30 февраля

Глава 1

Дневник Кар-Карыча, черная кожаная обложка, текст написан вручную, размеры 6×8.25 дюймов.

«30 февраля, 1959 г.

Сегодня я снова проснулся очень рано, даже чай не успел остыть. За 5-то часов, охо! Он ещё теплый. Был. Я опустошил кружку за два глотка. Нужно было поесть, желудок этого просил. Хотя чего уж там, он требовал! Я нашёл в одном из шкафов несколько кусков хлеба и масло. Намазал второе на первое и... Съел! Теперь пора идти. Я подошёл к шкафу и открыл его. Мне нужен был красивый чёрный фрак, лежавший там. У меня скоро выступление, а одна из пуговиц оторвалась. Досадно было, но я решил подождать до утра. Совунья уже наверняка спала, когда я обнаружил данное прискорбное недоразумение. Я потянулся, взял всё нужное и пошёл к выходу. Обязательно нужно было надеть цилиндр и это оказалось сделано. Выйдя на улицу, я вдохнул свежего воздуха и пошёл по тропинке. Настроение было отличным. Вокруг всё блестело! Я вздыхал, снежинки падали мне на голову. По дороге встретил Кроша и Ёжика. На первом была надета шапка ушанка, а на втором тёплая курточка с капюшоном.

— Куда идёте, молодёжь? — спросил я, улыбаясь.

— Да вот, Копатычу хворост тащим. Всю ночь рубили, — ответил мне кролик, а ёж почему-то молчал. Странно.

— А, какие молодцы, ну, тогда продолжайте, — я махнул рукой и пошёл дальше. Они тоже ушли, пыхтя и волоча вязанку с нарубленным.

Идя дальше по тропе, я дошёл до домика Нюши. Она убирала снег у себя в саду. Молодец. На ней была надета её любимая синяя шапочка.

— О, Карыч, привет, — свинка помахала мне рукой, — не хочешь ко мне на чай?

— Нет, Нюшенька, иду к Совунье, — я показал девушке фрак, — могу позже зайти.

— Хорошо, давай! До встречи.

Я двинулся дальше. Деревья в серебряных шубках выглядели отлично. Сугробы были по колено, но скоро снег растает и природа расцветёт. Эх, а там масленица. Хоровод, чучело сжигать молодые будут. Мы уже постарели для песен и плясок. Ох, суставы-то скрипят на каждом шагу, а ноги и руки ломит каждое утро.

Подул ветер, но довольно слабый. Я поправил на голове цилиндр и согнулся. Впереди появился загадочный силуэт. Он стремительно приближался, и я немного занервничал. В руках незнакомца был календарный листок с надписью «2 Марта». Кто же это?

— О, друг мой, здравствуйте. Прогуляться решили? — сказал тот, чьё лицо было скрыто под шарфом.

— Здравствуйте, а вы, собственно, кем являетесь?

— Ой, извините, коллега, — неизвестный размотал шарф. Это был Лосяш.

— О, друг мой! Давно вас не видел. Вы неделями в доме сидите, как в бункере. Может объяснитесь?

— Это очень важно. Я… — учёный, осмотревшись, подошёл ближе ко мне и приложил губы к уху, — я изучаю некий внеземной организм, который мне предоставили коллеги. Это может жить, двигаться и питаться.

— Да хоть вневодный организм ты изучаешь! Это не повод переставать бывать на свежем воздухе и общаться с друзьями, — я топнул ногой — ох, дружище, совсем ты уже с ума сошёл с этими исследованиями.

— Ну, знаете ли!

— Лосяш, хорошее настроение у меня было с самого утра, пока тебя сегодня не встретил.

— Вы…— лось явно был раздражён. — Спасибо!

Он надулся и сойдя с тропы, побрёл прямо по сугробам.

Эх, жаль его. В таком возрасте всё ещё верит в сказки и занимается какими-то глупостями, ей богу, как ребёнок. А ведь потом жалуется на пустоту внутри! Но сколько раз говорил – одиночество и пустота вокруг нас - это плод нашего воображения. Я автоматически шёл вперёд. Цилиндр был уже весь в снегу, но на фрак не попало ни снежинки. Видимость начала улучшаться. Снегопад постепенно заканчивался, хоть я уже устал.

В раздумьях я не заметил, как подошёл к дому Бараша. Он занимался чем-то странным. Перед ним лежала огромная куча бумажных листов. Это же его стихотворения! В руках поэта был спичечный коробок.

— О, привет, Карыч, — не поднимая взгляд сказал баран. Он был одет в жёлтую шапочку и зелёный шарфик.

— Чем это ты занимаешься, Бараш?

— Да вот, жгу рукописи, — поэт улыбнулся, — надоело всё!

— Ну зачем же так сразу? Они же могут пригодиться. Я думаю, тебе нужно сохранить эти прекрасные произведения.

— Карыч, — прорычал Бараш, — сам разберусь, пожалуйста, не мешай. Шёл бы ты отсюда.

— Хорошо, — я опустил голову, — извини, дружище.

— До свидания, — поэт зажёг спичку.

Я ушёл. Не хочу мешать ему. Дальше я просто шёл по тропинке. Ни о чём не думая, не смотря вокруг. Тупо передвигал ноги.

Наконец я оказался на месте. Благо, Совунья была дома. Я постучал в дверь.

— Кар-Карыч? Заходи, — хозяйка открыла. Я зашёл внутрь.

— Привет, Совунья, мне нужна твоя помощь.

— Охохо, что случилось? — у совы расширились зрачки.

— Вот, — я показал пуговицу, — у меня скоро выступление, думаю, ты понимаешь. Зашьёшь?

— О господи, конечно-конечно, ты ещё спрашиваешь. Завтра всё будет готово. А сейчас, ты не хочешь чайку?

— Был бы не против.

— Хорошо, — Совунья через пару минут налила чай.

Мы сели за стол. Я отхлебнул из чашки.

— Это из лесных ягод, — хозяйка посмотрела в окно, — чего у тебя нового?

— Эх… я чувствую, что молодёжь перестаёт нас ценить. Бараш по крайней мере.

— Не соглашусь! Крош и Ёжик вон помогли Копатычу. Если наш упрямый поэт никого не слушает, это не значит, что и остальные такие.

— Ты права, — я сделал ещё один глоток, — а раньше…

— А раньше они нас любили. Эх, внуки… Скоро у Нюши день рождения.

— День рождения - праздник неоднозначный, когда-нибудь и она это поймёт.

— Да, несомненно, — Совунья залпом выпила весь чай из своей чашки, — чего-то там со стороны домика Бараша дым идёт.

— Он рукописи сжигает.

— Что? А вдруг они…

— Я ему то же самое сказал, он не слушает. Упрямый баран. Во всех смыслах.

Сова начала ворчать, мол: вот в моё время! Я заскучал. Да и скоро стемнеет.

— Ладно, Совунья, я обещал Нюше, что заскочу к ней, — встал сто стула, — мне пора. Заранее спасибо за помощь, я завтра зайду за ним.

— Рада была повидаться, — хозяйка открыла дверь. Я надел цилиндр и вышел.

Через час я был дома. С Барашем я не говорил, а к Нюше не успел. Свинка готовилась ко сну, когда я пришёл. Эх, долго она передо мной извинялась. Но это было лишним… Пришлось возвращаться. Около моего дома обшивались Крош и Лосяш. Видимо, учёный привлёк малыша к «расследованию». Смешно.

— Привет, Карыч, у тебя где-то была книга «Вокруг Света за 80 дней». Можешь отдать? — вежливо попросил кролик.

— Вообще-то, это я одолжил вам книгу, а вы не вернули, — вспылил лось, — ровно год назад, 2 марта!

— Ха, дружище, до года ещё два дня.

— По вашему, сегодня 30 февраля, чтоли?!

— Да, а что? Вы, видимо, сразу два календарных листа вырвали!

– Ах…

Кролик тихо засмеялся.

— Хорошо, сейчас, подождите снаружи, — я зашёл в дом, уставший, грустный, теперь ещё и Лосяш кричит на меня. Книгу я нашёл на одной из полок. Это очень интересная история, затягивает. Я вынес на улицу книгу и молча отдал её раздраженному учёному.

— Спасибо! До свидания, Кар-Карыч, — подмигнул Крош. Лосяш молчал, как и я. Разумеется, оба вели себя невежливо, но я ошибался насчёт молодёжи, нельзя всех вот так под одну гребёнку…

Ну, а сейчас все ушли. Я устал, сильно устал. День выдался насыщенным. Нужно поесть, а потом спать. Старому организму нужен отдых.»

Примечание:

Кто перепечатал?!

Найдите оригинал!