — Даже существование бессмертных, — грозно глянул на Симона.

Вирал уверенно зашагал в сторону юноши. Сердце непривычно бешено стучало, пульсировало в висках. Разумом он понимал, что Камины здесь быть не могло, а даже случись чудо, он был бы явно старше. Ещё старее Симона. И всё же…

— Камина! — Вирал грубо развернул юношу за плечо к себе лицом.

— Реально Камина… — поразился подоспевший Симон.

— Что? — удивился юноша, чувствуя себя крайне неуютно: не каждый день к тебе подходили зверолюди и окровавленные мужчины. — Камина? Это какая-то секта? Простите, я не в курсе последних тенденций.

Симон не сдержал усмешку. Да уж, секта. И Симон был главным последователем. Зато от сердца отлегло. Это был не Камина, но…

«Жизнь движется по спирали. Всего лишь очередной виток».

— Прости, обознались, — признал поражение и Вирал. — Кстати, очки купи, тебе идут.

— Думаешь? — заинтересовался юноша. — Они такие ретро, но всё ещё чертовски крутые.

— Возьми, — добро улыбнулся Симон, — хуже не будет.

Вирал похлопал парня по плечу, извиняясь за резкость, собираясь отойти. Симон помахал рукой, собираясь последовать за другом.

— Пожалуй, вы правы, — настроился на покупку юноша. — Что же, пока-пока. Быть может, ещё свидимся.

— Ага, — кивнул Симон. — Быть может, даже в следующей жизни. — Развернувшись, тихо добавил, указывая в привычной позе вверх: — И всё же твой бур пронзил небеса.

Симон продолжал идти, не оборачиваясь. Не видел он растерянный вид юноши, сердце которого дрогнуло. А по щекам Симона текли сдержанные слёзы к полной ностальгии улыбке. На сердце одновременно было больно и тепло.