Кориолан. Цимбелин. Троил и Крессида

Пролог

Уильям Шекспир

Кориолан. Цимбелин. Троил и Крессида

пьесы

William Shakespeare

THE TRAGEDY OF CORIOLANUS

CYMBELINE

TROILUS AND CRESSIDA

Перевод с английскогоО. Сороки(«Кориолан»),П. Мелковой(«Цимбелин»),А. Федорова(«Троил и Крессида»)

© Перевод. П. Мелкова, наследники, 2024

© Перевод. О. Сорока, наследники, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Кориолан

Действующие лица

Кай Марций, затем Кай Марций Кориолан.

Тит Ларций,Коминий– полководцы в войнах с вольсками.

Менений Агриппа, друг Кориолана.

Сициний Велут,Юний Брут– народные трибуны.

Маленький Марций, сын Кориолана.

Никанор, римлянин.

Тулл Авфидий, полководец вольсков.

Адриан, вольск.

Военачальник, заместитель Авфидия.

Заговорщики, сторонники Авфидия.

Горожанин из Анциума.

Два вольских часовых.

Волумния, мать Кориолана.

Виргилия, жена Кориолана.

Валерия, подруга Виргилии.

СлужительницаВиргилии.

Римские и вольские сенаторы,патриции,эдилы,ликторы,глашатаи,гонцы,воины,горожане,слуги Авфидияидругие служители.

Место действия: Рим и его окрестности; Кориолы окрестности Кориол; Анциум.

Акт I

Сцена 1

Улица в Риме. Входит толпа бунтующихгорожан, вооруженных дубинами, кольями, вилами.

Первый горожанин.Погоди; прежде слушайте, что скажу.

Все.Говори, говори.

Первый горожанин.Значит, все вы на том порешили, что лучше умереть, чем голодать?

Все.Решено, решено.

Первый горожанин.И знаете, что главный враг народу – Кай Марций.

Все.Знаем, знаем.

Первый горожанин.Так убьемте его – и станем зерно получать по цене, какую сами назначим. Решено?

Все.Чего тут еще толковать? Убить, и кончено! Идем, идем!

Второй горожанин.Позвольте словечко, добрые граждане.

Первый горожанин.Мы не добрые, мы считаемся худые граждане. Это патриции – добрые, у них добра с избытком. Нам с ихнего стола одних излишков бы хватило на прокорм, и поделись они хоть этим, мы сказали бы, что они с нами по-людски. Но у них сгниет, а не дадут – слишком накладно, дескать, выйдет. Наша худоба, наш нищий вид только лишь выпячивают роскошь ихнюю; наши муки – им корысть. В колья же их за это, пока еще не поколели мы. Боги мне свидетели, что я с бесхлебья, с голодухи говорю, а не по мстивой злобе.

Второй горожанин.Особенно же с Каем Марцием желаешь посчитаться?

Первый горожанин.С ним – первым делом. Для нас, простонародья, он сущий пес.

Второй горожанин.А забыл, какие у него перед отечеством заслуги?

Первый горожанин.Ничуть я не забыл – и заплатил бы ему похвалой, да он сам себе платит своей спесью.

Второй горожанин.Нет, ты говори не злобствуя.

Первый горожанин.Да говорю ж тебе, все славные его дела единственно для славы этой самой деланы. Рохли мягкодухие пусть говорят, будто он для отчизны старался, но он-то лишь матери своей в угоду и гордыне собственной, – спеси в нем не меньше, чем отваги.

Второй горожанин.Таков уж от природы он, а ты ему в вину ставишь. Корыстным ведь его никак не назовешь.

Первый горожанин.Пусть так. Но на нем и без того всяческих вин предостаточно. Начать перечислять – устанешь. (Крики за сценой.) Что за шум?.. Это заречная часть Рима поднялась. А мы чего стоим-болтаем? На Капитолий!

Все.На Капитолий!

Первый горожанин.Тише! Кто это идет сюда?

ВходитМенений Агриппа.

Второй горожанин. Почтенный Менений Агриппа. Он любит народ и всегда любил.

Первый горожанин.Он-то человек порядочный. Кабы все патриции были такими!

Менений

Первый горожанин.Сенату беда наша небезызвестна. О своем намеренье мы дали там понять еще две недели назад, а сейчас идем подкрепить делами. Говорят, мол, от бедноты дух тяжелый; мы им покажем, что у нас и рука тяжелая.

Менений

Первый горожанин.Да что губить – погублены и так.

Менений

Первый горожанин.Ага, они о нас сроду пекутся: смотрят, как нас голод допекает, а у самих зерна полны амбары. Пекут о ростовщичестве указы – в пользу ростовщиков же. Что ни день, отменяют какой-нибудь здравый закон против богатых, и что ни день, все туже сковывают и треножат бедняков новыми уставами. Не войны, так патриции нас кончат, и в этом вся их любовь к нам.

Менений

Первый горожанин.Что ж, послушать можно. Только не надейся, господин, заговорить нам басенками зубы. Ну, да валяй, рассказывай.

Менений

Первый горожанин.Да, господин, – что отвечало брюхо?

Менений

Первый горожанин

Менений

Первый горожанин

Менений

Первый горожанин

Менений

Первый горожанин

Менений

Первый горожанин

Менений

Первый горожанин

Менений

Первый горожанин

Менений

ВходитКай Марций.

Марций

Первый горожанин

Марций

Менений

Марций

Менений

Марций

Менений

Марций

Менений

Марций

Входит поспешногонец.

Гонец

Марций

Гонец

Марций

ВходятКоминий, Тит Ларцийс другимисенаторами,Сициний Велут и Юний Брут.

Первый сенатор

Марций

Коминий

Марций

Первый сенатор

Коминий

Марций

Тит Ларций

Менений

Первый сенатор

Тит Ларций

(Коминию)

(Марцию.)

Коминий

Первый сенатор

(горожанам)

Марций

Патриции уходят. Горожане потихоньку расходятся. Остаются Сициний и Брут.

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Уходят.

Сцена 2

Кориолы. Сенат. ВходятТулл Авфидий и кориольские сенаторы.

Первый сенатор

Авфидий

Первый сенатор

Авфидий

Второй сенатор

Авфидий

Все

Авфидий

Первый сенатор

Второй сенатор

Все

Уходят.

Сцена 3

Рим. Комната в доме Марция. ВходятВолумния и Виргилия. Садятся на скамеечки и шьют.

Волумния. Прошу тебя, спой, дочка, или иначе как-нибудь взбодрись. Если б он не сын мне был, а муж, я бы сильнее радовалась разлуке с ним, несущей ему почесть, чем объятиям его постельным, самым любящим. Когда он был еще нежнотел, мой единственный, когда юная краса его влекла к себе все взоры, когда ни на час не рассталась бы мать с таким сыном, хоть проси ее о том цари земные день-деньской, – то и тогда я понимала, как пристанет такой красе военное величье, как ее оживят слава и честь, а иначе прозябать этой красе, будто настенному портрету. И я беспечально посылала Марция на поиск опасностей и обретенье славы. На свирепую войну послала я его, и он вернулся с дубовым венком вкруг чела. Говорю тебе, дочка, не так возликовала я, услышав, что дитя мое мужского пола, как тогда, воочью убедясь, что он стал и вправду мужчиной.

Виргилия. Но если б на войне его убили, госпожа моя?

Волумния.Тогда славное имя его осталось бы мне вместо сына – за сына. Скажу тебе чистосердечно: будь у меня двенадцать сыновей и люби я каждого поровну и не меньше, чем твоего и моего родного Марция, я бы предпочла, чтобы одиннадцать геройски пали за отчизну, чем хоть один чтобы постельно услаждался вдалеке от боя.

Входитслужительница.

Служительница

Виргилия

Волумния

Виргилия

Волумния

Служительница уходит.

Виргилия

Волумния

ВходитВалериясослугой-вестником и прислужницей.

Валерия. Доброго вам дня, дорогие!

Волумния. Милая наша Валерия!

Виргилия. Рада видеть тебя.

Валерия. Как поживаете? Обе вы хозяйки и домоседки известные. Что за шитье у вас? Красивый узор, ничего не скажу. Ну, как сынок твой, Виргилия?

Виргилия. Благодарю, дорогая. Здоров.

Волумния. Его сильнее тянет к солдатскому мечу и барабану, чем к школьному ученью.

Валерия. Одно слово, весь в отца! И собой хорош просто на диво! Я прямо целых полчаса любовалась им в среду. Такое личико решительное! Побежал за золотистой бабочкой, поймал ее, и снова выпустил, опять за ней, и споткнулся, упал кувырком, и вскочил, поймал ее снова. То ли паденье рассердило, но зубы стиснул так – и в мелкие клочки ее! О, видели бы вы, как растерзал!

Волумния. Вот так и на отца гнев находит порывами.

Валерия. Высокий, пылкий нрав у малыша.

Виргилия. Озорник отчаянный.

Валерия. Ну-ка отложите ваше вышиванье. На часок хочу вас превратить в бездельных моих спутниц.

Виргилия. Нет, дорогая, я из дому не выйду.

Валерия. Как это?

Волумния. Да выйдет она, выйдет.

Виргилия. Нет, право, уж простите меня. Я ни ногою за порог, пока мой муж и господин не вернется с войны.

Валерия. Как не стыдно так затворничать по-неразумному. Идемте, навестим нашу подругу, что лежит в родах.

Виргилия. Желаю ей скорого восстановленья сил и навещу ее молитвами своими, но пойти не могу.

Волумния. Да почему же?

Виргилия. Не потому, конечно, чтоб ленилась я или любви к ней не питала.

Валерия. Ты хочешь стать новой Пенелопой; но, говорят, немного было проку от той шерсти, что напряла она, дожидаясь Улисса, – только моли развела на всю Итаку. Ну, полно тебе мучить свое вышиванье, пожалей ты его – оно уж и так все иголкой исколото. Да ну же, пойдем с нами.

Виргилия. Нет, прости меня. Не выйду я.

Валерия. Нет уж, Виргилия, выйдешь, а я за то скажу тебе отменную весть о твоем муже.

Виргилия. Ах, добрая моя, не может еще быть от него вести.

Валерия. Право, я не шучу. Ночью пришло известие.

Виргилия. Правда?

Валерия. Самая истинная. Я слышала – один сенатор вот что говорил: вольски выслали армию в поле, и Коминий, наш командующий, пошел на нее с частью римской силы. А твой муж и Тит Ларций осадили важный город Кориолы. И не сомневаются в победе и скором окончании войны. Это правда, клянусь честью. Так что идем с нами.

Виргилия. Уж извини меня, пожалуйста. Кончится война – отказу от меня ни в чем тебе не будет.

Волумния. Оставь ее, милая. Своей теперешней тоскою она только застудит нам все настроение.

Валерия. Это верно. Что ж, до свидания. Идем, дорогая Волумния. – А то прогнала бы ты вон грусть-тоску и пошла с нами.

Виргилия. Нет, право же, не могу. Нельзя мне. А вам желаю всего веселого.

Валерия. Ну что ж, до свидания.

Уходят.

Сцена 4

Под стенами Кориол, у городских ворот. Входят с барабанами и знаменамиМарций, Тит Ларций, военачальники и воины. Навстречу им –гонец.

Марций

Тит Ларций

Марций

Тит Ларций

Марций

Гонец

Тит Ларций

Марций

Тит Ларций

Марций

Гонец

Марций

Трубят к переговорам. На стенах появляютсядвое сенаторови другиекориольцы.

Первый сенатор

За сценой слышны барабаны.

Вдали шум битвы.

Марций

Тит Ларций

Из ворот выходит войско горожан.

Марций

Сражаются. Римлян оттесняют к их осадным траншеям. Снова входит бранящийсяМарций.

Марций

Заново сражаются. Марций гонит вольсков к воротам.

Врывается в ворота.

Первый воин. Ну нет, я не дурак.

Второй воин. Ну нет.

Первый воин. Смотри, ворота заперли.

Бой продолжается.

Все.Все, крышка.

ВходитТит Ларций.

Тит Ларций

Все

Первый воин

Тит Ларций

Отражая напор вольсков, в воротах появляется окровавленныйМарций.

Первый воин(Титу). Гляди!

Тит Ларций

Сражаясь, врываются в город.

Сцена 5

Улица в Кориолах. Входят несколько римскихсолдатс узлами награбленного.

Первый римлянин

Второй римлянин

Третий римлянин

Издалека по-прежнему доносится шум битвы. ВходятМарций и Тит Ларций с трубачом.

Марций

Тит Ларций

Марций

Тит Ларций

Марций

Тит Ларций

Марций уходит.

(Трубачу.)

Уходят.

Сцена 6

Поле близ римского стана. Входят отступающиеКоминий и воины.

Коминий

Входитгонец.

Гонец

Коминий

Гонец

Коминий

Гонец

Коминий

ВходитМарций.

Марций

Коминий

Марций

Коминий

Марций

Коминий

Марций

Коминий

Марций

Коминий

Марций

Коминий

Марций

Коминий

Марций

Коминий

Марций

Общий возглас; все воины потрясают мечами. Подхватив Марция, поднимают его над собой; взлетают в воздух шлемы.

Марций

Коминий

Уходят.

Сцена 7

Кориолы. У городских ворот.Тит Ларций, оставя в городе гарнизон и под барабаны и трубы отправляясь на соединение сКоминием и Марцием, выходит из ворот своинами,начальником гарнизона и разведчиком.

Тит Ларций

Начальник гарнизона

Тит Ларций

Уходят.

Сцена 8

Поле боя близ римского стана. Шум битвы. Входят с разных сторонМарций и Авфидий.

Марций

Авфидий

Марций

Авфидий

Марций

Авфидий

Рубятся; на помощь Авфидию приходят несколько вольсков; измотав их, Марций гонит этих вольсков прочь.

Авфидий

Уходят, сражаясь.

Сцена 9

Римский стан. Трубы. Шум сражения. Отбой. Входят с одной стороныКоминий и римляне, с другой –Марцийс рукой, взятой на перевязь.

Коминий

ВходитТит Ларций с войском, возвращаясь после победного преследования.

Тит Ларций

Марций

Коминий

Марций

Коминий

Марций

Долгий фанфарный клич труб. Все восклицают: «Марций! Марций!», бросают в воздух шлемы и копья. Коминий и Тит Ларций обнажают головы.

Марций

Коминий

Фанфарно трубят трубы, бьют барабаны.

Все

Кориолан

Коминий

Тит Ларций

Кориолан

Коминий

Кориолан

Коминий

Тит Ларций

Кориолан

Коминий

Уходят.

Сцена 10

В стане вольсков. Трубы и рожки. Входит окровавленныйТулл Авфидий с двумя-тремя воинами.

Авфидий

Первый воин

Авфидий

Первый воин

Авфидий

Первый воин

Авфидий

Первый воин

Уходят.

Акт II

Сцена 1

Площадь в Риме. ВходятМененийи два народных трибуна –Сициний и Брут.

Менений.Авгур мне предсказал – к вечеру будут вести.

Брут.Хорошие или плохие?

Менений.Простонародью придутся не по нраву: оно Марция не любит.

Сициний.Природа учит земную тварь знать и любить тех, кто ей друг.

Менений.А скажите-ка, волк кого любит?

Сициний.Ягненка.

Менений.Да, ягнятину волк любит. Вот так и несытое плебейство не прочь бы сожрать благородного Марция.

Брут.Ну, этот ягненок чистым медведем ревет.

Менений.Нет, этот медведь, как чистый ягненок, живет. Вот вы оба уже люди старые; ответьте мне на один вопрос.

Оба трибуна.Изволь.

Менений.Назовите мне такой грех, такой порок, какими Марций не был бы нищ, а вы не обиловали бы?

Брут.Да он во всех пороках и грехах повинен.

Сициний.Особенно в гордости.

Брут.И всех переплюнул бахвальством.

Менений.Бахвальством? Странно это слышать. А знаете вы оба, как о вас судят здесь в городе – то есть как мы, люди знатные, судим?

Оба трибуна.Как же вы о нас судите?

Менений.Вот вы о гордости упомянули – а сами не рассердитесь?

Оба трибуна.Да уж говори, говори, почтенный.

Менений.А и рассердитесь, так горе небольшое: ведь чашу вашего терпения любой пустяк-воробышек способен опрокинуть. Что ж, опрокидывайтесь, злобьтесь на здоровье, раз вам это здорово. Вы обвиняете Марция в гордости?

Брут.Не мы одни.

Менений.Знаю, что вы одни – упряжка квелая; пособников многих имеете, а иначе сирые из вас были бы деятели. Силенка у вас у одних-то сиротская. На гордость чью-то жалуетесь. Ох, если б могли вы повернуть зрачки свои к затылку и обозреть драгоценную внутренность вашу! Если б только могли вы!

Брут.И что бы тогда?

Менений.А тогда бы обнаружили вы пару никчемных, спесивых, склочных, скандальных должностных дураков, каких поискать в Риме.

Сициний.А ты что за птица, Менений, тоже всем известно.

Менений.Всем известно, что я шутник-причудник и не любитель разбавлять крепкое вино хоть каплею тибрской воды. И не любитель отказывать жалобщику – и в этом видят изъян мой, а также и в том, что поспешен бываю и вспыльчив, и знакомей мне глухие зады ночи, чем рассветные ланиты утра. Что у меня на уме, то и на языке, и зла на людей не держу, расходую тут же в словах. Таких государственных мужей, как вы, не величаю мудрыми законодателями, и если от питья, каким потчуете меня, во рту кисло, то морщусь откровенно. Когда слышу в речах ваших всякие «зане» и «поелику», сбивающие с панталыку, то не хвалю вас за такое спотыкливо-ослиное ораторство. И хотя оспаривать не стану, что возраст ваш серьезный и года у вас почтенные, но обличу в постыдной лжи того, кто скажет, что у вас и лица почтенные. И если все это читается на карте моего микрокосма, то я «птица», по-вашему? А если всем известно, что я за птица, то какую тут зловредность могут высмотреть ваши закисшие органы зрения?

Брут.Ну, ну, ну, знаем мы тебя.

Менений.Вы ни меня и ни себя и ни шута не знаете. Вам одно надо – чтоб голытьба перед вами шапки ломала в поклонах. Вы целое утро погожее тратите на разбор трехгрошовой ругни между лотошницей и продавцом затычек, и еще на завтра назначаете дослушиванье. А случится разбирательство серьезнее и схватит вдруг у вас живот, то корчите гримасы, точно актеры в пантомиме, теряете последний свой терпеж и, убегая на истошно затребованный горшок, вырявкиваете решение, еще только запутывающее тяжбу. Вся уладка дела к тому сводится у вас, что обоих тяжущихся честите подлецами. Славные из вас миротворцы!

Брут.Все знают, что насмешничать в хмельном застолье тебе сподручней, чем державные дела решать на Капитолии.

Менений.Тут и степенный жрец станет насмешником, когда посталкивается с такими умницами, как вы. Самые мудрые ваши суждения не стоят того, чтоб, изрекая их, вам разевать свои брадатые уста, а ваши бороды со всем их волосом не годны даже и в подушку под портняжий зад или во вьючное ослиное седло. А еще обидно вам, что Марций горд; да он в любой базарный день дороже стоит всех ваших прародителей и предков со времен потопа, даже если лучшие из них, возможно, были потомственными палачами. Желаю здравствовать вашим милостям. А то как бы не подхватил я скотскую чуму от разговоров с вами – пастухами плебейского стада. Так что уж не смею вас удерживать. (Брут и Сициний отходят в сторону.)

ВходятВолумния, Виргилия и Валерия.

Привет госпожам моим, столь же прекрасным, сколь благородным, – а сама Луна, спустясь на землю, не превзошла бы вас благородством. Куда путь правите так спешно?

Волумния.Достойнейший Менений, мы спешим встречать моего мальчика, моего Марция. (Спутницам.) Идемте скорей, ради Юноны.

Менений.Что? Марций возвращается?

Волумния.Да, и проявив себя отважно и победоносно.

Менений.Ура! Лови, Юпитер, мою шапку – и спасибо тебе, боже! Неужто уже возвращается?

Виргилия и Валерия.Правда, правда.

Волумния.Вот письмо от него. И сенату прислал письмо, и жене тоже. По-моему, и тебя дома ждет письмо.

Менений.Ну, вечером весь дом мой ходуном пойдет от пированья. Мне письмо!

Виргилия.Да, да. Я сама его видела.

Менений.Письмо прислал! Прислал мне на семь лет здоровья – теперь семь лет чихать я буду на врачей. В сравнении с этим хранительным письмом самый лучший рецепт из Галена – коновальская и знахарская ерунда. А он не ранен? Он всякий раз возвращается раненый.

Виргилия.Ах, нет, нет, нет.

Волумния.Да, он ранен; и я благодарю богов за то.

Менений.И я тоже, если раны не слишком тяжелые. Они его красят. Возвращается с победою в кармане!

Волумния.С победой на челе, Менений. Третий раз приходит он домой в дубовом венке.

Менений.Уж верно, задал перца самому Авфидию?

Волумния.Тит Ларций пишет, что мой сын сразился с Авфидием, но тому удалось уйти.

Менений.И счастье его, что ушел. А то бы Марций так его разделал, так бы разавфидил, что не захотел бы я быть на его месте за все сундуки кориольские со всем их золотом. А сенату сообщено это?

Волумния(спутницам). Идемте же. (Менению.) Да, да! В сенат пришла реляция от полководца, от Коминия, и там виновником всей победы назван сын. Он в этом походе вдвойне превзошел свои прошлые подвиги.

Валерия.И правда, о нем рассказывают чудеса.

Менений.Вот видите – чудеса! И будьте уверены, все так и есть.

Виргилия.Дай-то боги!

Волумния.Да уж дали, дали!

Менений.Клянусь, все так и есть. Куда он ранен? (Трибунам.) Храни Юпитер вас, почтенные! Марций возвращается, умножив причины для гордости. – Куда он ранен?

Волумния.В плечо и в руку левую. Какие шрамищи сможет народу показать, когда выставит себя в консулы! А в первую свою войну, отражая Тарквиния, он семь ранений получил.

Менений.И в шею, не забудь, а в бедро два – всего девять, по-моему.

Волумния.У него двадцать пять ранений, не считая нынешних.

Менений.Теперь уж двадцать семь. И каждая рана – могила врагу. (За сценой возгласы и трубы.) Слышите? Это боевые трубы!

Волумния

Торжественные трубы. Входят полководецКоминий и Тит Ларций; между ними идет увенчанный дубовым венкомКориолан. В триумфальном шествии участвуютвоеначальники, воины и глашатай.

Глашатай

Трубы.

Все

Кориолан

Коминий

Кориолан

Опускается на колени.

Волумния

Кориолан

Менений

Кориолан

(Валерии.)

Волумния

Менений

Коминий

Кориолан

Глашатай

Кориолан

Волумния

Кориолан

Коминий

Трубы и рожки. Торжественное шествие удаляется. Оставшиеся Брут и Сициний выходят вперед.

Брут

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Сициний

Входитгонец.

Брут

Гонец

Брут

Сициний

Уходят.

Сцена 2

Капитолий. Римский сенат. Входятдва служителя, раскладывают подушки на сенаторских сиденьях.

Первый служитель. Быстрей, быстрей – сейчас придут. Сколько у нас кандидатов на консульство?

Второй служитель. Говорили, что трое. Но все считают, выбран будет Кориолан.

Первый служитель. Отважный человек, но страшно гордый и не любит простого народа.

Второй служитель. Да ведь сколько уж больших людей льстило народу, а народ ничуть их не любил. И скольких любил народ, сам не зная за что. А раз любит ни за что, то и ненавидеть может без причин. Так что если Кориолану все равно, любят они его или же ненавидят, то, стало быть, он их натуру знает, а действует нескрыто по своей благородной беззаботности.

Первый служитель. Будь ему все равно, любят его или нет, он бы равнодушно не стремился делать им ни худа, ни добра. А он ищет их ненависти с таким усердием, что они даже не поспевают отвечать ему этой ненавистью; он прямо всеми силами старается показать, что он им враг. Вот он лестью гнушается, – а ведь так упорно вызывать к себе вражду и неприязнь народа ничуть не лучше, чем лестью вызывать народную любовь.

Второй служитель. У него перед отчизной доблестные заслуги; и возвышенье шло у него труднее, чем у тех ловкачей гибкоспинных, что ничем больше, как умильными поклонами, втерлись в уваженье и народную хвалу. Но славные дела Кориолана у всех перед глазами, запечатлены во всех сердцах, – и замолчать эти дела, не признать их подвигами было бы черной неблагодарностью, а оболгать их значило бы предстать злобными лжецами и вызвать всеобщий упрек и укор.

Первый служитель. Что тут говорить, человек он достойный. Сенаторы идут – давай-ка мы отсюда.

Трубы. Предшествуемые ликторами, входятпатриции и народные трибуны, Кориолан, Менений, консул Коминий. Сенаторы садятся на свои места,Сициний и Брут– на свои. Кориолан садится не сразу.

Менений

Первый сенатор

(Трибунам.)

Сициний

Брут

Менений

Брут

Менений

Кориоланвстает и хочет уйти.

Первый сенатор

Кориолан

Брут

Кориолан

Менений

Кориолан

Уходит.

Менений

Коминий

Менений

Первый сенатор

Коминий

Менений

Первый сенатор

Служитель

ВходитКориолан.

Менений

Кориолан

Менений

Кориолан

Сициний

Менений

Кориолан

Брут

(Сицинию)

Кориолан

Менений

Сенаторы

Торжественные трубы. Все уходят, кромеСициния и Брута.

Брут

Сициний

Брут

Уходят.

Сцена 3

Римский форум (рыночная площадь). Входят семь или восемьгорожан.

Первый горожанин.Раз он голоса наши запросит, то отказать мы не можем.

Второй горожанин.Можем, ежели не захотим его.

Третий горожанин. Не захотеть мы властны, да только власть эта была б неправая. Когда поведает он нам свои дела и покажет раны, то мы в их бессловесные уста свой язык должны вложить и за них сказать. Уж если он нам благородные свои подвиги обскажет, то и мы по-благородному должны его одобрить. Неблагодарность – свойство зверя, и народу проявить ее значило бы проявить звериность, а как мы часть народа, то и сами, стало быть, озвероватеем.

Первый горожанин.А нелюдьми прослыть проще простого. Еще когда из-за зерна мы бунтовали, он сам нас тут же обозвал пестроголовою толпищей-чудищем.

Третий горожанин. Нас многие так обзывают; и не потому, что у нас головы у кого черная, у кого бурая, у кого рыжая, у кого лысая, а потому, что мозги наши очень уж разных мастей. Вот право слово, соберись они в один даже череп, и крылья получи, и согласись все лететь напрямик в одну сторону, так все равно бы разлетелись на запад, восток, север, юг – по всем по тридцати двум направленьям компаса.

Второй горожанин.Ты так считаешь? А в какую бы, по-твоему, сторону полетели мои мозги?

Третий горожанин. Ну, твои нескоро с места стронешь: они намертво застряли в дубовой башке. Но уж если высвободятся, полетят, то на юг.

Второй горожанин.Это зачем же туда?

Третий горожанин. Чтоб размягчиться и растечься там в тумане южном; а когда растворятся они на три четверти в гнилых росах, то остальная четверть, сжалясь, вернется к тебе – а то, безмозглый, и жены себе не сыщешь.

Второй горожанин.Вечно ты со своими шутками. Ну, ну, балагурь, балагурь.

Третий горожанин. Значит, решено – отдадим ему все голоса? А и не все, так большинство за ним. Эх, повернись бы он сердцем к народу, не было бы человека достойней. (ВходятКориоланв одежде смирения иМенений.) Вон он идет в тоге смирения. Гляди, как посмирнел. Мы не всем скопом, а по одному, по двое, по трое проходить будем мимо него. Пусть просит людей по отдельности, чтоб каждому досталась почесть просьбы и прямой отдачи голоса. Давайте все за мной – я научу, как проходить.

Все.Ладно, учи.

Горожане уходят.

Менений

Кориолан

Менений

Кориолан

Менений

Уходит.

Кориолан

Входяттрое горожан.

Третий горожанин.Твоя цель нам ведома. А скажи нам, что тебя сюда толкнуло?

Кориолан.Моя заслуга.

Второй горожанин.Заслуга?

Кориолан.Да, заслуга, а вовсе не мое желание.

Третий горожанин.Почему ж не желание?

Кориолан.Потому что сроду не желал я просить подаянья у нищих.

Третий горожанин.Ты знай – раз мы тебе даем, то надеемся на прибыль от тебя.

Кориолан.В какую ж вы цену поставили консульство?

Первый горожанин.Цена – учтивая твоя просьба.

Кориолан.Вот и прошу учтиво консульства. Имею раны и покажу их тебе как-нибудь наедине. – Прошу и твой уважаемый голос. Что скажешь?

Второй горожанин.Даю его тебе, достойный господин.

Кориолан.Ну вот и сладились. Уже два уважаемых голоса выклянчил. Подаянье получено. Будьте здоровы.

Третий горожанин.Однако ж это странно.

Второй горожанин.Если бы мне заново решать… Да уж ладно.

Горожане уходят. Входятдвое других.

Кориолан.Прошу вас, если мое консульство с голосами вашими не вразнобой, то вот он я – в предписанной обычаем одежде.

Четвертый горожанин.Ты заслужил у Рима славу и добрую, и недобрую.

Кориолан.Раскрой свою загадку.

Четвертый горожанин.Ты – бич для недруга отчизны и плеть для друга ее. Нелюб тебе простой народ.

Кориолан.Вам бы тем выше меня ставить, что не дарю своей любовью всех и каждого. Ладно же, начну льстить своему названому братцу-народу, чтоб ценил меня дороже. У ваших умников лесть почитается достоинством, и раз уж им важней, чтоб я отдавал им поклоны, чем душу, то стану фальшиво-чарующе кланяться и ломать перед ними шапку – то есть ломать угодливого дурака на манер их площадных любимцев и на услажденье всех желающих. Итак, препокорнейше прошу у вас консульства.

Пятый горожанин.В надежде, что будешь нам другом, даем тебе дружески свои голоса.

Четвертый горожанин.В боях за отчизну ты получил немало ран.

Кориолан.Верь в это и так, без показа. Благодарю за ваши голоса и не смею вас дольше удерживать.

Оба горожанина.Боги да пошлют тебе радость!

Уходят.

Кориолан

Входят ещетрое горожан.

Шестой горожанин.Он сражался доблестно, и всякий честный человек обязан отдать ему голос.

Седьмой горожанин.Вот и пускай будет консулом. Да пошлют ему боги радость и да сделают его добрым другом народа.

Все трое горожан

Уходят.

Кориолан

ВходятМенений с Брутом и Сицинием.

Менений

Кориолан

Сициний

Кориолан

Сициний

Кориолан

Сициний

Кориолан

Менений

Брут

Сициний

Кориолан и Менений уходят.

Брут

Входятплебеи.

Сициний

Первый горожанин

Брут

Второй горожанин

Третий горожанин

Первый горожанин

Второй горожанин

Сициний

Горожане

Третий горожанин

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Третий горожанин

Второй горожанин

Первый горожанин

Брут

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Плебеи

Уходят.

Брут

Сициний

Уходят.

Акт III

Сцена 1

Улица в Риме. Звучат рожки. ВходятКориолан, Менений с патрициями, Коминий, Тит Ларций и другие сенаторы.

Кориолан

Тит Ларций

Кориолан

Коминий

Кориолан

(Титу)

Тит Ларций

Кориолан

Тит Ларций

Кориолан

Тит Ларций

Кориолан

Тит Ларций

Кориолан

ВходятСициний и Брут.

Сициний

Кориолан

Брут

Кориолан

Менений

Коминий

Брут

Кориолан

Первый сенатор

Брут

Сициний

Кориолан

Менений

Кориолан

Брут

Кориолан

Брут

Кориолан

Брут

Кориолан

Брут

Кориолан

Сициний

Менений

Коминий

Кориолан

Менений

Первый сенатор

Кориолан

Менений

Первый сенатор

Кориолан

Брут

Сициний

Менений

Кориолан

Сициний

Кориолан

Коминий

Кориолан

Коминий

Кориолан

Менений

Кориолан

Брут

Кориолан

Менений

Брут

Кориолан

Брут

Сициний

Кориолан

Брут

Сициний

Брут

Входитэдил.

Сициний

Эдил уходит.

Кориолан

Патриции

Коминий

Кориолан

Сициний

Входятэдилыс шумной толпой плебеев.

Менений

Сициний

Брут

Плебеи

Второй сенатор

Столпотворение вокруг Кориолана.

Общий крик

Менений

Сициний

Плебеи

Сициний

Менений

Первый сенатор

Сициний

Плебеи

Брут

Плебеи

Менений

Коминий

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Плебеи

Менений

Эдилы

Менений

(Бруту)

Брут

Кориолан

(обнажая меч)

Менений

Брут

Менений

Плебеи

Общая схватка. Трибунов, эдилов и толпу вытесняют прочь со сцены.

Менений

(Кориолану)

Второй сенатор

Кориолан

Менений

Первый сенатор

Менений

Коминий

Кориолан

Менений

Кориолан

Менений

Коминий

Менений

Коминий

Кориолан, Коминий и другие уходят.

Патриций

Менений

(За сценой шум.)

Патриций

Менений

Возвращается толпа во главес Брутом и Сицинием.

Сициний

Менений

Сициний

Первый горожанин

Все

Менений

Сициний

Менений

Сициний

Менений

Сициний

Менений

Брут

Все плебеи

Менений

Сициний

Менений

Сициний

Менений

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Менений

Брут

Сициний

Менений

Первый сенатор

Сициний

Брут

Сициний

Менений

(Сенаторам.)

Первый сенатор

Уходят.

Сцена 2

В доме Кориолана. ВходятКориолан и патриции.

Кориолан

Патриций

Кориолан

ВходитВолумния.

Волумния

Кориолан

Волумния

Кориолан

Волумния

ВходятМенений и сенаторы.

Менений

Первый сенатор

Волумния

Менений

Кориолан

Менений

Кориолан

Менений

Кориолан

Волумния

Кориолан

Менений

Волумния

Кориолан

Волумния

(Указывая на сенаторов.)

Менений

Волумния

Менений

Волумния

ВходитКоминий.

Коминий

Менений

Коминий

Волумния

Кориолан

Коминий

Волумния

Кориолан

Волумния

Кориолан

Волумния

Уходит.

Коминий

Кориолан

Менений

Кориолан

Уходят.

Сцена 3

Римский форум. ВходятСициний и Брут.

Брут

Входитэдил.

Эдил

Брут

Эдил

Сициний

Эдил

Сициний

Эдил

Сициний

Эдил

Брут

Эдил

Сициний

Брут

Эдил уходит.

ВходятКориолан, Менений, Коминий и другие.

Сициний

Менений

Кориолан

Первый сенатор

Менений

Входятэдил и плебеи.

Сициний

Эдил

Кориолан

Оба трибуна

Кориолан

Сициний

Кориолан

Менений

Кориолан

Менений

Коминий

Кориолан

Сициний

Кориолан

Сициний

Кориолан

Менений

Кориолан

Сициний

Плебеи

Сициний

Брут

Кориолан

Брут

Кориолан

Менений

Коминий

Кориолан

Сициний

Плебеи

Коминий

Сициний

Коминий

Сициний

Брут

Плебеи

Кориолан

Кориолан, Коминий, Менений и другие сенаторы уходят.

Эдил

Все

(Кричат, кидают шапки вверх.)

Сициний

Все

Уходят.

Акт IV

Сцена 1

У римских городских ворот. ВходятКориолан, Волумния, Виргилия, Менений, Коминийв сопровождении молодых патрициев.

Кориолан

Виргилия

Кориолан

Волумния

Кориолан

(Матери.)

Волумния

Кориолан

Коминий

Кориолан

Менений

Кориолан

Уходят.

Сцена 2

Улица в Риме. Входяттрибуны Сициний и Брут, и с нимиэдил.

Сициний

Брут

Сициний

Брут

Эдил уходит.

Сициний

Брут

Сициний

ВходятВолумния, Виргилия и Менений.

Брут

Волумния

Менений

Волумния

(Бруту.)

Виргилия

(Сицинию)

Сициний

Волумния

Сициний

Волумния

Сициний

Виргилия

Волумния

Менений

Сициний

Брут

Волумния

Брут

Волумния

Брут

Сициний

Трибуны уходят.

Волумния

Менений

Волумния

(Виргилии.)

Менений

Уходят.

Сцена 3

Дорога из Рима в Анциум. Входятримлянин и вольскнавстречу друг другу.

Римлянин.Я знаю тебя хорошо, друг, а ты знаешь меня. Звать тебя Адрианом, не так ли?

Вольск.Так. Но, признаться, я тебя не помню.

Римлянин.Я римлянин; а служу, как и ты, неприятелям Рима. Вспомнил меня теперь?

Вольск.Неужто Никанор?

Римлянин.Он самый.

Вольск.В тот раз ты был бородатей; но узнаю тебя по голосу и речи. Что нового в Риме? У меня приказ от властей наших вольских разыскать тебя там. А теперь мне и ходить не надо – сбережен день пути.

Римлянин.В Риме смута была: народ бунтовал против сенаторов, патрициата, знати.

Вольск.Была? И, значит, кончилась? А наши власти думают, что нет. Они рьяно готовят войну, хотят нагрянуть в самый разгар междоусобицы.

Римлянин.Разгар-то кончился, но огню недолго и вновь разгореться, – потому что знать так уязвлена изгнаньем славного Кориолана, что успокоится, только отняв у народа всю власть и навеки отменив трибунство. Будь уверен, жар тлеет и, того гляди, заново вспыхнет пламенем.

Вольск.Кориолан – изгнан?

Римлянин.Изгнан.

Вольск.Ну, Никанор, ты обрадуешь наших своим донесеньем.

Римлянин.Да, оно им очень кстати. Не зря говорят, что жену соблазнить всего легче, когда она в ссоре с мужем. Достославному вашему Туллу Авфидию обеспечен военный успех, раз его мощный противник, Кориолан, больше не служит Риму.

Вольск.Это верно, обеспечен. А мне прямо повезло, что с тобой повстречались. Дело мое выполнено, и с веселым сердцем провожу тебя в Анциум, к нашим.

Римлянин.А я тебе в пути, до ужина, порасскажу о событиях в Риме, и все они на руку вам. Так у вас и войско наготове?

Вольск.Да еще какое! Центурии размещены по рубежу, готовы в дело, и дай только приказ – через час выступят.

Римлянин.Как это хорошо! И мои сведения, думаю, дадут толчок походу. Ну, в добрый час, рад нашей встрече.

Вольск.Вот именно, в час добрый. И уж я рад особенно.

Римлянин.Что ж, пошли.

Уходят.

Сцена 4

Перед домом Авфидия в Анциуме. Прикрывая плащом лицо, входитКориолан, одетый бедняком.

Кориолан

Входитгорожанин.

Горожанин

Кориолан

Горожанин

Кориолан

Горожанин

Кориолан

Горожанин уходит.

Уходит.

Сцена 5

В доме Авфидия. Слышна музыка. Входитслуга.

Первый слуга

Уходит. Входитвторой слуга.

Второй слуга

Уходит. ВходитКориолан.

Кориолан

Входитпервый слуга.

Первый слуга.Что надо, друг? Откуда ты? Здесь тебе не место. Прошу пожаловать за дверь.

Уходит.

Кориолан

Входитвторой слуга.

Второй слуга.Ты откуда здесь? Не иначе, привратник ослеп, что допускает сюда шантрапу. Уходи, будь ласков.

Кориолан.Прочь от меня!

Второй слуга.Чего? Сам убирайся прочь!

Кориолан.Меня ты раздражаешь.

Второй слуга.Дерзок же ты! Сейчас с тобой поговорят.

Входиттретий слуга; навстречу ему –первый.

Третий слуга.Кто этот пришлец?

Первый слуга.Таких странных я еще не видел. И не выгоню его никак. Позвать бы хозяина.

Третий слуга.Что тебе здесь надо, милейший? Ступай-ка отсюда.

Кориолан

Третий слуга. А званья ты какого?

Кориолан.Благородного.

Третий слуга.Обтрепалось твое благородие.

Кориолан.Не спорю.

Третий слуга.Пожалуйста, обтрепанное ваше благородие, поищите другую стоянку. Нечего тебе здесь. Давай ступай отсюда.

Кориолан

Отталкивает слугу.

Третий слуга.Не уйдешь по-доброму? Доложить надо хозяину, что за чудной к нему гость.

Второй слуга.Это я сейчас.

Уходит.

Третий слуга.А где твое жительство?

Кориолан.Под куполом небесным.

Третий слуга.Под кумполом?

Кориолан.Да.

Третий слуга.А где это?

Кориолан.В городе Коршуноворонском.

Третий слуга.Коршуноворонском? Ты, небось, ворона сам порядочная?

Кориолан.Нет, я же не служу у твоего хозяина.

Третий слуга.Ты моего хозяина трогать не смей.

Кориолан

Бьет третьего слугу и прогоняет. ВходитАвфидий со вторым слугой.

Авфидий

Второй слуга.Вот он где, господин мой. Я бы его палкой, как собаку, да не хотел нарушать застолье шумом.

Авфидий

Кориолан

Авфидий

Кориолан

Авфидий

Кориолан

Авфидий

Кориолан

Авфидий

Кориолан

Авфидий

Уходит. Вперед выходятдвое слуг.

Первый слуга.Вон как обернулось!

Второй слуга.А я его палкой хотел, вот провалиться мне. Но вовремя смекнул, что встречать его не по одежке надо.

Первый слуга.Какая силища в его руке! Большим и указательным как крутанет меня – я волчком завертелся.

Второй слуга.Нет, я по лицу увидел, что в нем что-то этакое… Такое, вижу, в лице у него что-то – не умею тебе сказать что.

Первый слуга.Вид такой какой-то – вот повесь меня, а понял я, что высокого полета птица.

Второй слуга.И я, вот с места не сойти. Другого, как он, во всем мире не сыщешь.

Первый слуга.Не сыщешь. А уж как воин заткнет он кое-кого за пояс – сам знаешь кого.

Второй слуга.Нашего хозяина?

Первый слуга.Да уж не важно кого.

Второй слуга.Шестерых таких заткнет.

Первый слуга.Шестерых не шестерых. Но одного заткнет.

Второй слуга.Оно, конечно, тут еще как сказать. На обороне города наш – лучше не надо.

Первый слуга.Да и на штурме тоже.

Входиттретий слуга.

Третий слуга.Ну, рабы, иду с новостью! Новость вам несу, мошенникам!

Первый и второй.Какую? Какую? Рассказывай давай!

Третий слуга.Я теперь согласен быть какого хочешь племени, только не римского. Теперь что римлянином быть, что смертником.

Первый и второй.А почему? Почему?

Третий слуга.Да потому, что с нами теперь Кай Марций, что полководца нашего привык чехвостить.

Первый слуга.Ты что это – чехвостить?

Третий слуга.Ладно, не чехвостить, но коса на камень вечно находила.

Второй слуга.Да ну, мы же тут все свои. Нашему с Каем Марцием век не сладить было. Наш сам признавался при мне.

Первый слуга.Тот всегда был нашему не в подам. У Кориол разделал нашего как отбивную.

Второй слуга.Изжарил бы и съел, будь Марций людоедом.

Первый слуга.Всю новость выложил, или еще что?

Третий слуга.А еще то, что его тут чествуют, точно он сын и наследник бога Марса: посадили на верхний конец стола; когда сенаторы у него хотят чего спросить, то непременно вставши и с непокрытой головой. А наш с ним, как с любовницей – руки его касается, будто святыни. Слушает его во все глаза и уши. Главная же новость та, что полководец наш ополовинился против вчерашнего – половину власти отдал Марцию по просьбе и согласию всего застолья. А тот сулится прямиком пойти да за уши привратника римского оттащить от ворот. Все перед собою скосит, выстрижет себе дорогу.

Второй слуга.Так оно и будет, воина другого нет такого.

Третий слуга.А как же! Так и будет! Потому как у него друзей не меньше, то есть, чем врагов; а только друзья, как бы сказать, не смели, значит, высунуться, объявиться то есть, покуда он в амиргации.

Первый слуга.В какой это амиргации?

Третий слуга.Но как увидят, то есть, что у него опять хохол торчком и кровь играет, тут же повыскочат из норок, будто кролики после дождя – и пойдет развеселая работа.

Первый слуга.А когда он выступит в поход?

Третий слуга.Да завтра же, сегодня же, сейчас. После обеда в барабан ударят. Как бы на закуску к пиру – губ не успевши обтереть.

Второй слуга.Ну, значит, все пойдет живее, раз война. А мир только оружье ржавит, портных распложает да сердцещипательные песенки рожает.

Первый слуга.Я тоже за войну. Война лучше ми- ра, как день лучше ночи. Война бодрит, подхлестывает, будит, будоражит. А мир – паралитик и соня. Он отупляет, усыпляет, окисляет, оглупляет. Он плодит больше выродков, чем война убивает солдат.

Второй слуга.Оно так. Если война, можно сказать, насильница, то ведь и мир награждает рогами великое число мужей.

Первый слуга.И ненависть взаимную разводит в людях.

Третий слуга.А отчего? А оттого, что в мирное время люди меньше друг в друге нуждаются. Нет, мне подавай войну. Вот увидите, скоро римляне дешевле станут вольсков. – Встают, встают из-за стола.

Первый и второй.Бежим туда скорее!

Убегают.

Сцена 6

Площадь в Риме. Входяттрибуны – Сициний и Брут.

Сициний

Брут

ВходитМенений.

Сициний

Менений

Сициний

Менений

Сициний

Менений

Входяттрое-четверо горожан.

Горожане

Сициний

Брут

Первый горожанин

Сициний

Брут

Горожане

Оба трибуна

Горожане уходят.

Сициний

Брут

Сициний

Менений

Сициний

Брут

Входитэдил.

Эдил

Менений

Сициний

Брут

Менений

Сициний

Брут

Входитгонец.

Гонец

Сициний

Гонец

Сициний

Гонец

Сициний

Брут

Сициний

Менений

Входитвторой гонец.

Второй гонец

ВходитКоминий.

Коминий

(трибунам)

Менений

Коминий

Менений

Коминий

Менений

Коминий

Менений

Коминий

Менений

Брут

Коминий

Менений

Коминий

Менений

Коминий

Оба трибуна

Менений

Коминий

Входят толпойгорожане.

Менений

(Толпе.)

Горожане

Первый горожанин

Второй горожанин.То же и я сказал.

Третий горожанин.То же и я. И, честно сказать, многие, многие наши то же самое говорили. Мы хотели как лучше, и хотя согласились изгнать, но против нутряного нашего согласия.

Коминий

Менений

Коминий

Оба уходят.

Сициний

Первый горожанин.Смилуйся над нами боги! По домам, ребята, по домам. Я всегда говорил, что гнать его – неправедное дело.

Второй горожанин.Все мы это говорили. Ну да идем уж.

Горожане уходят.

Брут

Сициний

Брут

Сициний

Уходят.

Сцена 7

Стан вольсков близ Рима. ВходитАвфидий с военачальником, своим заместителем.

Авфидий

Военачальник

Авфидий

Военачальник

Авфидий

Военачальник

Авфидий

Уходят.

Акт V

Сцена 1

Площадь в Риме. ВходятМенений, Коминий, Сициний с Брутом и другие.

Менений

Коминий

Менений

Коминий

Менений

Коминий

Менений

Коминий

Менений

Сициний

Менений

Сициний

Менений

Брут

Менений

Сициний

Менений

Брут

Менений

Уходит.

Коминий

Сициний

Коминий

Уходят.

Сцена 2

Стан вольсков под Римом. ВходитМенений. Навстречу ему –стража.

Первый часовой

Второй часовой

Менений

Первый часовой

Менений

Первый часовой

Второй часовой

Менений

Первый часовой

Менений

Первый часовой.Нет уж, хоть налги ты в его пользу столько же коробов, сколько наговорил в свою, все равно не пущу – даже если б ложь не меньше почиталась, чем чистота и честность. Так что ступай назад.

Менений.Вспомни, любезный, что меня зовут Менений – что я всегда ратовал за вашего полководца.

Второй часовой.Пускай ты ратовал за него своей ложью, как сам признаешься, – а я служу ему верой и правдой, и говорю правдиво, что не пропущу. Так что ступай назад.

Менений.А обедал он уже, не знаешь? Я бы хотел с ним говорить с отобедавшим.

Первый часовой.Ты римлянин, ведь так?

Менений.Да, как и твой полководец.

Первый часовой.Тогда ты, как и он, должен возненавидеть Рим. Вы прогнали, вышвырнули из своих ворот главного их защитника. Вы, обуянные плебейской дуростью, отдали врагу свой щит – и теперь хотите заслониться от возмездия дешевыми стонами старух, молящими ладошками невинных дочерей да безмозглыми увещаньями трясучих старичков вроде тебя. Ты издыхающим своим дыханьем надеешься задуть полымя пожара, которое вот-вот пожрет ваш город? Обманываешься, старик. Так что возвращайся в Рим и готовься принять казнь. Вы обречены на смерть. Наш полководец поклялся не давать вам никакой пощады.

Менений.Знай тот, у кого ты под началом, что я здесь, – меня бы окружили уваженьем.

Первый часовой.Мои начальники тебя не знают.

Менений.Я о полководце твоем говорю.

Первый часовой. Плевал мой полководец на тебя. Отправляйся назад, говорят тебе. А не то выпущу из тебя последний стакан крови… Назад!.. Больше стакана в тебе не осталось. Назад!

Менений.Да что ты, малый, что ты!..

ВходятКориолан и Авфидий.

Кориолан.Что тут происходит?

Менений.Сейчас тебе, невеже, достанется. Увидишь сейчас, как меня уважают. Поймешь, что грубияну караульному не окараулить от меня сыночка моего Кориолана. Гляди вот, как он меня примет. Сейчас поймешь, что не миновать тебе виселицы или другой казни, еще мучительней и долгозрелищней, – так что заранее вались в обморок от страха. (Кориолану.) Да пекутся о тебе денно и нощно преславные боги и да любят они тебя так же, как старый твой батька Менений. О сын мой, сын мой! Ты обрек нас лютому пожару. Но я угашу его пламя вот этой водою из глаз. Меня с трудом уговорили пойти сюда, уверив, что один лишь я способен тебя умолить. Меня вынесло, выдуло из наших ворот горькими вздохами римлян. Заклинаю тебя – прости Рим, помилуй своих кающихся соотечественников. Умягчи божья милость твой гнев и обрушь его остатки на этого негодника – вот на этого, что уперся как пень и не пускал к тебе.

Кориолан

Менений

Кориолан

Отдает.

Авфидий

Кориолан и Авфидий уходят.

Первый часовой.Так ты говоришь, зовут тебя Менений?

Второй часовой.Имя это обладает и впрямь волшебной силой. Обратно домой сам дойдешь, не заблудишься?

Первый часовой.Слыхал, как нам досталось, что не пропустили твое величество?

Второй часовой.Так я не понял – отчего нам в обморок-то падать?

Менений.Опостылел мне и полководец ваш, и белый свет. А вы – вас я еле различаю, такая вы мелкая шушваль. Кому жизнь немила, тому и смерть нестрашна. Пусть ваш командующий делает что хочет. А вы живите долго – и с каждым годом все злосчастнее и шушвальнее. Как мне сказали, так и вам скажу: «Прочь от меня!»

Уходит.

Первый часовой.А человек он, ей-же-ей, достойный.

Второй часовой.Наш полководец – вот уж кто достойный человек. Он как скала, как дуб, не сгибаемый никаким ветром.

Уходят.

Сцена 3

Перед шатром Кориолана. ВходятКориолан, Авфидий и другие.

Кориолан

Авфидий

Кориолан

(Шум за сценой.)

ВходятВиргилия, Волумния с маленьким Марцием, Валерия и сопровождающие.

Виргилия

Кориолан

Виргилия

Кориолан

Волумния

Опускается на колени.

Кориолан

Волумния

Кориолан

Волумния

Кориолан

Волумния

Кориолан

Волумния

Кориолан

Волумния

Кориолан

Волумния

Виргилия

Маленький Марций

Кориолан

Встает.

Волумния

Кориолан берет ее за руку, молча держит.

Кориолан

Авфидий

Кориолан

Авфидий

(в сторону)

Кориолан

(Волумнии)

Уходят.

Сцена 4

Улица в Риме. ВходятМенений и Сициний.

Менений.Видишь ты на Капитолии вон тот угловой камень здания сената?

Сициний.Вижу. А что?

Менений.Если мизинцем сдвинешь этот камень, тогда есть надежда, что этим римлянкам – то бишь, матушке его – удастся умолить сына. Надежды ни малейшей, говорю тебе. Мы обречены; все пойдем под нож.

Сициний.Но возможно ли, чтобы в столь короткое время изменился весь человек?

Менений.Меж гусеницею и мотыльком есть разница; однако мотылек был прежде гусеницей. Этот Марций из человека стал драконом. Он уже не ползучая тварь, он сделался крылат.

Сициний.Он сильно любил свою мать.

Менений.Меня тоже. А теперь позабыл ее начисто, как восьмигодовалый конь свою матку. Жесткость его лица способна уксусно окислить спелый виноград. Поступь у него, как у таранной башни, и земля под ним гнется. Взгляд его пробивает броню, голос звучит колоколом погребальным, рычанье его рушит стены. Он восседает, как статуя Александра Великого. Он еще и очередного веленья не кончил, а оно уж исполнено. Чтобы стать богом, не хватает ему лишь бессмертия и престола небесного.

Сициний.И милосердия, если ты верно описал Марция.

Менений.Я его обрисовал, как есть. Увидишь, матушка ни с чем вернется. От него милосердия ждать, что молока от козла – верней, от свирепого тигра. Наш бедный город в этом убедится – и все из-за тебя.

Сициний.Оборони нас боги!

Менений.Нет уж, боги нас оборонять не станут. Изгнав Кориолана, мы тем самым отступились от богов. И теперь, когда он явится по нашу душу, боги отступятся от нас.

Входитгонец.

Гонец

Входитвторой гонец.

Сициний

Второй гонец

Сициний

Второй гонец

За сценой трубы, гобои, барабаны, радостные клики.

(Новые возгласы.)

Менений

По-прежнему музыка, возгласы.

Сициний

Второй гонец

Сициний

Второй гонец

Сициний

Уходят.

Сцена 5

Улица близ городских ворот. Входятдва сенатора, предваряя торжественный проходВолумнии,Виргилии,Валериив сопровождениизнати и горожан.

Сенатор

Все

Фанфарный клич труб, барабанный бой. Все уходят.

Сцена 6

Площадь в Кориолах. ВходятТулл Авфидий со свитой.

Авфидий

Свита уходит. Входяттрое или четверо заговорщиков.

Первый заговорщик

Авфидий

Второй заговорщик

Авфидий

Третий заговорщик

Авфидий

Третий заговорщик

Авфидий

Первый заговорщик

Авфидий

За сценой барабаны, трубы, возгласы народа.

Первый заговорщик

Второй заговорщик

Третий заговорщик

Авфидий

Входятгородские власти и сановники вольсков.

Вельможи

Авфидий

Все

Первый вельможа

Авфидий

ВходитКориоланпод барабаны, со знаменами. Следом идутгорожане.

Кориолан

Авфидий

Кориолан

Авфидий

Кориолан

Авфидий

Кориолан

Авфидий

Кориолан

Первый вельможа

Кориолан

Первый вельможа

Кориолан

Авфидий

Заговорщики

Горожане. На части его разорвать! – На месте! – Он сына моего убил! – Дочку мою! – Моего брата Марка! – У меня убил отца!

Второй вельможа

Кориолан

Авфидий

Заговорщики

Заговорщики, обнажив мечи, убивают Кориолана. Авфидий становится ногой на его труп.

Вельможи

Авфидий

Первый вельможа

Второй вельможа

Третий вельможа

Авфидий

Первый вельможа

Второй вельможа

Авфидий

Уходят с телом Кориолана под похоронный марш.

Цимбелин

Действующие лица

Цимбелин, король Британии.

Клотен, сын королевы от первого брака.

Леонат Постум, муж Имогены.

Беларий, изгнанный вельможа, скрывающийся под именем Моргана.

Арвираг,Гвидерий– сыновья Цимбелина, скрывающиеся под именами Полидора и Кадвала, мнимых сыновей Моргана.

Филарио, друг Постума, итальянец.

Якимо, друг Филарио, итальянец.

Француз, друг Филарио.

Кай Луций, римский полководец.

Римский военачальник.

Два британских военачальника.

Пизанио, слуга Постума.

Корнелий, врач.

Два дворянина.

Два тюремщика.

Королева, жена Цимбелина.

Имогена, дочь Цимбелина от первого брака.

Елена, прислужница Имогены.

Вельможи,дамы,римские сенаторы,трибуны,призраки,прорицатель,голландец,испанец,музыканты,офицеры,солдаты,гонцыислуги.

Место действия – Британия и Италия.

Акт I

Сцена 1

Британия. Сад за дворцом Цимбелина. Входят два дворянина.

Первый дворянин

Второй дворянин

Первый дворянин

Второй дворянин

Первый дворянин

Второй дворянин

Первый дворянин

Второй дворянин

Первый дворянин

Второй дворянин

Первый дворянин

Второй дворянин

Первый дворянин

Второй дворянин

Первый дворянин

Второй дворянин

Первый дворянин

Второй дворянин

Первый дворянин

Уходят.

Входяткоролева, Постум и Имогена.

Королева

Постум

Королева

Уходит.

Имогена

Постум

Входиткоролева.

Королева

(В сторону.)

Уходит.

Постум

Имогена

Постум

(Надевая кольцо.)

(надевает ей на руку браслет)

Имогена

ВходятЦимбелин и вельможи.

Цимбелин

Постум

Уходит.

Имогена

Цимбелин

Имогена

Цимбелин

Имогена

Цимбелин

Имогена

Цимбелин

Имогена

Цимбелин

Имогена

Цимбелин

Имогена

Входиткоролева.

Цимбелин

(Королеве.)

Королева

Цимбелин

Уходит.

Королева

(Имогене)

ВходитПизанио.

(К Пизанио.)

Пизанио

Королева

Пизанио

Королева

Имогена

Пизанио

Королева

Пизанио

Королева

(Имогене)

Имогена

(к Пизанио)

Уходят.

Сцена 2

ВходятКлотен и двое вельмож.

Первый вельможа. Принц, я бы советовал вам переменить рубашку. Вы так распалены неистовым поединком, что пар валит от вас, как от только что принесенной жертвы. Ветер входит туда же, откуда выходит, но никакой ветер так не благоухает, как то, что испускаете вы.

Клотен.Я меняю рубашку, только когда она окровавлена. Вывел я его из строя?

Второй вельможа(в сторону). Ей-богу, нет. Даже из себя не вывел.

Первый вельможа. Вывели из строя? Если вы не ранили его, значит, он весь – один дырявый скелет; у него не тело, а проезжая дорога для шпаг, если вы не ранили его.

Второй вельможа(в сторону). Его шпага избегала противника, каквельможакредитора; она ходила стороной.

Клотен.Негодяй не мог устоять передо мною!

Второй вельможа(в сторону). Как же он мог устоять, когда не стоял, а шел прямо на тебя!

Первый вельможа. Кто устоит перед вами! У вас и так достаточно земель, а противник, отходя, уступал вам еще и ту землю, что была под ним.

Второй вельможа(в сторону). В ней не больше дюймов, чем у тебя океанов. Олухи!

Клотен.Ух, как я зол, что нас растащили!

Второй вельможа(в сторону). И я! А то бы ты шлепнулся и показал нам, какой длины бывает дурак врастяжку.

Клотен.И как это она могла влюбиться в такого мерзавца и отказать мне!

Второй вельможа(в сторону). Да, если правильный выбор – грех, не спастись ей от вечного проклятия.

Первый вельможа. Принц, я всегда говорил вам, что ее красота и разум не в ладу друг с другом. Лицо ее так и светится красотой, но я не замечал, чтобы ум у нее был светлый.

Второй вельможа(в сторону). Еще бы! Она боится светить на дураков, чтобы ей не повредило отражение.

Клотен.Пойдем ко мне. Все-таки досадно, что из этой встречи не вышло беды.

Второй вельможа(в сторону). Не нахожу. Ну убили бы осла – так это еще небольшая беда.

Клотен.Идете вы с нами?

Первый вельможа. Я вскоре последую за вами, принц.

Клотен.Ну нет, идем все вместе.

Второй вельможа. Извольте, ваше высочество.

Уходят.

Сцена 3

Комната во дворце Цимбелина. ВходятИмогена и Пизанио.

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Входитпридворная дама.

Придворная дама

Имогена

(к Пизанио)

Пизанио

Уходят.

Сцена 4

Рим. В доме Филарио. ВходятФиларио, Якимо, француз, голландец и испанец.

Якимо.Поверьте, синьор, я знал его в Британии. Слава его росла, и все ждали, что он оправдает те достоинства, которые ему теперь приписывают. Но я взирал на него без всякого восхищения, хотя уж и тогда рядом с ним вывешивали список его доблестей, так что я мог прочитать его по пунктам.

Филарио.Ты говоришь о временах, когда он еще не обладал всеми теми совершенствами души и тела, которые украшают его теперь.

Француз.Я встретил его во Франции, но там было немало людей, которые не хуже его умели смотреть на солнце, не жмурясь.

Якимо.А вся эта история с женитьбой на дочери короля! Его теперь судят скорее по достоинствам принцессы, чем по его собственным, потому так и превозносят.

Француз.И потом это изгнанье…

Якимо.Вот-вот – сторонники принцессы, оплакивающие ее горе и печальную разлуку, как раз и рады возвеличить этого Постума. Своей хвалой они стараются доказать, что она сделала правильный выбор. Выйди она замуж за нищего, не обладающего всеми совершенствами, такой поступок не выдержал бы и самого легкого обстрела. Но каким образом он поселился у вас? Как вы завели с ним знакомство?

Филарио.Мы с его отцом оба были воинами, вместе сражались. И не раз я ему бывал обязан жизнью. (ВходитПостум.) Вот идет наш британец. Примите его, как подобает людям вашего положения принять достойного чужеземца. (Знакомит с Постумом.) Прошу вас всех поближе познакомиться с моим благородным гостем и другом. Он достоин вашей дружбы, и время скоро убедит вас в его доблестях, поэтому сейчас, в его присутствии, я не стану воздавать ему хвалу.

Француз.По-моему, мы с вами уже встречались в Орлеане?

Постум.Да, и с того времени я ваш неоплатный должник. Вы оказали мне так много любезностей, что, сколько бы я ни старался уплатить свой долг, я так и не смог бы расплатиться до конца.

Француз.О, вы преувеличиваете мою ничтожную услугу. Я рад был примирить вас с моим земляком. Было бы обидно, если бы такая пустячная ссора привела к кровавой развязке.

Постум.Простите, сударь, тогда я был молодым путешественником и предпочитал поступать по-своему, а не руководствоваться мнением людей более опытных. Теперь – прошу не счесть это хвастовством – я стал рассудительнее и все же считаю, что повод для ссоры был в тот раз не так уж ничтожен.

Француз.Может быть, но, во всяком случае, не стоило решать спор мечами. Особенно таким противникам, как вы. Ведь ваш поединок мог кончиться только смертью одного или обоих.

Якимо.Не будет ли нескромностью спросить, что послужило причиной этой ссоры?

Француз.О нет! Ссора произошла публично, и нет никаких оснований о ней умалчивать. Это было очень похоже на наш вчерашний спор, когда каждый из нас превозносил красавиц своей страны. В те дни этот дворянин утверждал и был готов подтвердить свое мнение кровью, что его дама прекраснее, добродетельнее, умнее, а главное, неприступнее, чем самая прелестная дама Франции.

Якимо.А теперь либо эта дама скончалась, либо ее рыцарь уже не настаивает на своем утверждении?

Постум.Я остался при своем мнении, так же как она при своей добродетели.

Якимо.Но не станете же вы утверждать, что она превосходит наших итальянок?

Постум.Если меня к этому принудят, как тогда во Франции, я не отступлюсь от своего мнения; пусть даже меня сочтут не ее возлюбленным, а лишь поклонником ее совершенств.

Якимо.Как! Сравнить ее по красоте и добродетели с итальянками! Нет, это даже при игре словами слишком лестно для любой британской дамы! Пусть она даже превосходит всех дам, которых я знаю, как этот перстень на вашем пальце превосходит все перстни, которые мне доводилось видеть, – я и тогда скажу: она лучше многих! Но ведь я не видел самого лучшего в мире перстня, а вы – лучшей в мире дамы.

Постум.Я оцениваю ее по ее собственным достоинствам, так же как и свой перстень.

Якимо.А как вы их оцениваете?

Постум.Выше всех даров вселенной.

Якимо.Значит, ваша несравненная дама умерла, если такую безделушку вы оцениваете выше ее?

Постум.Вы ошибаетесь. Перстень может быть куплен или подарен. Куплен тем, у кого есть достаточно денег для покупки, подарен тому, кто заслуживает такого подарка. Дама, о которой я говорю, не может быть куплена. Она – дар богов.

Якимо.И боги поднесли ее в дар вам?

Постум.Да, и по милости богов она останется моей.

Якимо.Конечно, по имени вы можете считать ее своей. Но знаете, утки любят ловить рыбу в соседском пруду. Перстень ваш тоже может быть украден. Итак, оба ваши бесценные сокровища ненадежны. Ловкий вор и опытный волокита могут лишить вас и той и другой драгоценности.

Постум.Никогда! Во всей Италии не найдется такого искусного волокиты, который мог бы одержать победу над честью владычицы моего сердца. Воров у вас здесь достаточно, не сомневаюсь, и тем не менее за свой перстень я тоже не боюсь.

Филарио.Прекратите этот разговор, синьоры.

Постум.Охотно. Мне очень приятно, что этот достойный синьор не считает меня чужим. Мы с ним сразу сблизились.

Якимо.Вы в этом уверены? Один разговор, раз в пять длиннее этого, и я отбил бы у вас вашу красавицу. Представься мне только случай поухаживать за ней, я бы мигом заставил ее сдаться.

Постум.Ну нет!

Якимо.Я готов побиться об заклад на половину моего состояния против вашего перстня, хотя, на мой взгляд, оно стоит несколько больше. Но ведь я оспариваю не столько честь вашей дамы, сколько вашу уверенность в ней. А для того чтобы мое предложение не оскорбило вас, я готов попытаться соблазнить любую женщину в мире, а не вашу даму.

Постум.Вы заблуждаетесь в своих чересчур смелых утверждениях. Я не сомневаюсь, что ваши попытки встретят то, чего заслуживают.

Якимо.Что же?

Постум.Отказ. Хотя подобная попытка, как вы ее называете, заслуживает не только отказа, но и наказания.

Филарио.Синьоры, довольно. Ваш спор возник внезапно, пусть он так же и закончится. Прошу вас сначала познакомиться поближе.

Якимо.Я готов ответить за свои слова не только своим состоянием, но и состоянием своих родных.

Постум.Какую даму вы избираете для своей попытки?

Якимо.Вашу, которую вы считаете такой недоступной и верной. Ставлю десять тысяч дукатов против вашего перстня! Но вы должны дать мне возможность проникнуть во дворец принцессы и, не больше чем после второго свидания, я вам привезу ее честь, хоть вы и считаете ее такой неприступной.

Постум.Против вашего золота я тоже ставлю золото! Этот перстень дорог мне, как мой палец, – он часть его.

Якимо.И вы боитесь его потерять? Но заплатите вы даже миллион за золотник женского мяса, вам и тогда не уберечь его от порчи. Впрочем, я вижу, что для вас она святыня и потому вы так боитесь.

Постум.Ваш язык болтает по привычке; я надеюсь, что намерения у вас не столь бесчестны.

Якимо.Я хозяин своему слову и клянусь, я готов отвечать за предложенный мной заклад.

Постум.Да? Ну что же, я готов отдать в залог мой перстень до вашего возвращения. Мы подпишем договор по всей форме. Добродетель моей дамы стоит выше всех ваших недостойных замыслов, ей нечего опасаться. Ну, так я принимаю ваш вызов. Вот мой перстень!

Филарио.Я не допущу такого заклада!

Якимо.Клянусь богами, заклад состоялся! Если я не привезу вам достаточных доказательств, что насладился владычицей вашего сердца, то мои десять тысяч дукатов принадлежат вам вместе с перстнем. Если я вернусь, оставив ее такой же непорочной, какой вы ее считаете, то она – ваше сокровище, и ваш перстень и мое золото принадлежат вам. Но все это при том условии, что вы мне дадите рекомендательное письмо и я получу к ней свободный доступ.

Постум.Согласен! Но и я поставлю условие. Если вы по возвращении доставите мне явные доказательства вашей победы – мы с вами не враги, ибо в таком случае дама не стоит нашего спора. Если же она отвергнет вас и вы не сможете доказать ее измены, то вы с мечом в руках ответите мне за ваше оскорбительное мнение о ней, за дерзкое покушение на ее честь!

Якимо.По рукам! Я согласен. Мы скрепим наш спор договором, и я немедленно отправляюсь в Британию. Боюсь, что, если буду медлить, пыл ваш угаснет и наш заклад зачахнет без пищи. Иду за деньгами, и мы сейчас же составим письменное условие.

Постум.Согласен!

Постум и Якимо уходят.

Француз.Как вы полагаете, они доведут спор до конца?

Филарио.Да, Якимо не отступится. Пойдем за ними!

Уходят.

Сцена 5

Британия. Комната во дворце Цимбелина. Входяткоролева, придворные дамы и Корнелий.

Королева

Первая дама

Королева

Придворные дамы уходят.

Корнелий

(Подает ей ящичек.)

Королева

Корнелий

Королева

ВходитПизанио.

(В сторону.)

(Громко.)

Корнелий

(в сторону)

Королева

(к Пизанио)

Корнелий

(в сторону)

Королева

(Корнелию)

Корнелий

Уходит.

Королева

(к Пизанио)

Роняет ящичек. Пизанио поднимает его.

Пизанио уходит.

ВходятПизанио и придворные дамы.

Разглядывает цветы.

Пизанио

Королева и придворные дамы уходят.

Уходит.

Сцена 6

Там же. Другая комната. ВходитИмогена.

Имогена

ВходятПизанио и Якимо.

Пизанио

Якимо

Имогена

Якимо

(в сторону)

Имогена (читает). «Он принадлежит к одному из самых благородных домов, и я бесконечно обязан его доброте. Прими его достойно, если тебе дорог твой преданный Леонат».

Якимо

(Пристально смотрит на нее.)

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

(К Пизанио.)

Пизанио

Уходит.

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Якимо

Имогена

Уходят.

Акт II

Сцена 1

Британия. Двор перед дворцом Цимбелина. ВходятКлотен и двое вельмож.

Клотен.Видел ли кто такое невезение? Мой шар катится прямо к цели, как вдруг налетает второй шар – бац! – ста фунтов у меня как не бывало! А этот ублюдок с обезьяньей рожей еще кричит, зачем я ругаюсь, как будто я беру ругательства у него взаймы и не имею права ругаться, сколько мне вздумается!

Первый вельможа.А чего он добился? Вы проломили ему голову шаром, и делу конец.

Второй вельможа(в сторону). Было бы у него столько ума, сколько у тебя, так мозгу не вытекло бы ни одной капли.

Клотен.Пусть знает, что, когда знатному человеку придет охота ругаться, никто из присутствующих не смеет его останавливать.

Второй вельможа. Конечно, принц! (В сторону.) Так же как и ты не имеешь права терзать наш слух своей руганью.

Клотен.Сукин сын! Он еще требует удовлетворения! Как бы не так! Вот будь он мне ровней…

Второй вельможа(в сторону). То есть будь он такой же круглый дурак, как ты…

Клотен.Чума его возьми! Из-за чего-нибудь другого я бы так не разозлился. Лучше бы уж я не принадлежал к такому высокому роду. Из-за того, что мать моя – королева, никто не смеет драться со мной. Любой мужлан может в свое удовольствие драться с кем захочет и сколько захочет, а я вынужден шагать как петух, к которому никто не смеет подступиться!

Второй вельможа(в сторону). Не петух ты, а каплун! Петушиного в тебе только то, что ты петушишься.

Клотен.Что ты сказал?

Второй вельможа. А то, что вам не пристало драться с каждым, кого вы оскорбляете.

Клотен.Конечно! Но мне пристало оскорблять всех, кто ниже меня.

Второй вельможа. Это только вам и пристало, ваше высочество.

Клотен.Вот и я то же самое говорю.

Первый вельможа.Слыхали вы, принц, что ко двору прибыл чужестранец?

Клотен.Как! Прибыл чужестранец, а я этого еще не знаю?

Второй вельможа(в сторону). Ты еще, например, не знаешь того, что ты дурак.

Первый вельможа.Он итальянец и, говорят, друг Постума.

Клотен.Друг этого изгнанного подлеца? Значит, он сам тоже подлец! Кто тебе сказал об этом итальянце?

Первый вельможа.Один из ваших пажей.

Клотен.А что, если я пойду и посмотрю на него? Ведь этим я себя не унижу в глазах света?

Первый вельможа.Вам невозможно себя унизить, ваше высочество.

Клотен.Я тоже так думаю!

Второй вельможа(в сторону). Ты такой отъявленный дурак и так низок, что ниже тебе уже не стать, как ни старайся.

Клотен.Пойду взгляну на этого итальянца! А то, что я проиграл в шары днем, отыграю у него сегодня вечером.

Второй вельможа. Я следую за вами, принц!

Клотен и первый вельможа уходят.

Второй вельможа

Уходит.

Сцена 2

Спальня Имогены. В углу стоит сундук. Имогеначитает, лежа в постели. В отдаленииЕлена.

Имогена

Елена

Имогена

Елена

Имогена

Елена уходит.

Засыпает. Из сундука вылезаетЯкимо.

Якимо

Снимает с ее руки браслет.

Бьют часы.

Прячется в сундук.

Сцена 3

Комната, примыкающая к покоям Имогены. ВходятКлотен и двое вельмож.

Первый вельможа.Вы, принц, поразительно спокойно относитесь к проигрышу. Я никогда не видал такого хладнокровного игрока.

Клотен.Когда проигрываешься в пух и прах, поневоле чувствуешь холод.

Первый вельможа.Но редко кто так мирится с проигрышем. Зато, выигрывая, вы становитесь сущим дьяволом.

Клотен.Еще бы! Выигрыш горячит и бодрит! Овладеть бы мне только этой дурой Имогеной! Вот тогда бы я набил золотом карманы! – Что это? Светает?

Первый вельможа.Уже утро, принц.

Клотен.Так тащите сюда музыкантов! Мне советовали каждое утро преподносить Имогене порцию музыки!

Входятмузыканты.

Песня

ВходятЦимбелин и королева.

Второй вельможа. Король идет!

Клотен.Вот и чудесно, что я не ложился спать. Теперь можно сказать, что чуть свет – я уж на ногах! Король обрадуется, что я так люблю его дочь. С добрым утром, ваше величество, с добрым утром, матушка!

Цимбелин

Клотен.Я пытался атаковать ее слух музыкой, но она не обратила на меня ни малейшего внимания.

Цимбелин

Королева

Клотен.Что? Глух и нем! Ну нет!

Входитгонец.

Гонец

Цимбелин

Цимбелин и королева уходят.

Клотен

(Стучит в дверь.)

Входитпридворная дама.

Дама

Клотен

Дама

Клотен

Дама

Клотен

Дама

Клотен

Дама

ВходитИмогена.

Клотен

Имогена

Клотен

Имогена

Клотен

Имогена

Клотен

Имогена

Клотен

Имогена

Клотен

Имогена

Клотен

Имогена

Клотен

ВходитПизанио.

Имогена

Клотен

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио уходит.

Клотен

Имогена

Клотен

Имогена

Уходит.

Клотен

Уходит.

Сцена 4

Рим. Комната в доме Филарио. ВходятПостум и Филарио.

Постум

Филарио

Постум

Филарио

Постум

ВходитЯкимо.

Филарио

Постум

Филарио

Постум

Якимо

Постум

Якимо

Постум

Якимо

Филарио

Якимо

Постум

(читая письмо)

Якимо

Постум

Якимо

Постум

Якимо

Постум

Якимо

Постум

Якимо

Постум

Якимо

Постум

Якимо

Постум

Якимо

Постум

Якимо

Достает браслет.

Постум

Якимо

Постум

Якимо

Постум

Филарио

Постум

Якимо

Постум

Филарио

Постум

Якимо

Постум

Якимо

Постум

Якимо

Постум

Якимо

Постум

Уходит.

Филарио

Якимо

Уходят.

Сцена 5

Там же. Другая комната. ВходитПостум.

Постум

Уходит.

Акт III

Сцена 1

Британия. Тронный зал во дворце Цимбелина. Входят с одной стороныЦимбелин, королева, Клотен и вельможи; с другой –Кай Луций со свитой.

Цимбелин

Луций

Королева

Клотен

Королева

Клотен.Да что там долго толковать! Не будем мы больше платить дани, и все тут! Государство наше теперь посильней, чем было тогда, да и Цезарей таких больше нет. У нынешних носы, может, и погорбатей, да руки покороче.

Цимбелин. Сын мой, дай договорить королеве.

Клотен.Среди нас найдутся такие, у которых хватка не хуже, чем у Кассивелауна. Не скажу, что я из их числа, но и у меня тоже кулаки здоровые. Какая такая дань? Почему это мы должны платить ее? Вот если бы Цезарь завесил солнце простыней или луну себе в карман сунул – ну, тогда бы мы ему за свет платили. А теперь – дудки, не будет вам никакой дани, понятно?

Цимбелин

Луций

Цимбелин

Луций

Клотен.Его величество рад вам. Проведите с нами денек-другой, а погостится, так и дольше. А вернетесь к нам с иными намерениями, найдете нас на том же острове, опоясанном соленой водицей. Удастся вам выбить нас с острова – ваше счастье, берите его себе! Костьми поляжете – тем лучше, знатная закуска достанется вашим воронам. Другого ничего не скажешь.

Луций.Да, принц.

Цимбелин

Уходят.

Сцена 2

Другая комната во дворце. ВходитПизанио, читая письмо.

Пизанио

(Читает.)

ВходитИмогена.

Имогена

Пизанио

Имогена

(Читает.)

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Уходят.

Сцена 3

Уэльс. Гористая местность. В скалах пещера. Из пещеры выходитБеларий; за нимГвидерий и Арвираг.

Беларий

Гвидерий

Арвираг

Беларий

Гвидерий

Арвираг

Беларий

Гвидерий

Беларий

Гвидерий и Арвираг уходят.

Уходит.

Сцена 4

Местность близ Мильфорда. ВходятПизанио и Имогена.

Имогена

Пизанио подает ей письмо.

Пизанио

Имогена (читает). «Твоя госпожа, Пизанио, оказалась потаскушкой и опозорила мое брачное ложе. Сердце мое облилось кровью от доказательств ее измены. Я говорю не о каких-то ничтожных подозрениях; доказательства так же сильны, как мое горе, и так же верны, как, надеюсь, будет мое мщение. Ты должен отомстить за меня, Пизанио, если ее измена не поколебала твоей верности. Лиши Имогену жизни твоей собственной рукой. Эта возможность представится тебе в Мильфордской гавани, куда завлечет ее мое письмо. Если ты побоишься убить распутницу и не уверишь меня в ее смерти, значит, ты сообщник ее бесчестья и изменил мне так же как она».

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Пизанио

Имогена

Уходят в разные стороны.

Сцена 5

Комната во дворце Цимбелина. ВходятЦимбелин, королева, Клотен, Луций и вельможи.

Цимбелин

Луций

Цимбелин

Луций

Цимбелин

(вельможам)

Луций

(Клотену)

Клотен

Луций

Цимбелин

Луций и вельможи уходят.

Королева

Клотен

Цимбелин

Королева

Цимбелин

Один из вельмож уходит.

Королева

Вельможавозвращается.

Цимбелин

Вельможа

Королева

Цимбелин

Уходит.

Королева

(Клотену)

Клотен

Королева

Клотен уходит.

Клотенвозвращается.

Клотен

Королева

Королева уходит.

Клотен

ВходитПизанио.

Пизанио

Клотен

Пизанио

Клотен

Пизанио

Клотен

Пизанио

Подает письмо.

Клотен

Пизанио

(в сторону)

Клотен

(читая письмо)

Пизанио

(в сторону)

Клотен

Пизанио

Клотен.Это рука Постума! Да, я ее знаю! – Эй, бездельник! Если ты перестанешь мошенничать и будешь верно служить мне, будешь точно и честно исполнять все мои приказания, какие бы они ни были бесчестные, то я буду считать тебя честным и можешь рассчитывать на мою помощь. Ты нужды знать не будешь, и я тебя вознесу.

Пизанио.Я согласен, мой добрый принц.

Клотен.Будешь ты служить мне? Ты так терпеливо и преданно служил этому нищему Постуму, что уж из одной благодарности станешь моим верным слугой. Будешь служить мне?

Пизанио.Буду, ваше высочество.

Клотен.Держи руку – вот тебе кошелек! Сохранилось у тебя какое-нибудь платье твоего бывшего господина?

Пизанио.Да, принц, у меня в комнате лежит то самое платье, в котором он прощался с госпожой перед отъездом.

Клотен.Иди и тащи сюда это платье. Пусть это будет твоей первой услугой. Ступай!

Пизанио.Иду, ваше высочество!

Уходит.

Клотен.Мне нужно застать ее в Мильфорде. Эх, черт, забыл спросить его, ну да это не уйдет. Вот так-то, Постум, негодяй ты этакий, я и убью тебя. Принес бы он поскорее платье! Она сказала – до сих пор у меня от этих слов сердце желчью исходит! – что обноски Постума ей дороже моей светлейшей особы, украшенной всеми моими достоинствами. Так вот в этих обносках Постума я насильно овладею ею, но прежде на ее глазах убью его. Вот тут-то она и увидит мою доблесть и раскается в своем высокомерии. Он будет повержен в прах, я надругаюсь над его трупом, а затем утолю свою страсть, но, чтобы еще сильнее поиздеваться над красавицей, проделаю все это в платье, которое она так высоко оценила. А потом пинками погоню ее обратно домой! Тебе доставляло удовольствие презирать меня, а мне радостно будет отомстить тебе.

Пизанио возвращается с платьем.

Клотен.Это то самое платье?

Пизанио.То самое, принц.

Клотен.А давно принцесса отправилась в Мильфорд?

Пизанио.Едва ли она уже успела туда добраться, ваше высочество.

Клотен.Отнеси платье в мою комнату; это твоя вторая услуга, а третья – никому ни слова не говори о моих намерениях. Будь только верен, и тебе не придется долго ждать повышения. Моя месть ждет меня в Мильфорде! Ах, будь у меня пара крыльев, я бы полетел за ней. Идем со мной и будь мне верен. (Уходит.)

Пизанио

Уходит.

Сцена 6

Уэльс. Перед пещерой Белария. ВходитИмогена, одетая мальчиком.

Имогена

Входит в пещеру. ПоявляютсяБеларий, Гвидерий и Арвираг.

Беларий

Гвидерий

Арвираг

Гвидерий

Беларий

Гвидерий

Беларий

Имогенавыходит из пещеры.

Имогена

Протягивает деньги.

Гвидерий

Арвираг

Имогена

Беларий

Имогена

Беларий

Имогена

Беларий

Гвидерий

Арвираг

Имогена

(в сторону)

Беларий

Гвидерий

Арвираг

Беларий

Беларий, Гвидерий и Арвираг шепчутся.

Имогена

Беларий

(Гвидерию и Арвирагу.)

(Имогене.)

Гвидерий

Арвираг

Имогена

Арвираг

Уходят.

Сцена 7

Рим. Площадь. Входятдва патриция и трибуны.

Первый патриций

Трибун

Второй патриций

Трибун

Первый патриций

Трибун

Уходят.

Акт IV

Сцена 1

Уэльс. Близ пещеры Белария. ВходитКлотен.

Клотен.Если Пизанио верно описал мне, то встреча у них назначена где-то поблизости. Платье Постума пришлось мне впору, как по мерке. Отчего бы мне не прийтись по мерке и его возлюбленной? Ведь говорят, что женщине впору тот придется, кто к ней в пору подберется. Вот тут-то я и должен изловчиться. Раз нет ничего зазорного в том, что человек, находясь наедине с зеркалом, любуется собой, то могу признаться, что сложен я нисколько не хуже Постума. Я не моложе его, но сильнее; состояние мое не меньше, а положение повыше. Я знатнее его родом, искусен в делах государственных, а в поединке мне равного не найти. И все-таки эта взбалмошная дура, мне назло, любит его. Вот она, человеческая жизнь! Голова твоя, Леонат, все еще сидит на плечах, но через час слетит; возлюбленную твою я обесчещу, платье на ней изорву в клочья. А как покончу со всем этим, погоню красавицу пинками домой к отцу. Он, может быть, и посердится немножко за такое грубое обращение с дочкой, но моя матушка умеет прибирать его к рукам, и все обернется так, что он еще меня и похвалит… Лошадь я привязал надежно. Ну, меч, вон из ножен! Трудная тебе предстоит работа! Эх, Фортуна, только отдай их в мои руки! По описанию это как раз похоже на то место, где у них назначена встреча; обмануть меня этот Пизанио не посмел бы.

Уходит.

Сцена 2

Перед пещерой Белария. Из пещеры выходятБеларий, Гвидерий, Арвираг и Имогена.

Беларий

(Имогене)

Арвираг

(Имогене)

Имогена

Гвидерий

Имогена

Гвидерий

Беларий

Арвираг

Беларий

(в сторону)

Арвираг

Имогена

Арвираг

Имогена

(в сторону)

Гвидерий

(Беларию и Арвирагу)

Арвираг

Беларий

(Имогене.)

Арвираг

Беларий

Имогена

Беларий

Имогена уходит в пещеру.

Арвираг

Гвидерий

Арвираг

Гвидерий

Арвираг

Беларий

ВходитКлотен.

Клотен

Беларий

Гвидерий

(Беларию)

Беларий и Арвираг уходят.

Клотен

Гвидерий

Клотен

Гвидерий

Клотен

Гвидерий

Клотен

Гвидерий

Клотен

Гвидерий

Клотен

Гвидерий

Клотен

Гвидерий

Клотен

Гвидерий

Клотен

Уходят, сражаясь. ВходятБеларий и Арвираг.

Беларий

Арвираг

Беларий

Арвираг

Беларий

ВходитГвидерий, в руках у него голова Клотена.

Гвидерий

Беларий

Гвидерий

Беларий

Гвидерий

Беларий

Арвираг

Беларий

Гвидерий

Уходит.

Беларий

Арвираг

Беларий

(Арвирагу.)

Арвираг

Уходит.

Беларий

ВходитГвидерий.

Гвидерий

Торжественная музыка.

Беларий

Гвидерий

Беларий

Гвидерий

ВозвращаетсяАрвираг, неся на руках бесчувственнуюИмогену.

Беларий

Арвираг

Гвидерий

Беларий

Арвираг

Гвидерий

Арвираг

Гвидерий

Арвираг

Гвидерий

Арвираг

Гвидерий

Арвираг

Гвидерий

Арвираг

Беларий

Гвидерий

Арвираг

Беларий уходит.

Гвидерий

(укладывают Имогену)

Арвираг

Гвидерий

Арвираг

Гвидерий

Арвираг

Гвидерий

Арвираг

Гвидерий

Арвираг

Оба

Гвидерий

Арвираг

Гвидерий

Арвираг

Оба

Беларийвозвращается с телом Клотена.

Гвидерий

Беларий

Беларий, Гвидерий и Арвираг уходят.

Имогена

(просыпаясь)

(Видит тело Клотена.)

ВходятЛуций, военачальник, несколько римских офицеров и прорицатель.

Военачальник

Луций

Военачальник

Луций

Военачальник

Луций

(Прорицателю.)

Прорицатель

Луций

Военачальник

Луций

Имогена

Луций

Имогена

(В сторону.)

Луций

Имогена

Луций

Имогена

Луций

Уходят.

Сцена 3

Комната во дворце Цимбелина. ВходятЦимбелин, вельможи, Пизанио и слуги.

Цимбелин

(слуге)

Один из слуг уходит.

(К Пизанио.)

Пизанио

Первый придворный

Цимбелин

(К Пизанио.)

Первый придворный

Цимбелин

Первый придворный

Цимбелин

Уходят.

Пизанио

Уходит.

Сцена 4

Уэльс. Перед пещерой Белария. ВходятБеларий, Гвидерий и Арвираг.

Гвидерий

Беларий

Арвираг

Гвидерий

Беларий

Гвидерий

Арвираг

Беларий

Гвидерий

Арвираг

Гвидерий

Арвираг

Беларий

Уходят.

Акт V

Сцена 1

Британия. Римский лагерь. ВходитПостумс окровавленным платком в руках.

Постум

Уходит.

Сцена 2

Поле сражения между британским и римским лагерями. Входят с одной стороныЛуций, Якимо и римское войско, с другой стороны –британское войско. За ними следуетПостумкак простой воин. Они проходят через сцену. Затем входят, сражаясь, Якимо и Постум. Постум побеждает Якимо, обезоруживает и уходит, оставив его одного.

Якимо

Уходит.

Битва продолжается. Британцы бегут. Цимбелин захвачен в плен. Входят, спеша ему на помощь,Беларий, Гвидерий и Арвираг.

Беларий

Гвидерий и Арвираг

ВходитПостуми бьется на стороне британцев; они освобождают Цимбелина и уходят. ВходятЛуций, Якимо и Имогена.

Луций

Якимо

Луций

Уходят.

Сцена 3

Другая часть поля сражения. ВходятПостум и британский вельможа.

Вельможа

Постум

Вельможа

Постум

Вельможа

Постум

Вельможа

Постум

Вельможа

Постум

Вельможа

Уходит.

Постум

Входятдва британских военачальника и воины.

Первый военачальник

Второй военачальник

Первый военачальник

Постум

Второй военачальник

ВходятЦимбелин, Беларий, Гвидерий, Арвираг, Пизанио и пленные римляне. Военачальники подводят Постума к Цимбелину, который знаками велит тюремщику взять его, после чего все уходят.

Сцена 4

Британская тюрьма. ВходятПостум и два тюремщика.

Первый тюремщик

Второй тюремщик

Тюремщики уходят.

Постум

Торжественная музыка. Появляются призраки:Сицилий Леонат, отец Постума, величавый старецв одежде воина; он ведет за руку пожилую женщину,мать Постума; перед ними идетмузыкант. Затем, позади другого музыканта, следуютдва молодых Леоната, братья Постума; на груди у них раны, от которых они погибли на поле битвы. Они окружают спящего Постума.

Сицилий

Мать

Сицилий

Первый брат

Мать

Сицилий

Второй брат

Первый брат

Сицилий

Мать

Сицилий

Оба брата

Среди раскатов грома и сверканья молний на орле спускаетсяЮпитери бросает огненную стрелу. Призраки падают на колени.

Юпитер

Улетает.

Сицилий

Все

Сицилий

Призраки исчезают.

Постум

(просыпаясь)

Читает.

Входиттюремщик.

Тюремщик

Постум

Тюремщик.Виселица – вот что тебя ждет! Если ты готов для нее, значит, хорошо приготовлен.

Постум.Выходит, если блюдо придется по вкусу зрителям, оно оправдает расходы.

Тюремщик.Тяжелая для тебя расплата, приятель. Но утешайся тем, что больше тебе платить не придется. Да и трактирных счетов можешь не бояться, а ведь они напоследок отравляют полученное удовольствие. Входишь туда – голова кружится от голода, выходишь – от вина, и злость тебя разбирает, что ты и лишнее перехватил, и переплатить пришлось. И кошелек и голова у тебя пусты. Голова тяжела, потому что ты был легкомыслен, а кошелек легок, потому что освободился от тяжести. Отныне ты будешь избавлен от всех этих противоречий. Веревка, хоть и стоит грош, ценна своим милосердием! Она мгновенно подводит все итоги – лучшего счетовода, пожалуй, не найдешь. Она сразу сводит к нулю все прошлые, настоящие и будущие расходы. Твоя шея, приятель, для этого счетовода – и перо и счетная книга: не успеешь моргнуть, расчет готов.

Постум.Для меня смерть бо`льшая радость, чем для тебя жизнь.

Тюремщик.И в самом деле, дружище, кто спит, тот зубной боли не чувствует. Но человек, которому предстоит уснуть твоим сном, да еще улечься спать с помощью палача, я думаю, охотно поменялся бы с ним местами. Не угадаешь ведь, что за дорога предстоит тебе после смерти.

Постум.Представь себе, я ее вижу, друг мой.

Тюремщик.Значит, у твоей смерти есть глаза во лбу, хоть я и никогда не видел, чтобы ее изображали зрячей. Обычно после смерти идешь себе за проводником, который уверяет, что ему все пути известны, либо плетешься наугад. Так или иначе, а обратно ты не вернешься, чтобы рассказать нам, как дошел до конца своего пути.

Постум.Говорю тебе, друг мой, у каждого есть глаза, чтобы разыскать дорогу, по которой пойду я. Только многие предпочитают закрыть их и не смотреть.

Тюремщик.Ну не насмешка ли это: выходит, человеку глаза нужнее всего, чтобы различить дорогу к слепоте! Впрочем, виселица закроет глаза кому угодно.

Входитгонец.

Гонец. Сними со своего узника цепи и отведи его к королю.

Постум.Ты пришел с добрыми вестями! Меня зовут к королю, чтобы даровать свободу.

Тюремщик.Пусть меня раньше повесят!

Постум.Тогда ты станешь свободнее всякого тюремщика. Для мертвеца не существует никаких замков.

Постум и гонец уходят.

Тюремщик.Даже тот, кто желал бы жениться на виселице и народить малюток, не стал бы так стремиться к своей нареченной, как этот парень. Хоть он и римлянин, но, скажу по чести, на свете есть немало негодяев похуже его, которые цепляются за жизнь; тем не менее многим из них приходится умирать. Во всяком случае, я бы так поступил, будь я на его месте. Хотел бы я, чтобы по этому вопросу все мы держались одного мнения, притом мнения хорошего. Тогда худо пришлось бы только виселице и тюремщикам! Я говорю против своей выгоды, но желание мое, если осуществится, всем принесет счастье.

Уходит.

Сцена 5

Шатер Цимбелина. ВходятЦимбелин, Беларий, Гвидерий, Арвираг, Пизанио, вельможи, офицеры и слуги.

Цимбелин

Беларий

Цимбелин

Пизанио

Цимбелин

(Беларию, Гвидерию и Арвирагу.)

Беларий

Цимбелин

ВходятКорнелий и придворные дамы.

Корнелий

Цимбелин

Корнелий

Цимбелин

Корнелий

Цимбелин

Корнелий

Цимбелин

Корнелий

Цимбелин

(к придворным дамам)

Придворные дамы

Цимбелин

ВходятЛуций, Якимо, прорицатель и другие римские пленникипод стражей; позади всехПостум.

Луций

Цимбелин

Имогена

Луций

Имогена

Луций

Цимбелин

Имогена

Цимбелин

Имогена

Цимбелин

Имогена

Цимбелин

Цимбелин и Имогена беседуют в стороне.

Беларий

Арвираг

Гвидерий

Беларий

Гвидерий

Беларий

Пизанио

(в сторону)

Цимбелин и Имогенаподходят.

Цимбелин

(К Якимо.)

(Имогене.)

Имогена

Постум

(в сторону)

Цимбелин

Якимо

Цимбелин

Якимо

Цимбелин

Якимо

Цимбелин

Якимо

Цимбелин

Якимо

Цимбелин

Якимо

Постум

(выступая вперед)

Имогена

Постум

Наносит Имогене удар. Она падает.

Пизанио

Цимбелин

Постум

Пизанио

Цимбелин

Пизанио

Имогена

Цимбелин

Пизанио

Цимбелин

Имогена

Корнелий

Цимбелин

Корнелий

(Имогене.)

Имогена

Беларий

Гвидерий

Имогена

(Постуму)

(Обнимает его.)

Постум

Цимбелин

Имогена

Беларий

(Гвидерию и Арвирагу)

Цимбелин

Имогена

Цимбелин

Пизанио

Гвидерий

Цимбелин

Гвидерий

Цимбелин

Гвидерий

Цимбелин

Имогена

Цимбелин

Беларий

(Страже.)

Цимбелин

Арвираг

Цимбелин

Беларий

Арвираг

Гвидерий

Беларий

Цимбелин

Беларий

Цимбелин

Беларий

Цимбелин

Беларий

Цимбелин

Беларий

Цимбелин

Беларий

Цимбелин

Беларий

Цимбелин

Имогена

Цимбелин

Арвираг

Гвидерий

Корнелий

Цимбелин

(Беларию.)

Имогена

Цимбелин

Имогена

(Луцию)

Луций

Цимбелин

Постум

Якимо

(опускаясь на колени)

Постум

Цимбелин

Арвираг

(Постуму)

Постум

Луций

Прорицатель

(выходя вперед)

Луций

Прорицатель. «Когда львенок, сам не ведая, кто он такой, найдет то, чего не искал, и будет объят струей нежного воздуха; когда отсеченные ветви величественного кедра, много лет считавшиеся мертвыми, вновь оживут, прирастут к старому стволу и зазеленеют на нем, тогда окончатся бедствия Постума, а в счастливой Британии вновь процветут мир и изобилие».

(Постуму.)

Цимбелин

Прорицатель

Цимбелин

Прорицатель

Цимбелин

Уходят.

Троил и Крессида

Действующие лица

Приам, царь троянский.

Гектор,Парис,Троил,Дейфоб,Эллен– сыновья Приама.

Эней,Антенор– троянские вожди.

Калхас, троянский жрец, сторонник греков

Пандар, дядя Крессиды.

Маргарелон, побочный сын Приама.

Агамемнон, греческий полководец.

Менелай, брат его.

Ахиллес,Аякс,Улисс,Нестор,Диомед,Патрокл– греческие вожди.

Терсит, безобразный и непристойный грек.

Александр, слуга Крессиды.

Елена, жена Менелая.

Андромаха, жена Гектора.

Кассандра, дочь Приама, пророчица.

Крессида, дочь Калхаса.

Троянские и греческие солдаты,слугиинарод.

Действие происходит частью в Трое, частью в греческом лагере.

Акт I

Сцена 1

Троя; перед дворцом Приама. Входит вооруженный Троил, с ним Пандар.

Троил

Пандар

Троил

Пандар. Ладно. Достаточно у нас с тобой было говорено об этом. Больше я не намерен вмешиваться в это дело. Кто желает получить пшеничный пирог, пусть подождет, пока смелют пшеницу.

Троил. Разве мало я ждал!

Пандар. Да, пока мололи. Подожди, пока просеют.

Троил.Разве мало я ждал!

Пандар. Да, пока просеивали. Подожди, когда взойдет тесто.

Троил. Ждал и этого.

Пандар. Да… теста! Но это не все. Еще надо замесить тесто, сделать пирог, затопить печь и посадить в нее пирог… Да и этого еще мало. Надо дать пирогу простыть, а не то неравно губы обожжешь.

Троил

Пандар. Надо сознаться, вчера вечером она мне показалась особенно красивой. Вряд ли могла соперничать с нею какая-нибудь другая женщина.

Троил

Пандар. Не будь ее волосы немного потемнее, чем у Елены, по-моему, их и сравнивать было бы немыслимо. Впрочем, она мне родственница, и я вовсе не желаю нареканий в том, что, как говорится, восхваляю ее. Однако я желал бы, чтоб кто-нибудь вчера подслушал, как я, ее разговор. Конечно, я нисколько не умаляю ума твоей сестры Кассандры, но…

Троил

Пандар. Что ж, правду не перерастешь.

Троил. Ты не сравнишься с правдой.

Пандар. Ладно. Если так, мое дело сторона. Пусть она будет такой, как ей заблагорассудится. Хороша – тем лучше для нее. Нехороша – средство помочь беде у нее под руками.

Троил. Ну полно, Пандар, добрый мой Пандар.

Пандар. И вот награда за все мои старания. Из-за нее – твое пренебрежение ко мне, из-за тебя – ее пренебрежение. Я-то мечусь от одной к другому, и вот – благодарность!

Троил. Неужели ты обиделся, Пандар? Это на меня-то!

Пандар. Если она мне родственница, так, значит, и не может быть хороша, как Елена. А не будь родственницей – о, тогда ее и в пятницу можно признать столь же красивой, как Елена в воскресенье. Да мне-то что за дело! Будь она так же черна и дурна, как арапка, не все ли мне равно!

Троил. Да разве я говорю, что она нехороша?

Пандар. Не все ли мне равно, говоришь ты или нет. Дура она, что остается здесь без отца. Отправилась бы к грекам. При первой же встрече я ей это внушу. Ну а я? Мое дело – сторона. Не стану я в это мешаться.

Троил. Пандар!

Пандар. Ни в каком случае!

Троил. Славный мой Пандар…

Пандар. Сделай милость, не приставай. Я, как все застал, так и оставлю. Кончено.

Уходит. За стеной трубят тревогу.

Троил

Снова трубят тревогу. ВходитЭней.

Эней

Троил

Эней

Троил

Эней

Троил

Тревога.

Эней

Троил

Эней

Троил

Уходят.

Сцена 2

Другая улица в Трое. ВходятКрессида и Александр.

Крессида

Александр

Крессида

Александр

Крессида

Александр

Крессида

Александр

Крессида.Да и всякий так держится, коли не пьет, не болен и с целыми ногами.

Александр.Этот человек, по отзывам, воспринял все качества зверей: он храбр, как лев, груб, как медведь, неповоротлив, как слон. Природа до того перепутала в нем все эти крайности, что его мужество граничит с глупостью, зато в глупости прорывается истинная мудрость. Нет того порока и добродетели, которые не сказались бы в нем так или иначе. Он без причины бывает печален и ни с того ни с сего весел. У него всего много, но все вразлад; это какой-то паралитик Бриарей: сто рук и не управляется с ними, или Аргус: весь в глазах и ничего не видит.

Крессида.И этот забавный человек мог взбесить Гектора!

Александр.Слышно, вчера в бою он схватился с Гектором и повалил его; оттого Гектор, пристыженный и униженный, перестал есть и спать.

Крессида.Кто там идет?

Александр.Ваш дядя Пандар.

ВходитПандар.

Крессида.А все же Гектор храбрый человек.

Александр.Во всем мире нет равного ему по храбрости.

Пандар.В чем дело? О чем речь?

Крессида.Доброго утра, дядя Пандар.

Пандар.Доброго утра, племянница Крессида. О чем это вы беседовали? Доброго утра, Александр. Как поживаешь, племянница? Когда из Илиона?

Крессида.Нынче утром, дядя.

Пандар.О чем шла речь, когда я подходил к вам… А Гектор дома был, когда ты шла в Илион, или он уж вооружился и ушел? А Елена, верно, и не вставала еще?

Крессида.Гектор уже ушел, но Елена еще не вставала.

Пандар.Раненько же он ушел сегодня!

Крессида.Об этом-то мы и беседовали, когда ты подошел. Да еще о том, что он был в ярости.

Пандар.А он был в ярости?

Крессида.Да, вот по его словам.

Пандар.Так оно и есть. Я знаю почему. Достанется нынче от него грекам! Да и Троил от него не отстанет. Берегись они Троила! Могу поручиться!

Крессида.Как! разве он тоже сердит?

Пандар.Кто? Троил? Да Троил-то еще позначительнее будет.

Крессида.О Юпитер! Можно ли их сравнивать!

Пандар.Троила с Гектором? Да разве ты не отличишь мужа, раз увидев его?

Крессида.Разумеется, если я прежде видала и отличала его.

Пандар.Вот я и говорю. Троил есть Троил.

Крессида.И я убеждена, что он не может быть Гектором.

Пандар.Но зато Гектор не Троил.

Крессида.Справедливо. Каждый сам по себе.

Пандар.Сам по себе! Увы, бедный Троил! Если бы он мог быть сам по себе.

Крессида.Так он и есть.

Пандар.Если бы было так, я бы с радости босиком в Индию сходил.

Крессида.Однако не стал же он Гектором.

Пандар.Сам по себе! Желал бы я, чтобы он был сам по себе. Но ведь есть же над нами боги! Время все может исправить. Жди, Троил, придет твое время. Желал бы я, чтобы в ее груди было мое сердце. Нет, Гектор ни в коем случае не лучше Троила.

Крессида.Ну, уж извини.

Пандар.Он, во-первых, старше.

Крессида.Извини, извини.

Пандар.А Троил еще не дожил до его лет. Посмотрим, что ты скажешь, когда он доживет. Гектору не мешало бы призанять ума у младшего, но только… не в этом году.

Крессида.Ему и незачем занимать: своего достаточно.

Пандар.Нет у него тех достоинств, какие есть у Троила.

Крессида.Какие это?

Пандар.Во-первых, нет такой красоты.

Крессида.Зачем ему такая красота? Своя к нему больше идет.

Пандар.У тебя недостает вкуса, племянница. Давеча сама Елена клялась, что смуглость Троила для мужчины… он правда смугл… в том нельзя не сознаться… И, однако, не совсем.

Крессида.Совсем смугл.

Пандар.По правде, он и смугл и не смугл.

Крессида.По правде, эта правда – неправда.

Пандар.По ее словам, цвет его лица куда лучше, чем у Париса.

Крессида.По-моему, румянец у Париса достаточно свеж.

Пандар.Достаточно.

Крессида.Значит, Троил не в меру румян. Если Елена говорила, что цвет его лица лучше, чем у Париса, значит он ярче, а так как Парис достаточно румян, он должен быть ярче яркого. Из этого следует, что такая похвала слишком ярка. Пожалуй, так золотой язычок Елены найдет, что у Троила медный нос, и станет его восхвалять за это.

Пандар.Я готов дать клятву, что Елене он нравится больше, чем Парис.

Крессида.О, значит, у этой гречанки прелегкомысленный нрав!

Пандар.Я уверен, что он ей нравится. На днях она приблизилась к нему… Он стоял у оконной ниши… Ты знаешь, ведь у него на подбородке всего три-четыре волоска растут.

Крессида.Да, откровенно говоря, их легко счесть и без математики. Любой трактирный слуга подсчитает.

Пандар.Да, он еще очень молод. И все-таки сила у него такая, что он… ну, может быть, на три фунта меньше вытянет, чем его брат Гектор!

Крессида.Да неужели! Так молод и такая прыть!

Пандар.И вот доказательство, что Елена к нему неравнодушна: она подошла к нему и прикоснулась своей белой ручкой к его раздвоенному подбородку.

Крессида.О сжалься, Юнона! Кто же ему раздвоил подбородок?

Пандар.Не то. У него, знаешь, ямочка на подбородке. По-моему, во всей Фригии ни у кого нет подобной улыбки.

Крессида.О, улыбка у него замечательная!

Пандар.Не правда ли?

Крессида.Как осенняя туча.

Пандар.Ну, говори, говори… Однако, чтобы доказать тебе, что Елена влюблена в Троила…

Крессида.Докажи это Троилу. Ему интереснее.

Пандар.Троилу! Но она для него не интереснее выеденного яйца.

Крессида.Если ты так же любишь выеденные яйца, как пустые головы, то поешь всех невылупившихся цыплят.

Пандар.Вспомнить не могу без смеха, как она щекотала ему подбородок. Ведь у Елены дивная ручка, надо сознаться.

Крессида.И даже – без пытки.

Пандар.Вдруг она нашла седой волосок на его подбородке.

Крессида.Бедный подбородок! Он может позавидовать многим бородавкам.

Пандар.Сколько тут было смеха! Царица Гекуба хохотала до слез; они выкатывались у нее…

Крессида.Как жернова.

Пандар.И Кассандра хохотала так…

Крессида.Что глаза выкатывались? Или и у нее из глаз катились слезы?

Пандар.И Гектор до того смеялся…

Крессида.Над чем же они, однако, так надрывались от смеха?

Пандар.Да все над тем же седым волоском, который Елена открыла на Троиловом подбородке.

Крессида.Вот если бы зеленый волос она у него нашла, я бы, пожалуй, посмеялась тоже.

Пандар.Их рассмешил еще не столько волос, сколько забавный ответ его.

Крессида.Что же он такое ответил?

Пандар.«Знаешь, – сказала Елена, – у тебя на подбородке всего пятьдесят один волос и один из них поседел».

Крессида.Только и всего?

Пандар.Постой. «Пятьдесят один, – отвечает он, – и один из них поседел. Значит, этот седой мой отец, а остальные – его сыновья». – «О Юпитер! – воскликнула она на это. – Который же из них супруг мой – Парис?» – «Раздвоенный, – отвечает Троил. – Вырви его и отдай ему». Тут все залились смехом, Елена так покраснела, а Парис так разозлился… Ну а все остальные чуть не лопнули от хохота.

Крессида.Довольно. А то лопнет мое терпение от этих пустяков.

Пандар.Дело твое, племянница. Я тебе вчера кое-что сообщил. Подумай об этом.

Крессида.Думаю.

Пандар.Клянусь, это сущая правда. Троил так плачет о тебе, как будто в апреле родился.

Крессида.Так я вырасту от его слез, как майская крапива.

Бьют отбой.

Пандар.Смотри, вот они возвращаются с поля битвы. Станем здесь и поглядим, как они будут проходить в Илион. Не так ли, моя добрая племянница, моя милая Крессида?

Крессида.Пожалуй.

Пандар.Стой здесь. Отличное место! Отсюда мы прекрасно все разглядим. Я буду называть тебе всех по имени, сообразно с тем, как они будут проходить. Но ты обращай внимание на одного Троила.

Крессида.Не так громко.

ПроходитЭней.

Пандар.Вот Эней. Это ли не дивный мужчина! Могу сказать по совести – один из цветков Трои. Но все же ты обращай внимание на Троила. Вот ты увидишь, каков он.

Крессида.А это кто?

ПроходитАнтенор.

Пандар.Это Антенор. Могу по совести сказать – умнейшая голова и очень недурен собой. Однако что же не идет Троил? Увидишь, как только он заметит меня, сейчас сделает условный знак головой.

Крессида.Осчастливит тебя.

Пандар.Увидишь.

Крессида.Велика важность.

ПроходитГектор.

Пандар.А вот и Гектор. Вон тот… тот самый молодчина. Да, племянница, Гектор мужчина хоть куда! Храбрый, мужественный… Заметь, как он смотрит! Какова осанка! Это величие. Разве не молодчина?

Крессида.Неоспоримо.

Пандар.Не правда ли? Сердце радуется при взгляде на него. Заметь, какие рубцы на его шлеме. Вглядись хорошенько. Видишь? Это не шутка. По этим рубцам видно, что жаркое дело было. Это рубцы!

Крессида.И все от мечей?

Пандар.Не все ли равно, от мечей или не от мечей. Хоть сам черт на него напади, он не поддастся. Всех богов призываю в свидетели – сердце радуется при взгляде на него. А вон Парис идет. Видишь, вот, вот Парис.

ПроходитПарис.

Смотри на него, племянница. Разве не красив и он! Что же ходили слухи, что он уже возвратился домой и ранен? Ни малейшей раны! То-то обрадуется Елена, когда он вернется домой невредимым! Теперь бы взглянуть на Троила. Что же Троил?

ПроходитЭллен.

Крессида.А это кто?

Пандар.Эллен. Странно, однако, нет и нет Троила. Да… Эллен… Или тот сегодня не выходил на бой?.. Этот… да… Этот – Эллен.

Крессида.А разве Эллен тоже в состоянии сражаться?

Пандар.Эллен-то? Куда ему! То есть так себе… и в состоянии и не в состоянии… Удивляюсь, куда запропастился Троил? Слушай… Там, кажется, кричат: «Троил»?.. Нет, куда Эллену драться! Эллен – трус.

Крессида.А это что за пигалица переступает там?

ПроходитТроил.

Пандар.Где?.. А, ты не про того! Это – Дейфоб… А вот – Троил. Что, племянница! Каков человек! Да, доблестный Троил. Герой над героями!

Крессида.Тише. Постыдился бы!

Пандар.А ты вглядись в него. Запомни хорошенько. О храбрый Троил! Заметь, как окровавлен меч его. А шлем-то! Шлем-то! Иссечен больше, чем у Гектора. Заметь, какой взгляд! Какая поступь! О дивный юноша! И ему нет двадцати трех лет! Иди своей дорогой, Троил! Иди своей дорогой! Будь у меня сестра грация или дочь богиня, я предоставил бы ему любую. Дивный мужчина! Парис? Парис – тьфу перед ним, Елена с радостью отдала бы за этого – того, да еще собственный глаз в придачу.

Проходят несколькопростых воинов.

Крессида.Вот и еще идут.

Пандар.Ослы! Дураки! Олухи! Труха и солома! Солома и труха! Похлебка после мяса! Я до самой смерти мог бы, кажется, не сводить глаз с Троила. Ну что ты смотришь еще? Что? Улетели орлы, остались только вороны да галки, галки да вороны. Уж если на кого походить, так я предпочел бы быть Троилом, чем всеми греками вместе с прибавкой Агамемнона.

Крессида.Среди греков есть Ахиллес. Далеко до него Троилу.

Пандар.Ахиллес! Да это ломовой извозчик, носильщик, верблюд… и больше ничего!

Крессида.Полно, полно.

Пандар.Чего полно! Есть у тебя понятие? Есть глаза? Не можешь отличить мужа! Разве порода, красота, статность, красноречие, мужество, образование, воспитание, любезность, добродетель, юность, щедрость и все прочее – не та соль, не те пряности, которые приправляют человека.

Крессида.И не говори! Человек из особенного теста, в которое и фиников класть не надо: без них всходит.

Пандар.Престранная ты женщина. Нет возможности предвидеть твои ответы, на какое слово ты наляжешь и от какого ускользнешь.

Крессида.Я полагаюсь на спину, чтобы защитить живот, на ум, чтобы защитить лукавство, на скромность, чтобы защитить честь. Маской защищаю я красоту, а тобою – все это разом. Вот те слова, на которые я опираюсь при ответах. У меня их не счесть, как и средств для самозащиты.

Пандар.Нельзя ли узнать хоть одно?

Крессида.Ни за что. Лучшее средство для защиты – молчание. Если то, что нуждается в защите, я не сумею сохранить от посторонних рук, то, по крайней мере, я скрою пораженное место. Разве уж если оно вспухнет до очевидности… Тогда уж поздно охранять.

Пандар.Престранное ты существо.

Входитмальчик, слугаТроила.

Мальчик (Пандару). Мой господин желает сейчас же поговорить с тобою.

Пандар.Где он?

Мальчик. У тебя дома. Он снимает теперь свои доспехи.

Пандар.Передай ему, славный юноша, что я иду.

Мальчик уходит.

Крессида.Прощай, дядя.

Пандар.Я скоро опять увижусь с тобою.

Крессида.С чем тебя ждать, дядя?

Пандар.С доказательством любви Троила.

Уходит.

Крессида.И тем окончательно докажешь, что ты – сводник.

Уходит.

Сцена 3

Стан греков перед шатром Агамемнона. Трубы. ВходятАгамемнон, Нестор, Улисс, Менелай и другие.

Агамемнон

Нестор

Улисс

(Агамемнону)

(Нестору.)

Агамемнон

Улисс

Нестор

Агамемнон

Улисс

Нестор

Улисс

Нестор

За сценой трубы.

Агамемнон

Менелай

ВходитЭней.

Агамемнон

Эней

Агамемнон

Эней

Агамемнон

Эней

Агамемнон

Эней

Агамемнон

Эней

Агамемнон

Эней

Агамемнон

Эней

Агамемнон

Эней

Агамемнон

Эней

Трубачи трубят.

Агамемнон

Нестор

Эней

Улисс

Агамемнон

Все уходят, кроме Улисса и Нестора.

Улисс

Нестор

Улисс

Нестор

Улисс

Нестор

Улисс

Нестор

Улисс

Нестор

Улисс

Нестор

Улисс

Нестор

Уходят.

Акт II

Сцена 1

Другая часть греческого лагеря. ВходятАякс и Терсит.

Аякс.Терсит!

Терсит.О, чтобы волдыри вскочили у этого Агамемнона на всем теле!

Аякс.Терсит!

Терсит.Если бы волдыри эти потом вскрылись и он бы вытек. Что скажешь?

Аякс.Псина!

Терсит.По крайней мере, хоть чем-нибудь проявил бы себя, а то теперь и этого нет.

Аякс.Твои уши оглохли, волчий сын, так я заставлю чувствовать твои бока.

Бьет его.

Терсит.Чтобы греческая проказа тебя взяла, ублюдок с бычачьим мозгом!

Аякс.Поговори еще, поговори. Я тебя буду взбивать, как прокислое тесто, пока красавца из тебя не сделаю.

Терсит.Скорей насмешки мои превратят тебя в умного и благочестивого человека, хотя лошадь твоя и та скорей выучит наизусть любую проповедь, чем ты выучишь наизусть хоть одну молитву. Дерись, дерись, возьми тебя чесотка с твоими лошадиными наклонностями.

Аякс.Говори, поганый гриб, что давеча там провозглашали?

Терсит.Иль, по-твоему, я не чувствую твоих ударов.

Аякс.Что провозглашали, я спрашиваю?

Терсит.Глупость твою, разумеется.

Аякс.Ой, берегись, дикобраз. Берегись! У меня руки раззуделись и без того.

Терсит.Чтобы тебя всего зуд взял, а мне бы разрешили драть тебя. Я бы живо тебя обратил в гнуснейшую греческую язву.

Аякс.Будешь ты говорить, что провозглашали?

Терсит.Известно, что ты беспрестанно лаешь и ворчишь на Ахилла из зависти, как Цербер на красоту Прозерпины.

Аякс.Баба Терсит.

Терсит.Так побей его.

Аякс.Лепешка!

Терсит.Он бы тебя двумя пальцами в порошок стер.

Аякс.Потаскушкино отродье!

Бьет его.

Терсит.Попробуй сунься.

Аякс.Ведьмин помет!

Терсит.Бей, ослиная голова, бей! У тебя мозгу в ней не больше, чем у меня в локтях. Осел мог бы научить тебя храбрости. Ты ведь только и годен давить троянцев, а для умных людей ты дикий хам. Если ты еще будешь меня колотить, я примусь тебя обрабатывать с головы до пят. Так переберу, что любо.

Аякс.Псина.

Терсит.Паршивый герой.

Аякс.Харя! (Бьет его.)

Терсит.Бей, Марсов болван, бей, дикий хам, бей, верблюд… бей, бей!

ВходятАхилл и Патрокл.

Ахилл.В чем дело, Аякс? За что ты его колотишь? Да расскажи же, Терсит, как и что?

Терсит.Видели, каков гусь? Видели?

Ахилл.Да в чем суть, однако?

Терсит.Погляди на него хорошенько.

Ахилл.Гляжу, – ну, что ж из этого?

Терсит.Нет, ты получше погляди.

Ахилл.Да гляжу.

Терсит.И все-таки, не как надо, потому что за что бы ты его ни принимал, он останется Аяксом.

Ахилл.Само собою разумеется, дурак!

Терсит.Само собою разумеется для вас, да не для этого дурака.

Аякс.За это я и бью тебя.

Терсит.Ну, вот это образец его плоских острот. У всех его фраз длиннейшие уши. Его мозг пострадал от меня больше, чем мое тело от его кулаков. Мозг его не стоит и воробьиного хвоста, а ведь десятку воробьев грош цена! Словом, Ахилл, тебе сразу стало ясно, что я говорю про Аякса, у которого мозг в брюхе, а кишки в голове.

Ахилл.Что ты говоришь?

Терсит.Я говорю: у Аякса…

Ахилл(останавливает Аякса, который хочет ударить Терсита). Полно, добрейший Аякс.

Терсит.Не хватает ума даже…

Ахилл.Прекрати, дурак…

Терсит.Я бы прекратил, да дурак-то не прекращается. Вот этот, видишь.

Аякс.Проклятая собака! Вот я!..

Ахилл.Неужто ты с дураком станешь состязаться в уме?

Терсит.Ручаюсь, что нет: каждый дурак заткнет его за пояс умом.

Патрокл.Сдержись, Терсит!

Ахилл.Да из-за чего у вас загорелось?

Аякс.Я спрашиваю у этого гнусного филина, что вышло сегодня в лагере, а он лается.

Терсит.Я не слуга твой.

Аякс.Хорошо, продолжай, продолжай.

Терсит.Я служу здесь сам по себе.

Ахилл.Однако последняя твоя служба была совсем не такова. Под колотушки сам по себе не полезешь. Тут ведь Аякс действовал добровольно, а ты-то не по доброй воле получал.

Терсит.И то! Иль многие врут, или часть и твоего ума в мышцах. Вот Гектор-то разинет рот, когда, размозжив твою или его голову, увидит, что расколот гнилой орех без признака ядра.

Ахилл.Как? Ты уже и меня задеваешь?

Терсит.Взять Улисса или старого Нестора. У них ум и тогда уже плесенью начинал покрываться, когда у ваших дедов и ногтей еще не росло. Вот они и запрягли теперь вас, как яремных волов в плуг… заставляют пахать поле битвы.

Ахилл.Что? Что?

Терсит.Верно… Гей, гей, Ахилл… Гей, гей, Аякс!.. Гей, гей!

Аякс.Я вырву язык твой!

Терсит.Не беда. Я и без него буду не менее красноречив, чем ты.

Патрокл.Молчи, Терсит. Довольно!

Терсит.Так я и замолчу по требованию Ахиллесовой ищейки.

Ахилл.Вот и тебе попало, Патрокл.

Терсит.Будет с меня. Я приду в ваши палатки разве затем, чтобы увидеть подвешенными пустые головы. Покидаю скопище дурней. Буду только там отныне, где сияет ум.

Уходит.

Патрокл.Счастливого пути.

Ахилл

Аякс

Ахилл

Аякс

Уходят.

Сцена 2

Троя. Комната во дворце Приама. ВходятПриам, Гектор, Троил, Парис и Эллен.

Приам

Гектор

Троил

Эллен

Троил

Гектор

Троил

Гектор

Троил

Кассандра

(за сценой)

Приам

Троил

Кассандра

ВходитКассандрав диком возбуждении.

Гектор

(при виде сестры)

Кассандра

(прорицая)

Гектор

Кассандра

Убегает.

Гектор

Троил

Парис

Приам

Парис

Гектор

Троил

Гектор

Сцена 3

Греческий лагерь, перед палаткой Ахиллеса. ВходитТерсит.

Терсит.Что же это такое, Терсит? Ты совсем потерялся в лабиринте твоего гнева! Неужели слон Аякс всегда возьмет верх? Он меня бьет, а я отвечаю насмешками. Нечего сказать, утешение! Было бы гораздо лучше наоборот: я его бью, а он отвечает насмешками. Ну да стой же! я выучусь вызывать дьяволов в качестве сподручных… Только бы выйти из этого гнусного положения, в котором ничего нет, кроме злости. А тут еще Ахилл! Ах уж и ловко же он ведет подкопы. Стены Трои, коль доживем до этого, скорее разрушатся от ветхости, чем от ухищрений этой парочки. (Преклоняя колена.) О великий Олимпа Громовержец, забудь, что ты Юпитер, а ты, Меркурий, простись с жезлом, одухотворенным змеиною мудростью, если вы не отнимете у них ту капельку… менее чем капельку умишка, которым они наделены, при содействии которого, – даже близорукая глупость видит это, – они и муху из сетей не освободят, не разорвав паутины. А потом проклятие и месть всему лагерю! Пусть неаполитанская костоеда пожирает их: не эта ли болезнь бичует тех, кто гоняется за юбками! (Вставая.) Все мои молитвы кончены. Пусть дьявол зависти изречет: аминь! Ну, гей, герой Ахилл! Где ты?

ВходитПатрокл.

Патрокл.Кто там? А, любезный Терсит! Иди сюда и заводи руготню.

Терсит.Если бы мне пришла на ум позолоченная медяшка, я бы остался с тобой. Впрочем, беда невелика: останься с самим собою. Пусть обычное проклятие, тяготеющее над людьми, – глупость и безумие, – будут твоим уделом. Да сохранит тебя небо от всякого разумного совета и да не западет тебе в голову ни одна живая мысль! Пусть похотливая кровь твоя до самой смерти управляет тобою, и если та, которая будет обмывать тебя после смерти, скажет, что ты красивый покойник, я поклянусь чем хочешь, что она не завертывала в саван только прокаженных. Аминь. Где Ахилл?

Патрокл.Как, ты стал ханжой? Ты молился?

Терсит.Да, услышь меня Небо!

ВходитАхилл.

Ахилл.Кто здесь?

Патрокл.Терсит, мой господин.

Ахилл.Где? Где? Ага, так ты пришел. Ну-с, мой сыр, моя желудочная настойка – почему тебя не подавали к моему столу? Ну-ка, что такое Агамемнон?

Терсит.Твой командир.

Ахилл.А теперь ты, Патрокл, скажи мне, что такое Ахилл?

Патрокл.Твой господин, Терсит. Теперь скажи на милость, что такое ты сам?

Терсит.Человек, который видит тебя насквозь. А теперь скажи мне, Патрокл, как, по-твоему, кто ты таков?

Патрокл.Если ты так хорошо меня знаешь, – скажи сам.

Ахилл.Ну-ка, скажи, скажи.

Терсит.Я просклоняю весь вопрос. Агамемнон командует Ахиллом; Ахилл – господин надо мною; я тот, кто изучил Патрокла, а Патрокл – дурак.

Патрокл.Ах ты, негодяй!

Терсит.Молчи, дурак, я еще не кончил.

Ахилл.Он на особых правах. Продолжай, Терсит.

Терсит.Агамемнон – дурак, Ахилл – дурак, Терсит – дурак и Патрокл – дурак, как уже было сказано раньше.

Ахилл.Изволь объяснить почему.

Терсит.Агамемнон дурак, потому что вздумал командовать Ахиллом, Ахилл дурак, потому что слушает приказы Агамемнона, Терсит дурак – зачем служит такому дураку? – а Патрокл дурак сам по себе, коренной.

Патрокл.Почему же это я дурак?

Терсит.Спроси об этом Создателя, а с меня достаточно знать, кто ты таков. Смотрите-ка, кто это идет сюда?!

ВходятАгамемнон, Улисс, Нестор, Диомед и Аякс.

Ахилл.Патрокл, я ни с кем не хочу говорить. Иди за мной, Терсит.

Уходит.

Терсит.Все это такая гадость! Вздор! Раболепство! Вся ссора вышла из-за мужа-рогоносца и распутной бабенки. Нечего сказать, славная ссора! Есть от чего враждовать между собою и заниматься кровопусканием. Ах, возьми сухая парша виновных всего этого! Пропади они все от войны и распутства!

Уходит.

Патрокл

Агамемнон

Патрокл

Уходит.

Улисс.Мы видели его в дверях палатки – не болен он.

Аякс.Да, болен, львиною болезнью, болен от сердечной гордости: можешь назвать это печалью, если хочешь простить ему. Но, клянусь моей головой, это гордость – только чем, чем он может так гордиться, – пусть бы показал нам! – Агамемнон, одно слово, господин мой. (Отводит Агамемнона в сторону.)

Нестор.С чего это Аякс так лает на него?

Улисс.Ахилл переманил у него шута.

Нестор.Кого? Терсита?

Улисс. Его самого.

Нестор. Ну, значит, Аяксу не о чем будет говорить, так как он потерял тему для разговоров.

Улисс. Нет, отчего же! Как видишь, теперь он говорит о том, кто отнял у него эту тему, – об Ахилле.

Нестор. Тем лучше. Раздор между ними желательнее для нас, чем их дружба. Однако крепок же был союз, если дурак мог разорвать его!

Улисс. Дружба, не скрепленная мудростью, легко может быть разорвана глупостью. Вот идет Патрокл.

Нестор. Но без Ахилла.

ВходитПатрокл.

Улисс. У слона есть суставы, но не для любезностей. Ноги ему даны лишь на потребу, а не для коленопреклонений.

Патрокл

Агамемнон

Патрокл

Уходит.

Агамемнон

Улисс уходит.

Аякс.Чем же он превосходит всякого другого?

Агамемнон. Только тем, что он о себе воображает.

Аякс.И это так много значит! Не воображает ли он, что во всех отношениях превосходит меня?

Агамемнон. Без сомнения!

Аякс.И ты разделяешь его мнение? Скажешь, он выше меня?

Агамемнон. Нет, благородный Аякс. Ты также силен, так же храбр, так же умен, но разница та, что ты вежливее и обходительнее.

Аякс.Не понимаю, чем иной раз гордятся люди? Откуда эта гордость! Я даже не знаю, что она такое, собственно!

Агамемнон. Твой ум, Аякс, светлее и твои добродетели привлекательнее. Гордец сам себя пожирает. Гордость – его собственное зеркало, собственная его труба, собственная летопись. Всякий, прославляющий себя не только делами, пожирает дела самохвальством.

Аякс.Гордые люди ненавистны мне, как жабье семя.

Нестор(в сторону). А себя-то, однако, любит. Не странно ли это!

ВозвращаетсяУлисс.

Улисс

Агамемнон

Улисс

Агамемнон

Улисс

Агамемнон

Улисс

Нестор

(в сторону)

Диомед

(в сторону)

Аякс

Агамемнон

Аякс

Улисс

Аякс

Нестор

(в сторону)

Аякс.Неужели он не научится обходиться с людьми как подобает!

Улисс(про себя). Ругается над черным цветом ворон.

Аякс.Я выпущу из него кровь.

Нестор(в сторону). Сам болен, а хочет быть врачом.

Аякс.О, если бы все думали, как я!

Нестор(в сторону). Ум совсем вышел бы из употребления.

Аякс.Он бы не отделался от меня дешево. Я бы заставил его проглотить мой меч. Неужто гордость так-таки и восторжествует!

Нестор(в сторону). Если бы восторжествовала, половина победы была бы на твой счет.

Улисс(в сторону). Пожалуй, и все десять десятых.

Аякс.Я в муку сотру его и превращу в мякиш.

Нестор(в сторону). Подогрейте его похвалами. Он еще не совсем готов. Надо поливать его честолюбие, пока оно томится жаждой.

Улисс

(Агамемнону)

Нестор

Диомед

Улисс

Нестор

Улисс

Аякс.Этот проклятый щенок только и умеет поднимать всех на смех! О, как бы я желал, чтобы он был троянцем!

Нестор

Улисс

Диомед

Улисс

Диомед

Улисс

Аякс

Улисс

Диомед

Улисс

Агамемнон

Акт III

Сцена 1

Троя. Комната во дворце Приама. ВходятПандар и слуга.

Пандар.Эй, дружище, на пару слов! Ты, кажется, ходишь за юным Парисом?

Слуга.Да, когда он идет передо мною.

Пандар.Я хотел сказать: ты служишь ему.

Слуга.Я служу Господу Богу.

Пандар.Ты служишь прекрасному Господину – нельзя не похвалить Его.

Слуга.Честь и слава Ему!

Пандар.Ведь ты знаешь меня? Верно?

Слуга.Знаю, да не очень.

Пандар.Так вглядись в меня попристальнее. Я – Пандар.

Слуга.Надеюсь проникнуть тебя вполне.

Пандар.Искренне желаю.

Слуга.Значит, в настоящую минуту вы в полном блеске.

Пандар.В полном блеске? Нет, дружище, покуда далеко не в полном.

За сценой музыка.

Слуга.Музыка как музыка, но я знаю ее не вполне.

Пандар.Но, может быть, знаешь музыкантов.

Слуга.О, их я знаю вполне!

Пандар.Для кого они играют?

Слуга.Для тех, кто их слушает.

Пандар.Для чьего удовольствия?

Слуга.Для моего и для удовольствия всякого любителя музыки.

Пандар.Я имею в виду того, кто приказал?

Слуга.Только не меня.

Пандар.Мы, любезный, не понимаем друг друга. Я слишком вежлив с тобой, а ты не в меру увертлив. А потому опять спрашиваю: кто приказал музыкантам играть?

Слуга.Так бы и сказали! Они играют по приказанию Париса, моего господина, который там своею собственной персоной, а с ним – земная Венера, сердце красоты, воплощенная душа любви.

Пандар.А, значит, там моя племянница Крессида!

Слуга.Не Крессида, а Елена. Нетрудно догадаться по описанным мною ее особенностям.

Пандар.Не видел же ты, пустомеля, Крессиды. От имени царевича Троила я явился к Парису переговорить с ним. Сейчас я наговорю ему любезностей с три короба. Спеши – дело кипит.

Слуга.Кипит… Воистину – кухонный язык.

ВходятПарис, Елена и свита.

Пандар.Привет тебе, о доблестный Парис, и всей твоей блестящей свите! Счастливейшее исполнение всех счастливых желаний, а твоих, царица, в особенности! О, да будут ваши нежные мысли изголовьем вашим!

Елена.Твоя речь, любезный Пандар, полна красот.

Пандар.Только красоты души твоей могут вызвать эти красоты. (Парису.) Как жаль, царевич, что прервалась так неожиданно такая прекрасная музыка.

Парис.Не ты ли сам же и прервал ее, дядя, но, клянусь честью, сам же ты и исправишь, – попросту, исполнишь какое-нибудь свое сочинение. Знаешь, Елена, он весь одна гармония.

Пандар.О нет, царица!

Елена.О, сделай милость!

Пандар.Мой голос груб, право, груб.

Парис.Пустая отговорка. Ты капризничаешь.

Пандар.У меня есть дело к Парису, прекраснейшая царица! Угодно тебе, любезный Парис, выслушать меня?

Елена.Эта уловка, однако, не может лишить нас удовольствия насладиться твоим пением.

Пандар.Ты изволишь шутить со мною, очаровательная царица. Но клянусь, мое дело очень важно. Вот видишь ли, любезный Парис, мой близкий друг, твой брат родной Троил…

Елена.Любезный Пандар, сладчайший Пандар…

Пандар.Сладчайшая царица, продолжай… Царевич, во-первых, свидетельствует тебе свое глубочайшее почтение.

Елена.Хорошо… хорошо… Но тем более ты не решишься оставить нас без песни и таким образом огорчить сладчайшую.

Пандар.Сладчайшая царица… Наисладчайшая!.. Надеюсь…

Елена.Не надейся, а знай, что и наисладчайшую царицу нетрудно превратить отказом в наискучнейшую.

Пандар.Увы, и этим ты меня не тронешь, клянусь, не тронешь! Я глух временами и к таким речам. Я с просьбою к тебе, Парис: если Троила потребуют к столу Приама, извини как-нибудь его отсутствие.

Елена.Слушай, Пандар.

Пандар.Что угодно моей царице, моей наи…

Елена.Нет, Пандар, как угодно…

Пандар.Что угодно наисладчайшей царице?

Парис.Что там у него? С кем ужинает он?

Елена.Не в том дело, царевич, но…

Пандар.Что угодно очаровательной царице? Не допытывайся только об этом. Моя племянница ужасно рассердится, если узнает, что об этом ужине известно другим.

Парис.Головой ручаюсь – дело идет о Крессиде.

Пандар.Нет, нет, не говори этого. Ты не проницателен. Крессида совсем нездорова сегодня.

Парис.Я догадываюсь.

Пандар.Догадываешься? О чем догадываешься? Но довольно! Лютню мне! Лютню! Я иду петь, моя сладчайшая царица!

Елена.Вот это мило.

Пандар.Ах, моя племянница без ума от одной вещи, принадлежащей тебе, сладчайшая царица.

Елена.Эта вещь будет принадлежать ей, если, конечно, речь идет не о Парисе.

Пандар.О нет, нет! Какой там Парис, они теперь в ссоре, они раздвоились.

Елена.Ну, после ссоры так подчас мирятся, что из раздвоения выходит утроение.

Пандар.Полно, полно. Уши бы мои не слышали! Лучше спою-ка я вам песенку.

Елена.Ах, пожалуйста, пожалуйста! А знаешь ли, милейший Пандар, у тебя прекрасный лоб.

Пандар.Приятно слышать хоть до завтра.

Елена.Нет, лучше пой о любви, об одной любви! Знаешь, о той, что погубит всех нас. О, Купидон! Купидон! Купидон!

Пандар.Именно – любовь погубит.

Елена.И все-таки пой любовь, любовь, одну любовь.

Пандар.Песня моя именно так и начинается. (Поет.)

Елена.Да Пандар влюблен! Так могут петь только по уши влюбленные.

Парис.Он охотник до голубей, ну а голуби, известно, горячат кровь, горячая кровь возбуждает пылкие мысли, пылкие мысли рождают пылкие дела, а пылкие дела – любовь.

Елена.И это родословная любви! Горячая кровь, пылкие мысли, пылкие дела! Да это все ехидны. Неужели же любовь порождение ехидн? А кто был сегодня в битве, царевич?

Парис.Гектор, Дейфоб, Эллен, Антенор, а с ними и лучший цвет Трои. Я тоже хотел вооружиться и идти с ними, да моя дорогая Елена воспротивилась. Как хорошо, однако, случилось, что и брат Троил также не пошел туда.

Елена.Он прилип к чему-то губами. Тебе это должно быть известно, любезный Пандар.

Пандар.Не знаю, моя наисладчайшая царица, не знаю. Самому хотелось бы знать, что они такое затевают сегодня? (Парису.) Так ты не забудешь извиниться за него перед царем-отцом?

Парис.Нет, не забуду.

Пандар.До свиданья, наисладчайшая царица.

Елена.Поклонись от меня своей племяннице.

Пандар.Буду кланяться, очаровательная царица.

Уходит. Вдали бьют отбой.

Парис

Елена

Парис

Сцена 2

Троя. Перед садом Пандара. ВстречаютсяПандар и слуга Троила.

Пандар.А, это ты! Ну, где же теперь твой хозяин? Не у моей ли племянницы Крессиды?

Слуга.Нет, сударь, он ожидает, чтобы вы проводили его туда.

Пандар.А вот и сам он идет.

ПоявляетсяТроил.

Троил (слуге). Ты, болван, иди отсюда.

Слуга уходит.

Пандар.Виделся ты с моей племянницей?

Троил

Пандар

Уходит.

Троил

Пандарвозвращается.

Пандар.Она принаряжается и сейчас придет сюда. Царевич, будь смелее. Как будто духи бедную напугали. Она волнуется, краснеет, дышит так тяжело, иду за ней. Сегодня она необыкновенно привлекательна, но это нисколько не мешает ей дышать подобно пойманному воробью.

Уходит.

Троил

ВходятПандар и Крессида.

Пандар.Ну, иди, иди… Что уж краснеть. Стыдливость – младенец. Вот она перед тобой. Рассыпься перед нею в клятвах, как рассыпался предо мной. Ты, кажется, опять намереваешься улетучиться? Значит, тебя следовало бы проманежить хорошенько, чтобы сделать ручной. Да, придется-таки прибегнуть к этому. Идем-ка рядом со мною, а вздумаешь артачиться – попадешь в дышло. Ну, ты чего же ничего ей не выскажешь? Поднимай-ка занавес и показывай картину. Ах, этот дневной свет! Вы оба, по-видимому, боитесь оскорбить его. Будь теперь ночь, вы поскорее бы сблизились. Вот так, отлично. Целуй свою владычицу, да так, чтобы поцелуй занял целую вечность. Действуй, строитель. Воздух здесь благотворный… Клянусь, я до тех пор не выпущу вас, пока вы не выскажете друг другу все, что накопилось в сердце. Ну, сокола сегодня можно будет поздравить с соколихой. В этом я готов клясться всеми утками, плавающими в реке.

Троил.Милая! Ты лишила меня языка.

Пандар.Язык тут ни при чем. Долг платежом красен. Плохо, если на дело не хватит сил. Так, так… опять уж нос с носом… Отлично… «Когда обе стороны приходят ко взаимному соглашению…» и прочее… и прочее. Войдите, войдите в двери, а я поищу огня.

Уходит.

Крессида.Угодно тебе войти, царевич?

Троил.О Крессида! Как долго я томился ожиданьем этого счастия.

Крессида.Томился ожиданьем! О, да исполнят боги твое желание, мой властитель!

Троил.«Да исполнят боги твое желание»! К чему такое восклицание! Или в тихом ручье нашей любви моя красавица увидела тину?

Крессида.Более тины, чем светлой любви, если только у предчувствия моего зоркие глаза.

Троил.Их страх способен превратить в демона и херувима.

Крессида.Но все же слепой страх меньше спотыкается, когда поводырем у него зрячий разум, чем слепой разум, без страха. Бояться худшего нередко значит – избегать худшего.

Троил.О, пусть моя красавица забудет о страхе. Чудовища никогда не смеют и проникнуть во владения Купидона.

Крессида.А чудовищное?

Троил.Ничто, кроме наших превыспренних клятв – пролить океаны слез, жить в огне, есть скалы, укрощать тигров, воображая, что нашей возлюбленной труднее придумать для нас тяжкие подвиги, чем нам их выполнить. В любви, моя Крессида, чудовищно только одно: воля безгранична, а действие рабски заключено в оковы.

Крессида.Говорят, влюбленные обещают больше, чем в силах исполнить, и вечно клянутся натворить дел, которых никогда не совершают. Клянутся свершить десятки подвигов, а не свершают и десятой части одного из них. Разве тот, кто кричит по-львиному, а поступает по-заячьи, – не чудовище?

Троил.Неужто есть такие! Я не из них. Хвали меня по испытании, цени по заслугам, но никогда не осуждай прежде испытания. Голова моя будет непокрыта, пока не заслужит венка. Ни один подвиг в грядущем пусть не встретит похвал в настоящем. Не станем возвеличивать мужество прежде проявления его, а проявится – скромно определим его значение. Вот тебе в нескольких словах мой символ веры. Троил по отношению к Крессиде останется таким, что сама зависть не найдет в нем ничего для насмешки, разве кроме его неизмеримой верности, а верность эта превзойдет самую истину.

Крессида.Угодно тебе войти, царевич?

Пандарвозвращается.

Пандар.Как! Все еще продолжает краснеть! Не было вам разве времени сговориться!

Крессида.Хорошо, дядюшка. Отныне все свои глупости я посвящаю вам.

Пандар.Покорно благодарю! Если у тебя от него будет ребенок, ты и его мне посвятишь? Будь только верна царевичу, а если он станет отбиваться от рук – вини меня.

Троил.Теперь, моя красавица, тебе известны мои заложники: слово моего дяди и моя непоколебимая верность.

Пандар.Прекрасно. А за Крессиду я тебе даю слово. В нашем роду долго не сдаются, но раз сдавшись, остаются навек постоянны. Тебе, царевич, я могу это сообщить. Мы все – точно репьи: куда нас кинут, там и прицепляемся.

Крессида

Троил

Крессида

Троил

(целуя ее)

Пандар

Крессида

Троил

Пандар

Крессида

Троил

Крессида

Троил

Крессида

Троил

Крессида

Троил

Крессида

Троил

Крессида

Троил целует ее.

Пандар.Дело! Договор заключен. Скрепляйте, скрепляйте его. Я буду свидетелем. Дай мне руку. И ты, племянница, тоже. Если, несмотря на все мои старания вас соединить, вы все-таки окажетесь неверными друг другу, – пусть, пока есть свет на свете, все жалостливые посредники между любящими зовутся моим именем и пусть все обращаются с ними, как с истинными Пандарами! Да! пусть все вероломные любовники зовутся Троилами, все коварные женщины – Крессидами, а все сводники – Пандарами. Говорите: «Аминь»!

Троил.Аминь.

Крессида.Аминь.

Пандар.Аминь. Теперь идемте – я покажу вам вашу спальню. Чтобы кровать не болтала о проказах ваших, давите ее до смерти. Ступайте.

Троил и Крессида уходят.

Сцена 3

Греческий стан. ВходятАгамемнон, Улисс, Диомед, Нестор, Аякс, Менелай и Калхас.

Калхас

Агамемнон

Калхас

Агамемнон

Диомед

Диомед и Калхас уходят. Ахилл и Патроклвыходят из своих палаток.

Улисс

Агамемнон

Ахилл

Агамемнон

(Нестору)

Нестор. Мне кажется, прославленный Ахилл, ты хочешь что-то сказать Агамемнону?

Ахилл.Нисколько!

Нестор. Нет, государь.

Агамемнон. Тем лучше.

Уходит с Нестором.

Ахилл(Менелаю). Здравствуй!

Менелай. Будь здоров.

Уходит.

Ахилл.Что это! Рогоносец насмехается надо мною?

Аякс.Привет Патроклу.

Ахилл.Доброго утра, Аякс.

Аякс.А?

Ахилл.Доброго утра.

Аякс.До завтра.

Уходит.

Ахилл

Патрокл

Ахилл

Улисс

Ахилл

Улисс

Ахилл

Улисс

Ахилл

Улисс

Ахилл

Улисс

Ахилл

Улисс

Уходит.

Патрокл

Ахилл

Патрокл

Ахилл

Патрокл

Ахилл

ВходитТерсит.

Терсит.Вот так чудо!

Ахилл.А что такое?

Терсит.Аякс шатается взад-вперед по полю и ищет самого себя.

Ахилл.Как так?

Терсит.Он должен завтра идти на поединок с Гектором, и геройская потасовка, которую он получит, делает его до того пророчески гордым, что он бредит без слов.

Ахилл.Неужели?

Терсит.Верно. Распустил хвост, как павлин. Походит, походит и остановится, как трактирщица, которой негде свести своих счетов, кроме своей головы. Он, как вельможа, кусает себе губу, словно хочет глубокомысленно возвестить: «В этой голове ума палата, да только он из нее выходить не хочет». И точно, он в ней есть, да только не выскакивает, как из кремня искра, покуда его не стукнуть как следует. Малый этот погиб окончательно; если ему Гектор не сломит шеи, то она переломится от тяжелого тщеславия. Меня он не узнает уж! Я говорю ему: «Здравствуй, Аякс!» – а он мне на это: «Благодарю, Агамемнон». Ну, что вы скажете о человеке, принимающем меня за полководца! Он превратился в настоящую береговую рыбу, безгласное чудовище… Велика радость славы! Ее, как кожаную куртку, можно и наизнанку выворачивать.

Ахилл.Я хочу тебя, Терсит, отправить к нему послом.

Терсит.Меня? Напрасный труд. От него теперь ни на один вопрос не добьешься ответа: он выше этого; только ничтожество разговаривает. Он ходит, держа язык в кулаке. Я готов вам представить его. Пусть Патрокл спрашивает меня. Вы увидите живого Аякса.

Ахилл.Хорошо. Ты, Патрокл, подойди и скажи ему, что я прошу покорнейше доблестного Аякса пригласить наихрабрейшего Гектора прийти без оружия в мой шатер и добыть для него пропуск от великого, дважды, трижды прославленного предводителя греческих войск Агамемнона и так далее. Начинай.

Патрокл.Да благословит Зевс великого Аякса.

Терсит.Гм…

Патрокл.Я пришел от имени достойного Ахилла.

Терсит.А-а-а…

Патрокл.Он покорнейше просит тебя пригласить Гектора в его палатку.

Терсит.Гм…

Патрокл.И добыть ему свободный пропуск от Агамемнона.

Терсит.От Агамемнона?

Патрокл.Да, от него, светлейший Аякс.

Терсит.А-а-а…

Патрокл.Что ты на это скажешь?

Терсит.Да хранит тебя Зевс… От чистого сердца.

Патрокл.А твой ответ?

Терсит.Если завтра будет хороший день с утра, я подумаю и дам ответ; так или иначе, он дорого заплатит, прежде чем одолеет меня.

Патрокл.Твой ответ, дорогой Аякс?

Терсит.Будь здоров… от всей души.

Ахилл.Неужто он поет в таком духе?

Терсит.Напротив, он не в духе. Какая будет из него музыка, когда Гектор завтра выколотит из него мозги, – не знаю. Вероятно, ни малейшей, если Аполлон не вытянет из него жилы и не наделает из них струн.

Ахилл.Ты сейчас же отнесешь ему послание.

Терсит.Давай лучше письмо к его лошади: из них двоих она все же умнее.

Ахилл.Мой ум, как источник, взволнованный бурей, до того смутен, что я сам не вижу его дна.

Ахилл и Патрокл уходят.

Терсит.Ах, если бы источник твоего ума снова просветлел хоть настолько, чтобы мне в нем осла напоить! Лучше бы я желал быть подкожным паразитом у барана, чем таким безнадежно храбрым дураком!

Уходит.

Акт IV

Сцена 1

Улица в Трое. С одной стороны входитЭней, за ним –слугас факелом, с противоположной –Парис, Дейфоб, Антенор, Диомед и другие, также с факелами.

Парис

Дейфоб

Эней

Диомед

Парис

Эней

Диомед

Эней

Диомед

Эней

Диомед

Эней

Диомед

Эней

Парис

Эней

Парис

Эней

Уходит.

Парис

Диомед

Парис

Диомед

Парис

Уходят.

Сцена 2

Троя. Двор при доме Пандара. Утро. ВходятТроил и Крессида.

Троил

Крессида

Троил

Крессида

Троил

Крессида

Троил

Крессида

Троил

Крессида

Пандар

(за стеной)

Троил

Крессида

ВходитПандар.

Пандар.Ну, как чувствует себя твоя невинность?.. Да где же моя племянница Крессида? Я оставил девственницу, а эта…

Крессида.Отстань, ты, дядя, злой насмешник. Сам же меня подвел и надо мной глумишься.

Пандар.Я подвел? К чему подвел? Ну, скажет пусть он – к чему?

Крессида

Пандар.Ха-ха-ха! О, моя глупенькая бедняжка! Ты всю ночь не спала. Тебе мешали! Верно, все этот несносный человек, забодай его бык!

Стучат в дверь.

Крессида

Троил

Крессида

Стук сильнее.

Крессида и Троил уходят.

Пандар (подходя к двери). Кто там? Что случилось? Этак ворота нетрудно выломать. (Отпирая.) Да что же, наконец, случилось?

ВходитЭней.

Эней

Пандар

Эней

Пандар

Эней

Пандар.Гм… Так ты говоришь – он здесь… Мне и в голову не приходило. Клянусь! Я сам вернулся поздно. Подумай, что ему здесь делать – ни свет ни заря.

Эней. Что делать ему? Ну, полно… Иди за ним, не то своим упорством ты повредишь ему: верность иногда хуже измены. Можешь не знать, что он здесь, но все же позови его.

Пандар уходит. ВходитТроил.

Троил

Эней

Троил

Эней

Троил

Эней

Троил и Эней уходят.

Пандар.Вот так штука! бедный малый! Только что добыл и приходится терять! Бедный принц, пожалуй, с ума сойдет. Чтобы проказа поразила этого Антенора! Чтоб он шею себе сломал!

ВходитКрессида.

Крессида

Пандар

Крессида

Пандар.От души желал бы провалиться на два аршина под землю.

Крессида.О боги! Что случилось?

Пандар.Уходи, прошу тебя. Лучше бы тебе, бедняжка, на свет не родиться. Я так и знал, что ты вгонишь его в гроб. О, бедный, бедный! Проклятый Антенор!

Крессида.Дядя, на коленях умоляю тебя, скажи, в чем дело.

Пандар.Ты должна уйти отсюда, о бедная моя девочка! Тебя продали, выменяли на Антенора. Ты должна уйти, покинуть Троила, идти к отцу. Это погубит Троила, уложит его в гроб: он не вынесет разлуки.

Крессида.Боги! Боги! Я не пойду отсюда!

Пандар.Тебя принудят.

Крессида

Пандар

Крессида

Уходит.

Сцена 3

Там же, перед домом Пандара. ВходятПарис, Антенор, Троил, Эней, Дейфоб, Диомед и другие.

Парис

Троил

Уходит.

Парис

(в сторону)

Уходят.

Сцена 4

Комната Крессиды. ВходятПандар и Крессида.

Пандар

Крессида

ВходитТроил.

Пандар

Крессида

(Обнимает его.)

Пандар.Вот парочка! Точно два стекла в очках, они созданы друг для друга. Дайте мне расцеловать вас. Как это славно сказано в стихах:

Троил

Крессида

Пандар

Крессида

Троил

Крессида

Троил

Крессида

Троил

Эней

Троил

Пандар.Где мои слезы? Те слезы, которые подобно дождю должны укротить бурю, или она с корнем вырвет мое сердце.

Уходит.

Крессида

Троил

Крессида

Троил

Крессида

Троил

Крессида

Троил

Крессида

Троил

Крессида

Троил

Крессида

Троил

Крессида

Троил

Эней

(за сценой)

Троил

Парис

(за сценой)

Троил

Крессида

Троил

ВходятЭней, Парис, Антенор, Дейфоб и Диомед.

Троил

(Диомеду)

Диомед

Троил

Диомед

Троил

Троил и Крессида уходят. За ними – Диомед. Вдали трубят.

Парис

Эней

Парис

Дейфоб

Эней

Сцена 5

Греческий лагерь. Перед ним обнесенное изгородью место для поединка. ВходятАякс, Агамемнон, Ахилл, Патрокл, Менелай, Улисс, Нестор и другие.

Агамемнон

Аякс

Звук трубы.

Улисс

Ахилл

Агамемнон

Улисс

ВходятДиомед с Крессидой.

Агамемнон

Диомед

Агамемнон

(целуя ее)

Нестор

Улисс

Нестор

Ахилл

Менелай

Патрокл

Улисс

Патрокл

Менелай

Патрокл

Менелай

Крессида

Менелай

Крессида

Менелай

Крессида

Менелай

Крессида

Менелай

Крессида

Улисс

Крессида

Улисс

Крессида

Улисс

Крессида

Улисс

Диомед

Диомед и Крессида уходят.

Нестор

Улисс

Вдали трубят.

Все

Агамемнон

ВходитГекторв полном вооружении. За ним –Эней,Троил и другие троянские вождисо свитой.

Эней

Агамемнон

Эней

Ахилл

Эней

Ахилл

Эней

Ахилл

Диомедвозвращается.

Агамемнон

Аякс и Гекторвыходят на арену.

Улисс

Агамемнон

Улисс

Трубят. Аякс и Гектор сражаются.

Агамемнон

Нестор

Троил

Агамемнон

Диомед

Трубы умолкают.

Эней

Аякс

Диомед

Гектор

Аякс

Нестор

Эней

Гектор

Аякс

Диомед

Гектор

Аякс

Гектор

Агамемнон

Гектор

Агамемнон

(Троилу)

Менелай

Гектор

Эней

Гектор

Менелай

Гектор

Нестор

Эней

Гектор

Нестор

Гектор

Нестор

Улисс

Гектор

Улисс

Гектор

Улисс

Ахилл

Гектор

Ахилл

Гектор

Ахилл

Гектор

Ахилл

Гектор

Ахилл

Гектор

Ахилл

Гектор

Аякс

Гектор

Ахилл

Гектор

Агамемнон

Уходят все, кроме Улисса и Троила.

Троил

Улисс

Троил

Улисс

Троил

Акт V

Сцена 1

Греческий лагерь перед палаткой Ахилла. ВходятАхилл и Патрокл.

Ахилл

Патрокл

ВходитТерсит.

Ахилл

Терсит.Вот письмо тебе, вывеска своего ничтожества, кумир идиотов.

Ахилл.Откуда, оскребок человечества?

Терсит.Из Трои, олицетворение дураков, из Трои.

Патрокл.Кто теперь сторожит палатку?

Терсит.Фельдшерская связка инструментов для больного, которому придется перевязывать рану.

Патрокл.Метко сказано, воплощенная бессмыслица, но только бесцельно.

Терсит.Молчи, молокосос. Мне прямой ущерб болтовня с тобой. Ведь ты мужская прислужница Ахилла.

Патрокл.Как мужская прислужница! Что это значит, негодяй?

Терсит.Ну, если хочешь, наложница. Чума, колотья, грыжа, паралич, гниение печени – все сорок черных недугов, все вы набросьтесь на эту сволочь за все ее безобразия и грызите и глодайте, пока не уничижите.

Патрокл.Как смеешь ты, гнусное скопище ядовитой зависти, так ругать и клясться!

Терсит.Где же тут клятвы и ругательства?

Патрокл.А разве нет, треснувший бочонок, выкидыш разврата?..

Терсит.Не клятвы и не ругательства, а истинная правда, потому ты и злишься, скверный моток сырца, лоскут зеленой материи для гнойных глаз, кисточка от кошелька мота. О боги! как заражен воздух смрадными тучами этих мошек, позорящих самую природу!

Патрокл.Вон отсюда, тварь!

Терсит.Ах ты воробьиное яйцо-болтун.

Ахилл

Ахилл и Патрокл уходят.

Терсит.Да, благодаря обилию крови и недостатку мозга обоим молодцам этим нетрудно спятить с ума. Но пусть я навеки останусь лекарем в доме умалишенных, если они когда-нибудь спятят с ума по обратной причине. А этот Агамемнон! Он ничего себе парень и большой любитель перепелок, а мозгу у него тоже не больше, чем серы в ушах. А тот – чудесное превращение Юпитера в быка, братец его, Менелай, – первобытный истукан, кривой символ рогоносцев, жалкий рожок для напяливания башмаков, пристегнутый вечно на цепочке к ноге своего брата!.. Где найдет соответствующую посуду для его ума острота, взбодренная злостью, или злость, взбодренная остротой? Осел?.. Нет, он и осел и бык в то же время. Будь я собакой, мулом, котом, хорьком, жабой, ящерицей, селедкой без икры, – куда ни шло, но Менелаем! – нет, слуга покорный! Я возмущусь против судьбы. Не допытывайтесь, чем бы я желал видеть себя, если бы не был Терситом, потому что не называть же вошью паршивца вместо Менелая! А, вот наши остряки идут сюда с огнем.

Входят с факеламиГектор, Троил, Аякс, Агамемнон, Улисс, Нестор, Meнелай и Диомед.

Агамемнон

Аякс

Гектор

Аякс

Улисс

ВходитАхилл.

Ахилл

Агамемнон

Гектор

Менелай

Гектор

Терсит.«Любезный Менелай»! Не лучше ли сказать: любезное отхожее место, любезная сточная канава, помойная яма…

Ахилл

Агамемнон

Агамемнон уходит. За ним Менелай.

Ахилл

Диомед

Гектор

Улисс

(тихо, Троилу)

Троил

Диомед уходит, за ним Троил и Улисс.

Гектор

Ахилл

Уходит с Гектором, Аяксом и Нестором.

Терсит.Этот Диомед – отъявленный бездельник, продувная бестия. Я склонен верить его улыбке не больше, чем ласковому шипенью змеи. Ему обещать так же легко, как собаке лаять на ветер; что касается исполнения, если его предскажут звездочеты, берегись какого-нибудь бедствия: солнце станет заимствовать у луны свой свет и прочее. Лучше уж я откажусь видеть Гектора, а этого выслежу. Говорят, он связался с этой троянской прелестницей и вечно трется под палаткой Калхаса. Пойду за ним. Куда ни плюнь – разврат. Все гнусные развратники.

Уходит.

Сцена 2

Перед шатром Калхаса. ВходитДиомед.

Диомед

Калхас

(за сценой)

Диомед

Калхас

ВходятТроил и Улисс. Останавливаются в отдалении. За ними –Терсит.

Улисс

ВходитКрессида.

Троил

Диомед

Крессида

Шепчутся.

Троил

Улисс

Терсит.Ну да и ее раскрыть нетрудно мужчине. Было бы чем! А тогда читай без указки.

Диомед

Крессида

Диомед

Троил

Улисс

Крессида

Троил

Диомед

Крессида

Диомед

Крессида

Терсит

(в сторону)

Диомед

Крессида

Диомед

Троил

Улисс

Крессида

Диомед

Терсит

Крессида

Троил

Улисс

Троил

Улисс

Троил

Диомед

Крессида

Троил

Улисс

Троил

Крессида

Диомед

Крессида

Улисс

Троил

Улисс

Троил

Терсит(в сторону). А демон сладострастья своим жирным, толстым пальцем так и щекочет обоих. Ну, разгорайся, похоть! Хорошенько разгорайся в них!

Диомед

Крессида

Диомед

Крессида

Уходит.

Улисс

Троил

Крессидавозвращается.

Терсит

Крессида

Троил

Улисс

Крессида

(В сторону.)

(Диомеду.)

Диомед

Крессида

Терсит.Теперь она его поджигает. Искусно, надо сознаться.

Диомед

Крессида

Диомед

Крессида

Диомед

Троил

Крессида

Диомед

Крессида

Диомед

Крессида

Диомед

Крессида

Диомед

Троил

Крессида

Диомед

Крессида

Диомед

Терсит (в сторону). Я тоже не терплю этого, но теперь готов полюбить, чтобы не сойтись с тобой в чем-нибудь. Клянусь Плутоном!

Диомед

Крессида

Диомед

Крессида

Диомед уходит.

Уходит.

Терсит

Улисс

Троил

Улисс

Троил

Улисс

Троил

Улисс

Троил

Улисс

Троил

Улисс

Троил

Терсит

Он готов опровергать даже свои собственные глаза.

Троил

Улисс

Троил

Терсит

Он таки пощекочет того за волокитство.

Троил

Улисс

ВходитЭней.

Эней

(Троилу)

Троил

Улисс

Троил

Троил, Эней и Улисс уходят.

Терсит.Хотелось бы мне встретить этого каналью Диомеда. Я согласен быть вороном, чтобы накаркать ему какую-нибудь пакость. А ведь Патрокл даст мне что угодно, если я сообщу ему об этой шлюхе. Попугай и тот не наделает из-за миндалины столько глупостей, сколько Патрокл из-за податливой девчонки. О, сластолюбие, сластолюбие! Только сластолюбие да война постоянно в моде. Чтобы вас черт унес в преисподнюю!

Уходит.

Сцена 3

Троя. Перед дворцом Приама. ВходятГектор и Андромаха.

Андромаха

Гектор

Андромаха

Гектор

ВходитКассандра.

Кассандра

Андромаха

Кассандра

Гектор

Кассандра

Гектор

Кассандра

Андромаха

Кассандра

Гектор

ВходитТроил, тоже вооруженный.

Андромаха

Кассандра уходит.

Гектор

Троил

Гектор

Троил

Гектор

Троил

Гектор

Троил

Гектор

Троил

Гектор

Троил

ВозвращаетсяКассандра с Приамом.

Кассандра

Приам

Гектор

Приам

Гектор

Кассандра

Андромаха

Гектор

(Андромахе)

Андромаха уходит.

Троил

Кассандра

Троил

Кассандра

Убегает.

Гектор

Приам

Приам уходит в одну сторону. Гектор – в другую. За сценой шум битвы.

Троил

Троил собирается уходить. С другой стороны появляетсяПандар.

Пандар

Троил

Пандар

Троил

Пандар.Решительно, меня мучит эта собачья дочь – чахотка, подлая чахотка. Но не меньше ее мучат нелепые неудачи этой девчонки. Так или иначе, а мне скорехонько придется распрощаться со всеми вами. Ко всему этому у меня глаза слезятся, а кости ломит до того, что я думаю, уж не порча ли это… Что она пишет?

Троил

(Разрывает письмо и бросает его по ветру.)

Расходятся в разные стороны.

Сцена 4

Равнина между Троей и греческим лагерем. Шум битвы. Схватки. ВходитТерсит.

Терсит.Кажется, начали лупцеваться. Пойти посмотреть. И этот каналья Диомед – тоже! – прицепил к своему шлему нарукавник этого щуплого, безмозглого троянца. Воображаю, как они схватятся! Я бы желал, чтобы троянский осел, обожающий эту девку, отнял бы у нашего развратника Диомеда свой нарукавник, а его самого отправил к той сладострастной и лицемерной шкуре без признаков мужчины. А эта проделка наших отъявленных мошенников!.. Этот Нестор, покрытый плесенью, изъеденный мышами кусок сыра! Эта помесь лисицы и собаки, именуемая Улиссом!.. Своими уловками, не стоящими и волчьей ягоды, они натравили ублюдка на такого же пса – Ахилла, и теперь Аякс задрал нос выше Ахилла и объявил, что не пойдет драться – хоть ты тресни. Впросак попали молодцы и все искусство греков низвели до варварства. Но осторожность! Вот настоящий владелец нарукавника, а за ним прошедший.

ВбегаетДиомед, преследуемыйТроилом.

Троил

Диомед

Терсит.Сильнее держись, грек, за свою потаскушку… Троянец… Ну-ну-ну… Хорошенько стой за нарукавник… За нарукавник его!

Диомед и Троил удаляются, сражаясь. ВходитГектор.

Гектор

Терсит.Нет, нет, какие там кровь и дела! Я паршивая дрянь, клеветник и бездельник.

Гектор

Уходит.

Терсит.Хвала небесам, что поверил. Но пусть возьмет тебя черт за то, что ты напугал меня. Куда же девались эти развратники? Уж не сожрали ли они друг друга? Вот потешило бы меня такое чудо. А впрочем, похоть и так сама себя пожирает. Пойду искать их!

Уходит.

Сцена 5

ВходятДиомед и слуга.

Диомед

Слуга

Уходит. ВходитАгамемнон.

Агамемнон

ВходитНестор.

Нестор

ВходитУлисс.

Улисс

ВходитАякс.

Аякс

Диомед

Аякс уходит.

Нестор

ВходитАхилл.

Ахилл

Убегает.

Сцена 6

Другая часть поля. ПоявляетсяАякс.

Аякс

ВходитДиомед.

Диомед

Аякс

Диомед

Аякс

ВбегаетТроил.

Троил

Диомед

Аякс

Диомед

Троил

Уходят, сражаясь. ПоявляетсяГектор.

Гектор

ВходитАхилл.

Ахилл

Гектор

Ахилл

Гектор

Ахилл уходит.

ВходитТроил.

Троил

Убегает. Появляетсявоинв великолепном вооружении.

Гектор

Оба уходят.

Сцена 7

Другая часть того же поля. ВходитАхилл.

Ахилл

Уходит. ПоявляютсяПарис и Менелай, за ними –Терсит.

Терсит.Эге! Рогоносец сцепился с тем, кто ему приставил рога. Ну, бык! ну, щенок… Живее! Кусай его, Парис… Что же ты… Ой, ой, бык одолевает. Берегись, у него здоровенные рога!

Парис и Менелай удаляются. ВходитМаргарелон.

Маргарелон

Терсит

Маргарелон

Терсит.Я тоже побочный. Побочные мне по душе. Я побочно рожден, побочно воспитан, побочно умен, побочно храбр… Я побочный во всех статьях. И медведи не кусают друг друга, так зачем же станет кусать побочный побочного. А сверх того, ссора не принесла бы нам счастья. Сын распутницы, вступаясь за распутницу, сам вряд ли распутается за это перед богами. Прощай, побочный!

Уходит.

Маргарелон. Черт бы тебя побрал, трус.

Уходит.

Сцена 8

Другая часть поля битвы. ВходитГектор.

Гектор

Снимает шлем и щит и кладет оружие за собою.

Ахилл

Гектор

Ахилл

Мирмидонцы бросаются на Гектора. Он падает.

За сценой трубят отступление.

Мирмидонец

Ахилл

Влагает меч в ножны.

Уходит.

Сцена 9

Другая часть равнины. С барабанным боем входятАгамемнон, Аякс, Менелай, Нестор, Диомед и другие. За сценой радостные крики.

Агамемнон

Нестор

Голоса за сценой.

Диомед

Аякс

Агамемнон

Уходят.

Сцена 10

Другая часть поля. ВходятЭней, Парис, Антенор и Дейфоб.

Эней

ВбегаетТроил.

Троил

Троянцы

Троил

Эней

Троил

Эней и троянцы уходят. В то время, когда за ними собирается следовать Троил, с противоположной стороны появляетсяПандар.

Пандар.Послушай, послушай, Троил.

Троил

Уходит.

Пандар.Что ж, это будет хорошее средство против моей ломоты. О, свет, свет! Вот как в тебе презирают бедных посредников. О предатели и сводники! Как вас запрягают, когда надо, и как скверно вознаграждают! Не понимаю, отчего так любят ваши услуги и так презирают ваше ремесло! Какой бы стишок приспособить к этому? Поищем…

Уходит.