Символ восстаний

Глава 1

[Примечания к рассказу:

Мы знаем, что в Цитадели нет постройки Верфь или Пристань.

Если вам не интересно читать про бюрократию, то просто пролистните ту часть, где описывается ее состояние и исправление этого состояния.

Мы прекрасно понимаем, что в битвах типа ''Осада/Оборона замка'' в игре стрелковые башни располагаются малость по-другому, нежели изображено на постройке Форт. Что мы хотим этим сказать? Лишь то, что во всех последующих битвах, как увидите выражение ''Надвратная башня стреляет...'', сразу же понимайте, что это та башня, которая в игре отмечена позади всех. Просто нелогично размещать стрелковую башню в центре замка, хоть ты тресни. Особенно когда на башнях не маги, а лучники.

По вопросу местности. Примем как факт, что граница Крюлода проходит по реке не только с северной стороны, но и по всей границе от этой реки до моря. Потому что иначе мы не знаем, почему маленький кусочек пустыни не принадлежит оркам.

Хъерн Сивокобылий, ПВО,

Статуя командора, консультирующая авторов по вопросам фортификации.]

Гоблин по имени Гурниссон с детства был очень умным и странным, как думали все в их племени. Когда племя подчинилось великому объединителю Крюлода - графу Борагусу, гоблин, уже ставший подростком, бежал в поисках лучшей жизни в армию. На приеме у вербовщика он прибавил себе два года возраста, чтобы его приняли в армию и не отправили назад, к родителям. Благодаря своему щуплому телосложению и отсутствию каких-либо успехов в выражении своей силы, его отправили в артиллерийскую бригаду - там требовались гоблины на побегушках.

Именно там Гурниссон влюбился без памяти в баллистику. Он часами мог разглядывать баллисты и катапульты ,что армия графа Борагуса возила с собой на тот редкий момент, когда в очередном племени местному вождю случайно не понадобится голова. Гурниссон попробовал предложить своим сослуживцам, обслуживающим одну из баллист, присоединить к плечам баллисты еще одну тетиву, чтобы стрелять двумя стрелами. Те со смехом объяснили Гурниссону, что такие работы будут слишком сложны и не принесут желаемого результата, так как стрелы все равно полетят в одном направлении. Но Гурниссона и его интерес к баллистике заметили, вследствие чего его повысили с такого гоблина на побегушках, который носил стрелы и мелкие камни для баллист и катапульт, до почетной должности младшего артиллериста, который, кроме прежних обязанностей, мог участвовать в осмотре и ремонте этих орудий.

Но вскоре, после очередного штурма непокорной горной крепости, которую впоследствии разрушили, из-за выстрела вражеского арбалета Гурниссон был тяжело ранен в ногу, после чего лекарям пришлось ее ампутировать по колено. На ее место был вставлен деревянный протез, и Гурниссону пришлось заново учиться ходить.

Из-за такого ранения гоблин перестал быть нужным в армии и был направлен домой, в деревню. Но, как оказалось, там его никто уже не ждал - деревня подняла мятеж против Борагуса, из-за чего была сожжена дотла пришедшей из ближайшей крепости карательной армией. Именно таким образом граф наводил на своих землях железную дисциплину. Молодой юноша, имеющий страсть к знаниям и теперь не имеющий ноги и дома, пошел куда глаза глядят.

Он нашел свое место в военной библиотеке в столице Крюлода Улгаке. Слишком мало гоблинов отваживались теперь приходить туда, чтобы устроиться там на государственную и военную службу, ведь именно среди гоблинов волнения принесли больше всего потерь, так как в основном именно гоблинские селения поднимали мятежи. Поэтому столь малооплачиваемое место, как помощник библиотекаря, было свободно. Старый хобгоблин стал для любознательного юноши наставником. Гурниссон проводил здесь целые дни, изредка помогая приходившим редким посетителям. Конечно, где же можно увидеть орка, который спросит, как пройти в библиотеку? Большинство орков не умеют читать. Как и гоблины, впрочем.

Гурниссон зарывался в свитки с головой. Он и спал и ел в библиотеке, под одобрительными взглядами наставника и начальника. Он штудировал трактаты о баллистике древних времен, читал новейшие изыскания теоретиков и практиков в этой науке, рассматривал чертежи, стараясь вникнуть в предназначение каждой детали.

При неких, оставшихся неизвестными нам, обстоятельствах Гурниссона, а точнее - его познания в баллистике и артиллерии заметил один из приходящих в столицу лордов. Вождь Карбаллион принял одноногого гоблина с почестями, даровав ему звание ''Мастера над машинами''. В мирное время гоблин проводил свои собственные изыскания. Он даже написал собственный научный трактат ''О времени и расстоянии полета снаряда, выпущенного из баллисты под углом к поверхности земли''. Правда, этот трактат прочитали считанные десятки таких же любознательных юношей, как и он, или же древние старики, которым более нет дела, кроме чтения.

Свой трактат он составлял на основе испытаний. Он заряжал болт в баллисту и крутил специально приделанное им устройство, которое приподнимало передний край баллисты. В сорок оборотов этого вентиля достигалось то положение, при котором баллиста была направлена вертикально вверх. И вот Гурниссон производил измерения, как далеко залетит болт, пытаясь в своем трактате что-то рассчитать и найти закономерность.

Но вот вернулся в племя отлучавшийся вождь Карбаллион и увидел, что одна из трех его баллист обладает каким-то непонятным колесом и может зачем-то крутиться. Осердившись на матера над машинами, вождь выломал это колесо (сломав при этом баллисту) и, обвинив в этом экспериментатора, прогнал Гурниссона. Гурниссон вернулся в библиотеку, но он уже разочаровался в баллистике (по крайней мере, он сам так считал). Теперь его привлекли свитки, которых было куда больше здесь - наука быть вождем.

И вновь энтузиазм одноногого гоблина превышал все мыслимые и немыслимые показатели. Чтобы докупить все интересующие его книги из лавки старьевщика, он брался за любую работу после выполнения основной. И, как водится, спрос рождает... Нет, не предложение, но повышение цен. Старьевщик завысил цену на свитки, в результате чего Гурниссон начал читать те, что были в библиотеке. Среди многословных рассуждений вождей прошлого, которые порой утверждали и доказывали абсолютно противоположные вещи, взгляды и утверждения, порой проскальзывала крупица истины, которую Гурниссон тщательно собирал и запоминал.

Интереса ради, Гурниссон сравнил сборник законов Крюлода с законами Эрафии. Для этого ему пришлось попытаться выучить эрафийский язык. Сложно было выговаривать все эти изящные слова, и часто гоблин в ярости швырял учебники на пол и называл эрафийский птичьим языком. Это он еще не слышал эльфов...

Но, копаясь в старых книгах, которые не выбрасывались лишь потому, что Гурниссон забирал их себе, гоблин обнаружил что-то совсем непонятное. А точнее, это учебник языка дендроидов. Кто такие дендроиды, Гурниссон не знал, но потом открыл старую, обветшавшую книгу, в обложку которой листы просто вкладывались, и на первой же странице увидел изображение дендроида. Эта древесная харя приснилась Гурниссону в кошмаре этой ночью.

Как бы ни казалось это нелепым, но от скуки между уроками эрафийского, которые давал гоблину один одноглазый орк, сам гоблин пытался учиться языку дендроидов. Как оказалось, язык созданий эльфов звучал еще грубее и примитивнее, чем вой-лай-тявканье гноллов. Однако, он был сходен с эрафийским по строению и произношению слов, а также в этих языках одинаково строились слова. В итоге, через полгода обучения эрафийскому, он смог бегло разговаривать на нем, но с акцентом, как у дендроида, а вот на дендроидском он выражался четко и ясно, как никогда не смог бы эльф или гном.

Но вот однажды, когда Гурниссон все же сравнивал законы Крюлода и Эрафии, поражаясь количеству различий, а также простоте и понятности законов, принятых Борагусом, в библиотеку зашел тот, чья нога никогда не бывала еще здесь - огр. Вытерев сапоги (невиданно!), оставив дубину прислоненной к стене снаружи (неслыханно!!), огр постучался, прежде чем войти (НЕМЫСЛИМО!!!)! Хобгоблин-библиотекарь подумал, видно, что огр сломался.

Но Гурниссон ничего не слышал, он был увлечен, пытаясь продраться через словесные обороты судей, которые составляли данную книженцию. Мысленно костеря их многословность самыми последними словами, гоблин машинально постукивал деревянной ногой по полу. Он как раз дочитывал статью, которая указывала, что в столице будет с вором, который украл имущество средней ценности, а именно... Далее шел список из пятисот с лишним позиций. С тем, кто украл большой ценности имущество, обходились довольно мягко - ссылали на общественные работы. Гоблин не мог понять, как же так - если орк у соседа украл поросенка, то его называли свинокрадом и осмеивали всем племенем - вот и все! Будь орк не дурак, вернет порося в тот же день и избавится от позора, съест порося - тогда орк-владелец заявится к нему в хату и побьет его. Вот и все законы.

Стук ноги привлек внимание огра, только собравшегося попросить библиотекаря выдать ему новые законы Борагуса. Но огр лишь заметил, что Гурниссон увлечен чтением, и стал выкладывать свою просьбу обалдевшему от вежливости огра (а это все равно, как холоду огня) библиотекарю. Пока тот искал специально выданную ему начальством стопку таких книг, чтобы все смогли ознакомиться, огр подошел к Гурниссону. Огр приподнял бровь, заметив, что рядом с двумя раскрытыми томами лежит небрежно отставленный в сторону учебник языка дендроидов.

- А ты знаешь законы? - спросил огр.

- Дьявол тебя раздери! - подпрыгнул Гурниссон от неожиданности, стукаясь макушкой о подбородок огра. - Зачем же так неожиданно подкрадываться? - спросил он, увидев, кто над ним навис.

- Ты знаешь новые законы? - повторил огр с некой тенью раздражения на лице.

- Да, знаю. Чуть ли не наизусть их заучил. - сказал Гурниссон.

- Ты согласен поехать со мной? Моему племени нужен новый законник. Старого настигло... ммм... Зло. - усмехнулся огр.

- А что за зло? - спросил Гурниссон, после такого оборота начавший чувствовать себя неуютно.

- Бабы. - расхохотался огр. - Он убежал за какой-то бабой из соседнего племени. Разглядев тебя за горами свитков, я понял, что такой, как ты, мне и нужен. Где ногу потерял?

- В армии Борагуса. - ответил Гурниссон.

- Ого! - приподнял бровь огр. - Ты воевал на его стороне? Рисковый парень, да... Как ж тебя потом свои же не убили?

- Я пришел на место деревни, когда от нее остались только головни. - ответил Гурниссон. - В вашем племени мне что-то будет угрожать?

- Разве что то же самое зло, как и прошлому законнику. - оскалился огр. - Я Вей Дагр, можешь звать вождь Вей.

- Гурниссон. Без племени. - подал руку Гурниссон. При рукопожатии с огром ему пришлось выдергивать руку, чтобы тот ее не сломал. - Я согласен. Только позволь мне взять с собой книги.

- Если этот старик позволит, бери хоть всю библиотеку. - разрешил вождь Вей. - Все равно телега свободная есть, будешь сидеть в ней со своими пожитками.

Собрав все свои книги и выплатив наставнику-библиотекарю деньги за наиболее понравившиеся рукописи, помимо того хлама, что Гурниссон брал бесплатно (а на самом деле, среди этого хлама было немало ценных свитков, коих наш пронырливый гоблин попросту спер), Гурниссон пошел к телеге, что предназначалась ему как временное место обитания. Телегу пригнали к библиотеке, где гоблин сложил в нее все свои пожитки, и телега двинулась, вместе с прочим обозом, на север от Улгака.

В караване, что ехал из столицы, Гурниссона приняли нормально. У него мигом появилась пара приятелей из гоблинов, а когда от обмолвился, что работал с баллистами, появился и коллега - высокий тощий орк, что был одним из артиллеристов.

Ну а потом, Гурниссон подружился с человеком - Валион, который странствовал с огром по собственному желанию, оказался весьма начитанным и образованным собеседником. В свою очередь, Валион и не подозревал, что среди гоблинов может найтись тот, кто будет жить в библиотеке. Впрочем, когда обоз Вея прошел половину Крюлода, Валион отстал, свернув к эрафийским рубежам. А вот среди каравана у Гурниссона появилось немало друзей - весельчак Гррис, мрачный одноглазый Кардаш, чьей излюбленной темой разговора была армия графа Борагуса...

Незадолго до приезда в деревню вождь Вей позвал Гурниссона к себе.

- Тут возникла небольшая проблема. Чтобы твоих слов слушались даже те, кто не желает тебя слушать, тебе необходима либо сила, либо должность. И тут, чтобы не прослыть диким беззаконным племенем, я должен сделать следующее. Либо ты становишься вторым вождем - учти, это фактическая должность, либо же тебя должен усыновить кто-то из высшего совета. Родители у тебя мертвы, я правильно предполагаю?

- Да. - сказал Гурниссон. - А без принятия должности вождя или усыновления никак?

- Раньше, когда действовали законы Тралла, сборщик налогов и законник назначались главным вождем. А теперь же, законником должен быть кто-то из совета или вождь, либо же родич советника или вождя. Таким образом, ты должен быть усыновлен либо принять звание вождя. Не спорь, я, хоть и не читал основной том законов - а ты только его-то и читал, я думаю, но я знаю, что был такой указ... ''Об обязательном контроле'', по-моему.

- Вот уж действительно, трудный выбор. - Гурниссон не отказывался от идеи стать законником у племени, где у него уже есть друзья, но вот усыновление для этого показалось ему перебором. - И я предпочту стать вождем.

- Но...

- Я понял, что смогу лишь советовать. - прервал вождя Гурниссон. - Но мои советы могут тобой рассмотреться. Хоть кто-то и будет смотреть на меня искоса, но я не буду пробираться во власть через родственные связи и предпочту не менять родителей.

Огр расхохотался.

- Правильно, так держать, законник! - сказал он. - Нельзя менять предков! Это тебе и шаман наши скажут, с такой точкой зрения ты и сам с ними подружишься. Или хотя бы сойдешься во взглядах.

- Ладно. - Гурниссон пошел обратно.

Вот так, простой гоблин, которому никогда не светили почести вождя, внезапно, благодаря Борагусу и его законам, стал вождем целого племени. Причем, пусть и на формальной, но все же должности вождя, он постарается сделать так хорошо отнесшееся племя куда больше и богаче. Гурниссон был уверен - к его советам прислушаются. Если бы Вею нужен был бы законник, он бы сам выучил свод законов. Ощущения неграмотного огр не производил.

И вот, на горизонте, на третью неделю путешествия, когда Гурниссон наладил контакт почти со всеми представителями каравана, а те успели порасспросить его вообще обо всем от скуки, вдали послышался шум деревьев. Действительно, небольшая полоса деревьев скрывала за собой огромные... Поля? Гурниссон выпучил глаза. Сколько же... Сколько же гоблинов, орков и огров здесь можно прокормить? Вокруг поля, огороженного деревянной мощной изгородью, паслись коровы и лошади.

- Здесь наши основные деньги, вождь. - обратился к Гурниссону Волон, гоблин, что главным своим занятием на свете считал подсчет доходов, расходов и вероятных доходов с расходами племени. Собственно, должность у него была соответствующая - он был одним из четырех казначеев. - Вот эту пшеницу мы продаем всем окрест. А коровы разводятся на мясо и молоко.

- Да я уж знаю про то, зачем нужны коровы, Волон! - фыркнул Гурниссон. - А зачем же их еще разводить?

После полей шли скалистые холмы, что ограждали путь к реке. В перемычке между этими холмами стоял дозорный пост, состоящий из двух башен, соединенных стеной, в которой имелись ворота. Над воротами висела решетка, которая преграждала путь нападавшим с случае атаки и задерживала таран. Пропустив караван через ворота, наряд стражи закрыл их. Гурниссон с удивлением увидел, что после дозорного пункта стоял второй такой же, только здесь Проход между двумя крутыми скалами был перегорожен стеной, а дозорный пост имел форму надвратной башни.

Где-то с высоты холма вниз падал источник. Долина, подходящая к реке, была усыпана располагающимися в случайных местах аккуратными домиками гоблинов. В глубине, поближе к реке, находилась таверна. Рядом с ней, загон для волков, а чуть дальше - гоблинская казарма. В окружении четырех домиков возвышалась грозная башня орков, где те как жили, так и проходили обучение. А вот орчихи так же, как и гоблины, жили в домиках. Ну а рядом с таверной возвышалось пока что самое восхищающее здесь здание - управа. Там была и казна, и суд, и тюрьма, и организация сбора налогов, да и вся бухгалтерия велась там.

''Да уж. - подумал Гурниссон. - Такое здание не внушает. Надо бы посоветовать расширить его. А то ведь все там не уместятся...''

- Хм, а слона-то ты и не заметил. - раздался над ухом голос Вея. - Взгляни направо.

А там, на склонах холма, стоял Форт. Именно так, с большой буквы. Он внушал уважение к столь могучему строению одним своим видом. Причем, форт был полностью каменный, как с радостью отметил Гурниссон, вспомнив, как недоумевал, читая во множестве свитков об одном и том же процессе взятия крепостей - о том моменте, когда горящие стрел поджигают крыши над стенами...

Огромные ворота форта были открыты. Внутри виднелись тесно выстроенные казармы. Форт предназначался для того момента, когда захватчики уже войдут в долину. Впрочем, при должной организации построек... В голове у Гурниссона пошла работа, он уже рассчитывал, как трудно будет брать каждый дом, если в нем засядет хоть один орк с его традиционным арбалетом. А если уж два-три гоблина, тут уж все, держись.

Форт обладал четырьмя квадратными башнями по углам и одной большой надвратной, с специальными бойницами для арбалетчиков. Сам форт находился на склонах одного из холмов, из-за чего нападать было тяжелее, потому что приходилось бежать вверх, а это выматывает.

- Прекрасно. Просто прекрасно. - сказал Гурниссон.

- А то я не знаю? - усмехнулся Вей. - Этот форт, мой маленький друг, я строил сам, пусть и по чертежу моего деда!

- Пусть фортом я и восхищаюсь, - начал Гурниссон, - Есть кое-что, что меня беспокоит. Нельзя ли попробовать расширить управу?

- О, так думал и я. - Вей положил руку на плечо Гурниссону. - И вскоре, как только строители соберутся полной бригадой, стройка начнется.

- Можно пройти в бухгалтерию, узнать, как у нас дела с казной?

- Ты быстро обживаешься, вождь. - хмыкнул Вей. - Видно, амбиции у тебя огромные. Но запомни - здесь решаю я, а без моего слова твое здесь не рассматривается. Прости, если обидел, но это факт.

Первые три дня на новом месте второй вождь обследовал местные документы. Стройка действительно началась, а вот здешние дебри бюрократии были для одноногого гоблина в новинку. Обнаружились неизвестные дыры в бюджете, которые приходилось объяснять все более и более давними договорами. Чего стоил один договор на поставку леса с племенем гоблинов, которое уже было уничтожено Борагусом полгода назад? А вот деньги уходили, и немалые. Стараниями Гурниссона и рыком Вея был найден тот, что забирал себе большую часть выделявшихся денег. После казни зарвавшегося гоблина казначеев стало на одного меньше. Примерно такими же дырами, чуть поменьше, были платы девятерым чиновникам, которых давно уже не видели на постах. А меж тем, один из них был судьей, а другой - счетоводом. Сопровождаемый молчаливым огром, очень недвусмысленно покачивающим дубиной, Гурниссон на основании нового закона потребовал немедленно явиться на работу или же уволиться. В общем, масштаб денежных потерь был ужасающ.

С ресурсами же все было на удивление неплохо. Гурниссон считал, что в ближайшее время наступит строительный бум... Запасы леса хранились в огромных подземных сухих подвалах, камень примерно там же. Причем, камень поставлялся хорошо, дерево - кое-как, но все же построить один деревянный домик в неделю на эти поставки можно было.

Когда управа была закончена... Впрочем, теперь управу можно называть префектурой. По размеру и числу служащих она подходила к этому названию. Так вот, когда же префектура была закончена, Гурниссоном было предложено построить здание для гильдии магов. В самом поселении магов не было, конечно, но почему бы не построить здание сейчас, чтобы они пришли в принципе? Ну а еще, неплохо бы начать строить пристань.

Вей с живейшим интересом отнесся к второму предложению Гурниссона. Действительно, многих редких ресурсов на территории племени не было, так почему бы не начать торговать, обменивая продовольствие на что-либо? Первый вождь даже сам задумался, почему на задавался таким вопросом ранее.

Строительная бригада недавно получила свой заработок и коллективно ушла в запой. Рассерженный Вей объявил о наборе второй бригады. Что неудивительно, не пришел никто. Тогда был направлен караван к соседнему племени, которому и так было достаточно жилищ, и их строители слонялись без дела. И вот, в поселении двух вождей - оно называлось Зеленое Ущелье - появились еще одни строители, сразу же взявшиеся за заказ.

Постройка новой пристани и складов возле нее обошлось казне в тысячу золотых и целых десять мер золота. Но, это того стоило хотя бы потому, что среди жителей резко прибавилось рыбаков. А когда неделю спустя к Зеленому Ущелью завернул первый корабль, радости жителей не было предела. Парусный корабль эрафийцев, идя под торговым флагом - универсальным пропуском во все гавани, причалил.

Никакой особой прибыли торговля не дала, правда, крюлодцы загрузили эрафийцев рудой и продовольствием, взамен закупив древесины, которой здесь, хоть и в окрестностях реки, но все же в степи, было немного. Зато постройка пристани имела другой эффект - эрафийцы нанесли на свои карты новый порт. А так, всего в Крюлоде было не больше десятка портов.

Ну а потом возникла нужда в постройке расширенной казармы гоблинов. Этим вопросом занялась вторая команда строителей, чей продолжительный запой закончился. А Гурниссон занялся приведением местной системы бюрократии в порядок.

Это был процесс трудный и неблагодарный - упрощать и усовершенствовать документооборот в таких дебрях, где - Гурниссон специально спрашивал у стариков - последний профессиональный чиновник был более трех лет назад. Зачем-то документы подавались для подписи вообще во все инстанции. То есть действительно во все! Гурниссон сперва не поверил в возможность этого, но вот, когда он на пробу решил проверить, он ходил по всем этим инстанциям, сопровождая проект пристани. И он, все сильнее выпучивая глаза, наблюдал, как сначала проект подписывал судья, за ним казначей, потом гоблин, подсчитывающий население, затем ответственный повар, далее главный пастух...

- Да что тут, черт побери, происходит? - взорвался он, сопровождая проект к главному ответственному по скотобойне. - Зачем, ну скажите, на этих бумагах, которые вы даже не читаете, ваша подпись? Вы, будем честны, ничего не смыслите в вопросах построения пристаней!

- Я не знаю. - покачал головой старый орк, точа мясницкий топорик. - Бред какой-то, но за это деньги платят, значит, надо быть довольным. Ты не первый, что удивляется... Новенький в нашей структуре, да?

Увидев, с каким количеством подписей выходит проект, Гурниссон задумал еще одну проверку. Он, уведомив о своих планах вождя, которому понравилась такая авантюра, написал бумагу с предложением о сносе префектуры!

И все пошло абсолютно так же - множество совершенно не врубавшихся в дело и даже не открывавших бумаги чиновников расписывалось на них и отправляло Гурниссона с ними дальше. И лишь последнюю подпись он не получил. Казначеи были куда компетентнее.

- Да вы с ума сошли? - завопил один из них, едва раскрыв документ. - Вон с этими бумагами! Что вы наделали?

- Наконец-то я вижу понимающих! - усмехнулся Гурниссон. - Этим документом я собирал для вождя сведения, как работает префектура. Что ж, я вас поздравляю - вы, по моему скромному мнению, единственные, кто здесь читает документы.

- Я налагаю вето на эту писанину. Для надежности. - произнес второй казначей.

- А такое право есть? - заинтересовался Гурниссон.

- Есть, его имеют все чиновники здесь. Да только они о таком уже давно позабыли...

Вей находился в своем доме. Он ожидал доклада от Гурниссона.

И вот раздался стук, и вошел гоблин. Он вывалил на стол огру два документа. Первый - проект пристани, который был не нужен лишь потому, что пристань уже построили и без проекта. Второй - тот самый проект по сносу префектуры.

- Первым делом хочу сказать, что вся система одобрения документов - это бред. - начал Гурниссон. - Если рыбак взялся бы за баллисту, это и то имело бы больше смысла! Зачем-то проект пристани подписывали повар, рыбак, мясник, пастух, судья, прочие судьи, счетовод, счетовод по населению и прочие. Зачем здесь подписи пастуха или мясника? К чему это все?

Потом, если мы и так можем построить что-либо без проекта - например, пристань, - зачем носить эти проекты на подпись? Ни один чиновник из вышеперечисленных ничего не сказал по поводу отсутствия проекта.

Дальше, при расспросе казначеев я выяснил, что существует некое право вето, которое имеет каждый из них. То есть тот же самый проект пристани мог запретить рыбак лишь потому, что корабли мешали бы спокойной ловле рыбы? А еще интереснее, этот проект мог бы запретить повар по той веской причине, что у него зачесалась левая пятка, и в результате этого знамения он решил ей повиноваться! - Вей оглушительно заржал.

- Ну а финал этой драмы-комедии в том, что я принес в префектуру проект сноса этой самой префектуры. И что же я увидел? Те же самые рыбаки и пастухи подписывали этот указ, даже не открывая страницу! Лишь казначеи озаботились содержанием документа, который я назвал ''Предложение по сбережению и получению ресурсов радикальными методами''. По-моему, они вообще не врубились, что значит "радикальными''.

Гурниссон закончил. Вей откинулся на кресле.

- Конечно, это внушает определенные опасения. - сказал Вей. - Но что же ты предложишь для того, чтобы прекратить это?

- Ну... Конечно же, первым делом надо выяснить, когда же каждый чиновник попал на пост. Если больше года, то их взгляд уже замылился, и они привыкли подписывать не рассматривая. Если же меньше года, то с ними нужно провести беседу или же взыскание. А также не помешает создать определенный орган, который мельком просматривая проекты, будет решать, какие из подписей на нем нужны, чтобы предотвратить вето по велению пятки.

Вей рассмеялся, но тут же стал серьезным.

- И кто же будет руководить в этом органе?

- А хоть бы и я! - сказал Гурниссон.

- Если ты сумеешь быть неподкупным... Впрочем, это-то точно... и беспристрастным, то так и быть. Но права вето ваш орган иметь не будет. - решил Вей.

- Я вот что хочу спросить. - не понял Гурниссон. - Никакого права вето у чиновника, по законам Борагуса, нет! Статья 45, вето накладывается лишь в том случае, если более трети части чиновников не подпишут проект!

- Значит, упростим все дело! - обрадовался огр. - И ваш орган, в соответствии со своим направлением, будет решать, что же делать с проектом по итогу. Наберешь себе подчиненных сам?

- Лучше помочь. - не согласился Гурниссон. - Я тут мало кого знаю...

На следующий день Гурниссон был переселен на второй этах префектуры. Там был его кабинет, где он с четырьмя подручными начал заседать. Что же за подручных Вей подобрал Гурниссону? Старший, Локтар, был сыном второго казначея. Чуть помладше был орк Цифра, один из пришлых. Раньше он был счетоводом в банде разбойников, ему было 14 лет. Гоблин Ророг был еще младше, он недавно вышел из возраста ребенка и был сыном рыбака. Ну а последний, Хтор, был сыном шамана, очень умным и исполнительным. Поэтому его направили сюда, хоть он и был еще ребенком. Все эти юноши требовались, в общем-то, в основном за тем, чтобы бегать по префектуре с документами, но им этого, разумеется, не сказали. Да и хоть изредка, но Гурниссону понадобится их совет.

Вместе с тем грянула перестройка всей префектуры. Особые, нанятые Веем, следователи вскрыли всю документацию и обнаружили почти за каждым немало грешков. Немало чиновников с позором и треском влетели со своих мест, а вместо них садились образованные гоблинские или орочьи юноши со взглядом горящим, которые уже не допускали ошибок предыдущих чиновников. Теперь новообразованному органу, названному ''Комиссия по распределению документов'', стало совсем не до шуток. Его заваливали просьбами и проектами.

Сначала просьба коллективно рассматривалась. После рассмотрения к ней прикреплялась сопроводительная записка, на которой писалось, каким чиновникам она будет направлена на подпись или же отказ эту подпись поставить. Записка вкладывалась внутрь просьбы, после чего один из сотрудников отдела бегал по кабинетам, заботясь, чтобы все написанные личности рассмотрели эту просьбу. В итоге, когда по всем кабинетам просьба проходилась, сотрудник прибегал обратно, где снова коллективно рассматривали, сколько подписей было наложено. Ко всем отказам прилагалось теперь пояснение, почему же чиновник считает нужным не удовлетворять просьбу. Это было самодеятельностью Гурниссона.

Постепенно из своих денег, получаемых за должность вождя, Гурниссон начал нанимать мальчишек, которые бы бегали по кабинетам - не годится это, чтобы к концу рабочего дня все сотрудники думали лишь о том, чтобы поспать. Состояние дел улучшилось.

Итак, префектура стала куда более эффективна, за что Гурниссон мысленно поставил себе плюсик. После небольшого расширения до восьми сотрудников отдел начал работать без него.

Ну а Гурниссон же начал работать на куда более интересную тему - взаимодействие с иным государством. Все просто - через широкую реку Граница располагались эрафийские берега. Там зеленели леса, в то время как на этом берегу их почти не было. Зато здесь было много руды. После небольших столкновений с соседними племенами Вей и Гурниссон подчинили себе два рудника. Тут уж соседние племена тоже заинтересовались Зеленым Ущельем.

Ну а Зеленое Ущелье, особенно на фоне прочих племен, процветало. У них имелся хороший форт, в то время, как Вей и Гурниссон готовили проект его расширения и переименования в Цитадель, а позднее - и в Замок. У них была наалжена бюрократия, в то время как у соседних племен не было даже письменных новых законов, не то что их реализации. У них имелись обширные поля, обширные стада, хорошая и многочисленная армия. У них имелись рудники с каменной рудой и шахта добычи кристаллов.

Результатом подобного интереса стало то, что в Зеленое Ущелье влилось племя Каменной Секиры. А за ним, довольно богатое, но терпевшее внутренние споры племя Желтого Черепа тоже объявило о намерении присоединиться к Зеленому Ущелью. Вей был поражен именно вторым вступлением. Ведь племя Черепа имело обширные угодья, в нем были несколько магов-дендроидов, что занимались озеленением полей. Теперь же, когда маги-дендроиды первым делом пришли на поля Ущелья, производство продовольствия делалось все более выгодным.

- Приветствую вас на полях Зеленого Ущелья, о достопочтенные маги! - на чистом дендроидском произнес Гурниссон, которого направил Вей на улаживания вопроса с новоприбывшими магами.

- Хмм. - удивленно повернулся первый дендроид. - Ты, маленькое создание, знаешь наш язык? Хомм! Такого еще не случалось.

- Да, я выучил ваш язык в совершенстве. - ответил Гурниссон.

- Хумм! - сказал еще один дендроид. - Ты, верно, пришел сюда, чтобы уговорить нас заниматься вашими полями? Ты пришел тогда напрасно. Мы согласны и без всяких уговоров. Верно, братья?

Согласное ''Хомм!'' пронеслось среди сборища из девяти дендроидов.

- Вот только передай, что для работы здесь мы вырастим себе рощу. Медитации во славу Древесных Духов увеличивают нашу силу, чтобы мы смогли больше ускорять рост полей. - сказал дендроид, что был похож на бочку.

- Передам. - сказал Гурниссон и помчался докладывать обо всем Вею.

Впрочем, от дендроидов поступили еще несколько просьб. О необходимой для рощи земле, об освобождении от налогов, которые им было нечем платить, о снабжении полей всем доступным навозом... Последняя просьба была удовлетворена с некоторой задержкой, но тут уже вступили мальчишки, желающие подзаработать - они с совками и мешками собирали по пастбищам и скотобойням навоз, чтобы рассыпать его под растениями в поле. Дендроидов вскоре совсем перестали бояться. Но вот следующая их просьба - прорыть канал вокруг скал, чтобы поля могли снабжаться водой - была перехвачена Гурниссоном. Вместо того, чтобы направиться пастухам, агрономам, казначеям, землекопам и, быть может, еще и рыбакам, просьба была направлена Вею с пометкой ''Важно!''. Спустя час Гурниссон, освободившись от дел, сам примчался к Вею, постукивая деревянной ногой.

- Дело в том, - сходу начал он, - Что это практически проект рва! А значит, лучше направить это к тебе.

- Звучит логично. - кивнул Вей. - Но нужен ли нам ров?

- Если мы и так будем делать обводной канал вокруг Ущелья, то ров нам тоже не помешает. А для новых жителей и внутри места хватает.

- И опять-таки логично. - сказал Вей. - Но для преодоления рва нам нужно будет строить мост.

- Зато это какое оборонительное сооружение! Представь, Вей, если Борагус умрет - просто представь, - а на престол вступит какой-нибудь твой враг. Он найдет повод - они есть всегда - и пойдет штурмовать Зеленое Ущелье. А вот если он его не возьмет - вообрази, как же принизится его авторитет и повысится наш!

- И который раз я должен признать, что это звучит логично. Ты меня убедил. Где тут у меня пергамент...

Вскоре проект рва вокруг Зеленого Ущелья был готов и отправился в комиссию по распределению. Вот тут-то его и отправили по очень необычному маршруту - сперва по вообще всем, ну, может, кроме повара и мясника, инстанциям, как в старые времена, а потом в массы. Народ всего Ущелья собрался перед префектурой, а после голосованием было выбрано решение - рву быть!

Тут же команды землекопов принялись за дело. Сперва копались просто ямы, которые не подходили близко к реке. Затем Гурниссон, отправленный по соседним племенам с дипломатической миссией, нашел того, кого нужно, и землекопам стал помогать маг земли. Шаманы стали сдерживать воду, которая грозила залить будущий ров. Ну а потом, когда ров был построен, все горожане столпились на берегу и начали наблюдать, как вода, прорвав наконец защиту, выставленную шаманами, затопляет ров. Он имел глубину, равную росту огра, и ширину в тридцать орочьих локтей. Ну а снизу были вбиты в дно острые колья, которые должны были протыкать тех, кто хотел переплыть этот ров. Это все видели, и потому во рву никто не купался. Для этого была река.

Ну а наружу перекинули тяжелый, многократно проверенный и укрепленный мост. Через него переходили наружу пастухи, землекопы, которые теперь копали каналы по полю... Да и прочие, кто направлялся в жилища племен Черепа и Секиры.

А с присоединением к Ущелью этих племен сюда приехали их вожди. У Каменной Секиры это был Креллион, который раньше сосредоточил в своих руках большую часть задач племени. Он был и главой воинов, и верховным шаманом, и главным судьей, и тем, кто распределяет новых жителей по местам работы... Потому никакого здания управы в том племени не было. Просто Креллион растил себе на смену двух сыновей, которые привыкли работать вместе. Вот они и росли, впитывая в себя знания во всевозможных сферах жизни племени.

А у Желтого Черепа не было вождя. Был совет из трех глав. Глава воинов и охотников - Орис, боевой маг. Что удивило Вея, Креллиона и Гурниссона - она была человеком. Глава собирателей и агрономов - Тарквиний, он был гоблином. Ну и глава чиновников и простых жителей, которые занимались ремеслом - Корт, орк.

Вей, выслушав все их жалобы, постановил отправить в племя Желтого Черепа второго вождя. Ну а тем временем он лихорадочно пропихивал в префектуру проект расширения сначала до муниципалитета, потом до мэрии, а затем, чем черт не шутит, вдруг и до целого Капитолия удастся. Просто в одной-единственной префектуре не уместится машина бюрократии целых трех племен.

Сопровождаемый всеми тремя главами, Гурниссон ехал в племя. Как оказалось, у тех было хорошее расположение. Они строились на возвышенности, которая местами ограничивалась обрывами. Вокруг была стена из дерева, ведь за поселением рос лес. Деревянные башни располагались часто, видно, чтобы не оставить нападающим места, которое бы не обстреливалось. Дома также были из дерева.

Вот так выглядело поселение племени Желтого Черепа. Над воротами развевался черный флаг с символом племени, а под ним был приколочен собственно сам символ - огромный, желтый - видно, от времени, слоновий череп.

- Пройдем в главную избу. - сказала неразговорчивая Орис.

- Собственно, - начал Тарквиний, - Проблем у нашего поселения хватает. Пусть у нас хорошие поля, но они мало орошаются. Мы уже выкопали несколько колодцев, но этого мало. Дальше... Продолжит коллега.

- Воинам негде сражаться. Вернее, не с кем. - сказала Орис. - А просто так кормить такую ораву трудновато.

- Да и ваш трюк с вашими чиновниками нас очень удивил. - подхватил Корт. - Я не видел такой жестокой расправы с излишней бюрократией со времен Тулиана, но здесь его уже никто не помнит. Да и здесь ремесленникам нечего делать.

- Если вашим людям нечего делать, пусть они проложат хороший тракт. Ваши ремесленники могут переехать к нашим, ведь Зеленое Ущелье все расширяется, а там как раз ремесленников недостает. - начал Гурниссон. - Что же касается воинов, то у нас они находятся в постоянной боевой готовности, ведь неясно, как отреагирует Эрафия на усиление войск Крюлода на своих границах. Мы с Веем Дагром, огром-вождем нашего поселения, думали еще и насчет того, чтобы заселить территорию поближе к морю. Ну а с чиновниками скоро будет произведена вот такая операция. Желательно, чтобы весь документооборот производился в одном городе, так что большинство ваших чиновников переедут к нам. А там, возможно, их отстранят или заставят крутиться как мышь в колесе.

Гурниссон выдохнул. Орис нахмурилась:

- То есть, ваш вождь предлагает просто переехать в его поселение? Это и есть решение всех вопросов?

- Слушайте, - поднял бровь Гурниссон. - По вашему описанию здешних проблем главной выходит скука и безделье. Я предлагаю выход - у нас как раз безделья нет. И кстати, вам предлагает это все тоже вождь. Я второй вождь Зеленого Ущелья, если что.

- А с орошением полей как? - спросил Тарквиний.

- Тут есть разные пути решения. Можно уменьшить количество посевных и за счет этого на время увеличить количество продаваемого зерна. Можно попробовать - лишь попробовать, думаю, вам не хватит рабочих рук - выкопать длинный канал в два десятка миль, а то и больше, до реки.

- Знаете... - пробормотал Тарквиний. - Я помню, вы говорили о возможном переселении к морю. Можете рассказать подробности?

- Да-да. - сказал Гурниссон. - Я заранее проанализировал ваши проблемы со слов переселившихся жителей. Как я понял, большинство проблем ваших прямо здесь не решить никогда.

- Итак, теперь будем говорить про море. Что с морем? - спросила Орис.

- А что с морем? Не горит, и ладно. - удивился Гурниссон. - Вот с вашим перемещением нужно бы действительно все обговорить.

Гурниссон извлек карту.

- Как вы видите, племя Желтого Черепа находится в равном расстоянии как от Зеленого Ущелья, так и от места впадения реки в море. Возможно, именно это переселение сделает вас знаменитыми, ведь морских, да и речных портов в Крюлоде мало. На этой карте их всего два, кроме Зеленого Ущелья, но его пока сюда не нанесли.

Но совет племени волновало кое-что другое.

- А что за племена здесь отмечены?

- Это все окрестные племена, о которых знает Вей Дагр, или же их отметили пришедшие в наше поселение торговцы.

- Таак. - протянул Корт. - Оставим карту в покое. Выходит, самым лучшим исходом будет для нас переселиться к морю?

- Да. Но посоветоваться со всеми надо. - сказал Гурниссон.

Так закончилось обсуждение этого вопроса. Гурниссона отвели в покои для гостей и подали обед. Почти два дня Гурниссон прожил в этих покоях, пока его вновь не вызвали к совету.

- Ваше решение? - спросил он.

- Переселение. Это сулит немалую выгоду. - сказал Тарквиний. - И порт, и прочее...

Переселение было очень масштабным, а иначе и быть не могло. Сначала разведчики присмотрели подходящую возвышенность. Затем пошли орки и гоблины с походными шатрами и телегами. А затем, что заставило челюсть Гурниссона упасть, кто-то припряг местных огров, и те, схватившись за выступающие бревна, подняли и медленно понесли на новое место гигантскую главную избу.

Само переселение длилось почти две недели. На новом месте сначала разбили шатры, потом начали переносить и восстанавливать свои дома. Но ставили их не просто так, а следуя плану. После постройки зданий начала переноситься стена - ее носили огры целыми секциями, но вот башни пришлось разбирать. Поселение огородили с берега, а оставшуюся древесину использовали для постройки крепкой пристани и построек, которые необходимы для обслуживания кораблей.

После этого Гурниссон надолго остался в нем советником здешних вождей. Племя отстроило гигантский океанский порт, который был незамедлительно нанесен на все карты моряков. Был построен широкий и прямой тракт к Зеленому Ущелью. Прибывший к Вею сборщик налогов одобрительно покивал и повысил сумму в два раза, за что был изгнан из Ущелья пинками. Была налажена неофициальная торговля в Эрафией, и лодки контрабандистов день и ночь сновали возле Зеленого Ущелья, набирая и сгружая товары. Затем воины Зеленого Ущелья начали ходить в эрафийские земли на рейды, по просьбе и за деньги местного аристократа.

Все это случилось за три года. Бывшая префектура стала целой мэрией, и уже принимался проект по сооружению из нее Капитолия. На вооружении Зеленого Ущелья появились птицы Рух. Огромный Храм Вальгаллы вырос на скалах, а вместе с ним и Гильдия Магов. Эти быстроразвивающиеся города привлекали внимание соседних племен, но несколько стычек, в которых участвовали птицы Рух, отвалили у них интерес к наживе.

Два порта - речной и морской. Огромное население. Три города, ибо поселение Племени Каменной Секиры тоже развилось в город. Хорошая экономика, мощная армия. Всего этого достигло одно небольшое поселение - Зеленое ущелье. Гурниссон не думал, что это все сделал он - скорее, он послужил тем камешком, чье падение вызвало лавину.

Несколько хороших галеонов отправлялись в далекое странствие. Они решили достичь архипелага Регны. Гурниссон был одним их провожающих. Возможно, эти корабли привезут с собой особое изобретение островных жителей, у которых оружие стреляет не стрелами, но металлическими шариками. Все может быть. Рядом отплывал Дредноут таталийцев, больше похожий на огромное бревно и двигающийся благодаря таталийским шаманам воды. Причаливала каракка Эрафии. Жизнь кипела!

Прошло семь лет. Контакты с пиратами Регны были налажены. Теперь в арсенале Зеленого Ущелья имелись револьверы, работающие на неведомом взрывном веществе - порохе. Но запасы пороха были небольшими, и потому револьверы и пистоли не получили должного распространения.

Был отстроен гигантский Капитолий. К Зеленому Ущелью примкнули Община Орков, Племя Песчаной Змеи и Племя Оазиса. Была налажена сухопутная торговля с портом под именем "Цитадель Западного Мыса", а морской путь из Порта Желтого Черепа в Порт-Царь ежедневно пропускал через себя новые корабли.

А вот затем, когда к племени Зеленого Ущелья переселились несколько циклопов-дезертиров из армии Борагуса, случилось неизбежное - все еще не прирезанный во сне граф, на которого за это время было совершено семьдесят три разнообразнейших покушения, заинтересовался северными окраинами. Ведь Зеленое Ущелье могло дорасти до размеров Улгака, столицы Крюлода, и тогда самым вероятным исходом было бы разъединение страны варваров на две части и новая Гражданская Война, а после - новая война за объединение. Графу не нужна была сила, практически неподконтрольная ему, и уменьшение числа налогоплательщиков, которое непременно следует из любой войны.

Вей Дагр и Гурниссон узнали о таком интересе от своего агента в Улгаке - того самого человека по имени Валион, что когда-то был другом Гурниссона и все время оставался союзником Вей Дагра. Едва получив такую весть, он бросил все дела и поскакал в Зеленое Ущелье, чтобы предупредить вождей.

Вожди услышали и осознали. На этот случай у них был проект, причем он пылился на полке довольно давно...

Скорейшая эвакуация жителей на архипелаг Регну началась. Мудрыми Креллионом, Веем и Гурниссоном был заранее подготовлен один пустынный остров. Жители Зеленого Ущелья, Каменной Секиры, Общины Орков, деревни в оазисе и Крепости Песчаной Змеи уезжали в Порт Желтого Черепа, а там организованно грузились на корабли, которые были закуплены на все деньги у всех подряд. Эльфийские изящные корабли соседствовали с неуклюжими дредноутами Таталии, эрафийские парусники плыли рядом с нигонскими галерами...

Вожди понимали, что в плане развития они хватили через край. Вот если бы всего этого достигли их сыны, а может, и внуки - быть может, когда Борагус умер бы от очередного убийцы, оказавшегося более удачливым, то последующие вожди Крюлода примирились бы с мыслью, что на севере появился новый город, нет, объединение гоородов, второе по значимости после области столицы. Но столь быстрое развитие и города, и его собственной армии напугало Борагуса, и тот решил хорошенько приструнить вождей.

Армейцы и гражданские плыли вместе. Пока граф собирал армию и дожидался ленивых Багамутов, топавших с дальних рубежей, для поддержки армии этими живыми машинами для убийства, большинство жителей уже было эвакуировано. Рухи улетели, чтобы основать там, на островах, свою популяцию. Орис, Тарквиний и Корт уплыли, чтобы организовать на острове поселение, а в нем - порядок. Вскоре в четырех городах и двух поселениях остались только военные. Их число составляло треть от армии.

Когда войска Борагуса подошли к почти покинутым городам, на островах уже все устаканилось. Два сына Креллиона отбыли туда же. Да только теперь порт защищали не одни орки. Заречный аристократ понял, чем грозит ему Борагус на горизонте, и теперь наравне в орками порт защищали и крестоносцы...

Немного приструнить вождей не получилось. Узнав о том, что почти все мастера и воины отсюда отплыли, он рассвирепел и отдал приказ идти на штурм.

Первым была взята община орков. По совету одного из орочьих вождей древности, Гурниссон отдал приказ сжечь Общину вместе с войсками противника. В очищающем пламени сгорели множество орков и гоблинов, четыре огра, два циклопа и даже один Багамут.

Но в это время Крепость Песчаной Змеи яростно огрызалась. Находясь на скале, она с легкостью выдерживала обстрелы катапультами - камни били в основания стен или в скалу - и баллистами, так как стрелы вообще не долетали до внутреннего двора замка. В ответ лучники и арбалетчики с вышины нещадно истребляли солдат противника, ведь за валунами не укрыться от стрел с небес.

Крепость песчаной змеи оборонялась два месяца. За это время проходила эвакуация жителей прочих поселений. Граф Борагус обломал об эту крепость зубы, а его историк внес эту крепость в список самых неприступных...

Но все же крепость была сдана. У защитников больше не осталось припасов. Под конец осады бойцам давалось только мясо погибших бойцов, а растительной пищи было очень мало. Но даже после сдачи крепости армию Борагуса ожидали трудности. Диверсанты, которые знали, что им теперь лишь одна дорога - на виселицу, спрятались в подвалах и заняли там оборону, нещадно убивая и пожирая солдат противника. Вместо питья у них была кровь, вместо еды - только мясо. Эти орки подчинялись огру по имени Берсерк - это был знаменитый огр-каннибал, заключенный вождями Племени Песчаной Змеи в подземелья. Но как только на горизонте показались враги, преступник был выпущен и встал вместе со всеми на стены.

Орки-каннибалы - именно так названы последние силы Сопротивления в Крепости Песчаной Змеи. Еще почти год гарнизон крепости, оставленный Борагусом, не мог пробиться в подвалы. И лишь кости оставались от солдат, попавших им в лапы...

Деревня Оазиса была взята почти сразу. Попытавшись провернуть такой же трюк, как и с Общиной Орков, войска Зеленого Ущелья потерпели неудачу - наученный горьким опытом Борагус не стал заводить войска внутрь.

Взяв эту деревню, Борагус повернул на три самых больших города.

Осада поселения Каменной Секиры была проведена по всем правилам. Стены были порушены катапультами, в проемы устремились циклопы и Багамуты с поддержкой из орков и гоблинов... Но только Борагус разъярился, узнав, что с такими потерями осаждал крепость, которую защищали три десятка смельчаков.

А затем была начата осада Порта Желтого Черепа и Зеленого Ущелья.

Взятие Ущелья было быстрым. Против пяти десятков Багамутов мало кто смог сделать хоть что-то. Когда ряды защитников уменьшились настолько, что стену они почти сдали, они стали в экстренном порядке эвакуироваться на корабли. Гурниссон еле переорал Вея, заставив его сесть на борт - ведь там он важнее. И, когда Вей, похлопав его по плечу, все-таки отплыл, гоблин развернулся и бросился в атаку...

...Гурниссон и Креллион стояли рядом, на эшафоте. Снизу стояли и слушали громкую и долгую обвинительную речь Борагуса его сторонники. Гурниссон повернулся к огру:

- Для меня было честью сражаться с тобой наравне.

- Для меня тоже, гоблинский герой. - усмехнулся Креллион, который из-за цепей не мог даже пошевелить пальцем.

- ...Ограбив, таким образом, весь Крюлод! Повесить их. - неожиданно закончил разоряться Борагус.

Не сказав ни слова на допросе, огр и гоблин повисли на петле. Сломались шейные позвонки, и Гурниссон умер первым. В сердцах гоблинов всего Антагарича, а впоследствии - и острова Степи на Регне Гурниссон стал героем, который не сдался. Тот, кто в молодости воевал против восстаний, стал символом этих восстаний - это ли не ирония?